Текст книги "Последний шанс"

Автор книги: Эдгар Крейс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 18 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]

Глава 15. Макфейн нервничает

– Привет, Алан, – из трубки раздался голос Макфейна.

– Доброе утро, мистер Макфейн, – Алан даже привстал из кресла.

– Сядь, а то я тебя не вижу твоего лица на экране, – проворчал Макфейн.

– Конечно, конечно, – покорно произнёс Алан, возвращаясь обратно в кресло.

– Хочу с тобой серьёзно обсудить одну надеюсь, что небольшую для тебя проблему, – серьёзным, но почти отеческим тоном проговорил Макфейн.

– Да, я весь во внимании, мистер Макфейн, – снова попытался привстать Алан, но вспомнил окрик советника и быстро вернулся на место.

– Как у тебя идут дела с Эмили? – взгляд Макфейна стал весьма заинтересованным.

– Все идёт хорошо. Пока встречаемся, но я подумываю о более серьёзных отношениях, – зачастил Алан.

– Значит говоришь, что у вас более, чем серьёзных отношениях? – задумчиво спросил Макфейн.

– Да, и я думаю, что у нас может получиться действительно что – то более серьёзное, чем просто встречи, – насторожённо, не понимая ещё смысла вопросов, ответил Алан.

– Тебе кажется или ты уверен, что у вас это серьёзно?

– Я просто уверен, что кандидат на пост сенатора просто обязан быть женатым и женатым на достойной особе, – отчеканил Алан.

– Так ты рассматриваешь Эмили как невесту или все – таки, как красивый декор на твоих будущих выборах? – расслабившись, усмехнулся Макфейн.

– В своё время Эмили победила на конкурсе красоты в нашем штате и многие его жители, я полагаю, помнят о её победе и это может дать мне дополнительные очки от моих избирателей, – приподняв подбородок сказал Алан.

– Мне, кажется, что для меня проясняется твоя позиция в отношениях с Эмили, – сделав надлежащий вывод, Макфейн и теперь мог себе позволить свободно развалиться в своём кресле, – А как она сама к тебе относится?

– Я полагаю, что произвожу на неё должное впечатление. У меня хорошо оплачиваемая должность, большая и красивая вилла, хорошие машины. Я всегда покупаю для неё самые дорогие билеты на концерты и в театр. Дарю её очень шикарные букеты цветов. В конце концов я сам ещё вполне хорошо выгляжу и костюмы у меня только из самых дорогих магазинов. Я думаю она не глупая девушка и все мои достоинства должна оценить надлежащим образом, – недоумевая почему о столь понятных вещах спрашивает советник президента, – самоуверенно заключил Алан.

– А любит ли она тебя, Алан? Вы об этом с Эмили говорили?

– Я думаю для принятия мною окончательного решения – это не имеет существенного значения. Ведь никто в нашем городе не в состоянии дать ей столько благ, сколько смогу дать я, – уверенно заключил Алан.

– А про сам брак вы тоже с Эмили не разговаривали, – продолжил допрос советник?

– Пока я счёл, что об говорить ещё рано, поэтому я решил сначала присмотреться к своей возможной супруге повнимательнее.

– Хорошо, я понял твою позицию, и ты бы, наверное, не очень расстроился, если бы по каким – либо причинам Эмили не стала соответствовать твоим требованиям?

– Я думаю, что смог бы легко найти ей замену, но пока она идеальный кандидат для моих планов. Она для многих известный человек в нашем штате, а это немаловажно для меня, как будущего кандидата в сенаторы.

– Ты сказал, что мог бы найти ей замену. Так вот я предлагаю найти Эмили замену именно сейчас, – с нажимом произнёс Окрен.

– Я вас не понял, мистер Макфейн. Мне эта девушка очень подходит, и я привёл вам все свои доводы. Почему я вдруг должен её променять на другую никому не известную кандидатку в невесты? – удивлённо воскликнул Алан.

– Потому, что я так тебе прикажу! – твёрдым, резким голосом произнёс Макфейн.

– Но я бы хотел, господин советник, – начал защищаться Алан.

– Ты уже ничего не можешь хотеть, если тебе приказываю я! Ты разве забыл кто тебе помог занять пост в институте или ты забыл, кто тебе может помочь в осуществлении твоей мечты стать сенатором? – не допускающим никаких возражений тоном Макфейн прервал Алана.

– Как можно это забыть, мистер Макфейн, я всегда помню ваше доброе отношение ко мне, – полушёпотом ответил Алан.

– Тогда ты должен помнить и том, кто закрывал глаза на твои финансовые фокусы, или тебе всё – таки напомнить про целые штабеля унитазов для института по тысячу долларов за штуку? Они что у тебя, золотые? Может мне поделиться своими впечатлениями на попечительском совете? Ведь не только одними унитазами ты богат, Алан, – голос Макфейн обрёл силу штормового ветра.

– Я все понял, мистер Макфейн, – пришибленно ответил Алан.

– Хорошо, если все понял. Мне важно, чтобы в срок была закончена работа по моему проекту! Вот это действительно важно, а не какая – то там девка. Их миллионы этих девок. Даже, если она там какая – то мисс чего – то там, ты не имеешь права губить проект из – за вертихвостки, которая сегодня с одним встречается, а завтра с другим, – продолжал свой натиск Макфейн.

– Я не совсем понял, мистер Макфейн, – почти шёпотом спросил Алан.

– Что тебе не понятно? Что женщины имеют свойство менять своих партнёров? Что здесь может быть не понятного? – внезапно Макфейн стал успокаиваться.

– Вы, может быть имеете, ввиду, что Эмили сейчас встречается с другим человеком? – удивлённо спросил Алан.

– Наконец то дошло до него, – снисходительно усмехнулся Макфейн.

– И с кем она теперь встречается? – совсем упавшим голосом спросил Алан.

– С твоим подчинённым, Стивом Стоуном, – теперь уже совсем спокойно ответил Макфейн.

– Вы уверены, что со Стивом, – возмутился такому выбору своей кандидатки в невесты Алан.

– Я всегда уверен в том, что говорю, – с чувством превосходства ответил советник.

– Но у Стива же совсем ничего нет. У него крохотная, плохо обставленная квартирка, никаких серьёзных накоплений, даже машина десятилетней давности, – почти засмеялся Алан.

– Ну, мой друг, что я могу тебе сказать? Женщины не предсказуемые существа. Тебе не дано знать, что женщина решит делать даже не завтра, а в следующие пять минут! – нравоучительно высказался советник.

– Я уволю Стива!!! – рассвирепел Алан.

– А вот этого не смей делать! Ты этого учёного и пальцем не тронешь, а про Эмили забудь, её для тебя больше не должно существовать! А если не забудешь, то я могу вдруг забыть замолвить за тебя слово в избирательной комиссии и совсем неожиданно вспомнить о твоих тёмных делишках с деньгами института. Как тебе такой выбор, Алан? – ехидно спросил советник.

– У Стива же белокровие и Эмили это хорошо знает, как же она могла отдать своё предпочтение Стиву? Не понимаю её выбор, – совсем не слыша речь советника, – воскликнул Алан.

– Как ты сказал? У Стива белокровие? Что же ты раньше молчал, идиот? – раздражённо рявкнул советник.

– Я сам совсем недавно узнал про его болезнь от Эмили, – пришибленно ответил Алан.

– Что она говорила про него? Сколько Стив сможет протянуть? – забеспокоился советник.

– Я не спрашивал у Эмили про подробности его болезни? – поспешно ответил Алан.

– Как не спрашивал? Ты руководитель огромного института или хозяин зачуханной сапожной мастерской? У тебя, что под началом пьяницы сапожники, которых ты сегодня с лёгкостью выкидываешь, а на завтра наберёшь других? Или у тебя работают уникальные учёные и среди них человек, которому ты не сможешь найти замены в моем проекте, – потихоньку вновь набирал обороты советник.

– Я понимаю вас, мистер Макфейн, – с трудом беря себя в руки, ответил Алан. – Я все проверю и сейчас же доложу.

– Ты со Стива пылинки будешь у меня сдувать до тех пор, пока я не скажу «хватит!». Ясно тебе или может быть поподробнее объяснить? – шипя сказал Макфейн.

– Мне все ясно, мистер Макфейн, – униженно произнёс Алан.

– Если понадобиться, пригласи лучших докторов, откуда хочешь их бери, но пусть они дежурят рядом со Стивом днём и ночью. До тех пор, пока проект не будет выполнен. Все уяснил? – начал приходить в себя советник.

– Я все сделаю как вы сказали, мистер Макфейн, – уже своим чётко поставленным голосом произнёс Алан.

– Теперь вижу, что со мной прежний Алан. Ну, ладно, пока! У меня ещё много дел и без тебя. Докладывай обо всех изменениях, которые могут повлиять на ход работ, – уже спокойным голосом произнёс Макфейн.

– Все будет сделано, как вы говорите, мистер Макфейн. До свидания.

Алан уже собирался положить трубку, когда Макфейн снова заговорил.

– А, впрочем, в случае удачного окончания моего проекта я позволяю тебе поступать с Эмили по своему усмотрению. Пока, Алан

Глава 16. Прогулка на яхте

Яркое солнце и безоблачное небо всегда создавали для Руди хорошее настроение. Наступил воскресный день, и природа сделала для него маленький подарок – на чистом, голубом небе светило яркое солнце. Детские воспоминания со временем стираются и становятся весьма обрывочными, но он помнил вот такой же яркий солнечный день и крепкие руки отца, подбрасывающие его высоко вверх, прямо к самому солнцу. Заливаясь смехом от восторга, маленький Руди глядел во все глаза с казавшейся ему тогда огромной высоты на молодого, сильного, всегда весёлого отца, и свою самую красивую маму на свете. Она сидела на зеленом берегу широкой, искрящейся на солнце, лениво текущей реки и улыбалась нам своей лёгкой, никогда не исчезающей грустинкой в глазах. Как давно это было, но тогда они были вместе и очень счастливы. Отцу, старавшегося быть стойким и жизнерадостным, несмотря на тяжёлую болезнь, съедающую его изнутри, повезло и он прожил немного дольше отведённого врачами срока. Мама только на год смогла пережить отца, любовь оказалась сильнее её. Нетвёрдой, детской памяти все – таки удалось сохранить щемящие сердце крохи воспоминаний, но Руди был благодарен этим сохранившимся крохам семейного тепла.

После смерти матери судьба определила его в детский дом, затем школа – интернат и учёба в институте лингвистики. Служба в армии в зоне боевых действий и последующее ранение его свело с Александром Сергеевичем. Замечательным, тонким, чутким человеком и одновременно высоким профессионалом своего дела. сумевшего привить молодому человеку тягу к очень важному для его родины делу и Руди прошёл спецшколу ФСБ со специализацией на нелегальной работе.

Ситуация в те времена сложилась такая, что образовался значительный дефицит людей профессией которых было защищать Родину вдали от её границ. После развала страны появилось много перебежчиков разного ранга. Попросту предателей, прикрывающих свой корыстный интерес высокопарными речами на радио, в газетах и с экранов телевизоров о спасении человечества от коммунизма. Были и такие, которые пытались надеть на себя тогу чуть ли не главного победителя «красной чумы человечества» – коммунизма в лице Советского Союза. Но все эти перебежчики фактически шли на кормление к главному куратору западных спецслужб – Центральному разведывательному управлению Соединённых Штатов Америки и работали прежде всего на развал России, но конечно не забывали и про свой карман. Предатели стыдливо умалчивали в своих выступлениях о самом главном – о том, что они являются предателями Родины. Наверное, боялись, что тогда белоснежная тога победителя приобретёт неприятный грязный, сероватый оттенок.

Руди очень сблизился с семьёй Александра Сергеевича Ефремова. К сожалению, у Александра Сергеевича с его женой, Анастасией Федоровной, не было детей и молодой, отрывчатый, искренний парень пришёлся по душе дружной паре Ефремовых. Бывают в жизни ситуации, когда встречаются два человека, очень достойные и добрые люди, но почему – то Бог не даёт им детей. Почему? Наверное, это только одному Богу и ведомо. Когда Руди встретился с эт очень душевной, тёплой семейной парой Ефремовых, ему было чуть за восемнадцать, а им уже перевалило за сорок. Но для Руди, в ввиду собственной ещё совсем юной молодости, Анастасия Фёдоровна и Александр Сергеевич казались глубокими стариками и очень хотелось чем – то помочь, скрасить их одинокую жизнь. Наверное, никто не в состоянии почувствовать чужую боль одиночества так же остро, как дети, проведшие свою жизнь без родителей в детском доме. Поэтому так случилось, что, день, когда Александр Сергеевич пригласил Руди к себе домой на чашку чая, стал днём, когда дом этих уважаемых людей стал для Руди и его домом. А может просто судьбе так было угодно.

– Привет, Руди, – воспоминания бывшего детдомовца прервал весёлый голос Стива. Вот, и я, как обещал, так и пришёл. А это, знакомься – Эмили. Она работает терапевтом в амбулатории института генетики. Эмили – это мой друг Руди, – уже обратился Стив к своей девушке.

Руди легко спрыгнул со стоявшего на берегу океана огромного валуна, на которым он так уютно предавался воспоминаниям.

– Руди, – представился журналист и подал руку Эмили.

– Эмили, – протянула в ответ руку девушка и улыбнулась.

– Руди работает журналистом в Нью-Йоркской газете. Название, правда, не помню. А, я, кажется, тебе уже это все когда – то рассказывал. Ну, да, ладно. Что у нас сегодня в нашем расписании торжественных мероприятий воскресного отдыха? – уже обращаясь к журналисту произнёс Стив.

– Обычно, я в это время иду к Роджерсу за яхтой для прогулки по океану, – ответил Руди.

– Отлично, и я думаю, что мы с Эмили с удовольствием к тебе присоединимся. Правда, Эмили?

– Конечно, Стив. Вы, Руди, ведь не будете возражать против нашей компании, Руди? – перехватила весёлый тон общения Эмили.

– Нисколько не буду возражать, даже наоборот, очень рад вашей приятной компании. Но давайте договоримся сразу обращаться друг с другом без всяких церемоний, ведь друзья не могут излишне церемониться и общаться к друг другу с королевскими витиеватостями. Верно? – вопросом на вопрос улыбаясь, ответил журналист.

– Хорошо, Руди. Принято! – ответила Эмили.

– Ну вот и замечательно, а теперь в путь. Это будет не очень далеко от сюда. Можно пройтись пешком вдоль берега океана, короче путь и влага океанского воздуха смягчит начинающуюся жару, – сказал Руди.

Руди поднял стоящую возле валуна корзину с продуктами для пикника. Отряхнул свои потёртые синие джинсы и направился в путь по направлению к старому моряку, указывая всей компании направление.

– Я беру яхту у старого Роджерса, начал журналист свой рассказ, – Мы с ним познакомились, когда я пытался удить рыбу на берегу океана. Роджерс сказал, что ловить рыбу с берега это занятие для маленьких детей, а настоящие мужчины ловят рыбу в океане с лодки. Старый моряк предложил брать у него в аренду яхту со всеми снастями для рыбалки и не так уж дорого. Подсказал, что лучше всего отходить миль на десять – двадцать. Там совсем другие условия для рыбалки. Яхта у него новая, полностью оборудованная и со спутниковым авто – навигатором. Посудина сама держит курс, куда его задашь. Так что моя забота заключается в том, чтобы не остаться без рыбы, а надоест рыбачить, можно валятся на палубе яхты и просто глядеть на воду. Поверьте, просто глядеть на воду никогда не надоедает. Ну, по крайней мере мне.

– А я, когда была ещё маленькой, – подхватила разговор Эмили, – с отцом тоже пару раз выходили в океан. Я была так была взволнована этим событием, что потом своим подруг в колледже целую неделю донимала описанием своего плавания с отцом. Я им, наверное, тогда страшно надоела своими рассказами.

– А кто твой отец? – спросил Руди.

– Он был морской офицер, а теперь уже в отставке. Когда отец ушёл со службы, наша семья купила ферму на юге Америки. Ему все время хотелось возиться с животными, потому что он их очень любил, хотя и всю жизнь провёл вдали от берега среди своих железяк. На кораблях животных нет, а он их ужасно любит. Отец служил старшим механиком. Так, наверное, называлась его должность, я в этом не очень сильно разбираюсь. Под ответственностью отца был весь моторный отсек корабля. По этому поводу он всегда говорил, что ему доверили самое важное – это «сердце корабля», а может речь шла о двигателе. Нет, все – таки мотор! Потому, что он ещё говорит, что: «Мотор корабля должен работать как часы. Остановка мотора – смерть корабля». Я все время путаюсь в терминах, – засмущалась Эмили, – Уже тогда слово «смерть» стало для меня чем – то очень ужасным и я все время пыталась узнать, как можно одолеть эту злую смерть, чтобы корабль не умер. А потом умерла моя мама. Тогда, видимо, детские страхи наслоились на подростковый шок от реального столкновения с потерей любимого человека и во мне укрепилось стойкое нежелание начать бороться с этим, вроде бы как закономерным природным явлением. Мне очень хочется одолеть этот несправедливый, на мой взгляд, закон жизни. Наверное, поэтому я и стала доктором, – закончила Эмили.

– Грустная, но всё – таки жизнеутверждающая история, – заметил Руди. – А как ты попала в амбулаторию института генетики?

– Совершенно случайно. После окончания университета я стажировалась в родном городке, но потом решила начать самостоятельную жизнь. Я конечно очень люблю своего отца, но хочется начать самой за себя отвечать. Как – то прочитала объявление о вакансиях в институте и отправила предложение на должность врача амбулатории. Прошла собеседование в управлении кадрами, затем у директора и вот три года назад была принята на работу. Вроде как в своём штате осталась, но живу теперь самостоятельно и, на мой взгляд, это хорошее предложение. Интересная работа, каждый день различные практические ситуации, где необходимо правильно продиагностировать и назначить эффективное лечение. Каждый раз нужно принимать решение самой и не ждать подсказки со стороны, мне это нравится, да и жильё предоставляет институт. По – моему, для начала самостоятельной жизни это совсем неплохо. Потом, думаю продолжить образование, но не знаю, как и когда это у меня получится. Нужны хорошие деньги на обучение, а у отца просить не хочется, поэтому начала копить сама. Отцу и так нелегко работать на своей ферме, да и траты у него большие с таким огромным хозяйством. Так, что хочу попробовать начать жить сама, без посторонней помощи, – уверенно закончила Эмили.

– А, я и не знал эту историю, – немного помолчав, сказал Стив.

– Ты ещё много чего обо мне не знаешь, – весело сказала Эмили, бросив на молодого учёного немного лукавый взгляд, – Но у нас с тобой впереди целая жизнь. Ведь верно, Стив? У нас с тобой будет долгая жизнь? – Эмили испытующе посмотрела на Стива.

– Я думаю, что у нас с тобой будет гораздо больше времени, чем ты только можешь себе представить, – так же весело ответил Стив, размахивая своей корзиной для пикника.

– Ловлю тебя на слове, – сказала, молодая девушка и тут же громко прокричала: «Я хочу жить тысячу лет!».

Перепуганные чайки с криком сорвались с насиженных мест и рванули в пронзительно – синее небо. Компания молодых людей весело рассмеялась внезапно устроенному на берегу переполоху.

– А вот и домик Роджерса, – Руди указал на видневшееся не далеко от берега океана бунгало моряка. – Ну и конечно яхта во всей своей красе на своём законном месте ждёт нас.

Большое белоснежное судно с тремя синими стрелами, начерченными на его борту, покачивалось в некотором отдалении от берега. Стив и Эмили обнявшись, заворожённо разглядывали красавец корабль.

– Роджерс отвезёт нас на лодке на яхту, а когда мы вернёмся обратно, то заберёт на берег, – продолжал Руди.

– Привет, Руди, – раздался ещё достаточно крепкий голос повидавшего виды старого моряка. Его смуглое, обветренное лицо было испещрено всеми океанскими ветрами и создавали удивительную сетку морщин. В его чёрных глазах развлекались чёртики веселья.

– Привет, Роджерс, – ответил на приветствие Руди и они обнялись, похлопывая друг друга по крепким плечам.

– Решил сегодня покататься? Да, денёк сегодня выдался чудесный как раз для доброй прогулки. Вот ключи тебе от моей красавицы. Отдыхайте, – проскрипел старик и протянул Руди ключами от яхты.

– Это мои друзья, – произнёс Руди указывая на прижавшуюся друг к другу молодую пару.

Роджерс усмехнулся в свои чёрные огромные пиратские усы и молча указал на вытащенную наполовину на берег лодку. Мужчины пошли к лодке, а Эмили, считая себя настоящим членом экипажа яхты, наравне со всеми принялась сталкивать лодку на воду. Вчетвером это удалось сравнительно легко и скоро лодка уже покачивалась на океанских волнах. Роджерс сел у спаренного навесного мотора и мощный рёв огласил окрестности побережья. Через десяток минут молодая компания уже перетащила свои корзины для пикника на борт яхты и Роджерс вскоре ушёл к берегу.

– Когда мы отдыхали с отцом у нас был не такой большой корабль, – приглушённым голосом произнесла Эмили, оглядывая очень вместительную яхту. Издали, с берега корабль казался ей значительно меньше и это обстоятельство сильно смутило Эмили.

– Чем корабль больше, тем лучше он держится на больших волнах, – голосом бывалого морехода сказал Стив и улыбнулся девушке.

– Располагайтесь, друзья, думаю, что вам здесь понравится, – на правах хозяина произнёс Руди. – А я пока пойду в рулевую рубку, надо подготовиться к отходу от берега. Ну, а вы можете пока обследовать судно.

Через некоторое время тихо заурчал маневровый электродвигатель, и яхта почти бесшумно заскользила в открытый океан. На расстоянии пару миль от яхты стояло другое судно. Руди видел его на радаре, а в иллюминаторе оно выглядело далёкой тёмной точкой на горизонте. Уже на второй день у Руди появился напарник по океанским прогулкам. Судно упорно не сближалось с яхтой Руди, но всегда находилось в пределах прямой видимости. Когда Руди увеличивал скорость и уходил за пределы прямой видимости и оставлял напарников по плаванию за горизонтом, наблюдатели через некоторое время вновь его находил и становились в пределах прямой видимости. Игры со службой наружного наблюдения Руди в конце концов надоели, и он просто плюнул на соседей по отдыху. «Ничего пусть привыкают к моим маршрутам. Каждый день один и тот же маршрут, и через месяц эти поездки будут для них хуже зубной боли», – глядя на стоящее против солнца тёмный силуэт соседнего судна, подумал Руди.

– По местам стоять, с якоря сниматься, – прокричал журналист в мегафон, включив его на полную мощность и с весёлым настроением наблюдал переполошившихся на корме ребят. Стив погрозил журналисту кулаком, что его ещё больше развеселило.

В открытую дверь рубки просунулась взъерошенная голова Стива.

– Нельзя же так пугать своих гостей Руди, – обиженно проворчал Стив.

– А вы не спите, а то замёрзнете, – улыбнулся Руди.

– Как так замёрзнем? Я выходил из дома было восемьдесят пять по фаренгейту и обещали, что будет ещё жарче, – не понял шутки Стив.

– Ладно, не бери в голову, я сам придумал такую шутку, но вижу, что шутка не удалась, – ответил Руди. – Сейчас мы отойдём миль на десять и сможем отдать управление авто – навигатору, вот тогда и перекусим. Идёт? – спросил Руди.

– Как скажешь, Руди. Я не против и думаю, что и Эмили согласится перекусить, – ответил Стив.

– А я не против, вроде как даже немного проголодалась, наверное, это от свежего океанского воздуха, – весело крикнула Эмили из – за спины Стива, продолжавшего стоять в отрытой двери рулевой рубки. – Можете выключать свою радиопередачу, а то вся рыба вокруг теперь знает, что мы собираемся кушать и будет теперь плавать вокруг яхты и попрошайничать.

Руди засмеялся и выключил микрофон. Стив рассмеялся вслед за Руди. Солнце близилось к зениту и становилось всё теплее, а для ранней осени даже очень жарко. В этих местах просто нет холодного времени года и погода просто благоволила пикнику друзей. Через полчаса они удобно расположились на корме на мягких ярко бордовых диванах за столиком готовым для пикника. Яхта тихо дрейфовала с выключенным маршевым двигателем. Электродвигатели на короткое время иногда почти бесшумно включались и корректировали направление дрейфа и совершенно не мешали наслаждаться тишиной и лёгким плеском волн о борт яхты. Мириады бликов солнечных зайчиков в бесконечном движении завораживали взгляд и чудесным образом отражался на борту яхты. переборках кают. В этой тишине и бескрайности океана казалось, что во всем мире они остались одни и вокруг больше никого не было. Правда это ощущение немного смазывало постоянное присутствие далёкой одинокой точки на горизонте, но Стив и Эмили счастливые от захватывающего дух путешествия, эту досадную помеху попросту не замечали, а Руди пока принципиально не обращал на них внимание. Ребята приступили к обеду, вкусных припасов было заготовлено в достаточном количестве и молодые организмы требовали немедленно приступить к уничтожению этого богатства. Тем более, что в такой приятной компании и чёрствый сухарь будет казаться медовым пряником.

– Слушай, Стив, а что ты имел ввиду, когда говорил, что мы будем вместе очень и очень долго и я даже не смогу себе представить сколько это может быть, – взяв за руку Стива, тихим голосом спросила Эмили.

– Я хочу, чтобы люди жили намного дольше, чем живут сейчас и никогда не болели, – ответил Стив.

– А разве это возможно? – спросила Эмили, придвигаясь поближе к Стиву, и с надеждой глядя ему в глаза.

– Мне верится, что мои эксперименты смогут дать нам возможность с тобой быть вместе очень и очень долго, – с надеждой в голосе произнёс Стив.

– А знаешь, Стив, я тебе верю. У тебя должно всё получиться, – убеждённо ответила Эмили. – Я тоже хочу, чтобы все люди жили очень долго и я буду, насколько это возможно, тебе помогать в твоей работе.

– Спасибо тебе, Эмили, – благодарно произнёс Стив. – Если у природы получилось создать не болеющего человека, который может долго жить и почти не стареть, то и меня должно это получиться!

– Что ты имеешь ввиду, Стив? Ты знаком с человеком, который уже прожил тысячу лет? – засмеялась Эмили.

– Нет, тысячу он пока ещё не прожил, но я почти уверен, что ему удастся прожить очень долго, – Стив торжественно, словно сам совершил это чудо, посмотрел на Эмили.

– Я просто сгораю от любопытства и нетерпения, познакомь меня с этим чудом природы! – в голосе Эмили сквозили нотки нетерпения и иронии. Она даже стала немного подпрыгивать на диване.

– Если Руди не будет возражать, то я смогу тебя с эти человеком познакомить, – сказал Стив и вопросительно взглянул на Руди. Журналист совсем немного подумал и слегка кивнул в ответ на вопрос молодого учёного.

– Так я скоро смогу я увидеть этого удивительного человека, спросила Эмили? – с нарастающим лавиной нетерпением переводила взгляд со Стива на Руди.

– Я уверен, что этот человек сейчас сидит напротив нас с тобой, – тихо произнёс Стив и посмотрел на Руди.

– Стив, ну нельзя так смеяться надо мной! Это ведь просто не честно! – надулась Эмили. – Я к тебе серьёзно, а ты меня начинаешь разыгрывать, как маленького ребёнка, да ещё и своего друга подключаешь к этому глупому обману.

– Никто тебя не разыгрывает, я тоже в начале думал, что Руди меня разыгрывает, но потом он меня убедил, что все это самая настоящая правда. У него, на мой взгляд, были очень неоспоримые доказательства его правоты и теперь мне просто необходима твоя помощь, как медика, – оправдываясь зачастил Стив.

– Какая от меня в этом вопросе нужна помощь, если вы меня разыгрываете? – озадачилась Эмили.

– Мне нужно максимально полное медицинское обследование Руди, – закончил Стив.

– Пройти медицинское обследование – это не так и сложно. Наша амбулатория единственная в городке, а у Руди у нас в городке своего врача нет, а значит он имеет полное право обратиться ко мне за медицинской помощью, – сказала Эмили.

– Вот и отлично, – радостно ответил Стив. – Ты не против Руди если мы тебя ради науки немного помучаем?

– Нет. Нисколько. Ради науки я готов и потерпеть экзекуции, – улыбнулся Руди.

– Но я все – таки не очень – то верю в ваш рассказ и думаю, что вы меня разыгрываете, – задумчиво произнесла Эмили.

– Ну, в том, что мы с тобой искренни и не обманываем, у тебя будет очень скоро возможность убедится самой после проведения обследования Руди, – радуясь, что Эмили согласилась помочь, ответил Стив.

– Я приду в амбулаторию в любой день, когда вы мне скажите, – сказал журналист.

– Очень хорошо, тогда мы договорились, – заключил Стив. – Я возьму у Руди биологический материал для проверки ДНК в моей лаборатории, а ты Эмили поможешь получить нам полное медицинское заключение о состоянии здоровья Руди. Думаю, что ни у кого в амбулатории не вызовет подозрение, что отдыхающий захочет проверить своё здоровье?

– У меня такое ощущения, что я участвую в какой – то тайной шпионской операции, – засмеялась Эмили. – Но все – таки вы меня не убедили, что передо мной действительно чудо природы. Ты извини, Руди, но ты больше похож на студента. Тебе даже двадцатьпять не дашь, а вы говорите про седую старину, – с сомнением в голосе произнесла Эмили.

– А кто тебе сказал, что старина должна быть седой? – смеясь спросил Руди. – У меня скоро юбилей будет – пятьдесят лет, и я ещё далеко не седой, но я не хочу об этом всем говорить, очень не хочется попасть под объективы камер прессы, но об этом никому ни слова.

– Ты, журналист, и боишься, что о тебе будут говорить пресса? – засмеялась Эмили. – Да многие люди отдали бы что угодно, лишь бы стать популярным.

– Пойми, Эмили, это очень серьёзно, что открыл мне о себе Руди, ведь во всем мире, если нашу правоту подтвердит совместная с тобой проверка, не найдёшь ещё одного такого человека. И тут есть чему боятся, потому что его не только информационные агентства всего мира будут разрывать на части, но и военные, да ещё и разные спецслужбы могут взять в крутой оборот, да так, что мало не покажется. Все учёные захотят урвать свой кусочек от Руди для исследований в лабораториях. Я бы тоже на месте моего друга перепугался объявлять во всеуслышание, что я необычный человек, – твёрдо сказал Стив.

– Может так оно и есть, как ты говоришь, но почему он открылся именно тебе, Стив? – спросила Эмили.

– Потому, что твой парень лучший в мире генетик, – ответил за Стива журналист. – И он очень близко подошёл к решению проблемы долгожительства человека. Я не знаю почему у меня есть свойства, которыми не обладают другие люди и до конца не знаю всех свойств своего организма, но я хочу, чтобы Стив смог закончить свою работу и сделать человека более жизнестойким. Много умных, талантливых и просто замечательных людей уходят из жизни раньше времени, не успевая свершить множество очень нужных для всех нас дел. Разве это справедливо, Эмили? – спросил Руди.

– Конечно это несправедливо, когда умные и добрые люди безвременно уходят из жизни. У меня мама была тоже очень доброй, и она ушла из жизни намного раньше своего времени из – за болезни, – отвернула голову в сторону Эмили.

– Извини, я не хотел задевать твои чувства, – смутился Руди.