Текст книги "Нужна как кислород (СИ)"
Автор книги: Элизабет Сью
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 11 страниц)
Леон
Леон
‒ Нужно что-то решать с рождаемостью людей, их становится слишком много, ‒говорит старший советник, Климент.
‒ И почему они так быстро размножаются? ‒ спрашивает задумчиво Франк.
‒ Может, они просто любят сам процесс зачатия, ‒ усмехнулся Готье.
‒ Как и любое живое существо, ‒ разводит руками Франк.
‒ Хватит пустой болтовни! ‒ рявкает Климент. ‒ А ты что молчишь Леон?
Я устало поднимаю взгляд на советников, мои мысли сейчас заняты совсем другим, но этим проходимцам незачем об этом знать.
‒ Я думаю, что человечеству пора напомнить в каком мире они теперь живут. Мы слишком избаловали людей и, они расслабились.
‒ И что ты предлагаешь? ‒ перебивает меня Франк.
Бросаю на него недовольный взгляд и отвечаю. ‒ Я предлагаю ввести запрет на рождение второго ребенка. Такими темпами нам в скором времени будет некуда селить подрастающее поколение, они должны остановиться.
‒ Хорошо, это разумно, ‒ кивает Климент.
Почти час мы обсуждаем мое предложение, хотя я искренне не понимаю, что тут обсуждать? Да, решение жесткое, но оно нам необходимо.
Закончив обсуждения к восьми часам вечера, я возвращаюсь в свой кабинет, чтобы забрать вещи и поехать домой.
Прошла уже целая неделя, как эта мелкая зараза, Мелисса, сбежала от меня, как только наглости хватило! Я бы давно нашел девчонку сам, если бы чуял ее запах. Но теперь, когда я знаю ее запах, это не составит труда, даже несмотря на то, что девчонка каким-то образом его скрывает.
Если бы не та случайная встреча в полицейском участке, я бы никогда не нашел ее. В тот день, почувствовав едва уловимый запах черной смородины, подумал, что девчонка просто надушилась парфюмом, но решил все же проверить. И каково было мое удивление, когда я понял, что эта мелкая зараза и есть та самая, которую я искал последние десять лет!
Стук в дверь разрывает тишину моего кабинета: ‒ Войдите, ‒ слышу тихие шаги за своей спиной, мне даже не нужно оборачиваться, чтобы понять, кто за ней находится. ‒ Нашли?
‒ Не...т, нет, простите, мы делаем все возможное.
Оборачиваюсь. ‒ Ложь! Если бы вы делали все возможное, она была бы уже у меня! ‒ прикрываю глаза, нужно успокоиться, не стоит привлекать внимание. ‒Ищите дальше, я даю вам ещё три дня, если не найдете ‒ полетят головы. Это понятно?!
‒ Да, ‒ вздрогнув, отвечает мужчина и ретируется из моего кабинета.
Бью кулаком по деревянному столу так, что от него отходят мелкие трещины: ‒ Держи себя в руках Леон, ‒ уговариваю сам себя.
Мне достаточно пройтись по улицам города и, я почую ее, даже, если она под землей, все равно найду. Хочется сорваться и заняться поиском беглянки прямо сейчас, но нельзя, слишком много внимания сейчас приковано к моей персоне. Климент будто специально решил заняться всеми проблемами города именно сейчас, когда мне так нужно остаться незамеченным для других мета-людей.
Если кто-то узнает, что по городу разгуливает свободная избранная, да еще такая хорошенькая, начнётся бойня и, я буду первым, кто будет биться за нее. Нужно немного потерпеть и, запал Климента угаснет, вот тогда я смогу забрать себе своё.
Выскакиваю из кабинета и, кивнув в знак прощания надоедливой помощнице, которая, похоже, только и живет мечтой залезть ко мне в трусы, выхожу на улицу.
Лулу конечно бесит меня своим развязным поведением, но свою работу девушка выполняет хорошо. Пока я спускался в лифте, она вызывает водителя, поэтому, я сразу ныряю в салон автомобиля и приказываю везти меня домой.
Захожу в свой дом, тут все также, как и всегда, все согласно распорядку. Четыре избранные девушки стоят посреди огромного холла, с опущенными вниз головами.
Каждая из них в тайне надеется, что сегодня я выберу именно ее. Но мне сегодня не до этого, как и вчера.
Теперь они для меня все пустышки, подделки. Я даже немного расстроен, что «запретная ночь» закончилась и, я не могу их сплавить кому-нибудь другому. Уверен, многие были бы рады забрать их.
Прохожу мимо четверки и ухожу по длинному коридору в свой кабинет. Сажусь за рабочий стол и беру тонкую чёрную папку с полной информацией на Мелиссу Пети. В истории девчонки полно тайн, многое скрыто, засекречено. Неизвестно, где она родилась, кто ее мать и, нет ни одного упоминания о введенной ей сыворотке. Хорошо же она спряталась!
Беру фотографию беглянки и, в сотый раз рассматриваю красивое лицо с яркими голубыми глазами, такими же, как и у ее проклятого отца.
Слышится нерешительный стук, после которого я сразу же вижу рыжую, кучерявую копну волос Агаты, моей фаворитки.
‒ Простите, ‒ опустив взгляд шепчет девушка, нерешительно топчась на пороге.
‒ Что случилось Агата? ‒ стараюсь говорить мягко, но теперь присутствие девушки меня раздражает. Я знаю она ни в чем не виновата, но ее запах...
Десять лет назад...
‒ Почему мы не убьём этих, так называемых людей, они слабые, это не займет много времени и сил, ‒ пожимает плечами Франк. Этот мальчишка всегда был таким, он не любит идти по сложному пути. Убил букашек и нет проблем.
‒ Я, против, ‒ говорю скучающим тоном. ‒ Люди боготворят нас, эти существа видят в нас спасение. Комната взрывается смехом друзей, действительно смешно, где мы и где спасение для других рас.
‒ Смешно. Согласен, ‒ продолжаю, когда друзья немного успокаиваются. ‒ Но это может сыграть нам на руку.
‒ И как же? ‒ интересуется старший из нас, Климент.
‒ Нам не придется делать грязную работу, ‒ пожимаю плечами. ‒ В чем проблема убедить этих идиотов в том, что мы для них боги и заставить делать грязную работу?
Франк хмыкает. ‒ Мне нравится. Продолжай.
‒ Нужно только создать видимость равенства между нами и людьми. Эти существа слишком напуганы, чтобы мыслить здраво, они сделают все, ради того, чтобы выжить.
‒ Я за, ‒ с улыбкой отвечает Климент.
‒ Да, идея неплохая. Только, что делать с детьми, которых воспитывают в интернате, как будущих правителей? ‒ подает голос Готье.
‒ А кто-нибудь вообще видел этих детей? ‒ спрашиваю лениво.
Ребята переглядываются и, я понимаю, что нет, никто даже не додумался посмотреть на этих, так называемых избранных.
‒ Я займусь этим, ‒ вызываюсь добровольцем.
‒ Нет, мы все должны посмотреть на «избранных», ‒ насмешливо произносит Климент.
Мы не стали откладывать наш визит в школу и отправились к избранным в тот же вечер. Уже на подходе к зданию, я почувствовал приятный цветочный аромат вперемешку с запахом свежих ягод.
Аромат очень напоминающий маленький цветок Чамелы, растущий на нашей родной планете. Чамела всегда считалась священным цветком и почиталась моим народом, как растение с большим набором лечебных свойств.
Оглядываю идущих со мной парней и понимаю, что аромат цветка ощутил не только я, парни тоже его чувствуют.
Чем ближе мы подходим к школе, тем сильнее чувствуется аромат. Нет никаких сомнений, что он распространяется из этой чертовой школы, но по нашим данным на этой планете не должно расти ничего похожего.
Переступив порог школы, мы быстро определяем где сейчас находится большинство детей. Не сбавляя шагу, врываемся внутрь огромного зала.
Я шумно вдыхаю воздух и чувствую, как по моей коже ползут мелкие мурашки, поднимающие все волоски на теле дыбом. Я чувствую легкое головокружение и невероятную силу, струящуюся по моим венам.
Странно, но эти дети истончают аромат священного цветка, Чамелы. Каждый из них имеет свою уникальную нотку, все запахи переплетаются между собой, но при этом остаются уникальными. Я чувствую каждого в этой комнате, но ярче всех пахнет черной смородиной.
Оглядываюсь в поисках источника этого дивного аромата и вижу маленькую ручку, вцепившуюся в рукав рубашки мужчины, который стоял рядом.
Девочка прячется за его спиной, я не вижу ее лица, только маленькую ручку и копну длинных темных волос. Я не вижу ее и меня это неимоверно злит, как и тот факт, что девочка прячется от меня.
Неосознанно делаю шаг к ней, в моей голове нет ни одной здравой мысли. Я думаю только о ней. Мужчина, за которого цепляется девчонка, стремительно направляется в нашу сторону.
Незнакомец старается вести себя спокойно, но я прекрасно чувствую запах его страха. Запах страха?! Оглядываюсь на парней и понимаю, что они тоже его чувствуют, это невероятно. Много столетий назад, наша раса была намного сильнее чем, сейчас и мы действительно обладали такой полезной способностью ‒ чувствовать эмоции. Но, с годами способность была утеряна, как, впрочем, и многие другие.
‒ Добрый день, господа. Я директор этой школы, Север Пети, чем могу быть полезен? ‒ мужчина старается говорить спокойно.
Пытаюсь заглянуть за плечо Пети и увидеть лицо девочки, но, он не даёт мне этого сделать.
Я перевожу взгляд на него. Пообещал сам себе, что однажды сверну ему шею: ‒ Мы слышали, что тут учатся избранные дети, от которых зависит будущее всего человечества, вот решили посмотреть, ‒ оскаливаюсь, незнакомец очень сильно пахнет черной смородиной и меня это сильно раздражает.
‒ Давайте пройдем в мой кабинет, и там все обсудим. Дети напуганы вашим неожиданным визитом, не стоит это усугублять.
Пети указывает рукой на дверь и ждет, пока мы все покинем помещение, до последнего стоит, скрывая от меня ее.
Мужчина проводит нас в свой кабинет и, плотно прикрыв дверь, предлагает присесть.
Самым нетерпеливым из нас, как всегда, оказывается Франк. Он налетает на мужчину с вопросами, которые крутятся в голове у всех нас: ‒ Кто эти дети? Откуда они здесь?! ‒ похоже, не одному мне снесло крышу от запаха.
‒ Это просто дети.
‒ Просто дети?! ‒ орет Франк.
‒ Франк угомони свой пыл, ‒ строго просит парня, Климент. ‒ Север Пети, мы знаем, что это не просто дети. Давайте мы все успокоимся и не будем усложнять жизнь ни вам, ни нам. Спокойно сядем и вы нам все расскажите.
Климент бросает на нас требовательный взгляд, я подчиняюсь первым и, усаживаюсь подальше от Севера, боюсь сорваться и убить его. Франк и Готье, немного поколебавшись, следуют моему примеру. Мы все уселись за длинный стол. Пети обреченно выдыхает, мужчина явно не дурак и понимает, что шутки закончились. Он начинает свой рассказ.
Спустя каких-то жалких десять минут мы узнали, что перед нами предстали избранные дети, вакцинированные Севером Пети. Дети физически похожи на нас, хоть и намного слабее, но этого должно было хватить, чтобы выжить на этой «уничтоженной» планете.
‒ Теперь, когда вам все известно, надеюсь вы покинете школу и не будите мешать учебному процессу, ‒ говорит осмелевший Пети.
‒ Конечно. Мы узнали все, что хотели. Больше вы нас не увидите, ‒ с доброжелательной улыбкой отвечает Климент.
Мне так и хочется крикнуть «Какого черта?!», но вместо этого, я лишь киваю и поднимаюсь со своего места.
Климент не дурак, он знает, что делает, осталось только покинуть эту проклятую школу и, понять, что он задумал.
Оказавшись на улице, поворачиваю голову в сторону друга и задаю заветный вопрос: ‒ Какого черта?!
‒ Не здесь, ‒ отвечает друг, сурово сдвинув брови на переносице.
Климент хоть и старший из нас, но мы все равны. На сегодня он уже исчерпал своё право командовать. Сейчас во мне слишком много негодования, желания вернуться назад и забрать девчонку себе. При этом, я прекрасно понимаю, что не могу этого сделать. Забрать маленького ребёнка и запереть у себя? Нет! Я не такой, я не зверь.
От негодования и противоречивых чувств разворачиваюсь и бью кулаком по капоту чьей-то припаркованной машины.
Удар получается сильным, что я отшатываюсь и шокировано смотрю на испорченную тачку. Что это? Я бил с такой силой, что максимум должна была остаться небольшая вмятина, а не разбитый в дребезги капот.
Ко мне подходит Климент и развернув за плечо к себе, гневно шипит: ‒ Вот именно поэтому, я и хотел поговорить наедине, дома. Тебе что внимания не хватает?! ‒ друг толкает меня плечом и ведет к машине, на которой мы приехали.
Переглянувшись с ребятами, дружно садимся в автомобиль. Климент прав, если о детях узнает Блез, плохо будет всем.
По прибытию в наш временный дом, мы тут же, всей нашей четверкой запираемся в кабинете.
‒ Я тебя внимательно слушаю Климент, ‒ говорю сквозь зубы, мне физически плохо, все мое тело так и рвется вернуться в школу.
Я подхожу к комоду и достаю местный алкоголь, кажется тут его называют виски. Мне нужно отвлечься, пока я не рванул обратно.
Климент следует моему примеру, наполняет свой стакан до краев и, сделав жадный глоток, наконец подаёт голос: ‒ Все помнят, почему мы перестали использовать цветы Чамелы для увеличения своей силы?
Наша тройка молча кивает.
Это знает каждый, с самого раннего детства. Священный цветок имеет кучу лечебных свойств, но, помимо этого, Чамела дает нам безграничную силу и уникальные способности. Именно поэтому, она и стал для нас священным.
Когда-то давно, наш народ употреблял отвар Чамелы перед важными сражениями. Но, совет быстро заметил странную закономерность, чем чаще мы используем цветы, тем больше нам хочется ещё. Многие из нас перестали знать меру и употребляли отвар несколько раз в день, что привело к практически полному исчезновению растения на нашей планете.
Все сохранившиеся экземпляры были пересажены в специальные охраняемые теплицы, что в свою очередь привело к войне и уничтожению нашей родной планеты. Именно поэтому, мы уже больше ста лет слоняемся по бескрайнему космосу в поисках нового дома.
‒ Я считаю, что эти дети влияют на нас точно так же, как и Чамела, ‒ продолжает Климент.
‒ В смысле? ‒ спрашивает ошарашенный Готье.
‒ А ты разве не заметил с какой силой этот идиот, ‒ Климент указывает на меня. ‒ Ударил по машине? Я на сто процентов уверен, что он это сделал не специально. Он сам не ожидал, что удар будет настолько сильным.
Утвердительно киваю в ответ. ‒ Слова Климента похожи на правду. Меня же не одного так сильно тянет обратно? ‒ спрашиваю и замечаю, как сильно у меня трясутся руки.
‒ Меня тоже, ‒ кивает Франк.
Я смотрю парней и понимаю: у всех нас настоящая ломка, мы все хотим вернуться и остаться с этими детьми надолго.
‒ Эти дети влияют на нас сильнее, чем Чамела. Все же чувствовали запах страха Севера Пети?
Дружно киваем. ‒ Такого не было много столетий, а фокусы Леона с машиной? Вы хоть представляете, что будет, если мы дотронемся до этих созданий или будем находиться с ними в одной комнате целый день?
‒ Давайте вернемся и проверим, ‒ говорит Франк, делая шаг в сторону двери.
‒ Стоять! ‒ кричит Климент. Не иди на поводу у своих желаний Франк, нельзя. Сунувшись в эту школы, мы с вами совершили огромную ошибку. Теперь нам придётся бороться не только за власть на этой планете, но и со своими желаниями.
‒ Но...зачем?! ‒ недоумевает Франк.
‒ Климент прав, мы должны оставить этих детей в покое, если мы вернемся, то проиграем в борьбе за власть. Пока мы будем сидеть в этой школе, Блез станет правителем и это кончится плохо для всех. Для нас с вами в первую очередь, ‒говорю, глядя на Франка.
***
Сидя за огромным столом в проклятом кабинете Климента, я попиваю свой двойной эспрессо. Вчера, после сложного для нас решения, больше никогда не возвращаться в проклятую школу, мы с друзьями напились. Я думал, что по возвращении в свое жилище, тут же вырублюсь и просплю до самого утра, но не тут-то было. Мне постоянно снился сон: будто я бегу за маленькой темноволосой девчонкой, пахнущей черной смородиной и, никак не могу ее догнать. Из-за ночной погони, я не выспался и чувствую себя усталым, разбитым.
‒ Привет, ‒ здоровается со мной Готье, с такой же кружкой кофе в руках.
Я приветственно поднимаю свой кофе и продолжаю пить бодрящий напиток: ‒ Зачем мы здесь в такую рань? ‒ подает голос зевающий Франк. Гаденыш, бесцеремонно занял весь диван своей огромной тушей.
‒ Климент был встревожен, когда звонил, похоже что-то случилось, ‒спокойно отвечает Готье.
‒ Ну и где этот паникер? Сколько нам еще здесь торчать...
‒ У нас намечается веселый денек, господа, ‒ сообщает с порога, ворвавшийся Климент.
‒ Что случилось?
‒ Блез. Подонок, ‒ мужчина бьет кулаком по стене с такой силой, что с потолка начинают сыпаться мелкие кусочки краски. ‒ Его шавки следили за нами, они почувствовали аромат Чамелы и представление, устроенное Леоном, тоже видели. Не думаю, что эти идиоты что-то поняли, но вот Блез, быстро сложил два плюс два. Он собирается со своими людьми в школу.
Стоило Клименту закончить свою пламенную речь, как гнев тут же закипел во мне. Сдавливая сильно свою кружку, я чувствую, как она тут же лопается в моих руках, а капли эспрессо заливают весь стол. ‒ Друг мой, ты совершенно не умеешь держать себя в руках, ‒ лениво говорит Готье.
Отряхиваю руки от осколков и произношу. ‒ Нужно немедленно ехать в школу.
‒ Опередить Климента и забрать детей себе? Мне нравится, ‒ говорит Франк.
‒ Нет, нужно предупредить Пети и спрятать учеников.
‒ Согласен, ‒ кивает Климент.
Когда наша машина тормозит около школы, сразу становится понятно ‒ мы опоздали и Блез со своими шавками уже в школе. У ворот стоят двое и охраняют вход от любопытных прохожих, действуют жестко, не церемонятся.
Выйдя из машины слышу крики и детский плач.
‒ Опоздали!
‒ Нельзя допустить чтобы Блез забрал детей, надо ему помешать! ‒кричит Климент. ‒ Готье зови подкрепление, а вы двое за мной.
Климент стремительно подбегает к двум старожилам и с одного удара вырубает одного из них. Второй слишком медлительный и, пока он пытался своим маленьким мозгом понять, что произошло, я сворачиваю ему шею.
Никто не смеет трогать мое!
В школе творится настоящая катастрофа, последователи Блеза хватают плачущих детей, сразу по несколько человек и пытаются тащить на выход. Дети вырываются, судя по болезненным гримасам моих сородичей, силу эти детишки имеют немалую и хорошо сопротивляются.
Наша тройка начинает без разбора вырубать последователей Блеза, их слишком много, мы не справимся, многим удаётся прорваться и сбежать. Нам помогают преподаватели школы, но что может обычный человек против нас? Ничего, абсолютно. В скором времени приходит подмога и мы в считанные минуты справляемся с шавками Блеза.
‒ Многие сбежали, как, впрочем, и сам Блез, ‒ тяжело дыша, говорит Климент.
К нам подбегает один из преподавателей и сообщает плохую новость. ‒ Всего семьдесят три ребёнка, остальных забрали.
‒ Черт! Много, ‒ психует Климент.
Я оборачиваюсь, осматриваю спасённых детей и не вижу таинственную девочку с темными волосами. Хоть я и не видел ее лица, но, я знаю, ее здесь нет: ‒ Где ваш директор?! ‒ спрашиваю, хмурясь.
‒ Не знаю, когда они ворвались, он исчез, ‒ отвечает педагог и уходит помогать другим преподавателям успокаивать перепуганных детей.
Я срываюсь и, осмотрев всю школу понимаю, что девчонки нигде нет. Неожиданно отмечаю для себя, что аромат кожи других детей не будоражит меня так сильно, как запах незнакомки.
‒ Нам надо найти остальных! Сейчас же! ‒ рычу прямо в лицо Климента.
‒ Успокойся! Какого хрена с тобой происходит?! ‒ пихает меня друг.
Плотно сжимаю губы и сверлю Климента злобным взглядом. Ну вот, как мне ему объяснить, что я сейчас умру от боли, испытываемой из-за потери моей избранной, которую я ни разу в жизни не видел!
День, когда на школу напал Блез, стал особенным для меня, он разделил мою жизнь на до и после. После тех событий в школе, слухи о случившимся расползлись среди мет-людей с молниеносной скоростью. Блез не согласился вернуть похищенных детей, а мы не решились начать с ним войну. Вместо этого, мы сосредоточились на захвате власти и, в скором времени, стали верховным советом этого мира. На Земле больше ничего не решается без нашего ведома.
В борьбе за власть, нам с друзьями пришлось пойти на крайние меры. Многие наши сородичи были крайне недовольны тем, что Блез и его последователи получили избранных детей, стали обладать огромной силой и новыми невероятными способностями. Совету пришлось распределить всех оставшихся детей между семьями мета-людей, чтобы успокоить волнения.
Люди не стали противиться нашему решению, а дети были ещё в таком возрасте, когда им было толком непонятно, что с ними произошло. Их с самого детства перевозили с одного места на другое, поэтому ребята быстро привыкли к новым условиям жизни. Тем более, что большинство наших сородичей души, не чаяло в своих избранных и всячески их баловали.
И вот когда, казалось бы, все наладилось, жизнь стала спокойной и размеренной, появилась новая проблема.
Последователям Блеза стало мало своих избранных, они решили забрать себе и остальных детей. Пришлось действовать жестко, мы остановили назревающую войну, но нам снова пришлось идти на уступки. Мы придумали так называемую «Запретную ночь». Одна ночь в году, когда каждый мета-человек мог побороться за того или иного избранного и, одновременно с тем, выплеснуть свою дурь наружу. Неожиданно эта идея понравилась всем, и мета-людям и тем, кому после апокалипсиса очень не хватало ярких эмоций в жизни. Казалось бы, все всем хорошо, всем, кроме избранных. Многие дети за несколько лет пребывания в той или иной семье привязались к своим хозяевам и, очень тяжело расставались после окончания «Запретной ночи».
Что касается меня и таинственной девочки, за все десять лет, я так и не смог ее найти. Пока мои друзья были сосредоточены на захвате власти, я искал свою избранную. Каждую ночь выходил на охоту и каждый раз она от меня ускользала.
В день, когда наш совет признали мета-люди, как единственных правителей, Блез собрал всех своих последователей и покинул пределы города. В этот же день я перестал чувствовать свою избранную. Я так надеялся, что девочка не попала в руки в этим кровожадным подонкам, так надеялся, что ей удалось сбежать. Но увы, все мои надежды разбились о суровую реальность. Больше я не мог действовать жестко и необдуманно. Теперь на моих плечах был огромный груз ответственности перед своим народом и людьми, я просто не мог ворваться к Блезу и забрать свое.
Когда совет принял решение проводить «Запретную ночь», я был счастлив. Я был уверен, что Блез и его шавки не упустят такой замечательный шанс и придут за избранными. Мое предположение оказалось верным, они пришли, но без своего предводителя.
Обязательным условием «Запретной ночи» было то, что каждый мета-человек, желающий сразиться, должен был прийти со своим избранным, но среди последователей Блеза я не находил ее, свою девочку. За все десять лет, Блез так и не появился, а я так и не увидел свою избранную. Неужели, я оказался настолько невезучим, что та, которую я больше всего желал взять себе, оказалась в лапах Блеза?
Шли годы, я смирился с потерей, искал похожие запахи, в итоге, в моем доме поселились три прекрасные девушки. Они давали мне силу, но все же это было не то.
С годами моя память притупилась, я уже не мог вспомнить запах незнакомки до мельчайших деталей, а образ девочки давно стал размытым и нечетким.
Спустя десять лет, я все еще помнил о ней, но уже давно потерял надежду и желание искать незнакомку. Я был вполне счастлив до последней «Запретной ночи». Когда, по нелепой случайности оказался в участке и встретил ее, ту самую, которой грезил все эти годы и, которая, как оказалось, прячется прямо у меня под носом.
Настоящее время.
‒ Прости, ‒ опустив взгляд шепчет Агата, нерешительно топчась на пороге.
Агату я нашел два года назад и забрал ее к себе, на тот момент девушке уже был двадцать один год, поэтому наши отношения сразу приняли более взрослыми, чем с остальными. Девушка быстро заняла почетное место фаворитки, я знал, что она не та самая, но мне нравилось проводить с ней время.
‒ Что случилось Агата? ‒ стараюсь говорить мягко, но теперь присутствие девушки меня раздражает. Я знаю Агата ни в чем не виновата, но ее запах...совсем другой, теперь я это точно знаю.
‒ Ничего. Я просто... ‒ девушка закусывает нижнюю губу и бросает на меня быстрый взгляд.
Я знаю, Агата влюблена в меня, но я этого не хотел. Нам нельзя проводить слишком много времени с избранными, можно забыться, такие случаи уже были, немного, но все же. Не скажу, что это плохо, ведь эти мета-люди по-своему счастливы, но я, как член высшего совета, не могу себе позволить подобное. Если в «Запретную ночь» у тебя заберут не просто твоего избранного, а твою любовь, это, как правило, заканчивается плохо для обоих.
‒ Агата у меня куча работы, если все хорошо, пожалуйста оставь меня.
‒ У тебя что-то случилось? ‒ девушка немного смелеет и делает несколько шагов в мою сторону, соблазнительно покачивая бедрами.
‒ Нет, все хорошо. Я просто устал.
‒ Я могу помочь расслабиться.
Агата обходит рабочий стол и, усевшись на рабочую поверхность, спрашивает. ‒Что происходит Леон?
Она томно шепчет и ведёт своими длинными пальчиками по моей груди все ниже и ниже, пока не цепляется коготками за пряжку ремня. Я рефлекторно хватаю девушку за запястья и отталкиваю ее руку от себя.
‒ Оставь меня Агата, если я говорю уйти, ты встаешь и уходишь! И никак иначе, ясно?! ‒ я не хотел повышать голос на девушку, но она вывела меня.
Агата смотрит на меня глазами, полными слез и, кивнув, быстро убегает из моего кабинета.
Выдыхаю: ‒ Мелисса Пети, что же ты делаешь со мной, из-за тебя я становлюсь монстром.
Оттолкнувшись, поднимаюсь и, подойдя к окну, распахиваю его настежь. Нужно проветрить комнату, меня душит аромат Агаты, слишком сладкий, не тот, совсем не тот.
Услышав вибрацию телефона, оборачиваюсь и подхожу к столу: ‒ Слушаю, ‒ отвечаю, не глядя, кто звонит.
‒ Господин Леон, мне кажется, мы нашли девушку.
Мои пальцы начинает покалывать от нетерпения, а сердце набирает бешеный темп: ‒Где?! ‒ рычу в нетерпении.
‒ Заброшенная школа для избранных. Местные ребята ни раз видели, как из здания выходила девчонка, по описанию подходит.
Усмехаюсь, опять спряталась под самым носом, еще никогда не чувствовал себя столько раз дураком, сколько на этой недели: ‒ Ничего не делайте, я сам разберусь!
‒ Но господин, вам не стоит появляться в таком неблагополучном районе города, могут поползти слухи...
‒ Ты сейчас пытаешься указывать мне, что мне и как делать?!
‒ Не...т, кон… конечно нет, ‒ заикаясь, оправдываются в трубке.
‒ Разговор окончен, ‒ сбрасываю вызов и вылетаю из кабинета.
На самом деле, частный детектив прав и мне не стоит самому мчаться в эту проклятую школу, но вот я уже сижу в своей машине и завожу мотор. Мое тело само меня несёт к моей избранной.
За считанные минуты добираюсь до пункта назначения и вхожу в заброшенное здание. Внутри темно и сыро, под ногами все время трещат осколки стекла. В здание нет ни одного целого окна, а пол местами прогнил. Может, сыщик ошибся, как здесь вообще можно жить? Я аккуратно, стараясь не издавать звука, начинаю исследовать одно помещение за другим. На улице май месяц, но по ночам до сих пор достаточно прохладно, неужели, она и вправду тут живет?
Обойдя весь первый этаж и пару комнат на втором, слышу тихий шелест, будто кто-то листает книгу. Мой слух не обмануть, я могу даже услышать, как шелестит трава на улице. Возможно я ошибаюсь и это просто пробежала мышь или еще какое-то гадкое насекомое, но я не настолько глуп, чтобы снова упустить своё и не проверить. Аккуратно спускаюсь, в одном из коридоров замечаю длинную тень, заворачиваю в него и следую дальше. Подойдя чуть ближе, убеждаюсь в том, что это Мелисса, я ещё не вижу ее, но уже чувствую едва уловимый аромат ее кожи.
Подойдя ещё чуть ближе, я наконец-то вижу девушку, мое сокровище. Поборов дикое желание немедленно подойти к ней и, закинув на плечо, увезти к себе домой, я решаю немного понаблюдать за избранной.
Мелисса совершенно не замечает моего присутствия, она, закутавшись в серое покрывало, что-то сосредоточенно ищет среди кучи разбросанных бумаг. Спустя пару минут, поиски заканчиваются успехом и, девушка схватив необходимый листок, подходит к неприметней двери и скрывается за ней. Выждав пару секунд, следую за беглянкой. Больше ты не скроешься Мелисса, даже не старайся.
