Текст книги "Волшебные истории Друскининкая (СИ)"

Автор книги: Елена Севидова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 3 страниц)

Елена Севидова
Волшебные истории Друскининкая

С огромной благодарностью к автору замечательной серии рассказов «Сказки старого Вильнюса», прочтение которой вдохновило меня на создание нескольких новелл, посвященных, по моему мнению, одному из самых очаровательных и уютных городов на этой планете – городу Друскининкай, в котором по счастливой случайности судьбы мне довелось провести одни из самых приятных минут своего существования.

Вильняус аллея

– Пойдем, пойдем скорее, ну чего ты копаешься на месте? – услышал Марюс требовательный женский голос.

– Да-да, милая, я уже готов, – в ответ произнес запинающийся мужской голос.

Марюс машинально повернул голову направо, заинтересовавшись происходящим, и только затем понял, что поступать подобным образом как минимум невежливо – так пристально разглядывать окружающих.

Но «окружающие» не обращали никакого внимания на взгляды прохожих, потому что были заняты самым важным и ответственным делом своей жизни – подготовкой к венчанию. Нарядная невеста, какой и полагается быть каждой невесте в такой знаменательный день, подхватив подол своего элегантного светлого платья, на высоких каблуках решительным шагом двинулась к тяжелым, массивным дверям костела Святой Девы Марии, расположенным в глубине кирпичного узорчатого портала. За ней, едва поспевая и на ходу поправляя атласный сиреневый галстук, почти бегом устремился счастливый жених. Следом за новобрачными не спеша в церковь стали подтягиваться гости.

«Ну вот, еще одна парочка обрела возможность терпеть друг друга до конца своих дней, – скептически подумал про себя Марюс и в одиночестве продолжил свою прогулку. – Надо же, как спешат со свадьбой, не могли подождать до воскресенья. Всего-то три дня разницы, зато было бы все как у людей».

Марюс так рассуждал, потому что в этот день был четверг, а совсем не суббота, когда принято венчаться и праздновать свадьбы. По субботам сквер перед церковью всегда был полон народу. Счастливые новобрачные и их родственники готовились к торжеству, женщины прихорашивались, мужчины не торопясь прогуливались по дорожкам.

А еще по выходным и сам сквер, и вся Вильняус аллея наполнялись шумными звуками от проходящих в городе ярмарок. С самого утра и до позднего вечера здесь можно было услышать голоса продавцов, торгующих всякой интересной всячиной в своих передвижных палатках. Им в унисон вторили голоса туристов, приехавших в это дивное место отдохнуть на выходных и выбрать себе сувенир на память. И, конечно, перекрывая даже самую громкую речь, были слышны возгласы и крики маленьких детей, получающих от всей этой кутерьмы либо несравнимое удовольствие – если повезет покататься на электромобиле или пожевать что-нибудь вкусненькое, или ни с чем несравнимое горе – если родители откажут в радостях жизни.

Из-за таких вот обстоятельств Марюс и не любил гулять по центру города в субботу и воскресенье. Он специально устраивал себе выходные на неделе, чтобы пройтись в одиночестве по аллее, полюбоваться таинственными скульптурами, расположенными вдоль пешеходной дорожки, посидеть на лавочке у фонтана, когда никто из прохожих не мельтешит перед глазами, спуститься к набережной, поздороваться с гордым Неманом, несущим свои воды далеко к северным морям.

Марюс не считал себя одиноким человеком. По роду своей работы ему приходилось много общаться с коллегами, с заказчиками и, в конце концов, со своим начальником тоже. Если надо было поделиться какой-то важной новостью, то Марюс звонил по телефону или писал в мессенджер своим немногочисленным друзьям. Так что, по мнению самого Марюса, общения в жизни у него было предостаточно. Поэтому ни женой он обзаводиться не планировал, чтобы та не надоедала, когда хочется тишины и одиночества, ни домашним питомцем тоже не планировал, чтобы не ограничивать себя в свободе действий. А позволить себе некоторые вещи у Марюса была возможность.

В свои тридцать два года он имел за спиной несколько удачных архитектурных проектов, получив пару наград за их воплощение. Тем самым Марюс приобрел репутацию высокого профессионала, что обеспечило ему достаточно высокий заработок и дало возможность самому планировать рабочий график и свободное время для досуга и путешествий.

Учитывая все вышеописанное, можно было понять, как Марюс был раздосадован, что запланированная в тишине и спокойствии прогулка теплым августовским днем, которая должна была ему помочь в поиске и реализации новых творческих идей, была нарушена неожиданно появившейся в сквере свадьбой.

– Дяденька, извините, а вы не видели здесь маленькую лохматую собачку? – откуда-то из-за спины раздался тоненький голосок.

Мужчина развернулся к источнику звука и увидел светловолосого худого мальчика лет десяти в очках с темной оправой. Через очки можно было заметить его испуганные глаза. Мальчик держал в руках кожаный плетеный поводок.

– Нет, не видел ни одной собаки, пока шел сюда, – ответил Марюс. – А что случилось, убежала?

– Да Тыня такая непослушная. Она бишон и очень своенравная. Если что-то не по ней, то сразу убегает. Правда, всегда ненадолго и сама возвращается домой к порогу, а сегодня уже часа два ее ищу.

– Кто-кто она? – не понял Марюс.

– Гаванский бишон, очень редкая у нас порода, – с гордостью ответил маленький хозяин.

– Тогда понятно, – задумчиво протянул Марюс. – Если я увижу собачку в ошейнике, которая прогуливается без хозяев, я тебе обязательно сообщу. – Кстати, а как тебя зовут и где тебя можно найти? – спросил он мальчика.

– Я – Альгирдас, – гордо ответил тот. – А живем мы вот в этом доме, за галереей янтаря. – Альгирдас показал рукой на двухэтажное строение, крыша и круглые окна верхнего этажа которого виднелись из-за стеклянного здания Янтарной галереи. – А мою собаку зовут Тыня, она такая лохматая вся, рыжего цвета, а ушки и мордочка у нее черные.

– Ну что Тыня, я уже понял, – сказал Марюс. – В таком случае, если увижу похожую живность, то дам тебе знать, обязательно. Я – Марюс, удачи в поисках, – он протянул руку своему новому знакомому.

– Спасибо, пойду еще раз проверю наш двор. Надеюсь, Тыня уже там, – Альгирдас быстро пожал руку Марюсу и скрылся за углом.

«Ну вот, так и заводи себе собаку, убежит, и не будешь знать, что делать и где ее искать. Вместо того, чтобы наслаждаться прекрасными моментами в жизни, придется нервничать, бросать все свои дела, бегать с оголтелым видом, приставать к прохожим и громко выкрикивать ее имя на всю округу», – сделал единственно верный из такой ситуации вывод Марюс и продолжил прерванную в очередной раз за сегодня прогулку по аллее.

Прошло несколько дней, и Марюс уже успел забыть встречу с юным хозяином Тыни. Совершая после окончания плодотворного рабочего дня обязательный ежевечерний променад, Марюс в хорошем настроении двигался все по тому же маршруту, пролегающему по Вильняус аллее. Он с интересом разглядывал стоящие вдоль аллеи здания, как будто был тут впервые.

«А вон и тот самый дом, в котором живет непослушная Тыня и ее маленький хозяин, – подумал Марюс, завидев покатую крышу, которая возвышалась над крышей одноэтажной галереи. – Странно, но раньше я его никогда не замечал. Всегда был уверен, что за галереей ничего нет, небольшой газон с лавочками и скульптурой в центре, да и только».

Марюс двинулся дальше, но дал себе слово как-нибудь, но не сейчас, естественно, зайти за угол и посмотреть, что же там на самом деле – газон или двор дома Альгирдаса.

– Конечно, дом, и нечего тут раздумывать. А тебе, приятель, минус как профессионалу, раз до сих пор не замечал постройку, которая стоит тут уже много лет, – разговаривал сам с собой вслух Марюс.

И действительно, было как-то странно, что такой талантливый архитектор, да к тому же досконально изучивший этот город, упустил из поля своего внимания интересное строение на одной из центральных улиц.

Но Марюс решил не омрачать сегодняшний позитивный настрой и оставить поиск причины своего «архитектурного» провала на потом. Поэтому он двинулся дальше по направлению к набережной.

Выйдя к быстрым водам всегда спешащего Немана, Марюс сделал глубокий вздох, закрыл глаза и про себя начал произносить благодарственную речь высшим силам и всему миру за такие упоительные минуты спокойствия и удовлетворенности.

– Добрый вечер, а Тыня нашлась в тот день, представляете, это очень здорово, и я совсем не успел испугаться, что она не вернется, – Марюс вздрогнул от неожиданной скороговорки. Открыв глаза, он увидел перед собой Альгирдаса, который держал на поводке маленькую пушистую собачку палевого цвета с темными переходами на мордочке и на ушах, с длинной шерстью, свисающей со всех частей ее туловища и головы – со спины, хвоста, лап, ушей и даже носа.

«Вот тебе и гавайский бишоп – редкая порода, а на вид дворняжка дворняжкой», – вспомнил Марюс название породы, про которую ему в прошлый раз рассказывал Альгирдас. Но вслух промолчал.

– Добрый вечер, – сдержанно поздоровался Марюс с новообретённым знакомым. – Я очень рад, что Тыня сейчас рядом с заботливым хозяином. Вышли на прогулку? Удачной дороги, и смотрите не потеряйте друг друга в этот раз, – решил вежливо закончить разговор Марюс и отвернулся от Альгирдаса и его питомца в сторону парка.

– Нет-нет, все будет хорошо. Я больше не отпускаю Тыню с поводка, так что ей не удастся теперь от меня сбежать. А вы не хотите прогуляться вместе с нами? Недалеко, всего лишь вдоль реки до летнего театра, – спросил Альгирдас.

Вопрос для Марюса прозвучал столь неожиданно, что он машинально кивнул головой, тем самым подтвердив свое согласие на совместную прогулку.

Альгирдас бодро зашагал по дорожке, Тыня сначала закопалась в траве, но, почувствовав натяжение поводка на шее, побежала догонять своего хозяина. Марюс неторопливо двинулся вслед за ними.

Таким вот образом троица перемещалась по парку вдоль Немана. Тыня время от времени останавливалась у понравившихся ей деревьев. Альгирдас, не делая паузы, продолжал движение, рассказывая на ходу Марюсу истории из их с Тыней жизни. А когда поводок натягивался посильнее, так что Тыню немного стаскивало с места, она резво пускалась вдогонку за Альгирдасом и преданно смотрела на своего хозяина. Марюс терпеливо шагал рядом, наблюдал за поведением Тыни и слушал болтовню мальчика, время от времени вставляя короткие фразы для вежливости.

«А в общем-то не так уж и тяжело выходить на прогулку в компании питомца. Если все собаки имеют такой же легкий характер, как эта Тыня, то можно иногда и с собакой прогуляться, – вдруг подумал про себя Марюс. – Ну, нет, иногда не получится, либо гулять надо постоянно, как по часам и в любую погоду, либо вообще не заводить себе домашнее животное», – здраво рассудил Марюс и решил, что второй вариант, конечно, предпочтительней.

– Ну вот мы и дошли до летней эстрады, – остановился Альгирдас на перекрестке. – Нам с Тыней сейчас налево, вверх по этой дорожке, надо еще забежать в магазин, купить молока. Спасибо вам за компанию, вместе гулять было интересно. Думаю, Тыне сегодняшняя прогулка должна была понравиться.

– Твоя Тыня – очень жизнерадостная и любопытная собачка. Забавно наблюдать за ее поведением. Тебе тоже спасибо за прогулку и веселые истории, – в ответ поблагодарил Марюс мальчика.

– В таком случае до свидания. Может быть, еще когда-нибудь погуляем вместе, правда? – Альгирдас вопросительно посмотрел на своего взрослого спутника.

– Да, конечно, погуляем. Всего хорошего, удачи! – попрощался Марюс.

Альгирдас, подхватив собачку на руки, устремился в направлении улицы Майронё. Марюс помахал им вслед рукой и повернулся, чтобы идти назад.

«А ежедневные обязательные прогулки с собакой дисциплинируют и не дают раскиснуть, – продолжал рассуждать про себя Марюс по дороге домой. – И в компании все веселее, даже если эта компания – всего лишь бессловесное существо. Зато оно никогда не будет спорить с тобой и донимать пустыми разговорами, а всегда будет тебя слушать и поймет, о чем ты хочешь поделиться. Потому что собаки, судя по Тыне, все понимают. Ладно, хватит, думать на эту тему, не собираюсь я кого-нибудь заводить, и точка», – таким окончательным выводом Марюс подвел итог беседе с самим с собой, и его мысли вернулись к ежедневным насущным делам.

Спустя пару-тройку месяцев, когда на город напал колючий северный ветер и даже кое-где успел выпасть первый редкий снег, Марюс поздно вечером возвращался домой из столицы после успешной сдачи очередного проекта. Поставив машину у соседнего дома, потому что рядом с его жилищем все места были заняты, Марюс быстрым шагом почти побежал к подъезду.

Не успел Марюс ввести кодовый шифр и открыть тяжелую входную дверь подъезда, как его внимание привлекло какое-то шевеление сбоку от лестницы. Марюс развернулся к источнику шума и увидел светлое пушистое существо, очень напоминающее небольшую собачку. Это существо лежало на бетонной плите рядом с подъездом, свернувшись в клубок, и дрожало мелкой дрожью.

Марюс подошел поближе, нагнулся рассмотреть животное и с удивлением воскликнул:

– Да это же Тыня! Тыня, что ты тут делаешь? Где Альгирдас? Как ты меня нашла? – поток вопросов полился из уст Марюса.

Но собачка не откликнулась на свое имя, лишь с интересом подняла мордочку и уставилась на человека.

– Ты, наверное, есть хочешь? Долго же ты тут сидишь, вся замерзла. Пойдем скорее ко мне домой, я тебя накормлю, отогреешься. А завтра будем искать твоего хозяина. Я знаю дом, где он живет. Не волнуйся, все будет хорошо.

Марюс взял на руки мохнатое дрожащее существо, ощутив под длинной шерстью щупленькое тельце, и прижал животное к своему теплому кашемировому пальто.

– Все-все, сейчас будет тепло и сытно, не переживай, – Марюс торопливо поднялся к себе в квартиру, скинул на пол покрывало с кресла в прихожей и положил собачку на подстилку. На скорую руку соорудил собачий ужин – кинул в миску куски говяжьего антрекота, который нашел в холодильнике, и залил теплым куриным бульоном, который приготовил днем ранее себе на обед.

– Тыня, Тыня, иди сюда, поешь, – Марюс поставил миску в угол кухни и позвал собачку. Собака по-прежнему не откликалась.

«Странно, – подумал Марюс. – А ведь раньше, когда мы встречались, Тыня хорошо знала свое имя».

– Возьми, возьми, – откуда из глубин памяти у Марюса всплыли слова, которые положено применять при дрессировке собак. Собачка, услышав знакомую ей команду, прибежала в кухню и принялась жадно поглощать пищу.

Наевшись и вылизав дочиста всю миску, собачка вернулась в прихожую, с довольным видом улеглась на приготовленную для нее подстилку и закрыла глазки.

– Как же мне тебя звать, непрошеная гостья? – размышлял Марюс. – Ведь ты как две капли воды похожа на Тыню, которая гуляла с Альгирдасом. Но почему не помнишь своего имени и почему убежала от него и прибежала к моему подъезду? И ошейника на тебе никакого нет. Ну ладно, завтра все узнаем. Пойдем с утра на Вильняус аллею, и я верну тебя домой. Наверное, Альгирдас сильно волнуется, что ты убежала. А звать тебя я все равно буду Тыней, независимо то того, хочешь ты откликаться на это имя или нет.

Таким образом, Марюс поставил точку сегодняшнего неожиданного вечера и отправился спасть, чтобы пораньше завтра заняться судьбой Тыни.

С утра Марюс проснулся от непонятного ощущения, что его лицо влипло в какую-то жидкую краску, которая залилась в глаза, нос и рот. Открыв глаза, Марюс увидел прямо перед собой черный кожаный нос в обрамлении копны густой шерсти. Вздрогнув от неожиданности и привскочив на подушке, Марюс осознал, что это дело лап и языка его новой знакомой, которая запрыгнула на кровать и усердно принялась лизать его лицо.

– Ух, как ты меня напугала, – выдохнул Марюс и пошел в ванную комнату приводить себя в порядок.

Не прошло и получаса, как Марюс стоял в прихожей, готовый идти на поиски хозяина Тыни. А Тыня с утра уже получила пайку молочной рисовой каши, которая, как и куриный бульон, нашлась в холодильнике у Марюса. Поэтому сейчас собачка выглядела весьма довольной своей собачьей жизнью, и в ожидании дальнейших действий Марюса сидела на подстилке и настороженно виляла хвостом.

«Как же мы пойдем с тобой без поводка и ошейника?» – вопросительно подумал Марюс. Огляделся вокруг, заметил кожаный ремень для брюк, лежавший на столике у двери. Ремень был подарен Марюсу его коллегами на один из праздников, но оказался ему велик по длине. Недавно пересматривая свой гардероб, Марюс решил отнести ремень в ремонт, положил его в прихожую, да так там и забыл. А сейчас ремень пригодился как нельзя кстати – из него получился своеобразный ошейник, да еще и с поводком.

– В общем, сгодится, здесь недалеко. Вперед, – скомандовал Тыне Марюс, и они вдвоем покинули квартиру, и вышли на улицу.

Всю дорогу Тыня вела себя очень прилично, не тянула за самодельный поводок, не отставала и не отбегала в сторону. Она спокойно трусила рядом с Марюсом, время от времени вопросительно заглядывая ему в глаза, как будто хотела узнать, куда же все-таки они направляются.

Когда парочка миновала сквер у костела и прошла мимо магазинов и отеля, Марюс уже было решил завернуть за угол Янтарной галереи, чтобы попасть во двор дома Альгирдаса, но внезапно остановился, пораженный какой-то смутной, едва мелькнувшей в его голове мыслью. Внимательно посмотрев поверх галереи, Марюс не увидел ровным счетом ничего, ни крыши дома Альгирдаса, ни самого дома. Медленно и очень аккуратно, как будто бы он шел по натянутому канату, Марюс стал двигаться в направлении исчезнувшего дома.

Каково же было его удивление, когда, после того как он завернул за угол, взору предстал лишь небольшой сквер со скамейками и причудливой скульптурой в центре, и никаких следов ранее стоявшего там дома не обнаружилось. Марюс огляделся по сторонам, посмотрел вниз на Тыню и озадаченно помотал головой.

– Ну вот, Тыня, и нашелся твой хозяин. Теперь им буду я, раз тот, кого мы искали, куда-то исчез вместе со своим домом. Ничего не поделаешь, буду привыкать к мысли о том, что кто-то рядом постоянно нуждается в моей заботе и внимании, – со вздохом сообщил Марюс такие новости собачке.

Тыня в этот момент сидела рядом, внимательно слушала своего нового хозяина и весело виляла хвостом, выражая полнейшее одобрение такому повороту вещей.

– Ты где…Ты где… – внезапно услышал Марюс далекие крики, как будто кто-то зовет потерявшегося питомца. Он повернул голову на звук и вдалеке заметил высокого светловолосого паренька в очках с поводком в руках, который вскоре скрылся за углом.

Улица Вейсейу

Эрика уже очень давно не ходила на работу – то была на больничном из-за своей слабой и больной спины, то наступило время собирать сына в школу в первый класс. Пришлось взять запланированный ранее отпуск, чтобы приобрести все необходимое первокласснику для достойного вступления в школьную жизнь, а первого числа первого месяца осени отправить его в эту самую новую достойную жизнь. Так что с деньгами сейчас было туго. Поэтому, как только эта треклятущая вечно ноющая спина позволила хоть на время забыть о своей важной миссии в функционировании всего человеческого организма, Эрика постаралась наверстать упущенную финансовую прибыль и пригласила поочередно всех своих клиентов на дом для примерки, подгонки и всего, что полагается делать при пошиве одежды. Дело в том, что Эрика была швеей, очень, кстати сказать, неплохой швеей. Эрика работала в мастерской «Друскинику Сьювеяле», что в приближенном переводе на русский означает «Белошвейка Друскининкая».

Мастерская была одной из лучших не только в городе, но и в окрестностях. Ведь здесь работали очень аккуратные и способные мастерицы. Слава о мастерской со временем вышла за пределы города и даже достигла самой столицы. Так что столичные модницы, приезжая на курорт на несколько дней, старались посетить это заведение и заказать себе какую-нибудь оригинальную и модную вещицу на пошив. Поэтому у Эрики давно определился круг постоянных клиентов, с которыми она поддерживала уже почти дружеские отношения и которых можно было пригласить домой для выполнения заказа.

Место, где жила Эрика со своим семилетним сынишкой, называлось улица Вейсейу, Вейсейу гатве, если уже быть точнее и произносить названия своими именами – так, как говорят местные жители. Все дома на этой улице были окружены большими пушистыми соснами, которые источали такой восхитительный аромат, что порой даже не верилось, что ты находишься на одной из городских улиц и до центральной площади города всего рукой подать – каких-то минут 15 ходьбы прогулочным шагом. И, конечно, как тому и следовало быть в таком красивом месте, рядом с домом Эрики было большое чистое озеро, из которого продолжала свой путь резвая речушка Ратнича. Окна квартиры Эрики смотрели как раз на это озеро, и каждый раз, работая со своими клиентками, Эрика бросала благодарные взгляды на эту природную красоту, которая помогала ей мирно сосуществовать со всеми житейскими проблемами и по мере возможности избавляться от них, не тратя на это свои последние силы. А проблем у Эрики было достаточно, как у любой одинокой молодой женщины, воспитывающей подрастающего сына.

А еще из окна Эрики была видна часть черепичной крыши соседнего подъезда собственного дома. Эрика нередко представляла себе, что вот на этой самой крыше рядом с трубой сидит смешной кругленький человечек, очень похожий на Карлсона, персонажа из известной сказки, только без пропеллера, зато с окладистой седой бородой и в высокой остроконечной шляпе. Этот «крышной» человечек никогда не обращал внимания на Эрику, потому что был занят очень важным делом – натирал медную трубу до ослепительного блеска. Эрика ждала, когда же можно будет увидеть на своей стене веселых солнечных зайчиков, прыгнувших от блестящей трубы, и порадоваться за результат упорной работы «крышного» человечка. Но пока труба так и оставалась тусклой, а на комнатной стене можно было увидеть только несколько фотографий, и никаких тебе зайчиков. «Видимо, еще не время», – печально думала Эрика, и жизнь продолжалась в обычном ритме.

В этот раз у Эрики в гостях была Анна – клиентка издалека. Анна время от времени приезжала в Друскиникай и каждый раз имела идеи для своего гардероба и находила время, чтобы заглянуть к подруге и заказать у нее «материализацию» своих задумок. Во время небольшого перерыва между рассматриванием модных журналов, снятием мерок и рисованием набросков нового модного шедевра Эрика спохватилась, что забыла вчера позвонить Ирине – другой своей подруге и клиентке, проживающей неподалеку все на той же Вейсейу гатве.

– Анна, а давай сейчас пригласим на кофе мою знакомую, ты не против? – задала вопрос Эрика. – Она живет здесь неподалеку. Раньше тоже жила в твоем городе. Вам должно быть интересно с ней побеседовать.

– Конечно, давай позовем. Втроем пить кофе намного вкуснее и увлекательнее, – сразу откликнулась Анна.

Эрика, чтобы не терять время, быстро схватила мобильный телефон и набрала знакомый номер.

– Добрый день! Как у вас дела? – радостно спросила Эрика. Ирина была авторитетной дамой в возрасте, и Эрика предпочитала разговаривать с ней на вы и очень почтительно.

– Здравствуй, милая. Все в порядке, была сегодня на рынке. Цены на ягоды упали, да и немудрено – этим летом природа нас радует своими дарами. Если ты не ленивый, то насобирать себе лесных ягод на варенье, как нечего делать. Но я уже не способна для этой забавы, предпочту воспользоваться чужим трудом и купить ягодки на рынке, – бодро ответствовала Ирина.

– Если у вас сейчас есть свободное время, приходите к нам пить кофе. Я тут со своей подругой, мы обсуждаем новый заказ. В перерыве решили отвлечься от работы и немного пообщаться. Были бы рады, если бы вы зашли к нам и побаловали интересной беседой.

– Да, конечно, через десять минут подойду. Мне ведь только через двор перейти, ты же знаешь, – бодро откликнулась Ирина.

Спустя несколько минут в дверь раздался мелодичный звонок. Эрика направилась в направлении прихожей, и через пару секунд на пороге возникла обаятельная Ирина.

– А вот и я, приятно познакомиться, – Ирина приветствовала новую знакомую и одновременно протянула Эрике гостинцы к столу.

– Ух ты, икра, – восхитилась Эрика. – Зачем надо было так тратиться?

– Все в порядке, я же не могу прийти в гости с пустыми руками. А бутерброды с красной икрой – хорошее дополнение к пятичасовому кофе, – парировала Ирина слабый протест Эрики.

– Добрый день! Мне тоже приятно познакомиться, – в ответ приветствовала гостью Анна. – Мы тут с Эрикой занимаемся выкройкой моей новой жилетки. Я придумала фасон, а Эрика пытается воплотить в жизнь мое желание носить этот «шедевр». И чтобы мне не разочароваться в гениальности своей идеи, так как сейчас нет абсолютно никаких идей, как ее воплотить в жизнь, мы решили прерваться и подождать обоюдного вдохновения. Перерыв на кофе в хорошей компании всегда идет всем на пользу. Так что очень рада, что вы приняли приглашение Эрики.

Эрика тем временем умчалась хлопотать на кухню, досадуя на себя за то, что выкройка не получается и ничего путного, чтобы решить эту проблему, не приходит в голову. А еще ее сынишка, Антанукас, сегодня принес из школы «семерку». И это в четвертый день обучения?! Что же будет с ним в пятом классе?

Занятая своими мыслями, Эрика машинально нарезала ржаной хлеб, намазала ломтики сливочным маслом, открыла жестяную банку с красной икрой, соорудила вкусные бутерброды и подала все это вместе с ароматным кофе и вкусными конфетами своим гостьям на красивом медном подносе.

– И представляете, самый натуральный, и даже не скрывается, – услышала Эрика обрывок диалога, внося угощение в гостиную.

– Прошу к столу. Это вы о ком разговариваете? – оживилась Эрика, забыв о своих недавних мрачных мыслях, вызванных рутинной обыденностью.

– Это я рассказывала Анне об одной личности, которая поселилась у меня в доме на верхнем этаже, – как всегда, жизнерадостно откликнулась Ирина. – Представляете, у нас в подъезде появился новый сосед, очень подозрительный. Мало говорит на местном языке. Зато я слышала, как он бойко разговаривал по телефону на английском. Соседям может сказать «добрый день» да «спасибо» только и все в таком духе. Если встретить его в подъезде и спросить, как дела, то отвечает «все в порядке» и быстро прячется у себя в квартире. Целыми днями сидит дома, на улицу выходит только к вечеру, когда уже совсем стемнеет. И всю ночь свет горит в окне в маленькой комнате, а это, знаете ли, очень необычно… жечь электричество по ночам.

– Ну, может, человек замкнутый или работает по своему графику, – попыталась защитить еще совсем незнакомого ей человека Эрика. – Мало ли как бывает.

– Ты не понимаешь, здесь все очень странно. Он надо мной живет. Я после одиннадцати часов вечера постоянно с потолка какой-то топот слышу, будто у него там репетиция балета «Щелкунчик» идет, – Ирина не отступала от своей позиции. – И периодически к нему странные личности приезжают на машине. Он к ним спускается, чтобы какие-то папки передать. А вдруг шпион? И ведь угораздило его поселиться рядом со мной. Прямо хоть квартиру меняй. Но я не хочу уезжать с этой замечательной улицы. Где еще такое место в городе найдешь?

– Да, действительно, место у вас отличное. И до центра близко, и природа под боком. Недаром он здесь поселился, не дурак поди, соображает, где хорошо, – включила иронию Анна. – А насчет беспокойства о шпионских играх вы не волнуйтесь. Мы с Эрикой, как закончим с выкройкой, выберемся и проследим за ним. Вот и узнаем, кто к нему приезжает и зачем. И почему балет отплясывает по ночам. Ведь пойдем, верно, Эрика?

«О боже, зачем мне все это? У меня и так забот полно без этого шпиона дурацкого», – подумала про себя Эрика, но в ответ только кивнула головой, неопределенно соглашаясь с идеей Анны.

– Ну вот и славно, – Анна была определенно довольна своей затеей. – Сегодня уже не успеем вокруг озера погулять, а то с выкройкой не закончим. Так что Эрике задание на наступающий вечер – из окна проследить, что у него за сигналы электрические включаются в квартире и в котором часу. А завтра вечером пойдем за ним на озеро следить. Благо там рыбаков много и Солнечная тропа близко. Народ по ней часто ходит, не страшно будет нам в шпионов играть.

– Хорошо, сегодня вечером буду за ним в окно подглядывать. Ведь если он над Ириной живет, то, получается, это восьмой этаж и мне его окна хорошо должно быть видны. Вон они, – вытянула руку Эрика в направлении дома своей подруги. Хотя соседний дом и был большей частью спрятан за стеной зеленых сосен, но окна на восьмом этаже отчетливо виднелись сквозь раскидистые сосновые ветки.

– Какие вы молодцы, девочки! – довольно высказалась Ирина. Ей уж совсем невтерпеж было узнать, что это за личность такая загадочная поселилась в их подъезде, которая постоянно отвлекает ее на проблемы мирового шпионажа. А тут совершенно неожиданно появились новые помощницы, с помощью которых они точно раскроют мировой заговор против этого чудесного города и его жителей. – Спасибо за интересную беседу, за кофе. Мне пора собираться.

– И вам большое спасибо, что зашли в гости, и за гостинец, – в свою очередь ответила Эрика.

– Приятно было познакомиться, – откликнулась Анна. – Будем держать вас в курсе нашей затеи. До встречи!

Эрика проводила гостью и вместе с Анной вернулась к эскизам и выкройке. Чашка ароматного кофе, да вкупе с вкусным бутербродом и сладкими конфетами, сделали свое дело. Работа снова закипела, и к восьми вечера выкройка была готова. Оставалось надеяться, что самая трудная часть заказа была уже выполнена и вскоре Эрика сможет продемонстрировать результат своих трудов.

Доведя работу до логического завершения на сегодня, подруги распрощались. Анна отправилась к себе в гостиницу, а Эрика, как и было решено ранее, осталась нести боевое дежурство по подглядыванию в окна совершенно незнакомому человеку, который поселился в доме напротив.

Конечно, в первые тридцать минут ничего интересного не происходило. За окном начинало темнеть, на город медленно опускался теплый вечер. Тут минут на пять в комнате дома напротив зажегся верхний свет от лампы, было видно, как достаточно молодой мужчина подошел к окну, задернул шторы, и больше ничего не стало видно. Яркий свет комнатной лампы в итоге погас, а на окне замерцала маленькая лампочка, источающая сиренево-фиолетовое слабое сияние. «Время половина восьмого», – отметила для себя Эрика. Решив, что на сегодня миссия закончена, так как больше ничего интересного через окна не увидишь, Эрика с чувством выполненного долга отправилась в детскую проверять школьные потуги Антанукаса.