Текст книги "Роковой поцелуй (СИ)"

Автор книги: Елена Шелл

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 13 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]

8.2

Это занятие оказалось таким увлекательным, что мы даже задержались после отведенного на него времени и всей группой чуть не опоздали на тренировку к Гарольду Дику.

– И это теперь терпеть четыре раза в неделю, – стонала Юна, еле плетясь на стадион. – Лучше бы уроки по полётам скорее начались.

– Чтобы вас сразу сдуло ветром с дракона и размазало в лепешку по скалам? – ухмыльнулся Дик, услышав ее стенания. – Вы такой себе судьбы хотите, миз Голд?

– Нет, она только хочет быть поближе к красавчику Кейну, – шепнула я Юне на ухо, за что в ответ получила легкий тычок в бок и тихий смущенный смех.

Бекки на это тоже улыбнулась, но не поддержала моё подшучивание над подругой. Странно, потому что обычно она это делала первой.

– Что за…? – выдохнула Юна, когда мы вышли на стадион.

Мы тоже застыли, завороженно рассматривая конструкцию, которая сейчас занимала почти все поле. Когда ее успели соорудить?

– Полоса испытаний, – пояснил Гарольд Дик и жестом поторопил нас всех занять свои места в шеренге. – Каждый ее участок моделирует то или иное испытание, с которым вы можете столкнуться во время полетов на драконе. Сегодня каждый из вас попытается ее пройти. Просто пройти, чтобы выявить ваши слабые стороны, над которыми вам позже усиленно придётся работать. Это не значит, что через две недели вас не допустят к учебным полетам, но кураторы должны знать ваши уязвимые места уже сейчас, чтобы потом подогнать под них свои тренировки. То есть с этого дня я и ваши кураторы работаем в тандеме, чтобы довести до совершенства ваши навыки полёта. А в конце семестра вас ждёт экзамен на прохождение этой полосы на время.

Только он закончил говорить, как на поле появились четверо стражей. Среди них – Аарон Шейн и Деймон Кейн. Имена двух других – высокого, похожего на эльфа, блондина и почти под ноль стриженного шатена с вечно суровым выражением лица, – я тоже вспомнила. Виктор Лерр и Джошуа Грей. Все наши кураторы по полётам.

– Они будут присутствовать на занятии? – глаза Юны расширились то ли в восторге, то ли в ужасе.

– Кажется, это тот самый тандем, о котором сказал Дик, – я подавила вздох.

– Провидцы, а если я опозорюсь? – снова простонала Юна. – Скажите, я очень толстая в этом костюме? Лив, Бекки? Вот здесь заметно, что торчит жирок? – она сжала пальцами складочку на талии. – Только честно!

– Это всего лишь естественная складка кожи, а не жирок, Юна, – я закатила глаза.

– Бекки? – она повернулась ко второй подруге.

– Ты не толстая, – отозвалась Бекии. И снова каким-то отстраненным тоном. Правда, потом все же улыбнулась ободряюще. Может, мне уже мерещится, что она не в настроении?

– Итак, кто первый? – зычно спросил Гарольд Дик. – Мур, Фирс, Мален, вперед!

Первой была дорожка, скользкая, как чешуя водяного дракона. Кажется, на ней даже видна была влага. Но это ещё не все. Дорожка имела подъемы, а также небольшие изгибы в сторону. То есть чтобы пройти по ней (даже не пробежать!), нужно уметь владеть своим телом и иметь идеальную координацию.

Я не сомневалась, что Винсент преодолеет ее с лёгкостью. Так и случилось, и вскоре он уже стоял около второго участка. Его более тяжеловесный друг Фирс не удержался и соскользнул с первой дорожки, но решил пройти ее заново. Мален действовал более осторожно и вскоре оказался рядом с Винсом.

Второй участок имитировал взмахи драконьих крыльев. Здесь стояла задача миновать его, сопротивляясь сильнейшему потоку ветра, и остаться на ногах.

На третьем этапе нужно было пройти мимо раскачивающихся бревен. Такой тренажёр часто использовали в военных академиях, правда, в нашем случае бревна были обтянуты чем-то дутым, чтобы смягчить удар. Почему-то именно при виде них у меня засосало под ложечкой от страха.

Четвёртый участок – вращающиеся в разные стороны и под разными углами кольца. Нужно было дождаться, когда кольца сойдутся в одно, и прыгнуть в образовавшееся отверстие.

На пятом участке разместились большие шары, расположенные на расстоянии друг от друга. Винсент и его друзья без проблем пробежали по ним, перепрыгивая с одного на другой.

И последний, шестой участок – стена под уклоном, на которую нужно было взобраться, используя только силу рук и ног. Имитировала спину или лапу дракона, по короткой обычно всадник забирался на свое место на драконе.

Вскоре Винсент с компанией миновали всю полосу и стояли на вершине стены, размахивая оттуда руками.

– Неплохо, – сказал Дик. Я заметила, что Шейн тоже одобрительно поглядывал на парней. – Дальше кто? Ну, девушки? Покажите вы себя.

– Я пойду последняя, – быстро сказала Юна.

– Давайте я! – манерно помахала пальчиками Сара и вышло вперед. Ее тренировочные штаны плотно обтягивали все изгибы ее фигуры, а водолазка – полную грудь. Она даже волосы не собрала полностью, оставив часть локонов струиться по спине. И, конечно же, все это великолепие притягивало взгляды парней. Даже Винсент на нее глазел, будь она проклята!

И куратор Лерр тоже поглядывал на нее с чисто мужским интересом. Деймон Кейн усмехался каким-то своим мыслям. Один Джошуа Грей оставался с непробиваемым выражением лица. А Шейн… Его поза была расслаблена, а взгляд, устремленный на Сару, спокойный и изучающий, но лишённый всякого вожделения. Не знаю почему, но меня это приободрило.

Но Винс…

– Оливия! – окликнул меня наставник Дик. – Раз уж начали все из твоей группы по полетам, то давай и ты присоединяйся к Саре.

Винсент улыбнулся мне с верхушки стены. «Не бойся», – прочитала я по его губам. И я, собравшись духом, вышла из ст роя и встала рядом с Сарой.

Глава 8.3

Сара, дождавшись сигнала наставника, ринулась на полосу. Через тридцать секунд Дик махнул мне, и я побежала следом за ней.

На деле эта волнистая дорожка оказалась ещё более скользкой. У меня сразу разъехались ноги, и я чуть не упала. На первых же метрах! Чудом удержала равновесие и уже осторожнее стала двигаться дальше. Сара тем временем была почти в конце первого этапа. Ее ноги тоже скользили, но шла она довольно уверенно. Демоны! Я не должна была опозориться, когда на меня все смотрят. Когда на меня смотрит Винс. Хуже всего, если меня начнут сравнивать с миз совершенством Сарой, и это сравнение будет не в мою пользу.

Когда я все же преодолела этот участок, Сара уже была в середине второго, сражаясь с потоками воздуха. Я попыталась ускориться и прыгнула прямо в центр ветряных вихрей. Ветер ударил в лицо, и у меня выбило дыхание. Я медленно пошла вперёд, борясь с сопротивлением. Меня качало и отбрасывало назад, но я продолжала идти – и наконец все закончилось. Второй этап пройден.

Сара тоже ещё не ступила на третий, переводя дыхание. Ее волосы от ветра превратились в гнездо и топорщились в разные стороны. Мелочь, но приятно. Впрочем, я сомневалась, что выглядела лучше нее.

Перед нами раскачивались бревна. Тот самый этап, которого я боялась больше всего. Сара, осмелев, побежала вперёд, ловко уворачиваясь от бревен. Здесь была важно войти в резонанс, и у нее это получилось. Она ликующе вскинула руку, а на лице Винса расцвела улыбка.

Злость толкнула меня вперёд, и я взбежала на дорожку. Одно бревно позади, другое… Третье. Четвертое. Я старалась не поддаваться страху, который они у меня вызывали. Ритм. Нужно найти ритм. Пятое. Сколько их там ещё впереди? Шестое. Всего десять или больше? Седьмое. И вдруг я оступилась. Меня прошиб холодный пот. Я попыталась вернуться в прежний ритм, но момент был уже упущен. Восьмое бревно больно ударило меня по плечу. Девятое сбросила на землю.

Я приземлилась на колени, и одно из них пронзила боль, на миг ослепив. Я судорожно вздохнула, глаза застлали слезы, не столько от боли, сколько от досады. Я провалилась! На виду у всех! У этой Сары! И, главное, у Винсента.

– Оливия! Оливия!

Винсент? Сердце радостно екнуло, когда он наклонился надо мной:

– Как ты? Сильно ушиблась?

– Лив! Лив! – к нему присоединились мои подруги и другие ребята. Кроме Сары, что ничуть меня не расстроило.

– Миз Рафор, скажите хоть что-нибудь, – потребовал обеспокоенно наставник Дик. – У вас что-то болит?

– Колено, – наконец выдавила я из себя.

– Попробуй встать, – Винсент заботливо предложил мне опереться на руку.

Я кое-как поднялась, но тут же зашипела от боли, вновь прострельнувшей ногу.

– Ей надо в медкрыло, – сказал Гарольд Дик.

– Я отведу ее, – от меня всех оттеснил Шейн. – Все равно почти вся моя группа прошла полосу…

«Почти вся» – это явно был камень в мой огород. Упрек. Щеки запылали сильнее, теперь ещё и от стыда. Правда, Сара ведь пока тоже не дошла до конца. Я оглянулась – и сделала себе только хуже. Пока я валялась на земле с травмированной коленкой, она благополучно достигла последнего этапа и теперь карабкалась по стене.

Это было фиаско.

– Все по местам! – гаркнул Дик. – Травмы во время тренировок неизбежны! Продолжаем! Кто следующий? Рик? Вперёд! И ты, Люк… Пошевеливайтесь!

Шейн крепко обхватил меня за талию, поддерживая, и повел прочь со стадиона.

– Сильно болит? – спросил он.

– Нет, – ответила я отрывисто. Ложь. В глазах снова закипали слезы. От боли невозможно было ступать. От пережитого позора разрывалось сердце.

– Это не соревнование, – произнёс Шейн. – Это просто полоса препятствий. Здесь нет победителей и проигравших. Только тренировка навыков, нужных хранителям в будущем.

– И? – отозвалась я довольно резко. – Зачем вы мне это говорите?

Снова такая боль, что ноги чуть не подогнулись. Я не сдержала стона. Шейн остановился и… подхватил меня на руки. Без вопросов. Без объяснений. И продолжил, будто ни в чем не бывало:

– Затем, чтобы вы именно так это воспринимали. Думайте о себе, а не о том, чтобы быть лучше кого-то, – он поудобнее уместил меня, крепче прижав к груди. – Или для кого-то.

Я не ответила. Потому что растеряла все слова и мысли. Сердце отбивало странный ритм: один удар – остановка – ещё удар – снова тишина – и вдруг частый, неравномерный стук, как у кролика. А ещё я слышала, как стучит его сердце. Видела лицо совсем близко. Чувствовала его аромат, пряный, с нотками цитруса.

Счастье, что медкрыло было совсем рядом, и мне не пришлось теряться в этих странных ощущениях долго.

Передав меня нашей лекарке миз Фине, Шейн не ушёл, а подождал, пока она исследует моё колено и вынесет свой вердикт.

– Просто сильный ушиб, – сказала она наконец. – Ни перелома, ни растяжения. Но несколько дней придётся походить в фиксирующей повязке. И ограничить физические нагрузки. Я дам тебе мазь от ушибов и синяков. Обрабатывай им колено дважды в день. Остальные синяки и ссадины тоже можешь помазать, быстрее сойдут. Сейчас все принесу и сделаю перевязку.

– Значит, освобождения от всех занятий вы не получите, – пошутил Шейн. – Поэтому жду вас завтра на своём. Выздоравливайте, миз Рафор, – и направился к двери.

– Магистр… – вырвалось у меня, и он тут же остановился.

– Да? – обернулся, приподняв брови.

– Спасибо, – тихо произнесла я.

Шейн неопределённо кивнул и повторил:

– Выздоравливайте.

После чего скрылся в дверях.

Глава 9, в которой знакомства с драконами продолжаются

Я плохо спала эту ночь. Ныло колено, и события уходящего дня не давали покоя. Расстройство от неудачи с полосой препятствий было уже не таким острым: как оказалось, после тренировки в медкрыле очутилась не я одна. Было ещё трое, и Юна в том числе. Она выбыла на пятом этапе, соскользнув с шаров и вывихнув запястье. Правда, больше подруга грустила не из-за травмы, а из-за того, что Деймон Кейн никак не среагировал на это, и к миз Фине ей пришлось идти самой.

– А я надеялась, что он понесет меня на руках, как тебя Шейн, – вздыхала за ужином она.

Меня саму до сих пор смущал тот поступок магистра. Эту сцену, оказывается, смогли наблюдать все на стадионе. И таких, как Юну, она особенно впечатлила.

– Но у Лив болела нога, она не могла идти, ты же была в состоянии передвигаться сама, – сказала на это резонно Бекки.

– Он мог хотя бы проводить, – вздохнула обиженно Юна. – Я ведь была последней.

– Его просто отвлек Дик, – напомнила Бекки. – Да и кураторы не обязаны быть с нами наседками. У них другие задачи. В случае с Лив, это была личная инициатива Шейна, правда? – и она, подмигнув, весело пихнула меня локтем.

– Для меня это тоже было неожиданно, – пробормотала я.

Я старалась не думать о тех минутах, которые провела на руках магистра. Они вызывали у меня смятение. Как и его слова, сказанные тогда же. Меня, признаться, иногда пугала его прозорливость, временами он будто читал мои мысли. Или же я не слишком умело скрываю свои эмоции, отчего они все были видны на лице. Боюсь, сдержать их мне не удалось и в тот момент, когда, возвращаясь из медкрыла, я увидела Винсента и Сару. Сара с жалобным видом показывала Винсу едва заметные ссадины на ладонях, а он внимательно их рассматривал, держа ее руки в своих. И он даже не заметил меня! Конечно, позже, за ужином Винс подошел ко мне и поинтересовался, как я себя чувствую, но тогда… В общем, червяк ревности глубоко забрался в моё сердце.

Утром колено болело уже не так сильно, хотя я все ещё хромала на эту ногу. От физподготовки меня все же освободили на ближайшую неделю, поэтому всю тренировку я просидела на трибуне вместе с такими же пострадавшими, как я. Сара опять красовалась на полосе препятствий, они то и дело обменивались репликами с Винсентом, и это невероятно бесило. Мне ужасно хотелось поскорее вернуться в строй и надрать ей зад.

Небольшой реванш получила я на «Географии», где мы проходили тест на повторение, и мне удалось набрать максимальный балл, на один даже опередив Джоанну. Сара же показала результаты ниже среднего, отчего остаток занятия просидела без настроения.

До обеда мне удалось заскочить в Колыбельный дом к своему яйцу, а после мы отправились на занятие к Аарону Шейну.

Сегодня в опочивальне было больше драконов, чем в прошлый раз. Я насчитала пятеро, включая Елифара. А вот дракон самого Шейна по-прежнему отсутствовал. Я не помнила, видела ли его вообще со дня прибытия стражников.

Мы приветствовали Елифара по всем правилам, затем магистр повел нас к дракону с карминовой чешуей. Тот лежал, подставив блестящий бок солнцу. С ним мы тоже поздоровались по очереди, первыми представились, как того требует драконий этикет. Однако дракон не выказывал никакого дружелюбия и наблюдал за нами сквозь полуприкрытые веки. Имя свое он в ответ не назвал.

– Эта девочка с непростым характером, – пояснил Виктор Лерр, являвшийся ее хранителем.

– Раз это самка, тогда понятно, – тихо протянул Рик. – Они обычно злее самцов.

Красная драконица приподняла голову и недовольно рыкнула в его сторону. Ее хвост с шипом на кончике нервно дёрнулся.

– Что нужно сделать в таком случае? – спросил Шейн. – Когда чужой дракон не расположен к общению?

– Не настаивать на этом общении и оставить его в покое, пока он сам не будет расположен к общению, – услышала я свой голос будто со стороны. На самом деле я просто подумала об этом, но не заметила, что произнесла вслух.

Уголки губ Шейна приподнялись в подобие улыбки:

– Верно, миз Рафор.

– А это правда, что разозленные драконы могут сжечь своим огнём человека? – поинтересовался Фирс.

– Правда, – спокойно ответил Шейн.

– Даже если это хранитель другого дракона?

Но тут Фирс побледнел и шарахнулся в сторону. Его опасливый взгляд был устремлен на драконицу.

– Она мне пригрозила, – шепнул он Винсенту и нервно сглотнул. – Сказала, что и сожрать может. И не посмотрит, что я хранитель.

– Просто в следующий раз молчи, – произнёс Винс сквозь зубы и с учтивой улыбкой поклонился драконице. В глазах той полыхнул огонек, и она отвернулась.

«Не все самки злые», – прозвучало в голове у меня. И не только у меня, потому что на этот голос обернулись все.

К нам сам, по своей воле, шагал дракон, сверкая яркой бирюзой в солнечных лучах. Он был более приземист и менее изящен, чем карминовая, зато его пасть была приоткрыта в подобие улыбки. Сопровождал дракона страж по имени Сэм Клоин, который тоже приветливо улыбался.

Мы, спохватившись, стали приветствовать его.

«Ну все, все, угодили», – бирюзовый дракон хохотнул, из его ноздрей вырвались два идеально ровных колечка пара.

Мы смотрели на него, как завороженные. Слишком большой был контраст с красной драконицей.

«Мое имя Аривелла, – продолжил дракон. – И да, я тоже самка, представьте себе. И очень люблю людей. Особенно детишек и юных хранителей. Будут какие-то вопросы?»

Ее низкий смех снова отразился в наших головах.

– Обалдеть, – восхищенно пробормотал кто-то рядом со мной.

И я была полностью с этим согласна.

9.2

«Я буду не против, если вы мне почешете спинку или повыдираете колючки из хвоста, а то мы с Сэмом забрались в какие-то заросли, – Аривелла тяжело опустилась на землю и лениво сощурилась, глянув на солнце, – заодно поучитесь ухаживать за драконами. Обещаю, пыхтеть ни на кого не буду», – она снова хрипло засмеялась.

Шейн тоже усмехнулся и посмотрел на стража Клоина:

– Сэм, покажи, где у нас инвентарь лежит.

Клоин забрал нескольких ребят с собой, а Аривелла продолжила, будто вспоминая:

«Там были райские ягоды. В этих зарослях. Я давно их не ела. Драконы их любят. После толстенького барашка, конечно. Лучше него ничего нет».

– А эти ягоды разве не ядовитые? – поинтересовалась Бекки.

– Для драконов – нет, – ответила ей Джо.

«Все верно, для нас они – лакомство, – поддержала ее Аривелла. – Если хотите порадовать своего… или другого дракона… то соберите для них побольше райских ягод», – и она мечтательно вздохнула, на этот раз выпуская облачко в форме сердечка.

– Да, но только придётся вооружиться перчатками из речной крапивы, – заметила тихо Джо и что-то пометила в своей записной книжке, – иначе можно получить серьезный ожог.

«А можно попросить своего дракона облизать вам руки – и не будет никакого ожога», – лениво отозвалась Аривелла.

– Правда? – встрепенулась Джоанна.

Остальные тоже удивлённо переглянулись. Об этом нам не рассказывали.

«Ты собираешься все наши секреты выдать, Ари? – коснулся сознания всех недовольный голос. Карминовая драконица. – Это должен рассказать хранителю сам дракон».

«Но он ведь рано или поздно об этом расскажет? Так в чем дело?» – возразила Аривелла.

«В доверии!» – рявкнула карминовая.

«Тебе надо отдохнуть. К тому же ты плохо себя контролируешь, ты уверена, что хочешь, чтобы тебя слышали все?» – Аривелла усмехнулась.

Карминовая сразу замолчала, потом поднялась и, нервно размахивая хвостом, пошла прочь. Она даже не взглянула на ребят, которые попались ей на пути, возвращаясь со щетками для чистки чешуи драконов.

Аривелла до самого конца занятия развлекала нас своими разговорами и шутками, а мы в это время чистили ее чешую и хвост. Покидали драконицу все в хорошем настроении, и у многих возникло желание навестить своих не вылупившихся драконов. Я и вовсе взяла с собой учебники, решив позаниматься в Колыбельном доме, чтобы подольше провести время со своим подопечным. Подруги недолго составляли мне компанию: Джоанна отправилась в библиотеку, а Юна утащила Бекки поглазеть на стражей, точнее, одного – ее ненаглядного Деймона Кейна.

Покрытие в Колыбельном доме напоминало траву и на деле оказалось очень удобной для сидения. Я расположилась около стены, чтобы было на что опереться спиной, заодно вытянуть больную ногу. Яйцо, укутанное в шарф, положила себе под бок, обняв его одной рукой.

Я зачиталась, не заметив, что начало темнеть, и Колыбельная опустела.

– Миз Рафор? – голос Шейна в полнейшей тишине заставил меня вздрогнуть и поднять голову. – Уже поздно. Не хотите пойти к себе?

– Да, наверное, стоит, – торопливо ответила я. Но потом ощутила тёплую пульсацию от яйца, будто оно просило не покидать его. – Впрочем, немного посижу ещё. Пока совсем не стемнеет.

Он подошёл ближе и вопросительно посмотрел на яйцо, которое находилось почти у меня под мышкой.

– Я хочу дать ему ощущения безопасности, будто он находится с матерью, – пояснила я, смущённо кашлянув.

– На этом этапе развития дракона это уже не имеет большого значения, – заметил Шейн, и его губ коснулась лёгкая улыбка. – Но думаю, это поможет упрочить вашу связь. Только не разбалуйте его.

– А разве можно как-то иначе? – я тоже усмехнулась. – Мне кажется, все драконы избалованы хранителями. Точнее, они это воспринимают как должное. Притом независимо от характера.

– Это так, – Шейн присел напротив, а мое сердце вдруг отчего-то сбилось с ритма. – Но также нужно избегать обратного – излишней привязанности дракона к хранителю. Век дракона намного длиннее человеческого, к сожалению. И чем сильнее привязанность, тем больнее ему отпустить своего хранителя и остаться одному.

Эта мысль поселила в душе грусть: я ещё никогда не задумывалась об этом.

– А когда хранитель уходит за Грань, драконы остаются жить на Солнечном острове?

– Да. Но некоторые улетают дальше на юг и селятся там, – Шейн, задумавшись, смотрел куда-то в сторону, а я смотрела на него. И вдруг поймала себя на мысли, что мне нравится разговаривать с ним о драконах. А может, вообще разговаривать. От осознания этого сердце зачастило.

– Наверное, мне и правда надо идти, – я отвела глаза, пряча отразившееся в них смятение. – Лучше приду завтра с утра. Ты ведь не будешь скучать? – я погладила яйцо. Оно отозвалось уже знакомой волной тепла.

Я улыбнулась и попыталась встать, но колено все ещё напоминало о себе тупой болью. Шейн уже поднялся и протянул мне руку:

– Болит ещё?

– Немного, – ответила я и все же позволила ему помочь мне подняться. В те несколько секунд, когда моя рука лежала в его, меня словно сжигало изнутри.

Я перетянула яйцо на прежнее место и сложила учебники.

– Я заметил, вы ещё хромаете, – сказал Шейн, наблюдая за мной.

– Ну хотя бы не путаю ноги, – съерничала я.

Улыбка магистра стала шире, и я тоже не сдержала усмешку. Ещё одна странность: я подтруниваю над самой собой и своим недавним обманом. При Шейне!

– Вы дойдёте сами? – спросил он.

– Я весь день это делаю, – я развела руками. – Сама.

– Тогда до завтра, миз Рафор.

– До завтра, магистр, – я бросила на него быстрый взгляд и поспешила покинуть Колыбельную.