Текст книги "Миллионер на мою голову (СИ)"
Автор книги: Елена Безрукова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 13 страниц)
Глава 8
Саша.
Бросил все дела на зама и помчался к Воронцову домой, игнорируя красные сигналы светофора. Уже начинало темнеть, и сильных пробок на дороге нет. Доехал быстро, поставил машину на сигнализацию и скорым шагом отправился к подъезду.
Дверь открыл Роман и впустил меня внутрь.
– Где Аня? – обеспокоенно спросил я его.
– Тише. Она уснула в зале. Пойдём, в кухне посидим пока.
– Сейчас приду, – скинул ботинки и настырно пошёл в зал. Пусть она и спит – я должен её увидеть.
Вошёл и глянул на спящую девушку, даже застыл на миг. У Ани зашита бровь и на скуле красный след.
Кто посмел?!
Мне хотелось рвать и метать. Если бы я прямо сейчас узнал, кто это с ней сделал – я бы убил. Меня просто трясло от ярости и бессилия. Присел с ней рядом, вглядевшись в бледное лицо. Уже протянул руку, чтобы провести пальцами по щеке, как Роман меня перехватил:
– Не трогай, ей будет больно и ты разбудишь её. Пошли, – сказал он шёпотом и потянул меня за рукав из зала.
Нехотя вышел следом за ним и прикрыл дверь. Будить её мне не хотелось, она явно пережила что-то страшное. Кто её бил? За что? Так много вопросов и ни одного ответа. Придётся ждать, когда Аня сама всё расскажет.
На кухне прислонился к подоконнику, сложив руки на груди и оглядел по очереди Алю и Романа.
– Что уставился? Не знаем мы ничего, – отреагировал на мой грозный взгляд из-под лобья Воронцов.– Она отказалась нам рассказывать. Да и вообще, её так трясло, что она и говорить-то не могла. Шоковое состояние. Кто-то её не только бил, но и напугал до чёртиков.
Хотелось рычать, как ошалелый зверь, и что-нибудь разбить. Но я не у себя дома, да и беременную жену друга не стоит волновать ещё больше.
– Откуда она ехала? С работы или из дома? – собрав волю в кулак, спросил их.
– Из дома. Сказала, вещи возьму какие-то и приеду, – вклинилась Аля.
– Значит, кто-то напал на неё в промежутке между театром и вами. Во дворе, вероятнее всего. Машины у неё как раз нет. Может быть, там кто привязался.
– Наверное, – почесав подбородок, отозвался Роман. – Спустя час, как Аля вернулась домой и говорила с Аней, она вот такая уже приехала. Кровь на лице, одежде. Мы её переодевали даже. Когда бровь рассекается – крови много всегда. И по-моему, у неё еще и сотрясение. Кто-то хорошо её приложил головой о что-то твёрдое и острое. Может быть, камень какой-то или коряга – на брови был довольно глубокий разрез. Хорошо, глазом не попала или виском – пробило бы. Повезло, что надбровной дугой угодила – это спасло ей жизнь. На скуле ссадина, колени разбитые.
Сжал руки в кулаки. Кто бы они не были – я найду их и заставлю пожалеть о содеянном.
– Может, её в больницу надо? Вдруг что серьёзное?
– Саш, неужели ты думаешь, что если бы я допустил подобную мысль, то уже не отвёз бы Аню? – задал резонный вопрос Воронцов. – Ничего серьёзного с ней не случилось, помимо удара головой. Гематом на черепе больше нет, кроме травмы брови. А вот с моральной составляющей куда хуже. Лучше ей остаться дома. Она напугана.
– Извини, – пробормотал я. Знаю, что Роман – высококлассный медик, и не только в своей области, ему можно доверять. – Я должен был знать.
– Понимаю, – хирург и не думал обижаться на меня. Не та ситуация, да и мы с ним не две принцессы, чтобы губы дуть.
– Справку о побоях сможешь сообразить? – спросил Воронцова.
– Да, думаю, – задумчиво ответил он. – К травматологу схожу, он сделает. Хочешь наказать их по закону?
– Пока думаю. Не спущу этого подонкам точно, – произнёс с таким льдом в голосе, что Аля поёжилась и спряталась за своего мужа.
– Тут оставайтесь оба ночевать. Неизвестно сколько она проспит, еле дошла сюда.
– Суки, – вырвалось у меня сквозь зубы.
– Согласен – мрази, – поддакнул Роман. – Кто ж так девчонок бьёт? И главное, чего она им сделала? Ничего непонятно.
– Саш, ты с работы. Может, голодный? – спросила Аля в наступившей паузе. – Хочешь, накормлю тебя?
– Воронцов, у тебя не жена, а клад настоящий. Спасибо, Алюш, но сейчас кусок в горло не полезет.
– Что ещё за «Алюша»? – насупился тут же Роман.
– Остынь, Гиппократ. Ты знаешь, что я… по Аням.
– Знаю, – ухмыльнулся он. – Так, друзья мои, с вами очень весело, но мне завтра на операцию. К тому же одна внеплановая – уже прошла сегодня у меня дома. Так что мы пойдём отдыхать.
Роман встал на ноги, намереваясь уйти в спальню. Я протянул ему руку:
– Спасибо тебе, дружище.
Воронцов пожал руку в ответ:
– Всегда пожалуйста! И разрежу, и зашью вас вне очереди. Даже бесплатно. Но лучше без этого.
– Саша, я тебе сейчас плед дам и подушку, – обратилась ко мне Алевтина. – Аня проснётся – разложите сами диван и ляжете. Ты же с ней захочешь вместе лечь? Или у вас пока не те отношения?
Роман усмехнулся. Зараза, опять ему смешно с меня, даже в такой ситуации. За спиной у жены Воронцов с дебильной рожей рисовал пальцами сердечки… Все в этом доме давно в курсе того, что у нас всё зашло куда дальше курортного романа. Кроме нас с Аней!
– Да, Аль. С ней лягу. Принеси, будь другом.
Супруги, тихо переговариваясь, ушли в спальню, а я вновь тихо приоткрыл дверь гостиной, где мирно спала Аня. Через пару минут Воронцова принесла обещанный плед и подушку. Сложил постельные принадлежности в одно кресло, сам сел в другое, наблюдая за сном девушки и всё больше погружаясь в невесёлые мысли.
Душу рвало желание немедленно найти и наказать того, кто посмел поднять руку на мою девочку. Камикадзе, не иначе. Ты ещё не подозреваешь, подонок, что тебя поджидает. Никто не будет безнаказанно обижать мою женщину. Каждый из них заплатит очень дорого за каждый волос, упавший с головы Ани.
Уже в полудрёме и сидя в кресле, услышал, как охнула девушка. Тут же открыл глаза и включил настольную лампу. Если у неё сотрясение – яркий свет её сейчас убьёт. Даже от тусклой лампы Аня поморщилась, хватаясь за голову.
– Аня, девочка моя, – я сел на край дивана рядом с ней, вглядываясь в лицо.
– Саша? – прошептала она удивлённо, и потянула руки ко мне.
Я мягко обнял её, не зная, что ещё у неё болит, боялся причинить ей лишнюю боль. Она прижалась ко мне, положив голову на плечо.
– Ты здесь. Мне больше не страшно, – прошелестела она мне в шею.
Что у неё с голосом? Она как не в себе. Голос бесцветный, полный страха. К горлу подступил ком от её вида и тона, которым она говорила.
– Аня, что произошло? – я отодвинул её так, чтобы посмотреть тяжёлым взглядом в её глаза.
– Пожалуйста, ничего не спрашивай, – её губы затряслись, а из глаз покатились слёзы. – Просто обними меня. И не уходи.
– Я не собирался уходить. Я с тобой, – ответил ей.
Аккуратно придвинул к себе севшую на диване девушку, она оказалась спиной ко мне. Аня привалилась ко мне, положив голову на плечо. Она обнимала меня, будто я её спасательный круг, хлюпая носом и вытирая слёзы.
Я разозлился ещё больше. Какие же твари довели её до такого состояния? Господи, дай мне сил и мудрости, чтобы не убить их сразу! Хотелось задавать вопросы и немедленно выяснить, кто посмел к ней притронуться, но я держался – девушка явно не готова была говорить после потрясения. Придётся выждать время. Пока эти подонки спокойно гуляют себе!
Выдохнул. Не стоит распалять себя ещё больше.
– Уже поздно, – в тишине произнесла она. – Как ты пойдешь на работу? Тебе лучше поехать домой и поспать немного.
– Никуда я не поеду. Я останусь здесь, с тобой. Я тебя вообще больше одну никогда не оставлю. Понятно тебе?
Аня помолчала немного, доверчиво глядя в глаза, а потом прижалась к щеке, обняв за шею.
– С тобой я чувствую себя в безопасности, – сказала она мне.
На душе мигом стало куда теплее и светлее, путы злобы и ненависти начали постепенно ослабевать и отпускать меня. Я снова смог нормально вдохнуть. Понимаю, что она говорила так трогательно под влиянием стресса, но всё равно было приятно это слышать.
– Так будет теперь всегда. Это всё…я виноват. Оставил тебя одну. Не дал понять вовремя, что ты значишь для меня. Не дал защиту.
В её глазах появилось удивление. Мои внезапные откровения её сбили с толку. Может, и не уместно это говорить сейчас – но я как чувствовал, так и сказал.
– Не вини себя, – покачала Аня головой. – Ты здесь точно не при чём.
– Да. Но я постараюсь впредь предотвращать такие истории.
Взял её лицо аккуратно в ладони и глядя в глаза, сказал:
– Больше никто тебя не обидит, Аня. Ты под моей защитой. И каждый, кто тебя тронет – заплатит лично мне.
Она вновь прижалась ко мне, ища той самой защиты. Трогательная, маленькая девочка, характер которой надломили какие-то гады, заставив обнажить свою нежность и женственность. Какой я дурак, что не понимал этого раньше – вот ключик к Ане. Она хочет крепкое плечо рядом, защитника, опору. Да и разве я мог подумать, что она настолько уже проникла в мою жизнь, что я захочу стать для неё кем-то большим, чем просто тем, с кем приятно можно провести время? Не мог. Не хотел признаваться себе в этом. Но теперь у меня нет ни единого сомнения – я порву за неё любого.
– Сегодня переночуем здесь, а завтра я отвезу тебя домой, – шептал я ей на ухо, растворяясь в её запахе, тепле, её руках. Сейчас между нами ни намёка на секс, а мне всё равно кайфово быть рядом и знать, что она в безопасности под моим боком.
– Нет, – вдруг резко ответила она и отпрянула от меня. – Я не вернусь домой.
– Значит, это случилось возле твоего дома? – не смог я удержаться и зацепился за её слова.
– Да. Я не…не смогу туда вернуться. Я не пойду! – она вдруг заплакала.
Я не ожидал и растерялся на миг. Нежная и слабая Аня – это нечто новое для меня.
– Всё-всё, – притянул к себе на грудь плачущую девчонку и стал баюкать. – Мы не пойдём туда.
Когда приступ истерики у неё прошёл, она спросила уже довольно спокойно:
– А куда же я пойду? Мне некуда идти. Родителей ведь у меня нет, – растерянно произнесла Аня.
Ещё и родителей нет у неё? Так у неё вообще нет никакой опоры на этой планете. Она совсем одна. Вдвойне придурок я! Даже досье на неё не смотрел. Нужно будет исправить эту ситуацию. Теперь я хочу знать о ней всё до того, как она расскажет сама.
Сейчас мы оба будто скинули маски и вскрыли каждый свои карты. И у Анны в данный момент на руках не самая лучшая комбинация… Но теперь у неё есть я.
– Здесь ты тоже остаться не можешь. Твоя подруга замужем, она ждёт ребёнка – тебе здесь не место.
– Блин, – запустила она руку в волосы. – И что мне делать? Снимать квартиру я себе позволить не смогу. Даже на комнату не хватит. Чёрт бы побрал этого Сергея!
Сергей. Вот кто мне нужен. Хотя лично для меня его имя – Смертник.
– Он живёт в твоём доме? – продолжал я цепляться за информацию.
Незаметно для себя Аня выбалтывала мне всё, что необходимо для поиска подонков.
– Да, – в её глазах снова заблестели слёзы, которые неприятно полоснули по сердцу, но я должен всё выяснить.
– Он был один или с ним были еще?
– Были ещё.
– Что он хотел от тебя?
Аня молчала и шумно дышала, пряча от меня свои зелёные глаза за мокрыми ресницам. Её реакция на мой вопрос мне очень-очень не понравилась. Я и сам видел эту реакцию – она выглядит так, когда не хочет, чтобы её… Чёрт, они что… хотели её изнасиловать?!
Схватил за плечи, заставляя смотреть на меня:
– Говори мне, Аня. Я всё равно узнаю. Что он делал? Он тебя…лапал, да?
Каждое слово заставлял себя говорить – в горло будто кипятка налили. Огромных усилий мне стоило держать себя сейчас в руках. Она не отвечала, снова опустив глаза в пол, и отвернулась от меня. Отпустил её и вскочил на ноги.
– Блядь! – выругался, проведя руками по волосам.
Произнёс ещё пару непечатных выражений об обидчиках мой девочки и подошёл к подоконнику. Всё же психанул и стукнул по нему кулаком. Бедный пластик еле выдержал. А вот рожа этого Сергея-Смертника не выдержит точно – разобью без жалости и сожаления. Только представил на миг, как они её лапали толпой – как кровь вскипела в жилах.
А Аня? Ей ведь всегда больно поначалу во время секса, она такая тесная. Мужчин у неё было очень мало – я сразу понял. Если не осторожно или слишком грубо это делать – она будет очень мучится. Даже не представляю, чтобы ей пришлось пережить, доведи они до конца то, что задумали.
Почему Аня? Потому что красивая? Да уж, не одному мне она приглянулась своей яркой внешностью. Ей обязательно нужна защита. Нашлись эти шакалы, желающие полакомится красивой девчонкой – найдутся и другие.
Уроды. Какие уроды…
Заставил себя закрыть глаза. Вдох-выдох. Вдох-выдох. Обернулся на неё. Аня сидела, положив голову на руки.
– Больно сильно? – вернулся к ней, пытаясь рассмотреть ещё более внимательно её голову на предмет гематом. Но кроме рассечённой брови ничего не было видно за волосами. Роман оказался прав. – Ещё где-то болит голова?
– Нет. Только там, где я бровью угодила на камень.
– Как так вышло?
– Они не собирались бить меня по голове. Это случайность. Он толкнул меня и я неловко упала, – на этом моменте Аня криво усмехнулась – у девушки явно стресс. Жутковато стало от её оскала. – Увидели, что пошла кровь из разбитой брови, испугались и убежали.
– Шакалы, – процедил сквозь зубы. – А что ещё болит?
– Не переживай, Рома осмотрел меня. Болит бровь, голова, скула немного, и колени – я падала на них несколько раз.
Только небеса знают, как мне было тяжело её слушать. Её боль на удивление для меня самого была столь же ощутима, как если бы я был на её месте – и моральная, и физическая. Я бы забрал всю боль себе, но такой супергеройской силой, к сожалению, не обладал. Снова меня пронзило острое чувство вины. Если бы я не остался в офисе допоздна и приехал к ней, или, на крайний случай, приставил к ней водителя – ничего бы этого не произошло.
– Теперь я не знаю, где жить.
– Ко мне поедешь, – твёрдо сказал ей, намекая своим тоном, что спорить не собираюсь, и возражения не принимаются.
Аня подняла глаза на меня:
– К тебе?
– Да.
– Зачем?
– У тебя есть другое решение вопроса? Почему я не могу тебе помочь?
Девушка прижала к губам руку, раздумывая. Сейчас выбор у неё не велик. Не то, чтобы я попытался воспользоваться ситуацией, но…
– Я не буду тебе мешать? – спросила, наконец, она, приняв решение.
– Мешала бы – я бы тебе квартиру снял, хоть завтра. Но я зову тебя в свой дом.
Она снова уставилась на меня, обдумывая сказанное. Похоже, эта мысль, что я мог бы решить вопрос иначе и не тащить её к себе, ей не приходила на ум, пока я не произнёс её вслух.
– А теперь спать. Действительно, уже очень поздно, – всё, что требуется я уже выяснил. Завтра много дел.
Встал на ноги, скинул пиджак, бросил его на кресло. Поднял за руку Аню, заставив встать с дивана, и разложил его. Кинул подушки и плед на диван. Снял с себя одежду, оставив лишь бельё, и лёг под плед.
– Чего стоим? Хочешь лечь спать на ковре?
– Нет, но…
Её смущуние, как ни странно, мне было понятно – мы ещё ни разу не ложились вместе в кровать просто спать.
– Быстро разделась и легла. Одетую я не пущу тебя в постель, – ненавижу, когда о кожу трётся ткань. Спать надо раздетыми.
Аня потопталась на месте, затем всё же стянула с себя вещи Али и в одном белье прилегла на диван. Я накрыл её пледом, и она опять прижалась ко мне.
Как только девушка оказалась рядом, да ещё почти обнажённая, сразу почувствовал нарастающее напряжение. Чёрт, как не вовремя…Даже стыдно стало немного. Плохая была идея заставить её раздеться. Что я могу поделать с тем, что хочу её всегда? Пришлось аккуратно лечь так, чтобы её не беспокоили мои незванные позывы тела, пока она доверчиво жалась ко мне и засыпала.
Саша.
Утром я проснулся раньше Ани. Вышел на кухню и увидел, что Роман уже тоже на ногах.
– Доброе утро, – поздоровался он со мной. – Чего так рано? Шестой час утра сейчас.
– Да спится хреново после вчерашнего, – потёр глаза я. – Спать охота, но сна – ни в одном глазу, как ни странно.
– Переживаешь за Аню? – понимающе и без своих привычных шуточек хмыкнул хирург.
– Да, – честно ответил я.
– Садись, – кивнул Воронцов на стул, – Завтраком накормлю.
Он жарил яичницу на сковороде. Я со вчерашнего дня не ел, и от вида столь незамысловатого блюда слюнки потекли. Воронцов разложил по тарелкам яичницу с колбасой и протянул порцию мне, в которую я немедленно вцепился, и съел всё быстрее Ромы. Затем он разлил по чашкам кофе из кофеварки и протянул одну из них мне.
– Ты влюбился, наконец? – спросил без обиняков он меня.
– Закрыли тему, – нахмурился. Ещё я не сидел и не рассказывал кого люблю или не люблю.
– Я нашёл своё пристанище. Может, и тебе пора задуматься? – поднял брови хирург.
– Я сказал – закрыли тему, – глянул на него недобро. – Воронцов, ты как встретил Алю – так всех кругом женишь теперь.
– Я понял, – закивал голой Роман. А потом добавил:
– Суровый Саня влюбился, – и заржал. – Не, мне тоже её жаль. Я б сам дал в морду, тем, кто Аню обижал.
Да что ж за зараза такая! Вот ведь дал Бог друга. И ведь в точку.
– Поеду с ними разбираться сегодня, – проигнорировал его фразу про любовь.
– Уже? – удивился Воронцов моей оперативности. – Ты знаешь, кого искать?
– Знаю, – произнёс ледяным тоном.
– Тогда я ему не завидую. Помощь нужна?
– Да не особо, – поднял я брови. – Уверен, я этого сморчка и один уделаю. Хотя мне, наверное, нужен тот, кто меня сдержит от… лишнего.
– Так и я том. Я-то тебя знаю, поэтому и говорю – поеду с тобой. Только время освободить надо. Во сколько ты собираешься?
– Вечером.
– Набери заранее. Я – с тобой. Люди нужны?
– Спасибо, Ром. Свои есть, – я был реально благодарен в тот момент.
Не думал, что такие друзья ещё могу быть. До истории с Аней мы были, скорее, приятелями и взаимовыгодными знакомыми, но теперь…
– Ну, тогда – звони.
– Мне пора, – резко поднялся я со стула. – Спасибо за завтрак. Мне нужно на работе появиться сегодня пораньше.
Он встал тоже и протянул мне руку:
– До связи.
– Договорились, – крепко пожал его ладонь в ответ и вышел из квартиры.
* * *
Я рвался в офис не из-за работы. Ещё один рабочий день вытянет и мой зам. Не успел доехать до центра, как тут же направился в крыло, где сидели мои безопасники.
– Доброе утро, – сказал я, войдя в отдел.
Мужчины резко встрепенулись. Ещё очень рано, и сонная вчерашняя смена кое-как завершала свой пост. Но узрев главного, они проснулись мигом.
– Здесь информация,– придвинул я папку старшему смены. С утра набросал от руки всё, что мне известно, вложил в папку. – Мне нужно полное досье на девушку – вплоть до того, какие оценки были за девятый класс. А на парня – адрес, и имена его друзей с адресами.
– А что с парнем не так? – мужчина сразу выцепил главное. Он понял, что явно этот кадр мне нужен не просто так.
– Если коротко – они обидели одну девушку толпой, и я хотел бы с ними поговорить с глазу на глаз, – ответил таким тоном, что все бойцы вытянулись в нитку, понимая, что дело пахнет жареным.
– Сделаем, Александр Юрьевич, – ответил начальник службы безопасности.
– Когда? – начал я напирать на него.
– Сколько у нас есть времени? – резонно задал вопрос он.
– Часов до трёх дня. После я хочу знать о них всё, что можно нарыть для их обнаружения.
– Значит, сделаем.
Развернулся и унёсся на свой этаж. Нужно многое успеть, чтобы по спокойной душой уехать вечером. Ну как, со спокойной – сейчас это вообще не обо мне. Скажем так, со спокойной за работу душой. Успокоюсь я ровно тогда, когда увижу кровь на одной охреневшей морде…
* * *
Вечером я уже располагал всей необходимой информацией, и сейчас ехал по первому адресу – Сергея Горбатенко тысяча девятьсот девяносто девятого года рождения. Двадцать лет, а мозгов нет до сих пор. Сейчас мы это будем исправлять и внушать насильно, что девочек обижать нельзя.
Чёрный минивен резво ехал по улицам в сторону дома Ани, где она даже жить не хочет из-за поведения этих ублюдков. Напугали её до фобии. По пути забрали из медицинского центра Романа, и сейчас он косился на меня по дороге, пытаясь угадать мой настрой и что конкретно я замыслил.
План в общих чертах я, конечно, обрисовал, но Воронцов, зная мою горячность, на всякий случай опасается, что я выйду за рамки плана и натворю дел. Но убивать этого ублюдка, марать руки убийством и сесть за него – это не интересно мне. Пусть живёт и отвечает за свои поступки. Может, хоть мужиком станет? Хотя – это вряд ли. Те, кто поднимает руку на женщин – априори не мужики, и маловероятно, что ими станут.
На улице уже начинало темнеть, когда минивен остановился у подъезда Анны. Дворик тихий, слишком тихий и безлюдный – идеальное место для насильников. Задумался об этом только сейчас – дом не самый лучший, с далеко не самым безопасным двором. Аня в любом случае здесь жить не будет, даже если решит отказаться от моего приглашения.
Я с Романом, да ещё четверо крепких ребят из моей службы безопасности в чёрных костюмах вышли на вечернюю прохладу. Парни проинструктированы детально, и сейчас их задача была максимально проста – вытащить сюда этого подонка для разговора. Опять-таки – его собственный двор, где не так давно он унижал слабую девочку, идеально подойдет для «обижаний» теперь уже мальчика взрослыми дядями.
– Какой этаж? – спросил один боец другого, пока я доставал сигареты. Курить бросил давно, но сейчас мне просто необходимо усмирить нервы, иначе я неосторожно прибью ублюдка.
– Четвёртый, квартира пятнадцать.
Домофонная дверь за ними захлопнулась. Помогли ключи Ани, благодаря им они легко попали в подъезд, а дальше – дело техники.
Спустя пару минут они выволокли под руки упирающегося парня. Пока его вели к нам ближе, я старался усмирить гнев и быть спокойным и бесстрастным. Бросил бычок на землю и затушил дорогим ботинком. Парни пихнули его ко мне ближе, окружив нас. Сергей затравленно озирался, понимая, что это не дружеская беседа, а может быть, вообще последняя беседа в его жизни.
– Ну привет, Серый, – обратился к нему, еле сдерживая ярость при виде этой рожи. Хотелось немедленно её раскрошить.
– Привет, – ответил парень, опаской глядя на меня.
– Как тебе ощущения, когда ты один стоишь среди толпы парней? – поднял вверх брови.
Парень не отвечал. Он прекрасно понимал, кто я и зачем пришёл.
– Значит, тебе очень нравится обижать девочек? А если тебя сейчас обидят взрослые дяди, тебе тоже понравится? Вон он, – кивнул на Ромку, который встал руки в боки и выглядел ещё более грозно, чем обычно. – Боксёр. А я – борьбой занимался. Мы тебя и вдвоём вырубим навсегда. Судя по твоей комплекции – ребята приехали сюда зря. Тебя палкой ткнёшь – ты упадёшь и переломишься. Только с девушками силач, да?
– Я понял, – прорезался голос у Сергея. – Вас эта сучка подослала, да? Анька.
Моё лицо в миг потемнело. Подошёл ближе и врезал ему под дых. Парень закашлялся и сложился пополам, повиснув на мне. Не выдержал и долбанул его носом об колено с характерным треском – нос сломан.
– Ещё одно слово об Ане – и я тебя превращу в инвалида, – с отвращением отпихнул его от себя.
– Всё, Сань, – Роман встал между нами. – Хватит, ладно? А ты – заткнись и не беси его, если хочешь жить, – эти слова Воронцов кинул Серому, который держался за нос и скулил.
– Что вы хотите от меня? – прогундосил он. Спесь явно поубавилась у бедолаги Серого.
– Вот это уже серьёзный разговор. Хотим. Чтобы ты выполнил одну мою просьбу.
Серый тяжело дышал и молча смотрел на меня.
– Щас поедешь с в отделение полиции и напишешь признание. Всё как было.
В подтверждение моих слов во двор въехал полицейский бобик, из которого выпрыгнул мужчина в форме. Он подошёл к нам ближе и пожал мне руку.
– Здарова. Этого, что ли, красавца забирать? – кивнул капитан на скрючившегося Серого.
– Да, – ответил я, доставая бумажные платки. Кинул их в Сергея. – Вытрись, урод. Машину всю заляпаешь капитану.
– Да, кстати, – откликнулся полицейский. – Капитан Левицкий, – представился он по форме. – Чего так неосторожно? Договаривались же, что ты не будешь его калечить? – снова обратился он ко мне. – Теперь его лечить нужно будет.
– Так вышло. Рот открыл свой. Добавлю к нашему уговорю парковочное место на один год бесплатно.
– Понятно, – хмыкнул он. – Идёт, ладно уж. Ребята, грузим его.
Капитан махнул рукой своим бойцам, тут же вышедшим из бобика.
– Что ж, Молодец, попытка изнасилования – это серьёзно. Придётся отвечать. Показания Анны Корнеевой и справка о побоях, а также все ваши адреса и фамилии у нас есть. Отпираться бессмысленно. Прошу, – указал он Сергею на машину. – И без фокусов, пожалуйста. Руки – вперёд.
Серый глянул на меня ненавидящим взглядом, пока его поднимали за руки и одевали наручники, как самому настоящему преступнику. Надеюсь, больше желания насиловать девушек у него не будет.
Когда полицейская машина покинула двор, мы тоже погрузились в минвен и отправились в обратный путь.
– Что ты обещал Левицкому за помощь? Ведь Аня ничего не писала.
– Верно. Когда есть деньги – всё можно решить и без неё. Она напишет уже готовое заявление своей рукой дома. Дальше мы разберемся сами. А Левицкий получит квартиру в рассрочку в нашем новом жилом комплексе с огромной скидкой. Ну, и ещё парковочное место за сломанный нос Серого.
– Ясно. Значит, решил их закрыть?
– Да. Его друзей уже повесткой вызовут сами, когда он всё подробно расскажет. Имена и адреса я уже отдал капитану, как и инструкцию о том, в чём конкретно он должен признаться. Левицкий сделает всё в рамках закона.
– Это серьёзная статья, на самом деле.
– Здесь их несколько. Хватит лет на пять точно. Посидит, подумает о жизни. Может быть, больше не придёт в голову обижать женщин.
– Стало легче? – спросил Рома, сощурив глаза.
– Честно – да, – усмехнулся я зло. – Особенно, когда нос его треснул.
– Не могу сказать, что не понимаю тебя. Я бы за Альку его вообще со свету сжил. Как ты ещё одним носом ограничился?
– Нос тоже проблематично вправлять. Особенно, если вовремя этого не сделать. Не смертельно, но и запомнит надолго.
Возле дома Воронцова мы вышли, а минивен покатил развозить моих парней. Мой джип припаркован возле подъезда Романа. Заберу Аню и поедем домой.
