Текст книги "Любить демона (СИ)"

Автор книги: Эдона Даас

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 26 страниц)

Глава 2

Страшно, как же ей было сейчас страшно и одиноко. Всегда вокруг были люди, маги, все вокруг приклонялись, старались угодить. Даже знатные маги общались с ней с большим почтением, что уж говорить о простых людях. Разве что дон Армино говорил с ней чуть снисходительно, но это было даже мило, он обращался с ней как старший брат. Теперь же люди, маги, все представляли для нее большую опасность, каждый мог унизить, оскорбить, посягнуть на честь или жизнь. Как же так... Совсем одна. В целом мире одна, в одночасье ставшим таким враждебным мире. Самайла старалась успокоиться, пыталась просчитать опасные участки дороги, на которых стоит пускать Огненного в галоп, а где можно отдыхать – переходить на шаг. Иногда далеко впереди она видела обозы, идущие на север, уводила коня с дороги. Вскоре показалась тень, ведьма почувствовала ее, обернулась, увидела наползающую тьму, пустила коня галопом, гнала и без того несущегося Огненного. Ужас сковал ее, ведьма родилась с магией, она была частью ее, она не представляла какого это жить, не имея возможности колдовать, не обладая сверхвозможностями слышать, чувствовать, видеть скрытое. Тень накрыла, Самайла не понимала, стало ей холодно от страха или так ощущается мир без магии в теле. Девушка попыталась зажечь огонь, самое простое для нее, но даже искорка не выскочила. Трясясь от ужаса и страха, продолжая путь в никуда, ведьма как заветную мантру повторяла для себя, что это всего лишь на месяц, а после она вернет магию, и все вновь склонятся перед могущественной огненной ведьмой. Лес редел, поместье Самайлы находилось на севере страны и от него до границы с дикими землями был день пути верхом. Ведьма знала, что к границе лес исчезнет совсем, и появятся топи. Поэтому пришлось спешиться и заночевать в лесу, нельзя спасть в седле, даже привязав себя веревкой, нельзя пропустить болота. Спала на земле, беспокойным чутким сном, не знала проснулась ли утром, ночью или днем. Мир осветился графитовым цветом тени, слишком светло для ночи, слишком темно для дня. Граница была пройдена, но облегчения это не принесло. Северные земли выглядели негостеприимно, на многие километры вдоль дороги тянулись болота. Встреться ей кто, не свернуть не увернуться. Так и произошло, когда она уже подъезжала к перепутью. Слева показались повозки, всадницу на огромном мерине караковой масти маги, конечно, заметили. Подъехав ближе, Самайла поняла, обоз принадлежал серым ведьмакам, испугалась, раздумывала гнать ли во весь опор или нужно поздороваться. Все же свои... Пока она размышляла, от обоза отделился один маг и пошел в ее направлении. Небогатая одежда, цветастая, поношенная, но зато мужчина был увешен золотыми украшениями с достаточно дорогими каменьями. Серовато-русые волосы струились ниже плеч, нос горбинкой придавал магу хищное выражение лица, взгляд этот образ довершал.

– Одемонеть! – грубо бросил маг. – Что луна то сползшая делает, каких красивых раззвездатых шлюх к нам теперь забрасывает!

– Я благородная донна! Что Вы себе позволяете? – взвилась возмущенная ведьма, никогда не слышавшая в свой адрес такой грубости.

И только потом Самайла поняла, что совершила несусветную глупость, нагрубила магу, возможно разозлила его, в то время как теперь она была всего лишь слабой женщиной, не способной себя защитить. Мужчина, впрочем, не выглядел разозленным.

– Забавно, – он облизнул губы. – Так и поиграем, шлюшка. Ты будешь благородной донной, а я буду много чего себе позволять. И не смотри так на дорогу, захочу, не убежишь. Это мои земли.

– Простите, доне, – голос ведьмы предательски дрогнул. – Позвольте мне все же продолжить путь по Вашим землям. Времена сейчас смутные, ведьмаки должны помогать друг другу.

– Хорош! – серый ведьмак восхищенно осмотрел мерина и обратился к девушке. – Зови меня барон. Какой я тебе доне? Будем помогать друг другу, что ж. Поможешь мне разрядится, слезай с коня, сучка.

Самайла выслала коня в галоп, но тот обычно отвечающий на ногу мгновенно не сдвинулся с места, отозвала сильнее левым поводом, крепче сработала ногой – животное не шелохнулось.

– Магия же не действует? – от удивления ведьма даже забыла бояться, поняла, что

мужчина как-то влияет на коня.

– Чтобы поговорить с живой душенькой магия не нужна, – барон прислонил лоб к морде коня. – Пойдем ко мне в повозку, только запомни, я не люблю, когда сопротивляются, будь паинькой, благородная донна. Ведьму затрясло. Сейчас ее будет насиловать серый ведьмак, кочевое отребье. К седлу она, кажется, прилипла, не могла заставить себя пошевелиться. Барон не сильно дернул девушку за руку, заинтересовано осмотрел браслет из черного серебра со вставками из бирюзы. Внимательнее присмотрелся к Самайле:

– Носишь только черное серебро... Интересный орнамент.

– Да, барон, – девушка заставила себя ответить.

– А золото у тебя с собой есть на обмен?

– Я не ношу и не храню золота. Только черное серебро, в...

– В знак уважения к твоему господину, – закончил за нее мужчина.

Ведьма посмотрела барону в глаза, но «прочитать» его не получилось. Единственное, что она смогла понять, что он кто угодно, но не идиот.

– Поезжай, если хочешь, – мужчина посерьезнел. – Хотя я бы на твоем месте остался, в этих местах одной опасно даже с таким покровителем. А так... Будешь меня развлекать по доброй воле и есть досыта. Ты ведь не невинная дева, каковую строишь из себя, поди что-то да умеешь. Самайла удивленно и зло сверкнула глазами.

– Нет, я не проникал магией в твою ауру, и она наверняка закрыта на семь замков, – порочно усмехнулся барон. – Просто мне, чтобы понять, что из себя представляет девка, магия тоже не нужна. Коня ты, конечно, не обменяешь?

– Ни за что! – ведьма крепко вцепилась в повод.

– Рисково с такой шикарной лошадью бродить одной по диким землям, – задумчиво выдал мужчина. – Мой тебе совет, увидишь неплохое место, заведи туда коня, внуши ему, что это ваша точка встречи, на случай если потеряетесь. Он ведь необычное животное – кобыла понесла от магического пламени? Он поймет.

– Как вы без магии?..

– Иногда магию заменяет умение чувствовать, – мужчина развернулся и ушел к своему обозу.

Самайла продолжила двигаться на север, серые ведьмаки пошли другой дорогой. Девушка не знала куда едет, сначала задачей было достичь северных земель, спрятаться от гонений, этот план удался. Что теперь? В этих местах почти нет поселений. Есть небольшие деревеньки речных и болотных ведьм. Их еще нужно найти, да и речные ведьмы чужаков не любят. Некоторые речные были кочевыми, они, возможно, будут посговорчивее. Самайла корила себя за то, что упустила шанс

остаться с серыми ведьмаками, если бы ей предложили остаться сейчас, после того как она хорошенько поразмыслила над своим положением, она бы осталась. Она ведь именно за этим сюда и ехала, примкнуть к другим магам, то, что она найдет благородных донов из Редколесья или Великого Ургу – вилами по воде. А тут был шанс, на который девушка и рассчитывала, ей предлагали объединиться. Тот факт, что придется делить ложе с ведьмаками, ей следовало рассмотреть заранее и

смириться. Как наивно было полагать, что ее будут кормить «за просто так», потому что благородная донна. И барон был вполне так ничего, хоть и вульгарен до ужаса. И ведь прав был, девственницей она не была, хоть и так тщательно скрывала этот факт, что даже опытные маги не могли «считать» правду. Эти маленькие секретики были наиболее яркими моментами в ее жизни. Когда Самайла была ребенком, то изучала лишь грамоту, счет и магию, но после совершеннолетия поступила в академию, постигать естественные науки, обучалась дома, но раз в два года приезжала в столицу сдавать экзамены. Красивой ведьме, росшей в глуши, так приятно было ощущать на себе заинтересованные взгляды студентов магов, иногда неопытные ведьмаки плохо прятали скрывающуюся за этим похоть. Самайла могла бы пожаловаться, преподаватели усилили ли бы подавляющее влечение зелье, дающееся студентам на завтрак, или проследили бы, что они действительно принимают его,

как положено, но она этого не делала. Она «слизывала» их похоть, копила в себе и ночами с упоением ублажала себя в маленькой студенческой келье без окон. Маг кристаллов, считыванию которого ведьма уделяла особое внимание, как-то подошел к ней в студенческом саду.

– Нравится чувствовать желание, донна Самайла? – чуть слышно выдохнул он.

– Ты чего? – девушка очень испугалась. – Я на тебя пожалуюсь.

– А я на тебя, – отбил юноша. – Не ломай комедию, я же тоже не идиот и чувствую твое вожделение. Иногда ты очень плохо закрываешься, если бы профессора внимательно присматривались к девушкам тебя бы наказали, но они, как правило, читают только парней.

– Спасибо, буду осторожней. Только давай не будем больше говорить об этом, – Самайла нервно озиралась по сторонам.

– Не беспокойся и расслаблено веди беседу, – успокоил ее маг. – Лучший способ скрыть тайну – обсуждать ее у всех на виду. Никому не интересно подслушивать, о чем там люди общаются, гуляя по общественной аллее, но стоит свернуть в кусты, ушей будет больше, чем листьев на этих самых кустах.

– И что тебе нужно? – ведьма все равно нервничала.

– Хочешь по-настоящему?

– Это как? – растерялась девушка.

– Ну я сам не очень опытен, но читал один фолиант...

– Нет, – отшила Самайла.

– Все будет более чем тайно, в старой башне можно закрыть пространство. Только нужны будут еще два мага.

– Нет! – взвилась девушка.

Но потом все же пришла, вчетвером они закрыли пространство от считывания энергетики, и три парня бросились ласкать ведьму сначала нерешительно, потом нетерпеливо, они были неопытны, но максимально предупредительны и ласковы. Три пары рук ласкали ее, раздевали ее, мяли груди, как бы невзначай дотрагивались и до более интимных мест. – Хочешь посмотреть? – маг кристаллов расстегнул штаны и вытащил возбужденный член. – Потрогай, – попросил другой маг, показывая свой.

Ведьма провела рукой, плескавшаяся в ней похоть заставила ствол окаменеть и закапать смазкой прямо ей в руку. Девушка утратила всякий контроль от нахлынувшего желания, опустилась на колени и взяла член в рот. Мужчины ошалело уставились на нее сверху, о таком в древнем фолианте не писалось. Самайле было достаточно лишь облизать и сделать пару движений головой, как маг излился ей прямо в рот. После оргазма и осознания, что он только что сделал, его накрыл дикий ужас. После такого она сейчас, конечно, вскочит и убежит, хорошо, если будет плакать и молчать. А если расскажет? По крайней мере из академии его точно отчислят. Ведьма не вскочила, она проглотила сперму, и принялась за другой член. Что благородная донна способна на такое не писалось ни в том фолианте, ни вообще нигде! Во время сессий они еще не раз встречались в старой башне. Но это было весьма опасно для репутации. Если бы демон, которому поклонялась Самайла, не явился после их первой ночи, и великодушно не закрыл информацию о ней и ее любовниках, они могли бы и попасться. И стали бы изгоями, их бы не принимали благородные дома, не назначали бы на должности. Их бы презирали за внебрачные связи, да еще и в таком формате. Но никто не узнал, и перед ведьмой гостеприимно распахивались все двери, все заискивали перед благородной донной и весьма могущественной ведьмой. Самайла успешно играла благопристойность, позволяя себе выдохнуть лишь по ночам, вспоминая старую башню. Она так успешно вжилась в роль, что продолжила играть ее в диких землях. А здесь похоже нужно запеть совсем другую песню.

Девушка вздрогнула – где-то недалеко хрустнула ветка, из фиолетовой листвы вырвалась небольшая птица. Ей подумалось, что надо бы сделать как велел барон, указать коню место встречи. Даже обладая магией Самайла не пробывала общаться с Огненным, хоть он и был не простой лошадью. Но попробовать стоило, стоило делать все, что может вдруг сработать хотя бы потому, что это давало хоть какую-то иллюзию возможного спасения. Показалась небольшая роща, ведьма свернула

туда, идти по дороге ей казалась опаснее, чем по лесу. К тому же девушка решила, что попробует все же попросить приюта у болотных ведьм, они хоть и были не знатными, все же относились к древнему уважаемому роду, блюли нравственные законы, уважали кодексы магов в отличии от отребий вроде серых или речных ведьмаков. На небольшой поляне она остановила лошадь, спешилась, прижалась

лбом к морде Огненного, старалась делать как делал барон, пыталась проникнуть в разум животного, обозначить эту полянку как условленное место встречи. Получилось или нет, понять было невозможно, мерину, похоже, было наплевать на посыл, он все старался урвать хоть немного чахлой травы, которую ведьма не дозволяла щипать из-за туго затянутой подпруги. Болотные ведьмы жили, что логично, на болотах, в глубине леса, как найти их Самайла не знала, просто шла прочь от дороги, ведя лошадь под уздцы. Спустя час пути вдалеке показались люди, ведьма вскочила в седло, они тоже ее заметили и побежали по направлению к ней. Девушка направила лошадь галопом, Огненный рванул с места, резко дал вправо, чтобы обогнуть дерево, всадница не удержалась в седле и свалилась на землю. Самайла никогда, ни при каких обстоятельствах не падала с лошади. Магия всегда держала ее, тем более на Огненном, сейчас же магии не было и падение было не сколько болезненным, сколько неожиданным. Ведьма даже не сразу поняла, что произошло, удивленно проследила за лошадью, умчавшейся без седока. Мерин, впрочем, «оттормозился», оглянулся на хозяйку.

– Пошел! – в сердцах крикнула Самайла.

Девушка понимала, что от преследователей уже не уйти, глупо было бы, если

попался еще и конь. Огненный как будто-то бы понял приказ и исчез за деревьями.

Глава 3

Ведьма поднялась, обернулась и оказалась лицом к лицу с двумя мужчинами, успевшими добежать до места ее падения. Еще один возился с чем-то чуть поодаль. Выглядели они на взгляд ведьмы отвратительно, одеты в обноски, дурно пахнут…И не маги, люди. Люди, у которых вдруг оказались развязаны руки, озлобленные на магов. Самайла посмотрела на них со страхом, но вместе с тем с презрением. Им правда было наплевать, что она там чувствует.

– Ведьма, сказал же, – сплюнул полный и низенький преследователь.

– Еще и из этой беглой знати их, видать, – хохотнул его долговязый приятель.

Только сейчас девушка заметила, что одежда их перепачкана красным пеплом. Красный пепел – все, что остается от сожженных магов. В душе у нее все похолодело, Самайла никогда не думала о смерти как о событии, которое может случится с ней в ближайшем обозримом будущем, этот страх пришел к ней впервые.

– Знали бы, что такая красота приплывет в руки, не тратили бы силы на обычных девок, эх.., – разочаровано протянул первый.

– Давай, прибьем ее и пойдем, – выдал долговязый. – Там еще этот придурок того странного мага никак не свяжет.

Самайла оглядела лес, прикидывая свои шансы на побег, ноги некстати стали ватными.

– С собой пока возьмем, – заявил толстяк.

– На кой? – его приятель все же боялся ведьму.

– Развлечемся хоть как отдохнем.

– Я с этой не буду, – долговязый кинул взгляд на растерявшуюся от страха ведьму.

– Пугает меня до жути даже щас, давай сожжем ее, мы ж эти...

– Мракокоборцы, мать их, – заржал его собеседник.

Самайла побежала, раньше никогда не замечала, что корни деревьев могут так мешать передвигаться, мчалась не разбирая дороги, ветки больно хлестали по лицу. Один из преследователей все же нагнал ее, толкнул в спину, девушка кубарем покатилась по земле. Тут же вскочила, злость слегка придушила страх:

– Мой господин демон десятого порядка. Я служу ему и поклоняюсь, просто позвольте мне уйти, и с вами все будет в порядке, дони.

Удар застал ее врасплох, боль была такая, что потемнело в глазах, видимо полный преследователь метил и попал в печень. Следующий удар пришелся в солнечное сплетение, ведьма осела на землю хватая ртом воздух.

– Я твой господин, свинья тупая, – мужчина больно ухватил ее за распущенные волосы и заставил посмотреть снизу вверх. – Поняла?

Девушка не ответила, тогда он присел и макнул ее лицом в грязную лужу, удерживал голову в таком положении, заставляя глотать грязь. Наконец, человек позволил ей вздохнуть.

– Так кто твой хозяин, свинка?

Унижение оказалось «больнее» боли, гордость побеждала чувство самосохранения, и девушка молчала.

– Целуй наши ботинки, скотина грязная, – похоже преследователя устраивал и молчаливый, но наглядный ответ.

Грязное лицо, растрепанные волосы, но взгляд Самайлы стал в этот момент таким презрительным, будто она восседала перед ними на троне:

– Не буду ни за что и никогда.

– Интересно, на каком пальце ты сдашься? – мужчина выхватил нож, схватил девушку за руку.

– Нет! – прохрипела ведьма, истерично выдирая руку. – Хорошо, да. Я согласна!

Под циничный гогот мужчин девушка встала на четвереньки и поцеловала каждому грязные, невыносимо пахнущие навозом сапоги.

– За мной, свинка, – толстый накинул ей на шею удавку и повел к третьему подельнику.

Ведьма поспешно семенила за ним, боясь, как бы петля на шее не затянулась. Когда они уже подходили, она поняла, чем был занят третий «мракоборец», он связывал лежащего под деревом мужчину, который похоже был без сознания. Ведьма оглядела связанного. Маг... несомненно он был магом, невысокий, но с идеальными пропорциями тела, волосы спутались от грязи, длинные пряди чуть закрывали лицо. Казалось, мужчина спал, умиротворенным, счастливым сном.

– Зачем притащили? – недовольно буркнул третий. – Мало этого?

– А вот ты скажи нам, свинка, что с этим говнюком не так? – мужчина ведущий ее на веревке кивнул на связанного. – Мы его и облили водой священной и подожгли, а ему хоть бы хны, только в обморок завалился, аки девка благородная.

– Я не знаю, – прошептала девушка.

– Толку от тебя, – хохотнул мужчина. – Ну хоть похрюкай!

Самайла решила для себя, что лучше смерть, чем такое унижение и смиренно приняла свою судьбу, не издав не звука.

– Хрюкай, я сказал! – мужчина затянул удавку.

Девушка стала задыхаться, шею сдавило, воздух перестал поступать в легкие, ноги уже подкашивались, как вдруг веревка обратилась пеплом и осыпалась. Мужчины испуганно отшатнулись.

– Магия вернулась! – долговязый заговорил фальцетом.

– Да, не, – толстый пришел в себя. – Вернулась бы, она бы нас всех тут порешила. А так... видимо сильная была магичка и защита то как-то работает.

Ведьма понимала, что это не ее защита, чувствовала, что это магия демона десятого порядка, значит все же не оставил ее...

– Эту оставим, этого берем и валим, – распорядился третий.

– Нет, – осмелела Самайла. – Оставьте его.

– А то, что? – усмехнулся толстый, хотя два его друга уже готовы были выполнить распоряжение ведьмы.

Девушка не нашлась, что ответить. Взывала к демону, просила помочь, но тот не появлялся.

– Ну раз он не горит, давай-ка вырежу ему сердце, посмотрим, как будет ведьмак жить без сердца, – мужчина достал нож и двинулся к связанному.

Самайла успела первая, навалилась всем телом на мага, закрыла его собой.

– Дружок что ли твой? Чего так защищаешь? – долговязый вытер рукавом нос.

Ведьма не могла ответить на этот вопрос, сама себе удивлялась. Раньше она ни за кого не готова была рисковать жизнью, а тут кинулась защищать незнакомого мужчину. И почему он так пришелся ей по сердцу, если она видела его только несколько минут, да и то в бессознательном состоянии?

– Полюбовничек, видать, – хохотнул третий подельник.

– Оттащите ее, – зло бросил толстый перехватывая поудобнее нож.

Самайла вырывалась из-за всех сил, но без магии не могла ничего противопоставить двум крепким мужчинам. Вдруг вспомнилось, как бросил когда-то дон Армино снисходительным тоном: «Умение думать, важнее умения колдовать, Самайла.» И ведьма подумала. Бить ее можно, но нельзя калечить судя по осыпавшейся пеплом удавке. У третьего подельника был нож, и она изловчилась извернуться так, чтобы запястье коснулось острия. Оружие осыпалось пеплом. Мужчины растерялись, испугались и ослабили хватку. Не теряя драгоценное время, девушка вырвалась из захвата и вновь упала на мага, которого толстый «мракоборец» теперь развернул на спину, готовясь нанести удар ножом, оружие коснулось Самайлы и лезвие, и рукоять тоже осыпались пеплом.

– Сука! – толстый пнул ведьму ногой в бок. – Нож мой спалила.

Девушка вцепилась в мага.

– Оттащите ее опять! Чего истуканами встали? – рявкнул он подельникам.

– Так магия ведь... – нерешительно выдал долговязый.

– Какая к хренам, магия. Защита на ней осталась. Больше ничего не может. Оттащите да и все.

Да и все... Ведьма поняла, что второй раз ее хитрость не пройдет, а если и пройдет, сколько раз и как долго будет она закрывать мага собой? Тот похоже и не думал приходить в сознание. Как его защитить? Сообразить нужно было в секунду. И озарение пришло. Вспомнила, что читала в одном старом фолианте о договоре «демонической защиты», тысячи лет назад разразились распри между ведьмацкими кланами, те или иные ведьмы, поклоняющиеся демонам высокого порядка, взывали к своим господам о помощи. И один высший демон откликнулся на зов своей «приклоненной», она просила обезопасить своего ребенка, и он помог. Ходили потом слухи, что ведьма эта понесла от демона, потому и помог. Так или иначе, защита заключалась в том, что пока ведьма держала на руках свое дитя, были они неуязвимы для людей, слабых и средней силы магов. Другие демоны дабы уравновесить силы и сделать все по справедливости для своих подопечных, ввели договор «демонической защиты» – каждый маг держащий на руках свое, был неуязвим вместе со своей ношей для людей и слабых и средней силы магов. Лежащий под Самайлой мужчина, был себе вполне взрослым и на дитя не тянул от слова совсем, на каком основании она могла назвать его своим, представлялось слабо. Нашла в лесу мага и присвоила. Но других вариантов в этот момент в голову не пришло, поэтому ведьма вскочила и подняла на руки мужчину. В состоянии аффекта ей это удалось, но в следующее мгновенье она чуть было не рухнула с ним обратно на землю. Как же тяжело не обладая магией, держать что-то или кого-то тяжелее себя! Девушка напряглась, пытаясь перехватить мужчину под коленями поудобнее.

– Совсем ошалела? – толстый аж отпрянул, не поняв странной выходки.

– Договор «демонической защиты», – сплюнул третий подельник и, уловив удивленный взгляд Самайлы, бросил. – Что ты вылупилась, ведьма? Я ведь жил в столице! Много слышал, много знал. Пока не поперли меня оттуда в дикие земли, это ведь только магам все спускается с рук.

– Что за договор такой? – толстый хотел было толкнуть Самайлу, но его отбросило и больно приложило о ствол дерева.

– Вот такой, – кивнул приятель. – Не достать их пока ведьма держит на руках «свое».

– Ну их тогда, пойдем, – долговязый был напуган.

– Эээ нет, – рассмеялся толстый, демонстративно стряхивая с одежды красный пепел. – Такой шанс поквитаться с этими отродьями только раз в тысячелетие выпадает, а эти двое мощнейшие, стоят десятка тех болотных тварей, что мы пришили. Подождем пока она его уронит, и начнем веселье! Самайла была в ужасе, она понадеялась, что они действительно плюнут на них и уйдут. Что теперь? Держать мага, казалось, невыносимо, руки болели, гнуло спину. И без магии, девушка, пол жизни проведшая в седле была очень сильной, только за счет этого она пока держалась, да за счет адреналина, бушевавшего в крови. Нужно подождать пока он очнется, но что тогда? Убежит? Судя по тому, что его поймали, бегает он не очень. Есть шанс, что Огненный ждет ее на поляне, если бы дойти туда, он, придя в себя мог вы вскочить на коня и убежать, или возможно, удастся взвалить его в седло, привязать и выслать Огненного в галоп. Шанс призрачный, но есть. Ведьма сделала шаг по направлению к поляне, выросшая в сельской местности она хорошо ориентировалась в лесу. Переставлять ноги с такой ношей казалось чем-то нереальным, каждый шаг будто бы налитых свинцом ног отдавался болью и тяжестью в спине. Вены на руках вздулись. Преследователи шли рядом, глумились, гоготали.

– Далеко идем, свинка? – не унимался толстый. – Чем больше ты нас утомляешь, тем жестче я расправлюсь с твоей драгоценной ношей.

– Идем туда, где мне помогут, – ведьма зыркнула на долговязого как на самое слабое звено. – На вашем месте я бы свалила и не слушала толстяка.

– Как грубо заговорила благородная донна, ой нет теперь она свинка, так что все в порядке, – заржал толстый.

Он, судя по всему, был в шайке за главного, так что приказал приятелям упорно преследовать ведьму. Самайла больше не могла идти, руки забились, каждый вдох с надрывом, каждый шаг стоил титанических усилий, перед глазами все плыло. Девушка понимала, что в любую секунду может просто рухнуть и на второй рывок сил не хватит. Она взглянула на мага, тот, казалось, спал безмятежным сном, не осознавая, что сейчас твориться, от него исходило умиротворенное тепло, его сердце билось гулко и как будто «в двойном объеме», так если бы их было два, но правильно билось, сильное сердце, Самайла чувствовала его своим телом, настроилась на его такт, стала шагать в его ритм. Какое же сильное сердце, невероятной силы маг, казалось оно и ей придало сил, ведьма зашагала уверенно. Долговязый насторожился, третий подельник тоже стал сомневаться в удачливости их затеи, но толстяк, играя на их чувстве ненависти к магам заставлял продолжать преследование. Наконец, показалась поляна, а на поляне Огненный безмятежно объедал еще сохранивший немного зеленой листвы куст.

– Ого, скотину эту поймайте и приведите! Немерено стоит, – толстый показал на мерина.

Ведьма знала, что они не поймают сына огня, надеялась может он отвлечет их преследователей, а маг сможет убежать, если очнется, но он все не приходил в себя. Девушка понимала, что через несколько минут упадет, больше держать свою ношу она не могла, задеревеневшего тела не чувствовала, перед глазами все кружилось и плясало.

– Пожалуйста, очнись, – одними губами шептала Самайла, и горькие крупные слезы текли по ее лицу.

Слезы капали на лицо мага, на губы, на глаза. Он вдруг вздрогнул и приоткрыл глаза, посмотрел в небо. Какие красивые глаза, карие, цвета гречишного меда. Парень вновь смежил веки, вот и все… Ведьма отдала коню отчаянный ментальный приказ бежать и осела на землю, все еще не выпуская мага из рук, отчаянно прижимая, видела затуманенным сознанием как их преследователи пустившиеся было хватать мерина, возвращаются к ним неспешным издевательским шагом. Подошли ближе и рухнули на землю. Самайла ушедшая было в забытье немного пришла в себя, изумленная увиденным. Трое мужчин лежали обездвижено, как будто бы земля «примагнитила» их к себе, дико вращая ошалевшими от ужаса глазами. Магия! Демоническая магия... Девушка решила было, что господин ей помогает. Но тут из мужчин полезли черви, огромные личинки разгрызали их плоть и прорывали себе путь наружу. Они пожирали их недавних мучителей с невероятной быстротой, но те все не умирали, с ужасом и криками от невероятной боли наблюдали они, как исчезают их тела поедаемые ненасытными личинками. Такое никогда бы не устроил демон десятого порядка, высший разум не измывается, не причиняет боль, ему не приносят удовольствия сии издевательства. Если бы хотел, он бы просто убил их, быстро и безболезненно, и пусть их судят за последней рекой. Самайла все еще крепко прижимавшая к себе мага, почувствовала волны удовольствия, радость отмщения сладко переходила в экстаз. Это же не она чувствует... Эти ощущения исходили от мага, он приоткрыл глаза и с наслаждением наблюдал за кровавым месивом устроенным червями. Ведьма всмотрелась в его невероятно прекрасное лицо, внимательно взглянула в его красивые глаза и тут же отпрянула. Он не маг! Он, мать его (которая несомненно была распутной падшей ведьмой), не маг! Выродок! Он выродок. Самайла в ужасе вскочила, все тело болело, стоять было тяжело, но она заставила себя сделать шаг назад. Мужчина, чуть привстал с земли, посмотрел на нее, казалось бы, удивленно, что-то хотел сказать, но передумал. Ведьма продолжала пятиться, охрипшим голосом звала Огненного. Конь приблизился неторопливой рысью, опасливо проверяя нет ли поблизости «конееда». Неимоверным усилием, чисто на одном желании убраться отсюда поскорее, Самайла вставила ногу в стремя и взобралась в седло. Выслала коня шагом, надеясь, что выродку хватит совести... не последовать за ней, нет совести у выродка быть не может, тогда просто оставалось надеется, что ему будет лень или не будет надобности идти за ней.

Выродков в их мире не было, по крайней мере она никогда не слышала, чтобы таковые существовали в ее время. Раньше да, но не сейчас. Тем не менее даже с отсутствием магии (у нее, у него то похоже она была), ведьма поняла, кто он, просто заглянув в его глаза, в зеркало его грязной души. Те демоны, что были порождением демониц и стихий рождались сразу демонами пятого порядка, по мере их жизни с овладеванием силы, они поднимались по порядковой лестнице выше, те демоны, что были порождены космическими силами сразу получали десятый порядок и со временем двигались выше, но они как правило никогда не общались с магами, слишком иное было восприятие мира у высших существ, это было бы глупо, как, к примеру, ученому мужу вести беседы с муравьем об аннигиляции частиц. Были демоны, рожденные от демонов от пятого до десятого порядка и ведьм, или от демониц того же порядка и ведьмаков. Такие дети как правило рождались демонятами первого порядка. Обычные взрослые ведьмы и ведьмаки, обладающие сильной магией, тоже могли стать демонами начиная от первого порядка, если достаточно долго совокуплялись с любыми демонами или демоницами. Иерархический путь их далек, но интересен. У демонов и демониц ниже пятого порядка не могли рождаться дети, за исключением ситуаций, когда момент зачатия сопровождался зашкаливающей концентрацией похоти, извращений и желаний. Такое как правило творилось на «кровавых шабашах», которые тайно (или в открытую, в зависимости от мира) устраивали обезумевшие от вожделения ведьмы, спаривающиеся со всем, всеми и вся, эти оргии часто посещали демоны и демоницы до пятого порядка. От таких соитий рождались демоны от первого порядка, выродки, на чьих искаженных душах легко можно было разглядеть налет изврата, творившегося в момент их зачатия. Выродков боялись и, наверное, не зря.