Текст книги "Стена молчания"

Автор книги: Элеонора Мандалян

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 3 страниц) [доступный отрывок для чтения: 1 страниц]

Мандалян Элеонора
Стена молчания

Элеонора Александровна МАНДАЛЯН

Стена молчания

Повесть

Небо ласково светилось, отражалось в прозрачной воде, растворялось в ней. Малыш не мог понять, где небо, а где океан. Они смыкались вокруг него в одно радостное искристое блаженство...

Он резвился, кувыркался, нырял, вертикально уходил в сумрачные глубины и с разноцветным фейерверком брызг взлетал в солнечную синь.

Мелодичный протяжный свист, разломивший надвое тишину, нарушил единство неба и воды.

Брат зовет!

Выпрыгивая и извиваясь, Малыш помчался на зов. Поравнявшись с Братом, спросил:

– Что случилось?

– Поспешим на Круг. Тебя ждут.

Они поплыли рядом, скользя у самой поверхности. Малыш старался подражать движениям Брата, но все равно отставал.

Уже издали они увидели беспокойные черные спины, пенившие воду. Не успел Малыш приблизиться, Главный, щелкая челюстями, выразил негодование:

– Вся стая в сборе и ждет тебя. Четыре Брата уплыли на поиски. Ты беспечен и слишком самостоятелен... Я недоволен тобой.

Вернулись остальные Братья. Теперь вся стая была в сборе. Образовав ровный круг, хвостами наружу, головами в центр – к Главному, стая замерла.

– Я должен сказать, – начал Главный, – на нашей Родине наступила весна. Глубинные течения принесли добрую весть. Время возвращаться.

Отовсюду послышалось радостное пыхтение. А Малыш даже перекувырнулся.

– Спокойно! – Главный ударил хвостом по воде. – Я продолжаю: завтра, когда Луна встретится с Солнцем, мы отплываем. Всё... Смотри, Малыш, не проспи.

__________

В назначенный срок вся стая в четком порядке отправилась в путь. Впереди Главный, рядом с ним Малыш. За ними – все остальные. Заглядевшись на стаю серебристых рыбешек, Малыш сбавил темп, и тут же на него налетели сзади. Он оглянулся. То была Жемчужина – любимица стаи. Ее прозвали так за бело-розовое брюшко и перламутровые бока. Она вся светилась и переливалась в лучах солнца. Малыш знал, не оборачиваясь, что рядом с ней, как всегда, Черныш – темно-серый, со спиной цвета зимней ночи, сильный, ловкий, бесстрашный, он будто специально создан, чтобы оттенять нежность подруги. Черныш и Жемчужина – самая неразлучная пара в стае, и Малыш любил поддразнивать их за это.

Убедившись, что Главный сосредоточенно следит за маршрутом, Малыш как бы невзначай отстал и вклинился между Жемчужиной и Чернышом. Жемчужина, растерявшись, стала беспокойно оглядываться в поисках друга. Черныш раздраженно запыхтел, вспенил хвостом воду и, поднырнув под Малыша, отбросил "соперника" в сторону. Плюхнувшись в воду на расстоянии двух дельфиньих тел, Малыш весело перекувырнулся и непременно рассмеялся бы над своей невинной проделкой и над глупым ревнивым Чернышом, да только он... не умел смеяться. И даже не знал, что это такое.

__________

Путь афалин* на юг был долог и утомителен. Все выбились из сил, но Главный неуклонно вел их вперед, не разрешая останавливаться даже ночью, и лишь время от времени выпрыгивал из воды, чтобы по луне и звездам уточнить направление пути.

_______________

* А ф а л и н а – морское млекопитающее семейства дельфиновых.

И вот наконец стая почуяла знакомый запах южных вод, увидела родные рифы.

– Мы дома! – торжествующе провозгласил Главный. Стая сгрудилась вокруг него, истощенная, измученная, но счастливая.

– Мы дома! – как эхо повторили дельфины.

– Главный, отпусти меня на остров. Я так истосковался по нему на чужбине, – попросил Малыш.

– Плыви, если очень хочешь. Но будь осторожен. Ты всю зиму не выходил из воды. Твое тело отвыкло от воздуха и солнца.

– Не беспокойся за меня, Главный, – весело присвистнул Малыш и хлопнул старого дельфина по гладкой, лоснящейся спине.

Вожак ни от кого не стерпел бы такого фамильярного обращения, но Малышу разрешалось многое. И стая это знала... Четыре Брата молча отделились от остальных, намереваясь последовать за ним.

– Не надо, Братья, – попросил Малыш. – Мне хочется побыть одному.

Проплывая мимо Черныша и Жемчужины, Малыш игриво подтолкнул обоих. Те задрали головы, весело свистнули ему вслед, но тут же забыли о нем. Занятые только друг другом, они не замечали никого вокруг.

__________

Малыш был голоден. Шутка ли! Целый день безостановочного пути. Им-то что. Они носятся без устали, избороздили все моря и океаны. А ему каково? "Главный слишком уж строг, – подумал Малыш с досадой. – Какая разница, когда вернуться домой – сегодня, завтра или через одну лунную фазу?"

Стараясь не поднимать волны, он неслышно скользил под водой. Стайки рыб проплывали мимо: у одних слишком острые плавники, другие неприятны на вкус... Малыш напряг мышцы, подобрался и резко метнулся в сторону. Мгновение – и пойманная рыба билась в его крепких, как кораллы, зубах. Что-что, а рыбу Малыш умел ловить не хуже остальных. Он проглотил ее почти не разжевывая.

Наконец над поверхностью воды показались очертания острова... его острова. Это был совсем крохотный кусочек суши среди безбрежности океана. Пологие скалистые берега, едва заметный среди густой зелени ручеек да несколько деревьев на самой вершине.

Малыш выбрался на берег. Тело вдруг стало непомерно тяжелым и непослушным. Он сумел только немного отползти от воды и растянулся на камнях.

...Шелест деревьев удивительно приятен, приятнее, чем плеск волн. Почему? Эти деревья всегда непонятно волнуют, притягивают его, рождают нежность и тоску. Малыш потянулся. По телу разливалась усталость, окутывала, баюкала... Веки сомкнулись. Он не заметил, как уснул. Сначала ему снились зеленые волны, и стаи рыб, и разноцветные актинии, потом деревья, что шелестят на вершине острова. А потом вдруг выплыл огромный огненный шар. Он все увеличивался и приближался. Это уже не солнце вовсе, а чудовище. Малыша обдавало его горячее дыхание. Чудовище протягивало лапы, сдирало с него кожу... Лапы подбирались к самому горлу, вонзались острыми когтями, душили...

– Малыш! Очнись! Ты погибнешь! – раздался свистящий шепот.

Он с трудом разомкнул набрякшие веки. Рядом с ним, тяжело дыша, лежал Младший Брат, который приполз по берегу, чтобы спасти глупого Малыша.

Малыш попытался приподняться, но со стоном свалился на раскаленные камни. Как он мог так беспечно заснуть на берегу!

– Но ведь и ты высыхаешь! – сказал он Брату, морщась от боли. – Ты сможешь сам добраться до воды?

– Попробую, – ответил тот слабеющим свистом.

Тело Малыша горело. Дельфин беспомощно бился рядом. Он истратил все силы, чтобы доползти до Малыша. Малыш попробовал поднять его, но не смог. Тогда он подполз к Брату со стороны воды и, изловчившись, перекатил его через себя, затем снова подполз со стороны воды и проделал то же самое. И так до тех пор, пока оба не достигли моря.

Малыш сунул голову в волны и судорожно глотнул. Брат лежал рядом на мелководье, он был в шоке. Волна тихо перекатывалась через его тело, оживляя сморщившуюся поврежденную кожу. Малыш придерживал голову дельфина, чтобы не дать ему захлебнуться.

Убедившись, что Брат в безопасности, Малыш растянулся около него и тоже отдался волне. Напряжение мышц и нервов ослабело, тело свела боль, перед глазами поплыли круги... он потерял сознание.

__________

Черныш увлекал Жемчужину все дальше и дальше от стаи. Она покорно плыла за ним, хотя и знала, что это небезопасно. Проворный и гибкий, он кружил вокруг нее, оберегая и заигрывая. Стайка рыб, словно сотканная из лунных брызг, метнулась в сторону. Черныш ловко поймал одну из них, подбросил вверх и поднес своей подруге. Та проглотила рыбу и в знак благодарности ткнула его носом в бок. Ах, этот Черныш! Он совсем разбаловал ее. Она даже разучилась сама охотиться, стала изнеженная и ленивая. Без Черныша ей теперь никак не обойтись.

Черныш и Жемчужина одновременно насторожились: вся вода вокруг гудела и содрогалась. Черныш послал тонкий звуковой сигнал и почти тут же получил ответ, указавший ему источник шума и его направление. Он выпрыгнул несколько раз из воды и возбужденно сообщил Жемчужине:

– Пароход! Догоним? Давай наперегонки!

– Черныш, оставь его, – взмолилась Жемчужина. – Я боюсь и парохода, и людей. Он такой большой, тяжелый и пыхтит на все море.

– Но если хорошенько попрыгать перед пароходом, люди иногда бросают лакомые кусочки, которых не найти в море. Самый лучший я отдам тебе.

– Мы вполне можем обойтись рыбой...

– Какая же ты трусиха. И лентяйка! – с досадой воскликнул Черныш. – А я хочу попрыгать перед пароходом. Ты – моя подруга и должна слушаться меня... Вперед!

– Черныш, – жалобно позвала Жемчужина.

Но он не ответил. Он был уже далеко. Могла ли она не последовать за ним? Что ей делать одной в этом бесконечном океане, полном опасностей и неожиданностей? Черныш прав, назвав ее трусихой. Ее сила в нем. Он храбр и мужествен за двоих. Скорее! Скорее догнать Черныша. Она издала призывный сигнал и, получив ответ, устремилась за ним.

Когда Жемчужина приплыла к пароходу, Черныш уже прыгал у самого борта. И как высоко! Да уж, прыгать он умел выше всех в стае, чем очень гордился. Поэтому он так любил подплывать к пароходам и демонстрировать свою ловкость этим руконогим существам.

– Жемчужина! – крикнул Черныш, заметив ее. – Попрыгай со мной. Пусть они увидят, насколько выше тебя я прыгаю. И еще пусть увидят, какая ты красивая. Во всех океанах мира нет другой такой.

– Черныш! Прошу тебя! Не надо больше прыгать. Давай вернемся в стаю. Мы и так слишком далеко уплыли.

– Но и во всех океанах мира нет другой такой трусихи, – обиделся Черныш и снова взвился в воздух.

Жемчужина, перевернувшись головой вниз, вертикально устремилась на дно. Достигнув большой глубины, она подобралась, напрягла мышцы и рывком метнулась вверх. Ее тело с силой выбросилось из воды, и она увидела черный гладкий корпус парохода, затем людей, много людей, толпившихся у самого борта. Они смотрели на Черныша и на нее и громко переговаривались.

– Далеко тебе до меня! – хвастливо крикнул Черныш, взмывая над нею. Давай еще разок!

Они одновременно погрузились в глубину и вместе взвились вверх. Жемчужина старалась изо всех сил, но Черныш перекувырнулся в воздухе где-то высоко над ее головой.

Падая, уже у самой воды, Жемчужина вздрогнула от сильного резкого звука, рассекшего воздух. Черныш вскрикнул. Он как-то неловко и тяжело плюхнулся в воду и стал погружаться на дно, беспорядочно кружась и оставляя за собой мутный след.

– Черныш, – тихо позвала Жемчужина, – Черныш!.. Черныш!!! пронзительно крикнула она и устремилась за ним. – Черныш!..

Он молчал.

Она растерянно кружила вокруг падающего тела. Наконец сообразив, что случилось несчастье, поднырнула под него, приняла на спину и стала толкать вверх. Ведь без воздуха он погибнет! Скорее... Ох, какой он стал тяжелый...

– Что с тобой, Черныш? – спрашивала Жемчужина.

Но ее тревожный голос оставался без ответа. Вот и поверхность воды. Дыши, Черныш, дыши! Он, кажется, и вправду вздохнул. Он жив! Вода вокруг совсем замутилась. Ах, кто спасет ее Черныша! Кто?! Малыш! Ну конечно же, только он. Он один может помочь! Но где искать его? Они так далеко уплыли от стаи. Черныш, Черныш... ведь я предупреждала. Изнемогая под тяжестью неподвижного тела, она издала пронзительный свист – призыв о помощи.

__________

Малыш увидел себя в окружении родной стаи. Он лежал на том же месте у острова. Его тело, обложенное целебными водорослями, ныло, сильная слабость мешала сдвинуться с места.

Солнечные лучи скользили вдоль почерневшей воды, предвещая близкий закат.

– Где Младший Брат? – спросил Малыш.

– Брату уже лучше, – ответил Добряк, самый толстый и добродушный дельфин в стае. – Он нырнул за свежими водорослями для тебя. Как ты напугал нас, Малыш. Что скажет Главный, когда узнает...

– Беда! Новая беда!

Все повернулись в сторону кричавшего молоденького дельфина.

– Что случилось? – встревожился Добряк.

– Черныш ранен!

Несколько крупных дельфинов, бережно поддерживая Черныша, приближались к ним. Рядом металась Жемчужина. Увидев Малыша, она бросилась к нему:

– Малыш, ты должен его спасти! Ведь ты не дашь ему умереть!

– Чем я могу помочь? – Сделав над собой усилие, Малыш попытался приподняться.

Жемчужина сбивчиво рассказала о случившемся.

– В него стреляли, – догадался Добряк.

– Но за что?! Что он им сделал? – вне себя от горя кричала Жемчужина.

– О чем вы говорите? Я ничего не понимаю, – вмешался Малыш.

– Сейчас не время для расспросов, надо спешить, – сказал Добряк. Удобнее осмотреть его здесь, на мелководье. Ты можешь подняться?

– Да, я уже здоров! – ответил Малыш, поспешно сбрасывая с себя водоросли.

Дельфины положили перед ним раненого товарища. Малыш сразу заметил маленькое отверстие у самой головы, из которого тонкой струйкой стекала кровь.

– Там должна быть пуля, – подсказал Добряк в ответ на вопросительный взгляд Малыша. – Это такой железный камушек, с которым люди посылают боль и смерть.

– "Смерть"? Ты сказал "смерть"?! – вскричала Жемчужина.

– Не мешай! – прикрикнул на нее Добряк. – Пулю надо достать.

Малыш тщетно пытался извлечь смертоносный камушек. От боли Черныш пришел в себя.

– Оставьте меня, – сказал он еле слышно. – Я чувствую смерть.

– Это неправда! – Жемчужина стала биться о камни.

– Это правда, – хмуро возразил Добряк. – Он потерял слишком много крови. И зачем только вы так далеко заплывали?..

Как хорошо, что дельфины не умеют плакать, иначе от слез Жемчужины море вышло бы из берегов.

__________

А потом Жемчужина исчезла.

Малыш болел, и от него это скрывали. Дельфины перешли на недоступное для его уха ультразвуковое общение. Он видел, как вибрируют их дыхала, и не слышал ни звука. Но как только Малышу стало известно о случившемся, он бросился на поиски Жемчужины.

"Стая избороздила все море, – рассуждал Малыш. – Значит, в воде ее нет. Надо поискать у берегов".

И он направился к ближайшим берегам.

Небо было затянуто тучами, моросил дождь. Ожоги на теле Малыша не причиняли больше боли, и можно было без опасений выходить на сушу, потратив на поиски Жемчужины целый день. Уже спускались сумерки, когда в последний раз он решил обследовать берег.

Место было пустынным. Лишь визгливые крики чаек да шуршанье прибоя нарушали тишину. Недалеко от воды что-то неясно темнело между камнями. Ну конечно же, это Жемчужина! Засохшие водоросли облепили ее гладкое тело. Малыш коснулся ладонью крутого лба Жемчужины. Она вздрогнула. Жива! Еще жива!

– Это ты, Малыш? – еле слышно проговорила Жемчужина. – Не мешай мне... Уходи... Возвращайся в море.

– Что ты здесь делаешь?

– Жду смерти... Я искала ее в океане. Сама шла к акулам, но они избегали меня. Тогда я решила умереть на берегу. Но и солнце отвернулось от меня. Уже четыре дня я лежу здесь. Меня мучает голод, а смерть не приходит. Небо омывает мое тело дождями и не дает коже пересохнуть... Все, все против меня!

– Напротив, все за тебя! – воскликнул Малыш. – Никто не хочет, чтобы ты так глупо умирала, даже небо и солнце.

– Почему же "глупо"? Ведь Черныша больше нет. Значит, и я не должна жить.

– Перестань. – Малыш погладил ее по спине. – Ты должна жить!

– Для кого?

– Для всех нас. Сколько дней и ночей стая разыскивает тебя! Посмотри, как притихло море, оно ждет твоего возвращения. Я отнесу тебя.

Он бережно подтолкнул Жемчужину в воду, присел рядом, прижался к ней боком.

– Лежи спокойно, я сейчас! – немного погодя сказал он и исчез под водой.

Вскоре он вернулся с трепещущей рыбой. Жемчужина лежала на боку. При виде пищи глаза ее вспыхнули. Она была так слаба, что не могла двигаться, и Малыш накормил ее.

Весь следующий день Малыш не покидал Жемчужину, ухаживал за ней. Она ни к чему не проявляла интереса, но силы ее восстанавливались.

– А теперь вернемся в стаю, – сказал он.

– Но я не могу, – возразила Жемчужина. – Стая будет напоминать мне Черныша.

– Мы должны вернуться, – настаивал Малыш.

В честь их возвращения стая устроила настоящий праздник. Поднимая целую бурю волн и пены, дельфины все разом взлетали в воздух. В четкой очередности они выпрыгивали из воды, образуя живой мост, и уходили в глубину, чтобы взять разгон для следующего взлета...

– Вот видишь, – укорял Малыш Жемчужину, – а ты не хотела возвращаться.

– Да, – чуть слышно проговорила она, – но среди них нет Черныша.

– Ты должна постараться не думать о нем.

– Не могу, Малыш. Без него я как мертвая.

Малыш понимал всю глубину ее горя и потому промолчал.

Подплыл Главный.

– Это хорошо, что ты отыскал Жемчужину, – сказал он строго. – Но впредь я запрещаю тебе самовольно отлучаться из стаи.

Малыш опустил голову и покорно снес карающий удар хвоста, каким обычно наказывают нерадивых детенышей.

Шли дни, а Малыш не мог даже на время оставить Жемчужину одну. Он лишился сна. Дельфинам хорошо – они не спят, а только отдыхают у поверхности воды. Малыш этому так и не научился, как, впрочем, и многому другому. Тучи ушли за океан, и если бы Жемчужина снова выбросилась на берег, то не прожила бы и суток под палящими лучами солнца.

__________

Дельфины время от времени совершали длительные заплывы, цели которых Малыш не знал. Да он никогда не изъявлял желания сопровождать стаю, так как не выдерживал больших скоростей. А теперь еще и заботы о тоскующей Жемчужине целиком возложили на него. К счастью, Жемчужина постепенно успокаивалась и даже сама стала добывать себе пищу.

Малыша, не привыкшего обуздывать свои желания, тяготила роль няньки. Ему не терпелось снова почувствовать себя свободным, как морская волна.

И он помчался вперед, словно задался целью обогнать самого себя. Море было спокойное и прозрачное, как небо. Казалось, нет вокруг него ни пространства, ни времени. Хотелось плыть, плыть – до бесконечности.

Однако он скоро утомился и, раскинув руки, замер на поверхности. Под ним лениво колыхался целый "сад" актиний – розовых, оранжевых, желтых, лиловых... Малыш отлично знал этих прекрасных прожорливых хищниц. Поймав маленького рачка, он бросил его на лепестки-шупальца нежно-розовой актинии. "Цветок" мгновенно выбросил целый сноп длинных волосков-жал. Рачок обмяк и исчез. Лепестки сомкнулись.

– Ах ты обжора! – усмехнулся Малыш и пнул ногой коварную хищницу.

Та сжалась, втянула в себя щупальца, будто их и не было вовсе. Теперь она походила на обыкновенный валун, покрытый слизью.

Потеряв к ней интерес, Малыш стал следить за морской звездой, усердно перебирающей сотнями ножек, чтобы перетащить свое пятиконечное тело с одного камня на другой. Мелкие рыбешки крутились поблизости. Они то назойливо лезли в лицо, то в ленивой неподвижности повисали в воде. Малыш был сыт и потому не обращал на них внимания.

Вдруг искристый хоровод рыбок пугливо метнулся в сторону. Замерла на месте неповоротливая морская звезда. Малыш почуял опасность. Он высунул голову из воды и огляделся.

Невдалеке от него на волнах покачивался незнакомый предмет. Малыш, как и его сотоварищи дельфины, был любопытен. Он подплыл ближе. Такие штуки не раз попадались ему на морском дне, Главный называл их "лодками". Но те, покрытые водорослями и моллюсками, неподвижно лежали в иле, а в этой сидели два существа, с такими же руками и ногами, как у него самого. Прежде ему никогда не доводилось встречаться с себе подобными. Существа переговаривались. Чтобы лучше слышать, Малыш подплыл еще ближе. Ему показалось, что двое в лодке говорили об улове.

И тут один из них заметил Малыша. Он закричал, неистово размахивая руками. Другой тоже оглянулся и поспешно взялся за длинные палки. "Весла" – называл их Главный. Лодка стала быстро приближаться. Существа что-то кричали. Малыш прислушался к странным голосам.

– Держись! Мы спасем тебя! – явственно донеслось до него.

От удивления Малыш некоторое время не двигался с места. А незнакомые существа были уже совсем близко, они протягивали ему руки... Малыш наконец опомнился и испугался. Поспешно глотнув воздуха, он нырнул и в панике помчался к стае.

Первой, кто ему повстречалась, была Жемчужина.

– Что с тобой? – спросила она.

– Там... там, на воде, двое... в лодке. Такие же, как я! Они хотели меня схватить! Они кричали. Что это было?

– Наверное, люди, – удивленная его волнением, пояснила Жемчужина. Неужели ты никогда не видел людей?.. Это они убили Черныша.

– Лю-ди?! Так вот они какие... Почему же никто в стае никогда не рассказывал мне про них?

– Потому что стая тебя очень любит и боится, что ты когда-нибудь уйдешь к ним.

– Уйду к ним?! – удивился Малыш. – Почему я должен уйти к ним? – Он задумался. – А где они живут? В каком океане?

– Они живут на суше. У них большие гнезда из камня и дерева. Они очень умные... и очень жестокие. Очень! Я не люблю людей.

– Но они похожи на меня. Почему? Объясни. Я ничего не понимаю.

– Не могу, Малыш. Нам запрещено говорить с тобой об этом. Спроси у Главного. Только он может тебе ответить.

Больше Малышу ничего не удалось от нее добиться.

На маленьком островке было тихо и пустынно. Малыш сел на камень у воды, задумался. Его длинные волосы, быстро обсохнув на ветру, бились по плечам. В больших, прозрачных, как море, глазах разлилась печаль. Он силился проникнуть взглядом за далекий горизонт, но не видел ничего, кроме воды.

Солнце коснулось океана и потонуло в нем, а Малыш все сидел, обхватив руками колени, погрузив задумчивый взгляд в черные волны.

"Люди! Кто они такие? Почему они живут на суше, а он, похожий на них, а не на дельфинов, – в дельфиньей стае? И за что они убили Черныша? Утром надо обязательно разыскать Главного!" – решил Малыш и с удовольствием вдохнул влажный соленый воздух, обвевавший его тело.

Он растянулся на узкой полосе прибрежного песка. Океан, лаская его волнами, нашептывая что-то очень приятное, убаюкивал.

– Очнись, Малыш! Солнце уже высоко, – ткнула его носом Жемчужина. – И как ты можешь так долго лежать без движения? Мне всегда страшно смотреть на тебя: ты как будто без сознания.

Он потянулся, зевнул, расправил плечи и с шумным всплеском бултыхнулся в воду. Хорошо! Скользнул в прохладную глубину, оттолкнулся ногами от дна и взлетел над водой. Перекувырнувшись в воздухе, снова штопором пошел на дно.

– Давай попрыгаем вместе, – предложил он Жемчужине.

– Нет, не хочется.

– Тогда поохотимся и поплывем в стаю. Мне нужно встретиться с Главным.

...Он застал вожака за утренней охотой. Наблюдая за ним, Малыш почувствовал, что тому уже нелегко угнаться за верткой рыбешкой. Стареет вожак! Малыш поймал большую рыбину и протянул ему.

– Я сам! – рассердился тот. Это был очень гордый дельфин.

Малыш отпустил рыбу и, помедлив, сказал:

– Главный, я должен говорить с тобой.

– О чем? (Малыш уловил тревогу в быстром вопросе вожака.) О тех двоих в лодке?

– Ты уже знаешь?! Откуда? – удивился Малыш.

– Сын! Я всегда все знаю!

Впервые старый дельфин назвал Малыша сыном, и от этого на сердце юноши стало еще тревожнее.

– Тогда расскажи все, что тебе известно про меня, – поймал его на слове Малыш.

Дельфин ответил не сразу:

– Видно, время пришло. Я знал, что так будет.

– И ты расскажешь мне все?

– Это мой долг.

Приказав Малышу следовать за ним, Главный устремился вперед. Они плыли очень долго и только к вечеру достигли берега. Малыш здесь никогда прежде не бывал. Он сел на камень, выступающий из воды.

– Слушай и не перебивай, – начал Главный после долгого молчания. Пятнадцать лет назад ты был еще очень мал и жил вот на этих берегах. Оглянись! В одной из тех хижин – твой дом.

Малыш обернулся и с жадностью стал всматриваться в синеватую от вечерних сумерек даль.

– У тебя были отец и мать, как у всех детенышей, и были они... люди.

– Мои родители люди, а не дельфины?! – вырвалось у Малыша. – И я не сын стаи?

– Конечно, глупыш, твои родители – люди. Но ты – сын стаи... Ты – мой сын! У меня никогда не было своих детенышей. Ты стал мне сыном... Но слушай дальше. Однажды утром твои мать и отец отправились в море на лодке и взяли тебя с собой. Наверное, они были плохими рыбаками, иначе не вышли бы в море, когда все вокруг предвещало бурю... Поднялся сильный ветер. Их лодку швыряло с гребня на гребень. Тебя смыла волна. Что стало с твоими родителями – я не знаю. Скорее всего, они погибли. – Главный раздраженно ударил хвостом по воде. – Я и моя подруга спасли тебя. Так ты попал на свой одинокий остров. В стае в то время у четырех матерей родились четыре детеныша, ты зовешь их Братьями. Матери вскормили тебя своим молоком... С каждым годом ты все больше привыкал к воде и все реже выходил на сушу. Твоя кожа стала почти такой же восприимчивой к солнцу, как у нас. Ты плаваешь так, как не плавает ни один человек в мире. Никто из них не может оставаться под водой столько, сколько можешь ты. И ты знаешь наш язык! Это было труднее всего. Много сил положили мы с подругой, чтобы ты научился понимать нас и тем более говорить... – Он умолк ненадолго, его крутой блестящий лоб нахмурился. Потом заговорил снова: – Все эти годы я старался отдалить твое знакомство с человеком, хотя понимал, что это неизбежно. Еще пятнадцать лет назад я знал, что однажды ты приплывешь ко мне и потребуешь ответа.

Малыш молчал, и тогда старый дельфин настороженно спросил:

– Что ты решил?

– Я никогда не уйду из стаи! Мой отец – ты! – горячо воскликнул Малыш. – Мой дом – Океан!

Ничего не сказал Главный и, вспенив воду, исчез в волнах. Давно наступила ночь, а Малыш все сидел на берегу и всматривался в черные силуэты далеких хижин. Его разум отказывался понимать то, о чем он только что узнал от Главного. Перед мысленным взором Малыша проходили беззаботные и прекрасные картины детства.

Вот он мчится верхом на Главном, и море плещется и радуется вместе с ним... Все дельфины стаи заботились о нем, но больше всех Главный и его подруга – добрая и тихая дельфиниха Волна. Как любил ее Главный! Наверное, не меньше, чем Черныш Жемчужину. И как мечтали они иметь сына – резвого и бесстрашного дельфина, которым гордилась бы вся стая! Но годы шли, а у Волны и Главного по-прежнему не было детенышей. И они привязались к нему, человеческому детенышу, всецело посвятив себя заботам о нем.

Волну, видимо, всю жизнь точил какой-то недуг. Главный приносил ей целебные водоросли, с большой глубины, из царства вечного мрака доставал светящихся моллюсков, но все напрасно.

Беда все-таки случилась. Отчаянный крик прокатился по океану. Это кричал Главный, неся на себе тело Волны. Тогда Малыш впервые увидел смерть. Жутко было смотреть на мечущегося от горя Главного. Жутко было смотреть на дельфинью процессию, несущую Волну к берегу, к раскаленным солнцем камням, чтобы тело ее не стало добычей акул. Малыш был очень привязан к Волне и долго горевал. Главный справился с горем, но теперь это был самый мрачный и молчаливый дельфин в стае. Даже с Малышом он обращался сдержаннее и строже, чем прежде. Малыш много времени проводил со своими Братьями и был таким же резвым и беспечным, как они, до тех пор, пока и с Чернышом не случилось несчастье. Малыш сразу будто стал взрослее и серьезнее. Он все явственнее сознавал, что детство кончилось.

И вот теперь в его жизнь, в его мысли и сердце вторглись люди, поселив в нем смятение и раздвоенность... Главный сказал, что родители его, должно быть, погибли. А если нет?! А если они до сих пор живут в той хижине и понапрасну оплакивают его кончину? От одной мысли, что он мог бы увидеть отца и мать, у него закружилась голова.

__________

С этого дня Малыша неудержимо влекло к берегам, на которые указал вожак. Теперь он часто видел людей и, спрятавшись за прибрежные скалы, с любопытством наблюдал за ними. Обычно мужчины возились у лодок или уходили на них в море, а женщины плели сети, издавая протяжные, приятные на слух звуки. Человечьи детеныши тоже иногда прибегали на берег, и тогда море оглашалось их веселыми криками. Они носились по песку, играли с гладкими, отшлифованными морем камешками или с разбегу влетали в волны, поднимая тучи пены и брызг.

Малыш все чаще уединялся на своем острове и все думал, думал – о своей жизни в стае, о дельфинах, спасших и вскормивших его как своего собственного детеныша, и об этих странных существах – людях, к числу которых, как выяснилось, он принадлежал.

...А в океане, казалось, ничего не менялось. Дельфины охотились. Молодежь все свободное время отдавала играм. Опытные старые дельфины обучали их, передавая накопленные за долгую жизнь знания, заботились о соблюдении законов стаи, о ее безопасности и о многом другом...

Был самый разгар лета: вода теплая, рыбы вдоволь. Дельфины окрепли, отъелись. Их гладкая кожа лоснилась под солнцем в прозрачных ласковых волнах родного океана.

Малыш беспечно скользил в воде, лишь изредка всплывая на поверхность, чтобы запастись воздухом. Стайки разноцветных рыбешек торопливо уступали ему дорогу. Сонно колыхались водоросли. Зеленый, словно покрытый плесенью, краб подпрыгнул со дна в погоне за добычей. Малыш мимоходом подтолкнул его ногой. Тот стукнулся о дно, сердито вращая глазами и щелкая правой мощной клешней.

Малыш опустился на дно, чтобы поиграть с крабом. Вдруг вода над ним почернела, будто с неба посреди дня упала ночь. Забыв о крабе, Малыш прижался ко дну и тревожно огляделся. Темная завеса зловеще надвигалась сверху. Это был гигантский электрический скат, гроза обитателей моря. Волнообразно колыхались огромные распростертые крылья, головные плавники грозно вращались.

Скат коснулся крылом съежившегося, онемевшего от страха юноши, занес над ним свой смертоносный хвост. Отчаянным рывком Малыш выскользнул из-под накрывавшего его чудовища. Взметнув облако ила, скат плавно опустился на дно, деловито шевеля головными плавниками, что означало начало трапезы Малыш, как оказалось, ненароком попал в зону скопления планктона, которым собирался полакомиться скат, за что едва не поплатился жизнью. Неожиданная встреча со скатом не слишком его взволновала: повинуясь законам моря, ему постоянно приходилось быть начеку. Но в тот день его ждало куда более грозное испытание.

Солнце стояло в зените и палило так нещадно, что даже голову из воды было страшно высовывать. Малыш был голоден и в поисках пищи опускался в более прохладные слои воды. Внезапно стайка рыбешек испуганно метнулась в сторону и исчезла. Почувствовав приближение опасности, Малыш насторожился. Но, заметив, что причиной панического бегства рыб явилась акула, почти успокоился.

Обычно акулы, обитающие в здешних водах, не рисковали нападать на Малыша. Они хорошо знали, что он под надежной защитой дельфинов и тут им не поживиться. Но эта акула не собиралась отступать. Она настойчиво кружила вокруг него, с каждым разом сужая кольца.

Малышом овладел страх. Что может он противопоставить ее хищным зубам, острым плавникам и бешеной скорости? Малыш беспомощно огляделся. Спастись невозможно. Он издал отчаянный сигнал бедствия, но не получил ответа.