Текст книги "Прекрасные (ЛП)"

Автор книги: Элла Бордо

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 9 страниц)

Я подняла голову, на меня смотрела Мишель.

– Что?

– Скай, ты думала, он будет ждать тебя? Ты месяцами толком не говорила с ним. Наверное, он устал ждать, пока ты придешь в себя.

Я хмуро смотрела на лучшую подругу. Она была разочарована мной. Я знала. Она была как Митч. Они не понимали, почему я держала Вьятта подальше от себя.

Качая головой, чтобы прогнать мысли, я ответила:

– Почему ты так говоришь? Ты знаешь, почему я так поступила. Разговоры и злые записки только ухудшатся.

Она посмотрела на фотографию в моих руках.

– А сейчас они прекратились.

Я хотела ответить, но увидела, как к нам идет Вьятт. Я быстро убрала фотографию за спину и глубоко вдохнула.

– Эй, Скай. Я могу с тобой поговорить?

Я посмотрела на Мишель. Та вскинула брови и склонила голову.

«Фу. Она хоть понимает, как сложно игнорировать Вьятта?».

Нет. Она думала, что было просто, но это убивало меня.

Я знала, что мне нужно поговорить с Вьяттом, но не тут. Если я скажу ему, что ухожу, может, он предложит проводить меня до машины.

– Эм… Я собиралась уходить. Мне нужно к стоматологу.

Вьятт улыбнулся своей потрясающей улыбкой, и мое сердце сжалось.

– Можно тебя проводить?

Я огляделась, проверяя, не следят ли за нами.

– Эм… да, – я закрыла шкафчик и повернулась к Мишель. – Я позвоню позже.

Она улыбнулась и кивнула.

– Конечно. Увидимся, Вьятт.

– Пока, – сказал Вьятт, проводя пальцами сквозь волосы и улыбаясь.

«Боже, как я скучала по этому», – между ног пульсировало, но я отогнала это.

Мы вышли наружу, Вьятт старался развеселить меня, но я пыталась не поддаваться, хоть и улыбалась. Мне нужно было узнать, что случилось на фотографии.

Вьятт схватил меня за руку и остановил.

– Скайлар, прошу. Перестань меня избегать. Я не могу это терпеть. Я думаю только о тебе, и мне больно видеть, как ты ходишь по этим коридорам каждый день. Я скучаю. По твоему смеху, улыбке, прикосновению… и по твоим губам на моих.

Я хотела упасть в его объятия. Я хотела верить, что все будет хорошо. Но ощущала знакомый страх.

– А Дженни? – спросила я, убирая руку и шагая дальше. Почему–то мне хотелось убраться подальше отсюда.

Вьятт вздохнул и догнал меня.

– Боже, Скайлар, ты перестанешь с этим? Ты знаешь, что с ней ничего нет.

Он был прав. Я это знала. Я остановилась и посмотрела на него.

Кто–то стоял на лестнице, но Вьятт подошел ближе и помешал увидеть. Он обхватил мое лицо, склонился и поцеловал меня. Его нежные губы прижались к моим, и я затерялась в страсти его поцелуя. Я медленно подняла руки. Я обвила его руками, чтобы углубить поцелуй, и ощущала, что отпускаю сомнения. Плевать, кто видел наш поцелуй. Я знала лишь, что снова была в руках Вьятта.

– Она хорошо целуется, да?

Страх заполнил мое тело, я отпрянула от Вьятта и обернулась. Там был он. Чарли. Мое сердце забилось быстрее, голова кружилась. На мою грудь словно кто–то сел. Я не могла дышать.

– Да, – тихо сказал Вьятт.

Я посмотрела на него, а он глядел на меня с любовью во взгляде. Он улыбался. Он не знал, кто это был. Я посмотрела за Вьятта, увидела недовольную Дженни.

Я повернулась к Чарли, услышав его смех. Злой смех, что не давал мне покоя месяцами.

«Почему он тут? Что Дженни делает снаружи? Она шла за нами? У нее встреча с Чарли?».

Я не могла быть возле него. Он улыбнулся, и все мое тело задрожало.

– Мне пора идти, – я прошла мимо Чарли и побежала к своей машине.

Вьятт окликнул меня, но мне нужно было убраться отсюда. Я запрыгнула в машину, завела двигатель и уехала.

Когда я добралась домой, я едва дышала. Телефон загудел, пришло сообщение. Решив, что Вьятт спрашивает, почему я убежала, я открыла сообщение.

Неизвестный номер. Как только я увидела фотографию, весь мой мир остановился.

– О, боже. Нет…

ДВАДЦАТЬ

Вьятт

«Блин. Я только заговорил с ней, и она снова убежала»,

Я смотрел, как Скайлар забирается в машину.

Я взглянул на парня, глядящего ей вслед. Он повернулся и посмотрел за меня. Он подмигнул и улыбнулся кому–то. Я обернулся и увидел Дженни на ступеньках.

Только этого мне не хватало.

– Поверь, трахаться с ней хорошо, если ты еще не узнал это, – парень откинул голову и рассмеялся.

«Что это такое?».

– Что ты сказал? – спросил я, шагая к нему ближе.

Кто–то коснулся моей руки. Я обернулся и увидел там Дженни.

Она сжала мою руку и потянула.

– Вьятт, давай покатаемся. Я бы хотела поесть и попить. Пожалуйста?

Я смотрел то на нее, то на парня.

– О ком ты вообще говоришь?

Он хитро улыбнулся.

«Блин, это Чарли».

– О Скай, конечно. С ней был мой лучший секс, – он посмотрел на Дженни и подмигнул. – Без обид, Джен. Ты тоже была хороша, детка.

– Замолчи, Чарли. Ты придурок.

Моя голова кружилась. Что происходило?

Я сжал кулаки. Я убью этого гада. Я шагнул к нему, но Митч встал между нами.

Он прижал ладонь к моей груди и посмотрел на меня.

– Он того не стоит, Вьятт. Давай найдем Скай. Я переживаю за нее.

Я замер и посмотрел на него.

– Она отправилась к стоматологу… да?

Митч покачал головой.

– Нет. Мишель сказала, что она получила еще одну записку. Думаю, она просто уехала.

Я растерянно спросил:

– Что значит, еще записку?

Митч хмуро посмотрел на Дженни.

– Идем. Я расскажу тебе по пути.

Дженни потянулась к моей руке, но я отпрянул.

– Вьятт, стой! Мне нужно с тобой поговорить. Позволь объяснить. Прошу.

Качая головой, я смотрел на нее. Я не мог ее терпеть. Она пыталась подставить меня много раз.

– Зачем? Чтобы ты сделала еще фотографию?

Слеза покатилась по ее щеке.

– Прошу, позволь объяснить.

– Мне нужно найти Скайлар. Ты – меньшая из моих тревог.

Мы с Митчем побежали к его машине.

Мы сели в машину, и он стал мне все рассказывать:

– Скайлар получала записки с того случая с Чарли. Иногда угрозы, но чаще всего – просто гадкие слова. Их стало меньше, а потом ты стал проводить с ней время, и все вернулось.

Мое сердце разбивалось, пока Митч говорил. Было больно знать, что терпела Скайлар.

– Она думала, хоть это и странно, что, оттолкнув тебя, лишится внимания людей, и они оставят ее и тебя в покое. Ее убивало это решение.

– Блин, – пробормотал я. – Почему она не рассказала мне о записках?

Митч покачал головой.

– Она и родителям не сказала. Знаем только мы с Мишель.

– Я хочу убить того гада. Когда он сказал мне, что ему понравился секс с ней, я захотел его убить.

– Представь, как мы со Скипом себя ощущали. Я много раз сдерживался, чтобы не убить этого гада. Скип чуть не убил его. Избил его так, что он оказался в больнице. Чарли был его лучшим другом, а потом изнасиловал нашу сестру. Я каждый день подавляю желание убить его.

Мы ехали больше часа, искали Скайлар.

Я смотрел в окно, не понимая, куда она уехала.

– Митч, как думаешь, где она?

– Без понятия, Вьятт. Она может быть где угодно.

Я закрыл глаза и прошептал:

– Ангел, где ты? – и я понял. – Блин. Озеро. Митч, она у озера.

– Озера?

Митч развернул машину, и мы направились к парку Инкс Лейк. Я хотел, чтобы мы ехали быстрее. Мне казалось, что нам нужно было спешить.

На телефон Митча пришло сообщение.

– Посмотри, Скай ли это.

Я открыл сообщение, и мне тут же стало плохо.

– Черт. Останови, Митч. Сейчас!

Митч съехал на обочину, и я бросил телефон на сидение, выпрыгнул из машины. Я склонился, и меня стошнило.

Митч за мной ругался, как моряк. Я услышал, как он заговорил по телефону.

«Зачем? Зачем такое рассылать? Больные ублюдки».

– Пап, кто–то рассылает фотографию Скайлар. Ее везде разместили! Нет, пап. Скайлар… голая и выглядит так, словно кто–то… кто–то… – Митч заплакал. – Зачем, пап? Зачем кому–то так делать? Я не знаю, где она, пап. Вьятт подумал, что она может быть у озера.

Я еще пару минут слушал, как Митч говорит с отцом. Я ждал, пока он закончит, чтобы вернуться в его машину. Я еще никогда так не злился, будучи при этом раздавленным.

«Мой бедный ангел».

Я глубоко вдохнул, прошел к машине, но заметил другую, которая ехала с громкой музыкой. Я посмотрел на водителя и узнал Чарли.

«Что он тут делает?.. Скайлар. Он знает, где она».

Я быстро запрыгнул в машину Митча и закричал ему ехать. Он посмотрел на меня как на безумного.

– Митч! Сейчас!

– Эм, пап, мне пора. Я позже позвоню. Знаю! Мы найдем ее, но нужно ехать сейчас! – он убрал телефон и посмотрел на меня. – Что такое, Вьятт?

– Чарли проехал мимо.

Митч тут же завел машину и поехал.

– Откуда Чарли знает, где она?

– Не знаю. Может, ее там и нет.

– Он не должен быть возле нее. У нее запретительный приказ насчет него.

– Так скорее, чувак. Нужно найти ее раньше него.

Митч гнал так быстро, что мои костяшки побелели, пока я держался, и он произнес все ругательства, известные людям. Некоторые не слышал даже я.

Я сказал ему о месте, где мы со Скайлар впервые поговорили. Он подъехал туда, и мы увидели машину Скайлар… и машину Чарли.

«Если он тронет ее, я сломаю ему шею».

Я выскочил из машины раньше Митча и побежал к машине Скайлар.

Митч спешил за мной.

– Где она? – спросил он, озираясь.

Мое сердце еще никогда не билось так быстро.

«Только бы она была в порядке».

Я вытащил телефон и позвонил ей, но сразу попал на автоответчик. А потом услышал ее.

Митч побежал раньше, чем я пошевелился. Я схватил его за руку и остановил.

– Стой! Есть идея.

Он посмотрел на меня как на чокнутого.

– Что? Издеваешься? Моя сестра там наедине с дебилом, изнасиловавшим ее!

Я глубоко вдохнул. От одних слов мне хотелось убить Чарли.

– Поверь мне. Когда мы придем туда, мы включим съемку на твоем телефоне. Камеру нужно направить на Чарли.

Митч растерянно смотрел на меня.

– Доверься мне, – попросил я.

Он кивнул и махнул мне идти. Я пошел на голос Скайлар. Она словно охрипла от крика.

«Если он ее ранит, клянусь, он не доживет до утра».

Мы обошли дерево. Сначала я увидел Скайлар. Ее руки были сжаты в кулаки, она кричала на Чарли. Я увидел Митча краем глаза – он был готов напасть на Чарли и убить.

– Зачем? Зачем ты разместил то фото, Чарли? Какой была причина? Я там без сознания!

– Скай, я его не размещал! Думаю, Дженни увидела его на моем телефоне ночью после нашего секса. Она могла переслать фото себе. Думаешь, я хочу, чтобы ту фотографию все видели? Это только доказывает…

Они были так заняты криками, что не заметили, как мы подошли.

– Что доказывает, Чарли? Что ты опоил меня и изнасиловал?

Чарли провел руками по волосам и раздраженно выдохнул.

– Скайлар, я не хотел тебя ранить. Но я всегда сильно тебя хотел. Я знал, что ты никогда не отдашься мне, и…

– И опоил меня? Ты был лучшим другом моего брата! Он доверял тебе. Я доверяла тебе! Я думала, ты был моим другом, Чарли. Ты разрушил мне жизнь! – завизжала Скайлар, и все мы вздрогнули.

Мое сердце колотилось, и Митч мог это слышать. Я хотел забрать Скайлар отсюда, подальше от плохих воспоминаний, от этого придурка. Было больно стоять тут и видеть ее боль, слышать, что этот гад с ней сделал.

– Скайлар, ты не знаешь, сколько раз я хотел рассказать всем правду, но отец не давал. Он говорил, что я унаследую бизнес семьи, и ты хотела это получить. Я… не знал, что сказать или сделать.

Я подошел ближе, увидел, что Скайлар заплакала сильнее. Она повторяла, что ее жизнь разрушилась.

– Почему ты не мог поступить как мужчина и рассказать всем правду, идиот? Теперь, с этой фотографией, станет еще хуже, и ты это знаешь, – сказал я и пошел к ней.

Она посмотрела на меня и затаила дыхание. На миг в ее глазах вспыхнула жизнь. Она была рада мне. Я хотел, чтобы она просто бросилась в мои объятия. Я хотел защитить ее. Я хотел любить ее.

– Скайлар, – нежно прошептал я.

И она побежала ко мне. Сердце колотилось в моей груди.

Я сжал ее как можно крепче.

– Обещаю, все будет хорошо. Обещаю, ангел. Я обещаю.

Она всхлипывала, пока пыталась говорить.

– Н–не будет, Вьятт. Все увидели ту фотографию. Все!

Я посмотрел на Чарли. Он прислонялся к дереву, сжав голову руками.

«Что такое? Он плачет? Я могу дать ему еще повод для слез своим кулаком».

– Ты знаешь, что нужно сделать. Нужно рассказать правду, Чарли. Ты должен ей.

Он медленно поднял голову и покачал головой.

– Я попаду в тюрьму. Папа откажется от меня. Я потеряю все.

Митч вдруг прижал Чарли к дереву.

– Ублюдок! Ты испортил жизнь моей сестре. Думаешь, нам есть дело до твоей жизни? Ты расскажешь всем правду.

Чарли оттолкнул Митча от себя.

– Или что, Митч? Что ты сделаешь?

Митч улыбнулся и поднял телефон.

– Мне ничего не нужно делать. Чарли, от этого можно и самому пострадать. Я уже отправил Мишель видео, где ты говоришь, что изнасиловал мою сестру, но боялся сказать правду. О, да, это покажет и то, что твой папочка прикрыл тебя.

Скайлар повернулась и посмотрела на меня и Митча.

– Что? – сказала она хором с Чарли.

Митч улыбнулся Скайлар.

– Благодаря идее Вьятта, я включил съемку и все записал. Все узнают правду, сестренка. Все узнают, что за дерьмо прячется в этом гаде и его отце.

Чарли побелел.

– Нет! Отец убьет меня. Почему, Митч?

– Я не обязан отвечать. Уходи, пока я не избил тебя. Наслаждайся свободой. Тебе недолго осталось.

Чарли пошел к Скайлар. Она отпрянула и прижалась ко мне. Я обвил ее руками и ощутил ее дрожь.

Я прошептал ей на ухо:

– Он больше тебе не навредит, ангел. Никто тебе больше не навредит.

Глядя на меня и Скайлар, Чарли сказал:

– Простите. Я знаю, вы мне не верите… но отец не дал мне шанса.

Тело Скайлар дрожало.

– У тебя был выбор, когда ты добавил наркотик в мой напиток. Был выбор, когда ты снял с меня одежду и изнасиловал, когда я не могла тебя остановить. Был выбор сказать правду. Я не прощу того, что ты сделал со мной, и я надеюсь, что ты сгниешь в тюрьме. Уйди, Чарли. Я не хочу тебя больше ни видеть, ни слышать. Никогда!

Он посмотрел на меня, а потом отвернулся и ушел. Ноги Скайлар не выдержали, она сползла к земле. Схватив ее крепче, я поднял ее и повернул к себе.

Она посмотрела в мои глаза, и мое сердце исполнилось любви к этой девушке так, что могло лопнуть.

Она слабо улыбнулась.

– Мой герой.

– Скай…

Качая головой, она закрыла глаза.

– Прошу, Вьятт. Прошу, поцелуй меня еще раз. Заставь забыть обо всем, как ты делал раньше.

Тепло охватило мое тело, и я прижал ладони к ее лицу. Я склонился, нежно задел ее губы своими. Поцелуй быстро стал страстным. Она запустила пальцы в мои волосы, тихо застонала, и звук пронесся молнией по моему телу.

«Люблю ее».

– Да, кхм… я не хочу этого видеть, – сказал Митч, подходя. – Она все же моя сестра, и я все еще хочу кого–нибудь побить.

Я медленно отодвинулся, а она рассмеялась. Она заглядывала в мою душу, и ее взгляд показывал ее любовь.

«Я сделаю все ради нее. Что угодно».

– Скай, я… я…

Она прижала палец к моим губам и улыбнулась.

– Знаю. Я тоже это чувствую. Ты сделаешь мне одолжение?

Я быстро закивал и ответил:

– Да! Конечно. Что угодно.

– Отвезешь меня домой, чтобы я все рассказала родителям? Будешь со мной, когда я буду рассказывать? Я не справлюсь одна.

Мои ладони потели, ноги едва держали меня. Это происходило со мной?

– Я пойду за тобой куда угодно, ангел.

Скайлар взяла меня за руки. Зазвонили наши телефоны.

Она вытащила свой телефон и нахмурилась.

– Мам? Уже еду домой с Вьяттом и Митчем. Я могу там с тобой поговорить? Да, я в порядке. Обещаю, мам. Я все расскажу дома. Я тоже тебя люблю.

Она убрала телефон в задний карман, привстала на носочки и нежно поцеловала меня в губы. Чуть отодвинувшись, она сказала:

– Мне всегда было интересно, как это ощущается.

Я спросил, хмурясь:

– Что ощущается?

– Поцелуи и такая… любовь. Ощущать, как тебя любят, через поцелуй.

Мое сердце забилось быстрее, желудок трепетал. Я хотел быть со Скайлар, и не только физически. Я хотел показывать ей каждый день, как любил ее, восхищался ею. Я хотел притянуть ее к себе и показать, как хотел ее. Я знал, что сейчас не время. Мне нужно было терпеть.

Я прижал ладонь к ее шее сзади и притянул ее для еще одного поцелуя.

– Хорошо, что ты с тем, кто по уши влюблен в тебя.

Она прислонилась лбом к моему лбу.

– Я тоже тебя люблю, Вьятт.

Я взял ее за руку, притянул к себе, и мы пошли к ее машине.

Митч прислонялся к своей машине с глупой улыбкой.

– Обидишь ее… и я тебя побью, – сказал он мне.

Я открыл дверцу, чтобы Скайлар забралась в машину. Она рассмеялась, а я посмотрел на Митча.

– Хорошо, чувак, я запомню.

ДВАДЦАТЬ ОДИН

Скайлар

Мои родители сидели с потрясенными лицами.

– Скайлар, почему ты не рассказывала о записках и унижении? – спросил папа.

Я взглянула на Митча. Мишель сидела с ним, держала его за руку.

Я посмотрела на отца и пожала плечами.

– Я не хотела вас беспокоить. После твоего сердечного приступа я не хотела добавлять стресс.

Папа опустил плечи и сказал:

– О, Скайлар. Если бы я знал, что за груз ты несешь на своих плечах… Я даже не знаю, что думать, – он посмотрел на Митча. – Как ты мог не рассказать нам, Митч?

Митч хотел заговорить, но я перебила его.

– Пап, не сердись на него. Он умолял меня, а я не давала. И я заставила его пообещать, что он не расскажет тебе, а он не хотел подрывать мое доверие. Прошу, не сердись на него. Если и сердиться, то на меня.

Мама встала и подошла ко мне.

– Скайлар, никто не сердится, и мы не виним тебя.

– Я злюсь! Я в ярости, и я оторву голову и Чарли, и его проклятому отцу» – закричал мой отец.

Митч вскочил на ноги.

– Пап, тебе нужно успокоиться.

– Нет, мне нужно кого–то ударить.

Вьятт встал.

– Можете ударить меня, сэр.

Я охнула.

– Что?

– Да! – сказал Митч, хлопнул в ладоши и удерживал Вьятта на месте.

Отец выглядел так, словно подумывал ударить Вьятта.

– Пап! Ты же не хочешь ударить моего парня?

– Ой–ой, – сказала мама.

Я повернулась к ней и спросила:

– Это все, мам? «Ой–ой»?

– Давай, пап. Один удар, – сказал Митч.

Вьятт сморщился и закрыл глаза.

– Готов! – закричал он.

Я заслонила его собой и завопила:

– Папа!

– Он разрешил! Всего удар, Скайлар.

Я повернулась к маме и взмолилась:

– Мам! Образумь их.

Она рассмеялась и подошла к моему отцу.

– Хорошо, успокойся, Рокки. Ты не будешь бить Вьятта. Он этого не заслуживает.

Папа кивнул.

– Точно. Но хорошо, что ты готов принять удар, сынок.

– Блин, – буркнул Митч и отпустил Вьятта.

Мишель и Вьятт смеялись.

Он притянул меня к себе и поцеловал кончик носа.

– Ангел, твой папа и не собирался меня бить.

– Это ты так говоришь, – сказал отец, проходя мимо.

Улыбка Вьятта пропала, а Митч рассмеялся.

Мы провели вечер вместе. Мишель и я помогали маме с ужином, а отец взял Вьятта и Митча играть в баскетбол. Папа стал намного активнее после сердечного приступа, но я знала, что мама все равно нервничала.

После ужина мы с Вьяттом поехали в школу за его машиной.

Я прислонилась к его машине и глубоко вдохнула.

– Как думаешь, много человек посмотрело видео с Чарли?

Вьятт покачал головой.

– Кто знает? Интересно, увидел ли его отец Чарли.

Я сжала губы и закрыла глаза.

– Мне писало несколько человек.

– Насчет видео?

Я открыла глаза и посмотрела в его красивые глаза.

– Да. Они сказали, что никогда не верили Чарли, но его отец приходил к ним и говорил с родителями. Видимо, угрожал, что, если они будут меня поддерживать, жить станет сложнее… что бы это ни значило.

– Тот парень – козел, надеюсь, он получит по заслугам.

– И я, – я кивнула. – Думаешь, все станет нормальным? – спросила я у Вьятта.

Он притянул меня к себе, и я обвила руками его шею.

– Не знаю, ангел. Для меня важны только ты и наше будущее.

Я улыбнулась, зеки пылали.

– Надеюсь, в будущем много поцелуев.

Он подмигнул.

– О, да.

Моя улыбка увяла. Я знала, что должна быть честной с Вьяттом. Я надеялась, что ему хватит терпения со мной.

– Вьятт, пойми, я очень хочу… хочу быть с тобой, но я не знаю, когда буду готова на такой шаг.

Он убрал прядь волос мне за ухо, заглянул в мои глаза с любовью.

– Я не спешу, Скай. Я хочу тебя до конца жизни, и я готов ждать, пока ты не будешь готова. Я не буду тебя торопить. Я хочу, чтобы, когда мы занялись любовью, для тебя все было идеально.

В груди трепетало, я едва дышала.

– Ты как сон, знаешь?

Он рассмеялся и потерся носом о мой нос.

– А теперь?

– Да. Ты пришел и спас меня из ада, в котором я жила, и с тобой я ощутила себя любимой. Я не знаю, как ты это делаешь.

Он прижал ладони к моим щекам и смотрел в мои глаза.

– Скайлар, я еще не ощущал такого. Я на все готов ради тебя. И каждый мой вдох для тебя.

«Ого…».

– Стоит мне подумать, что мое сердце не может биться еще быстрее из–за тебя, ты говоришь что–нибудь такое.

Вьятт подмигнул и ответил:

– Я стараюсь.

Сердце стало тяжелым при мысли о фотографии, где я была без сознания. Там было видно, что Чарли насиловал меня. Все это видели.

– Как я могу прийти завтра в школу, зная, что все видели ту фотографию?

Вьятт взял меня за руку, поцеловал мое запястье.

– Ты придешь со мной, мы пройдем по коридорам рука об руку. Ты не будешь думать или переживать об этом. Может, станет хуже, но потом все наладится, обещаю, и, когда мы доучимся, я увезу тебя на время из Марбл Фолс.

Я приподняла брови и улыбнулась.

– В Италию?

Вьятт рассмеялся.

– Ты хочешь в Италию?

Кивнув, я ответила:

– Я бы хотела побывать в Италии.

– Лучший друг отца живет в Венеции. Думаю, удастся это устроить.

Я зажала рот руками, а потом воскликнула:

– Ты серьезно?

– Конечно.

Я бросилась к нему, Вьятт обвил меня руками и закружил, пока мы смеялись.

Я знала, что все будет хорошо. Дорога не будет гладкой, но я знала, что буду на ней с Вьяттом.

– Следующей проблемой – после похода в школу завтра – будет убедить родителей насчет Италии.

Вьятт зловеще улыбнулся и ответил:

– Предоставь это мне. Думаю, я смогу их уговорить.

Я удивленно отодвинулась.

– Ты видел моих родителей. Будет непросто.

Он сексуально улыбнулся и подмигнул, мое сердце таяло.

– О, как мне нравится вызов.

ДВАДЦАТЬ ДВА

Вьятт

Стук в дверь спальни заставил меня оторвать взгляд от книги, которую я читал для английского.

– Открыто.

Отец медленно открыл дверь и заглянул.

– Эй, есть пара минут?

Я отложил книгу и кивнул.

– Да. Ты что–то узнал?

– Почти час назад Чарли признался, что подсыпал ГГБ в напиток Скайлар. Он хотел, чтобы она была в сознании во время этого, но думал, что она ничего не запомнит. Он дал ей мало. Я посмотрел ее показания. Она сказала, что проснулась, когда Чарли насиловал ее. Она могла говорить, но не могла двигаться, а потом потеряла сознание.

Гнев загорался во мне, я представил, что Чарли сделал со Скайлар.

– Какое чудовище так делает? – раздавлено сказал я.

– Он был одержим ею, думал, что получит то, чего хочет. А когда понял, что Скайлар запомнила это, он пошел домой и рассказал отцу, и тот решил сказать, что у них был секс по взаимному согласию, но после этого Скайлар стала ощущать вину за то, что изменила парню.

– Джейкобу, – сказал я.

Скайлар тогда встречалась с Джейкобом.

– Они не могли проверить Скайлар на это вещество? – спросил я.

Отец нахмурился.

– Тут все путается. Отец Чарли заплатил кому–то в больнице, чтобы там сказали, что в организме Скайлар нет ГГБ, хотя вещество там было.

Я встал и начал расхаживать.

– Сколько власти у этого человека? Заплатил в больнице, ходит по домам и угрожает детям и их родителям.

Отец глубоко вдохнул и медленно выдохнул.

– Похоже, он был лишь в паре домов, в основном, у футболистов. Он знал, что они могли повлиять на других детей, как ему хотелось. Он пообещал им помощь с обучением, пригрозил, и ученики вскоре обернулись против Скайлар. Хватило нескольких детей, и остальные, как ни печально, пошли за ними без доказательств и фактов…

Я провел рукой по волосам и застонал.

– Я ненавижу то, что это произошло с ней, но правда всплыла. Теперь, когда она пройдет завтра по коридорам, надеюсь, все те гады будут ужасно себя ощущать, зная, что они сделали.

Папа стукнул меня по спине.

– Знаю, сын. И я понимаю, как тебе ощущается то, как они обходятся со Скайлар. Помни, что нужно держать себя в руках. Еще могут быть дети, решившие и дальше унижать ее, особенно теперь, когда они знают, что неправы, и это им не нравится. Скажи Скайлар не опускать голову, и все быстро наладится. Завтра будут разговоры из–за фото и признания Чарли. Просто будь со Скайлар.

– Буду. Ее родители пойдут завтра в школу, чтобы узнать, почему никто не сообщил об унижениях. Были записки и едкие комментарии не при учителях, но отец Скайлар был готов убивать, когда узнал.

Отец рассмеялся.

– Могу представить. Когда ты позвонил и все рассказал, я связался с отцом Скайлар, Полом. Мы долго говорили, и я дал ему знать, что буду рад ответить на вопросы.

Я пожал руку отца.

– Спасибо, пап. Скайлар – все для меня, так что спасибо за все это.

Он улыбнулся и стукнул меня по руке.

– Я знаю, сын. Знаю.

* * *

Я ворочался всю ночь, и в три часа отправил сообщение Скайлар:

«Думаю о тебе, спящая красавица. Надеюсь, ты увидишь это, как только проснешься».

Телефон загудел меньше, чем через минуту.

Скай: «Не могу уснуть. Мыслей много, и я переживаю, что скажут завтра в школе. Фотография была такой, что людям, типа Дженни, будет что обсудить».

Я: «Не переживай. Обещаю, все будет хорошо. Это затмит признание Чарли».

Скай: «Надеюсь. Это так ужасно, я не могу перестать думать об этом. Кто ее разместил?».

Я не знал, стоило ли говорить Скайлар, что мой отец начал расследование с ФБР. Природа фотографии была поводом для расследования.

Я: «Мы узнаем, ангел. А пока, прошу, поспи. Я заберу тебя утром, и мы поедем в школу вместе».

Скай: «Ладно. Я попробую поспать. Я люблю тебя, Вьятт».

Я улыбнулся, хоть грудь сдавило.

Я: «И я люблю тебя, ангел».

* * *

Скайлар крепко сжимала мою руку, пока мы входили в школу. Она почти задыхалась.

– Дыши, Скай. Все будет хорошо.

Она кивнула и огляделась.

– Да. Я в порядке. Все хорошо.

Мы шли рука об руку, и я был потрясен тому, что многие игнорировали нас. Казалось, теперь им было не о чем говорить, Скайлар была старой новостью. Это было быстро. Я был уверен, что они узнали и о том, что родители Скайлар приходили в школу из–за унижений дочери.

Скайлар подошла к шкафчику, вдохнула и открыла его.

Ничего. Записок не было.

Она выдохнула. Оглянувшись, я заметил Дженни. Я знал, что она выложила ту фотографию. Я не знал, как это доказать.

– Ничего нет.

– Ты в порядке, ангел?

Она улыбнулась и ответила:

– Да, ведь знаю, что мы увидимся за обедом.

Смеясь, я сказал:

– Мы увидимся и на английском. Миссис Ричардсон согласилась сделать твое расписание прежним. Она сказала, что все уже в силе.

Скайлар обняла меня, уткнулась лицом в мою шею.

– Я люблю тебя, Вьятт Смит. Так сильно люблю.

Остаток дня прошел без событий. Скайлар сказала, что около пяти человек подошли и извинились. Они оставались за привычными столами за обедом, и за нашим столом были только Митч, Мишель, Скайлар и я. И это было идеально, я бы это не менял.

После уроков я увидел Джейкоба у шкафчика Скайлар. Мне казалось, что теперь он не успокоится.

– Я хочу получить второй шанс, Скай. Ты мне так дорога.

Я с трудом сдержался. Я не буду ревнивцем. Мне нужно было, чтобы Скайлар сама разобралась с этим.

– Прости, Джейкоб, но рассказы о том, как ты переживал, и как хочешь второй шанс, ничего не исправят. Если бы я была дорога, ты бы так не поступил.

– Я не распространял сплетни, Скайлар!

– Но и не пытался их остановить. Ты ничего не сделал, Джейкоб. В том и проблема. Я знаю, что такое забота, когда человек готов двигать ради меня небо и землю. Я знаю, что такое любовь.

– Ладно тебе, Скайлар. Ты хочешь сказать, что любишь Вьятта Смита, нового красавчика, за которым ходят все девочки школы?

– Все, кроме меня. Ты ничего не знаешь обо мне, Джейкоб. Но можешь узнать это. Я буду в порядке, и одна из главных причин этого – Вьятт. И да – он любит меня, а я – его. Если не можешь уважать это, то нам не о чем говорить.

Я гордо выпятил грудь. Как же я любил эту девушку!

Скайлар посмотрела за плечо Джейкоба, заметила меня. От ее улыбки мои колени ослабели.

Я подошел, стукнул Джейкоба по спине и спросил:

– Как дела, Джейкоб?

Он посмотрел на Скайлар, потом на меня и сказал:

– Не очень, – он пошел по коридору.

– Все хорошо? – спросил я.

Скайлар кивнула и посмотрела в мои глаза. Я впервые увидел в ее глазах то, чего не было за все время с нашей первой встречи – умиротворение.

– Думаю, сегодня пора побывать на нашем месте.

Я ответил, широко улыбаясь:

– Да. Готова к нашему свидания?

– Конечно, готова, – ответила она, смеясь.

ДВАДЦАТЬ ТРИ

Скайлар

Прошло чуть больше месяца с признания Чарли. Все медленно вернулось в норму. Я не получала записки с того дня, как Митч снял Чарли. В школе со мной здоровались в коридорах, так было и на работе, ко мне подходили, при мне шутили. Некоторые девочки звали меня с собой в магазины, но я вежливо отказывалась, решив вместо этого съездить в Остин с Мишель на поиск платьев для выпускного бала.

И только Дженни все еще относилась ко мне как к прокаженной.

Я увидела ее на парковке. Она смеялась над словами Джейкоба. Она посмотрела на меня, ее улыбка увяла, и она быстро отвела взгляд.

Мы так и не заставили ее признаться, что это она рассылала фотографии или оставляла записки. Мои родители спрашивали, как далеко мы хотим зайти в этом. Я сказала им, что хотела лишь окончить школу и начать в колледже все заново. Они согласились.

Я улыбнулась, думая, как мне повезло, что родители согласились отпустить меня с Вьяттом в Италию на месяц после выпускного. Вьятт уговорил их. Конечно, помогло и то, что папа Вьятта пообещал, что будет следить за нами всеми способами.

Я, хмурясь, подумала, какие способы он имел в виду.

– Эй, что такое, цветочек? – спросила Мишель, задев мое плечо своим.

– Ты счастливая, – сказала я с улыбкой.

Мишель широко улыбалась.

– Мы с Митчем не зря опоздали утром. Моих родителей нет в городе, и… утром на кухне было жарко, когда он зашел за мной.

Я ответила, шутливо скалясь:

– Фу, мне такое можно было и не рассказывать.

Она, смеясь, посмотрела на меня:

– Так… вы с Вьяттом еще не дошли до такого?

Я закатила глаза и покачала головой.

– Ты такая романтичная, знаешь? Я вижу, почему вы с Митчем идеальны в паре.

– О, хватит. Тебе нравится, что я влюблена в твоего брата.

Да, я была за них рада.

– Отвечу тебе. Мы еще не занимались любовью. Вьятт сдерживается, и я начинаю беспокоиться, что это из–за случившегося со мной и Чарли.

Мишель охнула.

– Боже, Скай. Ты знаешь, что причина не в этом. Безумно так думать. По одному взгляду понятно, как Вьятт влюблен в тебя. Он попал. Я не виню его за желание сделать твой первый раз особенным. То есть… могли бы вы заняться этим на заднем сидении его машины? Да. Но разве ты этого хочешь?

Я смотрела на нее, раскрыв рот.

– Боже, серьезно? На заднем сидении его машины?

– Это не было бы занятием любовью. То есть, могло быть, но это не очень–то романтично. Да?

Я согласилась с ней.