444 000 произведений, 109 000 авторов.

Электронная библиотека книг » Джон Демидов » Теневой мир. Часть 2 (СИ) » Текст книги (страница 4)
Теневой мир. Часть 2 (СИ)
  • Текст добавлен: 31 октября 2026, 21:30

Текст книги "Теневой мир. Часть 2 (СИ)"


Автор книги: Джон Демидов



сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 14 страниц)

Глава 7

После открытия портала мастер теней не стал терять времени, и сразу же шагнул внутрь, вынуждая нас последовать следом за ним, и спустя несколько мгновений все мы оказались на новом месте.

Первое, что бросилось в глаза – это самая настоящая японская пагода, которая, судя по внешнему виду, знавала намного лучшие времена. Трёхъярусное строение из тёмного дерева стояло на берегу небольшого пруда, поверхность которого покрылась ряской и кувшинками. Деревянные балки, некогда покрытые ярко-красной краской, облупились и почернели, а с крыши свисали высохшие ветки и мох, что придавало всей картине самый настоящий постапокалиптический вид.

Вокруг пагоды росли старые сакуры, ветки которых уже давно перестали цвести, и их пустые ветки, тянущиеся к небу, завершали весьма мрачную картину, создавая впечатление, что место это было явно недобрым.

После переноса, мастер теней сразу же замер на месте, и начал внимательно сканировать окружающее пространство, практически мгновенно сконцентрировавшись на пагоде… На его губах появилась едва заметная, снисходительная усмешка, словно он искренне забавлялся происходящим, и в этот момент хозяин пагоды решил все-таки выйти к дорогим гостям в нашем лице…

Сначала я услышал какой-то шаркающий звук, а спустя несколько мгновений из пагоды вышел старик, и начал спускаться в нашу сторону по рассохшимся деревянным ступеням. Он был невысокого роста, с длинной седой бородой, которая спускалась почти до самого пояса, а одет он был в старое, безнадежно выцветшее кимоно, которое, как и пагода в целом, явно знавало лучшие дни.

Не смотря на весьма дряхлый вид – я сразу понял, что этот старик далеко не так прост и безобиден, как хочет казаться. Сам же старик тем временем наконец спустился с нижней ступеньки, и увидев нас, остановился, а потом его лицо начало медленно расплываться в предвкушающей ухмылке, словно он готовился к чему-то крайне веселому…

Это его выражение лица продержалось ровно до того момента, пока он не увидел мастера теней, а как только это произошло – он резко замер, словно наткнувшись на невидимую стену, а его горящие предвкушением глаза очень быстро наполнились каким-то первобытным ужасом, как будто он только что осознал, что его противник на самом деле совсем не тот, за кого он его принимал…

Как только хранитель это осознал – он стал изображать из себя статую, чтобы не дай бог не спровоцировать мастера, и только слегка дрожащие руки выдавали истинный коктейль эмоций, который прямо сейчас бушевал в его душе… Это зрелище вызвало у меня немного не типичное садистское удовлетворение, а мастер вообще в открытую наслаждался полученной реакцией.

Спустя несколько мгновений, во время которых он с неприкрытым интересом изучал старика, мой будущий наставник издевательски протянул, ощущая свое превосходство:

– Ну надо же… Только не говори мне, что ты смог меня почувствовать… Обычно такие, как ты, не видят ничего дальше собственного носа.

Старик на это слегка заторможенно кивнул, словно его тело разом перестало принимать команды мозга, а потом, после нескольких секунд молчания, произнёс скрипучим, надтреснутым голосом, в котором слышалась самая настоящая обречённость и понимание, что его песенка спета, так толком и не начавшись:

– Да… И теперь мне предельно понятно, что за мор напал на других хранителей… Тяжело противостоять кому-то с таким погружением в изначаль…

В этот самый момент мастер теней внезапно резко вскинул руку, сразу после чего, прямо из воздуха сформировались несколько полупрозрачных лент, которые в считанные мгновения обхватили рот старика, лишая его возможности продолжить свою речь, и как только установилась тишина – мастер сказал немного ленивым голосом:

– Тебя никто не просил рассуждать, старик. Мы пришли сюда не за старческими бреднями.

После предательства Игната я ждал подставы практически от каждого разумного, кто не был связан со мной клятвами, а потому сразу обратил внимание на странное поведение мастера, которое однозначно указывало на то, что он не хотел, чтобы мы знали во что у него там погружение, и это заставляло задуматься…

Тем временем ленты, закрывающие рот хранителя, исчезли, на что старик, который уже смирился со своей участью, лишь индифферентно пожал плечами, словно его это уже не то чтобы сильно волновало, а потом сказал усталым голосом:

– Я понимаю, зачем вы пришли ко мне, но ты должен знать не хуже меня, что не смотря на то, что ты каким-то образом смог обойти ограничение системы на нахождение в этом мире – она все равно не позволит тебе убить меня.

Мастер на это лишь кивнул, одновременно легонько усмехнувшись, после чего, с чувством собственного превосходства он ответил, кивнув в нашу сторону:

– О… Вот за это можешь не волноваться… Как видишь, у меня есть достаточное количество местных, которые прекрасно справятся с этой задачей. Они – люди, и система не будет им препятствовать в этом увлекательном деле.

Услышав такие откровения, хранитель грустно усмехнулся, а потом, без всякой надежды в голосе, спросил тихим голосом:

– И что теперь? Неужели просто возьмешь и убьешь меня? Или всё-таки позволишь позабавиться напоследок? Я, знаешь ли, далеко не каждый день встречаю таких противников, и мне было бы очень интересно проверить, на что я способен.

Меня невольно передернуло, когда мастер после этой просьбы неожиданно серьезно задумался… Я четко видел, что он борется с чертовски сильным искушением, но к моему огромному облегчению он в конце концов всё-таки отрицательно покачал головой, а потом сказал безапелляционным голосом:

– Извини, старик… Но у меня сейчас совсем нет времени на эти игры, так что… Прощай.

Одновременно с этими его словами от пагоды и ближайших деревьев в сторону хранителя рванули неоформленные тени, которые прямо на наших глазах принимали очертания здоровенных стрел. Этим снарядам потребовалось всего несколько мгновений, чтобы долететь до старика и проткнуть его тело, вот только на этом магия мастера заканчиваться не собиралась…

Прошло всего несколько мгновений, и монструозные стрелы резко превратились в темный туман, который очень быстро принял форму цепей, жестко зафиксированных где-то на уровне земли, сразу после чего эти цепи начали неумолимо притягивать тело нашего противника к земле, и по итогу буквально распяли его, хорошенько при этом растянув.

К чести старика – он во время этого процесса не издал ни единого звука, хотя это даже выглядело больно… Он просто смотрел на мастера со странной обреченностью во взгляде, будто заранее знал о бесперспективности любых попыток сопротивления.

Как только наш противник оказался зафиксирован – мастер посмотрел на замершего Сурка, который все это время стоял с открытым ртом, наблюдая за разворачивающейся драмой, после чего яростно рявкнул, раздраженный не нужной задержкой:

– Если ты и дальше будешь тупить – я сейчас всё-таки отпущу этого слабака и хорошенько наслажусь представлением! Ты что, не слышал, что я сказал? Добивай его, и побыстрее!

Сурк после столь впечатляющей мотивации тут же отмер, и, хорошенько сконцентрировавшись, послал в тело старика огромнейшую молнию. Эта атака хорошенько его прожарила, и после нее старик впервые закричал… Но она оказалась слишком слаба для того, чтобы его убить.

Истошный крик хранителя очень не понравился мастеру и раздраженно поморщившись, он что-то сделал, и знакомые теневые полосы тут же заткнули рот пойманной жертве, после чего он посмотрел на Сурка и прошипел:

– Чего замер⁈ Продолжай! Чтобы он подох – ты должен показать что-то более впечатляющее, чем несколько жалких искр!

Слова про искры явно зацепили моего спутника, и раздраженно нахмурившись, он вскинул обе руки, которые начали стремительно покрываться голубыми искрами, и спустя несколько секунд послал в цель очередную молнию, которая была намного ярче предыдущей. Новый снаряд ударил хранителя в грудь, прожигая там небольшую дыру, и это было началом конца…

Третья молния ударила хранителя в живот, четвёртая прилетела в голову, после чего старик затих на несколько мгновений, и в этот момент пятая молния поставила точку на его жизненном пути. Как только это произошло – тело хранителя начало медленно растворяться, а Сурк тут же согласился с предложением системы и начал растворяться, отправляясь получать свои ништяки от колыбели, и стоило ему исчезнуть – на весь мир сразу же прогремело очередное сообщение:

ВНИМАНИЕ ВСЕМ НОСИТЕЛЯМ СИСТЕМЫ!

ЧЕТВЁРТЫЙ ХРАНИТЕЛЬ ТОЛЬКО ЧТО ПОСЕТИЛ КОЛЫБЕЛЬ МИРА «ЗЕМЛЯ» И ПОЛУЧИЛ СВОИ ДАРЫ.

В ЖИВЫХ ОСТАЛСЯ ТОЛЬКО ОДИН ХРАНИТЕЛЬ!

Как только Сурк растворился в воздухе, мастер тут же повернулся в мою сторону, после чего, даже не стараясь спрятать ленивую насмешку в голосе, произнес:

– Ну что, ученик, на этом всё? Или мой великий десятикольцовый монарх задумал сделать что-то ещё? Может, ещё пару хранителей найдём? Или мир спасать пойдём? У тебя же, я смотрю, талант на всякие грандиозные авантюры.

Я не стал вестись на эту простенькую подначку, понимая, что расположение мастера очень легко потерять, и в этот момент рядом с нами материализовалась фигура Сурка, избавляя меня от необходимости отвечать. Надо заметить, что наш маг выглядел немного ошарашенным после своего путешествия, но при этом на его лице сияла такая довольная улыбка, что я сразу понял – колыбель его явно не обидела. Он огляделся по сторонам, словно пытаясь свыкнуться с новыми ощущениями, а я не удержался от улыбки и спросил его:

– Ну что, доволен? Рассказывай давай – чем там тебя колыбель одарила?

Сурк уже открыл рот, чтобы ответить, но сделать этого не успел, а все из-за того, что Рита не выдержала и все-таки задала вопрос, который, судя по ее нервозному поведению, терзал ее уже очень давно:

– Сереж, я не понимаю… А почему ты отправил в колыбель этого остолопа, а не меня? Я ведь с тобой намного дольше, чем он, и точно заслужила не меньше!

Мысленно выдохнув, я почувствовал легкое раздражение, которое всегда возникало во мне, когда Рита начинала качать права, но в этот раз я его очень быстро подавил, потому что понимал – она действительно прошла со мной через многое, и её обида была вполне объяснимой. Именно поэтому я не стал злиться, а просто посмотрел в ее сторону, и спросил совершенно спокойным голосом:

– Рит, а самой подумать, не? Каким бы образом ты прибила хранителя? От твоего очарования он бы вряд ли откинулся… Вдумайся… Даже Сурку с его молниями пришлось выжать из себя всё возможное, чтобы прибить его, а у тебя атакующие навыки отсутствуют в принципе… Нет, ты, конечно, могла бы попробовать заболтать его до смерти, но я очень сомневаюсь, что у тебя бы это получилось…

Рита после моего ответа задумалась на несколько мгновений, и не желая признавать мою правоту, пробурчала колючим тоном:

– Да ради колыбели я бы его зубами загрызла, если бы потребовалось!

Но в следующий момент она вспомнила, как «аппетитно» выглядел старик, и как только этот процесс возник в ее сознании, то лицо девушки слегка передёрнулось, что заставило меня про себя усмехнуться.

Честно – меня прям подмывало немного поугарать над девушкой, но немного подумав, тему я все-таки развивать не стал, тем более что мастеру теней надоело молча наблюдать за нашей перепалкой, и он раздраженно пробурчал:

– Если вы наконец наворковались, то может, займёмся делом? Кейрон, куда отправить этих двоих? Или ты хочешь, чтобы я их с собой в теневой план потащил⁈

В этот самый момент сирены, которые до этого звучали где-то вдалеке, начали очень быстро приближаться, а в небесах даже застрекотал вертолет. У нас оставалось крайне мало времени до прихода японских властей, которые явно не обрадуются, обнаружив на своей земле группу российских туристов, которые, к тому же, еще и хранителя ухлопали… Нужно было уходить, и я на вопрос мастера просто покачал головой, после чего сказал:

– Мастер, не стоит торопиться… Сначала мы должны посетить ещё одно место, и только после этого мои спутники отправятся в Мерридор.

Мой будущий наставник на это только тяжело вздохнул, даже не пытаясь спрятать своего раздражения, после чего едва слышно пробурчал:

– Кто бы мог подумать, что меня будет использовать жалкий десятикольцовый мальчишка… Ладно, веди. За этих бесполезных можешь не переживать… Я заберу их с собой.

Я не стал обращать внимания на его ворчание, потому что прекрасно понимал – он просто не привык подчиняться, и сейчас чувствует себя не в своей тарелке. Вместо этого я хорошенько сосредоточился и старательно восстановив в памяти образ Марининой квартиры в Калининграде, призвал тени, чтобы осуществить переход…

Как только я оказался в знакомой комнате, то сразу же наткнулся на злющий взгляд Шани, которая насупившись сидела на диване, и, судя по её лицу, явно хотела многое мне высказать, чем сразу же и занялась:

– Ну наконец-то вернулся, блудная зелёнка! – выпалила она, вскакивая с дивана и тыкая в меня пальцем. – Ты какого харша оставил меня тут одну так надолго⁈ Тут же даже жрать толком нечего! Нет, Марина, конечно, милая, но её продуктовые запасы оставляют желать много лучшего! Я уже пару дней мечтаю о нормальном мясе, а тебя все нет и нет! Что я должна думать, без возможности вернуться в Сиалу⁈ Где тебя носило столько времени⁈

Я правда собирался все ей объяснить: и про арену, и про хранителей, и про то, что все вообще пошло не по плану, но сделать этого не успел, потому что в этот самый момент рядом со мной крайне эффектно появился мой будущий наставник, и возмущение Шани сразу сняло как рукой. Она настороженно уставилась на мастера с таким видом, словно она маленький зверек, который увидел крайне опасного хищника.

В этот же момент из портала, который мастер оставил открытым, вышли Сурк и Рита, которая, как только увидела Шани, сразу же восхищённо выдохнула и, уставившись на её небольшие рожки, не придумала ничего лучше, чем прямо в лоб спросить:

– Ух ты!!! Настоящие⁈

Шани после этого вопроса озадаченно посмотрела на меня, а потом немного ошеломленным голосом спросила:

– Это ещё что за явление харша народу? Ты где их откопал?

Я на это только пожал плечами, после чего сказал:

– А… Знакомься! Это наши новые члены клана. И можешь поверить – весьма перспективные.

Шани на это пробурчала что-то типа того, что с такими членами клан явно долго не просуществует, но в этот момент мастеру теней снова надоело терять время просто так, и он прорычал, обводя нас яростным взглядом:

– Хорош уже трепаться! Кейрон, или я прямо сейчас их отправляю, или я за себя не ручаюсь!

Я уже научился более менее разбираться в тоне мастера, а потому сразу же понял, что шутки кончились, и если я правда хотел не волноваться за своих соклановцев – нужно было ускоряться. Понятливо кивнув, я отступил в сторону и сказал:

– Отправляй их в Мерридор. Всех троих.

Сразу после этого я посмотрел на Шани, и кое-что вспомнив, открыл интерфейс и кинул ей приглашение в группу. Девушка замерла на несколько мгновений, но тупить не стала и приняла его, одновременно уставившись на меня вопросительным взглядом, на что я коротко ответил:

– Не выходи, чтобы у нас с тобой оставалась связь… Не хочу бросать вас на произвол судьбы.

Шани на это понимающе кивнула, явно довольная оказанным ей доверием, а в следующее мгновение их фигуры поглотили тени, и мои спутники исчезли, отправившись туда, где о них позаботятся…

Глава 8

Как только троица моих спутников растворились в тенях – мастер тут же ощутимо расслабился, и оно не удивительно… Судя по тому, что о нем говорили в Сиале – он очень не любил оставаться на виду, и лишние разумные вокруг него сильно его раздражали.

Стоило последней фигуре исчезнуть, как мастер тут же повернулся в мою сторону, и буквально впился в меня своим фирменным тяжелым взглядом, от которого у меня по спине непроизвольно пробежал холодок опасности…

– Ученик, – прорычал он хриплым голосом, который не допускал даже мысли о возражениях. – Только не говори мне, что у тебя есть ещё какие-то дела. Нет, я, конечно, понимаю, что ты молод, полон сил и энтузиазма, но моё терпение не бесконечно.

Не смотря на его тон, я продолжал ходить по острому лезвию ножа, просто потому что не мог поступить иначе, и легонько вздохнув, сказал:

– Ты на удивление проницателен, мастер! У меня действительно осталось последнее дельце, но оно и правда последнее, честное слово!

Когда я это говорил, то мысленно ожидал, что он взорвется и был готов к тому, что сейчас поднимется крик до небес, что меня снова придавит его силой и вообще я очень быстро пожалею о том, что додумался открыть свой рот… Но вместо этого мой будущий наставник просто тяжело выдохнул, пытаясь взять свои эмоции под контроль, а потом, нарочито спокойным тоном, который стоил ему немалых усилий, спросил:

– И что же это за дело такое, которое важнее, чем обучение у меня? Что вообще может быть важнее, чем-то, к чему мы шли все эти дни?

Мастер явно был настроен крайне негативно, но я отступать не собирался, поскольку прекрасно понимал, что времени это действительно заняло бы совсем немного:

– Тут недалеко есть одно местечко, где находятся крайне хорошие и верные люди, с которыми мы уже не один раз прикрывали друг другу спины в бою. Моему клану такие участники будут буквально на вес золота, потому что я уверен в том, что они не предадут.

Я собирался объяснить ему свой план подробнее, рассказать, о причинах моего доверия к этим людям, но мастер неожиданно прервал меня. Он резко поднял свою руку, заставляя меня замолчать, а потом посмотрел на меня таким разочарованным взглядом, что у меня внутри всё буквально сжалось от предчувствия чего-то нехорошего.

Мастер тем временем подошел к окну, и не отводя взгляда от улицы, отстраненным голосом произнес:

– А эти твои люди, случайно, не имеют отношения к тем, о чьем сборе ты договаривался с руководством вашего государства?

В этот момент я конкретно так потерялся и просто замер, судорожно пытаясь сообразить, откуда он знает о нашем разговоре с Романом Григорьевичем? Но потом до меня дошло. Тени. Он сам говорил, что путешествовал при помощи них по всему миру, и, судя по всему, видел гораздо больше, чем я мог себе представить.

Исходя из этих соображений, никакого смысла играть в несознанку не было, а потому я просто кивнул, подтверждая его догадки, на что мой будущий наставник тяжело вздохнул, а потом его глаза очень быстро начали наливаться тьмой, которая всегда брала над ним верх во время проявления сильных эмоций.

Прошло всего несколько мгновений, и от него в мою сторону неожиданно хлынул мощный поток силы, который буквально прибил меня к земле, словно лавина, а сам мастер, буквально испепеляя меня своим взором, начал орать:

– Ученик! Ну когда же уже, харш тебя побери ты перестанешь тупить⁈ Сколько можно верить каждому встречному, а потом героически за это огребать⁈ Я напомню, что эти люди хотели ВОСПОЛЬЗОВАТЬСЯ тобой, а ты до сих пор считаешь, что они будут держать свои слова⁈ Или ты надеешься на чудо, что в этот-то раз тебя не будут использовать втемную, как это делал твой драгоценный Игнат⁈

Я попытался возразить, сказать, что это совсем не одно и то же, но мастер не слушал меня. Он просто продолжал кричать, и с каждым его словом тяжелая сила все активнее давила на меня, желая расплющить на месте.

– Я готов поставить всю свою силу на кон, что если ты туда пойдешь, то снова окажешься в какой-то ловушке, только в этот раз я помогать тебе не буду! Может хоть так ты наконец поймешь, что в этом мире никто и никогда не действует бескорыстно, Кейрон! КАЖДЫЙ долбаный ублюдок, чей разум мощнее кацуки ОБЯЗАТЕЛЬНО преследует свою выгоду, и если ты этого до сих пор не понял – то ты просто глупец, который не заслуживает той силы, которую получил!

Он заводился всё больше, и его ярость точно не была наигранной. Он свято верил в то, что пытался донести до меня, но я помнил те теплые чувства, которые установились в нашей группе во время зачистки данжей, и никак не мог согласиться с ним и отказаться от людей, которые однажды доверились мне.

– Но есть же клятвы! – наконец выкрикнул я, внутренне торжествуя, что привел неоспоримый довод, и тут же продолжил: – Если мы заключим системную клятву – никто никого не сможет предать!

Услышав этот довод, мастер неожиданно замолчал и посмотрел на меня очень долгим взглядом. Мысленно я уже настроился на новый разнос, но мой будущий наставник вместо этого вдруг просто взял и рассмеялся. При чем это был не тот смех, который бывает у веселящихся людей… Это был холодный смех, приправленный взглядом, пропитанным жалостью, и не успел я узнать причин такого поведения, как мастер с сарказмом переспросил:

– Клятвы? Ты что же… Правда думаешь, что клятвы – это какая-то гарантия? Ты веришь, что «великая» система следит за нами и не позволит нарушить данную клятву? О, мой наивный ученик… Ты даже не представляешь, насколько сильно ты ошибаешься.

Сразу после этого он отошел от окна и быстро приблизился ко мне, заставив меня испуганно отшатнуться, потому что его глаза превратились в две щелки, откуда на меня смотрела сама тьма, и прошептал прямо в лицо:

– Смотри, ученик… Сейчас будет самый важный урок в твоей жизни…

В следующее мгновение он торжественным голосом, не отрывая от меня своего уничтожающего взгляда, произнес:

– Я клянусь, что не причиню вреда Кейрону в течение десяти минут, и призываю Семь сфер в свидетели этой клятвы!

Честно – все происходило так быстро, что я даже не успел осознать, что именно сделал мастер, но система не дремала и сразу же высветила перед моим лицом уже не раз виденное мной сообщение:

Внимание! Вам только что принесли системную клятву.

Мастер был в таком состоянии, что я втихаря порадовался неожиданному иммунитету от его атак, но не успел я даже дочитать полученное сообщение до конца, как мой будущий наставник ловким движением сформировал из теней небольшое, но накачанное силой по самое небалуйся копьё, и с мрачным удовлетворением во взгляде с силой запустил его прямо в меня.

Расстояние между нами было слишком маленьким, и я даже не успел подумать о смещении при помощи теней… Да что подумать… Я даже руки не успел поднять, чтобы защититься, как копьё уже пробило моё плечо насквозь, даже не притормозив…

Внимание! Вы получили проникающее ранение правого плеча!

Эффект: «Разрыв тканей» – скорость регенерации снижена на 50% в течение 6 часов 42 минут.

Эффект: «Ограничение подвижности» – функциональность правой руки снижена на 70% до полного заживления раны.

Рекомендация системы: немедленно обратитесь к целителю или используйте лечебный артефакт.

Боль была НАСТОЛЬКО сильной, что я от шока сразу упал на колени и закричал. Мое сознание отказывалось верить в то, что только что произошло, и что хлещущая кровь из раны – она моя…

Я смотрел на самодовольного мастера, и не понимал – как это вообще возможно⁈ Он же буквально только что дал клятву и призвал семь сфер, которые должны покарать его за нарушение, но ничего не произошло!

В этот момент я искренне желал, чтобы сферы наказали этого урода, но мои мольбы не были услышаны, и мне не оставалось ничего другого, кроме как молча сгорать от желания сделать так, чтобы этот самодовольная морда хотя бы на несколько мгновений почувствовала то, что чувствую я.

В конце концов мой будущий наставник сполна насладился моими мучениями, и насмешливым голосом спросил:

– Ну что? Где твои клятвы, Кейрон? Я только что дал тебе клятву и тут же её нарушил. Где наказание? Почему система не покарала меня?

Ответить на это мне было нечего, да и, если честно, из-за разрывающей сознание боли я бы вряд ли смог это сделать, даже если бы знал ответ…

Мастер тем временем снова резко приблизился ко мне, и понизив голос, прошептал прямо мне на ухо:

– А не будет кары, Кейрон! Несмотря на свою клятву, я могу делать с тобой ВСЁ, что захочу, и мне за это НИЧЕГО не будет!

Морщась от боли, я попытался спросить, как такое вообще возможно, но это оказалось выше моих сил, и я смог только хрипло выдавить:

– Но как… Почему…

Мастер на это лишь самодовольно усмехнулся, после чего вновь начал активировать какой-то навык, и несмотря на то, что делал он это нарочито медленно – я все равно не мог сопротивляться! Когда он активировал свое творение, я уже зажмурился в ожидании новой порции боли, однако время шло, а боли не было…

Когда я открыл глаза, то увидел, что вокруг моей раны сгустились тени и прямо на глазах затягивали полученное повреждение, а одновременно с этим уходила и боль…

Скосив глаза в сторону интерфейса, я увидел следующее:

Внимание! На вас применён навык «Теневое восстановление» (абс.).

Эффект «Разрыв тканей» снят.

Эффект «Ограничение подвижности» снят.

Здоровье восстановлено до 100%.

Все негативные эффекты устранены.

Мастер тем временем окончательно взял себя в руки и нормальным голосом, в котором не было ни капли от прежней ярости начал говорить:

– А потому, что всё зависит от трактовок, понимаешь? А еще от того, что разумный думает во время принесения клятвы.

Я все еще слабо понимал, к чему ведет мастер, на что он тяжело вздохнул и объяснил:

– Моя клятва звучала так, что я обещал тебе не причинять вреда, верно? И знаешь в чем прелесть? А в том, что в моём понимании – я этого так и не сделал! Мой удар – это не вред, а процесс воспитания, понимаешь? И система это схавает! Она не видит разницы между «воспитанием» и «вредом», если я сам считаю, что не причиняю вреда. И больше тебе скажу… Помимо этого, даже в такой коротенькой клятве есть куча скользких мест… Взять тот же срок… Я сказал тебе десять минут, так? А думать в этот момент я мог про минуты каладианцев, и если бы я так сделал, то озвученный срок прошёл бы быстрее, чем ты моргнул!

Надо признать, что слова мастера… Отрезвляли. Клятвы, на которые я так полагался, были всего лишь нелепой бутафорией от таких новичков как я, которые свято верят в непогрешимость системы, чем и пользуются другие, достаточно циничные носители, интерпретируя свои действия так, как им выгодно.

Мастер невероятно обрадовался, когда понял, что до меня наконец-то дошло, а потом решил закрепить свой успех и припечатал:

– Короче… Никаких тебе больше похождений, тем более твои люди навели нормального шороха во время своего ухода в этом вашем институте… Так что всё, хватит откладывать неизбежное… Нас ждёт теневой план.

Интерлюдия. Москва. Кремль.

Атмосфера в кабинете Романа Григорьевича была очень далека от жизнерадостной… Хозяин кабинета сидел за своим массивным столом из тёмного дерева, а его обычно непроницаемое лицо, отражало целую гамму эмоций, среди которых не было ни одной положительной.

Напротив него, вытянувшись по струнке, стоял Игнат с крайне обреченным видом, а чуть в стороне, у окна, стоял Константин Тарасович, который хоть и старался выглядеть невозмутимым, однако его постоянные попытки поправить идеально сидящий галстук выдавали его волнение с головой.

Сам хозяин кабинета молча смотрел на Игната тяжёлым взглядом, от которого у любого другого человека давно бы уже подкосились ноги, и только спустя несколько минут, которые показались всем присутствующим маленькой вечностью, наконец нарушил тишину, медленно выговаривая каждое слово:

– И насколько велика вероятность, что вас всё-таки опознали? С какой вероятностью меня уже через несколько минут начнут донимать японские дипломаты со своими нотами протеста, требуя объяснить, какого чёрта русские устроили в центре Токио⁈

Игнат на это тяжело вздохнул, прекрасно понимая, что ответ на этот вопрос никому не понравится, но юлить в этом кабинете было себе дороже, а потому он ответил чистую правду:

– Понимаете, Роман Григорьевич… Нам всем пришлось уходить в дикой спешке, потому что японские силовики буквально наступали нам на хвост, и стянули к парку чуть ли не весь свой спецназ. Миша едва успел открыть портал, как появились первые машины, и там уже было как-то не до заметания следов, так что… – он сделал небольшую паузу, сразу после чего продолжил:

– Так что, из-за спешки, мы почти наверняка что-то, да оставили. Какой-нибудь след, обертку от бинта, или гильзу… И если это действительно так, то вероятность паршивого исхода выше девяноста процентов. Японцы не дураки. Если они нас засекли, то будут копать… И обязательно докопаются.

Роман Григорьевич после такого ответа на мгновение прикрыл глаза, и эта его тишина была намного страшнее самого громкого крика. Это знали все в кабинете, а потому ни один из гостей не проронил ни единого слова, пока Роман Григорьевич не открыл глаза и произнес:

– Просто прелестно… Мало того, что мы в очередной раз упустили единственного российского абсолюта, так ещё и умудрились спалиться перед всем миром, что ведем совсем не честную игру. Ты понимаешь, что это значит, Игнат? Это значит, что завтра, а может быть, уже сегодня вечером, мне придётся объяснять всем и каждому о причинах, которые заставили российскую группу боевых магов устроить погром в Токио, и сейчас я даже не знаю, что хуже – то, что мы потеряли Кейрона, или то, что мы подставили страну.

После этого Роман Григорьевич выдержал небольшую паузу, после чего он переключился на другую тему и уже куда более спокойным голосом сказал:

– Ладно, с Японией мы разберёмся потом. Сейчас меня больше волнует наш абсолют… Почему он ушёл? Вы только несколько часов назад докладывали, что все идет согласно плана, и вдруг, в один прекрасный момент, он просто берет и исчезает, оставляя после себя кучу неразрешенных вопросов…

Игнат согласно кивнул, и уже с куда большим воодушевлением в голосе произнес:

– Да, сначала всё действительно шло весьма неплохо. Мы, пусть и с некоторым трудом, но все-таки уничтожали хранителей. Кейрон оказывал нам неоценимую помощь, и был настроен на продуктивное сотрудничество… А потом появился этот странный разумный. Я не знаю, кто он такой и откуда взялся, но как только он занял нашу сторону – абсолюта словно подменили. Он стал отстранённым, и временами смотрел на нас как на врагов, что было на него не похоже.

В этот момент Игнат прервался, чтобы сделать небольшой глоток воды, сразу после чего продолжил:

– Я поделился своими подозрениями с нашим менталистом – Игорем, и как только я озвучил свои подозрения – он тут же сообщил мне, что с момента появления нового действующего лица, он ощущал какое-то крайне искусное ментальное воздействие со стороны гостя, но сам понимаешь… Подозрения к делу не пришьёшь.

Роман Григорьевич выслушал сбивчивую речь Игната, после чего перевёл взгляд на Константина Тарасовича и прорычал:

– Кость, ты ведь поставил людей в Калининграде? На случай, если он снова появится?


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю