Текст книги "Аз есмь жнец (СИ)"
Автор книги: Елена Кароль
Жанр:
Боевая фантастика
сообщить о нарушении
Текущая страница: 1 (всего у книги 12 страниц)
Аз есмь жнец 1
Пролог
– Миш, ты уверен? – Скептично изучив размытую дождями дорогу (хотя скорее направление), я повернула голову к своему жениху, но заметив, как он упрямо поджал губы и лишь переключил передачу, готовясь взять штурмом и эту преграду, тихонько вздохнула и промолчала.
Иногда Миша был хуже барана и увы не поддавался никаким уговорам. Вот и сейчас, вместо того, чтобы повернуть обратно, он втопил педаль газа в пол и в целом удачно покорил и эту преграду. Немного занесло лишь раз, видимо, в луже пряталась не земля, а скользкая глина, но Миша сумел вывернуть руль так, как надо, и мы поехали дальше.
И дальше, и дальше…
На самом деле я его понимала – нам обоим дали долгожданный отпуск и мы, наконец, сумели вырваться из душного июльского города на природу, как хотели этого с самого начала весны, но еще утром начались проблемы, проблемочки и просто несуразности.
Сначала отключили электричество и горячую воду. Ну да это не проблема, вскипятить воду на чай мы сумели и на газовой плите. Затем, когда заехали за последними необходимыми продуктами в супермаркет, обнаружил там подозрительное столпотворение, но и с этим сумели справиться, причем за товар пришлось платить наличными. К счастью, у меня в кошельке всегда имелась пара-тройка купюр на всякий случай и это проблемой не стало.
Полный бак мы заправили еще вчера, так что, проезжая мимо очередной заправки и отметив там небывалый ажиотаж, мы лишь с облегчением проехали мимо. Правда, не сильно быстро – этим ранним субботним утром очень многие горожане желали покинуть душный город, так что следующие десять километров ехали практически со скоростью улитки – таким плотным был поток желающих, но когда свернули с основной трассы, стало попроще и мы поехали быстрее.
Вот только недавние дожди тоже решили внести свою лепту в наш путь, омрачив его размытой колеей, ни разу не знавшей гравия и асфальта, так что дальше ехали, считай, на свой страх и риск.
Нет, машина у Миши хорошая, почти внедорожник, но… паркетный. Не вездеход. А по тайге, куда мы уже практически заехали, зачем-то плутая по козьим тропам уже третий час, передвигаться лучше всё-таки на специальном транспорте.
И вообще! Какого черта мы заехали так далеко? Я уже не уверена, что мы сможем выбраться обратно!
– Миш… – Я всегда считала себя девицей не робкого десятка, но в последнее время с женихом, да и с миром в целом творилась какая-то ерунда, так что сейчас, кося одним глазом на дорогу, а вторым на спутника, я далеко не сразу рискнула задать уже давно крутящийся на языке вопрос: – Миш, что происходит?
Он как раз притормозил, прикидывая, какую козью тропу выбрать: заросшую или кривую, сурово хмуря свои густые брови, так что повернул голову ко мне и несколько секунд смотрел. Причем так… нехорошо. У меня аж по позвоночнику озноб прошел.
Никогда раньше Миша не смотрел на меня так. Тяжело. Не зло, нет…
И пускай я никогда не обманывалась на его счет, ведь мой почти муж служил в каком-то супер секретном военном ведомстве в должности капитана, о чем мне было сказано лишь раз с просьбой никогда не расспрашивать (и тогда всё у нас будет хорошо), но в повседневной жизни у меня не было к нему нареканий.
Ну, почти…
Зарабатывал хорошо, не был скупым и грубым, умел и пошутить, и посмеяться, в быту не был белоручкой и разгильдяем, так что, зная его уже второй год, а вместе живя уже почти полгода, я искренне верила, что после замужества буду за ним, как за каменной стеной.
Любила ли я его? Скорее да, чем нет. Уважала и принимала со всеми мелкими недостатками, которых и у самой хватало. В самом деле, мне уже давно не восемнадцать, да и ему за тридцать. К чему эта сопливая романтика? Нам хорошо вместе и мы оба знаем, чего хотим от этой жизни. Совместной жизни.
Но всё же?
– Что происходит?
Глубоко вздохнув и зачем-то заглушив мотор, словно разговор предстоял долгий и непростой, мой бравый капитан, никогда не лезший за словом в карман, почему-то в этот раз помедлил, криво усмехнулся, отводя взгляд… И лишь через пару секунд снова посмотрел мне в глаза и произнес:
– Зомбиапокалипсис, детка. Всего лишь зомбиапокалипсис.
Глава 1
Скажи мне это кто-то другой, я бы высмеяла его, покрутив пальцем у виска, но Миша всегда шутил уместно и не глупо, так что я лишь растерянно вскинула брови, но выкрик “шутишь?!” так и не сорвался с моих губ.
Вместо этого я задумалась.
А ведь… и правда.
Опустим момент, что этого в принципе быть не может. Опустим и то, что… быть этого не может!
Факты говорили сами за себя.
Первое: около двух недель назад в Землю врезался метеорит. Достаточно крупный, чтобы это осветили во всех новостях не только центральных, но и мировых каналов. В том числе в интернете. Космическое тело буквально пропахало половину Азии, затормозив свой путь в районе центрального Казахстана, нанеся огромный ущерб территориям и унеся множество жизней мирных граждан.
Второе: остатки метеорита тут же кинулись исследовать международные группы ученых и если поначалу в сеть сливались кадры с места событий, причем в том числе от тех, кто отыскивал осколки метеорита самостоятельно, то совсем скоро эта информация из сети пропала.
Вся. Абсолютно.
Третье…
В Азии начался мор. Очень странный мор. Как будто очередной вирус, но в то же время быстрее и страшнее. Он распространялся лавинообразно и не был похож ни на простуду, ни на грипп, ни на оспу. В интернете уже предположили, что этот вирус пришел к нам из космоса, но официальные власти это еще не подтвердили, а счет жертв шел уже на тысячи.
Симптомы: слабость, бледность, повышенная потливость, резкое понижение температуры тела, а так же жуткие язвенные гнойники и нарывы. Действенного лекарства от болезни не было и заразившиеся этим странным вирусом люди погибали в считанные дни, а кто-то и часы.
А вот потом показания разнились.
Ни один официальный канал не выдвинул ни одного официального заявления, но интернет знал всё.
И интернет не молчал.
Оказывается, вирус не убивал. Точнее убивал, но не всех. Процент выживших оказался не так уж и мал – около двадцати. Ещё половина умирала в жутких мучениях. А вот остальные…
Остальные как-будто бы превращались именно в зомби.
Пустые глаза, перекошенные болезнью и болью лица, дерганые движения… И абсолютно ненормальная агрессивность. И да, эти переболевшие, но не пришедшие в себя люди, бросались на всех, кто казался им едой. Не на себя подобных, нет… На всех остальных.
Я всегда считала себя разумной и адекватной. Не верила в бабайку и глупостям интернета. Даже в этих… прости господи, зомби. Ведь официально-то власти ни о чем таком не сообщали! А кадры с ужасами, якобы захлестнувшими Азию, появлялись на крайне подозрительных сайтах, к которым лично у меня доверия не было.
Азиаты вообще те ещё затейники. Тем более официально границы с ними были на замке, а в сети всегда хватало шутников, готовых состряпать “утку” из чего угодно. Даже из людского горя.
Но раз об этом заговорил Миша…
Но я всё равно спросила:
– Ты уверен? Ты видел их лично? В сети всякое выкладывают…
– Видел, – поморщился жених, прикрывая глаза. – Это уже давно проблема не только Азии, но и всего мира. Пока власти считают, что лучше молчать – всеобщая паника приведет только к хаосу и анархии, но уже сейчас ясно, что мы не справляемся. Заражение идет лавинообразно, причем не только от укуса “зомби” или контакта с больным. Заражен воздух. Пока, думаю, не весь и не плотно, но вчера в городе был зарегистрирован уже сотый пациент, а утром мне пришло сообщение о мобилизации.
– В смысле? – Я растерянно захлопала ресницами. – Но… Мы… А как же…
– Жень, – Миша глянул на меня исподлобья и скривил губы, – я не дурак. Я чертов аналитик и спецназовец. Ты слышала, о чем я говорил минуту назад? Правительство не справляется. И не справится. Есть у нас в команде умелец – Пашка Жуков, он уже запустил программу, которая учла все исходные данные… Итог всего этого дерьма крайне печальный. Земля вымрет. Вымрет максимум через год, но скорее всего раньше. И главное – в городе у нас шансов нет. Вообще. Ни одного. Понимаешь?
– Нет? – Мои глаза стали еще больше и круглее, при этом в голове образовалась буквально девственная пустота. – Но… как же…
Миша не мешал. Молчал, позволяя мне прийти в себя и вернуть связность мышлению. Я всегда считала себя здравомыслящей и в чем-то даже циничной особой, но сейчас искренне поражалась его жесткости и даже жестокости.
Получается… Он дезертир?
И вместо службе родине выбрал… себя?
И меня, да…
Но…
А как же остальные?
Те полмиллиона жителей нашего города, которые совсем скоро станут или трупами, или зомбями, или… едой для зомби?
А его родители? Да, они живут далеко, аж во Владивостоке, но…
Наверное, можно лишь цинично порадоваться за своих. Они уже умерли. Буквально в том году, в автомобильной аварии. Оба. Как знали…
Мои губы нервно дрогнули, но руку стиснул Миша и я подняла на него повлажневший взгляд.
– Жень, – Миша аккуратно привлек меня к себе, что было не очень удобно делать в машине, но я сама вжалась в его крепкое тело, ловя так нужное мне тепло, и плевать на все остальное, – может я в твоих глазах сейчас и мерзавец, но я сделал свой выбор. Родина, она… большая. И если ей суждено справится, то и без меня обойдутся. А ты у меня одна. Ну как я мог тебя бросить? Сама подумай.
– Никак… – шепнула, чувствуя, как в этот самый миг в моей душе что-то переворачивается. Что-то глобальное и такое… невыразимое всего лишь словами. А ведь ни он, ни я никогда не говорили о любви. Просто… жили.
Но разве это не прямое доказательство того, что любовь не всегда выражается только лишь в словах? Гораздо чаще это поступки. Достойные поступки.
Позволив себе ещё несколько минут блаженства и стойкой веры в то, что вместе мы преодолеем всё, даже этот чертов космический зомби-вирус, тем не менее довольно быстро мои мысли свернули на гораздо более приземленные материи.
И я, аккуратно высвободившись из объятий жениха, деловито забросала его вопросами:
– Мы уже заражены?
– Скорее всего, – не стал скрывать Миша. – Вероятность более пятидесяти процентов.
– Когда это проявится?
– Два-три дня, максимум пять.
– Лекарства нет? Совсем нет?
– Совсем, – помрачнел Миша, на миг прикрывая глаза. – Единственное, что сумели выяснить наши ученые: привитые от всех возможных вирусов люди переносят эту заразу чуть легче и быстрее. И либо умирают в считанные часы после появления первых признаков заражения, либо… не умирают.
С сомнением нахмурив брови, не стала уточнять, что становится с теми, кто не умирает. Уже догадалась, что выздоравливают далеко не все, иначе Миша не назвал бы эту эпидемию зомбиапокалипсисом.
Но тогда…
– А если я стану зомби?
Я понимала, вопрос глупый. Но увы, слишком злободневный.
– По статистике женщины подвержены этому в два раза меньше, чем мужчины, – скупо и как-то криво усмехнулся Миша, после чего предпочел завести машину и снова двинуться в путь. – Жень, я знаю, чего ты боишься. Поверь, мне тоже страшно. Но мы с тобой из поколения тех детей, кого родители прививали всем, чем им говорили врачи. И от гриппа мы с тобой тоже в последний раз прививались вместе. Шанс выжить есть. И он большой. Сейчас мы с тобой доберемся до одной мало кому известной турбазы, куда, если повезет, подгребут и другие мои хорошие знакомые, а там уже будем верить в удачу и силу великого рандома. Потерпи, уже скоро. Есть хочешь?
Еще полчаса назад я бы ответила уверенное “да”, но сейчас в горле стоял ком, а желудок сжало невидимой железной удавкой, так что лишь мотнула головой и уставилась за стекло невидящим взглядом.
Подумать только… Возможно завтра мы уже умрем.
А я свадьбу осенью планировала…
Просидев в некотором вязком отупении все те сорок минут, пока мы добирались до обещанной турбазы, мгновенно встрепенулась, когда Миша затормозил и глухо чертыхнулся. Он в целом редко когда позволял себе крепкое словцо, но сейчас, проследив за его напряженным взглядом, я сама сдержалась исключительно чудом.
Кажется, мы опоздали.
На стоянке справа стояло три машины, внутри них никого. Прямо по курсу – славный бревенчатый домик. Скорее всего сторожка.
Но на тропинке перед ней…
Труп.
Точно труп.
Свежий труп…
На всякий случай зажав рот, чтобы не вскрикнуть, и чувствуя определенные позывы к тошноте, потому что труп выглядел дико непрезентабельно: разодранное горло и раскуроченный живот с разбросанными вокруг кишками, я перевела полный дикого ужаса взгляд на Мишу, а он уже действовал.
– Сиди в машине. Никуда не выходи. Заблокируй двери. Я вернусь… сам. Или не вернусь.
Отдавая мне отрывистые указания и под конец нервно скривив губы, Миша опустил спинку своего кресла и перебрался на заднее сидение, где распотрошил свою спортивную сумку, первым делом надев свою любимую кожанку (только теперь я догадалась, зачем он ее вообще взял и меня заставил), а потом и вовсе выудив из второй сумки самую обычную бейсбольную биту, а затем…
Оружие.
Самое настоящее огнестрельное оружие.
Чувствуя, что у меня дергается глаз, тем не менее не спешила задавать глупые вопросы, где он его взял и законно ли это в принципе. На самом деле я бы тоже не отказалась от какого-нибудь оружия! И плевать, что пользоваться не умею. Мне для самоуспокоения!
Отметив, как профессионально Миша проверил обойму и передернул затвор, под конец не выдержала:
– А у тебя есть ещё что-нибудь? Ну… хотя бы подержать. Кажется, у меня нервишки уже шалят…
Последние слова я сказала с отчетливой дрожью в голосе, что лишь подтвердило мои собственные подозрения, что наверняка заметил и Миша. Но морщиться и отмахиваться не стал, за что огромное ему человеческое спасибо. Наоборот, хмуро сосредоточился и через пару секунд кивнул.
Вышел из машины, не забывая осматриваться, открыл багажник и спустя буквально пять секунд вручил мне… монтировку. Большую, железную и тяжелую.
– Спасибо, – выдохнула с нескрываемым облегчением, сжимая в руке приятную тяжесть и ловя подбадривающий поцелуй четко в губы.
После чего безупречно выполнила повторный приказ заблокировать двери и никуда не выходить, но это не мешало мне проследить за тем, как грамотно действует Миша.
Сначала глобальный осмотр на местности. Да, вокруг много деревьев и густых кустов, которые мешают обзору. Да, чисто теоретически зомби могут прятаться даже в машинах! Их, кстати, Миша тоже проверил, в том числе на запертые двери. Две из трех оказались к слову не заперты.
Но если интернет не лгал в главном, то зомби (допустим, зомби!) не умеют думать наперед. Слышат звуки – идут на них. Чуют добычу – бегут к ней. И все это не молча, а с голодным урчанием и мерзким завыванием.
А его я пока не слышу.
К счастью ли?
В общем, действуя очень грамотно и благоразумно, сначала Миша изучил окрестности и авто, затем уделил пару секунд трупу, следом заглянул в сторожку, дверь которой была открыта, но быстро из неё вышел и даже сообщил об итогах осмотра мне:
– Никого. Я дальше. Тут восемь домиков, осмотрю все. Жди.
И ушел, крепко сжимая в правой руке пистолет, а биту временно сунув за пояс брюк.
Потянулись томительные минуты ожидания…
Обманчиво безопасный пейзаж ни капли не расслаблял, тем более с моего места ну очень хорошо был виден труп, так что мое внимание то и дело возвращалось к нему. Кто это был? Кто его так? Где остальные люди?
И… Почему, черт возьми, он шевелится?!
Сначала, когда у трупа дернулась рука, я думала, что мне показалось. Ну, всякое бывает от расшатанных нервов, да?
Потом, когда у трупа дернулась нога, я поняла, что мои глаза расширяются сами по себе, а сама я медленно сползаю вниз, чтобы только не видеть этот ужас. Вот только на самый пол сползти не удалось, а труп оживал всё быстрее, уже начав подниматься. Довольно медленно, дергаными движениями и теряя по дороге остатки содержимого живота (меня снова отчетливо замутило), тем не менее новоиспеченный зомби поднялся на ноги, которые были целыми, и всё ещё медленно, но достаточно уверенно и откровенно жутко урча побрел в том же направлении, где совсем недавно скрылся Миша.
По моему виску скатилась капля ледяного пота, но я не издала ни звука, сжимая монтировку так сильно, что начали болеть пальцы.
Боже мой…
Это правда!
Не фантастика, не кадр из фильма, не чей-то дурацкий розыгрыш, а самая что ни на есть гребанная зомби-реальность!
А я ну ни разу ни Мила Йовович!
Минута-другая – зомби скрылся за кустами в том месте, где дорожка делала поворот, а ко мне потихоньку начался возвращаться рассудок. Не весь и не сразу, к тому же начало мелко потряхивать, но я ещё крепче вцепилась в монтировку и стиснула зубы, чтобы не трястись всем телом.
И заставила себя включить голову.
Первое. Тут как минимум трое людей. Было. Точно уже два зомби.
И один Миша.
С пистолетом, правда…
Но можно ли убить зомби из пистолета? Разорванное горло и живот ему нисколько не мешают!
По идее движется он не очень шустро даже с целыми ногами, но… Как-то же его убийца сумел его убить! Может со временем они становятся шустрее? Или умнее? Или неубиваемее?
А-а-а, как же страшно-то черт возьми!
И вроде никогда не считала себя истеричкой, но сейчас ногти буквально сами оказались во рту и я начала их нервно обкусывать. Тьфу, гадость какая!
Поймав себя на этом не самом умном занятии далеко не сразу, всем телом вздрогнула от выстрела, раздавшегося из-за деревьев.
Один, два… Семь!
Семь выстрелов!
И тишина…
Сколько я всматривалась вдаль, не моргая? Не знаю. Но лишь когда на дорожке показался Миша, причем на первый взгляд абсолютно целый и жутко деловой, я ощутила как меня отпускает то дикое напряжение, которое захватило меня в свои цепкие лапы с момента оживания зомби, и тихонько всхлипнула.
Нет, я не кинулась наружу. Нет.
Вместо этого я с не меньшим напряжением проследила, как Миша подошел к машине вплотную, не отрывая от него взгляда, а мои глаза снова стали больше обычного.
Он был ранен.
Впрочем, он этого и не скрывал.
Без труда перехватив мой шокированный взгляд на его окровавленную левую руку, Миша криво усмехнулся и дернул плечом.
– Да, не повезло. Идем, покажу тебе, что тут и как. Живых не осталось, увы. Но у тебя еще есть шанс. Жень, шустрее, я не знаю, сколько у меня осталось времени. Сознание ещё не мутится, но у меня точно не больше трех часов. После укуса заражение происходит сто процентов. Если не переболел заранее – ни шанса.
Эти, такие страшные и жестокие по своей сути слова подстегнули меня как ничто другое, но вместо того, чтобы сбежать от этого безумия, сверкая пятками, или наоборот, беспрекословно последовать приказам своего бравого капитана, я как самая обычная женщина бестолково вывалилась из машины и с надрывным рыданием стиснула его в своих объятиях.
Я не хочу его потерять! Только не так!
– Женька… – голос Миши дрогнул, как и его рука, стиснувшая мою талию. – Ну что ты… Ну всё, хватит. Я не уверен, что убил всех. Тебе необходимо… Черт! Евгения Сергеевна!
– Что, Михаил Юрьевич?! – огрызнулась я истерично, отлипая от его груди и всматриваясь в его лицо через пелену слез. – Не ори на меня!
– Ну а как еще с тобой… – рвано выдохнул Мишка, наклоняя голову и прислоняясь своим лбом к моему. – Жень, надо. Потом поплачешь, хорошо? Ты же у меня умница. Давай сначала дело, нервы потом. М? Давай. Бери сумки и за мной, в административный дом. Он самый большой и комфортный. Безопасный. Давай.
Буквально силой отлепив меня от себя, а затем всучив обе наши спортивные сумки с личными вещами, сам Мишка взвалил на плечо свой станковый рюкзак (а я еще недоумевала, зачем нам столько еды и консерв?!) и погнал в нужном ему направлении, на ходу рассказывая, что тут и как.
Восемь домиков для отдыхающих. Три хозяйских: сторожка, сарай и административный дом. Нет, это были не его знакомые. Да, уже зараженные. Все. В том краю, да. Нет, мне на это смотреть не стоит. Да, их убивает выстрел в голову. Либо оторванная голова. Отрезанная. Отрубленная… Не принципиально.
Главное, серьезно повредить мозг.
К счастью, административный дом находился довольно близко и внутри не было ни зомби, ни трупов, ни крови в принципе, зато сам дом порадовал основательностью и вместительностью. Сруб из калиброванных бревен с двойной дверью, на окнах стеклопакеты и плотные шторы. На первом этаже вместительная прихожая, уютная гостиная, комнатка с ключами и кладовка под всякое разное, а еще кухня и санузел. Есть подвал с продуктами и центральным тепловым и электрическим узлом. На втором этаже две хозяйские спальни, личная гостиная и еще один санузел.
В целом жить и жить…
Но с кем?
– Так, а теперь слушай меня внимательно, – еще строже заявил Миша, хотя я и так ловила каждое его слово, не в силах не замечать, как его кожа постепенно бледнеет, покрывается бисеринками пота, а паузы в предложениях становятся всё длиннее. – Мне хуже, я чувствую. Думаю, счет пошел на минуты.
Мы стояли в гостиной первого этажа, куда вернулись после того, как Мишка показал мне все комнаты домика, и он снял куртку и начал выкладывать из карманов всё, что считал нужным: телефон, ключи от авто, запасную обойму к пистолету…
– В телефоне куча информации, в том числе по моим знакомым, местному оборудованию и оружию. – На столик рядом с обоймой лег пистолет. – Электричества хватит в среднем на месяц, главное, не забывать подливать топливо в генератор. Прости… что так вышло. Я не хотел. И еще…
Глядя на меня чуть исподлобья, Мишка нервно облизнул пересохшие губы и вымученно улыбнулся.
– Есть шанс, что я не стану зомби. Мизерный. Я трус, знаю… Прости. Так что я сейчас уйду и запрусь в восьмом домике. На сутки. Если выживу – сумею выбраться сам и вернусь. Если нет… Ты у меня умная девочка. Знаешь, что делать.
И, указав одними глазами на пистолет, поспешил развернуться и выйти, уже в прихожей грозно крикнув:
– Запрись!
Чувствуя, как по щекам снова катятся слезы, я на непослушных ногах дошла до двери и заперлась на все до единого замки. Более того, не веря самой себе и в свою удачу, опустила и жалюзи на окнах первого этажа, ведь стекла так просто разбить, после чего, чувствуя себя откровенно больной старухой, практически не поднимая ног дошоркала до спальни второго этажа и рухнула на кровать на бок.
Не чувствуя ни-че-го.
Неужели это конец?




























