355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Элизабет Торнтон » Роковое наваждение » Текст книги (страница 3)
Роковое наваждение
  • Текст добавлен: 10 сентября 2016, 19:35

Текст книги "Роковое наваждение"


Автор книги: Элизабет Торнтон



сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 21 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]

– Почему? По всему. Можете назвать это интуицией, но мне кажется…

Он коснулся щеки Сары кончиками пальцев так нежно, что она невольно зажмурилась. Ей хотелось продлить это прикосновение.

– Мне кажется, – тихо продолжил незнакомец, – что вам нужен друг.

На глаза Сары навернулись непрошеные слезы. Она редко плакала и никогда – в присутствии посторонних. В последний раз Сара рыдала в тот день, когда хоронили отца, и то закрывшись в своей комнате.

Этот человек так легко и быстро сумел проникнуть в ее мысли, в ее чувства. Как ему удалось понять ее одиночество, ее желание быть под чьей-то надежной защитой?

Прежде чем заговорить, Сара сглотнула, но это не помогло, и голос ее все же дрогнул:

– Странно… Как странно это слышать. Ведь вы совсем не знаете меня.

Он придвинулся ближе, и Сара почувствовала сильный запах бренди.

– Я кажусь вам странным? Действительно?

– Да… Нет.

– Тогда каким же?

Сара задумалась, прежде чем ответить.

– Близким, – сказала она наконец. Он и в самом деле казался ей давнишним другом, потерянным и обретенным вновь. Но это же абсурд. – Глупости все это. Я уверена, что мы никогда с вами не встречались.

– Мне тоже так кажется. – Его ладонь снова коснулась ее щеки. – Наверное, вы околдовали меня. А вы? Скажите, что вы чувствуете?

Саре казалось, что она пьяна. Ей было так хорошо и спокойно в этой маленькой комнате, рядом с этим человеком. Мир тихо плыл и качался перед ее глазами.

Полумрак, дальний отсвет уличных фонарей, тихий дождь, который накрапывал по крыше, – все это создавало уютный, тесный кокон, из которого не хотелось выбираться наружу. Как жаль, что ночь не может длиться вечно. Как жаль, что вскоре взойдет солнце и кончится волшебство.

Сара попыталась всмотреться в лицо незнакомца, насколько это было возможно в призрачном матовом полумраке. Ей удалось понять, что у него светлые волосы, удалось рассмотреть очертания его губ – крупных и чувственных. Вот, пожалуй, и все. Остальное Сара могла только домысливать. Глаза? Они должны быть у него добрыми. И непременно – с сеточкой легких морщин в уголках. А еще – улыбка. Мягкая и добрая, под стать глазам. Под стать его приятному низкому голосу.

– Хотите, чтобы я остался? – Он легко коснулся губами ее щеки. – Скажите, вам хочется, чтобы я остался?

Это было безумием. Сара не могла ответить “да”, но и сказать “нет” было выше ее сил.

Она промолчала, а незнакомец вновь поцеловал ее в губы. На этот раз Сара не почувствовала испуга. Она почему-то была уверена, что его всегда можно будет остановить. Сара запрокинула голову, и мужчина потянулся вперед, всем своим телом накрывая ее тело. Но и это не испугало Сару. Губы незнакомца были теплыми и нежными, и Сара начала трепетать всем телом.

Он слегка оторвал свои губы от ее рта.

– Не бойтесь. Я не причиню вам зла. И не стану заходить слишком далеко, если вам не захочется.

Сара подняла руку и коснулась ладонью его щеки.

– Я вовсе не боюсь вас, – прошептала она.

– Я знаю, – ответил незнакомец и сглотнул. – Бояться скорее должен я.

Не успела Сара удивиться его словам, как мужские губы вновь накрыли ее рот. На этот раз поцелуй был другим – сильным и страстным. Губы Сары сами собой раскрылись навстречу губам незнакомца, жадно ловя их. Рука мужчины скользнула по груди Сары и опустилась ниже, на талию, а затем на ее бедро. Голова Сары закружилась, и в ней молнией пронеслась мысль: “Он хочет заняться со мной любовью. Но я тоже этого хочу”, – мысленно ответила она самой себе.

Да, она, Сара Карстерс, хочет заняться любовью с человеком, которого даже толком не разглядела. Сара знала, что это безумие, что нельзя позволять чувствам брать верх над разумом, и все же, все же… Что она знала об этом человеке? Только то, что он добр. Но разве этого мало? И эти нежные руки. Разве можно найти в себе силы на то, чтобы оттолкнуть их?

Никогда в жизни Саре не было так хорошо и удивительно, как сейчас. Поцелуи незнакомца становились все жарче, а его руки… О эти руки! Они творили с Сарой что-то невероятное! Это были руки волшебника. Они знали, как ласкать ее тело, и знали, где его нужно ласкать, чтобы оно налилось жаром. Они буквально сводили Сару с ума.

У нее не было больше сил сопротивляться.

Сара не отталкивала теперь плечи незнакомца, а напротив, все сильнее притягивала их к себе. Незнакомец прижался к ней всем своим большим горячим телом, и Сара ощутила твердую плоть, которая рвалась сквозь тонкую ткань его брюк. Голова Сары начала кружиться и становиться невесомой, как воздушный шар.

– С ума сойти, – бессвязно пробормотал незнакомец. – Это просто какая-то пытка.

Сара не могла больше ни терпеть, ни сопротивляться. Она мучительно, долго застонала и вознеслась к своей вершине блаженства, не дожидаясь вступления в игру своего неизвестного партнера.

Позже, когда Сара немного пришла в себя и отдышалась, он нежно поцеловал ее глаза, плечи, грудь и прошептал, приподнимаясь на локтях:

– Мне кажется, нам пора представиться друг другу. Только сначала я зажгу свечу.

Саре не хотелось нарушать это волшебство, и она возразила:

– Нет! Не нужно все портить! Это было так.., так прекрасно. А свет разрушит это чудо. – И добавила мягко и грустно:

– Нам лучше расстаться вот так, в темноте. Честное слово, так будет лучше.

Но в голосе, который ответил ей из темноты, вместо бархата, к которому Сара уже успела привыкнуть, неожиданно прозвучала сталь:

– Полночное безумство – и только? Я так не считаю.

Вы хотите остаться неузнанной. Что ж, понимаю. Но боюсь, что не могу вам позволить этого.

О, теперь этот голос не был голосом старинного друга. Куда испарилось его очарование? Откуда появились в нем эти жесткие нотки?

Сара приподнялась на локтях и услышала звук зажигаемой спички. Этот мужчина вовсе не был ягненком. Как бы он не оказался серым волком!

И Сара вновь ощутила испуг.

Глава 4

Макс зажег две свечи, стоявшие на каминной полке, и медленно повернулся, чтобы увидеть лицо женщины, которая ворвалась в его жизнь словно комета. Однажды, когда он был еще мальчишкой, в дерево, под которым он стоял, ударила молния. Тогда ему удалось убежать. Удастся ли ему сделать это и на сей раз?

Сара тем временем принялась собирать с пола осколки стекла от разбитого графина. Собрав, она бросила их в мусорную корзину и только после этого подняла свое лицо.

Каштановые спутавшиеся волосы падали ей на плечи – точеные, тонкие. Карие глаза казались еще темнее на матовом бледном лице. Было трудно понять направление ее взгляда – он был сосредоточенным и рассеянным в одно и то же время. Но она не отводила глаз, и это очень понравилось Максу. Еще ему нравилось, что эта женщина не собиралась плакать или упрекать его в том, что только что произошло. Но что на самом деле произошло между ними – вот вопрос!

Макс затруднялся на него ответить. Единственное, что он знал теперь наверняка: он не станет убегать от этой женщины, как мальчик, спасающийся в грозу от молнии.

Сара только теперь заметила свою обнаженную грудь. И вновь, как с уважением заметил Макс, не проявила ни волнения, ни суеты. Просто застегнула ночную рубашку на все пуговицы, продолжая смотреть на Макса. Судя по всему, у нее была железная выдержка.

Макс мягко улыбнулся и сказал негромко:

– Не бойтесь. На самом деле я тихоня.

– Это вы-то тихоня? – Взгляд ее стал холодным. – Не сказала бы. Во всяком случае, выглядите вы так, словно только что вернулись с войны.

Боже, до чего же нравился Максу ее голос – низкий, волнующий, слегка хрипловатый. Он опустил глаза на свою одежду, увидел, что та испачкана кровью – его кровью, – и криво усмехнулся.

– А, это, – сказал он. – Пустяки. Я дрался. И проиграл. У меня просто был такой тяжелый день.

– Вы коринфянин?

По ее тону было заметно, что она не очень-то высокого мнения о них.

– Вроде того, а что?

– У меня двое братьев. Они тоже считают себя коринфянами. И тоже постоянно попадают во всякие переделки.

– Я дрался на ринге, – обиженно возразил Макс. Сара окинула насмешливым взглядом его тесный сюртук, желтые брюки и высокие модные ботинки с непременными идиотскими золотыми пряжками.

– Если вы хотите узнать, у кого я одеваюсь, могу ответить: у Вестона, – улыбнулся Макс. – А обуваюсь у Шульца с Бонд-стрит.

– Я так и думала, – холодно сказала Сара.

Итак, она решила, что перед ней просто богатый бездельник. Макс не знал, как ему реагировать на это – просто рассмеяться или рассказать этой женщине о том, что он не последний человек среди журналистов.

Для начала Макс решил промолчать. Зачем раньше времени раскрывать свои карты?

Он сделал небольшой осторожный шаг вперед. Она не стала отступать или закрываться. Просто подхватила со стула халат и нырнула в него.

– Прошу вас, – сказал Макс, – присядьте. Нам нужно поговорить.

– Я предпочитаю стоять.

– И все же.

Их взгляды встретились. Немного поколебавшись, она все же сдалась и присела на стул с высокой спинкой, стоявший рядом с газетным столиком из красного дерева. Макс устроился напротив.

После непродолжительной паузы Сара спросила спокойно и даже равнодушно:

– Так что? О чем вы хотели поговорить со мной?

– Во-первых, – начал Макс, – я хотел бы кое-что прояснить.

Он коснулся ее левой руки. Обручального кольца на пальце не было. Макс отпустил руку Сары и подытожил:

– Итак, вы не замужем. Я тоже свободен.

– И что же?

– Это упрощает дело. Меня зовут Макс Уорт. Поверьте, я не так часто забираюсь в окна к незнакомым женщинам. Обычно я не прихожу без приглашения и не делаю того, что произошло в этой комнате несколько минут назад.

Она не смутилась, только дрогнули слегка ее длинные ресницы.

– Мистер Уорт… – начала Сара.

– Прошу вас, зовите меня просто Макс. Она только вздохнула.

– Я полагаю, что ваши слова нужно принимать как попытку извиниться. Это лишнее, поверьте. – Сара подняла свой взгляд и теперь смотрела прямо в глаза Максу. – Не вижу повода поднимать шум вокруг того, что случилось. Да и не случилось ничего особенного, если уж честно говорить. Мы с вами взрослые люди и отвечаем за свои поступки. Что случилось, то случилось. И пора забыть обо всем. Все было прекрасно, но все закончено.

Сара нахмурилась, когда Макс громко расхохотался в ответ.

– Если бы вы только знали, – сказал Макс, качая головой, – сколько раз я сам говорил эти слова при расставаниях! Но сегодня я не хочу ни говорить их, ни слышать. И запомните: во-первых, я вовсе не собирался извиняться. А во-вторых, “ничего особенного”, как вы говорите, не случилось только потому, что я сумел об этом позаботиться. Вы понимаете, о чем я говорю?

Сара прекрасно поняла, что он имеет в виду, и густо покраснела. Грудь ее высоко поднималась в такт дыханию.

– Я напомнил вам об этом только для того, чтобы подчеркнуть, что я – человек слова. Я обещал вам не заходить за рамки и сдержал обещание, – договорил Макс.

Сара хотела встать, но Макс удержал ее взглядом.

– Если вы ждете моей благодарности, – сказала она, прижимаясь спиной к спинке стула, – то можете считать, что добились ее. Что дальше? К чему весь этот разговор? На этом моя благодарность заканчивается, и если вы намеревались снова затащить меня в постель, то мне придется вас огорчить отказом.

Ее маленькая речь восхитила Макса. Вот это женщина, вот это характер! Ни тени ложной скромности, ни малейшего возмущения или обиды. Все сказано прямо и точно, без недомолвок или уверток.

– К чему весь этот разговор? – переспросил Макс. – Я и сам не знаю, к чему он.

Здесь он немного покривил душой. Макс прекрасно знал, к чему клонится их объяснение. Его неудержимо тянуло к этой женщине. Так неудержимо, что это даже озадачило его. Такое Макс переживал впервые.

– Я хотел бы ближе узнать вас, – сказал он и улыбнулся своей неотразимой улыбкой. – Но здесь мы оба будем чувствовать себя скованно. Не хотите немного пройтись? – неожиданно предложил он.

– Что? – наклонилась к нему Сара. – Пройтись? В три часа утра?

– Ну, хорошо, давайте останемся здесь, – согласился Макс. – Как вас зовут?

– Дайте слово, что после этого вы уйдете.

– Предположим.

– Меня зовут Сара.

– А точнее?

– Сара Чайлд.

– Сара, – повторил он, перекатывая на кончике языка ее имя. – Прекрасно. А кто такой Уильям?

– Уильям? – переспросила Сара, стараясь выиграть время, и откинулась на спинку стула.

– Вы назвали это имя, когда я залезал к вам в окно.

– Тогда позвольте мне сначала узнать, кто такая Дейдра, – ощетинилась Сара.

– Дейдра, – покачал головой Макс, – это теперь история. Древняя история. Можете забыть о ней.

Сара окинула Макса осуждающим взглядом, словно мальчишку, пойманного в чужом саду.

– Вы очень жестоки, – сказала она.

– Вовсе нет, – запротестовал Макс. – Наши отношения ни к чему никого не обязывали. Каждый из нас вправе в любой момент прекратить их. Вы удовлетворены?

– Мне не доставляет ни малейшего удовольствия думать, что вы разорвали отношения с вашей любовницей из-за меня, – сухо сказала Сара.

– Пусть вас это не волнует, – улыбнулся Макс. – Считайте, что вы здесь ни при чем. Лучше расскажите мне про Уильяма.

Взгляд Сары потух.

– Уильям… – медленно сказала она. – Можете считать, что это тоже древняя история.

– Бывший любовник?

– Не совсем то, что вы думаете. Наступило молчание. Наконец Макс глубоко вздохнул и заметил:

– Интересно. Мы с вами провели вместе почти всю ночь, а вы так и не ответили толком ни на один мой вопрос. Вы назвали имя Уильяма, когда увидели меня в окне. Затем пытались оглушить меня графином. Это наводит на мысль, что вы боитесь этого человека. Хотелось бы знать, почему. Сара слегка прищурилась и сказала:

– Если вы расслышали имя Уильяма, значит, с самого начала должны были знать, что я не Дейдра.

– Ошибаетесь, – усмехнулся Макс. – У Дейдры есть муж, и зовут его не как-нибудь, а Уильям. Не надо, не поджимайте губы, вам это не к лицу. Дейдра и ее муж давно живут каждый сам по себе.

Сара разжала губы, но сказала только одно слово:

– Понятно.

Макс подавил вздох. Он начал подозревать, что у него с этой женщиной ничего не сложится. Разве что со временем, если у них будет возможность получше узнать друг друга.

– Итак, мы говорили об Уильяме, – напомнил Макс. – Почему вы его боитесь?

– Я его не боюсь.

– Мне так не показалось.

– Уильям мертв. А его имя.., я назвала его потому, что часто думаю о нем. Вот, пожалуй, и все, – нашлась Сара.

– Я хотел бы узнать о нем побольше, – проявил настойчивость Макс. – Поверьте, это не просто любопытство. Если у вас есть причины бояться чего-либо, я буду рад помочь вам.

– Вы…

– Назойливый?

– Нет, – улыбнулась она, покачав головой. – Я хотела сказать – очень добрый.

Ее улыбка обрадовала Макса. Только теперь он понял, что давно ждал, когда же она улыбнется. Более того, у него было ощущение, что он уже ждал этой улыбки – давным-давно. Но только как это может быть? Ведь они с Сарой никогда прежде не встречались. Будь иначе, разве он смог бы забыть такую женщину?

Какая-то неопределенная мысль шевельнулась в его голове, но тут же бесследно растаяла.

– Мне не о чем особенно рассказывать, – сказала Сара. – Мне когда-то казалось, что я влюблена в него. Потом я обнаружила, что он очень жестокий человек.

Она помолчала, но, заметив вопрошающий взгляд Макса, продолжила:

– Была одна деревенская девушка. Она ждала ребенка от Уильяма. Он ее бросил. Я узнала об этом задним числом.

– А что случилось с Уильямом?

– Он женился на другой, а потом с ним случился ужасный случай.

– Довольно расплывчатое понятие “ужасный случай”, – улыбнулся Макс.

– В другой раз я расскажу вам подробнее о том, что случилось с Уильямом, – пообещала Сара, – но не сейчас. Пора расходиться.

– Буду расценивать это как предложение встретиться еще раз. Спасибо.

Сара прикусила нижнюю губу, затем, ни слова не говоря, наклонилась, пошарила рукой и вытащила из-под кровати небольшую серебряную фляжку и совсем крошечный серебряный же стаканчик.

– Настойка, – оказала она. – Лечебная. На вкус так себе, но за неимением лучшего сойдет и это.

– Очень любезно с вашей стороны, спасибо. Поскольку Сара не шевелилась. Макс взял фляжку у нее из рук и сам налил себе в стаканчик резко пахнущей бурой жидкости. Он терпеть не мог настоек, особенно лечебных, но ради того, чтобы продлить беседу, выпил бы сейчас и яду. Ведь Сара довольно настойчиво пыталась выставить его за дверь на протяжении всего их разговора. И вовсе не собиралась возвращаться к тому, что произошло или почти произошло в этой комнате, на этой постели. А может быть, и взаправду ничего не произошло?

Но тогда что же это было? Игра воображения? Неужели он просто выдумывает эту женщину, а на самом деле она такая же, как все, – вульгарная, доступная… Обыкновенная. Но в таком случае ему действительно лучше будет поскорее уйти и побыстрее забыть обо всем, что было.

Но Макс почему-то был уверен в обратном.

Он вспомнил ту секунду, когда впервые увидел Сару, приняв ее в темноте за Дейдру. Она стояла на цыпочках спиной к Максу, собираясь задуть свечу, и во всей ее тонкой фигурке сквозили трогательное одиночество и беззащитность, отчего у Макса защемило на душе. А затем свеча погасла, и стало совершенно темно.

У Макса не возникло в первую минуту сомнений в том, что в номере его поджидает не Дейдра, и он решил без лишних слов уложить рассерженную любовницу в постель и утешить на свой лад. Ему казалось, что ей только того и надо.

Потом Макс понял, что сжимает в своих руках вовсе не Дейдру, но решил продолжить игру.

Поначалу загадочная партнерша показалась ему слепленной из того же теста, что и неукротимая в любви Дейдра. Но потом….

Потом события начали развиваться совсем неожиданным путем, и Макс остановился, так и не прибыв в желанную гавань.

И все же, не слишком ли она торопится обо всем забыть?

Он со скрытым отвращением прихлебнул из своего стаканчика и мягко попросил:

– Расскажите немного о себе, Сара. Откуда вы? И куда держите путь?

– Макс… – она умоляюще посмотрела на него. – Давайте обойдемся без этого. Поймите меня правильно. Я собираюсь выйти замуж. Еду, чтобы познакомиться с семьей своего жениха. – Сара дотронулась до рукава Макса и тут же отдернула руку. – Простите, если заставила вас неверно думать о себе.

Сара невольно бросила быстрый взгляд на разворошенную постель.

– У меня нет объяснения тому, что между нами произошло.

– Так вы собираетесь выйти замуж! – воскликнул Макс.

– Совершенно верно, – кивнула Сара.

Звон стаканчика, который Макс резко опустил на стол, заставил ее вздрогнуть.

– Но у вас нет кольца.

– Я не ношу его. Пока.

– Но вы.., вы не можете любить этого человека!

Сара снова кинула взгляд на постель, затем перевела глаза на свои скрещенные пальцы.

– Отчего же? Он мне очень нравится.

– Плюньте на него. Отмените свадьбу, – горячо заговорил Макс. – Дайте себе, по крайней мере, немного времени, чтобы разобраться в своих чувствах.

– Я знаю свои чувства.

Ее взгляд оставался бесстрастным. Она говорила о своей будущей свадьбе так, словно речь шла о каком-то пустяке. Максу захотелось схватить ее за плечи и встряхнуть, чтобы вывести из этого состояния.

– День свадьбы уже объявлен, – быстро заговорила Сара. – Мой жених очень богат. Этот брак позволит решить все финансовые проблемы, связанные с моими братьями и сестрой. Я обязана подумать о них.

– Но вы сами не кажетесь бедной женщиной, – процедил Макс сквозь зубы.

– Что вы хотите предложить мне, Макс? – холодно улыбнулась Сара. – Стать вашей любовницей? Но я предпочитаю быть не любовницей, а женой. Или, может быть, вы предложите мне выйти за вас замуж? Ну, давайте, говорите или ступайте прочь.

При этих словах Макса охватил гнев – и прежде всего на самого себя. Надо же так ошибиться! Она показалась ему необыкновенной женщиной, а на деле она такая же, как все они. Им нужен не человек, а всего лишь его кошелек. И чем он толще, тем привлекательнее в их глазах его владелец.

Сара отвела взгляд в сторону, а гнев Макса тем временем пошел на убыль. Если бы она хотела так просто от него отделаться, она давно уже выставила бы его за дверь. Что же в таком случае удерживает ее?

– Сара, – сказал Макс спокойно и негромко. – Забудьте про деньги. Оставьте мне надежду. Дайте время нам обоим получше узнать друг друга. Это все, о чем я вас прошу.

– Я так и знала, – вздохнула Сара. – Делать мне предложение вы не торопитесь. Вы были женаты прежде, Макс?

– Нет, – коротко отрезал Макс. – Примите мои поздравления в связи с вашей предстоящей свадьбой. Он встал со стула и вежливо поклонился.

– Благодарю вас, – ответила Сара, не поднимая глаз. Макс тихо покинул комнату. Его не оставляла мысль о том, что Сара солгала ему. Нет у нее никакого жениха. Если бы он был, она сказала бы ему об этом раньше, когда он искал кольцо на ее руке.

Максу захотелось вернуться и поделиться с Сарой своими догадками, но он слышал, как повернулся в замке ключ, когда дверь закрылась за его спиной, и знал, что эту дверь ему уже не откроют.

* * *

Сара стояла возле запертой двери до тех пор, пока шаги Макса не стихли в глубине коридора. Так, теперь окно. Она почувствует себя в безопасности только тогда, когда как следует закроет его. Заперев ставни, она опустилась на стул и обхватила себя за плечи. Она чувствовала себя усталой и опустошенной.

"Сара, оставьте мне надежду”, – звучал в ушах низкий, проникновенный голос.

Нет! Нет! Нет! Это было бы катастрофой.

Когда Макс зажег свечи и Сара увидела, кто перед нею, она почувствовала облегчение. Обыкновенный повеса и бездельник. Правда, очень красивый. И она не ошиблась, предугадав эти легкие морщинки в уголках глаз. Они становились заметны каждый раз, когда он улыбался.

И то, что внутри его стальной стержень, она тоже угадала.

"Назойливый”, сказал он о себе. Пожалуй. Или скорее цепкий. Как ему хотелось выведать все ее секреты! Да, этот Макс Уорт оказался очень опасным собеседником, и не дай бог, чтобы их пути когда-нибудь пересеклись вновь.

"Сара, оставьте мне надежду”.

Она посмотрела на постель и поежилась. То, что произошло на этой постели, доказывает низость ее души, в темных уголках которой роятся бесы. Это было так стыдно, так ужасно.., и так прекрасно, черт побери!

У Сары было одно ценное свойство: она никогда не лгала самой себе.

Она долго, очень долго смотрела на смятую постель, затем неожиданно вскочила, оглянулась и принялась торопливо собирать в чемодан свои вещи. Ей хотелось исчезнуть до того, как вернется Макс Уорт. А в том, что он может вернуться, она не сомневалась.

* * *

На следующее утро Макс проснулся с первыми птицами. Он всегда просыпался рано, когда бывал на природе. Многие считают, что в деревенской тиши сладко спится, однако к Максу это не относилось. Именно тишина и будила его. Это в городе он мог спать под стук карет и уличный шум. Там его не разбудил бы даже артиллерийский салют.

Нет, городская жизнь была ему гораздо привычнее.

Итак, он проснулся, когда первые полосы зари едва проступили над горизонтом, окрашивая небо нежным розовым светом. В гостинице царила тишина. Не успел Макс открыть глаза, как на него нахлынули воспоминания о минувшей ночи.

Сара. Макс не мог с уверенностью сказать, поверил ли он ее рассказам о предстоящей свадьбе или нет. Одно Макс знал твердо: до тех пор, пока не увидит собственными глазами ее жениха, он будет держать Сару Чайлд в поле зрения.

Что же касается Дейдры, то Макс вспоминал о ней безо всякого сожаления. Древняя история!

Он улыбнулся своему отражению в зеркале над умывальником и подмигнул самому себе. Когда Макс вернулся вчера в свою комнату, Дейдры уже не было, хотя следы ее пребывания остались, и весьма заметные.

Нет, она не оставила ему прощальной записки. Она просто распаковала чемоданы Макса и отрезала по локоть рукава всех его сюртуков. И все брюки укоротила по самое колено. Гнева Дейдры удалось избежать только белью и рубашкам – их она почему-то не тронула. Так что придется ему ходить в том, в чем он был вчера.

Макс рассмеялся – сам не понимая почему. Вроде бы смеяться нечему: он спал всего каких-то пару часов, лишился всего своего гардероба, части которого валялись по полу, словно дохлые крысы, все тело ломило от вчерашних ударов Мясника, и, наконец, у него были все шансы упустить “Эксетер Кроникл”, которую может перекупить кто-то другой.

В “Эксетер” сидит Питер Феллон. Сидит и ждет документы, которые должен был привезти с собой Макс. А тем временем его хозяин торчит в этой гостинице, и…

Сара.

Почему она показалась ему такой непохожей на остальных женщин? Макс знавал женщин и покрасивей, чем она, но ни одна из них не казалась ему столь желанной. Пожалуй, только одна женщина сумела надолго завладеть его мыслями, и это была Сара Карстерс.

Закончив бритье, Макс уселся на кровати и начал натягивать ботинки.

Сара Карстерс. Макс вспомнил о том, как страстно хотелось ему пробиться тогда, во время суда, сквозь холодную маску безразличия на ее лице. Как хотелось ему схватить ее за плечи и встряхнуть…

Совсем как Сару Чайлд прошлой ночью.

Макс напряженно замер. Нет, не может такого быть! Сара Карстерс была типичной англичанкой – светлоглазой, светловолосой. А Сара Чайлд…

Он озадаченно уставился на свои башмаки. Почему ему подумалось тогда, что он ждал улыбки Сары давным-давно? И почему эта женщина показалась ему так странно знакомой? И почему ему опять захотелось встряхнуть ее за плечи?

Уильям умер, потому что с ним случилось что-то страшное.

Уильям Невилл был женат на сестре Сары Карстерс, а потом Сара убила его.

Уильям. Уильям Невилл.

Нет, не может быть. Сара Карстерс была блондинкой с голубыми глазами. Правда, во время суда ее волосы были спрятаны под капором, а взгляд всегда был отведен в сторону…

Не мог же он так ошибиться? Или мог?

Макс стал вспоминать дальше.

Сара Карстерс была красива, но привлекала к себе внимание не красотой, а волнующим, пьянящим сочетанием невинности и искушенности, которое не могло оставить равнодушным к ней ни одно мужское сердце.

А разве не то же самое сочетание околдовало его прошлой ночью? Невинность и искушенность… Невинность и искушенность…

Неужели Сара Чайлд и Сара Карстерс – одно и то же лицо?

Макс еще раз все перебрал в уме, все сопоставил, а затем громко объявил себя дураком и запустил ботинком в стену.

Как он мог не догадаться об этом раньше? Три года, прошедшие после суда, не выветрили из его памяти образ Сары Карстерс. Он был уверен в том, что узнает ее сразу же, как только увидит, и вот пожалуйста! Не узнал! Обманулся темным цветом ее глаз и волос.

Макс страшно рассердился на себя и в то же время обрадовался. Плохо то, что он не узнал Сару Карстерс, но зато до чего же хорошо, что ему так счастливо удалось уйти от нее. Не иначе, его спас ангел-хранитель. Бр-р-р! Сара Карстерс! Да ей сменить любовника проще, чем ему. Максу, сюртук.

И слава богу, что дело у них не дошло до конца, хотя они и лежали в одной постели!

Теперь Макс вспоминал о прошедшей ночи с омерзением.

Он-то думал, что случилось нечто необыкновенное, но разве может быть что-то необыкновенное в любви для такой женщины, как Сара Карстерс?

Ах, как же он опростоволосился!

Ну ничего, впредь он постарается не повторить подобной ошибки.

Но до чего же лжива эта женщина! Жених! Нет у нее никакого жениха и быть не может! К тому же она – наследница всего состояния своего покойного отца. Зачем ей искать богатого жениха, достаточно своих денег. Просто она хотела поскорее избавиться от Макса, вот и придумала эту историю.

Да, теперь все становится на место. Он напугал ее вчера своими расспросами. Вероятнее всего, она уже успела сбежать из гостиницы. Неважно, ему не составит труда найти ее след. В этот ранний час не так-то много карет колесят по дорогам. Он сумеет догнать ее и поговорить по душам. Не о любви, нет. С этим все ясно. Он сумеет вытрясти из нее всю правду о той давней истории. Он будет трясти ее до тех пор, пока она не расскажет ему все до конца.

Макса охватила лихорадка, хорошо знакомая каждому газетчику, когда он нападает на горячий след. Макс немного походил по комнате, чтобы успокоиться, а затем вышел из номера.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю