Текст книги "Убийство Мэрилин Монро раскрыто"

Автор книги: Джоанна Лайт

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 10 страниц) [доступный отрывок для чтения: 5 страниц]

Как и нелепая выдумка о прогулке голышом по пляжу в париках и бороде. Когда это могло происходить, если Мэрилин и Роберт познакомились буквально за полгода до ее гибели, а летом отношения уже стали проблемными и за ними неусыпно следили (не помнить об этом Роберт просто не мог, даже если Мэрилин не желала задумываться)?

Кажется, что Кармен все равно кому заглянуть в гости к Монро – приятелю-актеру или генеральному прокурору США, каждый шаг которого не только известен его службе охраны, но и расписан вперед на несколько дней и даже месяцев.

Откровенная глупость некоторых выдумок лишает достоверности и возможные ценные сведения.

Монро никогда не приглашала в свой дом Джин Кармен, что несколько странновато для подруги. О Кармен никогда не говорила Юнис Мюррей, ни словом не обмолвился Гринсон, о ее существовании не подозревал Джо Ди Маджио. Доказательством их дружбы не может служить то, что Кармен знала нескольких актеров и мафиози в том числе, чьи телефонные номера имелись в записной книжке Мэрилин. Едва ли Монро сама помнила всех, чьи адреса и телефоны записывала, а Лос-Анджелес и особенно Голливуд место довольно тесное, во всяком случае для тех, кто считает себя звездами или звездочками.

Кармен звездой не была, но туда стремилась, зато была подружкой одного из влиятельных мафиози, значит, бывала в Кал-Нева-Лодж, казино-курорте на озере Тахо, принадлежавшем мафии и числившемся за Фрэнком Синатрой. Там компания еще более тесная, а поведение раскованное, но почему-то Джин Кармен ни словом не обмолвилась о том, что творилось в Кал-Нева. И о своей дружбе с Розелли и Синатрой тоже.

А стоило бы.

Меня мало занимали глупости по поводу прогулок Роберта Кеннеди голышом в обществе Монро и Кармен, но заинтересовали ее сведения о ночных звонках, предшествующих гибели. Неужели актрисе и впрямь кто-то звонил?

Но если свидетельства Кармен могут вызывать большие сомнения, то уж Лоуфорды должны бы говорить только правду и ничего, кроме правды, или просто молчать. В доме Пат и Питера Мэрилин точно встречалась с братьями Кеннеди.

Лоуфорды молчали долго, в 1966 году они развелись, Пат просто не выдержала жизнь, которая шла в их роскошном доме. Ей пришлось бороться с вредными привычками, обретенными за время брака, лечиться от алкоголизма. Позже Патриция сумела справиться с раком, много занималась благотворительностью, помогая таким же больным, вела активный образ жизни, но замуж больше не вышла.

Именно Пат поведала журналистам о замечательной ванной и развлечениях Джона с Мэрилин. Она говорила и о снимках, которые делал Питер, но всегда подчеркивала, что после убийства Джона почти все они были уничтожены.

Ох уж это «почти»! Неужели где-то есть фотографии, на которых президент и первая красавица Голливуда занимаются любовью? Не страдаю праздным любопытством, но посмотреть хотелось бы.

Питер после Пат был женат еще трижды, он не прекратил пить и употреблять наркотики и умер в шестьдесят три года совершенной развалиной.

Кому и когда Питер Лоуфорд рассказывал обо всем, что творилось в нефритовой ванне между Мэрилин и Джоном Кеннеди?

Почему-то сейчас его откровения воспринимаются как нечто само собой разумеющееся, словно он всю жизнь только и занимался, что рассказывал о похождениях Кеннеди и Монро в своем доме.

Такого не было! Питер достаточно умен, чтобы не рисковать собственной жизнью ради внимания вездесущей прессы. Конечно, уже не было в живых участников этих оргий, даже всемогущего Гувера, но оставался клан Кеннеди. И Лоуфорд молчал.

О том, что однажды, будучи под воздействием алкоголя и наркотиков, он попытался выговориться, а на следующий день страшно переживал из-за этого, рассказала его третья супруга – актриса Дебора Гулд. Якобы, расслабившись, Питер почти в слезах долго-долго каялся в своей близости к мафии в 50—60-е годы, в том, что организовывал настоящие оргии для Джона Кеннеди, в том числе с участием Мэрилин Монро. Придя в себя, Питер уговаривал жену забыть все, о чем он говорил в пьяном угаре. Та сделала вид, что забыла.

Гулд была замужем за Лоуфордом менее года, развелась, заявив, что не может видеть, как он сам губит себя наркотиками. Возможно, свою роль сыграли выболтанные Питером секреты? Дебора разумно рассудила, что лучше держаться от Лоуфорда и его секретов подальше.

Пат молчала долго, Питер вообще держал язык за зубами, кто же тогда поставлял сведения прессе?

Приходится признать, что никто, до времени, когда все оказалось полузабыто, никто ничего не говорил о Мэрилин и братьях Кеннеди вообще!

Так было или не было?

А если было, то насколько серьезно? Что дало повод Мэрилин думать, что она сможет стать первой леди страны, выйдя замуж за Джона или Роберта?

Что дало повод подозревать Кеннеди в убийстве или соучастии в убийстве Мэрилин Монро?

Один из известнейших эпизодов – поздравление с днем рождения, спетое Мэрилин Джону Кеннеди на праздновании дня рождения президента. Монро ради этого рискнула пропустить съемочный день в Лос-Анджелесе, зная, что может последовать недовольство режиссера, партнеров и руководителей студии, а за этим и серьезное наказание.

И все же она спела…

Вот описание столь крамольного выступления (крамольным в нем был только наряд актрисы – практически прозрачное платье, двигаться в котором оказалось почти невозможно, а на теле вместо тонкой ткани видны лишь нашитые бусинки, видео с этим нарядом облетело весь мир):

«Джек Бенни, элегантный и остроумный ведущий вечера, нечто среднее между конферансье и церемониймейстером, представил исполнителей: Эллу Фицджеральд, Джимми Дюрана, Пегги Ли, Генри Фонду, Марию Каллас, Гарри Белафонте, Майка Николса и Элейн Мэй, – но, когда подошла очередь Мэрилин, пришлось сделать музыкальную паузу, потому что актриса, как обычно, опаздывала. Наконец она прибыла в «Мэдисон»; стилист Микки Сонг, занимавшийся прическами братьев Кеннеди, в последний момент поправил ей волосы, и Мэрилин была готова к выходу на сцену.

– В связи с ее опозданием мы постоянно все меняли, – вспоминал Уильям Эшер, ассистент режиссера вечера, – и комик Билл Дана предложил, чтобы Питер Лоуфорд объявил ее как «запоздалую Мэрилин Монро».

Питер послушался его. Наступила историческая минута, один из самых странных и наиболее нервных моментов, зафиксированных телекамерой: Мэрилин, с трудом шевелящаяся в своем суперобтягивающем платье, дюйм за дюймом перемещается по направлению к подиуму, а Лоуфорд говорит:

– Мистер президент, а вот и запоздалая Мэрилин Монро.

Сняв накидку из горностая и показавшись в наряде, про который Эдлай Стивенсон сказал «только кожа и бусинки», разволновавшаяся Мэрилин начала петь «Нарру birthday to you».

Это не было, как опасался Адлер, претенциозное или неприличное исполнение; все было исполнено с небольшой одышкой, словно бы запыхавшись, и с тонким намеком на пародию – как будто звезда относится к затертым фразам с легкой иронией. Но разве молодой и элегантный президент не заслуживал новой интерпретации музыкальных пожеланий, чего-то отличного от исполнения, которое он, надо полагать, слышал уже во время узкосемейного приема в день, когда ему исполнилось лет семь?

Публика начала вопить, ликовать и что-то выкрикивать уже после первого куплета, который был исполнен так, словно Мэрилин пела в прокуренном ночном клубе; актриса же в ответ на такую реакцию чуть не подпрыгнула от радости и, поднимая руки, воскликнула: «Все вместе!»

Под аккомпанемент второго хорового фрагмента в зал внесли огромный, высотой более двух метров торт с сорока пятью свечами, который высоко держали на вытянутых руках два крепких кондитера. Мэрилин завершила свое выступление короткой благодарностью, пропетой на мелодию песни «Спасибо за память»:

– Спасибо президенту лично

За все, чего сумел достичь он,

За выигранные им сражения,

За кланов и клик поражение…

В ходе своего двадцатиминутного выступления Кеннеди поблагодарил каждого из исполнителей по отдельности и, в частности, сказал:

– Мисс Монро прервала съемки картины, чтобы прилететь сюда с самого Западного побережья, и посему я сейчас уже могу спокойно отправляться на пенсию – после того как она настолько потрясающе пожелала мне здоровья.

Это был один из тех многочисленных фрагментов речи Кеннеди, которые вызвали всеобщий смех, а все его выступление в целом являло собой, как обычно, сплав элементов политики, риторики, юмора, ободрения слушателей и серьезных напоминаний о важных общественных пробле– мах.

Потом за кулисами актеры и исполнители общались с президентом. Мэрилин, которая на этот вечер пригласила в качестве своего гостя Исидора Миллера, представила старика Джону Кеннеди.

– Мне хотелось бы представить моего бывшего тестя, – сказала она с гордостью.

После окончания торжественного приема состоялся частный банкет – в доме Артура Крима и его жены Матильды; последняя вспоминала, что «Мэрилин приехала в узком платье, обшитом цехинами, которые выглядели так, словно их прицепили прямо к коже, поскольку сетка была телесного цвета».

Джордж Мастере добавил, что «Мэрилин шествовала в платье, запроектированном модельером Жаном Луи. Оно блестело от всяких украшений, но одновременно было элегантным и тонким, даже рафинированным, в этой своей наготе – словно бы отсутствие нижнего белья было самой что ни на есть привычной штукой под солнцем».

В тот вечер она больше всего заботилась о том, чтобы в шумной толпе гостей Исидору было где присесть и чтобы его тарелка была полна еды.

В некотором смысле этот вечер был для Мэрилин Монро необычайно существенным. Потерянная девочка не только нашла, по крайней мере ненадолго, свое место в замке короля, находящемся в Камелоте, – ведь сбылся наяву сон, не раз возвращавшийся к ней в детстве. Только что Мэрилин стояла почти нагая перед своими поклонниками, совершенно не испытывая стыда и будучи почему-то невинной, как голубка.

– В ней была трогательная мягкость, – сказала Матильда Крим. – Ну что тут сказать? Просто она выглядела невероятно красивой».

Видите, насколько все было целомудренно и вовсе не вызывающе?

Вы не согласны, потому что видели запись и то, что платье действительно вызывающее, а пение мало похоже на пение, это скорее вздох души, напоминание о страсти, которую они испытали, как выразился один из журналистов, «Мэрилин и президент словно занимались любовью на глазах у тысяч гостей»?

Я тоже не согласна, это была настоящая провокация, после которой у президента просто не осталось другого выхода, кроме как повиниться перед всеми, признав, что у него роман с самой красивой женщиной не только Америки.

Нет, выбор был, второй вариант, по свидетельству все тех же всезнаек, предложил президенту и его брату глава ФБР Эдгар Гувер, побеседовав со строптивыми Кеннеди и объяснив, что компрометирующих материалов набралось столько, что это может стоить карьеры обоим. Причем материалы не только на Монро, но и, например, о связи господина президента с Джудит Кэмпбелл (Экснер), которая, согласно установленным фактам, является любовницей главного мафиози Сэма Джанканы.

Делить любовницу с главным мафиози для президента чревато крупными неприятностями. Разве мало симпатичных девушек в Белом доме? Если мало, то можно заказать – привезут. Зато проверенных, без подозрений на заразные болезни и левые взгляды или связи с мафией.

Братья Кеннеди увещеваниям вняли – Джон перестал отвечать на настойчивые звонки Мэрилин, а чтобы та не нервничала и спокойней восприняла внезапную отставку, отправил на переговоры Роберта.

На что рассчитывал старший брат, на пуританские убеждения младшего? Но ведь Джон прекрасно знал, что Роберт вовсе не таков, каким себя позиционирует. Любовь к Этель и детям вовсе не мешает генеральному прокурору при любом удобном случае отдыхать, получая удовольствие от красивых женщин.

Скорее Джон уже устал от настойчивости звезды и предпочел бы мирное расставание с ней. А чтобы не вышло скандала, решил понижать статус любовника постепенно – сначала вместо президента его младший брат Роберт, генеральный прокурор, потом, наверное, следующий брат Эдвард…

Беда Джона Кеннеди в том, что Мэрилин не все равно. Беда Роберта в том, что они с Монро по-настоящему понравились друг дружке. Роберт, куда более терпеливый, умеющий слушать и даже изображать интерес к тому, что вовсе не интересно, пришелся Мэрилин по душе. Она прекратила звонить Джону, зато принялась досаждать секретаршам Роберта в Министерстве юстиции.

Ее пресловутый красный блокнот стал быстро заполняться короткими заметками.

О чем? Конечно, о политике!

Те, кто утверждает, что генеральному прокурору или президенту с женщиной в постели поговорить, кроме как о политике, больше не о чем, тот или никогда сам не бывал в объятиях красивых женщин, или ни на что другое, кроме умных бесед под покровом ночи, не способен.

А услышанное в пылу этих бесед Мэрилин старательно конспектировала в тот красный блокнот. Вероятно, для этого пришлось отрываться от постельных утех, не писать же во время занятий любовью?

Представить, что Кеннеди могли обсуждать серьезные политические проблемы с такой любовницей, как Мэрилин, просто нелепо. Дело не в том, что она совершенно не разбиралась в политике, тем более внешней. Просто президент и генеральный прокурор, будучи облеченными высшей властью в государстве, рта не раскрывают там, где этого делать нельзя.

Да и зачем развлекать красавицу болтовней о политике, встречались ради другого…

Особенно умиляют утверждения, что оба Кеннеди обсуждали и даже практически советовались с Мэрилин по поводу разрешения Карибского кризиса. Ну, в крайнем случае, сетовали на этих русских, которые едва не ввергли весь мир в третью мировую войну. Мэрилин наверняка переживала.

Только вот загвоздка: она погибла 5 августа, а Карибский кризис разразился в конце октября. Нестыковка, но это не мешает некоторым исследователям утверждать, что такие беседы были.

Достаточно встретить один такой фактический провал, как теряешь доверие ко всей статье или воспоминаниям.

И все же существует много свидетельств друзей, которые не прятались в неизвестности, как Джин Кармен, о том, что Мэрилин рассказывала о свиданиях с Робертом Кеннеди, даже называя того Бобби.

– Завтра у меня свидание с Бобби!

И это не шутка, встречи действительно состоялись, только что это были за встречи!..

В великолепном доме Лоуфордов бывали не только пьяные вечеринки актеров и мафиози; чтобы несколько поправить репутацию, Пат организовывала великосветские приемы, например, когда приезжали Роберт и Этель. Эта пара появлялась обычно вместе, в то время как Джон Кеннеди предпочитал совершать подобные поездки отдельно от Джеки, чтобы иметь возможность насладиться обществом голливудских красоток в доме сестры и зятя.

Светский прием Пат Кеннеди Лоуфорд организовала 1 февраля 1962 года, Этель и Бобби уезжали надолго и решили сначала посетить Лоуфордов. Пат не могла не пригласить на прием свою обожаемую подругу Мэрилин. Она много рассказывала о том, какой замечательный человек ее брат Роберт Кеннеди, как с ним интересно и весело.

А Этель как раз подбирала актрису на роль в фильме по мотивам книги Роберта Кеннеди «Враг внутри», вернее, для себя Этель уже выбрала Монро и была бы счастлива сообщить актрисе об этом. Кстати, фильм так и не был снят, хотя сценарий написан был. Возможно, не последнюю роль сыграл именно этот прием.

Мэрилин, узнав, что приглашена, чтобы быть представленной Роберту Кеннеди, чрезвычайно возгордилась и принялась рассказывать друзьям, что у нее… свидание с Бобби Кеннеди! Она не просто болтала взахлеб, а просила совет, о чем беседовать со столь интересным человеком, не знают ли приятели, чем именно интересуется Бобби, как начать и закончить разговор с генеральным прокурором…

Все, кого она расспрашивала, потом повторяли журналистам одно и то же: Мэрилин старательно записала все вопросы на салфетке, которую вознамерилась взять с собой, чтобы ничего не забыть. При этом упорно звучало слово «свидание». Что это? Мэрилин сознательно обманула множество людей, ведь никакого свидания состояться не могло, они еще не были знакомы!

Нет, Монро просто обожала преувеличивать, кроме того, она настроилась на встречу с Робертом Кеннеди, и для Мэрилин не существовало никого другого, даже Этель. Эгоизм? Не знаю, возможно, просто потеря чувства реальности от того, что она, девчонка, выросшая в приютах и чужих семьях, будет беседовать с братом президента не на торжественном приеме с тысячами присутствующих, а на пусть и светском, но вполне домашнем мероприятии. Ведь Пат Лоуфорд сказала Мэрилин:

– Теперь ты тоже Кеннеди.

Мэрилин вовсе не была глупа или наивна, но она многое воспринимала близко к сердцу и с излишним восторгом. Слова Пат вовсе не означали, что Монро примут в клан, там критерии были куда более строгими, чем в доме у Лоуфордов. Но сама Мэрилин это именно так и поняла. Она теперь Кеннеди!

Почему-то исследователи биографии Монро никогда не обращали внимания на эту фразу, а она многого стоит.

Мэрилин восприняла эту фразу буквально, как то, что она теперь равна… ну, почти равна женщинам клана Кеннеди – Пат, Этель, Джеки… Но она красивей, общительна, умна, а то, что не так хорошо образована… зато начитана. Мэрилин вращалась в другом обществе и не могла понять, что не все определяется внешностью, что любовь к книгам (хотя она приветствуется) и умение очаровать не заменят образование и воспитание.

Мэрилин просто не видела разницы между собой и, например, Жаклин, учившейся в Сорбонне и говорившей на нескольких языках. Вернее, видела, но трактовала в свою пользу. Общаясь с демократичной Пат, видя перед собой простую и доброжелательную Этель, Мэрилин ставила знак равенства не только между ними и собой, но и между собой и Жаклин. Возможно, отсюда такая уверенность, что Джон или Роберт могут развестись со своими супругами и жениться на ней.

А на приеме в честь Бобби и Этель Мэрилин была. Ее посадили рядом с Робертом, который весь вечер не сводил с красавицы глаз, однако беседовали они исключительно на серьезные темы – о политике, правах человека, об Эдгаре Гувере, чью слежку за собой чувствовали оба.

Потом Мэрилин учила Роберта танцевать твист, а Этель стояла в сторонке и наблюдала. Думаю, даже если бы съемки фильма состоялись, Монро вряд ли получила бы роль, Этель оказалась унижена поведением мужа, забывшего о существовании рядом супруги, по-настоящему.

Однако вечер закончился, гости разъехались. Следующая встреча состоялась не скоро, поскольку Кеннеди намеревались посетить 14 стран за время своего путешествия. Но в следующий раз Мэрилин твердила друзьям то же самое:

– У меня свидание с Бобби Кеннеди.

Наверное поэтому, когда газеты запустили слух, что у них с Робертом был горячий роман и Бобби даже намеревался развестись, многие поверили, ведь о романе говорила и сама Мэрилин.

А вот с Джоном Кеннеди было несколько… проще. Трудно организовать полноценное свидание, если рядом с тобой жена, но Джек не Роберт, он не брал с собой в Голливуд Джеки. Жаклин Кеннеди всегда знала, куда стоит, а куда не стоит отправляться с мужем. Зачастую у них были разные места и даже континенты для отдыха. Джон предпочитал расслабляться в ванне, отделанной ониксом в доме Лоуфордов.

Там компанию ему и составляла Мэрилин.

Пат рассказывала, что Мэрилин с президентом занимались сексом в воде, а Питер их фотографировал. Сестре и зятю Джон доверял, а фотографироваться во время своих утех в постели любил, особенно если девушек было двое. Куда девались эти фотографии, никто не знает, на снимках и президент, и его дамы были в масках, но сами снимки привозили в «Галерею Микелсона», чтобы оправить в красивые рамки.

Странно, разве только фотовыставки устраивал глава ФБР Эдгар Гувер…

Для президента это была игра – маски, плескание в большой ванне, фотографии… Как и связь с самой красивой женщиной Америки.

Для нее – слишком серьезно.

Мэрилин уже однажды допустила такую ошибку, поверив, что Артур Миллер женился ради ее души и ума, а не по зову страсти, которая быстро сгорела, что теперь у нее будет настоящая семья. Кажется, она поверила и на этот раз.

В сказку верить никому не запрещено, только нужно знать, что сеанс заканчивается и даже не в полночь, как в «Золушке», и никакого принца с хрустальной туфелькой не будет. А вот швабра и злая мачеха будут обязательно.

Были ли у Монро встречи с Робертом? А вот это уже неважно. Главное – она поверила в свою причастность к клану Кеннеди, поверила, что не просто стала своей, но и способна занять место любой из женщин клана, то есть Этель или Жаклин, что Джон или Роберт способны отказаться от своих жен ради красавицы из Голливуда.

Почему бы и нет, ведь смогла же она очаровать Артура Миллера, жаль, что тот в действительности оказался не таким, каким она представляла знаменитого драматурга.

Есть ли вина братьев Кеннеди в трагедии Монро? Безусловно. Я не о ее убийстве, в нем сложно разобраться, а о том, что дали повод надеяться. Ни в коем случае не хочу сказать, что Джон или Роберт обещали, едва выйдя из ванной и обернувшись полотенцем, спешить оформлять развод и последующий брак с ней. Но позволили надеяться, что она тоже может быть Кеннеди.

Наверное, было бы жестоко сразу дать понять, где ее место, что любовница, даже самая замечательная, не равна жене, что Питер Лоуфорд так и не стал Кеннеди не потому, что не умел играть в футбол, а потому, что не того полета. Кеннеди не аристократы, но и не актеры Голливуда, сколько бы они ни играли в демократию. Мэрилин могла бы выйти замуж за Питера Лоуфорда, но не за кого-то из Кеннеди, даже будь они свободны от брака. А уж разводиться ради очаровательной актрисы…

Зря Монро надеялась.

Но она не просто надеялась, она говорила об этом друзьям; хорошо, что вокруг оказались умные и хорошо относившиеся к ней люди либо люди, презирающие глупую блондинку. Однако долго такое продолжаться не могло, рано или поздно в прессу все равно просочились бы рассказы самой Мэрилин, а это уже было опасно для Кеннеди.

Если и жертвовать, то любовницей, но не карьерой.

Такое положение дел немедленно приводило исследователей к выводу о вине Кеннеди в гибели актрисы.

Поскольку Мэрилин стала серьезно мешать карьере обоих братьев, ее задумано уничтожить. Причем не передоверяя исполнение задуманного кому-то другому. Это чтобы наверняка, без осечек и вынужденного контрольного выстрела в голову.

Задача простая: красный блокнот (с записями про Карибский кризис?) отобрать, а саму Монро (чтобы не пожаловалась министру юстиции на министра юстиции) придушить подушкой, имитировав самоубийство путем передозировки барбитуратов.

Кстати, в таком случае требовалось сначала заставить Мэрилин проглотить не меньше 60 капсул и только потом душить, потому что, будучи задушенной, трудно проглотить и пару таблеток, не то что шесть десятков.

Чтобы доказать, что Роберта Кеннеди не могло быть в доме Мэрилин ни в тот злополучный день, ни в кошмарную ночь, Дональду Спото хватило пары дней. Он познакомился с расписанием генерального прокурора. Это не выдумки через несколько десятилетий подруги актрисы, а оставшиеся документы. Конечно, не всем документам стоит верить, однако, напомню, что еще несколько лет после гибели Монро никаких подозрений по поводу причастности к ее гибели братьев Кеннеди не высказывалось, эти рассуждения появились много позже.

Расписание первых дней злополучного августа 1962 года для Роберта Кеннеди и его семьи было зафиксировано документально. После многочисленных обвинений и просто намеков на его участие в убийстве Монро распорядок генерального прокурора пришлось даже опубликовать. Спото рассказывает об этом так:

«В пятницу, 3 августа 1962 года, – как сообщило вечером в своем информационном сервисе для газет агентство Ассошиэйтед Пресс, а на следующий день утром повторила «Лос-Анджелес таймс», – Роберт и Этель Кеннеди вместе с четырьмя своими детьми прилетели в Сан-Франциско, где их приветствовал старый друг Джон Бейтс с семьей.

Супруги Кеннеди на весь уик-энд отправились погостить на ранчо Бейтсов, расположенное за Гилроем – в ста тридцати километрах к югу от Сан-Франциско и в пятистах шестидесяти километрах к северу от Лос-Анджелеса, высоко в горах Санта-Крус; в понедельник 6 августа начинался съезд Американского общества адвокатов, на пленарном заседании которого генеральный прокурор должен был произнести вступительную речь, открывающую работу съезда.

Данная заметка в колонке светской хроники не имела бы никакой связи с жизнью и смертью Мэрилин, если бы не тот факт, что с 1962 года всему этому делу придается привкус скандала утверждениями о том, что Роберт Кеннеди не только тайно встречался с Мэрилин во время указанного уик-энда, но и непосредственно замешан в ее смерти. Источник и распространитель этих сплетен, а также запускаемых параллельно с ними абсурдных теорий об убийстве, пытались затушевать, поскольку преступление было запланировано такими ведомствами, как ФБР.

Однако к этому следует присовокупить краткое описание уик-энда генерального прокурора, а также показания нескольких свидетелей, которые присягают, что Роберт Кеннеди все это время находился в значительном отдалении от Лос-Анджелеса.

Семьи Кеннеди и Бейтсов уже довольно давно дружили, и приглашение было со стороны супругов Бейтс своего рода реваншем за предшествующий уик-энд, который они провели в Хикори-Хилл, имении Роберта Кеннеди в штате Виргиния. Джон Бейтс, которому тогда было сорок лет, окончил в 1940 году Стэнфордский университет и три года прослужил в военном флоте. Через своего коллегу по учебе Пола Б. Фэя, близкого друга Джона Ф. Кеннеди, Бейтс познакомился и подружился с семьей Кеннеди. После войны, в 1947 году, Бейтс получил в Беркли степень доктора юриспруденции и начал работать в юридической фирме «Пилсбери, Мэдисон и Сатро» в Сан-Франциско, где зарекомендовал себя настолько хорошо, что некоторое время спустя стал там одним из компаньонов и членом правления. Когда Джона Кеннеди выбрали президентом, Джон Бейтс был уже одним из наиболее уважаемых и пользующихся наибольшим авторитетом юристов Калифорнии, занимая, в частности, почетный пост председателя судебной комиссии Общества юристов в Сан-Франциско.

Ничего странного, что новая вашингтонская администрация попросила его руководить антимонопольным отделом в Министерстве юстиции. Бейтс всерьез размышлял над этим приглашением, но в конечном итоге отверг его, поскольку предпочел остаться в своей юридической фирме и жить в Калифорнии, где вместе с женой воспитывал троих детей.

– Это было трудное решение, – сказал Бейтс через много лет, – но я отказался, хотя чувствовал себя весьма благодарным и обязанным. Когда я узнал, что генеральный прокурор должен выступать на съезде адвокатуры, мне захотелось выразить ему свою благодарность за предложение войти в состав администрации Кеннеди; вот почему мы вместе с женой и пригласили Боба на уик-энд.

Несомненно, что Роберт Кеннеди во время того уик-энда постоянно пребывал на ранчо Бейтса в удаленном Гилрое; в принципе говоря, это было всесторонне подтверждено не только семьей Бейтса и работавшими у него людьми, но (в ближайший понедельник) и местной газетой «Гилрой диспетч».

– Прокурор и его семья были с нами все время от пятницы пополудни вплоть до понедельника, – сказал Джон Бейтс, – и у него отсутствовала чисто физическая возможность съездить в Южную Калифорнию и вернуться оттуда.

Все утверждения, противоречащие этому сообщению и приводимые средствами массовой информации и так называемыми очевидцами, Бейтс всегда считал «скандальными, абсурдными и позорными». Бейтс был прав, поскольку ближайшая посадочная площадка находится в Сан-Хосе, в часе езды автомобилем от его ранчо. Принимая во внимание глубокие каньоны, крутые горы и подвешенные на большой высоте провода линии высокого напряжения, полет вокруг гор Мадонна, где расположено ранчо Бейтса, на вертолете всегда считался опасным предприятием.

Практически говоря, единственным средством транспорта из Гилроя до Лос-Анджелеса в 1962 году был автомобиль, поездка на котором занимала по меньшей мере пять часов в одну сторону. Расписание занятий Роберта Кеннеди во время этого уик-энда тщательно зафиксировано в семейной гостевой книге и документировано фотографиями, хранящимися в альбоме Бейтсов.

В субботу утром обе семьи рано проснулись и обильно позавтракали, после чего Роберт и Этель Кеннеди отправились вместе с Джоном и Нэнси Бейтс на прогулку верхом на лошадях. Это может удостоверить очередной свидетель, конюх Роланд Снайдер.

– Я оседлал коней для мистера и миссис Бейтс, а также для мистера и миссис Кеннеди, потом они выстроились в шеренгу, я сделал фотографию, и вся четверка умчала галопом в горы Мадонна. Они наверняка пробыли здесь весь уик-энд. Бог мне свидетель, их не было вблизи Лос-Анджелеса – они находились здесь, с нами.

После верховой поездки компания пошла поплавать, а потом все вместе ели ланч – мясо, поджаренное на вертеле, – на территории поместья.

– Я был тогда четырнадцатилетним пареньком, – вспоминал Джон Бейтс-младший, – и вскоре мне предстояло отправиться в школу-интернат. Помню, как Бобби подсмеивался надо мной в связи с этим: «Ох, Джон, ну и возненавидишь же ты все это дело!»

В субботу после полудня генеральный прокурор – в типичном для клана Кеннеди духе соперничества – предложил всем пробежать полтора километра на ничем не огороженное поле и там разыграть матч в американский футбол. По мнению старшего Джона Бейтса, самая лучшая лужайка для игры была в верхней точке ранчо. Потому побежали туда, и всей компанией из одиннадцати человек разыграли матч. Потом вместе вернулись на территорию усадьбы, чтобы поплавать и поиграть в разные игры, пока дети наконец не вымылись и не переоделись к ужину.

Бобби сидел за столом и рассказывал всякие интересные истории. Кого он любил по-настоящему, так это детей. Когда дети отправились спать, четверо взрослых уселись поужинать; Нэнси Бейтс запомнила оживленную дискуссию по поводу речи, которую Кеннеди должен был вскоре произнести, а Этель предварительно проглядела и подработала (и над которой сам прокурор трудился в свободные минуты на протяжении всего уик-энда).

– Ужин закончился в половине одиннадцатого, – рассказал Джон Бейтс, – и вскоре после этого мы разошлись по своим спальням.

В воскресенье утром, 5 августа, обе семьи поднялись рано, чтобы поехать на мессу в Гилрой, а факт их присутствия в городе подтвердила на следующий день здешняя пресса. После ленча, проходившего на ранчо Бейтса, Джон отвез всех Кеннеди в Сан-Франциско, где они во время съезда должны были остановиться в доме Пола Фэя. Конец дня и воскресный вечер семейство Кеннеди провело вместе с Джоном и Нэнси Бейтс, а также с их общими знакомыми (в числе которых фигурируют Эдвард Коллэн и Джозеф Тайдингс с женами).