332 500 произведений, 24 800 авторов.

Электронная библиотека книг » Дмитрий Суслин » Чудовище в камышах » Текст книги (страница 7)
Чудовище в камышах
  • Текст добавлен: 26 сентября 2016, 17:50

Текст книги "Чудовище в камышах"


Автор книги: Дмитрий Суслин






сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 8 страниц) [доступный отрывок для чтения: 2 страниц]

ГЛАВА XI
ЮРА И НАТАША ПРИБЫВАЮТ НА МЕСТО

А Катя и Лешка в это время уже подходили к Загуляевке. К ней они отправились не той дорогой, по которой шли в свой первый день пребывания, а другой, которая хоть и была более длинной, зато вела через мост.

– Так будет ближе к Змеиной заводи, раз уж ты обязательно решила ее посетить, – объяснил Лешка сестре.

– Да-да, мы обязательно должны осмотреть Змеиную заводь не с нашей стороны, а со стороны Загуляевки. Особенно меня интересуют камышовые заросли и болото. Я просто уверена, что Эльбрусов именно там устроил свое змеиное логово.

– К тому же участковый сказал, что Эльбрусов живет на Капитанской улице в двенадцатом доме, – продолжал размышлять Лешка, – а он находится не там, где переход через реку, а в противоположной стороне. Так что мы ничего не теряем.

– Откуда ты знаешь про двенадцатый дом? – удивилась девочка.

– Разве ты забыла, что наша троюродная тетка Акулина Никитична из Загуляевки живет в десятом доме, я это точно помню. У них на воротах такая большая десятка. Почему-то мне в память врезалась. А где десятый дом, значит рядом и двенадцатый.

– Отлично, – обрадовалась Катя. – Тетка Акулина! Как я про нее забыла? Хорошо, что ты про нее вспомнил. Она будет нашим опорным пунктом в Загуляевке.

– Каким еще опорным пунктом? – не понял Лешка.

– Откуда же мы, по-твоему, должны будем следить за Эльбрусовым? Из десятого дома! Придем к тетке, якобы в гости, а сами будем следить за двенадцатым домом, и опросим ее заодно, что к чему. Очень вовремя ты про тетку Акулину вспомнил. А я ведь ее совсем не помню.

– Ну ты тогда маленькая совсем была, – объяснил Лешка. – Это же когда было? Лет пять назад.

– Чудо, что ты еще это помнишь!

Ребята перешли мост, почти час шли по полю, затем поднялись по пригорку и вошли в Загуляевку. Катя завертела во все стороны головой.

– Что ты высматриваешь? Эльбрусова?

– Ага, и его белый «Мерседес».

– С чего это решила, что это его «Мерседес»?

– Но ведь он на нем ехал.

– Он ехал не на нем, а с нами в автобусе. Если бы «Мерседес» был его собственным, он бы поехал на нем уже из города. Эх, ты, сыщик! Где твоя дедукция?

Катя слегка надулась:

– Подумаешь! Все равно, если машина не его, то ее владелец, который вез Эльбрусова, его сообщник. Ведь он его встречал там в городке.

– Может просто знакомый. Да и вообще, разве это так важно?

– В нашем сыщицком деле все важно. Любая деталь, каждая мелочь. Ничего, сейчас мы у тетки Акулины все разузнаем. Она нам по-родственному все расскажет. Вот и Капитанская улица. Где ее дом?

– Кажется вот этот, – Лешка кивнул на высокий кирпичный дом с железной крышей. – Точно, вон и номер указан. Десятка. Видишь, какая большая?

– А вот и двенадцатый дом! – радостно прошептала Катя. – Прямо по соседству. Как же нам повезло!

– Кто знает? – засомневался мальчик.

– Главное, чтобы тетка нас признала. А то сделает вид, что впервые в жизни видит. Все-таки дальняя родственница. Как спросит: «Зачем приперлись?»

Вопреки Катиным опасениям, тетка их сразу узнала. Как только они вошли в ворота и оказались в просторном светлом дворе, немолодая женщина в цветастом платье и пышной прической, которая развешивала на веревке белье, сразу же их окликнула:

– Никак Леша Васильев из Разгуляевки пожаловал!

– Здравствуйте, тетя Акулина, – слегка смутившись, поздоровался Лешка.

– Здрасте, – поддержала его Катя. Она нисколько не смущалась и продолжала вертеть головой, осматривая все вокруг.

– А это никак Катя? Галина дочка?

– Да, это я!

– Вот радость, какая! Проходите в дом, гости дорогие.

Дальше все было, как полагается, когда приходишь в гости. Чай, пряники и конфеты и разные расспросы и душевные разговоры. Тетка Акулина оказалась женщиной веселой, приветливой и разговорчивой. Она не только расспрашивала, но и рассказывала о себе, своих родственниках, о которых Катя и Лешка никогда не слышали. Прошло наверно минут сорок, прежде чем Кате удалось задать интересующий ее вопрос.

– Тетка Акулина, – жуя очередной пряник, обратилась она, – а вы знаете человека по фамилии Эльбрусов?

– Семена Семеновича?

– Да. Он тут рядом с вами живет в двенадцатом доме. Сосед, можно сказать. И все говорит, что он журналист.

– Почему говорит? – удивилась тетка Акулина. – Он журналист и есть. Только живет он не в двенадцатом доме, а прямо у меня.

Катя подпрыгнула на месте от неожиданности:

– Как так у вас?

– А вот так. Это он раньше в двенадцатом доме комнату снимал. А в этом году решил у меня поселиться, потому что двенадцатый дом Анна Ильинична зимой продала, а сама в город уехала. А в доме поселилась большая семья, четверо ребятишек. Места больше свободного нет. Семен Семенович детей не очень жалует, вот и попросился ко мне. А мне что жалко, что ли? Человек он хороший, спокойный. Не пьет, не курит, никого в дом не водит. Ходит себе с фотоаппаратом и природой любуется. Разве такому человеку откажешь.

– А он родом из наших мест? – спросил Лешка.

– Нет, он из того же города, что и вы, и родни в наших местах у него нет.

– Так чего же он здесь каждое лето проводит? – удивилась Катя. – Люди на юг летом стремятся, или на заграничные курорты, в Африку или там, в Грецию, в Турцию, наконец!

– Кто его знает? – пожала плечами тетка Акулина. – Что-то ему здесь приглянулось. Но лет десять он здесь каждое лето месяц, а то и два проводит. А один раз даже осенью приезжал.

– Раз осенью, то наверно на охоту, – с глубокомысленным видом заметил Лешка.

– Нет, охотой он не балуется. Да и до рыбалки тоже не охотник. С удочкой я его ни разу не видела.

– Все это очень подозрительно! – объявила Катя. – Человек весьма странный. Каждый год приезжает в деревню, но ни охотой, ни рыбалкой не занимается. Выдает себя за журналиста. Моя версия подтверждается. Осталось проверить и уточнить детали.

– О чем это она? – удивленно спросила тетка Акулина.

– Это она в сыщиков играет, – объяснил Лешка.

– Тогда понятно, – кивнула тетка.

– Остается белый «Мерседес». Скажите, тетя Акулина, кто его возит на шикарном белом «Мерседесе»?

– Какой еще шикарный! – засмеялась тетка. – Это Акимыча Мерс. Он его в прошлом году по дешевке купил. Они с Семеном Семеновичем большие друзья.

– Кто такой Акимыч? – насторожилась Катя.

– Акимыч, то есть, Эдуард Акимович – это директор нашей школы. Он с Эльбрусовым вместе в городе учился, в институте. С тех пор и дружат.

– Директор школы? – пробормотала Катя. Она слегка стушевалась.

– Кажется, ты где-то ошибаешься, – тихо сказал Лешка. – Директор школы! Разве может быть директор школы сообщником преступника?

– Еще как может! – Катя приобрела прежнюю уверенность и упрямо мотнула головой. – К тому же, он вообще может ни о чем не догадываться. А где сейчас Эльбрусов?

– Да вот, как с утра ушел с рюкзаком, так и не возвращался, – махнула рукой тетка. – Обычно к обеду всегда приходит, а тут где-то задержался. Значит, будет к ужину.

– К ужину? – Катя слегка расстроилась. – До ужина мы ждать не сможем. Нам к ужину самим вернуться надо будет.

– А то оставайтесь, – предложила тетка Акулина. – Я курицу буду жарить.

– Курица, это хорошо, – согласилась Катя, – но вряд ли получится. У нас телефоны не работают. Мы бабулю даже предупредить не сможем, что задерживаемся. Так что уж пойдем. Жаль, что не удалось нам встретиться с Семеном Семеновичем. Часок конечно можно еще посидеть, – девочка посмотрела на часы. – Ой, нет. Времени совсем не остается. А нам еще в одно местечко заглянуть надо, пока не стемнело.

– Как знаете, – ничуть не расстроилась тетка. – Спасибо, что зашли, проведали. Тете Маше привет от всех нас большущий.

– Последний вопрос про Эльбрусова, – Катя вернула разговор к своей теме, – а часто этот Эльбрусов на ночь уходит?

– На ночь? Бывает, уходит и на ночь. Это когда ночи ясные и теплые. Уходит. Говорит, что будет заниматься ночной съемкой и уходит.

– Дело ясное, как день! – уже выходя из Загуляевки, сказала брату Катя.

– А мне ничего не ясно. Эльбрусов – журналист, а вовсе не ученый. Тем более не безумный. Значит, он не преступник.

– Журналист, он или не журналист, это все ерунда! – отрезала Катя. – Но в том, что он преступник, я нисколько не сомневаюсь. И то, что он безумец, тоже. Я это еще в самый первый день в автобусе заметила. Было в нем что-то безумное. Не зря на него телевизор упал. Рядом с безумными людьми даже техника становится безумной.

– Но ведь, ты говорила, что это ты на него телевизор свалила! Разве не говорила?

– Говорила! Что в этом такого?

– То одно говоришь, потом другое. Непостоянная ты какая-то, Катерина.

– Я просто мобильная! – засмеялась Катя. – Действую и размышляю, сообразно ситуации. А ситуация постоянно меняется и обогащается информацией. Все время узнаем что-то новое. Ладно, хватит болтать. Нам еще в Змеиную заводь надо успеть. Не в темноте же по камышам лазать.

Лешка посмотрел на висящее над горизонтом солнце и вздохнул:

– Все-таки наверно в темноте. Затемно не успеем. Может, на завтра отложим.

– Ни за что! Мое правило: «Никогда не откладывай на завтра то, что можно сделать сегодня»! Кстати, это ты меня к нему приучил, большой брат.

Катя встала на цыпочки и покровительственно похлопала Лешку по плечу.

– Мы можем встретить Эльбрусова по дороге, – проворчал Лешка. – Что тогда ему скажем?

– А вот я как спрошу его напрямик: «Где ты прячешь гигантского змея? Говори! Нам все про тебя известно!» Преступники в таких случаях теряются и во всем признаются.

Лешка вспомнил, как Эльбрусов ругался в автобусе, а потом на реке и поскреб затылок:

– Что-то я сомневаюсь, что он возьмет и во всем сознается.

– А куда он денется? – махнула рукой Катя. – Как миленький сознается.

– Ну а дальше что?

– Дальше? Я как-то об этом не думала, что дальше, – растерялась девочка. – Попросим его, чтобы он нам показал своего змея.

– Так он тебе и покажет.

– Покажет. Мы ему скажем, что позовем всю деревню змея ловить, он и согласится.

– Допустим, покажет он нам змея. А дальше что?

Катя рассердилась:

– Да что ты заладил? Дальше что! Дальше что! Тебе что мало будет на змея гигантского посмотреть? Это же чудовище, похлеще Лох-Несского. Мы же прославимся! В газеты попадем. И везде будет написано, что его нашла я. То есть мы. Ты и я. Ну и Эльбрусов. Куда от него денешься? Разве это не здорово?

– Здорово конечно. Только что-то не встречается нам господин Эльбрусов. А ведь вот уже и сворачивать пора. Вон тропа к Змеиной заводи.

Катя вдруг задумалась:

– А почему Эльбрусов к Змеиной заводи все время через наш берег ходит, если тут тропа есть. Она же ему ближе?

– Не знаю, – Лешка пожал плечами. – Наверно ему искупаться хотелось. А с этой тропы мы на пляж не попадаем. Сразу в камышовые заросли попадаем. А там через заросли только в сапогах можно пройти до пляжа. Вот и мы с тобой сейчас не сможем до пляжа добраться. А значит и до самой Змеиной заводи непосредственно. К тому же, вполне может быть так, что Эльбрусов все время отсюда ходит, а с нашего берега иногда только. Скучно ему все время одним путем ходить.

– Разнообразия хочется, – согласилась девочка.

За разговорами они спустились на тропу и отправились в сторону. Их не остановило даже то, что стало совсем темно, и природа стремительно теряла дневные краски, погружая все вокруг в серый цвет.

Ровно через полчаса, когда стало уже совсем темно, по дороге, с которой свернули брат и сестра, по направлению к мосту проехал белый «Мерседес». Он быстро переехал мост и взял направление на Разгуляевку. В салоне автомобиля сидел директор Загуляевской школы Эдуард Акимович Петраков, рядом с ним Юра Цветков, на заднем сиденье Наташа Воронцова. Девочка сидела, то и дело поглядывала на часы и кусала от нетерпения губы.

– Сейчас будем на месте, тут же всего ничего осталось! – радостно объявил им Эдуард Акимович. – Вот поворот сделаем, там и Разгуляевка. Не волнуйтесь, ребятки. Дома вовремя будете.

Не прошло и десяти минут, как машина добралась до пункта назначения. Директор школы довез ребят прямо до дома бабы Маши.

– Спасибо большое, – сказал Юра, выходя из машины. – Сколько мы вам должны?

Директор засмеялся:

– Обижаешь, юноша! В жизни никогда я с детей деньги не брал. И не собираюсь. Бывайте! А то мне тоже домой пора. Темно уже.

Вокруг действительно было уже темно. «Мерседес» уехал. Юра и Наташа направились к нужному дому. Вдруг их окликнул звонкий мальчишеский голос:

– Эй, вы! Вы к Лешке и Кате приехали?

Ребята оглянулись и увидели, как из дома напротив выглядывают два совершенно одинаковых мальчугана.

– Это Данилка и Ерема, – тут же догадался Юра. – Как удачно, что мы их встретили. Они нам сейчас все расскажут.

Юра и Наташа подбежали к близнецам.

– Где они? – тут же спросила девочка.

– Ушли и еще не возвращались, – сказал Данилка.

– Все-таки ушли, – досадливо воскликнул Юра. – Как неудачно получилось!

– А они змея пошли ловить? – спросил Ерема.

– Так, молодые люди, – строго сказал Цветков, – быстро ведите меня к вашему участковому товарищу Иванову. Знаете, где он обитает?

– Знаем! – хором ответили близнецы.

– Тогда вперед!

Ерема и Данилка слегка растерялись.

– Мы это, – смущаясь, забормотал Данилка, – того…

Ерема за него докончил:

– Короче, нас мама не пускает на улицу.

– Где сейчас ваша мама? Я с ней поговорю. Думаю, после моих доводов, она сменит гнев на милость.

– Мамы нет, – вздохнул Данилка. – Она у тети Зои. А нам вот ни ногой из дома.

– А что очень важное дело? – спросил Ерема. – Если так, то мы можем и нарушить мамин наказ.

– Да, дело очень серьезное, – вздохнул Юра. – Леша и Катя попали в большую беду. Если вовремя не прийти им на помощь…

Наташа громко всхлипнула. Она уже знала обо всех самых ужасных предположениях Цветкова и нисколько не сомневалась в серьезности положения.

– Тогда пошли! – Ерема решительно полез из окна. Данилка за ним. – Это нам будет стоить еще недели домашнего ареста. Но что такое неделя ареста, по сравнению с тем, что надо помочь нашей Кате?

– А ты сыщик Юра? – обратился к Цветкову Данилка. – Ты пришел к нам на помощь?

– Да, это я. И не будем терять времени. Быстрее к капитану Иванову!

И вчетвером они побежали к дому, где жил участковый. И тут им несказанно повезло. Капитан Иванов как раз в этот момент возвращался домой и был очень задумчив.

После разговора с Катей он все-таки начал сомневаться, но еще больше он начал сомневаться после того, как поговорил с Варькой Гороховой.

– Так, гражданка Горохова, – строго сказал он, усадив Варьку перед собой на стул, сам сел напротив и для пущей важности положил перед собой чистый лист бумаги и взял ручку, – расскажи мне подробно о том, как у тебя бычок пропал.

Варька Горохова вздрогнула и стала мямлить что-то невразумительное. Участковый слушал ее, слушал, а потом и говорит:

– Так пропал у тебя бычок или нет?

– Пропал! – Варька чуть не заплакала.

– А почему никто из твоей семьи ко мне не пришел и ничего не рассказал? Это же ЧП на всю деревню. Что-то ты не договариваешь, Варвара Петровна Горохова. Чего глаза прячешь?

Тут Варька разозлилась:

– Ой, как вы мне все надоели с этим бычком! Чего он вам дался?

– Пропал или нет? – строго спросил капитан. – И смотри, не ври мне, Варька! Тут тебе не школа, и я не директор Эдуард Акимович. Нянчиться с тобой не собираюсь. Здесь за ложные показания, знаешь, что бывает? Я вот еще с твоим Петькой поговорю.

– Ой, не надо с Петькой!

– Пропал бычок или нет?

– Нет!

– А куда он девался?

– Его дядя Федя увез.

– Куда?

– Откуда я знаю? На тракторе ночью увез. У родителей купил. Хорошие деньги дал.

– А чего же ты всем голову морочишь, что бычок пропал? – искренне удивился участковый Иванов.

– Я почем знаю? Меня попросили всем говорить, что он у реки пропал, вот я и говорила.

– Кто велел?

– Дядя Федя. Он родителей попросил, а они мне уже велели.

– Значит, ты всем это и говорила?

– Нет, не всем.

– Почему не всем? А кому же?

– Только ребятам. О взрослых речь не шла. Можно мне идти, дядя Вася?

Участковый надел фуражку и убрал лист бумаги обратно в стол.

– Ладно, иди. Только о нашем разговоре никому ни слова. А то все твоему Петьке расскажу.

Варьку как ветром сдуло.

– Так, так, так, – участковый задумчиво покачал головой. – Так, так, так!

И он пошел к бабе Шуре. Поговорил с ней. Бабка вела себя так же, как и Варька, и на нее также пришлось слегка надавать. К Концу разговора выяснилось, что гусей у нее тоже купил все тот же тракторист Федька и также велел ей говорить всем детям, что гуси пропали в реке.

Только сторож Кузьма был искренне огорчен пропажей своего Мартына и просил участкового найти и наказать похитителей или тех, кто натравил ну его собаку чудовище.

– Про чудовище тебе Катя наплела? – спросил Кузьму участковый.

– Она самая, Внучка Марии. Даже след его показала.

– Ну-ну, – хмыкнул милиционер и пошел к Кларе.

Такая же картина выяснилась и у Клары. Милиционер думал и никак не мог понять, зачем Федьке понадобилось пускать среди деревенской ребятни слух, что в реке пропадают животные. На душе стало тревожно.

Когда он подошел к своему дому, то из состояния задумчивости его вывели двое совершенно незнакомых подростков, мальчик в очках и очень симпатичная белокурая девочка и близнецы Ерема с Данилкой.

– Это вы, капитан Иванов? – обратился к милиционеру мальчик в очках.

– Да, это я.

– Нам необходимо с вами очень серьезно поговорить. И времени у нас очень мало.

Иванов напрягся:

– Я вас слушаю.

ГЛАВА XII
ЧУДОВИЩЕ В КАМЫШАХ

Камышовые заросли встретили брату и сестру тревожной и давящей тишиной. Даже ветер, который весь день раскачивал высокие стебли камышей, теперь затих или резвился где-нибудь в другом месте. Не судачили по вечернему болотные и камышовые птицы, не зудели в воздухе комары, не плескалась река. Лишь где-то далеко-далеко с грустью допевал свою вечернюю песню жаворонок. С каждым шагом стебли камышей становились все выше и выше, вскоре они достигли двухметровой высоты, окружив мальчика и девочку непроходимой стеной. Некоторые стебли достигали двух с половиной метров. Это были настоящие гиганты. Лешка вскоре перестал ворчать и предлагать вернуться, потому что, как истинный любитель природы, увлекся осмотром камышей.

– Ты посмотри, Катя, какая вокруг красота! – восхищался он. – Просто камышовый рай.

– Подумаешь, – Катя сморщила носик. – Обыкновенный тростник! Даже не сахарный. Вот если бы был сахарный, то его можно было бы есть. Леша, скажи, а сахарный тростник можно есть? Он у нас в стране растет? А что если его посадить в огороде?

– Тростник это совершенно другой вид растений, – поправил сестренку Лешка. – И в огороде у нас он расти не будет. Ему нужно очень много влаги и солнца. А камыш относится к семейству осоковых многолетних трав. Всего в мире их насчитывается больше двухсот пятидесяти видов. У нас в стране растет не меньше двадцати. Перед нами камыш обыкновенный, бархатный. Растет во влажной местности, около рек и озер. Является главным производителем торфа. Веков через двадцать в этом месте будут настоящие торфяники. Представляешь, по ночам торф будет светиться и издавать жуткие звуки.

Ребята шли и раздвигали густые заросли перед собой руками, стараясь не порезаться о шершавые длинные саблевидные листья. Мягко пружинила под ногами влажная почва. Чувствовалось приближение водоема.

– Как бы нам в трясину болотную не забрести, – озабоченно пробормотал Лешка. – Теперь и не разберешь, в какой стороне река, а в какой болото.

– Так нам именно к болоту и надо, – возразила Катя. – Где еще может водиться гигантский змей? Только рядом с болотом и трясиной, чтобы было где укрыться от охотников. Там же должен быть и Эльбрусов. Небось, нянчится сейчас со своим монстром, как с младенцем, кормит молоком из бутылки. А мы из-за него сюда и зайти не имеем право. Безобразие! Эх, а помнишь, как мы в прошлые годы в этих зарослях, когда купаться ходили, в индейцев играли? Обмажемся грязью, в волосы перья навтыкаем и «Улю-лю-лю-лю!» – захлопав себя ладошкой по губам, девочка издала боевой клич команчей. – Как было здорово!

И клич команчей, еще более громкий и протяжный, опять разлетелся над камышами.

– Что ты делаешь? – испугался Лешка. – Зачем так кричишь? А вдруг нас кто-нибудь услышит?

– Да ладно тебе! Нет тут никого!

– Ну да, а если гигантский змей? – И хотя Васильев все еще сомневался в существовании ископаемого змея, он все же вспомнил роман Артура Конан Дойла «Затерянный мир» и поежился.

– А змеи, ты мне сам говорил, глухие. Так что чего нам бояться? Разве что Эльбрусов услышит. Так нам на него плевать. Он нам и нужен. Пусть выходит на тропу войны. Я запущу в него свой боевой томагавк.

И Катя опять издала индейский клич. Еще более громкий и длинный, чем предыдущие. Лешка только рукой махнул. Он знал, что если этот непослушный ребенок начинает баловаться, остановить его лучше всего тем, что просто не обращать внимания на шалости.

Они продолжали идти вперед. А вокруг становилось все темнее и темнее. Темнота наступала стремительно. Даже розовая полоска на западе угасла.

Минут через пятнадцать камыши вдруг неожиданно стали редеть, затем и вовсе расступились и ребята оказались на обширном лугу, где росла обыкновенная хоть и высокая, но не такая, как камыш, трава. Она даже Кате доходила всего лишь по пояс.

– Раньше здесь такого не было, – удивилась Катя. – Что это за лужок? И для каких коровок и овечек он здесь находится?

Они вошли в траву, и тут лицо Лешки стало очень напряженным:

– Кажется, я знаю, что это за трава, и для каких она коровок.

– Так не томи, братец, говори!

Лешка сорвал несколько стеблей, на концах которых были словно метелочки из семян, и внимательно их осматривал, а так как стало уже совсем темно, он подсвечивал себе зажигалкой, которую всегда носил с собой, хоть и не курил. Катя последовала его примеру.

– Я тоже знаю, что это, – сказала она. – Это корм для змея. Уверена, что это дело рук Эльбрусова. Это он тут все засеял. Агроном несчастный! Только вот, разве змеи едят траву? Он что вегетарианец, наш змей?

– Не знаю, чьих это рук дело, – слегка заикаясь, пробормотал Лешка, – но нам надо срочно делать отсюда ноги.

– Это зачем? – возмутилась Катя. – Уносить ноги? Когда наше расследование подошло к финалу, осталось сделать последний шаг? Ну уж нет!

– Знаешь что это за трава? – Лешка поднес к носу сестренки несколько стеблей.

Катя понюхала траву и пожала плечами:

– Трава она и есть трава. Во всяком случае, это не овес и не пшеница.

– Это конопля, – мрачным голосом произнес Лешка.

– Ну и что? – Катя все еще не понимала.

– Это не просто конопля, это индийская конопля.

– Батюшки! – притворно всплеснула руками девочка. – Час от часу не легче. Индийская значит? Ну и что? Выходит, что наш змей простую коноплю не ест, и Эльбрусов специально для него выращивает индийскую? Как это мило! Она что вкуснее? Слаще и питательнее? Ну да, конечно, раз она из Индии. Именно в Индии водятся большие змеи. Вот и наш…

– Господи, Катя, – перебил сестренку Лешка Васильев. – Что ты все со своим змеем носишься? Другое название этой конопли наркотическая! Понятно?

– Наркотическая? – Катя открыла рот.

– Да! – Лешка перешел на шепот. – Из нее делают наркотики. Из молочка, которое находится внутри стебля. Теперь понятно тебе, что это за лужок? Это тайная делянка наркоторговцев. А знаешь, кто это? Они никогда не оставляют свои территории без присмотра. Нас здесь убьют и фамилии не спросят. А ты еще в индейцев играла. Теперь они точно знают, что мы здесь. Может быть, даже уже видят нас и держат на прицеле.

– Ой, мамочки! – прошептала Катя и даже слегка присела от страха.

Ребятам стало страшно.

– Бежим! – негромко скомандовал старший брат. – Ай!

В этот момент зажигалка в его руках накалилась так, что обожгла мальчику руку, и он ее выронил. Пламя тут же погасло, и все вокруг погрузилось в кромешную темноту. Не видно было ничего. Лешка быстро нагнулся, сел на корточки и стал шарить вокруг себя руками по земле в поисках зажигалки.

– Леша, ты здесь? – услышал он Катин шепот. – Мне страшно!

– Я здесь! Помоги мне найти зажигалку.

Мальчик и девочка стали искать вдвоем, стукнулись лбами, но не издали ни звука.

– Нашел? – прошептала Катя.

– Нет. А ты?

– Я тоже! Куда же она упала? Леша, а может быть и не надо?

– Чего не надо?

– Светить зажигалкой? Ведь по пламени они нас легко увидят. Увидят и…

– Ты права, – согласился Лешка. – Дай руку. Вот так. держись теперь крепче и ни в коем случае не выпускай. Будем выбираться в темноте. Ты помнишь, с какой стороны мы пришли?

– Кажется, вон оттуда.

– Нет, я точно помню, что мы пришли с той стороны.

– Леша, как тут определить, если со всех сторон темнота. Хоть глаз выколи. Даже звезд на небе не видно. И луны, как назло нет.

Яркий оранжевый свет вдруг ослепил мальчика и девочку, и они от неожиданности застыли на месте. Тишину прорвал страшный рев какого-то могучего исполинского зверя. Земля под ногами содрогнулась от этих адских звуков. Рев доносился с той же стороны, откуда ударил свет, и два горящих чудовищных великанских глаза, показавшиеся в зарослях камыша, с грохотом и треском устремились к детям.

Лешка сбросил с себя оцепенение и дернул за собой сестру:

– Бежим!

И они побежали. Побежали через луг, но через несколько секунд, видя, как ужасные огненные глаза устремились им наперерез, повернули и побежали обратно к камышам. Огненный монстр свернул за ними. Он рычал, хрипел, свистел, но не отставал ни на шаг. В какую бы сторону Лешка с Катей не свернули, он перерезал им дорогу, обгонял и заставлял менять направление.

– Что это? – на бегу спросила Катя, пытаясь перекричать адский грохот и треск.

– Не знаю! – закричал в ответ Лешка. – Кажется какая-то машина!

– Он хочет нас задавить?

– Наверняка!

– Леша, я не хочу умирать!

– По моей команде резко сворачиваем налево!

Они свернули, и на какой-то момент адская машина промчалась мимо, но затем она снова развернулась и вновь поймала в лучи своих фар мчавшиеся фигурки беглецов. И снова устремилась в погоню.

– Я понял, – пропыхтел Лешка. – Это трактор!

– Трактор?

– Да. Колесный!

И они бежали, бежали, падали, вставали и снова бежали. Трактор, под колесами которого камыши превращались в труху и пыль, продолжал гнать их, как охотник гонит добычу, чтобы в долгой погоне лишить жертву всех сил, а потом прикончить ее. И никак не получалось удрать от него. Куда бы не бежали дети, он каждый раз шел наперерез и заставлял менять направление.

– Он нас куда-то гонит, – догадался Лешка. – В какое-то свое тайное место.

– К реке, – со злостью ответила Катя. – Хочет утопить нас как котят.

– Вряд ли, ведь если мы прыгнем в реку, мы просто переплывем ее и окажемся на другом берегу. Ищи тогда нас.

Сил бежать больше не было. Особенно устала Катя, она уже не бежала, а еле волочила ноги и несколько раз спотыкалась и падала. Если бы Лешка не тащил ее, не поднимал каждый раз, она давно бы уже не встала с места. Но мальчик и не думал бросать ее. А чудовищный трактор уже наступал им на пятки, обдавал вонючим угарным дымом, слепил ярким белым или оранжевым светом, а рев его двигателя просто оглушал и сводил с ума. Еще мгновение, и они погибнут под его большими ребристыми колесами. Перед ними из темноты вырос голый глинистый холм. Под светом фар он тоже казался ужасным и зловещим, тем не менее они с величайшим трудом стали взбираться на него. Катя поскользнулась, упала и покатилась вниз.

– Я больше не могу! – сквозь плач закричала она. – Брось меня!

Трактор словно живое чудовище стал подниматься на холм и заревел еще громче. Теперь его рев казался оглушительным ревом тираннозавра, торжествующего победу над поверженной жертвой.

Лешка который уже был почти на вершине холма, отчаянным усилием поднял Катю и втащил ее наверх. Они сделали еще по шагу, не удержались на ногах, которые заскользили по сырой глине, и кубарем покатились вниз. И только сейчас Лешка выпустил Катину руку из своей. Если бы он этого не сделал, они бы переломали друг другу кости. А потом тело потеряло опору, и началось падение вниз. Падение было недолгим и стремительным. Одно было ясно. Они куда-то летят. Летят вниз, на дно бездонной пропасти.

Нет, это была не пропасть. Это была яма. Глубокая, но все же яма. И только мокрая мягкая жидкая глина, на которую они приземлились, спасла детей от увечья.

И сразу стало тихо. Очень тихо и очень темно. Не ревел больше чудовищный трактор-убийца, не горели его фары. Словно ничего и не было.

Лешка поднялся на четвереньки, и все еще оглушенный от падения и задыхающийся после бега, закричал:

– Катя! Катя ты где?

– Я здесь, – прохныкала девочка. – Леша!

– С тобой все в порядке? – закричал мальчик. – Ты ничего не сломала? Где ты? Отзовись!

– Я здесь! – сказала Катя.

– Руки, ноги целы?

– Кажется, целы.

– Я иду к тебе, – Лешка пошел на голос. – Держись, пожалуйста, только держись!

Вдруг Катя дико завизжала, у Лешки от этого крика чуть не остановилось сердце. Он бросился вперед, туда, где кричала Катя, и вместо девочки его руки вдруг нащупали что-то мягкое, пушистое, горячее и живое. Мальчик сразу же догадался, что это какой-то очень большой зверь. Катя продолжала кричать, но потом вдруг резко замолчала. Одной рукой Лешка пытался оттащить зверя от сестры, что было совершенно бесполезно, а другой вытащил из кармана джинсов мобильник и направил свет от него на сестру. Сердце его сжалось от ужаса. Он даже представить не мог, что сейчас увидит. И в этот самый момент мальчик услыхал, как Катя смеется. Тихо, но весело хихикает. В тусклом свете мобильника Лешка разглядел огромного мохнатого черного пса, который стоял над Катей и вылизывал ей лицо. Катя нисколько его не боялась, наоборот, она обнимала его могучую шею и пыталась оттолкнуть от своего лица огромную морду, и смеялась, потому что ей было щекотно, когда большущий язык норовил залезть ей в ухо.

– Леша, это же Мартын! – смеялась Катя. – Ты узнаешь его? Мартынка! Хороший мой. Фу! Не надо целовать меня в губы, это неприлично и негигиенично!

Кате наконец удалось оттолкнуть от себя Мартына, тогда тот развернулся и стал лизать в лицо уже Лешку. Мальчик обнял его за шею, и почувствовал, большое облегчение. Как он был рад, что это Мартын! И какой же это оказался замечательный пес! Кто бы мог подумать? Гроза всех разгуляевских ребят теперь ластился к ним, как щенок.

Вдруг кто-то за спиной негромко кашлянул. Ребята замерли, Лешка направил свет в ту сторону, откуда доносился кашель, и ребята закричали от ужаса. Перед ними стоял Эльбрусов. Лицо его в тусклом свете мобильника было синим и жутким.

– Попались, значит? – хриплым голосом спросил он.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю