355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Екатерина Дроздова » Отель с призраками » Текст книги (страница 1)
Отель с призраками
  • Текст добавлен: 12 марта 2022, 14:03

Текст книги "Отель с призраками"


Автор книги: Екатерина Дроздова



сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 2 страниц)

Екатерина Дроздова
Отель с призраками

Дело №1. Наследство

1.

Серые волны Балтийского моря, гонимые холодным ветром, накатывали одна на другую, и, казалось, не было этой наступившей осени конца. Владимир Маркович Сом шёл по пустынному пляжу с мелким, светлым песком, не снимая обуви. Позади у него были долгие годы частного сыска, впереди – неизвестность.

Он приехал в город своей мечты, где ещё тридцать лет назад мечтал поселиться с невестой, красавицей Ириной. Но она не ответила ни на одно его письмо из армии. Ирина не стала его ждать. И вот прошло тридцать лет, теперь Сом легендарный сыщик и закоренелый холостяк, но стоило ему закрыть глаза, и облик Ирины вставал перед ним, как прежде.

2.

– А, Владимир Маркович, добро пожаловать! Мы вас ждали, – управляющий отелем Иван Иванович, радостно улыбаясь, встретил Сома.

Шестидесятипятилетний старик дружелюбно предложил Сому чашку своего фирменного кофе, но услышав в ответ отказ огорчился. Это огорчение выдали его по-детски наивные, стариковские глаза. Он отдал этому отелю сорок лет своей жизни и, казалось, прирос к нему всем своим существом, как к живому организму. Но Сом, уставший с дороги, желал только одного – поскорее заселиться в номер и провалиться в глубокий сон.

После спешного оформления, Иван Иванович лично повёл Сома в номер, и всю дорогу неустанно говорил об отеле:

– Нашему отелю много веков. Этот замок принадлежал в своё время рыцарю-крестоносцу. И, вы знаете, у отеля есть тайна, но вам я её раскрою. Уже много веков здесь живёт приведение – убитая супруга того крестоносца. Он был жестокий человек и большой ревнивец. Так однажды, в порыве ревности, он убил несчастную, а её тело приказал замуровать в этих стенах. С тех пор её призрак бродит по отелю и наводит ужас на постояльцев.

Сом огляделся по сторонам. Он и в самом деле, будто на машине времени переместился в средние века, настолько здесь всё было атмосферно, каменной кладки стены, оконца с витражными стёклами, скульптуры и гравюры.

– Вы надолго к нам приехали? – спросил Иван Иванович.

– Пока не найду постоянное жильё.

Вручив ключ от номера, Иван Иванович предупредил:

– Из вашего номера черная лестница ведёт во двор, но вы не беспокойтесь, она давно закрыта с двух сторон, по ней никто не ходит.

Сом оглядел свой номер и счёл его вполне сносным. В его интерьере, как и во всём отеле, был выдержан дух средневековья – тяжёлая резная мебель, кровать с балдахином, потёртый ковёр на дощатом полу, широкие оконные проёмы. И, наконец, оставшись один, Сом быстро уснул, но посреди ночи его чуткий сон нарушили послышавшиеся с черной лестницы негромкие шаги.

«Вот чёртов старик, – улыбнулся про себя он. – И в самом деле, призрак там, что ли ходит?»

3.

– Владимир Маркович? Какая это удача встретить вас тут! Меня зовут Влад.

За завтраком в ресторане отеля, стилизованном под старинный грот, со шкурами на стенах, деревянными бочками на полу и рыцарскими доспехами по углам, к Сому подсел молодой человек с ясным, любопытным взглядом.

– Откуда вы знаете меня? – спросил его Сом. – А впрочем, я догадываюсь.

– Да, мне сказал о вас Иван Иванович. Болтливый старик, но забавный. Он уже рассказал вам о здешнем приведении? Глупости конечно, но по чёрной лестнице и в самом деле всю ночь кто-то ходил. Мой номер этажом выше вашего, поэтому я их тоже слышал.

В это время за соседним столом появились новые постояльцы, большая семья во главе со стариком на инвалидном кресле. Глядя на них Влад сказал:

– Здесь люди сменяются, как в метро, и только я живу тут уже третью неделю.

– И что же вас тут держит?

– Всё просто. Я студент, заканчиваю журфак, и тут на практике. Мне каждый день нужно давать свежую статью в местную газету о достопримечательностях края, и я уже начинаю сходить с ума. Этот город, конечно, древний и колоритный, но писать вообще не о чем. Всё, что можно было, описали давно и без меня. Вот, что мне остается?

– Пишите о здешнем приведении, – предложил Сом, и оба они рассмеялись.

– Специально отравлюсь и никому из вас ничего не оставлю, чёртовы дети! – прокричал старик на инвалидном кресле.

Сом и Влад обернулись на него. А старик не унимался, обзывая свою семью бездельниками и дармоедами, пока расторопная сиделка не увезла его из ресторана. Следом за ними бросилась юная красавица, а за столом остались три женщины и двое мужчин. Повисшая над ними зловещая тишина говорила о том, что дружбы в их семье нет.

– А у вас есть семья? – спросил Влад.

– Ну, уж нет, – иронично ответил Сом.

4.

Весь оставшийся день, Сом провёл в поисках подходящего жилья, и, найдя несколько интересных вариантов, назначил встречи с их хозяевами на следующий день, но рано утром в его номер постучал Влад.

– Владимир Маркович! Просыпайтесь!

– Что случилось? – открыл дверь Сом.

– Старик скончался!

– Какой старик?

– Вацлав Низовский. Ну, тот, на инвалидном кресле.

Сом и Влад спустились в просторное лобби отеля с портретной галереей бывших владельцев этого замка. Там толклась вся семья Низовских и врачи неотложки. Женщина и мужчина средних лет, по-видимому дети старика, говорили с врачами, две молодые девушки стояли поодаль и будто случайные свидетели только изредка обменивались колкими фразами, красавчик с модной стрижкой, не выпуская стакана с виски из рук вообще присутствовал в лобби только физически, судя по взгляду мысли его были где-то очень далеко, и только сиделка шла в слезах за санитарами, уносящими бездыханное тело старика Низовского.

– Инфаркт, – сказал Сому Влад.

– Вы думаете? – с подозрением ответил тот.

– Ах, какое несчастье! – причитал Иван Иванович. – Вы можете смеяться, но я уверен, это призрак замка убил его.

– А ведь сегодня ночью по черной лестнице опять кто-то ходил, – тихо сказал Влад.

Сом иронично усмехнулся на это и сказал ему:

– А вы обратили внимание, что кроме сиделки никто из семьи старика не плачет?

5.

Вечером Сом пришёл к старой водолечебнице. Круглая башенка её была овита плющом и тяжелые свинцовые облака, казалось, лежали на самой её крыше. А на скамейке возле башенки, Владимира Марковича уже ждала высокая, полная женщина. На ней был надет строгий деловой костюм серого цвета, подчёркивающий такие же глаза, серые, строгие, не выдающие и грамма скорби. Это была дочь Вацлава Низовского Татьяна.

– Отец всегда любил это захолустье. Он родился в этом городе, и вот умер тут же. Мы решили похоронить его здесь, – сказала она.

– Для чего вы хотели видеть меня? – спросил Сом.

– Взгляните, – Татьяна достала из брендовой сумки и протянула Сому заключение патологоанатома.

– Отравление? – спросил он, не беря в руки экспертизу.

– Как вы догадались? А впрочем, мне говорили, что вы гений.

– Ничего гениального. Мы все слышали, как ваш отец грозил самоубийством.

– Что? Самоубийство? – вспыхнули яростью всё те же серые, строгие глаза Татьяны. – Вы не знали моего отца, этот жмот слишком любил себя.

– Тогда пусть этим занимается полиция, – равнодушно ответил Сом.

– Я написала заявление, но полиция не видит состава преступления, ведь отец умер вследствие отравления двумя лекарственными препаратами несовместимыми друг с другом. Вроде как по недоразумению. Но я-то знаю, что он не признавал никаких лекарств и в свои семьдесят лет был здоров, как бык.

– Здоров? Но он даже не ходил.

– Да прям! Бегал, как молодой. Просто ему нравилось трепать нам нервы.

– И всё-таки, я больше не занимаюсь частным сыском. Я, если можно так выразиться, вышел на пенсию.

– Ну, я прошу вас! Вы мой единственный шанс на справедливость, – Татьяна ласково положила Сому на колено свою холёную руку, сверкнув голубого цвета драгоценным камнем в старинном перстне.

– Не обижайтесь, Татьяна, но зачем она вам? Насколько я вижу, вы не сильно-то любили отца.

– Да, не стану убеждать вас в обратном, но я говорю о другой справедливости, о наследстве! Не хочу, чтобы хоть что-то досталось этой гадине, этой Диане – его жене.

– Разве ваш отец был богат?

– Шутите? Он владел аукционным домом, входил в список Forbes.

– Не знал.

– Вся моя надежда на вас, ведь он не оставил завещания. А уж я не останусь перед вами в долгу.

Вернувшись в отель после разговора с Татьяной, Сом встретил в лобби Влада и сказал ему:

– Ну, что дружище, кажется, для вашей газеты появился отличный материал.

6.

Сом разложил на столе в своём номере фотографии семьи Низовских.

– Здесь те люди, которые были рядом с Вацлавом в последний день его жизни, – сказал он Владу. – Дети Татьяна и Андрей.

– Вот этот пьющего вида мужик, разговаривавший утром с врачами, сын Вацлава Андрей?

– Да.

– Выглядит старше отца, – усмехнулся Влад.

– Сытая жизнь великовозрастного сынка на папенькины деньги подпортила его физиономию, ничего удивительного, интересней – подпортила ли совесть? – потёр друг о друга руки Сом. – Но продолжим. На этой фотографии жена Андрея Мария и их дочь Ева, так стремительно побежавшая вчера за дедом из ресторана.

– А это кто? – Влад указал на фотографию молодой красивой женщины. – Кажется, утром она стояла с Евой в лобби? По-моему они говорили друг другу какие-то гадости.

– Да. Это Диана, жена старика Вацлава.

– Красивая, прям фито-няша. Эх, вот что значит список Forbes, – с грустью ответил Влад.

– Ну, и сиделка Елена.

– А ещё вот этот красавчик.

– Да, это молодой любовник Татьяны Евгений. Как вы считаете, дружище, у кого мог быть мотив для убийства Вацлава?

– У всех!

– Вы прирожденный детектив, – улыбнулся Сом. – Но прямых улик нет, да и старик не оставил завещания.

– А как же подозрения Татьяны, что убийство совершила Диана, так мечтающая овдоветь?

– Вот с неё мы и начнём. Только завтра. Утро вечера мудренее.

На этот раз Сом спал не так безмятежно, как в предыдущую ночь и поэтому звук тихих шагов на лестнице услышал сразу. Он подошёл к закрытой двери на чёрную лестницу и прислушался. Шаги были лёгкие, неторопливые, так неверные жёны крадутся по ночам к своим молодым любовникам, и Сом подумал: «А если это и впрямь, призрак несчастной женщины убил Вацлава Низовского из женской солидарности, чтобы освободить Диану от вредного старика-мужа?»

И мыслям этим Сом улыбнулся, чего только не придёт в голову после напряжённого дня? А звук шагов тем временем прекратился. Просто остановился где-то в пространстве. Нигде не хлопнула дверь, ничего не упало, не стукнуло. Видно призраки просто испаряются, когда возвращаются в своё призрачное измерение.

7.

Утром Диана легко согласилась на встречу с Сомом, только для переговоров выбрала фитнес-зал, так неорганично разместившийся в полуподвальном помещении замка. Шагая по беговой дорожке, она вызывала зависть всех присутствующих в зале женщин своей идеальной фигурой, пухлыми губами, длинными ресницами, бархатной кожей. Особенную зависть она вызывала у шагающей по соседней дорожке Марии. Та на пятнадцать лет была старше и порядком себя запустила.

И у Дианы нашлось неожиданное алиби. Не таясь, она призналась Сому:

– Ночь убийства я провела с Андреем Низовским. Мы уже не один год любовники. И если вы не знали, то я вам скажу, у меня с Вацлавом был заключен брачный договор, по которому в случае его смерти, мне перепадали сущие гроши…, теперь перепадут, – недовольным голосом сказала Диана. – Так зачем мне было убивать его? Я ещё не накопила необходимой мне суммы… и уже не накоплю. А если Андрей будет отнекиваться, посмотрите камеры видеонаблюдения, в какое время я зашла к нему в номер, пока эта дура, – Диана кивнула на Марию, – разыскивала по клубам свою непутёвую дочь, и в какое время вышла.

Переведя холодный взгляд с Дианы на остановившую дорожку Марию, Сом спросил ту:

– Значит, у вас тоже есть алиби на ночь убийства?

Мария, покрасневшая от стыда, от неожиданного известия о связи мужа со своей молодой мачехой, только неуверенно кивнула, и безвольно опустив руки, ушла из зала.

Долго не решался признаться в такой гнусной измене жене сын старика Вацлава, но всё-таки пришлось это сделать. И пока крутился новый скандал вокруг развода Андрея с Марией, дележа ими не полученного ещё наследства, Сом взялся за нового подозреваемого.

– Ну и семейка, – удивлялся Влад. – Ведь Диана специально устроила этот разговор при Марии. Такой удобный случай ей представился разрушить брак любовника. Сам Андрей никогда бы на такое не решился, а теперь она может выйти замуж за второго Низовского, только помоложе первого. Так сказать, перезагрузить мужа. Но я не стал бы сбрасывать со счетов Евгения. Типичный альфонс, от такого чего угодно жди.

– Поверьте моему опыту, дружище, Евгений не убийца. А лучше всех о делах в богатых семействах всегда осведомлена прислуга. Настало время переговорить с сиделкой Еленой.

И Елена, как и Диана, оказалась очень разговорчива. С некоторым волнением то прижимая озябшие, натруженные руки к чашке чая, то отнимая их, чтобы поправить седую чёлку на лбу, она негодовала:

– Бездельники! Они все сидели на его шее и мечтали захапать имущество. Он это знал, но не правда, что он никого не любил. Он души не чаял в Еве. Избалованная, неблагодарная стерва, мажорочка, ей всегда было мало денег, сколько не дай. Но он любил её. И завещание, по которому всё своё имущество дарил ей, своей любимой внучке, тоже было. Я видела его своими глазами.

– Так завещание всё-таки было? – удивился Сом. – Ева знала о нём?

– Да.

Признание Елены спутало все карты и полицейским и Сому, неужели Ева? Эта совсем ещё молодая душа разве может быть так развращена и жестока, чтобы пойти на убийство собственного дедушки, ещё и так сильно любившего её, одну её. Да и семья, узнав о завещании, словно сошла с ума. Все бросились его искать. Сом и Еву застал за этим занятием. Она обзванивала банки, в которых Вацлав хранил свои немалые деньги, драгоценности, ценные бумаги. С сотрудниками одного банка, Ева говорила на прекрасном английском языке, с сотрудниками другого, на французском. Всё это выдавало её хорошее образование.

– А Елена сказала, вы о завещании знали, – удивился Сом.

– Эта курица всё разболтала?– нервно ответила Ева.

– Так знали?

– Знала, что оно есть, дед показывал, но где он его спрятал, не сказал. Хрен его знает, может он его вообще сжёг? Психанул из-за чего-нибудь и сжёг. Он мог, старый шизоид. Если он меня без ни хрена оставил, я его с того света вытащу и ещё раз прикончу.

Ева откинула блестящие, густые волосы, мешающие ей перелистывать записные книжки деда. Тоненькие пальчики, незнающие никакой работы, со свежим маникюром, украшенные перстнем, стоимостью явно не один миллион долларов, быстро и нервно перелистывали страницы.

– Что вам ещё нужно? – нервно спросила она Сома. – А, алиби. Бухала я всю ночь. Название клубов могу записать, проверите.

Из карих глаз Евы смотрела такая тьма, будто в ней таилась тысяча демонов.

– Не нужно, – небрежно ответил Сом и поскорее ушёл от этой саррацении в человеческом обличие.

Так первые два дня расследования не дали окончательного результата, но уже утром следующего дня, в отель, медленной, вальяжной походкой вошёл человек с чёрной папкой в руках и, разыскав Татьяну представился:

– Следователь Яковлев. Вы задержаны!

8.

– Как вы поняли, что убийца Татьяна? – спросил удивленный Влад.

– Главное в нашем деле – детали. Всегда помните об этом, – ответил Владимир Маркович. – Ещё в первую нашу беседу, я обратил внимание на старинный перстень Татьяны, камень которого имел голубой цвет. А, как только прозвучало известие о завещании, камень стал розовым. Так я понял, что он с секретом. Камень открывается и вовнутрь засыпается яд. Такими фокусами любили пользоваться отравители средневековья. И эта смена цвета дала мне основание понять, что Татьяна готовит новое убийство.

– Евы?

– Именно. Узнав о завещании, она замыслила избавиться от племянницы-конкурентки. Кстати, экспертиза уже установила, что это действительно яд, и старик Вацлав умер от него.

– Не понимаю. Зачем она пошла на убийство, когда и так жила в богатстве?

– Вы были правы в том, дружище, что во всей этой истории как-то замешан Евгений. Очевидно, что своего молодого любовника она удерживала всё новыми дорогими подарками, что было для неё слишком затратно. Но знал ли он о готовящихся убийствах, мы уже не узнаем, ведь сразу после ареста Татьяны он сбежал в неизвестном направлении.

– Но зачем тогда она сама себя подставила этим расследованием? Да ещё и не имея алиби.

– Таким образом, она и делала себе алиби. Да и, скорее всего, ей двигала слепая алчность. Так она хотела подставить вместо себя Диану. Кстати, использовав меня. Татьяна решила, что за обещанное щедрое вознаграждение я помогу ей реализовать эту идею, но она слишком плохо меня знала.

Во всей этой истории сильнее всего Владу было жаль старика Вацлава. Он прожил долгую жизнь, сколотил состояние, но по-настоящему его так никто и не любил, и даже родные дети желали ему смерти.

– Цветы? – удивился Сом, увидев вечером в руках Влада букет. – У вас свидание?

– А вот и нет. Вы удивитесь, но я решил проводить завтра старика Вацлава в последний путь. Должен же быть на этих похоронах хоть кто-то искренне жалеющий его. Да и букет хозяйка цветочного магазина дала совершенно бесплатно, прочитав в газете мою статью об этом преступлении.

– И вы взяли не заплатив? Влад, вы меня удивляете.

Предельно честный Сом отправился в цветочный магазин, чтобы расплатиться за букет. Он шёл по центральной улице города, наслаждаясь этой ранней балтийской осенью, а подойдя к магазину, замер. За витриной он увидел свою Ирину. Казалось время над ней осталось не властно, она почти не изменилась. Такая же красавица, как и тридцать лет назад. Сом сел на скамейку напротив магазина и не мог ей налюбоваться, так и не решившись подойти. Слишком неожиданным оказалось её новое появление в его устоявшейся холостяцкой жизни. А холодный осенний ветер всё кружил вокруг него опавшую, жёлтую листву.

Дело № 2. Гастроли

1.

Сом долго не мог уснуть в своём номере. Из его головы всё никак не шла Ирина. Тридцать лет прошло с тех пор, как они потеряли связь друг с другом и, казалось, что уже никогда не встретятся. И вот она случилась, эта невероятная встреча. И где? В городе их общей мечты. Так просто.

Сом ворочался в постели, мучаясь от нахлынувших воспоминаний и жары, которая установилась в его номере при чуть тёплых батареях. Но стоило ему погрузиться в сон, как в номере установился настоящий холод. А батареи оставались всё такими же едва тёплыми, и Сома стало колотить как зимой на морозе. И эта чехарда с температурой не прекращалась до самого утра.

– Что за издевательство с температурой происходило этой ночью? – возмутился за завтраком Влад. Впрочем, это возмещение не мешало ему с аппетитом уплетать яичницу с беконом. – И это при вполне исправном центральном отоплении.

– Да, я тоже заметил, – ответил задумчивый Сом, почти ничего не съевший из своей тарелки.

– Догадайтесь, что мне ответил на это Иван Иванович?

– Приведение?

– Точно. Как думаете, может быть, оно действительно существует?

– Думаю, не существует.

– Но, как тогда объяснить всю это чехарду с температурой?

На этот вопрос Сом только пожал плечами.

– Вы сегодня какой-то грустный, Владимир Маркович. Почему?

– У вас есть невеста, дружище?

– Нет, – поправив круглые очки, ответил Влад.

– Правильно, и не обзаводитесь.

– Почему? У вас был горький опыт?

– Да. Женщинам нельзя верить, их любовь сильно скоротечна.

Но размышлениям Сома помешало доносящееся из лобби отеля профессиональное опереточное пение.

– Алёнушка, кто это так хорошо поёт в лобби? – спросил Сом у молодой официантки.

– А, это, наверное, кто-то из артистов Московской оперетты, гастролирующих в нашем городе.

– Снова, новые постояльцы, – улыбнулся обаятельной улыбкой Влад.

– Вы знаете, что вместе со всем театром у нас остановилась и знаменитая Анна Ярославская, их худрук? – с восторженными глазами прошептала Алёна.

– Кто это? – удивился Сом.

– Вы, что не знаете? Это любимая артистка целого поколения. Она снималась в фильме «Эта прекрасная жизнь» и даже выступала на Бродвее. Правда ей уже пятьдесят пять лет и она не так популярна, как раньше. Нам в детдоме часто показывали фильмы с её участием.

– Ну, Владимир Маркович, даже я её знаю, – посмеялся Влад. – Надо с ней познакомиться, может интервью даст. Вот редактор офигеет.

Обаятельный Влад смело подошёл к Анне и предложил встретиться для интервью.

– Да, с удовольствием, – ответила эта очаровательная женщина, поправив белокурые локоны. – Только при условии, что вы напишете в газете о наших гастролях, а то оперетта сегодня не в моде и зрителей приходит мало. Для декораций я даже привезла картину Брюллова из личной коллекции. Может быть, хоть это привлечёт к нам людей.

Тем временем в лобби, как ни в чём не бывало, распевалась молодая прима театра, красавица Элина.

– Не обращайте внимания, звёздные замашки, – сказал Сому незнакомец. – Алексей, декоратор театра, – добавил он.

– Рад, – сдержанно ответил Сом.

– А это Сергей Борисович, наш директор, – представил дружелюбный Алексей второго незнакомца, в элегантном костюме.

– Я достал нам с вами билеты на спектакль, – перебил Алексея, вернувшийся к Сому Влад.

– И, что дают? – спросил Сом.

– «Пиковую даму».

– Только этого нам не хватало.

2.

Весь оставшийся день, Сом старался держаться подальше от артистов, проводя время то в тренажёрном зале, то в поисках квартиры, ведь приглянувшиеся ранее варианты «ушли» к другим арендаторам из-за потерянных на расследование дела Вацлава Низовского дней.

И ночью Владимир Маркович спал крепко. Но прежде чем улечься в постель, он основательно проверил вход на чёрную лестницу, батареи, и, убедившись, что всё работает исправно, а двери на лестницу надёжно закрыты, моментально уснул. Но удовольствие это продлилось недолго, ранним утром раздался тревожный стук в его номер.

– Ну, и что вам угодно, повелитель театра? – раздражённо спросил Сом, стоявшего на пороге и дышащего перегаром Сергея Борисовича.

– Нас обокрали! – ответил тот.

– Проспитесь.

– Нет, честное слово, украдены деньги. Но самое страшное, исчез Брюллов.

– Тогда звоните в полицию.

– Что вы? Такой скандал сорвёт наши гастроли. Помогите.

Нехотя, Владимир Маркович всё-таки спустился в лобби отеля, где их уже ждал Иван Иванович.

– Где произошла кража? – спросил Сом, зевая.

– В подсобном помещении, – ответил взволнованный Сергей Борисович.

– Вы, что же оставили Брюллова в подсобке вместе с остальными декорациями?

– Это всё грузчики, оболтусы. Я сказал им, картину и сейф с деньгами поставить в камеру хранения, а они…

– Что и сейф стащили?

– Взломали.

– Вы впервые выехали на гастроли? Откуда такая беспечность? – поражался Сом.

– Я перебрал вчера лишку, вот и не проконтролировал, – повесил голову Сергей Борисович.

– Скажите Иван Иванович, в отель заселялись новые постояльцы или кто-то, быть может, выезжал?

– Ни того, ни другого. Всё было тихо.

– Значит пропавшие вещи где-то в отеле, – обрадовался Сергей Борисович.

– Тогда проведите служебное расследование, – предложил ему Сом. – А я хочу спать.

– Что вы, Владимир Маркович, я лицо заинтересованное, меня же потом обвинят в подставе. Поэтому я прошу именно вас помочь мне. А я заплачу, уж поверьте.

– Я не имею права без санкции полицейских ни допрашивать, ни тем более обыскивать ваших сотрудников. Только с их добровольного согласия.

– Согласятся-согласятся, – надул розовые щёки Сергей Борисович.

– Ладно, будем искать, – согласился Сом и, обратившись к Ивану Ивановичу, сказал: – Мне понадобится ваша помощь.

– Если только приведение не замуровало это всё в своём тайнике, – совершенно серьёзно сказал тот.

3.

– Иван Иванович уверен, что наше приведение очень любит драгоценности, – улыбаясь, сказал Влад.

– А вы с чего такой радостный, дружище?

– Как же мне не радоваться? Такой сюжет!

– Да, в последнее время вам прилично везёт, – улыбнулся в ответ Сом.

Лифт в этот день в отеле не работал и Сом с Владом поднимались на верхний этаж пешком, кружась по каменной винтовой лестнице, а где-то на чердаке тревожно завывал ветер.

– А куда мы идём? – спросил Влад, поёжившись от этого завывания и заглянув в лестничный проём.

– Я осмотрел замок в хозяйственной комнате и, поверьте моему опыту, вскрыт он был, скорее всего, отвёрткой, – не обращая внимания на завывание ветра, ответил Сом.

– Да вы что? Значит ночью туда всё-таки кто-то заходил?

– И вряд ли это приведение.

– Ага, приведению точно не нужна отвёртка. И как назло никто не видел, кто это был.

– Человека входящего в комнату действительно никто не видел. А вот спускающегося в лобби Алексея, видел портье.

– Да? Какая удача, – обрадовался Влад немного отставший от Сома, и сделав несколько быстрых шагов по ступеням вверх, уткнулся в остановившегося вдруг товарища.

– Запомните, дружище, всегда найдётся кто-то, кто что-то видел или слышал.

С этими словами Сом постучался в номер Алексея.

– Как же вам не стыдно, Алексей? – с порога сказал Влад. – И не пытайтесь нам врать, портье видел, как вы входили в комнату с декорациями.

Сом удивлённо посмотрел на Влада и одобрительно кивнул.

– Я ничего не крал, – со слезами на глазах принялся оправдываться несчастный декоратор. – Хотите, в тюрьму сажайте, но я не вор.

– А кто вор? – вошёл в раж Влад.

– Не знаю.

– Но в комнату вы всё-таки заходили ночью, – Сом положил руку на плечо Владу, сдерживая его пыл.

– Да, меня Элина попросила.

– Зачем?

– Она попросила принести её чемодан, который грузчики тоже оставили в комнате с реквизитом. Я спустился, но на ресепшене никого не было. Я подождал-подождал, да и пошёл за отвёрткой. Но кроме чемодана я больше ничего не брал, клянусь.

– Почему же вы нам сразу об этом не сообщили? – спросил Сом.

– Не придал значения. А когда узнал о краже, испугался.

Для следующего разговора Сом и Влад отправились в номер к Элине и, тут же, к ним прибежала Анна Ярославская.

– Будьте так любезны, откройте свой чемодан, – попросил Сом.

– Легко, – вскочила с места Элина. – Да, я попросила Алексея принести мне чемодан потому, что замёрзла ночью, одеяла не нашла, а в чемодане у меня шуба. Вот и всё.

– Да, ночью было очень холодно, а с отоплением тут какие-то перебои, – подтвердила Анна.

При этих словах Сом и Влад переглянулись, улыбнувшись друг другу. Мысли их сошлись на проказах отельного призрака.

– Вот смотрите, – прикатила большой, тяжёлый чемодан Элина.

– Это же мой чемодан! – воскликнула Анна.

– Ваш? – удивился Сом.

– Нет, это мой, – возмутилась Элина.

Анна бросилась к чемодану и принялась судорожно его открывать.

– Я ничего не понимаю, – удивлялась Элина. – Что она делает?

Но внутри открытого чемодана действительно оказались вещи Анны Ярославской, с картиной Брюллова на дне.

– Я… Я… Я ничего не понимаю, – бормотала Элина. – Это мой чемодан, откуда в нём все эти вещи.

– Ах, ты подлая! Как ты могла? – разозлилась Анна.

– Подождите-подождите, дамы, – потёр лоб Влад. – А шуба? Элина, вы открывали чемодан ночью?


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю