Текст книги "Соблазнитель, или Без пяти минут замужем"

Автор книги: Екатерина Гринева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 13 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]

Я была готова встать и пнуть стул, на котором он сидел. И с трудом удержалась от этого.

Буркнув «до свидания», я плотно закрыла за собой дверь.

* * *

Когда я сказала Шалимову, что знаю человека, который может нам помочь, и при этом назвала своего босса Щера, я не ошибалась и не блефовала. Более того, я была уверена, что он – единственный, на кого можно сделать ставку. С его помощью я собиралась поставить на место Абаджи и заодно побольше узнать о фигурках, так похожих на те, что исчезли из квартиры моего отца. А теперь… когда мои худшие подозрения подтвердились, мне позарез нужна была помощь шефа.

Щером его, естественно, называли за глаза. Так открыто бросить ему в лицо это прозвище никто бы не рискнул. Хотя, на мой взгляд, оно обидным не было. В Аристархе Александровиче действительно что-то было от древнего ящера (сокращенно – Щер). Его гипнотизирующий взгляд, лысая голова, руки, как клешни. Но все вместе производило убойное впечатление – неприкрытой сексуальности. Есть мужчины, одно присутствие которых волнует и тревожит. И даже толком не объяснишь почему. Красоты вроде особой нет, и манер – тоже, а устоять невозможно.

Когда я в первый раз переступила порог его кабинета, придя на собеседование, он окинул меня взглядом с головы до ног. Потом сказал, смотря куда-то в сторону:

– Разведена и с ребенком. Мужика давно нет.

От этого хамства я чуть не лишилась дара речи. И собиралась повернуться и уйти, когда услышала вдогонку:

– Останься. Таких выгодных условий, как у меня, ты нигде не найдешь. А жить на что-то надо.

Я рассмеялась:

– Вы со всеми так?

– Конечно, – в его голосе прозвучало удивление. – Лучше резать правду-матку в глаза, чем за спиной.

– А почему вы уверены, что я останусь? – задала я следующий вопрос.

– Потому что неглупа и с характером. Такие мне нужны.

У меня вертелось на языке: кому нужна – вам или компании, но промолчала. Щер кивнул мне и сказал:

– Секретарша все тебе объяснит. А у меня сейчас важная деловая встреча. Так что иди. Будем считать, что первое знакомство состоялось.

Я повернулась и вышла из кабинета.

Секретарша у Щера была, вопреки ожиданиям, не молодая профурсетка в мини-юбке. Нет, это была женщина сорока пяти лет, вышколенная, как автомат, и умная, как Билл Гейтс в юбке. Она знала все и обо всем. Для Щера она была незаменимой помощницей, и он ее очень ценил. Елена Арсеньевна быстро ввела меня в курс дела, я поняла, в чем заключаются мои обязанности и что мне придется делать в первое время, но все равно отправилась домой, сбитая с толку. Я не была уверена, что хочу работать с этим похотливым сатиром.

Но, взвесив все «за» и «против», решила все-таки начать свою трудовую жизнь на новом месте. Галочка, которая сразу примчалась ко мне домой, тоже принялась меня активно уговаривать:

– Ну где ты найдешь такую выгодную работу, Оль. Не глупи! Тебе Кристи растить надо, отец на пенсии… Ты что, забыла, как долго не могла найти ничего приличного? Тебе просто подфартило, а ты еще раздумываешь!

– Да-да. Я все понимаю.

– Тогда в чем дело?

Я пожала плечами.

– Не знаю.

– Ты хоть можешь толком что-то объяснить или нет?

– Не могу. – Я мотнула головой. – Понимаешь, я не знаю, как я буду с ним работать. Он говорит с женщинами таким тоном, словно их в упор не видит. А с другой стороны, активно соблазняет.

– Он что, к тебе под юбку лез?

– Этого еще не хватало! На первом же собеседовании?

– Мне кажется, ты сама себя накручиваешь. Просто у тебя давно мужчины не было, вот и лезут в голову всякие фантазии…

– Это здесь ни при чем.

– Это так тебе кажется. Я много раз говорила: заведи кого-нибудь. Забудешься, встряхнешься. А то сидишь дома в четырех стенах. Так с тоски взвоешь, и каждый мужик, который обратит на тебя внимание, будет казаться сексуальным маньяком.

Я невольно рассмеялась.

– Ну, так идешь на работу?

– Ты так классно уговариваешь.

– Ради тебя, подруга.

– Спасибочки.

Вопреки моим страхам, Аристарх Александрович ко мне не приставал, в кабинет не вызывал и вообще делал вид, что меня не существует. Я общалась только со своим непосредственным начальником – Берсеневым Олегом Павловичем и сталкивалась с боссом только в коридорах компании или на производственных совещаниях.

Он сухо кивал и торопливо шагал мимо.

Я уже начала думать, что мне все показалось и я сама себя накрутила, как мне и говорила Галочка, но вскоре Алена Арсеньевна вызвала меня в приемную.

– Аристрах Александрович просит вас подготовить материалы по поселку Красиково.

– Хорошо.

Я повернулась и взялась за ручку двери.

– Это надо срочно. Сегодня к пяти часам. Дело в том, что вечером вам нужно будет поехать на переговоры с партнерами в Красиково.

Я подняла вверх брови.

– Сегодня?

– Сегодня. – Елена Арсеньевна неожиданно улыбнулась и постучала карандашом по столу.

– Там красивые места. Вам понравится.

Я вернулась к себе и села за компьютер.

Я сидела и просматривала материалы по Красикову, одновременно распечатывая их на принтере, когда раздался звонок внутренней связи.

– Ольга Александровна! Вы готовы? – услышала я голос шефа.

– Почти.

– Соберите все, что удалось наработать, и я жду вас у входа.

Выйдя на улицу, я уже издали заметила машину шефа – серебристый «Ягуар» с личным шофером – и его самого на переднем сиденье.

Я подошла к машине.

– Опаздываете! – недовольно бросил Аристарх Александрович.

– Извините.

Он помолчал, а потом вышел из машины и сел на заднее сиденье рядом со мной.

– Так будет удобно материалы в дороге просматривать, – пояснил он. – Давайте их сюда.

Я протянула листы. Время от времени он делал замечания или спрашивал о том, что ему было непонятно. Я подробно отвечала. Хотя от его дотошности хотелось выть, но я понимала – он хочет досконально изучить предмет. Он такой. Нудный и въедливый. Солидный бизнесмен со всеми вытекающими бонусами. Домиком в Лондоне, счетом в швейцарском банке и семьей, которая постоянно живет за границей. И вообще для меня он – инопланетянин. Но добрый инопланетянин, раз взял меня на работу и платит хорошую зарплату. Хотя мне кажется, что взяли меня незаслуженно и есть более подходящие кандидатуры, чем я, на это место.

Поэтому мое дело – отвечать. А Щера – задавать вопросы. Мы давно уже выехали за город и мчались навстречу солнцу – огромному огненному шару, быстро опускавшемуся за горизонт.

– Завтра будет холодно, – дернул головой шеф, – народная примета.

Это было единственное замечание на постороннюю тему за все время нашей поездки.

Мы притормозили около металлических ворот с большим навесным замком.

– Леня! – отдал команду Аристарх Александрович.

Послушный водитель Леня вылез из машины и открыл ворота.

– А где партнеры? – спросила я, оглядывая красивый трехэтажный дом с большим балконом наверху.

– Внутри, – без тени иронии ответил шеф.

Мы зашли внутрь. Никого не было. И я поняла, что он просто заморочил мне голову. Взял и пригласил девушку на свидание таким способом. А я-то поверила в партнеров и переговоры по поселку городского типа Красиково. Ну и наивный же я человек! Дуреха! Так иногда называла меня Галочка. И похоже, что она не ошиблась.

Я стояла и рассеянно осматривалась вокруг.

– Туалет наверху направо. Ванная там же. В конце. Жду через пятнадцать минут.

Шеф ушел. Я потопала на второй этаж. Обстановка была – роскошь обалденная. Раньше я думала, что такое бывает только в кино. Оказывается, для кого-то кино давно стало реальностью.

Туалет, соединенный с ванной, был в половину моей квартиры. Угловая ванна-джакузи, огромное зеркало, туалетный столик со множеством гелей-шампуней. Два табурета. Один – повыше, другой – пониже.

Я мыла руки и смотрела на свое отражение в зеркале. Оно мне не очень нравилось. С того момента, как я рассталась с Игорем, в моих глазах поселилось странное выражение – тоски и еще – какого-то страха. Как будто я постоянно ждала откуда-то невидимых ударов и поэтому была в полной боевой готовности. После этого предательства я уже больше ни во что не верила.

И была готова к самому худшему.

Я спустилась вниз, в столовую, где стоял длинный стол. Такой стол я тоже видела только в кино про английских аристократов, которые обедали-ужинали за такими вот длинными пеналами на приличном расстоянии друг от друга. Шеф уже сидел за столом и ждал меня.

– Куда мне садиться?

– Напротив.

Напротив – это значит очутиться на другом конце стола. Но выбирать не приходилось. Слова шефа – почти приказ, и я села, подобрав юбку, и сцепила руки на коленях, чтобы не показать, как я нервничаю.

Появилась женщина. Очевидно, прислуга. Лет пятидесяти, в белом фартуке и с подносом. Он кивнул:

– Сначала ей.

Передо мной оказалось блюдо с салатом и креветки в горячем соусе.

– Это закуска.

Я промолчала и принялась есть. Мои руки все время дрожали, и от волнения кусок не шел мне в горло. Потом принесли вина.

– Я не пью.

– Такое вино – грех не выпить. Какие вы любите вина?

– Крымские.

– А это французское. Попробуйте.

Я отпила. Вино действительно было вкусным. Я сделала несколько глотков и почувствовала, как горячительная жидкость растекается по моим жилам.

– Ну как?

– Отлично.

Я немного осмелела и подняла глаза на шефа. Я думала, что он будет улыбаться. Но он, напротив, был серьезен и сосредоточен. Как всегда. Словно это был не ужин для двоих, а деловой прием с бизнес-партнерами.

Внезапно шеф высоко поднял бокал.

– За тебя…

Он включил негромкую, очень приятную музыку, и я ощутила, как напряжение потихоньку отпускает меня.

Затем я пошла в ванную. Наверное, я все-таки порядком выпила, потому что шла, пошатываясь. Хотя два бокала не так уж много. Просто я давно не пила. А потом – нервы. Вот и развезло.

Хотелось спать, глаза невольно слипались, но я не знала, чем закончится этот вечер, и это заставляло меня нервничать еще больше.

Что ж, не я первая, не я последняя, которую соблазнил собственный шеф. Я еще должна сказать спасибо, что это все происходит прилично-красиво, а не на офисном столе в обеденный перерыв или после работы, когда секс как фастфуд – схватил на ходу и побежал дальше.

Я вышла из ванной и пошла вперед. И впереди я увидела фигуру босса. Он стоял в конце коридора и ждал меня.

– Идем в подвал, – сказал он сухим будничным голосом. Интересное предложение! Многообещающее! Может, я попала в лапы маньяка? Или это такой новый ход коварного начальника-соблазнителя – приглашать дам в подвал?

– А что там?..

– Секрет! Потерпи немного.

Я пожала плечами.

Мы спустились по винтовой лестнице в подвал и попали в огромное помещение. Здесь было большое количество оружия. Самые разнообразные пистолеты, ножи, клинки, сабли и рапиры.

– Ух ты! И все – ваше?

– Мое. Хорошая коллекция?

– Супер!

– Здесь еще и тир есть. Хочешь пострелять?

– Пострелять? Никогда не пробовала.

С тиром у меня связаны только детские воспоминания. Как я стояла около своего одноклассника Вити Рыбакова и смотрела, как он целится в мишень – балеринку на одной ножке. Чаще всего он промазывал, и тогда я издавала подбадривающий возглас, который помогал мало. Стрелял Витя плохо. Он был близоруким, но очки не носил, стеснялся.

– Ну, вот и попробуй. Ради разнообразия. В жизни все нужно попробовать. Разве не так?

– Наверное.

Я хотела сказать, что моя жизнь не располагает ни к каким экспериментам. Она скучна и однообразна. Я мать-одиночка с ребенком на руках. Таких, как я, – пруд пруди и даже больше. И если бы не он, мой шеф, который для меня ангел или волшебник, я бы до сих пор обивала пороги разных контор. И скорее всего, безуспешно.

– Иди сюда. Становись прямо, ноги расставь пошире.

Я смотрела вперед на круглую мишень.

Щер подошел сзади, вложил мне в руку пистолет.

– Прежде всего нужно как следует прицелиться. Когда будешь готова к выстрелу, спускай курок мягко, без рывка. Держи пистолет крепко. Если вздрогнешь от выстрела – промажешь.

Я выстрелила и попала, естественно, не туда. Промазала.

– Руку держи выше. Вот так, – подсказал шеф. Он стоял рядом, и я чувствовала его дыхание.

Выстрел оглушил меня, и рука дрогнула.

– Я же предупреждал, – сказал Щер. – Попробуй еще… – он сделал паузу. – Представь, что ты стреляешь по своему прошлому, которое хочешь забыть. Давай!

Я стреляла и стреляла. Моя рука уже не дрожала, и держалась я уверенней. С каждым выстрелом из меня словно что-то уходило, и я чувствовала странное облегчение, словно я стреляла по всем своим прошлым бедам и неприятностям. Еще, еще…

– Стоп! – закричал Щер. – Достаточно. Результаты неплохие.

Я опустила пистолет и посмотрела на него.

– Хватит.

Я не сводила с него взгляда. Вот сейчас он скажет те самые слова, ради которых он и привез меня сюда. Сейчас он предложит пройти вместе с ним в спальню или возьмет меня за руку и… Я стояла и ждала неизбежного. Есть игры, по правилам которых играют все. Босс, который спит со своими сотрудницами, – приевшаяся банальность и классика жанра. Я могла возмутиться и дать ему по физии, но тогда прости-прощай работа. Меня охватило странное безразличие. Наверное, я просто здорово вымоталась и устала.

– Все! Теперь расходимся по комнатам.

От неожиданности я открыла рот. Мне хотелось спросить: «А разве мы с вами не будем спать?» Но Щер сказал с нажимом:

– Завтра рано утром переговоры с партнерами. Надо выспаться.

И мой рот закрылся.

И вдруг я поняла, что мой Щер – лучший в мире начальник. Это он только с виду акула, а на самом деле – добрый и справедливый. И привел он меня сюда не просто так. Он – отличный психолог и хотел мне помочь расстаться с прошлым, преодолеть страхи и комплексы. И ему это удалось… Вскоре я встретила Бориса, и моя жизнь вошла в новое русло. И все это благодаря Щеру.

С тех пор я его обожала и была готова ради своего шефа буквально на все: маяться на курсах повышения квалификации, осваивать английский язык, брать на дом сверхурочную работу и рожать креативные идеи со скоростью плодовитой крольчихи.

Под его руководством я росла как специалист, он давал мне ответственные задания и не боялся рисковать. Его любимая фраза была: «Дураки ползают, умные летают», и моя последняя работа над проектом элитного поселка Пехнево должна была стать многообещающим прорывом не только для меня лично, но и для всей нашей компании. Но здесь случился этот кризис и накрыл все медным тазом: я по-прежнему колдовала над проектом, внося многочисленные изменения по требованию заказчика, который, однако, не торопился вкладывать в проект реальные бабки, а, наоборот, заморозил объект, сведя все к бумажной волоките.

Щер приветствовал инициативных сотрудников, и я как раз собиралась подкинуть ему одну идею, которая могла помочь мне разобраться в моем семейном деле, связанном с убийством отца и пропавшими бронзовыми фигурками.

* * *

На моей работе было все по-старому. Когда в твоей жизни происходят перемены, хочется, чтобы все вокруг тоже менялось. Но в приемной все оставалось по-прежнему. Около окна стоял круглый аквариум. Елена Арсеньевна что-то печатала на компьютере. При моем появлении она оторвалась от работы и улыбнулась.

– Как отдохнули?

– Нормально.

Если встреча с бывшим мужем и убийство студента в археологическом лагере входят в понятие «нормально».

– Ну и хорошо. Нужно было загорать стоя. У вас шея… бледнее остальных частей тела, – заметила секретарша Щера.

Нет, от Елены Арсеньевны ничего не укроется!

– Вы к Аристарху Александровичу?

– Да. Он может меня принять?

– Сейчас спрошу. Как погода в Крыму?

– Отличная. Жара, жара и еще раз жара.

– У нас тут дожди идут. Через день. Совсем замучали.

Здесь наша беседа была прервана появлением Щера.

– Ко мне? – спросил он, окидывая меня взглядом.

– К вам.

– Тогда – прошу. – Он распахнул дверь. – Только кратко. У меня мало времени.

В кабинете Щер сел, откинувшись на спинку кресла.

– Вид, во всяком случае, свежий. Не зря я отпускаю своих сотрудников в отпуска в подходящее время. Не то, что другие боссы. Гоняют контингент зимой и осенью. И еще хотят, чтобы перед ними бухались на колени и руки целовали. Ну, так что у тебя?

– У меня есть одно предложение к компании.

– Ого! – поднял он вверх брови. – Ты уже стала конкурирующей фирмой?

Я рассмеялась.

– До этого мне далеко. А потом, я никогда не буду с вами конкурировать.

– Я это знаю, – кратко бросил он.

Самоуверенность Щера была потрясающей. Он ни на минуту не сомневался в своих словах и действиях.

– Я отдыхала в Алуште и случайно узнала об одном очень хорошем куске земли, который можно использовать под строительство отеля или мини-гостиницы.

– Почему мини? Мой имперский размах не предусматривает никаких «мини».

– Просто, как мне кажется, эту территорию лучше использовать для элитных номеров.

– Кризис, Оля! – поправил меня Щер. – Происходит перемена ценовой политики во всех сферах рынка. Здесь нужен другой подход.

– Но территория действительно очень хорошая. И может представлять интерес для потенциальных инвесторов, – не сдавалась я.

– Расскажи-ка поподробнее.

По тому, как Щер откинулся в кресле, как он подпер щеку рукой и лениво прищурил глаза, словно отрешившись от окружающей обстановки, я поняла, что мои слова его всерьез зацепили. Щер умел маскировать интерес под маской внешнего равнодушия. На деловых переговорах я неоднократно была свидетельницей, как мой босс отделывал под орех потенциальных партнеров, как он не оставлял от их, убедительных на первый взгляд, доводов и камня на камне и как постепенно склонял к своему варианту, а после подписания договора лучезарно улыбался, довольный своим артистизмом и талантом. Он был прекрасным психологом и бизнесменом. Со своими сотрудниками он тоже часто напускал равнодушный вид. Первое время это сбивало меня с толку. Однажды я даже не выдержала и задала ему этот вопрос. Босс рассмеялся, мои слова его явно позабавили, и сказал, что он делает это специально, чтобы мы старались и расписывали ему свои проекты, настаивали на своем варианте, приводя профессионально грамотные аргументы. Ход был действительно беспроигрышный.

– Я подготовилась. У меня есть снимки и описание.

– Тогда начинай!

Я рассказывала, справившись с первым приступом волнения. Одобрительный кивок Щера воодушевил меня, и я с жаром расписывала преимущества покупки земли в этом районе.

Закончив, я собрала бумаги в стопку и посмотрела на Щера.

– Внешне – убедительно. Но здесь еще все надо как следует просчитать и прикинуть. В твоем предложении что-то есть. В Крыму, особенно на Южном и Юго-Восточном побережье, не хватает гостиниц международного уровня. Многие строят жилые дома, с которых легко получить прибыль, а гостиничный сектор более скромен. Короче, твоя идея весьма неплоха. – Щер подался вперед. – С меня берешь пример? Мозги не расслабляются даже во время отдыха? Ну, не знаю, насколько это хорошо для женщины…

– Это у меня от жары мозги поплыли. Больше такого не будет, – пообещала я.

– Наоборот, собственная инициатива только приветствуется в нашей компании. Ладно, поскольку ты у нас пионер и первопроходец в этих землях, я посылаю тебя туда снова. В командировку. Но предварительно обеспечу тебе тылы: сделаю пару звонков и переговорю с кем надо. Здесь важно заручиться поддержкой местных властей и деловых кругов. Но это уже моя забота. Мы выступим в качестве посредников. Так риск будет меньше. Я привлеку серьезных инвесторов и посмотрю, что получится. Если дело выгорит, возможно, дальше будем действовать самостоятельно.

Щер замолчал. Его гениальные финансовые мозги в эту минуту все взвешивали, просчитывали, решали.

– У меня есть еще одна мысль. Если этот участок так хорош, как ты расписываешь – а судя по всему, так и есть, – мы можем его толкнуть какому-нибудь богатому клиенту, который захочет построить там себе коттеджик или виллу.

– Наверное, у них уже давно есть виллы на Кипре или в Греции. Зачем им Крым? – возразила я.

– Не скажи, – покачал головой Щер. – Недвижимость в Крыму им тоже хочется иметь. Не случайно многие звезды обзавелись дачкой в Крыму или квартиркой в Сочи.

– Зачем им это? Не понимаю.

– А что тут понимать, – философски заметил Щер, слегка крутанувшись в своем кресле. – Тут и понимать нечего. Все наши олигархи и прочие шишки, выбившиеся из грязи в князи, будь то нефтяной магнат или поп-звезда по имени Вася Пупкин, делятся на два вида. Одни стараются быстренько-быстренько избавиться от всего того, что их окружало раньше. Смыть, так сказать, родовые пятна. Очиститься от них. Другие, наоборот, с наслаждением, я бы даже сказал, с садистским удовольствием, возвращаются к своим истокам: пионерскому детству, голодной юности, всему антуражу, в котором жили их мамы-папы. Они как бы говорят себе: вот чего добился, посмотрите, могу теперь купить то, что раньше мне было недоступно. Еще недавно особым шиком у состоятельных людей было иметь в загородных домах железную кровать с панцирной сеткой, какие раньше в пионерлагерях были. Отчего? Они что, кровать не могли себе навороченную купить? Ностальгия! Короче, я все обдумаю и вызову тебя на днях. А пока иди, работай по «Зеленому раю»

Мне показалось, что за спиной у меня выросли крылья. Я сделала трюк высшего пилотажа – заинтересовала Щера своим проектом. И теперь мне оставалось только ждать. Хотя это было очень трудно.

* * *

Чем больше я думала над убийством отца, тем больше возникало вопросов. Почему отец мне ничего не говорил ни о своей семье, ни о фигурках, хранившихся дома? На все мои расспросы о своей родне он отвечал уклончиво или уходил от ответа. И как мне найти эту пещеру Трех Монахов, где лежит семейный клад?

Если Щер согласится на мое предложение, я поставлю на место Абаджи и смогу разговаривать с ним на равных. Он будет вынужден считаться со мной. А там я попробую проследить связь между фигурками, найденными на раскопках, убийством Кости Семиренко и смертью моего отца. Что-то подсказывало мне, что это звенья одной цепи…

В Интернете я посмотрела историческую справку о караимах. История этого народа терялась в глубине веков. Они вымирали, эмигрировали, ассимилировались с другими нациями и народностями. То, что мой отец принадлежал к этому древнему народу, наполнило меня чувством гордости и горечи. Горечи, что он скрывал это от меня, а гордости, что его семейное древо уходит своими корнями в далекие эпохи…

Вечером ко мне прискакала Галочка.

– Ух ты! – тормошила она меня. – Загорела, похорошела. Счастливая!

– Да уж!

– Где Боря?

– Где ему и полагается. На боевом посту. Уехал в Тверь по делам.

– Что, дела так плохи?

Я наклонила голову набок. Одной рукой я клала на сковородку котлеты, другой взбивала картофельное пюре.

– Галь! Я даже боюсь его об этом спрашивать. Мужик стал совсем психованным. Срывается, орет. Я не знаю, как к нему подступиться.

– Ясно, – протянула Галочка. – Не лучшие времена для малого и среднего бизнеса.

– Я эти времена чувствую на своей шкурке, точнее, нервах. Раньше мы с ним почти не ссорились. Борька был такой флегмой, как рыба. А сейчас эта флегма превратилась в орущего павлина. Ладно, не хочу даже говорить о нем, – тряхнула я волосами. – Смени пластинку.

– Как я тебе завидую, на море отдыхала, – протянула Галочка. – Море – это здорово. Я уже сто лет там не была.

– Ты же в Египет в прошлом году ездила.

– В позапрошлом. Все равно покупаться в море хочется.

– Я скоро, может быть, опять туда поеду. В командировку.

Зря я это сказала, потому что от Галочкиных воплей моя рука дрогнула, и котлета, пролетев мимо сковородки, шлепнулась на пол.

– Опять? – простонала Галочка. – Везет же некоторым!

– Вообще-то, я еду туда не отдыхать, а работать.

– Это так теперь называется? А куда ты денешь Кристину?

– Уже дела. Отправила на дачу к Лебедевым. Своей дачи нет, вот и приходится маяться по чужим.

– Мне бы так маяться. Своя намного хуже. Стоит мне на дачу приехать, как мать погонять начинает. Прополи грядки, собери мусор, обработай деревья, приберись в доме. Не-е-ет, – Галочка потрясла головой, – своя дача хуже каторги. Ты хорошо устроилась. Ребенок на даче отдыхает, а ты там ни дня не пашешь. Радуйся!

– Радуюсь денно и нощно.

– Значит, Кристину – к Лебедевым, а сама на курорт развлекаться. Ну-ну! Хороша мамаша!

Я ничего не стала Галочке рассказывать про Игоря и про убийство студента, про собственные планы. Я не хотела впутывать в это подругу. Справлюсь и сама.

– Слушай, а давай я с тобой туда поеду.

– Куда?

– В Алушту, естественно! Заодно и развеюсь.

Я чуть не застонала. Только Галочки мне там не хватало! Однако… если подумать, это может быть даже очень неплохо. Галочка – своя в доску. Мне будет не скучно, да и свой человек рядом.

– Твое предложение принято.

– Ура! – Галочка кинулась ко мне и чуть не задушила.

– Пусти, а то у меня котлеты подгорят.

На следующий день на работе меня вызвал Щер и сказал, что завтра я могу выезжать. Щер дал мне наставления и прибавил:

– Звони мне, если возникнут какие-то сложности. Я выписываю тебе приличные командировочные, и ты можешь остановиться в любом отеле. Обратись к Елене Арсеньевне. Она и проведет всю эту бухгалтерию. Ты все поняла?

– Да.

– Тогда – с богом!

* * *

Мы с Галочкой добрались до Алушты к вечеру. От Симферополя мы ехали на такси. Маленький коренастый таксист болтал без умолку, и к концу дороги у меня разболелась голова. Галочка, напротив, поддерживала беседу, кокетничала и флиртовала.

– Оттачивала на нем свои женские чары? Тренировка перед боем? – спросила я ее, когда таксист высадил нас в центре города.

– Ты о чем?

– У меня от него в башке стреляет. Строчил словами, как пулемет.

– А по-моему, милый дядечка…

– Ну-ну!

– Куда мы теперь? – спросила Галочка, желая сменить тему.

– В гостиницу, куда же еще. Она прямо перед нами. Я вчера выцарапала ее из Инета и утром связалась с администратором. Пара номеров у них свободна. И один из них они готовы уступить нам.

– В разгар сезона?

– Она недешевая. А в связи с кризисом…

– Ясно-ясно.

Галочка подхватила огромный чемодан и большую сумку и двинулась вперед. Я, когда увидела багаж подруги, поинтересовалась: она едет на полгода или на две недели, и кто будет таскать ее баулы? Моего юмора она не оценила и чуть не обиделась, но я все превратила в шутку, и наша несостоявшаяся ссора была замята.

– Офигительное здание! – выпалила Галочка, задирая голову и останавливаясь у подъезда. – Похоже на ВИП-гостиницу.

– Так и есть.

Трехэтажное здание с красивыми пузатыми коваными балкончиками выглядело респектабельно и элегантно. То, что нужно для бизнес-леди, то есть меня, и ее спутницы.

Мы вошли в холл и направились к стойке администратора.

– Моя фамилия Вишневская, я бронировала номер по телефону.

Блондинка лет сорока пяти скользнула взглядом по списку, лежащему перед ней.

– Все правильно. Вот банковский счет. Можете сейчас оплатить, и я дам вам ключи. Банк через дорогу.

Оплатив проживание, я вернулась в гостиницу. Мы поднялись в наш номер. Две комнаты с холодильником, японскими плазменными телевизорами, кондиционером, стильной мягкой мебелью и душевой-сауной.

– Здорово! Уютно, шикарно, – щебетала Галочка. Она вышла на балкон. – Здесь садик с фонтаном.

– Отлично. Но сейчас я больше всего хочу есть и спать.

– А я купаться. Кроме того, до сна и так уже немного времени. Давай переодеваемся и – вперед. К морю, на набережную. Мы сюда спать, что ли, приехали?

– Вообще-то я приехала сюда по работе, если ты забыла.

– Помню, помню. Но не круглосуточно же ты будешь работать.

– Как получится.

– Ой, Оля, ты меня в последнее время пугать стала.

– Это чем же…

Но Галочка не стала развивать свою мысль. Она была уже в ванной.

Переодевшись, мы стали выглядеть как настоящие курортные дамы. Галочка в розовой юбке и белой блузке с глубоким вырезом. На голове – белая шляпа. Я – в платье в черно-белый горошек, на ногах – босоножки на высоком каблуке. На шее – крупные бусы.

– Отпад! – повертелась она вокруг меня. – Не забудь фотоаппарат.

– Не забуду, – со вздохом сказала я. Мысленно я уже представляла себе, во что выльется прогулка с Галочкой по вечерней набережной.

Мы поели в кафе, заказав очень вкусную жареную камбалу и морской салат с креветками. Затем мы двинулись по набережной к морю.

– Надо было взять купальник.

– Успеешь наплаваться. Завтра с утречка на пляж. Будешь там жариться до черноты и купаться до посинения.

– А ты разве не составишь мне компанию?

– У меня с утра деловое совещание. Переговоры с партнерами.

– Не повезло тебе.

На моих глазах Галочка превращалась в смешливо-кокетливое существо из какой-то пошлой американской комедии. Она отчаянно стреляла глазами по сторонам и громко смеялась над каждым моим словом.

– Попала блондинка на курорт, – поддела я ее. – С тобой я себя чувствую Чарли Чаплиным. Ты все время смеешься.

– Но не ходить же с мрачной физиономией! У меня еще, слава богу, никто не помер. Слушай, – охнула Галочка. – Мне кажется, я за последнее время поправилась на пять кило, и теперь мне будет стыдно надеть купальник.

– Не боись. Здесь на пляже всякие валяются: и худенькие, и полненькие.

Галочка была крепенькой, среднего роста и постоянно комплексовала по поводу лишних кило. А я ее утешала, как могла.

Подруга требовала, чтобы я фотографировала ее чуть ли не у каждого фонарного столба. Мысленно я уже составляла фотоальбом: Галочка у ротонды, Галочка под ротондой, Галочка над ротондой.

– Кому ты будешь показывать столько фоток?

– Выложу в Инете. Сразу предложения посыпятся с разных сторон.

– Ты еще не остыла к этому виду знакомств? Сама говорила, что в Сети одни уроды сидят и закомплексованные дебилы.

– Работать надо на всех фронтах. Вдруг попадется что-то стоящее.

Что-либо возразить против этого было трудно. К вечеру мы стали обладателями солидного портфолио. И только с наступлением темноты Галочка поумерила страсть к позированию. К вечеру народу на набережной стало в два раза больше. Многочисленные кафе переливались разноцветными огнями, вокруг раздавался шум, смех, чьи-то крики и возгласы.

Девицы в мини-юбках и открытых топиках, длинноногие, загорелые, постепенно запруживали набережную, как породистые лошади ипподром перед скачками.

Почему-то нигде нет такого скопища несостоявшихся моделей, как на курортах. Наверное, они просто решили урвать свое место под солнцем, если не на подиуме, то хотя бы здесь – на длинной набережной, которая, кажется, никогда не кончается, а тянется, насколько хватает глаз.

– Танцев здесь нет?

– Есть дискотеки для молодежи.

– Судя по тону, к молодежи ты меня не относишь?

Я хмыкнула.

– Зануда ты! – беззлобно сказала подруга. Мы выпили вина в разлив. Пожилой усатый дядька разливал вино прямо из темных бочонков с краниками, предварительно предлагая продегустировать его.