Текст книги "Ключи наследия"

Автор книги: Елена Самойлова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 23 страниц) [доступный отрывок для чтения: 10 страниц]

В конце концов, спала же я, когда соседи сверху вовсю делали ремонт, начиная сверлить стенки часиков эдак в девять утра. Вроде бы ничего страшного, только вот я «сова» и спать ложилась где-то в пять. Понятно, что не вечера. Поэтому звуки строительных инструментов, особенно по утрам, не очень-то и радовали. Первое время я скрипела зубами и материлась в адрес предприимчивых соседей, вследствие чего сверла ломались, а перфораторы переставали работать, но строители привыкли и к этому. Через два месяца ремонтных работ я уже сладко похрапывала даже под визг дрели над головой, так что после такого опыта тряска на дне телеги – не самое страшное, что могло случиться. Посему я отложила длинный клинок, признанный Родомиром за эльфийский, в сторону, чтобы не мешал, и попыталась задремать…

И, что самое интересное, у меня это получилось, причем весьма удачно. Проснулась я только оттого, что меня довольно грубо тряхнули за плечо. Открыв глаза, я обнаружила, что, во-первых, телега уже остановилась и на меня падает тень от внушительной замковой стены, а во-вторых, надо мной нависает небритая рожа классического стражника, который явно чего-то от меня хочет. Чего именно – я поняла секунду спустя, потому что второй стражник многозначительно вертел мой клинок в руках, впрочем, не касаясь рукояти и не вынимая его из ножен. Ох, блин, да ведь у них тут военное противостояние с эльфами! И доказывай теперь, что уши родные, а не исправленные магией, а к эльфам ты не имеешь никакого отношения.

Я уже открыла рот, чтобы начать объяснения, но стражник только показал мне большой кулак, обтянутый толстой кожаной перчаткой, и, сдернув меня с телеги, подтолкнул в сторону «гостеприимно» распахнутых ворот, над которыми виднелись мрачные арбалетчики. Болты мне не понравились, да и Рейну тоже, но сопротивляться не имело смысла – нас превратят в подобие подушечек для иголок раньше, чем Рейн успеет воспользоваться своей Силой. Зверь в нем недовольно заворчал, но пока не стал высовываться, ощетинившись где-то в глубине его души и готовый к сражению, если таковое случится.

Тяжелые ворота захлопнулись за нашими спинами с громким стуком, отрезав от внешнего мира коваными засовами и каменной стеной. Теплую же они встречу подготовили – в арке перед воротами стоял десяток арбалетчиков, болты смотрели в нашу сторону. И, что самое интересное, на них были серебристые накидки с вышитым гербом: черный дракон на фоне кровавой луны. Тот же герб, что присутствовал на одежде воинов, которых я видела в своем сне…

– Не стрелять.

Спокойный голос разнесся над небольшим пятачком мощенной булыжниками мостовой, и арбалетчики чуть расслабились, но оружие не опустили. Ряд расступился, и из-за их спин вышел высокий мужчина с блондинистой шевелюрой. Серьезные серые глаза, небольшой шрам над правой бровью, волевой подбородок. Величественная осанка, чуть пружинистая походка, выдающая человека военного, не раз бравшегося за меч, и серебристая накидка поверх темной одежды. Похоже, главный. Командир, наверное.

Он подошел к нам и чуть склонил голову:

– Я – Армей, герцог Ранвелин. Добро пожаловать в замок. Я уже давно жду вашего прибытия.

Вот те раз. Мы тут пробираемся лесами, деремся с нежитью – и все ради того, чтобы попасть в замок на границе с эльфийскими землями, а нас тут, оказывается, уже ждут! Я почувствовала себя спокойнее и несколько расслабилась, когда осознала, что от герцога исходит магия, словно пар от горячей воды. Так-так, это что, он поспособствовал нашему появлению здесь?! Ну, если это так…

– Я увидел вас в обзорном кристалле. И своим появлением здесь вы обязаны мне. Полагаю, что у вас есть ко мне вопросы? – Герцог улыбнулся и небрежно махнул рукой. Мечи нам с Рейном вернули почти моментально, а в нашу сторону наконец-то перестали смотреть арбалетные болты. Не успев получить обратно свой клинок, я сразу же спросила:

– То есть как – обязаны вам? – Армей только пожал плечами и небрежно уточнил:

– Я помог вам перенестись в Ранвелин, потому что людям нужна ваша помощь, чтобы выиграть войну с эльфами.

Вот те два!

Похоже, я сейчас кого-то убью.

И, словно в такт моим мыслям, в небе раскатисто прогрохотал гром…

Глава 9

Ливень хлестал по окнам, забранным мозаичным стеклом. Сценка на нем изображена была довольно традиционная: что-то абстрактное, вроде бы похожее на льва, вставшего на задние лапы, а на деле – кто его знает. Единственный подсвечник отбрасывал на завешенные гобеленами стены причудливые тени, которые в сочетании с грозой, бушевавшей за стенами замка, навевали довольно мрачные мысли.

Прислуга только-только унесла из комнаты здоровущую и, наверное, тяжелую как не знаю что бадью с уже остывшей водой, и сейчас я, завернувшись в тяжелый бархатный халат, уныло сидела у камина, расчесывая волосы. И от души жалела, что фена у меня нет. Хотя даже если бы и был – электричества в этом мире не будет еще лет пятьсот, если не считать магию, способную притянуть энергию молнии. Хотя, мне-то еще ничего, а вот Рейну высушить свою шикарную гриву, доходящую почти до середины спины, будет гораздо более проблематично.

Я отложила частый гребень и, взяв со скамеечки для ног небольшое овальное зеркало в бронзовой оправе, мрачно взглянула на собственное отражение. От увиденного захотелось сначала материться, потом плакать, а через минуту я с трудом удерживалась, чтобы не запустить ненавистным стеклом в стену. До этого момента я могла только догадываться, как именно я выгляжу, но отражение с лихвой переплюнуло даже самые смелые предположения.

Знала ведь, что перекраситься надо было, крашеные волосы не седеют! Хотя кто их знает, но, по крайней мере, такого жуткого эффекта не было бы! После того как мы с Рейном перенеслись из Москвы сюда, в эту фэнтезийно-средневековую глушь, выброс силы в момент того жуткого стресса за минуту выбелил мои светло-русые волосы. Но я и представить не могла, что полностью, ни единого темного волоска не осталось… Как Рейн меня не испугался, когда увидел сразу же после перемещения, ума не приложу. Я бы испугалась. С другой стороны – это у меня с эмоциями все в порядке, а у Рейна с этим есть некоторые проблемы, хотя, как мне кажется, собственная невозмутимость его в нималой степени не колышет.

Хуже всего, что и брови тоже побелели и теперь выделялись на лице двумя чуть фосфоресцирующими белыми полосками. Ведьма, чисто ведьма, еще и седая. Зато понятно, почему меня местный люд шугается, обвешивается амулетиками от сглаза, которые я замечала, да только вида не подавала.

А хозяину замка, тому самому горе-магу, который высчитал что-то в расположении звезд, загадал «на спасение рода людского» и так умудрился выстроить ряд случайностей, что мы с Рейном оказались здесь, вообще надо голову отвинтить. Но не позволяла совесть и банальная лень. Да и не такое у меня было воспитание, чтобы прибить человека на месте за такую подлянку. Хотя и очень хотелось.

Тоже мне… Пообещал, что, если мы поможем отвоевать его земли, а конкретно – этот самый замок от врагов, он отправит нас домой, да не просто – а еще и одарит с широкого герцогского плеча чем-то очень нужным и ценным. Ну можно было бы, конечно, и отказаться, да вот только все равно для ритуала отправления обратно надо время. Ну сбор силы, еще какое-то время расположения звезд высчитывать. Герцог Армей что-то долго и заумно объяснял, но состояние у меня было такое – я вообще мало что воспринимала. Рейн – тот о чем-то негромко рассуждал с герцогом-магом, я же в состоянии полной прострации дергала за прядь белоснежных волос, мимоходом соображая, насколько я постарела внешне. В другой ситуации мне было бы глубоко наплевать на подобный факт, но в тот момент мозги у меня явно как-то переклинило. Я думала о том, что я и так старше Рейна на три года, теперь же вообще буду рядом с ним выглядеть, как выражается одна моя подруга, «старой гусарской лошадью»…

И вот сейчас, когда я все-таки добралась до зеркала, то крупно об этом пожалела.

Я никогда не хотела быть блондинкой. Предпочла бы стать рыжей.

Но белоснежный цвет волос в сочетании с сине-серыми глазами и широким черным ободком по краю радужки превратил меня из юной девушки в Леди Зиму – персонаж одного прочитанного когда-то давно рассказа.

Вечно юная и невероятно древняя, Леди Зима украшает свои белые волосы ледяной серебряной короной. Ее платье – это снег, толстым одеялом укрывающий землю в январскую стужу. Ее шлейф – студеная вьюга, покрывалом-поземкой стелющаяся по земле. Ее украшения – замерзшие капельки воды, сверкающие снежинки, блестящие на тонких пальцах самой прекрасной и самой холодной девы во всех мирах…

И вот сейчас из зеркала на меня смотрело бледное лицо Леди Зимы с нервно подрагивающей нижней губой и белыми прядями влажных волос, ловящих отблески камина.

Неврастеничка. Натуральная. И если Рейн не будет шарахаться от такого «чуда», как я, все то время, которое мы пробудем здесь, то буду считать, что мне повезло,– у него стальные нервы…

От негромкого стука в дверь я вздрогнула и едва не выронила зеркало на пол. Поймала случайно, да и то потому, что оно запуталось в тяжелых складках бархатного синего халата. Хорошо хоть, не черного. А то выглядела бы, как привидение, и у Рейна случился бы сердечный приступ.

– Да? – Ну, кого черти принесли в такой час? Если это хозяин замка, в него полетит многострадальное зеркало. А если опять прислуга с ее сверхзаботой…

– Ксель, это я. Можно войти? – И Рейн, не дожидаясь ответа, приоткрыл тяжелую резную дверь, заглядывая внутрь комнаты.

Увиденное его впечатлило до такой степени, что глаза стали размером с советскую пятикопеечную монету. Я криво улыбнулась и помахала ладошкой. Похоже, шарахаться все-таки будет…

Рейн переступил порог комнаты, аккуратно прикрывая за собой дверь, и теперь уже была моя очередь округлить глаза. Правда, восхищенно. Потому что Рейн в свободной рубашке из серебристого шелка с вышитыми на ней черными драконами, с темными волнистыми волосами, рассыпавшимися по плечам, смотрелся сногсшибательно. Как говорится – глаза слепит. Интересно, на что рассчитывал хозяин замка, обряжая Рейна подобным образом? Решил за его счет улучшить демографическую ситуацию в своих владениях в целом? Ор-р-р-р-ригинал…

Тихо щелкнул замок двери, и Рейн наконец-то отошел от порога и приблизился ко мне, глядя на меня сверху вниз. Ну, замечательно, неужели я настолько страшная, что меня надо рассматривать столь серьезно?

– Рейн, ты меня не первый раз в жизни видишь,– буркнула я, кладя зеркало на скамеечку для ног и вставая с кресла, при этом я едва не запуталась в широких складках халата. Вернее, называлось это халатом, а на деле – почти платье. Только длинновато мне – подол по полу волочится, подметая толстый ковер.– Слушай, нам с тобой серьезно поговорить надо. О том, что случилось, и еще много о чем, если честно…

– А ощущение, что в первый. И поговорить мы с тобой еще успеем, хоть завтра утром. Тебе не кажется, сейчас слишком позднее время для серьезных разговоров по душам? – негромко ответил он, беря меня за руку и пристально вглядываясь в мое лицо. Так, сейчас я начну язвить, и виновата в этом будет резкая смена обстановки.

– Да уж, что со мной разговаривать – ведьма она ведьма и есть. И если раньше я хотя бы не была на нее похожа, то теперь точно не спутаешь. Страшная и седая…

– Ксель…

– Зато можно не притворяться, что разница в возрасте не имеет значения! И, если раньше это было не столь заметно, то теперь однозначно видно. Старая язвительная тетка Ксель! За-а-а-амечательно! – Я уже почти кричала. Н-да, а это – почти истерика.

– Не старая. И не язвительная,– спокойно возразил Рейн, проведя кончиками пальцев по моему лицу. Улыбнулся.– Хорошая. Очень.

– Ну, конечно! Хотя ты прав – нам тут с тобой еще войну выигрывать, как я поняла. Причем вместе. Ладно, пошло все куда подальше, я свое общество тебе навязывать не буду. Как-нибудь перетерпишь меня здесь, а дома уже без меня как-нибудь…

– Я не хочу без тебя.– Медленно, четко выговаривая слова, ответил Рейн, рывком притягивая меня к себе.– Я хочу с тобой. И плевать мне, какой у тебя цвет волос.

– Ты еще скажи, что жить без меня не можешь,– язвительно отозвалась я, пытаясь отодвинуться от него, но не тут-то было. Что бы он про себя ни говорил, но сила у него была, и еще какая.

– А если так оно и есть?..

Дальнейшее не поддавалось никакому цензурному описанию хотя бы потому, что все мысли из моей бедовой головы улетучились напрочь, а холодный и трезвый разум вовсе смылся, на прощание неуверенно вякнув, что в этом замке вряд ли найдутся достаточно эффективные противозачаточные средства. Впрочем, на тот момент на подобные мелочи нам обоим было глубоко наплевать…

Разум вернулся, как всегда, неожиданно и во время очередного стресса. Ну а как еще можно назвать ситуацию, когда в процессе снятия чего-то, напоминающего ночную кружевную рубашку с десятком ленточек, над головой слышится томный женский голос, уверенно говорящий, за какую ленточку надо дернуть, чтобы сорочка снялась быстро и без проблем? А если еще открыть глаза и узреть висящую в воздухе полупрозрачную фигуру пышнотелой девицы в алом платье с откровенным декольте? Что бы вы сделали?

Правильно, я так и поступила.

Я отпихнула от себя полураздетого Рейна и со словами: «Ты ЭТО тоже видишь?!» обличающе ткнула пальцем в мало что понимающего призрака, зависшего над нами.

Рейн увидел.

А потом произошло непонятное. Зрачки у него чуть дрогнули, вытягиваясь в вертикальную щель, и следом плеснуло жгучим ветром, от которого привидение отбросило к ближайшей стене, как ударом кувалды. Я думала, что оно пролетит кладку насквозь, но беззвучно вопящая полупрозрачная девица влетела в стену и со звонким плюхом растеклась по поверхности.

Я тихо хихикнула, обозревая получившееся живописное пятно на гобелене, с которого на нас смотрели обиженно моргающие карие глаза призрака. Рейн приглушенно выдохнул сквозь зубы, неласково глядя на кляксу, которая плавно стекла на пол вместе с глазами…

Напряжение, копившееся во мне последние несколько часов, прорвалось-таки наружу, и я совершенно беззастенчиво захохотала во весь голос, откинувшись на подушки и колотя кулаком по перине. Да какой тут секс? Стоило только вспомнить обиженно моргающие глаза призрака на гобелене как раз в том месте, где была изображена… хм… пятая точка некоего злобного захватчика, склонившегося ниц перед доблестным защитником, героем давно минувших дней, как я начинала хохотать с новой силой. Тут уже думаешь, как бы не задохнуться от смеха, а не о чем-то еще…

Наконец я отсмеялась, призрак собрался обратно в томную девицу, правда несколько потрепанную и обиженную, а Рейн перестал злиться и уже более миролюбиво смотрел на привидение, которое робко постучалось в ближайшую стенку и обратилось к нам:

– Прошу прощения, великолепный господин, но не могли бы вы быть столь милосердны и развеять наложенное вами заклинание, дабы я могла покинуть пределы этой комнаты? Клянусь, что никогда впредь не помешаю вашему драгоценному уединению…

Мы с Рейном переглянулись, а потом я, одернув ночнушку, уселась на кровати и поинтересовалась у привидения:

– Ну, сама понимаешь: настроение перебито напрочь, так что лучше расскажи, за каким тебе понадобилось мешать нам таким оригинальным способом?

– Ой, еще и ведьма… – тихо пробормотало привидение, уныло усаживаясь прямо на воздух. Кажется, идея вмешаться во взаимоотношения колдуна и ведьмы уже не казалась ей такой блестящей…

– Да ладно, чего ты так скуксилась? – Я усмехнулась как можно непринужденнее, чувствуя, как гормоны, так и не нашедшие выход, начинают буянить с новой силой.– Мы ж не звери какие. Да и ты все равно уже мертвая, какая тебе разница?

– Вот тебя по стене размажут, поймешь какая,– буркнуло привидение, принимая более развязную позу. Н-да, что ни говори, а при жизни сия дева была очень красивой. Хоть и несколько полноватой по меркам двадцать первого века. Впрочем, у нас эталоном красоты почему-то считаются длинноногие «вешалки», которые лично у меня вызывают жалость, ощущение, что девицы поголовно жертвы дистрофии.

– А тебе что, больно было? – поинтересовалась я, не удержавшись, и потыкала призрака пальцем. Девица захихикала и с воплем «Щекотно!!» переместилась повыше к потолку. Мы с Рейном задрали головы, созерцая привидение, которое внезапно перестало возмущаться и приняло крайне задумчивый вид.

– Ксель, а что ты с ней сделала? – тихонько спросил Рейн, наклоняясь к моему уху.

– Пальцем потыкала. Знаешь, на ощупь – как густой туман, ничего больше. А она чего-то захихикала…

– Эй вы, двое! – До нахального призрака, по-видимому, уже дошло, что мы люди незлые, развлекаться, отфутболивая многострадальное привидение и ударяя им о стены, не будем, значит, нас можно не бояться.– Вы в курсе, что вы первые за последнюю сотню с чем-то лет, которые меня увидели? А еще и потрогать умудрились… – Это уже мне лично.– Милая девушка, да таких, как вы, я учила! А вы позволяете себе такое!– Полупрозрачная дама горделиво одернула подол красного платья и задрала подбородок.

Рейн пристально посмотрел на привидение, а потом нарочито громким шепотом поинтересовался у меня:

– Слушай, по-моему, она нарывается.

– По-моему, тоже,– в тон ответила я.

Призрак подумала и сменила стиль общения.

– Ну, извините, жизненная привычка, никак не избавлюсь. Все-таки отвыкла я разговаривать с живыми, а других призраков в Ранвелине нет. А раз так случилось, то позвольте представиться.– Привидение сделало в воздухе кокетливый книксен.– Я – Аринна Савиньель, бывшая наставница для девиц рода благородного.

– Рейн,– кивнул мой товарищ.– А это – Ксель.

– Кстати, раз уж представились, то можно вопрос? А наставницей в какой области вы были?

Нет, мне и впрямь было интересно, чему могла научить благородных девиц такая наставница.

– Конечно, по делам ложа супружеского и всего, что с этим связано,– томно улыбаясь, пояснила Аринна.

Ну кто бы сомневался! С такой-то внешностью.

– Кстати,– призрак спустилась пониже и уселась на кровать рядом с Рейном, кокетливо поведя плечиком.– Может быть, на «ты» перейдем, а?

– Да без проблем,– ответила я за него, многозначительно перебрав пальцами в воздухе. Аринна сделала вид, что смутилась, но позы не изменила. Впрочем, секунд через пять она глумливо ухмыльнулась и, прижав палец к губам, указала на дверь.

– А вас там активно подслушивают и, судя по всему, подглядывают. Меня-то они не видят, только слышать могут, если я сама того захочу, а вот вас…

– Что ж это за замок-то? Каждый сунуть нос в чужую спальню норовит,– возмущенно воскликнула я. Рейн же поступил гораздо умнее: он попросту на цыпочках прокрался к двери и, одним движением отодвинув защелку, распахнул створку во всю ширь.

Послышался глухой стук, потом матерный возглас, и следом – топот быстро удаляющихся шагов. Н-да, не повезло господам, бесплатная эротика бывает только через дырку в стене женской бани и на нудистских пляжах. За все остальное надо платить. Думаю, дверью им здорово по лбу прилетело, все-таки хорошо, что она в моей комнате открывается не вовнутрь, а наружу. Тем временем Рейн повернулся, и на лице его буквально светилась до ужаса довольная злорадная улыбочка.

– Не знаю, кто это был, но утром мы их наверняка опознаем по фингалам либо шишкам на лбу.

– Да уж, ты с раскрытием двери не церемонился. До-о-о-обрый,– протянула я, с трудом сдерживая зевок.

– Ну, поскольку я убежден, что частная жизнь – понятие неприкосновенное…

– Кстати, о неприкосновенности,– вспомнила я.– Иди-ка ты спать. К себе в комнату,– быстро добавила я, узрев нехорошие огоньки в глубине карих глаз Рейна.– Я уже вторые сутки мечтаю выспаться, а что-то мне подсказывает, что если ты тут останешься, то выспаться не сможем мы оба.

– И что же тебе такое подсказывает, а?

– Она! – не преминула я перевести стрелки на заинтересованно прислушивавшегося к нашей перепалке призрака. Аринна возмущенно закашлялась, но, к счастью, не успела вставить ни слова, потому что я привела свой последний аргумент. Даже два.

– Рейн, ну, подумай сам, эффективных противозачаточных в такой глуши нет и не было, да и я не приветствую секс без любви, а только потому, что гормоны не вовремя возмутились. Так что иди спать, и сегодняшнее происшествие спишем на временное помутнение мозгов, хорошо?

Небеса согласно прогрохотали мощным громовым раскатом.

– Вот видишь, я же говорила! – воодушевилась я, голосом разума активно затыкая позывные тела.– Так что спокойной ночи, завтра с утра будем разбираться, в какое… хм… В общем, куда мы влезли и как оттуда выбираться. А сейчас – спать!

Как ни странно, Рейн послушался. Более того – изумил меня красивым поклоном, отработанным, по-видимому, на какой-то из ролевых игр, и, прохладно пожелав мне хороших снов, скрылся за дверью. Я со вздохом откинулась на подушки, а привидение, задумчиво посмотрев сначала в сторону закрывшейся двери, а затем на меня, негромко выдало:

– Ну и дура же ты, Ксель.

Я только отмахнулась и укрылась одеялом с головой.

Сама знаю, что дура.

Герцог Армей сидел в одной из башен замка Ранвелин, погрузившись в звездные карты и старинные книги по магии древних. Пожелтевшие страницы приходилось переворачивать очень осторожно, буквы едва читались из-за того, что чернила выцвели от времени, но герцог кропотливо изучал страницу за страницей в ярком белом свете магического огонька на плоской железной чаше. Уже второй час он разбирал неровный почерк на невероятно старой бумаге, которая не рассыпалась в пыль только благодаря наложенным на нее заклинаниям. Похоже, что двое, приехавшие на старой телеге вместе с травником из богом забытой деревеньки в глухих лесах провинции, и были теми Ключами, на поиски которых он потратил несколько лет.

Еще со времен древних, оставивших на память о себе Шепчущий Курган, существовало некое предание о двух Ключах, которые сумеют открыть Курган и пробудить спящую в нем силу. Древние, величественная раса, сотворившая эльфов, ушла в небытие, но подарила потомкам некую силу, которая сумеет отворить двери в новые миры и одарить могуществом того, кто пройдет сквозь врата, таящиеся в глубинах Кургана. По крайней мере, так гласила легенда. Сколько в ней было правды, герцог не знал, что, впрочем, не помешало ему в свое время переворошить в поисках ответа сотни книг в перерывах между смутными временами.

А потом пришли эльфы, которым что-то позарез понадобилось в замке Ранвелин. Поначалу остроухие нелюди действовали миром, то предлагая выкупить замок и прилегающие к нему земли, то пытаясь завладеть территориями через брачные союзы, но все без толку. Предки нынешнего герцога оказались на редкость упрямыми и принципиальными людьми, не желали ни родниться с Минэрассэ, ни продавать родовой замок, и эльфы отступили. На время, как оказалось. Два года назад они затеяли войну. Даже не войну – все начиналось с мелких стычек на границе, но потом остроухие бессмертники потеряли всякую совесть. До полномасштабных военных действий дело еще не доходило, поскольку правитель не считал необходимым стягивать войска в небольшую провинцию на западе с учетом серьезной угрозы с севера, со стороны хадаров, ограничиваясь систематическими посылами небольших рейдов, так что оборона замка полностью легла на плечи герцога Армея.

Силы провинции таяли, а эльфы наступали, вот тогда-то Армей и обратился к тайной силе древних, на упоминание о которой он натолкнулся еще во время своего обучения магии. Казалось, что терять было нечего, и в тот момент он нашел обряд, помогающий обнаружить Ключи, могущие открыть Шепчущий Курган. Неделю назад Армей, дождавшись нужного расположения звезд, провел обряд, но, вопреки его ожиданиям, в полупрозрачном кристалле не показался склеп или укромное место, где могли быть спрятаны Ключи. Кристалл помутнел и словно налился кровью, а когда его глубины прояснились, он увидел людей. Парня и девушку, сидевших на траве и озадаченно рассматривающих длинное светлое лезвие эльфийского нарэиля, меча, которым могли владеть только эльфы. Либо сильные маги. Дело в том, что все нарэили, или же, как их иногда называли люди, сполохи, изначально чаровались так, что если кто-либо, кроме владельца, вынимал меч из ножен, то клинок раскалялся добела, а рукоять вспыхивала огнем, который моментально лишал наглеца рук. Маги могли попытаться перенастроить нарэиль под себя, но это заклинание было слишком рискованным, и немногие из людей становились владельцами такого оружия. У самого Армея нарэиль был.

Удивительно, что увиденная в кристалле седовласая девушка держала обнаженный нарэиль совершенно безбоязненно и, несмотря на то что эльфийкой она явно не была, меч не торопился раскаляться. Значит, она его законная владелица. Интересное дело, право слово. Впрочем, герцог изумился еще больше, когда девушка пристегнула на бедра ножны с длинными узкими клинками, по лезвию которых бежала гравировка в виде язычков пламени. Чего-чего, но хэлкелей в руках человеческой девушки он не ожидал.

Хэлкели были парными клинками, наследием древних. Их изготовляли сами представители той могучей расы, а после их ухода эльфы передавали секрет металла, из которого делалось тонкое лезвие, от мастера к ученику. Гравировка на клинке светилась белым огнем при приближении нежити, и ранение этим лезвием уничтожало любого, кто имел непосредственное отношение к магии смерти. «Ледяные» хэлкели почти не использовались в сражениях – только как ритуальное оружие либо же при охоте на сильную нежить. Как охотники на оборотней брали с собой серебряный кинжал, так эльфы носили с собой хэлкели…

Меч в ножнах молодого мужчины не отличался по виду ничем от обычного. Конечно, наверняка сказать было нельзя, но, судя по всему, это был простой, хоть и очень качественный клинок. Но как раз от спутника девушки исходило нечто, как и от Шепчущего Кургана. Получалось, что Ключами служили живые существа?

Армей вновь засел за старинные рукописи, но нигде не было упоминания о том, как эти Ключи использовать. Везде говорилось, что, соединив Ключ Зари с Ключом Заката, можно открыть врата Шепчущего Кургана, и тогда наследие древних будет принадлежать достойному, но вот как соединить Ключи, которые были живыми существами,– нигде написано не было. Конечно, поскольку они были противоположного пола, идея, каким образом их можно было соединить, напрашивалась сам собой, но Армею как-то не верилось, что разгадка была столь проста и находилась ниже пояса. Все же древние были великими творцами, и завязать слияние Ключей на банальное спаривание они попросту не могли. Вероятно, требовался какой-то обряд, но вот какой? Конечно, предания эльфов содержат больше информации, но не идти же к ним, в самом деле, чтобы уточнять детали. Эльфы полкоролевства положат, но заберут Ключи себе.

Герцог дураком не был и понимал, что замок Ранвелин стоит только потому, что эльфы никак не могли обнаглеть до такой степени, чтобы ударить единым мощным фронтом по его провинции. Мелкие нападки не в счет, но если Минэрассэ объявит войну, замок захватят за несколько дней. Эльфов меньше, чем людей, но они слишком меткие стрелки и хорошие воины. Большая часть войска поляжет еще до того, как успеет вступить в рукопашную схватку, а стены замка хоть и прочные, но долго осаду вряд ли выдержат…

Армей отодвинул книгу и откинулся на спинку стула, массируя виски. Гроза, обрушившаяся на стены замка, уже стихала, да и магический огонь в чаше угасал. Скрипнула дверь, и на пороге появилась высокая черноволосая женщина в длинном бордовом платье.

– Кейлина? – Армей поднялся со стула и коснулся руки жены приветственным поцелуем.– Почему ты не спишь?

– Потому что мой дражайший супруг проводит ночь не в спальне, а в окружении старинных книг,– улыбнулась та, садясь в свободное кресло.– А теперь поясни, пожалуйста, что случилось и почему ты пригласил в замок ту странную парочку? Ты мне так ничего и не рассказал.

– Эта парочка, как ты их называешь,– на самом деле Ключи к Шепчущему Кургану.– Армей устало уселся за стол и перевернул страницу книги, над изучением которой он сидел с вечера.

– Они – Ключи?? – изумленно округлила глаза Кейлина.– Но они же еще совсем дети!

– Ничего себе дети,– возразил Армей.– В их возрасте я уже управлял замком, а ты родила нашего первенца!

– Но ведут себя они как дети, оставшиеся без родителей. С седой девушкой я успела перекинуться парой слов – сразу видно, что она держится из последних сил, но на деле – очень устала. Как будто она ребенок, которого разом оторвали от всего родного и увезли в далекую страну. А юноша на самом деле невероятно наивный, и непонятно, как он дожил до своих лет. Откуда они явились?

– Если бы я знал,– безрадостно усмехнулся герцог.– В преданиях говорилось, что Ключи явятся из-за грани между мирами. Похоже, что оттуда они и пришли. По крайней мере, я разговаривал с Рейном и выяснил, что они действительно перенеслись откуда-то издалека. Я, разумеется, пообещал ему вернуть их обоих обратно, но, честно говоря, понятия не имею, как это сделать. Полагаю, что только Шепчущий Курган может вернуть Ключи туда, откуда они явились, но для этого его необходимо открыть.

– И ты обманул его? – вздохнула Кейлина.– Знаешь, у меня от этого Рейна мурашки по коже. Вроде бы наивный юноша, но вечером я столкнулась с ним в одном из коридоров, и глаза у него были уже не те, что днем. Понимаешь, такие глаза бывают у матерого хищника, затаившегося в засаде, но не у юнца, который и меч-то носит ради забавы.

– А вот с этим бы я не согласился… – Герцог поднялся и протянул руку жене, помогая той встать с кресла.– Движения у него уверенные, разве что неотработанные, а девушка чувствует свой меч. Думаю, если ей дать простое оружие, то она и драться-то толком не сможет, но вот со своим нарэилем она может за себя постоять.

– У нее еще и нарэиль есть? – изумилась герцогиня, выходя в дверь, открытую мужем.– Хочешь сказать, что…

– Да, девушка – владелица сполоха. И завтра я хочу посмотреть на нее в деле. В конце концов, чтобы Ключи были на нашей стороне, надо завоевать их доверие.

– И ты думаешь, что фехтование на плацу этому поспособствует?

– Если это будет обучение новичка мастером – то да.

Герцог вышел следом за женой, и на захлопнувшейся двери четко проступила красноватая руна, запрещающая вход.

В кои-то веки мне дали выспаться на мягкой перине, а не на соломенном тюфяке, но проснулась я от решительного стука в дверь. Не успела я привычно огрызнуться, как дверь открылась и в проеме показалась изящная дама в темно-бордовом платье, из разрезов на рукавах которого проглядывала белая нижняя рубашка, а подол почти подметал и без того чистый пол. Пока я пыталась сообразить, что ей от меня понадобилось, дама распахнула окна, впуская свежий ветер, и обернулась ко мне.