355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Джоан Кэтлин Роулинг » Гарри Поттер и Тайная комната РОСМЭН 2001 » Текст книги (страница 4)
Гарри Поттер и Тайная комната РОСМЭН 2001
  • Текст добавлен: 28 мая 2018, 11:00

Текст книги "Гарри Поттер и Тайная комната РОСМЭН 2001"


Автор книги: Джоан Кэтлин Роулинг



сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 16 страниц) [доступный отрывок для чтения: 4 страниц]

Глава 5

ГРЕМУЧАЯ ИВА

Летние каникулы, по мнению Гарри, окончились слишком быстро. Конечно, он скучал по Хогвартсу, но месяц, проведенный в доме Уизли, был самый счастливый в его жизни. Трудно было не позавидовать Рону, когда он вспоминал про Дурслей и представлял себе, какая встреча его ожидает на Тисовой улице по возвращении из школы.

В последний вечер миссис Уизли устроила грандиозный обед: она сварила, нажарила, испекла все любимые кушанья Гарри. На сладкое был пудинг из патоки – пальчики оближешь! Вечер закончился фейерверком, Джордж с Фредом зажгли бенгальские огни, и чуть не полчаса по стенам и потолку плясали красные и голубые звезды. Потом все выпили по чашке горячего шоколада и отправились спать.

Утром собирались долго. И хотя проснулись с петухами, казалось, ничего не успеют сделать. Миссис Уизли в дурном расположении духа металась по дому в поисках ручек и чистых носков, другие обитатели «Норы», полуодетые, с тостами в руках, сталкивались на лестнице, жуя на ходу, а мистер Уизли чуть не сломал шею, споткнувшись о курицу, когда спешил по двору к автомобилю, таща тяжелый чемодан Джинни.

Гарри недоумевал, как это восемь человек, шесть чемоданов, две совы и крыса поместятся в маленький фордик «Англия». Он еще не знал особенностей этой машинки, какими ее снабдил мистер Уизли.

– Только ни слова Молли, – шепнул мистер Уизли Гарри, открыв багажник Что-то нажал, багажник раздался в ширину, и громоздкие чемоданы легко туда влезли.

Наконец все разместились, миссис Уизли с Джинни сели на переднее сиденье, оно в длину не уступало садовой скамейке. Обернувшись назад, где удобно устроились Гарри, Рон, Фред, Джордж и Перси, она немало удивилась:

– Простецы не так уж глупы, как нам представляется. Такая вместительная машина! А по виду ни за что не скажешь.

Мистер Уизли включил зажигание, и груженный сверх меры фордик тяжело выкатил со двора. Гарри повернулся назад, хотел бросить на дом прощальный взгляд. Когда-то он опять увидит его! Не успел расчувствоваться, как машина дала задний ход: Джордж забыл коробку с хлопушками. Через пять минут еще остановка, и Фред рванул за метлой. Наконец благополучно доехали до шоссе, и тут Джинни всплеснула руками: забыла дома дневник. Пришлось вернуться за дневником. Глянули на часы, оказалось, они опаздывают на поезд. Обстановка в машине накалилась.

Мистер Уизли умоляюще посмотрел на жену.

– Молли, дорогая…

– Ни за что, Артур!

– Но нас никто не увидит. Вот эта маленькая кнопка от прибора невидимости, я сам его вставил. Давай включим только на время взлета, потом зароемся в облака. И через десять минут будем на месте. Клянусь тебе, никто ничего не узнает…

– Я сказала, нет, Артур. Тем более средь бела дня!

В четверть одиннадцатого остановились у вокзала КингсКросс. Мистер Уизли кинулся через дорогу за тележками для багажа, и скоро вся компания чуть не бегом поспешила на платформу.

Гарри в прошлом годууже ездил на экспрессе Лондон – Хогвартс. Вся штука заключалась в том, чтобы попасть на платформу девять и три четверти, невидимую для маглов. Платформу отгораживал от зала ожидания металлический барьер. Надо было пройти сквозь него (это не больно), но так, чтобы простецы ничего не заметили.

– Перси идет первый, – распорядилась миссис Уизли, нервно поглядывая на часы.

До отхода поезда оставалось пять минут, а их восемь человек, да еще этот барьер.

Перси резко шагнул вперед и исчез. Следом пошел мистер Уизли, за ним Фред и Джордж.

– Я возьму Джинни, – сказала миссис Уизли, – а вы сразу за нами.

Схватив Джинни за руку, она ринулась вперед. И в мгновение ока вместе с дочерью испарилась. Рон с Гарри двинулись за ними.

– Идем вместе, – предложил Рон, – осталась одна минута.

Гарри убедился, что клетка с Буклей прочно сидит на чемодане, и направил тележку прямо на барьер. Он был совершенно спокоен. «Летучий порох» был куда страшнее. Друзья шли, пригнувшись к тележке, нацелясь на барьер и с каждой секундой прибавляли шаг. За несколько шагов до барьера бросились бежать, и…

БУМ!

Тележки врезались в барьер и отскочили назад. Чемодан Рона с грохотом упал, Гарри сшибло с ног, клетка запрыгала по полу платформы, и Букля с негодующими воплями вылетела наружу. Окружающие изумленно таращили глаза на непонятное происшествие.

– Что вы такое вытворяете! – обрушился на ребят один из дежурных по вокзалу.

– Не справился с тележкой, – придумал Гарри объяснение, поднимаясь на ноги и потирая ушибленный бок.

Рон бросился ловить Буклю, чем вызвал негодование зевак, возмутившихся жестоким обращением с птицей.

– Почему нам не удалось прорваться через барьер, как всем? – шепотом спросил Гарри у Рона.

– Не представляю себе…

Рон в недоумении озирался по сторонам. Полдюжины зевак все еще пялились на них.

– Мы опоздаем на поезд, – упавшим голосом проговорил он. – Не понимаю, почему вход не открылся…

Гарри взглянул на огромные вокзальные часы, и под ложечкой у него засосало. Десять секунд… девять….

Попробовал прорваться еще раз. Точно нацелился, докатил тележку до барьера и что было сил двинул ее вперед. Металлический барьер не поддался.

Три секунды… две… одна…

– Все, – ошеломленно проговорил Рон. – Поезд ушел. Что будет, если мама с папой выйдут не с этой стороны и мы с ними разойдемся? У тебя есть хоть сколько-нибудь магловских денег?

– Откуда? – с грустным смешком сказал Гарри. – Дурели никогда не давали мне ни гроша на карманные расходы.

Рон прижал ухо к холодному металлу барьера.

– Ничего не слышно, – растерянно пробормотал он. – Что нам теперь, делать? Сколько времени родители будут нас искать?

Огляделись кругом – они все еще привлекают внимание, главным образом, потому, что Букля продолжает громко вопить.

– Пожалуй, лучше всего вернуться к машине, – предложил Гарри. – Здесь все на нас смотрят…

– Гарри! – воскликнул Рон, и в глазах у него опять вспыхнули радостные огоньки. – Автомобиль!

– Что автомобиль?

– Мы можем полететь в Хогвартс на нашем автомобиле!

– Но я думал…

– Мы в безвыходном положении, правда? Нам ведь надо ехать в школу! В экстренных случаях даже несовершеннолетним волшебникам разрешается применять магию. Кажется, параграф девять Уложения…

– А ты можешь водить летучий автомобиль? – спросил Гарри: растерянности как не бывало, она сменилась волнующим предвкушением.

– Запросто. – Рон повернул тележку к выходу с вокзала. – Идем скорее! Поторопимся – догоним экспресс Лондон – Хогвартс. И сядем ему на хвост.

Друзья покатили тележки сквозь толпу, вышли на привокзальную площадь и свернули направо в переулок, где стоял старенький фордик «Англия».

Ударив несколько раз волшебной палочкой, Рон открыл вместительный багажник, и друзья погрузили в него чемоданы, клетку с Буклей поставили на заднее сиденье, сами устроились на переднем.

– Следи, чтобы никто ничего не заметил, – сказал Рон и еще одним ударом волшебной палочки включил зажигание.

Гарри высунулся в окно, впереди на улице движение было большое, здесь же в переулке тишина и никаких прохожих.

– Все в порядке, – сообщил он.

И Рон нажал крошечную серебряную кнопку на приборной доске. Фордик растаял в воздухе, и они вместе с ним. Гарри чувствовал, как под ним вибрирует сиденье, слышал звук двигателя, ладонями ощущал коленки, переносицей – очки; судя по всему, он превратился в пару зрачков, парящих в двух метрах над землей в малопривлекательном переулке, заставленном машинами.

– Стартуем, – послышался справа голос Рона.

И переулок вместе с красновато-бурыми зданиями по ту и другую сторону провалился куда-то. Еще несколько секунд – и весь Лондон лежал под ними как на ладони, частью сверкающий огнями, частью окутанный дымом. Кажется, их взлета никто не заметил.

Внезапно что-то негромко стрельнуло, и машина вместе с Гарри и Роном обрела видимость. Рон изо всех сил нажал на кнопку.

– Где-то заело, – растерянно проговорил он.

Ударили по кнопке по очереди. Машина опять исчезла. И тут же снова возникла как ни в чем не бывало.

– Держись! – крикнул Рон и резко нажал на педаль акселератора: машина взмыла вверх, попала внутрь плотного слоя облаков и полетела вслепую, как в густом тумане.

– Теперь куда? – спросил Гарри, вглядываясь в молочную белизну, окутавшую машину со всех сторон.

– Теперь надо обнаружить поезд.

– Давай тогда скорее снижайся…

Машина вырвалась из зоны облаков, и мальчики, извернувшись на сиденьях каждый в свою сторону, свесились вниз.

– Вон он, впереди! Я его вижу! – обрадовался Гарри.

Экспресс Лондон – Хогвартс извивался внизу, как длинная пунцовая змея.

– Идет строго на север, – определил Рон по компасу на панели управления. – Будем сверяться каждые полчаса. А теперь держись крепче…

Машина прошила облака насквозь и очутилась в мареве солнечного света.

Мир преобразился. Под колесами – бескрайнее море пухлых снежно-белых облаков, вокруг безграничная синева, а над всем ослепительно яркое солнце.

– Здесь, – сказал Рон, – надо бояться только самолетов.

Друзья посмотрели друг на дружку и давай смеяться. Смеялись, смеялись, долго не могли остановиться.

Они были сейчас точно в волшебном сне. Это самый лучший способ путешествовать, подумал Гарри. Мимо проплывают башни и купола кучевых облаков, салон машины залит горячим сиянием, в бардачке пузатый пакетик ирисок. А впереди триумфальное приземление на зеленом газоне, обегающем замок Хогвартс, и завистливые взгляды близнецов Фреда и Джорджа.

Летели на север, каждые полчаса пикируя вниз, сверялись с направлением. И каждый раз им открывались внизу все новые картины. Лондон давно остался позади, пошли хорошо ухоженные зеленые поля, которые сменились розовато-лиловыми вересковыми пустошами, там и сям виднелись деревушки со старинными игрушечными церквями. Проплыл огромный город, по улицам которого, как разноцветные муравьи, сновали крошечные автомобили.

Несколько часов однообразного полета, однако, заметно уменьшили восторг Гарри. От ирисок сильно захотелось пить, стало так жарко, что оба путника сняли свитеры, но водолазка Гарри все равно прилипала к спинке сиденья, а очки то и дело сползали на кончик вспотевшего носа. Он перестал замечать фантастические очертания облаков. Как было бы здорово ехать сейчас в одном из прохладных вагонов, которые катились по рельсам далеко внизу, и выпить стакан ледяного тыквенного сока, развозимого доброй пухленькой ведьмой! Но почему все-таки они не смогли попасть на платформу девять и три четверти?

– Наверное, скоро приедем, а? – прохрипел Рон, еще несколько часов спустя. Солнце уже стало погружаться в облачные поля, расцвечивая их всеми оттенками красного. – Еще раз, что ли, снизиться?

Поезд по-прежнему был под ними, полз по склону горы с заснеженной вершиной. Под облаками, скрывавшими солнце, было значительно темнее.

Рон нажал на акселератор, и машина опять взмыла, но тут почему-то зловеще взвыл двигатель.

Гарри с Роном нервно переглянулись.

– Он, наверное, устал, – предположил Рон. – Столько работать без передышки!

Оба делали вид, что ничего особенного не происходит, а вой становился сильнее. Быстро смеркалось, вот уже в темноте начали загораться звезды. Гарри натянул свитер, стараясь не смотреть на дворники, которые почему-то стали дрожать. Как будто выражали недовольство.

– Мы уже совсем близко, – сказал Рон скорее автомобилю, чем Гарри. – Совсем. – И постучал пальцами по крышке панели.

Скоро опять пошли на снижение, вглядывались в темноту, ища знакомые приметы.

– Гляди! – вдруг крикнул Гарри. – Прямо по курсу!

Высоко на утесе, нависшем над озером, на фоне темного ночного неба обозначились башни и башенки замка Хогвартс.

Но машину уже стало сильно трясти, и она быстро теряла скорость.

– Ну еще немножечко, – умолял ее Рон, дергая руль. – Мы почти на месте.

Мотор ревел. Тонкие струи пара вылетали из-под капота. Гарри вцепился в края сиденья – они уже подлетали к озеру.

Машину резко качнуло. Выглянув из окна, Гарри увидел под собой гладкое черное зеркало воды. Рон крепче сжал руль, так что побелели костяшки пальцев. Машину опять качнуло.

– Еще чуть-чуть, – выдохнул Рон Летели над озером, прямо на замок Рон нажал на педаль.

Раздался громкий лязг, несколько выхлопов, и двигатель окончательно смолк.

– Да-а, – протянул Рон в полной тишине. Капот машины нырнул вниз. Начали, набирая скорость, падать, еще минута – и они врежутся в прочную стену замка.

– Да погоди ты! – завопил Рон, выворачивая руль.

В дюйме от стены машина свернула в высокую арку и влетела внутрь замка. Внизу темнели теплицы, за ней огородные грядки, потом начался газон. Машина продолжала снижаться.

Рон отпустил руль и вынул из заднего кармана волшебную палочку.

– Стой! Стой! – кричал он, колотя палочкой по ветровому стеклу, но машина все падала отвесно на землю.

– Осторожнее, дерево! – завопил Гарри, бросившись на руль. Но было уже поздно.

Кр-рак!

С душераздирающим звуком удара металла о кору дерева машина врезалась в толстенный ствол и упала на землю, подпрыгнув как мяч. Из-под сплющившегося капота валил густой пар. Букля в ужасе стенала не своим голосом. Гарри врезался лбом в ветровое стекло, и у него вскочила шишка величиной с яйцо. Рон издал полный отчаяния вопль.

– Ты жив? – в испуге спросил Гарри.

– Моя палочка, – дрожащим голосом произнес Рон. – Погляди, что с ней случилось.

Палочка раскололась на две части, сдерживаемые тонкой щепочкой.

Гарри открыл было рот, чтобы утешить Рона: волшебную палочку можно починить в школе. И в тот же миг по левой дверце что-то ударило с силой пушечного ядра. Он повалился на Рона, и тут же сверху обрушился новый удар.

– Что происходит? – Рон посмотрел в ветровое стекло и ахнул.

Гарри повернулся к нему и успел увидеть, как ветка толщиной с хорошего питона хлестнула по стеклу. Дерево, в которое они врезались, наносило ответные удары.

Еще одна извивистая ветка стеганула по правой дверце, да так, что на ней вспухла вмятина. Ветровое стекло вздрагивало от дробного стука сучков, похожих на костяшки пальцев, а один огромный сук, скрученный, как рог барана, нанес яростный удар по крыше и продавил в ней целую яму.

– Это уж слишком! – воскликнул Рон. – Скорее бежим отсюда!

Он налег всем телом на дверцу, но сильнейший апперкот швырнул его на колени Гарри. Потолок машины угрожающе провис.

– Мы пропали. – Рон чуть не плакал. Машина вдруг принялась вибрировать, и двигатель сам собой включился.

– Задний ход! – крикнул Гарри, и машина рванула назад.

А ива все старалась ветвями-змеями достать обидчиков: друзья слышали, как трещат ее корни. Драчунья чуть не выдрала себя из земли, жаждя мести.

– Мы были на волосок от гибели, – едва переводя дыхание, проговорил Рон. – Молодец, фордик!

А у фордика, по-видимому, лопнуло терпение. Издав негодующий лязг, обе дверцы распахнулись, сиденья швырнули ребят в стороны, и они плашмя рухнули на землю. Громкий стук сзади оповестил, что машина вытряхнула из багажника и их чемоданы. Над головой пролетела клетка с Буклей. Дверца открылась, и Букля вырвалась на свободу. Издавая протяжные, сердитые вопли, она плавно полетела в сторону школы. А фордик, побитый, поцарапанный, испуская пар, загромыхал в темноту, выражая красными огоньками задних фар сильнейшее негодование.

– Вернись! – кричал ему вслед Рон. – Вернись! Отец меня убьет!

Но фордик, последний раз фыркнув выхлопной трубой, растворился в темноте.

– Здорово нам не повезло, – убито проговорил Рон и нагнулся за крысой Коростой.

– Надо же! Из всех здешних деревьев врезаться именно в то, которое дает сдачи!

И он обернулся назад, бросил взгляд на старую плакучую иву – та все еще мстительно махала ветвями.

– Да, не повезло, – невесело вымолвил Гарри. – Давай пойдем сразу в школу.

Возвращение было совсем не таким победоносным, как представлялось. Измученные, закоченевшие, все в синяках, они ухватили за ручки свои чемоданы и потащились вверх по склону к огромным дубовым дверям школы.

– Торжественное открытие, наверное, уже идет, – сказал Рон, бросив свой чемодан у парадной лестницы. Тихонько приблизился к ярко освещенному окну и заглянул внутрь. – Иди сюда, Гарри, – позвал он. – Уже началось распределение!

Гарри подошел, и оба стали смотреть на происходящую в Большом зале церемонию.

Множество горящих свечей парили над четырьмя длинными накрытыми столами, отчего золотая посуда и кубки блестели и переливались всеми цветами радуги. А над свечами по всему потолку – его волшебное свойство заключалось в том, что он зеркально отражал состояние неба – ярко горели знакомые созвездия.

Сквозь лес черных остроконечных шляп Гарри разглядел длинную вереницу испуганных первокурсников, входящих один за другим в зал. Среди них была и Джинни. Гарри сразу ее узнал по ярко-рыжим волосам, которыми отличалось все семейство Уизли. Профессор МакГонагалл, колдунья в очках и с тугим узлом волос на затылке, ставила на табурет знаменитую Шляпу, распределявшую новичков по факультетам.

В начале каждого учебного года эта древняя Шляпа, грязная и вся в заплатках, шептала новеньким, кто в каком из четырех факультетов (Гриффиндор, Пуффендуй, Когтевран и Слизерин) будет учиться. Гарри хорошо помнил, как ровно год назад он надел эту Шляпу и с замиранием сердца ожидал решения своей участи. Он очень боялся, что она пошлет его в Слизерин, который выпускал больше черных магов и ведьм, чем любой другой факультет. Несколько томительных секунд Шляпа молчала, а потом назначила ему Гриффиндор, куда попали и Рон с братьями, и Гермиона. В прошлом году они с Роном помогли Гриффиндору выиграть соревнование между факультетами. Слизерин остался позади первый раз за семь лет.

К табурету со Шляпой подошел маленький мальчик, с волосами мышиного цвета. Скользнув по нему взглядом, Гарри остановил внимание на профессоре Дамблдоре, директоре школы, который наблюдал за распределением, сидя на своем месте за банкетным столом для преподавателей. Его белая борода серебрилась, а половинные стекла очков поблескивали от колеблющихся язычков пламени сотен свечей. Через несколько мест от него сидел Златопуст Локоне в аквамариновом плаще. А самый конец стола украшала могучая фигура волосатого лесничего Хагрида.

– Гляди, – шепнул Гарри Рону. – За учительским столом одно место пустое. Нет Снегга. Интересно, где он?

Профессор Северус Снегг был его самый нелюбимый учитель. Да и Гарри не ходил у него в любимчиках. Жесткий, саркастичный Снегг преподавал в школе зелья; почитали профессора только ученики его собственного факультета Слизерин.

– Может, он заболел, – с надеждой в голосе предположил Рон.

– А может, совсем ушел? Из-за того, что место преподавателя защиты от темных искусств снова досталось не ему?

– А может, его выгнали? – вдохновенно произнес Рон. – Его все терпеть не могут…

– А может быть, – промолвил сзади чей-то ледяной голос, – он сейчас стоит и ждет, когда вы двое расскажете ему, почему вы вернулись в школу не поездом.

Гарри мигом обернулся. В двух шагах стоял Северус Снегг собственной персоной, его черная мантия колыхалась от порывов ветра. Он был очень худой, с изжелта-серым лицом и крючковатым носом; черные, точно смазанные жиром волосы падали на плечи. Увидев его улыбку, Гарри понял, что им с Роном грозит большая беда.

– Следуйте за мной! – приказал грозный профессор.

Не смея взглянуть друг на друга, мальчики поднялись за ним по ступенькам и вошли в огромный холл, где малейший звук отдавался громким эхом. Холл освещался пламенем факелов. Из Большого зала сюда долетали аппетитные запахи, но Снегг повел их прочь от тепла и света вниз по узкой каменной лестнице, ведущей в подземелья.

– Входите. – Он отворил дверь на первой площадке.

Дрожащие от холода незадачливые путешественники очутились в кабинете Северуса Снегга. Пустой остывший камин не сулил приятной беседы. Гарри разглядел в полумраке полки вдоль стен, уставленные большими стеклянными банками, в которых плавало омерзительное на вид непонятно что, не вызвавшее у Гарри ни малейшего любопытства, по крайней мере сейчас. Снегг захлопнул дверь и взглянул на своих пленников.

– Значит, поезд, – начал он тихим голосом, – недостаточно хорош для знаменитого Гарри Поттера и его верного подпевалы Рона Уизли. Захотелось явиться в школу с помпой, а?

– Нет, сэр, это все барьер на вокзале КингсКросс…

– Молчать! Так что же вы такое сделали с этим автомобилем?

Рон тяжело вздохнул. А Гарри подумал, он уже не первый раз замечает, что Снегг умеет читать чужие мысли. Но профессор развернул сегодняшний выпуск газеты «Вечерний пророк», и Гарри понял, в чем дело.

– Вас видели маглы, – прошипел он, указывая на заголовок

– «Маглов изумил летящий в небе форд „Англия“, – начал он громко читать. – Два лондонца уверяют, что видели, как над башней почты пролетел старенький фордик… в полдень в Норфолке миссис Хетти Бейлисс, развешивая во дворе белье… Мистер Ангус Флит из Пиблза сообщил полиции…» И таких сообщений шесть или семь. Если не ошибаюсь, твой отец работает в отделе «Противозаконное использование изобретений простецов?» – обратился он к Рону, злобно ухмыляясь. – Нет, вы только подумайте… его собственный сын…

Гарри показалось, что его хлестнуло самой большой плетью взбесившейся ивы. Вдруг узнают, что мистер Уизли заколдовал этот автомобиль? Что тогда будет? Как же он раньше не подумал об этом!

– Осматривая парк, – продолжал Снегг, – я обнаружил, что был нанесен значительный ущерб бесценной Гремучей иве, редчайшему экземпляру подвида плакучих ив.

– Эта ваша Гремучая ива нанесла нам куда больший ущерб! – выпалил Рон.

– Молчать! – опять рявкнул Снегг. – К моему огромному сожалению, вы не на моем факультете, и я не могу вас отчислить. Но я сейчас же пойду приведу тех, кто обладает этими счастливыми полномочиями. А вы пока будете ждать здесь.

Гарри и Рон, побледнев, взирали с отчаянием друг на друга. Гарри больше не чувствовал голода. Его мутило, и он старался не смотреть на банку, стоявшую на полке над столом Снегга: там плавало в зеленой жидкости что-то большое и осклизлое. Если Снегг пошел за профессором МакГонагалл, возглавляющей факультет Гриффиндор, послабления не жди. Она, конечно, человек более справедливый, чем Снегг, но тоже очень строгая.

Через десять минут Снегг вернулся и, разумеется, в сопровождении профессора МакГонагалл. Гарри довелось несколько раз видеть ее рассерженной, но то ли он забыл, какие у нее бывают тонкие губы в гневе, то ли такой сердитой на его глазах она никогда не была. Войдя в кабинет, она тотчас взмахнула волшебной палочкой, мальчишки в страхе отпрянули, но она только разожгла в камине огонь, который тут же ободряюще загудел.

– Садитесь, – предложила она.

Оба опустились на стулья поближе к огню.

– Теперь рассказывайте! – потребовала МакГонагалл) сердито поблескивая очками.

И Рон пустился описывать их злоключения, начав с барьера, который отказался впустить их на волшебную платформу.

– …у нас просто не было другого выхода, госпожа профессор, мы никак не могли попасть на наш поезд.

– А почему вы не послали письмо с совой? У тебя ведь была сова? – Профессор строго посмотрела на Гарри.

Гарри опустил голову: именно так они должны были поступить.

– Я… я не подумал…

– Это яснее ясного.

В дверь постучали, и Снегг, излучая счастье, отпер ее. В кабинет вошел директор школы, профессор Дамблдор.

Гарри сжался в комок. Вид у Дамблдора был на редкость серьезный. Он глядел на ребят, повесив крючковатый нос. И Гарри вдруг захотелось очутиться с Роном в темном парке под градом ударов Гремучей ивы.

После продолжительного молчания Дамблдор наконец сказал:

– Сделайте милость, объясните все-таки, почему вы так поступили.

Уж лучше бы он закричал на них, такое разочарование прозвучало в его голосе.

Гарри почему-то не мог смотреть в глаза директору и рассказывал не ему, а своим коленкам. Он подробно описал все, умолчав об одном – что заколдованный автомобиль принадлежит мистеру Уизли. По его рассказу получалось, что им с Роном повезло: на привокзальной стоянке оказался летучий автомобиль. Он сразу понял, Дамблдор не поверил ему, хотя и ничего не расспрашивал. Наконец Гарри закончил печальную повесть – директор школы продолжал молча взирать сквозь очки на жалких подсудимых.

– Мы пойдем собирать вещи, – совсем тихо вымолвил Рон.

– Это вы о чем, Рональд Уизли? – сурово вопросила профессор МакГонагалл.

– Вы ведь хотите исключить нас из школы? Гарри бросил быстрый взгляд на Дамблдора.

– Не сегодня, мистер Уизли, – ответил директор. – Но я делаю вам обойм последнее предупреждение. Вы совершили очень серьезный проступок. Я сегодня же напишу вашим семьям. И если подобное повторится, буду вынужден вас исключить.

С лица Снегга схлынуло ликование, как если бы он услышал, что отменены рождественские каникулы. Прокашлявшись, он обратился к директору:

– Профессор Дамблдор, эти юнцы нарушили Закон, ограничивающий магию несовершеннолетних, нанесли серьезный урон старой, очень ценной иве… этот акт вандализма…

– Профессору МакГонагалл решать вопрос об их наказании, – спокойно проговорил Дамблдор. – Они учатся на ее факультете, она несет за них ответственность. Так я пошел на банкет, Минерва, – повернулся он к ученой даме. – Надо сделать несколько объявлений. Идемте, Северус. Какой нас ожидает восхитительный торт!

Окинув Гарри и Рона взглядом ядовитой змеи, Снегг убрался из кабинета вслед за директором. Подсудимые остались наедине с профессором МакГонагалл, взиравшей на них строгим, но справедливым оком.

– Тебе бы, Уизли, лучше всего отправиться сейчас в изолятор, у тебя ссадина на лбу кровоточит.

– Не очень сильно. – Рон поспешно вытер рукавом царапину над глазом. – Мне бы хотелось посмотреть, профессор, как будет распределяться моя сестра.

– Церемония распределения уже кончилась. Твоя сестра тоже попала в Гриффиндор.

– Здорово!

– А что касается Гриффиндора… – начала было МакГонагалл.

– Профессор, – перебил ее Гарри, – когда мы сели в тот автомобиль, семестр в школе еще не начался. Так что… наверное… у Гриффиндора не вычтут баллы? – спросил с беспокойством Гарри.

Профессор МакГонагалл пристально помотрела на него, и ему показалось, что губы ее тронула улыбка. Во всяком случае, они уже были не такие тонкие.

– Нет, я не вычту баллов у факультета. Но вам наказания не избежать, будете после уроков выполнять общественно полезные работы.

У Гарри отлегло от сердца. Все кончилось лучше, чем он ожидал. Письмо Дурслям и наказанием не назовешь. Они пожалеют только, что Гремучая ива совсем его не убила.

Профессор МакГонагалл взмахнула своей палочкой над столом Снегга. И на нем, откуда ни возьмись, появилась тарелка, полная бутербродов, и два серебряных кубка с тыквенным соком.

– Ешьте, – сказала она, – и марш к себе в спальню. А мне еще надо вернуться на банкет.

Когда дверь за ней захлопнулась, Рон громко и протяжно свистнул.

– А я уж было решил – прощай школа! – воскликнул он и жадно схватил бутерброд.

– И я тоже, – последовал его примеру Гарри.

– Ну до чего ж нам не везет! – жуя бекон с курицей, проговорил Рон. – Фред с Джорджем раз пять или шесть летали на этом фордике, и ни один простец не заметил. – Рон проглотил и откусил еще один здоровенный кусок. – Но все-таки, почему нам не удалось попасть на платформу через этот барьер?

Гарри пожал плечами.

– Теперь придется взвешивать каждый свой шаг, – сказал он, с удовольствием отхлебывая тыквенный сок из серебряного кубка, в котором плавали льдинки. – Жалко, что нас не пустили на банкет…

– Она просто решила упрятать нас ото всех, – предположил Рон. – Чтобы никто в такой вечер не сказал: а все-таки классно летать в школу на фордике!

Наевшись до отвала – тарелка-то была самобранка – ребята покинули кабинет и пошли знакомой дорогой в башню Гриффиндора. В замке все было тихо, праздник, как видно, кончился. Они прошли мимо бормочущих портретов, позвякивающих доспехов рыцарей, поднялись по узкой каменной лестнице и, наконец, достигли перехода, где был секретный вход в башню Гриффиндора, замаскированный большим портретом очень полной дамы в розовом шелковом платье.

– Пароль? – спросила дама, увидев приближающихся ребят.

– М-м-м… – протянул Гарри, как бы вспоминая.

Они не знали нового пароля, ведь они еще не видели старосты Гриффиндора. Но помощь подоспела немедленно. За спиной послышались чьи-то быстрые шаги, ребята обернулись, их догоняла Гермиона.

– Это вы! Где вы были? Ходит нелепый слух, что вас исключили за то, что вы якобы разбили летучий автомобиль.

– Нет, нас не исключили, – заверил ее Гарри.

– Надеюсь, вы не хотите сказать, что прилетели в школу… – Гермиона говорила тоном профессора МакГонагалл.

– Оставь нотацию до другого раза. Скажи лучше пароль! – нетерпеливо потребовал Рон.

– «Индюк», но это не главное… – Гермиона явно сердилась.

Ее слова, однако, потонули в громе аплодисментов: дверь с дамой отворилась, и они очутились на пороге Общей гостиной. Казалось, не спит весь факультет. Комната была переполнена, стояли даже на шатких стульях, на покосившихся столах. Друзей, очевидно, давно ждали. Десятки рук потянулись к ним и втащили внутрь через вход, обозначенный портретом. Гермиона протиснулась следом.

– Потрясающе! – крикнул Ли Джордан. – Гениально! Какое возвращение! Врезаться в Гремучую иву! Школа сто лет этого не забудет!

– Молодцы! – похвалил пятикурсник, который раньше ни разу даже не заговаривал с Гарри.

Кто-то похлопал его по плечу, как будто он только что выиграл марафонский бег. В первый ряд сквозь толпу пробились Фред с Джорджем.

– Почему вы не позвали нас? Мы бы могли запросто вернуться!

Рон покраснел и виновато улыбнулся. А Гарри вдруг заметил одно явно расстроенное лицо. Это был Перси, возвышавшийся среди первокурсников; он двигался к ним, готовый высказать, что о них думает. Гарри толкнул Рона в бок и кивком указал на старосту. Рон немедленно оценил обстановку.

– Мы немного устали, пойдем наверх, – сказал он, и парочка, раздвигая толпу, устремилась в конец зала, к двери на лестницу, ведущую в спальни.

– Пока. – Гарри махнул рукой Гермионе, у которой был почти тот же укоряющий вид, что и у Перси.

Сопровождаемые восторженными возгласами и дружескими похлопываниями по спине, они достигли наконец лестничной площадки. Дверь за ними захлопнулась, и их окутала благостная тишина. Друзья почти бегом устремились наверх. Их спальня была под самой крышей, на ее двери теперь красовалась табличка «2 курс». Они вошли в знакомую круглую комнату с высокими узкими окнами, в которой стояло пять кроватей под бархатными пологами. Чемоданы уже кто-то внес, и они дожидались хозяев в изножье кроватей, Рон смущенно взглянул на Гарри.

– Я понимаю, радоваться нечему и все такое… но…


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю