Текст книги "Новый свет, Илверморни и другие школы магии (ЛП)"

Автор книги: Джоан Роулинг

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 4 страниц)

MACUSA в 1920-х годах

Как и в большинстве других стран мира, департамент обеспечения магического правопорядка является крупнейшим департаментом MACUSA.

В 1920х годах закон Раппапорт все еще действовал, и несколько отделов MACUSA не имели аналогов в Министерстве магии: к примеру, подразделение, занимавшееся пресечением братания с неколами, а также отдел, выдававший и проверявший права на ношение палочек, которое в США обязаны постоянно иметь при себе все: как граждане, так и иностранцы.

Значительная разница между США и Великобританией в то время имелась в том, что касалось наказаний за серьезные преступления. Если британских ведьм и колдунов отправляли в Азкабан, самые опасные колдуны-преступники в США подвергались смертной казни.

В 1920х годах председателем MACUSA была Серафина Пикери из Саванны. Департамент обеспечения магического правопорядка возглавлял Персиваль Грейвз, всеми уважаемый колдун и потомок одного из первых двенадцати авроров.

Закон Раппапорт

В 1790 г. пятнадцатый председатель MACUSA Эмили Раппапорт выпустила закон, направленный на создание полной сегрегации между магическим и немагическим обществом. Это было сделано вслед за одним из наиболее серьезных нарушений Международного статута секретности, что привело к вынесению унизительного порицания в адрес MACUSA со стороны Международной конфедерации колдунов. Причем проблема была гораздо серьезнее, чем кажется на первый взгляд, потому что нарушение исходило из самого MACUSA.

Если говорить вкратце, главным виновником этой катастрофы стала дочь Хранителя сокровищ и драготов (драгот – это американская колдовская валюта, а хранитель драготов, как можно догадаться по названию, является чем-то вроде министра казначейства), который был доверенным лицом председателя MACUSA Раппапорт. Аристотель Твелвтриз был компетентным человеком, но его дочь Доркус была на редкость глупа, даром что очень красива. В "Илверморни" она плохо училась и ко времени, когда её отец занял высокий пост, жила дома, редко занимаясь магией и, в основном, интересуясь собственными нарядами, причёсками и балами.

Однажды во время пикника Доркус Твелвтриз без памяти влюбилась в красивого некола по имени Бартоломью Бэрбоун. Неведомо для Доркус, Бартоломью был потомком чистильщика. Никто в его семье не был колдуном, но его вера в существование магии была глубокой и непоколебимой, как и его убежденность в том, что все ведьмы и колдуны являются порождением зла.

Не зная об опасности, Доркус восприняла вежливый интерес Бартоломью к её "мелким трюкам" за чистую монету. Подталкиваемая хитро поставленными вопросами своего возлюбленного, она выдала ему секретные адреса как MACUSA, так и "Илверморни", а также массу информации о Международной конфедерации колдунов и способах, которыми эти организации пользуются для защиты и сокрытия колдовского населения.

Получив от Доркус максимально возможный объем информации, Бартоломью выкрал у неё палочку, которую она послушно ему показала, а потом показал ее стольким газетчикам, скольких смог разыскать, после чего собрал вооруженных приятелей и отправился в поход, чтобы захватить, а лучше убить всех колдунов и ведьм в окрестностях. Бартоломью затем напечатал листовки с указанием адресов мест, где собирались колдуны и ведьмы, и разослал письма известным неколам, некоторые из которых почувствовали необходимость провести расследование, действительно ли в описываемых местах проходят "злодейские оккультные собрания".

Опьяненный своей миссией раскрыть существование колдовства в Америке, Бартоломью Бэрбоун переступил черту, открыв огонь по, как он считал, группе колдунов MACUSA, но которые оказались обычными неколами, которым выпало несчастье выходить из "подозрительного" здания в тот момент, когда он за ним следил. К счастью, никто не был убит, Бартоломью был арестован и посажен в тюрьму за преступление безо всякого вмешательства MACUSA. Для MACUSA это было огромное облегчение, которое едва справлялось с тем, чтобы нейтрализовать массовую утечку информации, допущенную Доркус.

Бартоломью распространял свои листовки очень широко, и ряд газет отнеслись к нему весьма серьезно, напечатав картинки палочки Доркус с припиской, что она "лягается, как мул", если ей махнуть. Внимание к зданию MACUSA было так велико, что организации пришлось сменить дислокацию. Как председателю Раппапорт пришлось докладывать Международной конфедерации колдунов на публичном слушании, она не была уверена, что память стерли всем без исключения лицам, которым стала известна информация Доркус. Утечка была настолько серьезной, что последствия её ощущались много лет.

Хотя многие члены магического сообщества вели кампанию за то, чтобы посадить её в тюрьму пожизненно и даже казнить, Доркус провела в заключении всего год. Вконец опозоренная, потрясенная, она поселилась в отдаленной местности, в окружении незнакомого ей магического сообщества и провела остаток дней в затворничестве; единственными её собеседниками были зеркало и её попугай.

Болтливость Доркус привела к принятию закона Раппапорт. Закон устанавливал строгую сегрегацию между сообществами неколов и колдунов. Колдунам отныне запрещалось дружить с неколами и бракосочетаться с ними. Наказания за братание с неколами были суровыми. Общение с ними допускалось лишь в пределах, необходимых для ведения повседневных дел.

Закон Раппапорт еще больше углубил культурный барьер между американским колдовским сообществом и европейским. В Старом свете всегда существовала определенная степень скрытных контактов и сотрудничества между немагическими правительствами и соответствующими магическими органами власти. В Америке MACUSA действовала абсолютно независимо от немагического правительства. В Европе колдуны и ведьмы бракосочетались и дружили с маглами; в Америке неколы все больше и больше рассматривались как враги. Словом, закон Раппапорт загнал Американское колдовское сообщества, и так вынужденное сосуществовать со все более настороженным немагическим населением, еще глубже в подполье.

Школа колдовства и ведьмовства «Илверморни»

Великая Североамериканская школа колдовства и ведьмовства Илверморни была основана в XVII веке. Она стоит на самом высоком пике горы Грейлок [8], где она спрятана от глаз немагического сообщества очень мощными заклинаниями, которые иногда проявляются в виде облачной пелены.

Ирландские корни

Изольда Сейр [9] родилась примерно в 1603 году и провела свое раннее детство в долине Кумлаура [10] (графство Керри, в Ирландии). Она является отпрыском двух чистокровных колдовских семей.

Её отец, Уильям Сейр, был прямым потомком знаменитой ирландской ведьмы Морриган, анимага, чьим животным был ворон. Уильям дал своей дочери прозвище Морриган – из-за её тяги к природе и ко всему живому с самого раннего детства. Её раннее детство было идиллией: любящие родители, не афишируя себя, помогали своим соседям-маглам, производя магические лекарства как для людей, так и для скота.

Однако когда ей было пять лет, нападение на её семью окончилось гибелью обоих её родителей. Изольда была "спасена" из огня сестрой её матери по имени Гормли [11] Гонт, давно жившей отдельно: она перевезла Изольду в соседнюю долину Кумкалли, или "Ведьмину лощину", и вырастила её там.

Когда Изольда выросла, она начала понимать, что её спасительница на самом деле была ее похитительницей и убийцей ее родителей. Жестокая и переменчивая, Гормли была фанатической приверженкой чистой крови и верила в то, что готовность её сестры всегда прийти на помощь своим соседям-маглам ставит Изольду на опасный путь замужества за неколдуном. Гормли считала, что наставить девочку на путь истинный можно, лишь похитив ее, а потом воспитав в убеждении, что, будучи потомком Морриган и Салазара Слизерина, она должна общаться только с чистокровными колдунами.

Гормли приложила все усилия к тому, чтобы служить Изольде примером, заставляя девочку смотреть, как она насылала проклятия и порчи на любого магла или животное, которым случилось оказаться слишком близко от их домика. Местные жители вскоре научились избегать места, где жила Гормли, и с того самого момента единственным столкновением Изольды с деревенскими жителями стал случай, когда местные мальчишки стали бросать в нее камни, пока она играла в саду.

Гормли отказалась позволить Изольде пойти учиться в Хогвартс, когда ей пришло приглашение – под тем предлогом, что обучаясь дома, Изольда обучится большему, чем в таком опасном эгалитарном заведении, как Хогвартс – к тому же полном мугродья. Однако сама Гормли ходила в Хогвартс и много о нем Изольде рассказывала. В основном, она описывала школу в самых черных красках, возмущаясь тем, что планы Салазара Слизерина по очищению колдовской крови не были выполнены. Однако ее племяннице, жившей в изоляции, к тому же помыкаемой своей тётей, которая, как она считала, была полупомешанной, Хогвартс представлялся своеобразным раем, и она провела большую часть своих отроческих лет, фантазируя о школе.

В теченье двенадцати лет Гормли обеспечивала послушание Изольды и ее изоляцию при помощи сильной темной магии. Однако в один прекрасный день молодая женщина смогла набраться достаточно опыта и храбрости, чтобы вырваться на свободу: выкрав палочку своей тети, поскольку иметь собственную ей не дозволялось. Единственным другим предметом, который Изольда взяла с собой, была золотая брошь в форме гордиева узла, которая раньше принадлежала ее матери. Затем Изольда покинула страну.

Опасаясь мести Гормли и её больших способностей в розыске, Изольда вначале переехала в Англию, но очень скоро Гормли была у нее на хвосте. Решив во что бы то ни стало скрыться от своей приемной матери, Изольда остригла свои волосы. Маскируясь под мальчика-магла по имени Элайас Стори [12], она в 1620 году отплыла в Новый свет на "Мейфлауэре" [13].

Изольда прибыла в Америку вместе с одной из первых групп магловых поселенцев (в Америке маглов называли "неколами" – сокращенно от "не-колдуны"). По прибытии она скрылась в окружающих горах, оставив своих прежних товарищей по плаванию считать, что "Элайас Стори" погиб в суровую зиму, как и многие другие. Изольда покинула новую колонию частично потому, что боялась, что Гормли выследит её даже на другом континенте, но также и потому, что ее путешествие на борту "Мейфлауэра" привело ее к мысли, что ведьма вряд ли найдет много друзей среди пуритан.

Изольда теперь была практически одна в суровой незнакомой стране, а также, насколько ей было известно, единственной ведьмой на сотни, если не тысячи миль вокруг: то неполное образование, которое она получила от Гормли, не включало сведений о существовании североамериканских колдунов. Однако, проведя в горах несколько недель, она повстречала двух магических созданий, о существовании которых ей до сего момента не было известно.

Задопрят – ночной лесной дух, питающийся гуманоидными созданиями. Как подсказывает его имя, он может, съежившись, спрятаться практически за любым предметом, становясь почти невидимым как для охотников, так и для его собственных жертв. Неколы подозревали о его существовании, но они никак не могли тягаться с его силами. Лишь ведьма или колдун имели шанс остаться в живых при нападении задопрята.

Пакваджи – еще одно существо, встречающееся исключительно в Америке: низкорослое, с большими ушами, являющееся дальним родственником европейскому гоблину. Держащееся подчеркнуто независимо, хитрое и не питающее большой любви к роду людскому (как магическому, так и обычному), оно обладает собственной сильной магией. Пакваджи охотятся при помощи отравленных, смертельно ядовитых стрел, и очень любят шутить над людьми.

Два этих существа однажды повстречались в лесу, и задопрят, благодаря своим необычным размерам и силе, сумел не только поймать пакваджи, который был молодым и неопытным, но и был готов выпустить ему кишки, когда Изольда выпустила проклятие, которое вынудило существо убежать. Не зная, что пакваджи тоже исключительно опасен для людей, Изольда подобрала его, принесла в свою импровизированную хижину и выхаживала его, пока тот не вылечился.

В итоге пакваджи поклялся служить ей, пока ему не представится возможность вернуть свой долг. Он счел огромным унижением оказаться в долгу перед молодой ведьмой, оказавшейся настолько глупой, чтобы разгуливать в одиночестве в незнакомой стране, где на нее в любой момент могли наброситься пакваджи и задопряты, и теперь целыми днями пакваджи сопровождал её повсюду, непрерывно ворча.

Несмотря на отсутствие благодарности со стороны пакваджи, Изольда сочла его занятным и была рада его компании. Со временем между ними возникла дружба – практически уникальный случай дружбы между их видами. Придерживаясь табу, принятого среди его соплеменников, пакваджи отказался назвать ей свое собственное имя, а потому она стала называть его Уильямом – в честь своего отца.

Рогатая змея

Уильям начал знакомить Изольду с магическими созданиями, известными ему. Вместе они предприняли путешествия, чтобы увидеть охоту ходагов – существ с лягушачьими головами; они сражались с похожим на дракона сналлигастером и наблюдали за играющими на рассвете новорожденными котятами вампуса.

Но самым захватывающим животным из всех для Изольды стала огромная рогатая речная змея с драгоценным камнем во лбу, которая жила в близлежащей речке. Даже сопровождавший её пакваджи пришел в ужас, увидев чудовище, но, к его удивлению, рогатой змее Изольда, кажется, понравилась. Еще более удивительным для Уильяма было то, что она, по её словам, понимает то, что говорила ей рогатая змея.

Изольда выучилась не обсуждать с Уильямом ни свою странную привязанность к змее, ни том, что змея, кажется, рассказывает ей что-то. Она решила ходить на реку одна и никогда не рассказывать пакваджи о том, где она была. Слова змеи ни разу не менялись: "Пока я являюсь членом твоей семьи, она обречена".

У Изольды не было семьи, если не считать Гормли, которая осталась в Ирландии. Она не могла понять загадочного сообщения рогатой змеи – она даже сомневалась, не слышит ли она голос змеи у себя в голове.

Уэбстер и Чадвик Буты

Изольда в итоге соединилась с людьми своего круга – но при трагических обстоятельствах. Однажды, когда она и Уильям обследовали лес, ужасный шум откуда-то с близкого расстояния заставил Уильяма крикнуть Изольде, чтобы та оставалась на месте; сам же Уильям бросился в чащу деревьев с отравленной стрелой наготове.

Разумеется Изольда не послушалась его, и когда она вскоре достигла маленькой полянки, она обнаружила там ужасную картину. Тому самому задопряту, который ранее пытался убить Уильяма, в этот раз повезло больше: с парой людей, которые лежали мертвые на земле. Но это еще не все: совсем рядом на земле лежали два маленьких мальчика, сильно раненых и ожидающих своей очереди, пока задопрят готовился распотрошить их родителей.

Пакваджи и Изольде в этот раз удалось расправиться с задопрятом окончательно. Довольный своей работой, пакваджи продолжил собирать ежевику, не обращая внимания на стоны лежащих на земле детей. Когда рассерженная Изольда приказала ему помочь отнести двух маленьких мальчиков домой, Уильям рассвирепел. Эти малыши, заявил он, все равно скоро помрут. И помогать людям против правил его соплеменников: Изольда – злополучное исключение, потому что она спасла ему жизнь.

Возмущенная бесчувственностью пакваджи, Изольда ответила ему, что примет спасение жизни одного из малышей в качестве оплаты долга. Два мальчика были в таком тяжелом состоянии, что она побоялась с ними аппарировать и заявила, что их необходимо отнести домой на руках. Пакваджи неохотно согласился нести старшего мальчика, которого звали Чадвик, а Изольда взяла на руки маленького Уэбстера; вдвоем они отнесли их в хижину.

Как только они оказались дома, рассерженная Изольда сказала Уильяму, что более не нуждается в нем. Пакваджи злобно посмотрел на нее, а потом исчез.

Братья Бут и Джеймс Стюард

Так Изольда пожертвовала дружбой единственного близкого ей существа, чтобы спасти жизнь двум маленьким мальчикам, которые без неё могли не выжить. К счастью, однако, они выжили, и, к своему удивлению и радости, она обнаружила, что оба они являются колдунами.

Колдуны-родители Чадвика и Уэбстера привезли их в Америку в поисках приключений. Но приключение закончилось трагедией, когда семья забрела в лес и повстречалась там с задопрятом. Незнакомый с ним и принявший его за обычного или садового боггарта, мистер Бут попытался применить заклинание "риддикулус" – с ужасными последствиями, свидетелями чему и стали Изольда и Уильям.

Мальчики были в таком тяжелом состоянии, что в течение первых двух недель Изольда не смела отойти от них ни на шаг. Её очень беспокоило, что в своей спешке спасти детей она не смогла достойно похоронить их родителей, и когда, наконец, Чадвик и Уэбстер, вроде, достаточно выздоровели, чтобы их можно было оставить одних на несколько часов, она вернулась в лес, намереваясь устроить убитым достойные могилы, которые мальчики со временем смогут посетить.

Однако когда она добралась до поляны, она к своему удивлению обнаружила там молодого человека по имени Джеймс Стюард. Он тоже был из Плимутской колонии. Скучая по семье, с которой он сдружился во время путешествия в Америку, он отправился в лес, чтобы разыскать её.

На глазах у Изольды Джеймс засыпал могилы, которые он выкопал вручную, а потом подобрал две сломанные волшебные палочки, выпавшие из рук Бутов. Нахмурившись, он осмотрел искрящуюся сердцевину из сухожилия дракона, которая торчала из палочки мистера Бута, а затем небрежно махнул ею. Как обычно происходит в тех случаях, когда некол махает палочкой, палочка взбунтовалась. Джеймса отбросило назад, он перелетел поляну, ударился о дерево и лишился чувств.

Очнулся он в маленькой хижине, сложенной из веток и шкур животных; Изольда ухаживала за ним. Она не могла утаить от него свою магию в таком стесненном месте, особенно когда она варила зелья, чтобы выхаживать братьев Бут, и охотилась при помощи своей палочки. Изольда рассчитывала стереть Джеймсу память, как только он оправится от сотрясения, и отправить его назад в Плимутскую колонию.

Однако ей было приятно иметь подле себя взрослого человека, с которым можно было поговорить – особенно взрослого человека, которому нравились мальчики Бут и который помогал развлекать их, пока они вылечивались от своих магических травм. Джеймс даже помог Изольде построить каменный дом на вершине горы Грейлок, составив подходящий проект (в Англии он был каменщиком), который Изольда воплотила в реальность за день. Изольда окрестила свой новый дом "Илверморни" – по имени домика, в котором она родилась и который разрушила Гормли.

Каждый день Изольда клялась себе, что сотрет Джеймсу память, и каждый день его страх перед магией становился все меньше и меньше, пока, наконец, им не оставалось ничего другого, как признаться себе, что они влюблены друг в друга, и пожениться.

Четыре «дома»

Изольда и Джеймс считали братьев Бут своими приемными сыновьями. Изольда рассказывала им про школу Хогвартс, пересказывая то, что услышала от Гормли. Оба мальчика страшно хотели ходить в школу и часто спрашивали, почему бы им не вернуться в Ирландию, где они смогут дождаться писем из школы. Изольда не хотела пугать мальчиков рассказом о Гормли. Вместо этого она пообещала им, то когда им исполнится одиннадцать, она как-нибудь раздобудет им палочки (палочки их родителей поломались и ремонту не подлежали), и они откроют школу магии прямо здесь, в их домике.

Эта идея захватила воображение Чедвика и Уэбстера. Мальчики очень хотели, чтобы их новая школа целиком походила на Хогвартс, а потому они настояли, чтобы в ней было четыре дома (колледжа). Идея назвать колледжи в честь самих себя, как основателей, была оставлена, так как Уэбстер считал, что колледж "Уэбстер Бут" вряд ли будет иметь успех в чём бы то ни было, и вместо этого каждый из них выбрал своего любимого волшебного зверя. Для Чедвика, умного, но часто очень импульсивного мальчика, это была птица-гром, способная порождать бури при полете. Любимым животным Уэбстера, отчаянного спорщика, но при этом страстно верного, был вампус – магический зверь, похожий на пантеру: быстрый, сильный, которого было почти невозможно убить. У Изольды это, разумеется, была рогатая змея, которую она все еще навещала и к которой испытывала странное чувство привязанности.

Когда вопрос о его любимом животном задали Джеймсу, он не знал, что ответить. Единственный некол в семье не мог общаться с магическими созданиями так, как другие. Наконец, он назвал пакваджи, потому что рассказы своей жены о ворчливом Уильяме его очень веселили.

Таким образом, были созданы четыре колледжа школы Илверморни, и хотя четыре основателя этого еще не знали, каждый из них наложил отпечаток своего характера на колледжи, имена которым они столь тщательно выбирали.