Текст книги "Великая Перемена (и прочая ложь) (ЛП)"

Автор книги: Джо Аберкромби

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 5 страниц)

Заскрежетали шестерни – это Сибальт отодвигал дверь цеха, и изнутри хлынул оранжевый свет горна. Гриз вскарабкалась на повозку, чтобы стянуть брезент:

– Время нанести удар за простой народ, а? – буркнула она Тэллоу.

Он глянул на неё с козел своими большими печальными глазами:

– Ага, наверное, – сказал он, наблюдая, как Мур оттаскивает одну из бочек.

– Так, – прошипела Вик, – давайте первую...

Гриз ахнула, когда ей в глаза ударил свет, дневной свет из ниоткуда, ослепляя её.

– Стоять! – прогремел голос. – Именем Его Величества!

Повозка дёрнулась вперёд, Гриз споткнулась, запуталась в верёвке от брезента, отчаянно попыталась ухватиться за спинку сиденья, но свалилась набок, ударившись головой о край бочки, а потом впечаталась лицом в мокрую брусчатку.

Она застонала и перевернулась, в голове стучало. Где-то кричали. Топот ног. Она, пошатываясь, поднялась на колени, перед глазами мелькали огни, чёрные фигуры на светлом фоне. Что-то просвистело мимо и вонзилось в борт повозки. Арбалетный болт. Не один.

– Нет, – прошептала она. Мур лежал на боку у колеса повозки, один болт в груди, другой в бедре, топорик валялся рядом с его подрагивающими пальцами. – Нет! – Гриз схватила его и развернулась, пригибаясь, оскалив зубы. Она видела приближающихся практиков. Чёрные дубинки, лица в масках. Слишком много.

– Ну, давайте, ублюдки! – заорала она, стоя над телом Мура. – Давайте!

– Сдавайся, – сказал один глухо из-под маски. Почти скучающим тоном. Гриз бросилась на него, замахнувшись, но он просто сделал осторожный шаг назад, а другой нырнул сбоку и ударил её дубинкой по бедру, когда она потеряла равновесие.

Разворачиваясь к нему, она уже падала на колено. Кто-то ещё ударил её по плечу, боль прострелила шею. Она подняла топор, но кто-то перехватил её руку, вывернул, в бок врезался сапог, выбив воздух из лёгких. Тэллоу просто наблюдал за всем с козел, как ни в чём не бывало.

– Беги! – простонала она, когда её прижали к земле. – Беги, сволочь!

Но он даже не попытался убежать, не то что сопротивляться. Просто спокойно спрыгнул с повозки, спокойно опустился на колени и спокойно завёл руки за голову, ожидая, когда его закуют.

Гриз визжала, брыкалась, плевалась и извивалась, умудрилась попасть одному практику сапогом в лицо, но двое других схватили её, прижали, и вот она уже лежит лицом в брусчатке, колено давит на спину, а на запястьях лязгают кандалы. Ещё один встал над ней, вытаскивая холщовый мешок.

Свет фонаря упал на лицо Тэллоу, и оно было другим, не как всегда. Его большие печальные глаза сузились, стали жёсткими, а губы скривились, пока он наблюдал за её борьбой. Не жалость и не страх. Презрение.

Точно как смотрели на неё охранники на фабрике.

***

Допросный дом, весна 605 года

Тэллоу как раз прикидывал, как себя вести, когда вошла Вик. Просто перебирал, что он должен знать, а о чём помалкивать. Надо быть начеку постоянно. Держать себя в тонусе. Оступишься раз – и она наверняка тебя подловит. Она была умна, в этом он никогда не сомневался. Он многому научился, просто наблюдая за ней с остальными. Как она их цепляла, как заманивала, никогда не раскрываясь до конца. Он бы никогда не догадался, что она предательница. Она была бы последней, кого он заподозрил. Если бы Костлявый не разложил ему всю картину. Она была чертовски умна. Но у него было одно преимущество, и немалое.

Она хотела ему верить.

Поэтому Тэллоу просто сделал глаза пошире. Бедный я, несчастный. Ссутулил плечи. Такой слабый, такой напуганный. Маленький жалкий неудачник. Ей нужен был кто-то слабый, кого можно защищать. Кто-то глупый, рядом с кем она могла бы блистать умом. Вот он и прикинулся слабым. Прикинулся глупым.

– Ты от них сбежала? – прошептал он.

Вик грустно улыбнулась, садясь напротив него в кресло для допрашивающего:

– От них никто не сбегает.

– Значит...

– Это я.

Он долго смотрел на неё, размышляя, как себя вести. Стоит ли кричать оскорбления? Стоит ли брыкаться, царапаться и разыграть припадок безумия? Но был шанс, что она раскусит его. Лучше вести себя тихо и позволить ей самой додумать остальное. Поэтому он просто опустил взгляд на заляпанную столешницу и сказал:

– О.

– Знаешь, с кем я только что разговаривала за дверью?

Тэллоу медленно покачал головой, хотя точно знал с кем.

– С его преосвященством архилектором.

Он сделал глаза ещё шире, хотя его преосвященство был в его камере прямо перед ней, давая несколько советов о том, как вести себя на этом самом допросе.

– Здесь?

– Собственной хромой персоной. Тебе повезло. Ты никогда не видел, как он работает. А я видела, – и она протяжно, тихо присвистнула. – Костлявый, конечно, не выиграет забег. Но когда дело доходит до того, чтобы разговорить людей – поверь мне, быстрее него никого нет. Держу пари, твоя подруга Гриз уже рассказывает ему всё, что знает обо всём на свете.

– Она сильная, – сказал он, хотя испытывал лишь презрение к этой тупой корове.

– Нет, не сильная. Но это неважно. Когда ты раздет и одинок, и он начинает резать, нет такой силы, которой было бы достаточно.

Тэллоу было совершенно наплевать, но он умел плакать по команде уже много лет и решил, что сейчас самое время позволить паре слезинок скатиться по щеке.

– Но она...

– Выкинь её из головы. Она уже повешена. Мур мёртв, а Сибальт... – В голосе Вик появилась едва заметная трещинка. Большинство бы не заметило, но Тэллоу заметил. Он видел таких, как она, в лагерях. Может, и замёрзшая снаружи, но всё ещё мягкая внутри.

– Сибальт?

– Он тоже мёртв.

– Ты говоришь так, будто гордишься.

– Нет. Но и не стыжусь. Они сделали свой выбор, ты слышал, как я их спрашивала. Так же, как спросила тебя.

Тэллоу сделал паузу, облизнув губы. Нужно действовать осторожно, убедиться, что она клюнет.

– Гриз повесят, но... не меня?

– Быстро соображаешь. Для тебя дверь ещё открыта. Для тебя... и твоей сестры.

Тэллоу моргнул, глядя на неё. Костлявый знал всё наперёд, как по волшебству. Знал, как всё сложится, почти слово в слово. Знал, что она попытается завербовать его, и как именно это сделает. Он задумался, как долго Костлявый планировал это. На сколько ходов вперёд он просчитал. Всё, что нужно было Тэллоу – это подыграть. Глупый маленький неудачник, который сделает что угодно ради сестры. Глупый маленький неудачник, который попал в переделку, и только Вик может ему помочь выбраться.

– Я сказала его преосвященству, что, возможно, тебя можно спасти, – произнесла она. – Возможно, ты мог бы послужить королю.

– Какого рода служба? – Хотя он, конечно, знал. Он занимался этим уже несколько месяцев.

– Любая, какую я выберу.

Он опустил взгляд на стол, быстро соображая. О чём бы беспокоился неудачник? Хороший маленький солдат? Не хотел бы подвести своих. Он облизнул губы.

– Предать своих братьев, – пробормотал он, будто каждое слово причиняло ему боль.

– Думаю, да.

– Какие у меня есть варианты?

– Только этот вариант, и можешь считать, что тебе чертовски повезло.

Тут он поднял глаза. Показать ей намёк на гнев, тень обиды, не позволить ей полностью контролировать ситуацию. Пусть поработает – точно так же, и он это видел, как она заставляла работать Сибальта.

– Тогда к чему весь этот разговор? – огрызнулся он.

– Чтобы ты понимал, чем мне обязан.

Складно придумано. Было бы складно, будь он тем, за кого она его принимала. Она поднялась, достала ключ и расстегнула его цепи. Потом швырнула ему одежду.

– Одевайся. После поспишь. Утром выезжаем в Вальбек. Надо выяснить, где эти болваны раздобыли три бочки гуркского огня.

Тэллоу оставил руки в кандалах. Решил, что стоит надавить на её чувство вины, пока есть возможность. Её вина – его рычаг давления.

– Хоть что-нибудь из этого было правдой?

– Из чего?

– Из того, что ты нам рассказывала?

Она прищурилась. – Хороший лжец врёт как можно меньше.

Он и сам сказал бы то же самое. – Значит... ты действительно выросла в лагерях?

– Двенадцать лет. От девчонки до женщины. Мои родители и сёстры погибли там. – Она сглотнула, и он видел, как ей больно. – Брат тоже.

Она не смогла спасти своего брата, так что он даст ей нового, которого можно спасти. – Ты потеряла не меньше любого из нас, – сказал он с видом непонимающего простака, хотя всё понимал не хуже её самой.

– Больше, чем большинство.

– Тогда как ты можешь...

– Потому что если я и вынесла что-то из лагерей... – Она склонилась над ним, оскалившись, а он съёжился, изображая ужас. – Так это то, что нужно держаться победителей.

Хороший урок. Он и сам его усвоил. Вик решительно направилась к двери и с грохотом захлопнула её за собой.

Тэллоу ещё немного посидел неподвижно. Потом позволил себе едва заметную улыбку и начал одеваться. Любопытно, как выглядит его сестра.

Если ему вообще придётся с ней встретиться.