355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Джеймс Понти » Флориан Бэйтс и пропавший виолончелист » Текст книги (страница 2)
Флориан Бэйтс и пропавший виолончелист
  • Текст добавлен: 28 марта 2022, 12:03

Текст книги "Флориан Бэйтс и пропавший виолончелист"


Автор книги: Джеймс Понти



сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 4 страниц)

Глава третья
Директор

Через тридцать минут после нашего прибытия на кампус я уже знал об истории школы Чатэм Каунтри Дэй больше, чем обо всех пяти школах, в которых учился на самом деле. К примеру, мне стало известно следующее.

Полковник Джон Рис Чатэм, служивший во время Гражданской войны полевым хирургом, основал школу в 1866 году.

Территория кампуса представляет собой двадцать три живописных акра, которые раскинулись вдоль парка Рок-Крик в районе Форест-Хиллз города Вашингтон, округ Колумбия.

«Основы образования в Чатэме» – это кодекс чести, который в начале каждого учебного года подписывает любой ученик.

Данными знаниями я обогатился благодаря пятиминутному видеоролику, который крутили в бесконечном повторе в комнате Основателя. Там мы с Маркусом и Маргарет дожидались, когда же директор сможет с нами пообщаться.

Первый раз или два видео впечатляло. После пятого просмотра мы уже готовы были возненавидеть все, связанное с этой школой.

– Я же говорила, они задаваки, – прокомментировала Маргарет, в то время как на экране пара свежих выпускников хвасталась тем, что в Чатэме их подготовили для Лиги плюща[6]6
  Лига Плюща – ассоциация восьми старейших университетов США, куда входят Гарвард, Принстон и Йель.


[Закрыть]
.

Покосившись на Маркуса, я заметил, что его челюсти стиснуты, а губы сжаты в тонкую нить, – характерное для него выражение лица «я закипаю». Обычно означает, что он пытается не дать раздражению перекипеть в настоящий гнев.

– Что-то не так? – спросил я.

– Нет, – неубедительно выдохнул он. – Просто я предполагал, что фэбээровцев не принято так долго томить. Особенно с учетом того, что это они просили нас о помощи.

Хотя никто ничего на эту тему не сказал, но уже в момент нашего приезда мы ясно поняли, что вид нашей троицы разочаровал здешних сотрудников. Уверен – директор сказал помощнице, что к ним едут три агента ФБР. Так что она ожидала увидеть мужиков в костюмах и с армейской стрижкой, а не Маркуса с парой детей. Даже просьба подождать в комнате Основателя вместо приемной казалась обидной – словно нас хотели убрать с глаз долой, пока не сообразят, как избавиться от гостей.

Помимо видео комната радовала глаз дубовыми панелями на стенах, увешанными фото выпускных классов за век с лишним. Полками, ломившимися от стародавних выпускных альбомов. И – по некой необъяснимой причине – витриной с окаменелой челюстью гигантского ленивца. (Единственной окаменелостью в школе Дил была буфетчица, которая жарила картошку во фритюре.) Табличка на витрине гласила: «Образец Megatherium, добытый полковником Дж. Р. Чатэмом, предоставленный Смитсоновским институтом». Я пытался понять, в чем смысл этой экспозиции, когда помощница директора наконец пришла за нами и сообщила:

– Доктор Патни готов с вами встретиться.

Нас ввели внутрь впечатляющего кабинета со старинной мебелью и небольшой зоной для приема посетителей. Ничего похожего на директорский кабинет в Дил, но Патни-то был главой элитной частной школы. Люди отваливали огромные суммы денег ради того, чтобы здесь занимались с их отпрысками, и, уверен, ожидали соответствующего уровня официальности.

Патни был сложен как бегун – высокий и худой. Он носил хрустящую белую рубашку с галстуком цвета бургундского. Очки для чтения, водруженные на лысеющую макушку, придавали ему профессорский вид, а ястребиный нос внушительно выдавался вперед.

– Добро пожаловать! – сказал он, выдвигаясь к зоне для приема гостей. – Меня зовут доктор Патни, я – директор школы Чатэм Каунтри Дэй.

Приветствие было вежливым, но теплым – едва ли.

– Я специальный агент Риверс, – жестким тоном произнес Маркус. – А это Флориан Бэйтс и Маргарет Кэмпбелл. Так вам все же удалось связаться с адмиралом Дугласом?

Директор ответил Маркусу озадаченным взглядом:

– О чем вы говорите?

– Нам же поэтому пришлось прождать столько времени, так? – сказал Маркус. – Из-за того, что вы пытались связаться с ним и спросить, почему он прислал нас?

– Я сожалею, что вы так думаете, но, уверяю вас, я не пытался звонить адмиралу Дугласу, – улыбнулся директор.

Подсказка детективу № 2:

люди часто пытаются скрыть вранье, используя официальные выражения. В точности это Патни сделал в одной фразе дважды: сказал «я сожалею» вместо «сожалею» и «уверяю вас» вместо «уверяю». Лжецы вообще любят добавлять обороты вроде «уверяю вас».

– Но, раз уж вы подняли эту тему, должен признать, что я обескуражен, – продолжил он. – Когда я говорил с адмиралом в конце недели, у меня сложилось впечатление, что он предлагает мне помощь группы Специальных проектов.

– Все верно, – сказал Маркус.

Директор подождал дальнейших пояснений, но их не планировалось. Тогда он глянул на нас троих и спросил:

– Так они скоро прибудут?

– Мы и есть группа Специальных проектов, – с улыбкой ответил Маркус. – И, уверен, адмирал проинформировал вас, что наша роль в этом деле должна быть сохранена в тайне от всех. Включая ваш персонал, преподавательский состав и совет попечителей.

Патни снова окинул нас взглядом:

– Тогда я на самом деле обескуражен. Я предполагал, что группа будет состоять из криминалистов, чтобы незаметно искать улики, или, возможно, эксперта по компьютерам, который бы выяснил, кто взломал наш сервер.

– Криминалистическая экспертиза поможет только в том случае, если мы возьмем отпечатки пальцев у каждого вашего ученика, – сказал Маркус. – Думаете, родителям это понравится?

– Ну, нет, – признал директор. – Но.

– А что до компьютерного эксперта, то ему потребуется доступ ко всем вашим внутренним файлам, аккаунтам и базам данных.

– Но существуют ведь соглашения о конфиденциальности.

– А еще важнее, что вы не ищете криминального босса или кибервора. Вы ищете ребенка. Или группу детей. И поэтому мы предлагаем вам то, что предлагаем. Самый быстрый способ выяснить, кто хулиганит в вашей школе, – это внедрить в нее Флориана и Маргарет как учеников по обмену. Под прикрытием.

– «Под прикрытием»?! – Директор практически выплюнул эти слова. – Это не уличная банда, а престижная частная школа. Мы не можем просто позволить вам шнырять здесь и допрашивать всех подряд. Учащиеся нашей школы – совершенно особенные дети и.

– Как и их школы, – снова перебил Маркус.

– Прошу прощения? – переспросил Патни.

– Учащиеся средней школы Элис Дил. Они тоже совершенно особенные.

– О, конечно.

– Как по факту и учащиеся любой школы в Вашингтоне, – продолжил Маркус. – К примеру, школы Дюка Эллингтона на Элевент-стрит, Северо-Запад. Туда ходил я.

– Уверен, там очень мило, – снисходительно бросил Патни.

– А еще я ходил в Гарвард, – продолжил Маркус. – И в Джорджтаунский университет, где получил докторскую степень.

– Я вовсе не подразумевал… – дал задний ход Патни.

И тут ему на выручку пришел я.

Подсказка детективу № 3:

если помогаешь кому-то, кто этого от тебя не ждет, впоследствии он с большей охотой придет на помощь тебе.

Я оценил выпад Маркуса против директорского снобизма, но мне требовалось, чтобы мы понравились Патни, чтобы он захотел, чтобы мы тут остались. И я произнес:

– Агент Риверс, думаю, директор Патни имел в виду лишь то, что многие ученики здесь находятся в исключительном положении, поскольку их родители – публичные персоны и занимают места в правительстве. В ходе этого расследования важно не выметать сор из избы.

– Вот именно! – воскликнул директор. – Только об этом я и говорил.

– Вам не о чем волноваться, директор Патни, – заверил я. – Мы будем незаметными. Мы подойдем к делу так же аккуратно, как вы подошли к своей церковной миссии. В точности как вы, приехав в Бразилию, приняли тамошние обычаи, в своей работе мы станем вести себя как гости, которые уважают обычаи и традиции Чатэма.

Маркус мне подмигнул.

– Д-д-да, – выдавил директор, пытаясь осознать, что это я сейчас сказал. – Но откуда вы узнали?

– Откуда узнал что? – уточнил я. – Что вы были миссионером? Или что были им в Бразилии?

– И то и другое.

– Благодаря ТЕМЕ.

– Теме?

– Теории мелочей, – пояснила Маргарет. – Ее суть в том, что мелкие детали часто выдают гораздо больше информации, чем вы думаете. Складывая эти детали, вы получаете неопровержимую истину. Именно так мы собираемся выяснить, кто ответственен за хулиганство. Мы с Флорианом будем использовать ТЕМЕ.

Директор смотрел то на меня, то на нее, словно мы говорили по-иностранному.

– Какие же, интересно, мелкие детали могли рассказать вам, что у меня была миссия в Бразилии?

– На стене за вашим столом висят ваши дипломы, – сказал я. – Они из университета Бригама Янга. Более восьмидесяти пяти процентов студентов этого университета – мормоны. А приблизительно треть мужчин-мормонов получают от своей церкви миссию.

– Хорошо, но это же означает, что остальные две трети ее не получают, – с вызовом произнес директор. – Что заставляет вас думать, что я был именно в первой трети?

– Вы есть на приветственном видео, но не только как директор, а еще и как выпускник Чатэм Дэй, – ответил я. – Но между вашим выпуском из школы и датой, когда вы получили степень бакалавра, – разрыв в целых шесть лет. Четыре года на колледж, а два – на миссионерскую работу.

– Что до Бразилии, – подхватила Маргарет, – то это легко. На дальней книжной полке стоит ваша фотография: там вам около двадцати. Вы сняты на фоне гигантской статуи Христа Искупителя, которая находится в Рио. А на столе – фото вашей семьи. Выглядит как снимок из отпуска. Там на вас желто-зеленая спортивная футболка, а любой, кто играет в футбол, знает, что это цвета национальной сборной Бразилии. Полагаю, вы стали их фанатом, пока жили там, и остаетесь им до сих пор.

С мгновение директор сидел как громом пораженный. Тогда я решил показать себя во всей красе:

– Мы здесь, чтобы помочь. Мы понимаем, что вы не можете позволить себе еще одну щекотливую ситуацию. Как с Алексис Фицджеральд.

И вот тут с директорской физиономии просто сошла вся краска.

– Черная Ведьма с Уолл-стрит? – спросил Маркус, еще не уверенный, к чему я веду, но уже приятно обрадованный. – Женщина, которую арестовали за кражу миллионов долларов из благотворительных фондов? Какое отношение она имеет к Чатэму?

– Она оплатила новый спортзал, не так ли? – обратился я к Патни. – Из краденых денег.

Директор испустил долгий болезненный вздох.

– Мы ни на секунду не представляли, откуда она взяла эти деньги, – попробовал отбиться он. – И мы понемногу возвращаем их фондам, причем с процентами. Просто на это нужно какое-то время.

– Богатые детки из частной школы играют в спортзале, оборудованном на деньги, украденные у бездомных, – проговорил Маркус. – Забавно, как это я об этом раньше не слыхал?

– Не знал почти никто, – директор поглядел на меня: – Кто вам сказал? Адмирал Дуглас?

– Что вы! – возразил я. – Адмирал хранит тайны, а не делится ими. Это вы мне сказали. Точнее, ваша помощница, по чьей милости мы снова и снова просматривали ваш «Добро пожаловать в Чатэм».

Еще с минутку я дал ему попотеть, а потом объяснил:

– В этом видео есть две склейки. С картинкой все нормально, а вот музыка на них прерывается. У меня была та же проблема, когда я однажды пытался смонтировать небольшое видео на своем компьютере. Редактировать видео уже после того, как наложил музыку, – реально тяжело. Из-за этих склеек стало очевидно, что из вашего ролика что-то вырезали. Кусочек интервью с Алексис Фицджеральд, верно? Вы просто убрали ее из ролика. Но не из титров. Она – единственный человек, который упомянут в разделе «Особая благодарность», но которого при этом нет на видео. Ну конечно – никто же никогда не смотрит титры. Ну, почти никто.

– Но откуда вы узнали, что она пожертвовала деньги на спортзал?

– Когда мы шли к вашему офису, мы проходили мимо зала. Я заметил, что название над входом смещено: оно не по центру. Название гласит: «Спортзал Тэйт», но справа остается слишком много свободного места. Потому что изначально там должно было висеть «Спортзал Фицджеральд». Так бывает, когда гравируешь названия на мраморе: если ошибешься – исправить трудно.

– И вы поняли все это, пока ждали в комнате Основателя? – спросил Патни.

– Вообще-то, я понял гораздо больше, – зловещим тоном сообщил я.

Директор сглотнул.

– Я отыскал ее в одном из старых выпускных альбомов и выяснил, что вы учились в одном классе. И это заставило меня призадуматься. Уверен, что это вы обратились к ней, когда вам понадобились средства на спортзал. В точности как обратились к адмиралу, чтобы решить текущую проблему. И хотя вам удалось скрыть историю с Фицджеральд от прессы, совет попечителей в курсе, что это была именно ваша идея. Они винят вас. Вот почему вы не можете допустить еще одну ошибку. И вот почему мы нужны вам, чтобы справиться с этой проблемой.

На мгновение в кабинете повисла тишина.

– Не расстраивайтесь, – посоветовал Маркус. – Он постоянно так делает. – Он повернулся к Маргарет и спросил: – Повтори-ка, как ты это называешь?

– Оказаться в ТЕМЕ, – отозвалась она.

– Вот-вот, – улыбнувшись, Риверс снова повернулся к директору Патни: – Вас только что макнули в тему.

Глава четвертая
Доки

Наша демонстрация ТЕМЕ в действии превратила доктора Патни в совершенно другого человека. На смену враждебно настроенному снобу пришел гораздо более скромный человек, у которого была проблема.

– Давайте попробуем начать все сначала, – виновато предложил он. – Как я могу вам помочь?

– Прежде всего расскажите о двух инцидентах, – ответил Маркус.

– Конечно. Две недели назад кто-то выдавил суперклей в щели пяти шкафчиков, полностью их испортив. Такое хулиганство в школах типично, но только не в Чатэме. Но меня не слишком бы озаботил этот случай, если бы один из шкафчиков не принадлежал Люси Мэйс.

При упоминании дочери президента мы с Маргарет обменялись взглядами.

– У вас есть какие-нибудь догадки насчет того, кто бы мог это сделать? – спросил Маркус.

– Ни единой, – признался Патни. – Возможностей слишком много. Это случилось в главном коридоре, у библиотеки. И, поскольку никто из девочек не подходил к шкафчикам в промежуток между обедом и концом учебного дня, остается двухчасовое окно, во время которого это было проделано.

– Все пять шкафчиков принадлежат девочкам? – поинтересовалась Маргарет.

– Ну да, – недоуменно отозвался директор. – Думаете, это важно?

– В настоящий момент неизвестно, что важно, а что нет, – сказал Маркус. – Но любопытно было бы узнать: эти девочки – из одной компании?

– Тут я не могу вам помочь, – ответил Патни. – Социальная жизнь девочек из средней школы еще запутаннее, чем русская литература. К тому же, кроме Люси, из всех пяти я достаточно хорошо знаю только Викторию Тэйт.

– Тэйт – как фамилия, которой теперь назван ваш спортзал? – уточнил я.

– И библиотека. Семейство Тэйт – это красная нить, глубоко вплетенная в полотно Чатэм Каунтри Дэй. Собственно, Монкрифф Тэйт – председатель нашего совета попечителей.

– Мы видели его в ролике, – вспомнила Маргарет. – Отличное имя: Монкрифф Тэйт. Звучит как название юридической фирмы.

– Он – дед Виктории, – продолжил Патни. – А она представляет уже пятое поколение их семьи, обучающееся в Чатэме. И еще она была избрана школьной королевой от средних классов.

– Королева Виктория, – проворчала Маргарет.

Директор засмеялся:

– Именно так ее и называют.

– Нам понадобятся имена всех пяти девочек, – сказал Маркус.

Патни вытащил линованный блокнот и начал записывать.

– А что вы можете рассказать о компьютерном взломе? – спросил я.

– Это случилось вечером в прошлый четверг, – начал Патни. – Кто-то пробился к серверу и забивал систему спамом до тех пор, пока не обрушил ее. Наш технический эксперт не думает, что злоумышленник получил доступ к каким-либо записям, но мы все еще это проверяем.

– Есть мысли насчет того, как хакер проник в систему? – задал вопрос Маркус.

– Не просто мысли, – ответил директор. – Мы точно знаем, что он использовал «Чат-Чат».

– Что за «Чат-Чат»?

– Официальное название – «Чат-форум Чатэм Дэй». Но все называют его «Чат-Чатом». Внутренняя система обмена сообщениями для студентов и преподавательского состава. Все началось с учебного проекта, который делали на программировании несколько лет назад, и проект прижился. Теперь все им пользуются, чтобы публиковать заметки, сводки, распределять домашние задания, выкладывать фотографии – да все что угодно.

– Другими словами, у вас в школе есть собственная социальная сеть, – сказала Маргарет со смесью зависти и удивления в голосе.

– Ну да, – подтвердил Патни. – Сейчас нам пришлось вывести ее офлайн, чтобы встроить в систему средства по обеспечению безопасности для предотвращения взломов в будущем.

– И доступ к сети есть лишь у учеников и преподавателей? – уточнил Риверс.

– Верно. Приложение будет работать, только если у вас есть почтовый аккаунт Чатэма.

– Таким образом, в обоих случаях мы ищем людей из школы, – заключил Маркус. – Шкафчики были испорчены во время учебного дня, а компьютер – через закрытую школьную систему.

– На самом деле, – заметил Патни, – я думаю, что виновник – один и тот же человек.

– Какие у вас основания так думать? – спросила Маргарет, озвучивая и мои мысли. – Суперклей в шкафчиках – это какое-то дикарство по сравнению с компьютерным взломом.

– Я бы сказал так же, если бы не вот это, – директор подошел к столу и открыл один из ящиков. – Шкафчики были испорчены в тот день, когда Почетное Национальное общество юниоров[7]7
  National Junior Honor Society – международная ученическая организация, куда входят главы средних школ.


[Закрыть]
объявило о новых членах. В таких случаях на шкафчик избранного вешают специальную бирку. Вот бирка со шкафчика Люси.

Директор достал небольшой кусок синего картона с золотистыми блестками и положил на стол перед Маргарет. Мы с Маркусом наклонились поближе, чтобы тоже посмотреть. На картонке было написано: «Добро пожаловать в ПНОЮ, Люси». Но кто-то зачеркнул маркером слово «Люси» и написал поверх него «Локи».

– Локи? – спросила Маргарет. – Как брат Тора?

– Это только в кино и комиксах они братья, – сказал я. – А в норвежской мифологии Локи – бог-трикстер[8]8
  В мифологии разных стран бог-трикстер – неоднозначный персонаж, который может совершать и хорошие поступки, но чаще обманывает и вредит.


[Закрыть]
, который любит создавать хаос.

– Ну конечно, ты это знаешь, – Маргарет стрельнула в меня взглядом.

– Он прав, – подтвердил Патни. – И наш Локи делает именно это. Создает хаос. Когда сервер был взломан, мы все получили спамовую рассылку, в которой было сказано: «Приятного дня!» И подпись – Локи.

– Значит, у вас в школе завелся трикстер по имени Локи, – я думал вслух. – Какие у него мотивы? Может, ему не нравятся те пять девочек. Может, он злится на что-то, что с ним произошло, и хочет нарушить работу школы.

– Не надо считать, что Локи – он, – заметила Маргарет. – Это может быть и девочка. Я ведь говорила, что здешние девчонки встречаются. – Сообразив, что она едва не начала злословить о школе в присутствии ее директора, Маргарет оборвала себя: – В общем, я просто хочу сказать, что это может быть и девочка.

– А у вас раньше так хулиганили? – спросил Маркус.

– Безобидные проказы – обычное дело, – сказал Патни. – Когда здесь учился я, это была практически традиция. Но с тех пор, как семь лет назад я стал директором, ничего подобного не случалось.

– Значит, нужно выяснить, что спровоцировало возобновление этой традиции, – произнес Маркус. – Что-то должно было покатить этот снежный ком.

– Может, Почетное общество? – предположил я. – Кого-то не приняли, и он стал завидовать Люси.

– Тогда зачем нападать на другие шкафчики и на сервер? – возразила Маргарет.

– Чтобы скрыть истинную мишень. Чтобы мотивация не была такой очевидной.

– Это возможно, – заметил Маркус.

– Мисс Стюарт – организатор от нашего преподавательского состава, – сказал Патни. – Я спрошу, злился ли кто-то из-за того, что его не выбрали.

– В разговоре с адмиралом Дугласом вы упомянули, что есть какая-то связь между Люси и обоими инцидентами, – напомнил Маркус. – Ее шкафчик был одним из тех пяти, но при чем тут компьютерный взлом?

– Мы смогли отследить хакера до странички группы школьного оркестра в «Чат-Чате», – объяснил директор. – Люси – хорошая виолончелистка. Она играет в оркестре, и у нее есть доступ к этой страничке.

– Хорошо, – сказал Маркус. – Связь довольно слабая, но нам все равно понадобятся имена членов группы. И всех, кто играет в оркестре.

Следующие полчаса мы провели просматривая расписания классов и вычисляя, как Маргарет и я можем внедриться, не пропуская собственных занятий. (Спасибо, мам!) Патни открыл на компьютере расписание Люси, и Маркус передал ему копию записей, полученную из нашей школы.

– Впечатляющие отметки, – заметил директор.

– Я говорил, что они особенные, – с гордостью заметил Маркус.

Директор посмотрел в мою папку, затем глянул на меня:

– Ты жил в Париже?

– Да. Еще в Лондоне и Риме. Моя семья много переезжает.

– Как твой французский?

– Может, и не разговорный, но близко к тому.

– Замечательно, – отозвался директор. – Люси занимается с классом интенсивного французского, который ведут в старшей школе. Все остальные там старшеклассники, но я могу тебя протолкнуть. Прочие основные уроки у вас одинаковые, так что ты сумеешь быть рядом с ней весь день.

– А как с Королевой Викторией? – спросила Маргарет. – Можете приставить меня к ней? Если она – школьная альфа-девочка, то все пакости должны крутиться вокруг нее.

Патни вывел расписание на компьютер и сравнил с расписанием Маргарет.

– Да, сходится прекрасно. Почти все предметы, кроме музыки, у вас совпадают.

– Отлично! – воскликнул Маркус. Теперь, когда мы все сотрудничали, его голос звучал гораздо приветливее.

– Я понимаю, что вам нужно хранить тайну, – сказал Патни. – Но, раз это касается Люси, мы должны проинформировать Секретную службу. У нас с ними очень плотные рабочие взаимоотношения. Чрезвычайно важные для меня.

– Я с ними уже говорил, – ответил Маркус. – Как только мы закончим беседу, я встречусь с начальником охраны Люси, чтобы подробно рассказать, что мы собираемся делать.

– Чудесно! – довольно отозвался Патни и вызвал по интеркому помощницу: – Мисс Колдуэлл, вы не могли бы послать за Люси Мэйс и Викторией Тэйт и провести их ко мне в кабинет?

– Да, сэр, – отозвался интерком.

Патни снова повернулся к Маргарет и предупредил:

– Кое-что насчет Виктории. Она. Думаю, самым мягким определением станет. напористая.

– Что ж, – ухмыльнулся Маркус. – За Маргарет я спокоен.

Я ничего не смог с собой поделать и рассмеялся.

– Повторите, пожалуйста, как вы это называете? – попросил директор, пока мы дожидались девочек. – Ту технику, которую использовали, чтобы вычислить, что я был в Бразилии и что Алексис Фицджеральд оплатила спортзал.

– ТЕМЕ, – сказал я. – Теория мелочей.

Он кивнул, словно поразмыслив над этим:

– Это действительно нечто.

– Это были цветочки, – заверил его Маркус. – Подождите, пока ребята развернутся по полной.

Первой пришла Люси Мэйс. Несмотря на то что я бесчисленное количество раз видел ее в журналах и по телевизору, меня все равно удивило, насколько обычной она выглядела. Немного повыше меня, русые волосы забраны в хвост. На Люси была школьная форма – складчатая юбка и белое поло, – а с плеча свешивался рюкзак, как у миллионов семиклассников по всему миру. На то, что это не обычный ребенок, указывало лишь присутствие агента Секретной службы, стоявшего в паре метров позади. Несомненно, он был вооружен, владел смертоносными приемами боевых искусств и без сомнений пожертвовал бы ради своей подопечной жизнью.

– Вы хотели меня видеть, доктор Патни?

– Да, пожалуйста, входи, – сказал директор. – Хочу познакомить тебя с Флорианом Бэйтсом и Маргарет Кэмпбелл. Они – лучшие ученики средней школы Элис Дил и проведут несколько недель у нас по новой программе обмена.

– Добро пожаловать в Чатэм! – приветствовала нас Люси.

– Флориан будет с тобой в одном классе по французскому, и, поскольку это уже в старшей школе, я бы попросил тебя показать ему, как туда добраться, и вообще помочь ему сегодня.

– Конечно, – согласилась она. Затем повернулась ко мне и произнесла: – Привет, я Люси.

– Флориан, – ответил я. – Рад познакомиться.

Затем Люси представилась Маргарет.

И тут появилась Виктория Тэйт.

Королева Виктория составляла яркий контраст с президентской дочерью. В отличие от Люси, которая делала все возможное, чтобы слиться со средой, Виктория стремилась продемонстрировать всем свою исключительность – насколько могла, нося форму. Она подвернула форменную блузку на талии, чтобы укоротить ее, подняла воротник и вместо рюкзака ходила с дизайнерской сумкой. А ее ботинки, как позднее обнаружила Маргарет, можно было купить только в парижском бутике.

Патни объяснил Виктории ситуацию и попросил ее стать помощницей Маргарет. Люси представилась нам обоим, но Виктория лишь окинула нас беглым взглядом. Прочитать что-то на ее лице было невозможно до тех пор, пока она не посмотрела Маргарет прямо в глаза. Несколько секунд она не отводила взгляда, а затем произнесла одно-единственное слово:

– Зверюга!

– Прошу прощения? – Маргарет шагнула к девочке, нависнув над ней. – Как ты меня назвала?

– Побереги пыл, – отозвалась Виктория. – Это комплимент.

– Неужто? – Маргарет начинала всерьез злиться. – А непохоже.

– Ты же играешь за центрального полузащитника в «ОК Динамо», так?

Это застало Маргарет врасплох. «ОК Динамо» стала лучшей девчоночьей футбольной командой в округе, и моя подруга была там звездой. Я видел, как Маргарет практически единолично победила в городском чемпионате, и подумал, что Виктория, пожалуй, вполне верно подобрала слово для комплимента.

– Да, играю, – на лице Маргарет появился намек на улыбку.

– Так и знала, что это ты, – сказала Виктория. – Мы называем тебя Зверюгой, потому что тебя никак не остановить. Ты мне в кошмарах снилась. И всем в команде.

Улыбка расцвела полностью.

– Ну, тогда порядок.

– Ты переводишься в Чатэм? – внезапно воодушевилась Виктория.

– Нет, я.

– Ты должна учиться у нас! – заявила девочка. – С тобой в команде мы станем непобедимыми. Будем каждый год выигрывать чемпионат.

Маргарет послала мне довольную ухмылку, которая означала, что при ближайшем рассмотрении девчонки в Чатэме, возможно, окажутся не так уж плохи.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю