Текст книги "Тонкости проектного дела (СИ)"

Автор книги: Екатерина Кариди

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 4 страниц)

Глава 6.

Тонкости проектного дела.

Надо сказать, что в то время когда Вера проходила производственную практику в конторе Никифора, дела в 'Ренессансе' не стояли на месте. Приближался выпуск эскизного проекта, который надо было суметь быстренько согласовать в городской архитектуре и еще в множестве других инстанций. Выпуск – это адское времечко, когда все шкворчит, печатается, переплетается. В самый неподходящий момент заканчивается всё: картриджи, бумага, время, силы, нервы, терпение... Кто хоть раз видел это, знает.

Дядя Слава сохраняя олимпийской спокойствие, вводил Шляпину в курс дела, разъяренная Надежда носилась в переплетную и обратно, собирая комплекты документации, Женечка в тихом помешательстве боролся с плоттером, упорно отказывающемся 'проглатывать' новый рулон бумаги, а Арнольд добивал последние расчеты. Иными словами, обстановка в отделе была вполне рабочая, у них были все шансы успеть раньше срока на три дня, и самым циничным образом стребовать с шефа выходные и премию. Ребята не подкачали, эскиз по ненавистному гипермаркету будет выпущен, а главное, без ущерба для вечерней работы в турфирме!

Заговорщически оглядываясь по сторонам, дядя Слава сообщил, что они с Надеждой немного изменили посадку здания, и так обосновали изменение проектных границ участка, что известный Шляпиной хозблок, стоящий на отшибе, теперь выведен за пределы территории гипермаркета, и почитай, ничейный!

– Смекаешь! – сказал дядя Слава и подмигнул.

Шляпина смекала.

– Срочно согласовываем границы, потом бегом оформляем аренду. Для отработки навыков на приборе нужен испытательный полигон, а нашей турфирме необходим какой-никакой офис. Этот блок подойдет просто идеально. Отлично сработано!

В этот момент в комнату заглянул начальник отдела Кузьма Федотович, посмотрел на них невидящим взглядом, сказал:

– А, Шляпина вернулась. Все нормально, ребята? – и удалился, двигаясь на автопилоте, как сомнамбула.

Большая Надежда, глядя в след любимому начальнику, зашептала Вере на ухо:

– Не обращай внимания, мне Галка-теплотехничка по секрету сказала, что шеф Галке-сантехничке по секрету говорил, что он случайно услышал, как нашему Кузьме жена сегодня интим обещала.

И ехидно захихикала.

В этот момент Женечка, глядя в окошко, оповестил:

– Вера Владимировна, там Ваш Че Гевара кого-то мочит...

Вера тут же выскочила на улицу. Перед ее глазами открылась странная картина. Алекс любовно отряхивал Юрика, которого, очевидно, до этого так же старательно затрамбовывал в снег. Алекс сделал невинное лицо, а Большая Надежда, пока Вера укоризненно смотрела на него, повела Юру, изображающего снежного человека, внутрь. Из окошек на это безобразие с нескрываемым удовольствием глядел весь 'Ренессанс'. Пожав плечами, Алекс вошел следом. Большая Надежда суетилась, заваривая пострадавшему чай, а Вера сверкала глазами на невозможных мужчин, которые как дети, и пыталась скрыть от наглого типа (Алекса, разумеется), расползающуюся на лице улыбку. А многомудрый и прозорливый дядя Слава, глядя на это все, успел связаться с Никифором, и выработать встречный план.

В комнату снова вплыл Кузьма Федотович, оглядел всех и, спросив:

– Все в порядке? – и медленно выплыл.

– Не обращай внимания, – сказал дядя Слава, цепляя Алекса под ручку и уводя его в сторону для конфиденциального разговора. – У него сегодня интим.

– Что? – не понял тот.

– Ты чего на парня накинулся? – продолжал дядя Слава, уводя оглядывающегося Алекса подальше от лишних ушей. – Его Никифор прислал по моей просьбе. Сейчас заберет у Веры Владимировны бизнес-план и обратно. И вообще, нам в турфирму потребуются технически грамотные ребятишки с хорошими нервами, и со знанием боевых искусств. Так что, давай, ты сейчас забираешь Шляпину, и едете осматриваться на месте. Вера знает куда ехать. А остальное потом обговорим, вместе с Никифором Петровичем.

Алекс коротко кивнул и направился в комнату за Верой, но тут услышал:

– Ты, это, Верку-то не проворонь, Че Гевара. – выдал ему вслед дядя Слава.

Алекс на его слова не обернулся, только на губах появилась довольная кривая ухмылка. Уж он-то не проворонит!

Глава 7.

Планы, планы.

На полигоне, сиречь в том самом хозблоке, они оказались уже ближе к вечеру.

– Приходилось работать с чем-то подобным? – спросила Вера.

Алекс оценивающе осмотрел прибор, утвердительно качнул головой и сказал:

– Да. Не совсем то, но примерно. Пойдем сначала в режиме невидимого слежения.

После двух часов напряженной работы в таком режиме выяснилось, что из десяти измерений населены все, кроме восьмого. В нем и было решено устроить 'базовый лагерь'.

– Это же идеальная оффшорная зона! Делаем там головной офис, ставим на входе со всех десяти по офису пропуска с портальным залом, сажаем кассира на входе – и понеслась!

Под конец Алекс так втянулся, что сам, блестя глазами от вдохновения, предлагал новые пункты в Веркин бизнес-план по освоению новых возможностей туристического бизнеса. Водить туристов он предлагал пока что только в прошлое. Прибор позволял попасть в любую точку прошлого, выстраивая нечто вроде вполне реальной проекции того временного отрезка. Попав туда можно было вести себя как угодно и делать что угодно, в реальном прошлом ничего не менялось. Выставив таймер особым образом, можно было прожить там жизнь и даже умереть. Просто после смерти вас выбрасывало в тот же момент времени, из которого вы ушли в прошлое. В будущее решили вообще пока не ходить, кто знает, что ожидает нас в будущем. А в прошлом полно существующих гостиниц, всех видов звездности. Можно заранее в режиме невидимости отслеживать ситуацию, во избежание неприятных сюрпризов. Опять же таймеры можно так выставить, что клиент отдыхает себе там недели две, а тут пройдет всего несколько минут. Потом, как освоимся, можно возить и в другие измерения, сначала в их отели, а там и сами разовьемся... Размах потрясал воображение.

Уже ближе к ночи, в кабинете Никифора состоялось совещание, на котором постановили, парней программистов и испытателей привлечь к делу, т.к. нужна технически грамотная группа поддержки. А с завтрашнего дня весь отдел программирования в полном составе отправляется в спортзал, мышцу качать и подновлять навыки в единоборствах. Рохли в отделе у Никифора не водились, все ребята были подтянутые и тренированные, но к заданию надо быть готовыми как следует. Ибо неизвестно, с чем там придется столкнуться.

Туристическая фирма начинала делать первые шаги.

Глава 8.

Мои византийские каникулы.

Эскиз ненавистнго гипермаркета был сдан на согласование! На три дня раньше срока, указанного в договоре! Вечером отдел гулял прямо в мастерской. А завтра выходной. Вредный шеф не дал три дня выходных, всего один. Сказал, что за красивые глаза 'Ренессанса' нам эскиз никто не согласует, а значит, надо вертеться и шуршать. Что ж, справедливо, расслабляться нечего. Решили хоть оторваться слегка. В гости пришли Никифор с Михалычем и, конечно, Алекс.

Потом он провожал Шляпину домой. Было уже поздно, и Алекс решил проводить Веру до дверей, хотя обычно она отправляла его назад за квартал до дома, чтобы папа не увидел. Вера Шляпина жила в спальном районе, застроенном пятиэтажными хрущевками. Район был старый, утопающий в зелени, с придомовыми площадками и высокими деревьями. Просто удивительно, как он сохранился в таком виде до наших дней, когда застраивается каждый пятачок. Во дворе перед домом их встречал Веркин папа. Папа оглядел Алекса подозрительным рентгеновским взглядом, но 'старый солдат' не смутился, а по-военному щелкнул каблуками и представился:

– Алексей Громов, честь имею. Сотрудник Верочки, с Вашего позволения.

– Очень приятно, – хмуро ответил папа и пожал Алексу руку.

Сдав Шляпину отцу с рук на руки Алекс, откланялся и ушел. Папа забрал домой свое чадо, по дороге он недовольно хмыкал:

– Честь имею... ишь...

Однако Вера поняла, что Алекс папе понравился.

Завтра с утра был выходной. Работники подпольной турфирмы собирались в известном хозблоке. Первыми пришли Вера и Большая Надежда. Вслед за ними подтянулись Никифор с прибором и дядя Слава. Остальных еще не было, кого-то задержали пробки, кто-то проспал. Мужчины вышли покурить, а Вера объясняла Надежде, как работает прибор. Потом решила устроить маленькую демонстрацию.

– Тааак, а давай-ка мы с тобой сходим на шопинг, например... в Византию... Мне всегда так хотелось хоть одним глазком взглянуть на Константинополь тех времен. Великий город, храм святой Софии, знаменитый базар, ужас как интересно... – бормотала она, настраивая приборчик, – Ну вооот, можно...

Шляпина нажала кнопку, забыв выставить таймер на укороченный режим, и время пошло один к одному. Девчонки исчезли на глазах Алеши Громова, входившего в этот момент в дверь. Не будем рассказывать, как он метался по комнатке как лев по клетке, как чуть не содрал живьем шкуру с двух старых легкомысленных... начальников (на самом деле он хотел сказать пней) за то, что они не уследили, и теперь девчонки в опасности черти где, а они бессильны что-либо сделать. При мысли, что Верка в опасности, у него сносило крышу. Никифор пытался успокоить его тем, что их жизни, в принципе, ничего не угрожает, но тот не желал ничего слушать.

А девчонки тем временем отрывались по полной. Начнем с того, что они материализовались на базарной площади, кругом кипела жизнь, кричали продавцы, зазывая покупателей, слонялся народ, шныряли в толпе воришки. Красота. Шляпина спрятала прибор во внутренний карман, благо он небольшой, и они с Надеждой отправились глазеть и получать удовольствие. Но глазели больше на них. Еще бы, девицы в джинсах тут же привлекли народное внимание, и скоро они обе оказались сначала в лапах патруля стражников, потом на невольничьем рынке, а потом в рабстве у одного патриция. Понравилась ему Большая Надежда, но так как девушки продавались вместе, он купил обоих. Надежду для постельных утех, а Шляпину на кухню. Так вот они и отрабатывали свое рабство, пока два часа отмеренного времени не истекли. Представьте себе расстройство патриция, который только собрался насладиться новой наложницей с потрясающим бюстом, только-только собственноручно кормил ее фруктами и афродизиаками, и вдруг она исчезла! А уж как Надька-то расстраивалась...

– Нет! В кой веки раз нормальный мужик попался! И такой облом!

Шляпина не расстроилась – она все то время, пока патриций обхаживал Надежду, драила песком сковородки на кухне.

Как только блудные архитекторши вернулись в родной хозблок, Алеша сграбастал Веру, прижал к груди и заявил:

– Все, птичка, отлеталась! Больше без меня ни шагу! Я тут чуть не поседел от страха.

Дядя Слава, пихнул Никифора локтем, обращая его внимание на технического гения, а Шляпиной сказал, вытирая лысину:

– Верка, ты это брось. Твой Че Гевара нас чуть не загрыз, пока вас не было.

Верка сердито фыркала и сверкала глазками, но на самом деле ей было ужасно приятно. Остальные члены команды смотрели на эту сцену, приоткрыв рты от любопытства.

Глава 9.

Термы Каракалы.

Следующий шаг в прошлое совершали всем коллективом. На этот раз место выбирал Михалыч. Его почему-то понесло в термы Каракалы. Это звучит так красиво и необычно, а на самом деле – общественные бани. Громов как схватил тогда в охапку свое сокровище, сиречь Веру Шляпину, так до сих пор и держал, все боялся, что кто-нибудь утащит. Он вообще предпочел пересидеть всю авантюру в беседочке за триста метров от входа, а то мало ли, что там в бане... А римские бани, это вам не просто так, это место культурного отдыха (с точки зрения Громова – гнездилище разврата). Там вам бассейны, еда-питье, массажисты, наложницы и танцовщицы, причем обоих полов. На любой вкус. Надька забрала себе трех массажистов и скрылась в отдельном номере, махнув дяде Славе ручкой. Дядя Слава с Арнольдом, Женечкой и Никифором решили вкусить римской кухни, запивая ее дивным фалернским вином (кислятина, но все равно бренд, хотя и подделка). А вот Михалычу было не до отдыха, он пытался спасти моральный облик ребят из отдела программирования, отгоняя от своих мускулистых парней местных развратников и танцовщиц. Зато испытатели, пока их руководитель охранял аки дракон свое сокровище, пустились во все тяжкие. Но без голубизны! Хотя, предложения были разные... Когда вернулись 'домой' в хозблок, издерганный Михалыч жаловался Никифору, что он устал сторожить этих великовозрастных лбов, на что тот резонно заметил:

– А чего их сторожить, чай не дети. Кто будет плохо себя вести, больше никуда не поедет.

При этих словах программисты вытянулись по стойке смирно и клятвенно обещали, что ни-ни, Михалыча не подведут. Испытатели хихикали, но под грозным взором Алекса тут же сникли, а после того, как он пообещал 'дома разобраться' и вовсе имели бледный вид.

Никифор обратился ко всем с речью:

– Ладно, пошутили и хватит. Сегодняшний день был пристрелочный. А на будущее учтите, мы там работаем. Ра-бо-та-ем! Присутствия духа не терять, на местную экзотику не вестись, у нас другие цели и задачи. Веселиться будем в отпуске. Всем ясно?

Все понуро ответили, что всем. Ясно.

Вечером Алекс снова провожал Шляпину до дверей. Папа бдил у окошка. Алекс был категорически приглашен на ужин и, естественно, попал в заботливые руки Веркиной мамы. Потенциальная теща обладавшая великим кулинарным талантом, в лице проголодавшегося парня нашла благодарного истребителя ее котлеток, салатиков, борщика и еще много чего другого, чего в него влезло. Алекс нахваливал угощение, одновременно успевая отвечать на подковыристые вопросы папы, Вера шипела, краснела и делала страшные глаза, папе было все равно, он делал вид, что ничего не замечает, а потенциальная теща млела.

Когда Алекс ушел, мама, мечтательно глядя в пространство, сказала:

– Какой парень...

Папа пренебрежительно хмыкнул.

Официальное знакомство прошло успешно.

Глава 10.

Первая встреча с конкурентами.

Согласовывать эскизный проект Гипермаркета в городской архитектуре шеф отправил начальника строительного отдела Кузьму Федотовича. Увы, его завернули обратно, не солоно хлебавши, так ловко и умело, что тот даже неспел расстроиться. Шеф повздыхал, потом вызвал к себе в кабинет строительный отдел в полном составе (но уже без начальника), что он с ними делал при закрытых дверях целый час неизвестно, но после этого все пятеро забегали по инстанциям как наскипидаренные. Процесс пошел.

А еще надо было срочно оформлять документы на ставший уже родным хозблок. Офис-то, в конце концов, делать надо, уже пора на межмировую арену выходить. На сайт турфирмы, которым занимался Женечка пошли первые заявки. Арнольд метался по закупкам, реквизиту и оформлением заявок, а Большая Надежда, как самый пробивной член команды, занималась срочным оформлением аренды. Оформлять бумажки дело это непростое, но при определенных умениях, то, что непробиваемо в лоб, бывает легко обходимо с тыла.

А Шляпина с Алексом при участии Михалыча решили попробовать в первый раз выйти в другое измерение. Получилось. Правда они почему-то материализовались в центре огромной лужи посреди высоченных сосен и поросших мхом скал. Пока они выбирались и отряхивались, метрах в десяти открылся портал, из которого вышел рослый красивый мужчина с собранными в низкий хвост длинными темными волосами. Он мгновенно просканировал все пространство, потом обернулся и подал руку вышедшей из портала женщине. Женщина была хорошааа! Высокая стройная брюнетка с изумительными золотисто-зелеными глазами и сочными губами. И взгляд у той женщины был еще более рентгеновский, чем у мужика.

Мужчина с любопытством и легким презрением воззрился на представителей турфирмы и спросил:

– Так-так, у нас гости из мира людей. Как вы сюда попали?

– Легко, – ответил Алекс, державший в одной руке прибор, одновременно запихивая Шляпину за спину и жестом показывая Михалычу подтянуться.

Шляпина внимательно следила за развитием событий, выглядывая из-за широкой спины Громова. Она заметила, как загорелись глаза у этой парочки при виде прибора. Они переглянулись, между ними произошел немой разговор, после которого мужчина шагнул вперед и, протягивая руку к приборчику, произнес:

– Машина времени принадлежит нам.

Алеша Громов хмыкнул, искоса взглянул на мужика, и ответил:

– Что-то я не вижу на нем вашего имени. Вы, кстати, не представились. С кем имею честь?

Мужчина, слегка закипая от злости, представился:

– Черные драконы. Меня зовут Хорхес по прозвищу Черный. Моя Супруга Морриган, – он отвесил шутовской поклон и с издевкой добавил, – И с кем это мы имеем честь беседовать?

– Алексей Громов по прозвищу Че Гевара, руководитель испытательного звена отдела программирования Института метрологии, – потом ткнул большим пальцем в Михалыча, – Александр Паншин по прозвищу Михалыч, руководитель звена программирования того же самого отдела Института метрологии, – и, наконец, обняв Верку за талию и обозначая границы собственности, представил, – Вера Шляпина архитектор, проектное бюро 'Ренессанс'.

Троица выстроилась клином и заняла оборонительную позицию. Мужик, оказавшийся черным драконом, продолжал настаивать:

– Вы сейчас отдаете мне машинку и быстренько валите отсюда. А за это я забуду, что вас тут видел.

Алеша по прозвищу Че Гевара дернул шеей, усмехнулся, весело блестя глазами на черного дракона:

– А я сейчас отправляю вас, уважаемая рептилия, в те замечательные времена, когда вы сидели в яйце в позе эмбриона, и забываю о вашем существовании. Простите, мадам, – обратился он к супруге мужика-дракона, – Придется вам немного поскучать, пока ваш супруг вырастет хотя бы до размера среднего варана, если, конечно, вы его найдете без нашей помощи.

Упоминание о варане совершенно сорвало Хорхесу крышу. Сравнивать его с вараном! Его!

– Ты...! – взорвался дракон, – Наглый мальчишка...!

И попер на технического гения Института метрологии, обрастая когтями и клыками. Однако технический гений нисколько не испугался, он совершенно спокойно начал набирать на машине времени нужную комбинацию. В этот момент Шляпина встретилась глазами с дамой-драконницей, и девушки мгновенно все между собой решили. Морриган, вовремя вспомнившая, что она, прежде всего, гениальная демонесса, и только потом уже все остальное, выступила вперед и произнесла чуть хрипловатым голосом:

– Хорхес...

Дракон тут же стал обычным мужчиной, перестал наступать как танк на Алешку Громова, и с готовностью обернулся к ней:

– Да, дорогая?

– Хорхес, давай отойдем в сторонку, нам надо поговорить.

Она взяла дракона за локоть и отвела на пару метров, серьезно взглянула в его глаза и зашептала:

– Хорхес, ты можешь ходить куда угодно в пространстве, так?

– Ну, так.

– А во времени?

– ?! – Хорхес задумался.

– Вот именно, дорогой, во времени ты ходить не можешь. Да и машинкой этой пользоваться не сможешь.

– Это почему не смогу! – попытался возмутиться дракон.

– Потому что не станешь. Потому, что мы другие. Машины и механизмы – это удел людей, а наша сила в магии, и, конечно же, – Морриган постучала себя по виску, – Совершенно верно, в интеллектуальном превосходстве.

Хорхес начал расплываться в улыбке, а Морриган продолжила:

– Впрочем, у этих ребят с интеллектом тоже все в порядке. Да и выдержка у них тоже что надо.

После этих слов дракон надулся.

– Ну-ну, не дуйся, ты мой самый умный и самый красивый...

Это, конечно, запрещенный прием, но сработал он на все сто. Хорхес расправил плечи и самодовольно улыбнулся.

– Так вот, я думаю, нам с ними выгоднее сотрудничать. Представь, ну отнимешь ты у них прибор, что ты с ним будешь делать? Бросишь пылиться в сокровищницу?

Дракон неуверенно кивнул.

– А представь, какие возможности он открывает. У них есть неплохая идея, как его использовать, я думаю, нам лучше разделить сферы влияния, и пользоваться им совместно, – сказала прекрасная Морриган, глядя в глаза Хорхесу, для убедительности сжав его локоть.

Шляпиной показалось, что она мысленно передала ему некую информацию. Взгляд дракона изобразил напряженную работу мысли, в итоге он отступил, позволив своей даме вести переговоры.

Михалыч глядел на все перипетии в легкой панике, открыв рот и боясь пошевелиться.

Вскоре компания бывших врагов расселась на камнях поблизости, и после 2-х часов напряженных переговоров была выработана совместная программа, согласно которой некая турфирма получала доступ в обитаемые измерения (естественно в сопровождении Хорхеса), а драконья парочка – доступ в прошлое. Будущего по известным причинам решили пока не касаться.

На сегодня консенсус был достигнут. Хвала женщинам! Завтра решено было продолжить переговоры, чтобы тщательно отработать детали соглашения. Прощаясь, Шляпина, принимавшая активное участие в переговорах вместе с драконницей, дружески обнялась с Морриган, а Громов протянул дракону руку.

– Алекс.

– Хорхес, – пожал его руку дракон.

Все расстались если не друзьями, но не врагами уж точно. Дома в родной пещере Морриган сказала Хорхесу:

– Ты представляешь, сколько мне заплатит Федра за долю в этом проекте?!

Хорхес поцеловал свою гениальную жену. Потом он подумал о бедняге Симарге, но мысль мелькнула и угасла, потому что Морриган собиралась принять ванну. Без него? Неееет....