Текст книги "Сестрица Аленушка, братец Иванушка и богатырь в придачу (СИ)"

Автор книги: Елена Ха

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 3 страниц)

Елена Ха
Сестрица Аленушка, братец Иванушка и богатырь в придачу

Пролог

Тимка сидел на любимом месте, у трубы на печи, поглаживал патлатую бороду и внимательно наблюдал за порядком. Трактир был как на ладони. Вот ушел постоялец, а Ксюша и хозяин Данила, проводив его, о чем-то тихо переговаривались.

Тимка был рад, что в «Сытый мерин» пришла работать Ксюша, она была доброй и каждый день давала ему и его любимой жене Луковке молочка.

– Хорошего дня вам, люди добрые! – раздался от двери тихий мелодичный голосок, – А вам работники не нужны?

Ксюша и Данила синхронно повернули головы. У двери стояла хрупкая русоволосая девушка с огромными голубыми глазами, в которых плескалось отчаяние. Вокруг нее бегал без устали мальчишка лет пяти, размахивая ивовой веточкой, на которой только на конце осталось три узких листочка.

– Я всех победю! Чудищу конец! – взвизгивал он.

– Не нужны нам работники, своих хватает, – буркнул Данила.

Тимка не любил хозяина: он часто сердился не по делу. Другое дело Ксюша, добрая душа, она подошла к девушке, взяла за руку и усадила к ближайшему столу:

– Ты устала? Откуда идешь и кто такая будешь?

– Меня Аленкой звать, а это мой брат, Иванушка. Мы из соседней деревни. У нас недавно несчастье случилось, полдеревни выгорело, а мы с Ваней сиротами остались.

– Ох, бедные деточки, – всплеснула руками Пелагея, жена Данилы, баба крутенькая, но хозяйственная, Тимка к ней с уважением относился. – Ксюша, чаю принеси, – распорядилась она.

Тимкина любимица послушно кинулась исполнять поручение, еще и угощения для гостей прихватила. Данила тем временем Алену расспрашивал:

– Что же вы будете делать? Как жить?

Тимка давно заметил, что Данила – любитель посплетничать, пуще жены.

– У нас тетка под Новгородом живет, я решила к ней податься. Не знаю, поможет ли… – ответила на расспросы девушка.

– Кровь не водица, подсобит, чем сможет. Правильно решила ты, – похвалила Пелагея и пододвинула к девушке тарелку с едой.

Аленка, смущаясь, взяла хлеб с мясом и сунула в руки брату, но тот сморщился и заявил:

– Хочу сладкого! А мед есть?

Как сестра ни уговаривала брата поесть мяса, тот ни в какую. Мальчишка капризным оказался.

– Неужто его родители не воспитывали совсем? – всплеснула руками Луковка, усевшись рядом с Тимкой на печь и свесив ноги в заношенных лаптях. Она любила малышей. Но Даниле и Пелагее Бог деток не дал. Хорошо, что в трактир иногда заглядывали гости с ребятней. Тут уж Луковка всегда была рядом.

Иван тем временем стрескал все сладкие ватрушки да медом закусил.

– У него того… это самое… не слипнется? – с осуждением проворчал Тимка и с умилением посмотрел на Аленку, которая, откусывая по маленькому кусочку, ела мясо с хлебом.

– Спасибо, добрые хозяева, за прием, – поблагодарила девушка, когда от угощения не осталось ни крошки.

– Да ты не торопись, отдохни. Путь у вас неблизкий, когда еще чаю горячего попить доведется, – советовала Пелагея.

Аленка с благодарностью посмотрела на хозяйку. Тимка заметил, как она разминала ступни под лавкой, видать, устала бродить и с радостью бы задержалась в гостеприимном трактире. Но тут скакавший по залу Иван задел миску, в которой был мед, та упала на пол и раскололась.

– Ах! – Его сестра всплеснула руками, и в ее больших глазах появились слезы вперемешку со страхом, – Простите.

– Это не я, – тут же заявил мальчишка. – Это домовой шалит!

Тимка и Луковка переглянулись.

– Вот же охальник! – возмутилась шишимора, воспринимая клевету на мужа как оскорбление.

Тут и Ксюша на своих помощников глянула, одними глазами спрашивая: «Вы, что ль?»

Тимка тут же переместился ближе к Ване и, грозно сдвинув брови, заверил Ксюшу:

– Врет малец! Ни стыда ни совести!

– Не перекладывай свои ошибки на других, – уперев руки в боки, с осуждением сказала Ксюша Ване. Она была единственной, кто видел домашнюю нечисть, и всегда с благодарностью к ним относилась, ведь Тимка помогал ей мыть трактир, а Луковка иногда выполняла роль няньки.

– А ты мне никто, чтобы учить, – показав язык, объявил мальчик.

Ксюша от возмущения не нашлась что ответить.

Аленка после резких слов брата стала белее первого снега.

– Простите его, маленький совсем, не понимает, что творит. Мы пойдем.

Она торопливо схватила брата на руки и поспешила к выходу. Ксюша едва успела сунуть ей в руки мешочек с остатками вчерашнего пирога.

– Намучается она с ним. – Пелагея вздохнула и строго сказала работнице: – Прибери.

– Жаль девицу, она хорошая, – проворчал Тимка, помогая любимой Ксюше отмывать остатки меда от пола. – Надо мальчонка уму-разуму научить. И я знаю, кто в этом поможет…

«Это ж надо! Сам с вершок, а спеси с гору. Давно я к лешему в гости не захаживал!» – подумал домовой, хитро сощурился и исчез.

Глава 1. Знакомство

Аленка шла по лесной тропинке да за братом приглядывала. Ванятка всегда был шебутным, не мог усидеть на месте, совсем не умел ходить спокойно, все время скакал. Даже скорбь от утраты родителей не смогла погасить его прыти. Девушка тяжело вздохнула и почувствовала, как защипало глаза. Так было каждый раз, когда она вспоминала их дружную семью.

– Сестрица, я пить хочу! – пожаловался Ваня, подбежав к девушке сзади.

– Ты столько меда да сладких пирогов съел в трактире, что немудрено! – пожурила брата Аленка и дала ему напиться из бурдюка.

Но не прошло и получаса, как Ваня снова прибежал с просьбой попить. Сестре пришлось снова дать брату напиться. Через час воды в бурдюке не осталось, до следующей деревни они так и не дошли, а Иван стал капризничать, причитая:

– Я пить хочу! А-а-а, сестра, пить хочу! Можно я из ручейка напьюсь?

Они как раз подошли к небольшому лесному ключу, что звонко журчал в тени вековой ели.

– Ваня, подожди немного. Мы скоро должны выйти к деревне, там из колодца напьемся, – попросила брата сестра, опасаясь неизвестного источника, но Ваня был избалованным ребенком и привык получать все, что хочет, и сразу.

– Смотри, какая здесь чистая водица. Я напьюсь! – объявил мальчик, наклонился и сделал несколько жадных глотков. Тут же его подвижную фигурку окутал болотного цвета туман, а когда он развеялся, рядом с ручейком скакал козленок.

– Ваня?! – Девушка всплеснула руками.

«А кто еще?!» – прозвучал в ее голове голос брата.

– Как же так?! – Аленка заплакала, подойдя ближе и погладив беленького козленка по голове между маленьких рожек.

«Ты почему плачешь, сестра?! Кто тебя обидел?» – воинственно спросил Ваня и грозно цокнул копытцем.

– Посмотри на себя в отражении ручья, – вытирая слезы, посоветовала Аленка.

Козлик посмотрел на себя в ручеек, ножки его подкосились, и он упал, жалобно блея.

– Духи лесные, за что вы так с нами, сиротами? – обнимая брата, прошептала Аленка.

Тут рядом задрожали иголки на могучей ели, и раздался скрипучий голос:

– Брат твой непослушный за свои ошибки отвечать не хочет, еще и других обидеть может, а значит, скоро и тебе от него достанется. Я, леший, решил вмешаться. Вот наберется твой брат уму-разуму, станет тебе опорой, тогда заклятие и спадет.

Аленка испугалась грозного голоса, подхватила козленка на руки и побежала по тропинке подальше от страшного места. Вскоре выскочила она на полянку и замерла в недоумении. Почти всю поляну занимал огромный камень высотой с Аленку, а в длину не меньше двадцати саженей. И поперек него на резвых лошадях прыгали воины, а один светловолосый с голубыми глазами задорно крикнул:

– Вы слабаки! Поперек любой может камень перепрыгнуть, а вы попробуйте вдоль! Я смогу!

Аленка посмотрела на размеры гигантского камня и поняла, что, каким бы сильным да ловким ни был богатырь, ничего у него не получится, только шею себе сломает. Раздумывать было некогда, нужно было спасать молодого хвастунишку. Кинулась к нему Аленка, причитая:

– Помоги, добрый молодец! Не пройди мимо сироты в беде!

Разгоряченный конь воина уже готов был под руководством глупого хозяина прыгнуть навстречу смерти, но мольбы о помощи красивой девушки привлекли внимание богатыря, и он натянул поводья. Вороной жеребец встал на дыбы, будто черный ураган, Аленка едва успела отскочить в сторону, но споткнулась и упала на мягкую травку. Козленок выпал из ее рук, вскочил на ножки и стал прыгать по поляне, осматриваться.

«Где это мы?» – прозвучал вопрос голосом Ивана в голове Алены, но девушке было не до брата. Богатырь с голубыми глазами уже ловко соскочил с коня и кинулся к девушке, обнял ее, помогая подняться. Только оказавшись рядом, Аленка осознала, какой он огромный и мощный, словно медведь. Силища в нем чувствовалась неудержимая.

– Здравствуй, девица-красавица! Что же ты под копыта бросаешься? – мягко пожурил богатырь Аленку.

– Прости, добрый молодец! Я просто испугалась. Я сирота, иду в Новгород, у меня там тетка живет. Я заблудилась, вода у меня закончилась… Так обрадовалась, что людей встретила, вот и кинулась, не разобравшись, – тихо проговорила девушка, смущенно поглядывая на богатыря, который все еще стоял слишком близко.

– Мы тоже в Новгород идем, – заявил молодец, – Мы ушкуйники. Меня зовут Василий Буслаевич. А вон там, в центре, купец сидит, мы его сопровождаем из Москвы домой. На нас пару дней назад напали разбойники, товар разграбили. Меня подло ранили со спины, а то я бы их всех порвал. Я самый сильный в Новгороде, а может, даже и на всем белом свете! – хвастался Василий.

Девушка с трудом сдержала улыбку, слушая его бахвальство.

– Меня Аленкой кличут, – представилась она богатырю.

– О, Василий, смотри, как нам повезло сегодня, свежей козлятинки поедим! – раздался рядом голос.

«Сестрица, помоги!» – прозвенело в голове Аленки.

Она обернулась и обомлела. Ее брата поймал бородатый воин, напоминающий крепкий дуб, такой же мощный и приземистый.

– Нет-нет! Это мой козленок. Он мне дорог, его нельзя есть. Это все, что мне от матушки и батюшки осталось. Прошу, отпусти его, – со слезами на глазах запричитала девушка, подбежав к богатырю.

– Оставь эти бабские глупости. Дорог он ей. Мы жрать хотим! – сердито рявкнул гигант.

Аленка с мольбой посмотрела на Василия. Голубоглазый богатырь понял все без слов. В два шага оказался рядом с голодным соратником и грозно проговорил:

– Не твое добро, не тебе распоряжаться!

Его низкий голос прозвучал как раскаты грома, предвестники бури. Громила тут же выпустил козленка из загребущих рук и примирительно сказал:

– Я же как лучше хотел... для всех.

Козленок тут же кинулся в ноги Аленки, жалобно блея, а в голове девушки плакал брат: «Сестра, мне страшно! Давай уйдем отсюда! Они злые!»

Василий подошел к девушке и будто в ответ на причитания Ивана мягко проговорил:

– Оставайся с нами, Алена. Тебя никто больше здесь не обидит. Я смогу тебя защитить.

Девушка видела: Василий верит в то, что говорит. А еще она видела насмешливые взгляды некоторых ушкуйников. Конечно, задирать петуха – то еще развлечение.

«Но раз его слушаются, значит, он действительно сильнее многих», – подумала девушка.

– Ты, Вась, собирался прыгать через камень, да не поперек, а вдоль. Или при виде красной девицы все силы растерял? – засмеялся рядом русый красавец.

У него были благородные черты лица: высокий лоб, прямой длинный нос, волевой подбородок с ямочкой. Рядом с ним Василий с курносым носом и широкими скулами казался простаком. Но глаза незнакомца были холодными. Не понравился он Аленке, сразу поняла она, что сгубить он хочет Василия, а не просто посмеяться да покуражиться. Жаль, Василий и рад подставлять свою буйну голову под удар.

– И ничего я не растерял, – заявил богатырь.

«Вот же дурак!» – возмутился в голове Аленки Ваня.

Даже неразумный ребенок понял, как это опасно.

– Ой! Ай! – запричитала девушка и упала на траву.

Василий тут же бросился к ней.

– Что с тобой?

– Ногу свело, я сегодня целый день по лесу плутала… – жалобно и тихо проговорила девушка, бросив на Василия умоляющий взгляд.

Молодец растерялся, присел рядом, но было видно, не понимал он, что ему делать.

– Василий, вы здесь ночевать будете? – спросила Аленка.

– Да, – кивнул богатырь растерянно.

– Прошу, если тебя не затруднит, помоги мне устроиться на ночлег, – попросила девушка, схватив богатыря за руку.

Голубоглазый ушкуйник смутился, хотя обычно он сам смущал заигрыванием девиц.

– Кажется, мы потеряли нашего Василия!

– Ой, пропал добрый молодец! Сгубила его красота!

Засмеялись вокруг ушкуйники, Василий смутился еще больше, хотел освободить руку, но девушка крепко держала его широкую, огрубевшую от меча ладонь и с мольбой смотрела в глаза. Богатырь не устоял, подхватил ее на руки и отнес под защиту клена с густой кроной, в его тени ни дождь, ни солнце не страшны были. Там он расстелил на земле плащ, усадил на него Аленку и проговорил:

– Я принесу тебе горячего чая. У нас на костре всегда чай есть.

– Спасибо, – поблагодарила девушка, а сама на козленочка глянула, да мысленно ему сказала: «Иди с ним, присмотри, чтобы никто его не завлек в беду какую».

Ваня, видать, ее понял, потому что весело поскакал за Василием.

Богатырь вернулся быстро, Аленка достала из дорожной сумы пирог, что ей дали в трактире «Сытый мерин», и протянула богатырю.

– Угощайся. Ты так мне помог. Благодарю тебя.

Они разделили скромную трапезу и уснули одновременно. Василий завернул Аленку в плащ, козленок тут же устроился у нее под боком. Богатырь же лег недалеко прямо на землю, охраняя покой девушки.

Утром Василий проводил Аленушку в лес к ручью, чтобы она могла умыться, а потом вновь отправился за горячим чаем. Такое внимание тронуло девушку. Поначалу она хотела его сберечь, а вышло, что и он о ней позаботился.

«Может, он и не безнадежен», – подумала Аленка.

Она заметила, что богатырь глаз с нее не спускает и старается держаться ближе, при любой возможности берет ее за руку, приобнимает, поддерживает под локоток.

Аленка была девушкой скромной, но мудрой. Она понимала, что в этом мире одной без поддержки ей не прожить. А Василий показался ей добрым, хоть и глуповатым. Много гордыни в нем было. Явно не то он ценит в людях, плохого не замечая. Сам без задней мысли – и другим верил. Но ведь на то шея и нужна, чтобы голову направлять…

– Красавица, а ты с нами поедешь? – отвлек ее от размышлений приятный баритон.

Девушка обернулась и увидела рядом того самого русоволосого богатыря с благородными чертами лица и холодным взглядом.

– Меня Аленка зовут, – спокойно ответила девушка.

– А меня Захар, я младший сын боярина Темкина. Наш род в Новгороде влиятельный. Поедем со мной, красавица, я тебя не обижу, – ласково улыбаясь, предложил красавец.

«Род-то твой, может, и влиятельный, да только тебе даже крошек не досталось, раз ты в ушкуйники подался», – усмехнулась про себя девушка.

Аленке было очевидно, что Захар хочет задеть Василия, вывести из себя, спровоцировать драку. Но вот зачем?

– Я к тетке в Новгород иду, и мне попутчики не нужны, – все тем же ровным голосом откликнулась девушка.

– Что, и Василий в попутчики не нужен? – усмехнулся Захар.

– А он еще не набивался. Предложит – подумаю, – прямо посмотрев на собеседника, ответила Аленка.

Это было дерзко. И она это знала, но уж больно раздражал ее Захар надменной холодностью и затаенной подлостью. Поэтому девушка и не удержалась, практически прямо заявив этому красавцу, что он ей в попутчики не гож, а Василий – вполне. Глаза Захара вспыхнули гневом.

Мужчина сделал шаг к Аленке и грозно предупредил:

– Покорись лучше мне, красавица. В соболя наряжу, если ласковой со мной будешь. Брось даже думать о Василии. Он силен, как никто, но и контроль над силой легко теряет. Характер у него взрывной, что не по евонному – сразу в драку. Смотри, пришибет тебя и не заметит. Мой хороший приятель был и ловким, и быстрым, но не смог увернуться от кулаков Васькиных. Теперь хромым век доживать будет.

«Так вот за что боярский сын обиду затаил, – вздохнула Аленка, но, вспоминая голубоглазого богатыря, поняла: скорее всего, не со зла тот горе неизвестному калеке причинил, по глупости. – Спасать надо и людей от Васи, и Васю от людей!»

– Спасибо за беспокойство, Захар, – насмешливо проговорил подошедший Василий, который прекрасно слышал слова соратника. – Но на баб я еще ни разу руку не поднимал.

– Все случается впервые, – усмехнулся красавчик и выразительно посмотрел на Аленку.

– Ты уже собрался? – встав между девушкой и Захаром, спросил Василий.

Темников развернулся и решительно зашагал прочь. А на девушку тут же уставились голубые глаза, и в них плескался еле сдерживаемый гнев. Василий обратился к Аленке сурово, будто приказывал:

– Поедешь со мной. Одной тебе в этих лесах нельзя. Здесь разбойники завелись. А как в Новгород приедем, возьму тебя в жены.

От такого заявления девушка сначала опешила.

«В жены позвал, уже хорошо. Но неужто на то у Захара расчет и был? А вдруг родители ему другую жену сосватали, и его самоуправство испортит их отношения?» – подумала Аленка и решительно ответила:

– А ты меня спросил, хочу ли я за тебя? Мы с тобой только вчера познакомились. Ты слишком легкомысленно к такому важному вопросу подходишь. Да и без благословения родителей разве можно?

– Отказываешь? Чем я не угодил тебе? Ты сирота беззащитная, а меня отвергаешь. Я тебя всю жизнь оберегать готов, со мной в достатке жить будешь. Чего тебе еще надобно? – сердито нахмурившись, спросил Василий. – Или рожей не вышел? На Захара польстилась?

«Сестра, ты чего ерепенишься? Он прав. С ним мы сыты будем, и меня на суп никто не пустит. Мы пока за чаем тебе ходили, меня несколько раз хотели схватить. Но он не дал. Я, правда, тоже пару раз ему помог. К нему так и цепляются всякие прохвосты, пытаясь то в драку втянуть, то на глупости какие подвигнуть. Но я всех этих охальников забодал. И это у меня еще рожки маленькие», – хвастался Ваня.

«Брат, ты мал еще, чтобы о браке размышлять! Это же на всю жизнь, мне сначала присмотреться к жениху надобно», – мысленно ответила Ивану сестра, а Василию сказала:

– С лица воду не пить! Захар, видно, человек недобрый, себе на уме. Ты лучше его в сто крат, но любви промеж нас нет и быть пока не может. Мы вчера только встретились.

Аленкин ответ немного успокоил Василия, и он тепло улыбнулся девушке.

– А если я влюбился в тебя с первого взгляда? – пылко возразил богатырь, обнял девушку за плечи, притянул к себе и поцеловал с жаром.

Аленка растерялась. Это был ее первый поцелуй. Голова девушки закружилась от эмоций и ощущений. Она обмякла в мужских руках, превратившись в воск, отчего ласки богатыря стали смелее.

«Фу, сестра! Ты что ему позволяешь?» – прозвенел в голове девушки вопрос Вани тревожным колокольным звоном.

Аленка тут же пришла в себя, оттолкнула Василия и осипшим голосом проговорила:

– Такая любовь быстро вспыхивает, да так же быстро гаснет. Между супругами должно быть уважение, а уважение нужно заслужить.

Разгоряченный Василий сердито сжал кулаки, нависнув над девушкой тучей. Но Аленка смотрела в голубые глаза прямо, решительно, и богатырь отступил.

– Хорошо, – выдохнул он. – Будь по-твоему, подождем со свадьбой. Пойдем со мной в Новгород ради матушки моей. Звать ее Амелфа Тимофеевна, она давно вдова, живет одна в большом тереме. Я ей много неприятностей доставил, по молодости часто буянил, она из стольких передряг меня спасала, со счета можно сбиться. А теперь я часто с торговыми караванами хожу, она все одна да одна. Если найму тебя ей в услужение, согласишься? Будешь о ней заботиться, помогать во всем. Она женщина мудрая, младшая боярская дочь, делам обучена была. После смерти моего батюшки, а он много добра нажил, все заботы на себя взяла, дом наш процветает…

– Отчего же ты по свету ушкуйником бродишь, если в доме у вас достаток? – удивилась Аленка и приуныла: куда ей, сироте, к боярам соваться.

– Силы во мне много, нужно ее куда-то девать. Если долго на одном месте сижу, обязательно буянить начинаю, – повинился Василий.

Аленка вздохнула и ответила:

– В услужение к доброй хозяйке пойти за счастье для меня.

– Тогда в путь! – обрадовался Василий.

Ушкуйники путешествовали на лошадях, и довольный богатырь ловко запрыгнул на своего вороного коня и усадил Аленку перед собой. Не слушая смущенные возражения девушки, он пояснил:

– Пешком за нами ты не поспеешь, так что сиди спокойно и не беспокой меня.

– А как же мой козленок? – запричитала девушка.

«Что со мной будет? Я скачу быстрее этих откормленных меринов», – хвастливо заметил Ваня.

– Он у тебя резвый. Будет отставать – закину и его на коня, – ответил Василий.

И отправились они в Новгород.