Текст книги "Что я без тебя..."

Автор книги: Джудит Макнот

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 26 страниц) [доступный отрывок для чтения: 11 страниц]

Глава 23

– Все в порядке, Шерри в парке и ничего не услышит, – объявил Стивен, тщательно закрывая за собой двери. – Простите, что заставил вас ждать, но вы оказались более пунктуальными, чем я ожидал.

Он сел к своему письменному столу, обвел взглядом присутствующих и сразу перешел к делу.

– Чтобы не отвлекаться на мелочи, касающиеся представления Шерри обществу, – начал он веселым и в то же время деловым тоном, – давайте перейдем непосредственно к вопросу о потенциальных женихах. Вы захватили списки?

Женщины зашуршали своими ридикюлями, а Уайткомб полез в карман за списком, составленным им по просьбе Стивена. Старая герцогиня передала Стивену сложенный вдвое лист, сочтя необходимым обратить внимание собравшихся на то, что сейчас больше всего ее волновало.

– Без приданого невеста не невеста, и вряд ли на нее найдется охотник, какой бы привлекательной она ни была. Если отец ее человек несостоятельный…

– Я обеспечу ей вполне приличное приданое, – не дав договорить герцогине, заявил Стивен и едва стал просматривать список, как на лице его попеременно отразились ужас и веселье. – Лорд Гилберт Ривз? Сэр Фрэнсис Баркеч? Сэр Джон Тизяейл? Но, мама, Ривз и Баркеч лет на пятнадцать старше Шерри. А внук Тиздейла был моим сокурсником в университете. Это же старики!

– Ну и что, я тоже старуха! – оправдывалась мать. – Ты просил составить список неженатых знакомых, достойных людей, и я выполнила твою просьбу.

– Понятно, – согласился Стивен, едва сдерживая смех. – Пока я просмотрю остальные списки, может быть, ты вспомнишь кого-нибудь помоложе, не обязательно из твоих личных знакомых. – И он с улыбкой обернулся к невестке, однако при взгляде на ее длинный список улыбка тотчас исчезла. – Джон Марчмэн? – нахмурился он. – Марчмэн – завзятый спортсмен. Чтобы повидаться с ним, Шерри придется преодолеть все реки Англии и Шотландии и провести остаток жизни в охотничьих угодьях.

Уитни смутилась, но тут же заметила:

– Зато он красавец и очень занятный человек.

– Марчмэн? – недоверчиво переспросил Стивен. – Да он панически боится женщин! В свои почти сорок краснеет, как мальчишка, оказавшись в компании симпатичной девушки.

– Не важно, зато он добрый и славный. Стивен рассеянно кивнул, скользнул глазами по следующей строчке и снова поднял их на Уитни.

– Маркиз де Саль вообще не годится. Закоренелый ловелас и повеса.

– Возможно, – дипломатично согласилась Уитни, – но он обаятелен, богат и знатен.

– Кроули и Уилтшир еще зелены и к тому же вспыльчивы, – продолжал Стивен, – не говоря уже о том, что Кроули глуповат, а его приятель Уилтшир – полный болван. Когда несколько лет назад они стрелялись на дуэли, Кроули прострелил себе ногу. – И не обращая внимания на хихиканье невестки, Стивен презрительно добавил:

– Годом позже они снова нашли повод для дуэли, и Уилтшир всадил пулю прямо в дерево.

Уитни снова рассмеялась, тогда Стивен с укором сказал:

– Это было совсем не смешно, потому что пуля, выпущенная Кроули, тоже попала в дерево, однако срикошетила в Джейсона Филдинга, примчавшегося к месту дуэли, чтобы остановить этих идиотов. Не будь Джейсон ранен в руку, плохо пришлось бы Кроули. Так что не сомневайтесь, они в два счета сделали бы Шерри вдовой, причем по собственной глупости.

Прочтя следующие две фамилии, Стивен мрачно взглянул на Уитни.

– Уоррен – слащавый хлыщ! Сэрэнджлей – ужасный зануда. Надеюсь, ты понимаешь, что эти двое вообще не годятся в женихи, тем более для такой умной, интеллигентной молодой особы, как Шерри.

За десять минут Стивен по той или иной причине, казавшейся ему вполне серьезной, отклонил почти всех потенциальных женихов и не мог не заметить, что этот факт позабавил присутствующих.

Наконец он дошел до последнего в списке Уитни, и с лица его исчезла улыбка.

– Родди Карстерс! – с негодованием воскликнул он. – Да я близко не подпущу к Шерри этого разодетого в пух и прах эгоистичного коротышку с языком острее бритвы! Он только потому и холост до сих пор, что не нашел женщины, которую счел бы достойной себя!

– Родди вовсе не коротышка, – запротестовала Уитни, – хотя и не очень высокий. К тому же он мой близкий друг. – Она прикусила губу, чтобы не рассмеяться, и добавила:

– Ты чересчур придирчив, Стивен.

– Я просто реалист, – ответил он, отложив список Уитни, взял тот, что составил Хью Уайткомб, пробежал глазами и тоже отложил. – Видимо, у вас масса общих друзей с моей матерью.

Не скрывая досады, Стивен вздохнул, обошел стол и, прислонившись к нему, скрестил руки на груди.

– Я вижу, ты не подготовил списка, – сказал Стивен, разочарованно и в то же время с надеждой глядя на брата, – но уверен, у тебя есть подходящая кандидатура.

– Говоря по правде, – с иронией ответил брат, – я подумал кое о ком, когда слушал, как ты отвергаешь всех подряд кандидатов.

– Ну и?

– И пришел к выводу, что есть только один подходящий. Разумеется, он не соответствует всем твоим высоким требованиям, но лучшего претендента на ее руку просто не найти.

– Ну слава Богу! Кто же он?

– Ты!

Слово повисло в воздухе. Наконец Стивен холодно произнес:

– Я не гожусь в женихи! – И почему-то в голосе его прозвучали нотки горечи.

– Отлично!.. – весело воскликнул Николае Дю Вилль, мгновенно завладев всеобщим вниманием, и достал из кармана лист бумаги со своим семейным гербом. – Как видите, я не терял времени и составил свой список, поскольку тоже был приглашен на семейный совет.

– Очень любезно с вашей стороны взять на себя такой труд, – заметил Стивен, беря у Дю Билля список и удивляясь, что абсурдная ревность брата к Николасу теперь передалась и ему.

Николае Дю Вилль был не только красивым, образованным и хорошо воспитанным, но еще и остроумным и чертовски симпатичным. В его списке значилась одна-единственная фамилия, написанная поперек листа. Стивен, прищурившись, посмотрел на Дю Вилля.

– Вы решили пошутить?

– Не вижу в этом ничего смешного, – как ни в чем не бывало ответил тот.

Не веря своим ушам, Стивен продолжал сверлить его взглядом, вдруг обнаружив, что во всем облике Дю Билля, в улыбке, даже в том, как он играл перчатками, которые держал в руке, сквозит высокомерие. Сообразив, что никто пока не понимает, о чем идет речь, Стивен решил объяснить всем суть дела, а заодно проверить, насколько серьезны намерения Дю Вилля.

– Вы действительно претендуете на руку Чариз Ланкастер и хотите, чтобы мы обсудили вашу кандидатуру?

– А почему бы и нет? – вопросом на вопрос ответил Ники, явно наслаждавшийся смятением Стивена. – Не такой уж я старый, не коротышка, ни разу не всадил пулю в собственную ногу. Не люблю удить рыбу, не увлекаюсь охотой и, хотя не лишен кое-каких недостатков, никто не скажет, что я разодет в пух и прах или же что у меня острый как бритва язык.

«Зато скажут, что ты эгоистичен, – подумал Стивен со все возрастающей к Дю Биллю враждебностью. – К тому же пресыщен жизнью». Стоило Стивену представить себе, как слащавый француз страстно обнимает Шерри и ее атласные волосы водопадом струятся по его руке, как враждебность перешла в лютую ненависть. Итак, Шерри – добрая, целомудренная, бесшабашно веселая, смелая, отзывчивая – будет принадлежать Дю Биллю, который… женится на ней.

Но тут здравый смысл взял верх над эмоциями, и Стивен подумал, что Дю Билль подходит Шерри по всем статьям. В высшем обществе его считают прекрасной партией для любой девушки.

– Следует ли мне принять ваше молчание за согласие? – осведомился Дю Билль с таким видом, будто заранее знал, что у Стивена не может возникнуть никаких возражений.

Правила приличия повелевали Стивену быть учтивым, и он скрепя сердце с подчеркнутой вежливостью ответил:

– Конечно. Даю вам свое благословение в качестве… – Он хотел сказать «опекуна», но осекся, вспомнив, что не является официальным опекуном девушки.

– В качестве жениха поневоле, – подсказал Дю Билль, – который жаждет остаться холостяком и в то же время не испытывать угрызений совести по отношению к девушке, выдав ее замуж?

Заметив, что на скулах у Стивена заиграли желваки, а в прищуренных голубых глазах появился знакомый ей зловещий блеск, Уитни забеспокоилась, как бы Стивен не набросился на Дю Билля с оскорблениями, забыв, что Николае – друг Уитни и гость в его доме. И опасения ее подтвердились. Стивен выпрямился и окинул Ники презрительным, уничтожающим взглядом.

Уитни вся напряглась, надеясь, что Стивен просто поддразнит Ники, сказав, что сам решил жениться на Шерри. Но вместо этого он с вызовом заявил:

– Надо еще подумать, годитесь ли вы Шерри в женихи, Дю Билль. Когда мы отвергали одного из возможных претендентов, насколько я помню, прозвучало слово «похоть»…

– Не было этого! – воскликнула Уитни с таким отчаянием, что Стивен невольно оглянулся на невестку, а она, воспользовавшись моментом, в сердцах сказала:

– Стивен, прошу тебя, не срывай зло на Ники, который просто хочет помочь. – И она быстро взглянула на Дю Билля. Тот будто окаменел и скорее походил на потенциального убийцу, чем на кандидата в женихи.

А ее несносный муж сидел рядом с таким видом, будто наслаждался разыгравшимся скандалом. Но тут, словно угадав ее мысли, Клейтон вмешался.

– В самом деле, Стивен, зачем третировать будущего зятя, – сказал он, рассчитывая шуткой разрядить обстановку.

– Кого-кого? – поморщившись, переспросил Стивен.

– Разве не ты обещал обеспечить приданое, даже приличное, значит, принял на себя роль отца, – ответил Клейтон с усмешкой. – Да и рано еще злиться на Дю Вилля, он пока только кандидат в женихи, а не муж. Подожди до свадьбы.

Противники вмиг остыли, осознав всю абсурдность затеянной ими ссоры, однако Уитни облегченно вздохнула, лишь когда Стивен протянул Ники руку в знак примирения.

– Добро пожаловать в нашу семью, – с иронией произнес он.

– Благодарю, – ответил Ники, пожав ему руку. – А на какое приданое я могу рассчитывать? – пошутил он.

– Теперь, когда главное препятствие мы преодолели, – сказал Стивен, возвратившись на свое место, – перейдем к вопросам, связанным с предстоящим выходом Шерри в свет.

– Это не имеет смысла, – возразила Уитни, к немалому удивлению Стивена, – поскольку кандидат в женихи уже есть.

Стивен мельком взглянул на нее и, убрав со стола лист бумаги, сказал:

– Но у Шерри должен быть выбор, следовательно, ее необходимо вывозить в свет. И желательно, чтобы она сделала свой выбор к тому времени, когда к ней вернется память, если вообще такое произойдет. Это облегчит ее горе, когда она узнает о смерти Берлтона.

– Вряд ли столько всего случится за такой короткий срок, – заявил Дю Вилль.

Стивен отклонил его возражение, энергично тряхнув головой.

– В данном случае можно на это рассчитывать. Она едва была знакома с Берлтоном. В Америке он пробыл недолго и просто не успел завоевать ее сердце.

Против столь логичного заявления трудно было что-либо возразить, и начались споры о том, как ввести Шерри в общество, которым, казалось, не будет конца. Высказывались самые различные предположения о том, какие могут возникнуть проблемы, если Шерри начнет выезжать в свет, и разумные, и абсурдные, и раздражение Стивена все росло.

Глава 24

Прошло около часа, Стивен с ходу отвергал любые возражения против предложенного им плана, когда Хью Уайткомб неожиданно решил оценить его с профессиональной точки зрения, как лечащий врач Шерри.

– Прошу прощения, но я не могу дать на это своего согласия, – заявил он без обиняков.

– Может быть, изложите свои соображения на сей счет, – не без ехидства сказал Стивен, раздосадованный категоричностью врача, видимо, считавшего свое мнение решающим.

– Пожалуйста. Ваш расчет на то, что мисс Ланкастер, американке, простят незнание наших традиций и неумение держать себя, как принято в высшем обществе, отчасти справедлив. Но она сама это обнаружит, поскольку достаточно умна и сообразительна. И это будет для нее еще одним потрясением, чего я не могу допустить. За несколько дней, оставшихся до начала сезона, невозможно изучить все, что требуется для настоящего дебюта в обществе такой умной девушки, как Чариз Ланкастер.

– И не только это, – вступила в разговор Уитни, – за такой короткий срок мы даже не успеем приготовить ей надлежащий гардероб для выхода в свет. Мадам Ласаль, да и другие подходящие портнихи завалены заказами своих постоянных клиентов и вряд ли возьмутся за наш заказ, как бы мы на них ни давили.

Сочтя вопрос, поднятый Уитни, второстепенным, Стивен сосредоточил все внимание на аргументации Уайткомба.

– Мы не можем держать девушку взаперти. Надо, чтобы она встречалась с потенциальными женихами. К тому же пойдут разговоры о том, что мы ее прячем, а сама она начнет подозревать, будто мы стыдимся ее и потому не вывозим в свет.

– Этого я не учел, – согласился Уайткомб, озадаченный таким оборотом дела.

– Предлагаю компромисс, – сказал Стивен, удивляясь, почему все говорят только о трудностях, а не о том, как их преодолеть.

– Сведем ее выход в свет до минимума. Всякий раз кто-нибудь из нас будет ее сопровождать и постарается оградить от лишних вопросов.

– Но от вопросов, кто она такая и почему потеряла память, вам не удастся ее оградить.

– Мы будем говорить правду, только не вдаваясь в подробности. Скажем, что она получила травму, что все мы знаем ее, что она из хорошей семьи и у нее прекрасный характер, но в настоящее время она не может ответить на некоторые вопросы.

– Вспомните, какими жестокими подчас могут быть люди! Ее неведение, чего доброго, примут за слабоумие.

– Слабоумие? – фыркнул Стивен. – Интересно, когда в последний раз вы были на балу дебютанток и пытались вести умный разговор с какой-нибудь девицей, попавшей на свой первый бал? – И, не дожидаясь ответа, сказал:

– Никогда не забуду, как посетил однажды подобный раут, – половина дебютанток способна была беседовать лишь о модах и о погоде, а вторая половина умела только краснеть и жеманиться. Шерри необычайно умна, и это будет ясно любому, у кого есть хоть несколько извилин в мозгу.

– Вряд ли кто-нибудь сочтет ее недалекой, – задумчиво вставила Уитни. – Скорее, таинственной, особенно люди молодые.

– Итак, этот вопрос решен, – заявил Стивен тоном, не терпящим возражений. – Вы с матерью, Уитни, подготовите гардероб для Чариз. Один из нас будет постоянно ее сопровождать. Первым делом повезем Чариз в оперу, где не так просто с ней познакомиться, затем в музыкальный салон, после этого в несколько домов на чашку чая. С ее внешностью она сразу обратит на себя внимание, а поскольку редко будет появляться в свете, заинтригует всех своей таинственностью, что, по словам Уитни, нам на руку.

Очень довольный тем, что основные проблемы решены, Стивен обвел взглядом присутствующих и спросил:

– Кажется, все?

– Нет, не все, – возразила старая герцогиня. – Девушка не может оставаться с тобой в одном доме. Это испортит ей репутацию, и тогда нечего рассчитывать на подходящую партию. Так что все наши усилия пропадут даром. Я удивилась бы, узнав, что слуги уже не болтают бог знает что.

– Слуги ее обожают. И слова дурного о ней не скажут.

– Допустим, но они часто общаются со слугами из других домов и даже без злого умысла, просто для интереса, могут все рассказать. Постепенно по городу поползут слухи о том, что Чариз – твоя любовница. Нет, мы не можем так рисковать!

– Мы с Клейтоном могли бы пригласить ее к нам, – без особого энтузиазма сказала Уитни, заметив устремленный на нее взгляд Стивена. Однако такое решение вопроса ее не устраивало, ей не хотелось разлучать Шерри со Стивеном. Но из-за бесконечных приемов они все равно не будут видеться по несколько дней, а если и встретятся, то на какие-нибудь пять – десять минут.

– Прекрасно, – не без досады согласился Стивен. – Она переселится к вам.

– Сожалею, но ваш план мне не по душе, – заявил доктор, сняв пенсне и протирая его платком.

– Что вы хотите этим сказать? – Стивену стоило огромного труда не наговорить грубостей упрямому старику.

– Я не могу допустить, чтобы девушка оказалась в доме с малознакомыми ей людьми, – пояснил он и, не дав Стивену рта раскрыть, мрачно добавил:

– Мисс Ланкастер считает Стивена своим женихом, страстно влюбленным в нее. Это он сидел у ее постели, когда она была на грани жизни и смерти, и доверяет она только ему.

– Постараюсь ей объяснить, что, оставаясь здесь, она рискует подвергнуться остракизму со стороны общества, – отчеканивая каждое слово, произнес Стивен. – Надеюсь, она поймет, что это просто-напросто неприлично.

– Насколько мне известно, приличия ее мало волнуют, – спокойно возразил Уайткомб. – Иначе она вряд ли появилась бы в этом самом кабинете облаченная в пеньюар в тот вечер, когда я ее навестил.

– Стивен! – с упреком произнесла старая герцогиня.

– Ей просто нечего было надеть, – пожал плечами Стивен.

– Я не допущу, чтобы она находилась тут без компаньонки, – вмешался в разговор Николае Дю Вилль.

– Не допустите? По какому праву?

– По праву ее будущего супруга. Ведь я должен буду ввести ее в свою семью!

Откинувшись в кресле, Стивен сцепил пальцы рук и с минуту смотрел на Ники с нескрываемой антипатией, после чего ледяным тоном заявил:

– Что-то я не припомню, чтобы вы просили ее руки, Дю Вилль!

– Хотите, чтобы я сделал это прямо сейчас? – вскинув бровь, с вызовом спросил Ники.

– Хочу, чтобы у нее было право выбора, я уже говорил вам об этом, – зловещим тоном напомнил Стивен, все больше и больше поражаясь, как может его брат терпеть этого высокомерного ублюдка рядом со своей женой. – В данный момент вы один из возможных претендентов на ее руку. Не более. И если хотите остаться им еще хоть на минуту, предлагаю…

– Я могу побыть здесь с мисс Ланкастер, – заявила старая герцогиня в расстроенных чувствах.

Стивен и Николае нехотя закончили перепалку и, словно по команде, посмотрели на Уайткомба, ожидая, что он скажет. Однако Хью медлил с ответом, продолжая протирать пенсне и стараясь представить себе, как скажется присутствие старой герцогини на отношениях между Чариз и Стивеном. Своим вмешательством эта величественная женщина, на редкость проницательная, способна лишь разрушить окружающую молодых людей атмосферу интимности, в которой так заинтересован Хью. Сама того не желая, герцогиня будет стеснять Шерри, вселять в нее страх. И доктор тут же придумал весьма убедительный аргумент, чтобы заставить герцогиню отказаться от своего намерения.

– Боюсь, как бы обязанности компаньонки не повредили вашему здоровью, ваша светлость, – сказал Хью. – Помните, что с вами было в прошлом году? Я не хочу повторения.

– Но ведь вы сами говорили, что ничего серьезного, – запротестовала герцогиня.

– Совершенно верно. Но вы должны беречь себя.

– Доктор прав, мама, – сказал Стивен и, чувствуя, что и так обременил семью своими личными проблемами, добавил:

– Нужно найти постоянную компаньонку с хорошим характером и незапятнанной репутацией.

– Лусинда Трокмортон-Джонс, – сказала после минутного размышления герцогиня. – Никто не посмеет усомниться в репутации молодой леди, которую она опекает.

– Боже правый, нет! – воскликнул Хью так громко, что все ошеломленно уставились на него. – Возможно, в самых лучших домах Англии и считают эту ведьму с лошадиной физиономией превосходной дуэньей, но я абсолютно уверен, что по ее милости мисс Ланкастер снова окажется на больничной койке! Эта женщина так и сверлила меня глазами, когда я накладывал мазь на обожженный палец ее подопечной, видимо, заподозрив меня в намерении совратить девушку.

– Ладно! А вы кого предлагаете? – резко спросил Стивен, едва сдерживая ярость.

– Позвольте мне самому подобрать компаньонку для Чариз, – к немалому удивлению Стивена, ответил Хью. – Есть у меня на примете одна женщина, по-моему, вполне подходящая. Она одинока и не занята никакими делами. Не знаю только, позволит ли ей здоровье.

– Кто же это? – с любопытством спросила старая герцогиня.

Опасаясь, как бы она в силу своей проницательности не раскритиковала предложенную им кандидатуру, Хью решил сделать то, что задумал, после чего поставить их перед свершившимся фактом.

– Мне надо еще немного времени, чтобы прийти к окончательному решению, – уклончиво ответил доктор. – Возможно, завтра я привезу сюда эту женщину. Еще одна ночь в доме Стивена не причинит Чариз никакого вреда.

В этот момент в дверь постучали, и Кольфакс доложил, что мисс Ланкастер подъезжает к дому.

– На сегодня, пожалуй, все, – сказал Стивен, поднимаясь с кресла.

– Нет, не все, – возразил Клейтон. – Хотел бы я знать, как ты добьешься согласия своей невесты на поиски нового жениха? Ведь от подобного унижения ее может хватить удар! И что ты предпримешь, если где-нибудь на рауте она скажет, что помолвлена с тобой? Ведь в этом случае она может стать просто посмешищем.

Стивен хотел было снова напомнить, что никакой он ей не жених, но не стал этого делать, лишь бросил:

– Что-нибудь придумаю. Не позднее чем завтра.

– Будьте тактичны, – предупредил Хью. – Не расстраивайте ее.

Уитни поднялась и стала натягивать перчатки.

– Мне надо немедленно нанести визит мадам Ласаль. Будет чудом, если в самый разгар сезона я смогу ее убедить принять заказ на целый гардероб для нашей дебютантки Чариз.

– Чудо тут ни при чем, нужна целая куча денег, так что Стивену придется раскошелиться, – с усмешкой сказал ее муж и добавил:

– Я подброшу тебя в салон по пути к Уайтам.

– Уайты живут в противоположном конце, – заметил Ники. – Если позволите, я провожу вашу супругу к портнихе, а по дороге она посоветует мне, как завоевать доверие мисс Ланкастер.

Не найдя причины для отказа, Клейтон кивнул, а Дю Вилль предложил руку Уитни, которая, прежде чем уйти, чмокнула мужа в щеку. Когда гости направились к выходу, братья с ненавистью смотрели вслед удалявшемуся Дю Виллю.

– Представляю, сколько раз у тебя чесались руки дать хорошую зуботычину этому типу.

– Столько же, сколько и у тебя, – сухо произнес Клейтон.

– Ну и что ты обо всем этом думаешь, Ники? – спросила Уитни, предварительно убедившись, что дворецкий закрыл за ними дверь и не подслушивает.

Сделав знак своему кучеру, Дю Вилль с улыбкой ответил:

– Думаю, что твой муж и твой деверь жаждут сейчас моей крови.

Уитни сдержала смех, потому что в этот момент кучер бросился опускать подножку экипажа.

– Особенно Стивен, – сказала Уитни, устраиваясь на сиденье.

– Страшно подумать, – усмехнувшись, произнес Николае, – учитывая темперамент Стивена и его репутацию меткого стрелка.

Уитни вдруг посерьезнела.

– Ники, мой супруг достаточно ясно сказал, что не следует вмешиваться в эту историю. Мне казалось, ты понял, когда я делала тебе знаки, чтобы ты не лез в претенденты на руку мисс Ланкастер. Ты должен снять свою кандидатуру под любым предлогом, как только представится случай. Клейтон редко запрещает мне что-либо, и я не стану идти ему наперекор.

– Ты тут ни при чем, cherie77
  дорогая (фр.).


[Закрыть]. Если кто и при чем, так это я. Кроме того, речь шла лишь о членах семьи. А я, к моему величайшему сожалению, к таковым не отношусь.

Он самодовольно ухмыльнулся, и Уитни поняла, что Ники просто флиртует с ней.

– Ники…

– Да, любовь моя?

– Не говори так.

– Слушаюсь, ваша светлость.

– Помнишь, какой наивной и неловкой я была, когда впервые появилась в свете, а ты меня сопровождал?

– Ты никогда не была неловкой, cherie. Только наивной и непосредственной и пренебрегала условностями.

– Чариз Ланкастер такая же, – продолжала развивать свою мысль Уитни. – Твое внимание к ней она может принять за настоящее чувство. Не вздумай влюбить ее в себя. Я не вынесу, если из-за нас состояние ее здоровья ухудшится.

Ники вытянул свои длинные ноги, о чем-то задумавшись, с минуту смотрел на них, после чего с улыбкой обратился к Уитни:

– Помнишь, на твоем дебюте я посоветовал тебе не принимать легкий флирт за проявление серьезных чувств, чтобы потом не испытать разочарования.

– Помню.

– И кончилось тем, что ты отвергла меня.

– Но ты быстро утешился с помощью выстроившихся в длинную очередь жаждущих тебя леди. Ники не возражал, лишь заметил:

– У вас с Чариз Ланкастер много общего, я понял это, как только увидел ее. Она тоже очень своеобразна, во всяком случае, мне так показалось, и я жажду в этом убедиться.

– Она отличная пара для Стивена, Ники. Доктор тоже такого мнения. От тебя же требуется только одно: уделить ей немного внимания и тем самым вызвать ревность Стивена…

– Полагаю, что справлюсь с этой задачей с первого же захода, – хмыкнул Николае.

– Да уж, пожалуйста, пусть Стивен видит, насколько она привлекательна, и поймет, что может ее потерять.

– Только позволь мне действовать по собственному усмотрению, если не хочешь, чтобы я вмешивался, как того требует твой муж. Договорились?

– Договорились.