Текст книги "Пустынная (ЛП)"
Автор книги: Джеймин Ив
сообщить о нарушении
Текущая страница: 18 (всего у книги 20 страниц)
Красные пески Риза внезапно стали видны и стремительно развевались вокруг нас.
– Есть шанс, – подтвердил он. – Древние все еще находятся в процессе пробуждения, поэтому существует период уязвимости.
Шанс лучше, чем ничего.
Риз, словно всё тщательно просчитывая, на мгновение закружил песок в воздухе, глядя вниз на Дельфору. Его взгляд вернулся к столбам на развилке долины, где маниакально клубилась чёрная мгла, заслоняя нам обзор всего вокруг, включая наших друзей, находившихся где-то вдалеке.
Оказавшись в ловушке силы.
– Нам нужна эта энергия, – пробормотал он. – Энергия династий.
Прежде чем я успела расспросить подробнее, он побежал к колоннам. Я была всего в нескольких шагах позади. Когда мы добрались до них, он прижал руки к преграде, но песок не позволил ему пройти дальше.
– Обычно мы бы смогли пройти, – рассеянно сказал он, оглядывая колонны, – поскольку это заклинание предназначено для блокировки в одном направлении. Но с другой стороны слишком много силы. Я не могу её пробить, и она не ослабнет, пока не погаснет луна силы над нами.
– Но тебе нужен этот песок для колонны? – уточнила я.
Он кивнул.
– Да, и я думаю, что смогу его получить, если буду забирать понемногу.
– Тогда поторопись, – быстро сказала я, чувствуя продолжающееся разрушение защитных заклинаний под нами, а также ощущение того, что фундамент наших миров смещается. Моя родословная принадлежала к древнейшей силе, все мы были рождены, чтобы поддерживать равновесие. Именно так я ощущала приближение событий, способных привести к вымиранию, и знала, что сейчас мы стоим на пороге одного из них.
Руки Риза обжигало песком, и вокруг нас разлился жар. Через несколько мгновений песок превратился в черное стекло, но он на этом не остановился. На его лице читалось напряжение, пока он боролся с барьером. Я хотела предложить свою поддержку и энергию, но, если он сам об этом не попросит, я не могла рисковать, отвлекая его от задачи.
Жар усиливался, когда Риз убрал руку, и, к моему удивлению, за ней последовало горячее и податливое стекло, которое он вытащил из зачарованного песка. Грохот внизу усилился, чуть не сбив меня с ног, но Риз не сдвинулся с места. Он просто продолжал медленно, мучительно вытаскивать песок.
– Они близко, – фыркнул он, – но и я тоже. Поделишься со мной своей силой?
Я кивнула, подходя ближе.
– Да, все, что у меня есть. Но здесь, в Дельфоре, я не могу добыть ничего больше на Лугах.
Риз кивнул, не отрывая взгляда от стекла, которое он вплетал в колонну, дополняя то, что взял из барьера.
– Нам просто нужно убедиться, что этого будет достаточно.
Я была готова отдать всю себя, лишь бы спасти его и своих друзей.
– Готовься, Лале, – сказал он, ускоряя темп, пока столб не стал почти таким же высоким, как он сам. – Я собираюсь написать заклинание, и для этого нам нужно будет высвободить силу, чтобы закрепить связь.
Он прижал ладонь на вершину колонны, которая теперь имела цилиндрическую форму и диаметр около десяти дюймов. Он надавил сильнее, костяшки его пальцев побелели, и он закрыл глаза, бормоча заклинания на древнем языке. На прежде гладком куске начали появляться слова и надписи, и с каждой новой строкой Риз выглядел все более изможденным, особенно когда из его ладони наконец потекла кровь, быстро стекая по колонне.
К этому моменту грохот внизу стал почти оглушительным, а за моей спиной песок сгущался, словно поднимались боги.
– Твоя очередь, Лале, – крикнул Риз, и я снова посмотрела на него. Он резко высвободил руку, и на нас брызнула густая охристая кровь. Я, не колеблясь, ударила рукой по тому же месту, где была его, у вершины колонны. Шипы, которых я не заметила, впились в мою кожу, легко разрезая её, но боль я легко проигнорировала. Глубокий красный цвет моей крови, изменившейся после моего перерождения, растекся вместе с моей силой. Они смешались с силой Риза, переплетаясь, как старые друзья. Как истинная пара.
– Не отдавай слишком много, Лале, – предупредил он, стоя неподалеку. Вибрация земли заставила его споткнуться. Я была почти уверена, что это был один из немногих случаев, когда его выбило из равновесия на песке.
– Это наш шанс, – напомнила я ему сквозь стиснутые зубы. – Один шанс. Я выложусь на полную и даже больше.
Его грудь загудела, как сама земля, но он не стал спорить, а решил помочь мне, положив руки на стекло прямо под моими. Наши сущности и энергии смешались, усиливая эту колонну.
Он начал читать слова снова, снова и снова, вкладывая в это всю силу, чтобы у нас получилось. Его низкий, глубокий голос на мгновение утешил меня, даже когда я ослабела и поникла. Мне хотелось вместе с ним говорить на этом чужом, древнем языке, который казался знакомым, но на самом деле таковым не являлся. Я не знала этого языка, поэтому могла лишь изливать свою силу и жизнь в песок внизу и молиться, чтобы мы отдали достаточно.
Молиться, чтобы песок перестал трястись и расступаться.
Это была наша единственная надежда.
Глава 49
К моему огромному облегчению, к тому времени, как я, обессиленная, прислонилась к стеклу, земля наконец успокоилась. И гул силы под нами определенно стих. Риз затих, позволяя древнему языку слетать с его губ, поддерживая меня и не давая упасть на песок. Слова, выгравированные на стекле, теперь были наполнены нашей кровью, как и песком под нами, а столб казался прочнее и могущественнее, чем первоначальные.
– Получилось? – прохрипела я, едва осознавая происходящее.
Он крепче обнял меня, и мне не понравилось его колебание, когда он сказал:
– Песок всё ещё осыпается.
Я подняла свою тяжелую голову и увидела, как огромная глыба песка исчезла.
– Не получилось, – всхлипнула я.
Мы были так близки. Я это чувствовала.
– Мы не принесли им жертву, – резко выпалил Риз.
– Их удерживает смерть, – прошептала я, думая о костях, лежащих в долине. Мы были глупцами, думая, что сможем обойти эту последнюю часть их связывания.
Сквозь песчаную расщелину поднялись боги, и вот уже шесть из них зависли напротив нас. Каждый был ростом не менее пятнадцати футов и облачен в богато украшенные одеяния из слоновой кости и серебра. Невозможно было сказать, что они были погребены столетиями, на их безупречных нарядах и длинных, струящихся волосах не было и следа пыли или гниения. Их кожа сияла оттенками коричневого и золотого. Потрясающе красивые, каждый из них, но и ужасающие, когда они повернули свои совершенно белые глаза в нашу сторону. В их глубине отражался серебряный свет, и хотя казалось, что они слепы, я знала, что они видят нас.
– Ты знаешь их имена? – прошептала я Ризу. – Может быть, у них есть на то причины? Если мы к ним обратимся…?
– Не называй их имен, ибо они обладают властью, – пробормотал он. – И с ними невозможно договориться.
Произнеся это, он отпустил меня, чтобы пройти вперед и привлечь всеобщее внимание. Он говорил на древнем языке, словах, которых я не понимала, и если мы переживем это, он научит меня. Если и было что-то, что я ненавидела, так это быть в невыгодном положении из-за недостатка знаний.
Богиня, стоявшая перед остальными, подошла ближе к Ризу. Ее волосы были цвета снега, контрастируя с загорелой кожей и идеально розовыми губами. Когда она подняла руки и произнесла что-то музыкальное, я заметила вторую пару рук, расположенную ниже двух основных, которыми она пользовалась.
У меня было смутное представление, что это Лабинте, древняя богиня изобилия, приносящая дождь, урожай и пищу. А также разрушение и опустошение, в зависимости от её настроения. Кем бы она ни была, когда её взгляд встретился с взглядом Риза, я увидела в её выражении нечто большее, чем просто интерес.
Я увидела желание.
Эти боги долго спали, и, пробудившись, они почувствовали непреодолимую жажду власти. И не только. Когда она заговорила, я с трудом сдерживала желание закрыть уши. Звук был негромким, но в моем истощенном состоянии он пронзил меня до глубины души.
– Она благодарит нас за то, что мы их пробудили, – сказал Риз таким тихим голосом, что я едва могла его расслышать. – Она чувствует, что моя энергия связана с их энергией, и предлагает мне присоединиться к ним, чтобы вернуть их силу в миры.
– Отлично, – пробормотала я, прижимаясь к его спине. Конечно, эта потрясающая, пугающая и властолюбивая богиня заинтересуется Ризом.
Все чертовы женщины были такими. И все же я была его парой, и, ослабленная или нет, ей придется вырвать его из моих холодных, мертвых рук. Ее голос снова заполнил мою голову, и я заметила, как у Риза задергалась челюсть от того, что она говорила.
– Они еще не обладают всей своей силой, – сказал он чуть громче. – Им нужен еще один приток энергии.
– И как они планируют получить эту энергию? – спросила я, чувствуя, что сейчас он объяснит, почему у него дергается челюсть.
– Наши предположения о том, что скрывается за этим кругом, верны.
Отлично, следующей будет грёбаная Смерть.
В этот момент двое богов, находившихся в задней части зала – один с длинными черными волосами, четырьмя глазами и без видимого рта, а другой с локонами цвета слоновой кости до плеч и внушительными пурпурными рогами, изгибающимися от лба, – повернулись и направились к тем далеким колоннам. Теперь настала их очередь истекать кровью, и когда это произойдет, первоначальный вакуум снова будет бродить по мирам.
Если слухи правдивы, то по сравнению со Смертью Дэнни была в образе маленького суперзлодея.
Я отвлеклась, когда эта белокурая богиня сделала еще один шаг вперед, протягивая к Ризу свои руки. Ее резкий тон стал более ласковым. Пока он отвлекал ее, я пыталась обдумать свои дальнейшие действия, уже сжимая клинки в ладонях. Я понятия не имела, смогут ли они пронзить кожу бога, но на тот момент у меня было только это.
На самом деле нам был нужен чертов грот.
Наклонившись вперед, я обхватила рукой бицепс Риза.
– Здесь есть серебряные пески, погребенные вместе с богами?
Прежде чем он успел ответить, богиня, – наконец заметившая меня – обрушила на нас свою силу, молния пронзила нас, и даже при относительно небольшой силе её удара оказалось достаточно мощным, чтобы разорвать нас с Ризом на части. Крылья подхватили меня, прежде чем я упала на песок, и я использовала их, чтобы подняться на несколько футов над землёй.
Ища Риза, я моргнула, осознав, как чертовски близко он оказался к богам. Меня отбросило в сторону, но он оказался прямо у них в руках.
– Риз, – крикнула я, ныряя к нему, но тут же врезалась в песчаную преграду, которая так быстро образовалась вокруг меня, что я её не заметила. Сначала я подумала, что это магия богини четырёх рук, пока не увидела красные пески Рохами. Пески Рохами, которые почти полностью скрывали меня от глаз, за исключением нескольких просветов, сквозь которые я могла видеть.
– Риз! – снова закричала я, ударяя руками по стене и проклиная свою нынешнюю слабость. Мы сделали все возможное, чтобы помешать им подняться, но потерпели неудачу. И из-за этого я стала более уязвимой, чем когда-либо.
Его взгляд встретился с моим, в этой черной пустыне кружились голубые омуты, и мои руки замерли при виде его выражения лица: смирения и принятия. Что бы он ни задумал, мне это не понравится, и еще меньше мне нравилось, что он лишил меня выбора, заперев меня в этой клетке.
Когда он отвернулся от меня, чтобы снова встретиться лицом к лицу с древними, у меня заболела грудь. Наша связь с ним ожесточилась, и боль пульсировала между нами. Какого черта он запер меня здесь, в клетке из песка? Каким бы ни был его план, я могла бы помочь. Вместе мы сильнее. Я буду заперта в этом проклятом барьере, пока он его не поднимет или не умрет…
Боль пронзила меня так сильно, что я чуть не упала на колени. Риз прижал руку к груди, чувствуя мою агонию через нашу связь, но не смотрел в мою сторону. Мы оба теперь знали план; Риз предпринимал последнюю попытку вернуть их в песок.
Настоящая жертва.
Обладая энергией и связью с этой землей, он знал, что только он способен на это. Единственный, кто достаточно силен. Он был готов уничтожить себя… и меня тоже.
Если я чему-то и научилась за долгие годы без моей истинной пары, так это тому, что после его ухода в моей жизни не осталось света. Я бы больше так не поступила. Как и говорил Ретт о Леке, со мной было то же самое.
Куда бы ни отправился Риз, я пойду за ним.
Глава 50
Две луны по-прежнему ярко сияли на небе, и я молилась, чтобы их энергии хватило мне, чтобы собраться с силами и пробиться отсюда. Мои глаза не отрывались от Риза, который выглядел спокойным, не проявляя никаких признаков того, что он запустил в действие план самоубийства, чтобы спасти миры.
Часть меня хотела прийти в ярость от несправедливости нашего пути; это было слишком многого для нас. Мы уже провели столетия порознь, и теперь, когда у нас наконец появился шанс жить, его снова отнимут у нас. Но если бы мы сделали это вместе…
Обхватив клинки ладонями, я разрезала песок, сковывавший меня, и хотя энергетически заряженный наконечник и раздвинул барьер, он был открыт недостаточно долго, чтобы я смогла проскользнуть сквозь щит. Риз не повернулся ко мне, пока я сражалась, но я знала, что он чувствует мой огонь и скорбь. Всё напрасно.
Если бы только я могла найти способ обуздать луну силы – событие, которое случается раз в тысячи лет. Если бы я смогла подключиться к этой силе, у нас появился бы шанс. Возможно, нам даже не пришлось бы умирать, поскольку боги всё ещё слабы, и пока Смерть не восстанет, у нас есть шанс.
Я отпустила клинки, и меня осенила идея. Возможно, путь к луне силы лежит через мою связь с богом пустыни. Он мог бы проникнуть в те уголки этой земли, к которым я никогда не смогла бы получить доступ, даже в полную силу. Закрыв глаза, я опустилась на землю и сжала кулаки в песке, черпая силы из связи, которая была глубоко в моей сущности. Отфильтровав свои обычные силы, я копнула глубже, чтобы найти силу Пустынных Земель, и она была там, сильная и совершенная. Но сколько бы раз я ни пыталась ухватиться за её ядро, сущность ускользала из моих рук.
Мой крик был почти оглушительным, когда я выплескивала свою ярость, глаза мои все еще были закрыты, пока я погружалась все глубже в свой источник силы. Глубже, чем когда-либо прежде. Это была та часть меня, которую я отрезала, когда Риза больше не было в моей жизни. Там, где жила моя боль. Мой стыд. Каждая частичка моей души болела там, и я мгновенно вспомнила, почему игнорирование этой глубины моей души было моим любимым занятием. Это была рана, которая никогда не заживет. Ожог, который обжигал все глубже и глубже, даже когда я пыталась изгнать истерзанную плоть. В любых других обстоятельствах я бы сдалась, слишком слабая, чтобы сокрушить демонов здесь, но в эту луну я никогда не остановлюсь.
Я приняла эту боль как источник силы для своей решимости.
Песок нагревался под моими руками, и в то же время глубоко в животе у меня затрепетало. Какое-то странное трепетание, которое привлекло все мое внимание. Я подавилась криком от того, что почувствовала. Невозможно. Я искала энергию Риза, чтобы использовать песок, и нашла ее, только…
Как, чёрт возьми, это вообще могло произойти?
Прежде чем я успела сломаться от мучительно трагической правды своего нового существования, такого совершенного и такого горько-сладкого, из-за пределов моего песчаного пузыря раздался рёв, и мне наконец пришлось открыть глаза. Поднявшись на ноги, я с трудом выдохнула и увидела богов, окружающих Риза. Несмотря на их инопланетные черты, с избытком или недостатком частей, было очевидно, что они в ярости. Риз, должно быть, отказался от своих попыток присоединиться к ним, и, когда он отступил назад, только я заметила, что он ведёт их к окровавленному стеклянному столбу, который он создал.
Едва коснувшись его спиной, он поднял руки, и земля задрожала, когда он потянулся к ее энергии. Обернувшись в своей клетке, я обнаружила ещё одну щель в его песке, и сквозь неё увидела, как дрожат столбы, обрушиваясь на них чёрным песком.
По крайней мере, я думала, что это были пески, пока на нашу поляну не высыпали кости, эта преграда для них не представляла проблемы. Мертвые переходили туда, куда не могли пройти живые, и теперь я знала каждый пункт его плана. Риз использовал кости, этих могущественных стражей, и он собирался выпустить их на древних богов, чтобы дать себе достаточно времени для жертвоприношения.
Кости слонового, золотого, черного и бронзового цвета, принадлежавшие многим расам, нависли над древними, и, тогда Риз запрокинул голову назад, он хлопнул в ладоши. Ударная волна отбросила меня на несколько шагов, и я вскочила обратно к небольшой щели в песке, как раз вовремя, чтобы увидеть, что все кости превратились в пепел, осыпающий богов, которые пришли в ярость от этой неожиданной атаки.
Риз повернулся и встретился со мной взглядом, и в этом взгляде было столько сожаления, боли и смирения, что я чуть потеряла сознание, закричала и забила руками о песок, умоляя его не делать этого. Не сейчас. Не тогда, когда у нас было столько всего, ради чего стоило жить.
Ему просто нужно было дать мне время, шанс спасти нас всех. Я бы смогла это сделать, если бы он только подождал…
Его губы приоткрылись, он произнес мое имя, а затем, сделав последний вдох, бросился на стеклянную колонну. Время и пространство потеряли всякий смысл, когда меня охватили ярость и агония, смыв все остальные чувства и эмоции. Через несколько секунд я почувствовала звон в ушах, и тогда я услышала крики. Мои крики.
Снова упав на колени, я больше не могла скрывать правду о происходящем. Риз пожертвовал собой, чтобы спасти миры, и всё, что я могла делать, это наблюдать, как его тело скользит по стеклу, а жизненная сила медленно покидает его. Обычно такой столб не убил бы существо такой силы, как Риз, но благодаря нашей связи я почувствовала, что он нашел решение этой проблемы.
Наши взгляды встретились; он не отводил от меня глаз, умирая, и он, черт возьми, убивал меня. Когда я вдавливалась в песок, я почувствовала, как нарастает его сила. Единственный способ, которым вечное существо могло бы себя уничтожить, это взрыв его сущности.
Боги взвыли, но они были скованы костями, которые уже начали затягивать их обратно в песок, где они останутся навсегда.
План Риза сработал, но это для меня ничего не значило, если я его всё-таки потеряю.
С трудом успокаивая взволнованный разум, я встала и распустила волосы, нуждаясь в успокаивающем ритуале заплетания косы перед битвой, чтобы настроиться на мыслительный процесс и найти решение, пока не стало слишком поздно. Когда длинные пряди покрыли мои плечи, я снова потянулась, чтобы заплести косу, переводя свой мозг в режим воина. Я была единственной, кто остался у Риза, и я больше его не подведу.
Разбирая толстые пряди, я наткнулась на небольшой узелок. У трансцендентных существ узелков не бывает, это особенность нашей магической энергии, и всё же вот он. Потянув за него, потому что мне нужно было закончить косу, чтобы полностью сосредоточиться, я старалась игнорировать всплески силы Риза, которые подсказывали мне, что он почти исчез.
Резкая боль в голове была недолгой, и когда волосы наконец распрямились, перед глазами у меня промелькнула единственная серебристая пылинка. Мне потребовалось мгновение, чтобы понять, что я вижу.
Серебристый песок.
Поймав эту частичку, я тут же опустила другую руку на живот, пытаясь собрать все кусочки воедино. То, что я чувствовала раньше, было чудом, и это объясняло второе чудо, которое я сжимала в ладони. Времени для истинного восхищения не было, энергия Риза нарастала, и я понимала, что это мой последний шанс остановить его. Мне был дан дар, и я не могла его упустить.
С силой ударив рукой с песчинкой по преграде, я ахнула, увидев серебристое мерцание, прорвавшееся сквозь красный песок и растворившее его преграду, словно её и не было. Моё тело инстинктивно двинулось навстречу своей паре, наша связь вибрировала в моей груди.
– Риз! Подожди! – закричала я, надеясь, что он даст мне необходимые секунды.
В тот момент, когда я оказалась на расстоянии вытянутой руки, красный песок поднялся, покрыв его тело, и как только мои кончики пальцев коснулись его руки, мир погрузился во тьму. На секунду во тьме воцарилась тишина, а затем взрывной волной меня отбросило на край поляны.
Глава 51
На несколько минут песок поднялся и заслонил весь свет, и даже две яркие луны не могли пробиться сквозь то, что казалось землей, оплакивающей Риза. Когда пыль осела, я обнаружила себя одну, черный песок был гладким и спокойным, без каких-либо признаков богов, костей или… моей пары. Все, что осталось на этой поляне, помимо моей разбитой души, это стеклянный столб, который теперь был огромным, размером с два столба в долине. Он также был мерцающим красным, памятником пустынному богу, который пожертвовал всем, чтобы спасти миры.
– Риз. – Мой шепот прозвучал резко, когда я подползла к колонне.
Когда я прижала руку к блестящей поверхности, я почувствовала его энергию, и я рухнула вперед, рыдая навзрыд и извергая содержимое своего желудка. Пока меня тошнило, и я кашляла, наша связь слабо отдавалась в моей груди, и я задавалась вопросом, почему смерть не разорвала нашу связь.
Сохранила ли я эту его часть? Или это было лишь потому, что сейчас я ношу в себе другую его часть? Часть, о которой он никогда не узнает.
Запрокинув голову назад, я издала долгий, скорбный крик, и вместе с ним послала свою энергию в мир. Это был похожий зов, как тот, который я издала в память об Алистере, только на этот раз к моему горю не присоединились призраки, пока я лежала на песке, глядя в мир, в котором, как мне казалось, я не хотела бы находиться.
Вверху, мерцали две луны-близнеца, их мощная энергия начала угасать. Всё было почти кончено, могущественные луны, боги… моя пара. Нуждаясь в чём-то в момент скорби, я обратилась к силе Лугов Благодати, к их слоям, которые были моей единственной надеждой не раствориться в песках вместе с Ризом. Как бы мне ни хотелось, теперь мне нужно было быть сильной не только ради себя.
Обычно, так глубоко в Дельфоре, не было бы ни малейшего шанса прикоснуться к другому миру, но в этом кругу древних, где сущность Риза окутывала всё вокруг, и где мерцали последние лучи луны, я почувствовала каждый слой. Моя семья… моя сестра… моё наследие.
Слои навалились на меня, окутав всё моё тело, и когда я открыла глаза и зарыдала, обращаясь к небесам, несколько песчинок упали мне на щеку.
Энергия Риза всё ещё была так сильна… Он всё ещё был здесь.
Моя пара был почти богом, обладавшим вечной энергией, и хотя он пожертвовал своим сосудом, его сила осталась в долине. Я внезапно села.
Сосуды можно было починить, и если бы я добралась до его души до того, как он перешёл в загробный мир…
Если Нексус чему-то меня и научил, так это тому, что перерождение возможно для всех, если задействовать достаточно силы. При этой мысли две красные луны сблизились, сужая окно возможностей для попытки осуществить этот безумный план. Не задумываясь, я открыла свой источник силы и впитала каждый слой лугов. Тысячи энергии хлынули в мой центр, пока я буквально не начала изливать энергию на песок. Только на этот раз моя кожа была покрыта не только золотом, но и серебром.
Когда слои моей сестры переместились в коллектив, а за ними последовали мои родители, я прошептала «прощай», благодаря их за все, что они сделали в моей жизни. Это был последний раз, когда я ощущала их присутствие, но я должна была попытаться. Ирония в том, что это был мой последний раз на этой земле.
Риз никогда не стал бы сражаться в одиночку, пока у меня была возможность поделиться с ним силой.
К тому времени, как я закончила, на лугах остался лишь последний слой – мой лесной дом, и он был нужен лишь для того, чтобы меня не затянуло в загробную жизнь, когда я израсходую всю свою силу. Мой план был рискованным, и он коренным образом изменил бы меня во всех отношениях. Мое восстановление займет столетия, но если это спасет Риза, все это будет стоить того.
Под угасающей энергией сливающихся лун я извергла из своего тела разрушительную силу одним потоком, заставив её закружиться в гигантскую песчаную бурю над моей головой. Огонь моей стороны Нексуса тоже пытался уйти, но я его сдержала. В эту луну мне нужно было восстановление, а не разрушение.
Закрыв глаза, когда волосы развевались на ветру, я отпустила бурю. Она яростно вырвалась из меня, собирая каждую последнюю крупинку красного песка, сущность Риза, чтобы вернуть мне мою пару. Когда сила отступила, я упала на колени, опустошенная и замерзшая, тепло моей семьи больше не принадлежало мне. Буря была физической сущностью, вихревой, совершенной и смертоносной, когда последние яркие вспышки лунного света озарили поляну.
Обессилев, я закрыла глаза и молилась, чтобы этого хватило, чтобы спасти его. Я отдала все, что могла, и если бы у меня было больше, я бы отдала и это.
Когда я опустилась на песок, всё казалось тяжёлым и пустым, и, когда я в следующий раз закрыла глаза, я не смогла заставить себя открыть их снова. Но я могла бы поклясться, что как раз в тот момент, когда я поддалась слабости, из бушующей бури, сотканной из лугов и пустынь, вышла тень. В моей груди вспыхнул луч надежды.
Риз.
Глава 52
РИЗ
Я прожил свою жизнь, следуя древним правилам. Верность, сила, никогда не предавать пески. Но эти правила затуманили мой разум, и в юные годы, когда Лале предала мое доверие, я поступил как полный идиот и потерял лучшую часть своей жизни.
Годами я подавлял свои чувства к ней, не в силах справиться со злостью, но и не в силах отпустить её. Но я никогда не забывал её, и даже когда я её не заслуживал, я жаждал этой связи. Лале была выжжена на моём теле… и в моей проклятой душе.
Мелалекин из Лугов Благодати была моей судьбой, и так было всегда.
Моя жертва в Дельфоре казалась самым минимальным вознаграждением, которого она от меня заслуживала, и сколько бы времени это ни заняло, моя душа найдёт её душу в загробной жизни.
Как Ретт и Лека, куда бы она ни пошла, я всегда последую за ней.
В момент финального взрыва моей силы мир на мгновение погрузился во тьму, а затем я обнаружил себя стоящим среди лун силы вместе с Реттом. Долгое время мы молча смотрели на Вселенную, как делали это много раз в молодости.
– Ты многим пожертвовал, Риз, – наконец сказал он, повернувшись ко мне.
Я кивнул.
– И я бы сделал это снова, чтобы обеспечить ей безопасность.
Он положил руку мне на плечо.
– Она чувствует то же самое, и поэтому я думаю, что наше время вместе будет коротким.
В тот момент я не до конца понял, что он имел в виду, и, когда он исчез в лунном свете, я рассчитывал последовать за ним, но… я застрял. Не просто застрял, но тьма начала рассеиваться, пока я снова не увидел Дельфору так же ясно, как если бы стоял на несколько шагов выше. Не просто Дельфору, а Лале.
Она стояла на коленях, от неё исходила мощная сила, и я провел в её мире достаточно времени, чтобы почувствовать сущность её семьи.
– Пока не исчезнут пески, брат мой, – услышал я голос Ретта, когда он отступил за завесу, но у меня не было времени ответить, так как меня затянуло в вихрь силы лугов.
Когда клетки моего тела восстановились, наполненные всей магией луны силы и Лале, я по-настоящему понял, на какую жертву она пошла ради меня. Моя сильная, отважная, потрясающе красивая пара была одной из немногих существ в мире, обладавших достаточной силой, чтобы восстановить тело и вернуть душу до того, как она войдет в завесу и станет недоступной. Силой, которую она получила от своей семьи, от которой у нее ничего не осталось.
Она отдала всё, чтобы спасти меня, и когда я, освободившись от вихря, почувствовал себя целым – пусть и не сильнее, чем когда-либо, – я увидел её, распростертую на чёрном песке. Ярость и паника закипали во мне, и, мчась к ней, я заметил, что песок под моими ботинками превращается в стекло, а жар от меня исходил быстрее, чем когда-либо прежде. Как и Лале с Мерой, я переродился, и моя сущность стала сильнее… ближе к богам. Эти безумные ублюдки, которые чуть не стоили мне всего. Часть меня действительно хотела выкопать их и разорвать их тела на миллиард кусочков.
На самом деле, как только я доберусь до своей пары и разберусь с текущими мировыми проблемами, я собираюсь придумать способ навсегда устранить угрозу древних. Третий столп и отсутствие следующей луны силы на протяжении столетий означали, что мы, скорее всего, в безопасности, но не стоило рисковать тем, что в будущем они снова могут пробудиться.
Когда я подошёл к Лале, я провёл руками по её телу, наполняя её своей силой. Благодаря нашей связи я чувствовал, что она жива, но её энергия казалась холодной. Пустой. Она многим пожертвовала ради меня, и хотя я этого не заслуживал, теперь у меня была целая жизнь, чтобы доказать ей, что я чего-то стою.
– Любимая, – прошептал я, легко поднимая ее и прижимая к себе. Жар разлился там, где мы соприкоснулись, разжигая внутри яростное и защитное желание, и глубоко в животе зародилось чувство правильности. Эта женщина владела мной, каждой моей чертовой частью, и я уничтожу всё и всех, кто когда-либо снова встанет между нами.
Она пошевелилась, когда я нес её по спокойному песку. Никто бы не догадался, что под этой поверхностью скрывается тюрьма, покрытая костями, кровью и жертвами. Слишком много жертв. Не только от Лале и меня, но и от… Алистера. Моя ярость и боль нарастали, жар исходил от меня до тех пор, пока вся поверхность песка, по которой я шел, не превратилась в стекло.
Когда я пересёк долину мёртвых, там больше не было ни песков, ни преград, по крайней мере, для меня. По ту сторону была пустынна местность, за исключением одной гигантской блокады. Тень стоял неподвижно, его лицо было лишено всякого выражения, но я знал его достаточно хорошо, чтобы почувствовать в нем вспышку огня. Я почувствовал, что он расположился там, как только остальные оказались в безопасности от песка, и с тех пор он не сдвинулся с места.
– Ты жив, – коротко сказал он, его глаза горели пламенем, хотя всё остальное его тело было словно статуя.
– Едва, – выдавил я. – Лале пожертвовала всей силой своей семьи, чтобы спасти мою задницу, и сейчас мне нужно срочно отнести её в лечебную камеру.
На самом деле мне нужно было отнести её в свой грот. Серебряный песок вернёт ей природную силу, даже если всё остальное будет потеряно навсегда.
– Где остальные? – спросил я. – Где Алистер?
Я ненавидел ту крошечную искорку надежды, которая жила во мне. Я знал, что его больше нет, и все же… я не мог отпустить его.




























