![](/files/books/160/oblozhka-knigi-nerusskiy-novyy-russkiy-345366.jpg)
Текст книги "Нерусский новый русский"
Автор книги: Дмитрий Пинхасик
Жанр:
Биографии и мемуары
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 5 страниц)
Добытая «родительская кожа» была по сегодняшним меркам отвратительная, какая-то дубовая, не гнущаяся. Каждый сгиб ее сопровождался шумом, как будто согнули жестяной лист. Человек в таком пальто был бы не только виден, но и слышен в любом помещении. Сегодня, чтобы добиться такого эффекта, вам придется залезть в современном кожаном пальтишке в морозилку минус восемнадцать на часик, больше не стоит, иначе можно забыть, что вы там делаете, и все тогда сорвется. Итак, кожа поселилась в шкафу и начала искать себе достойного скорняка-портного! Ошибиться было нельзя, отдав не тому человеку, можно было потерять не только большие деньги, которые она стоила, но и упустить, возможно, и навсегда, шанс щеголять в самом модном и шикарном прикиде! Теперь, всем гостям в середине вечера вместо фамильных сокровищ в виде новых хрустальных изделий демонстрировался хрустяще-шумящий рулон. Все разворачивали, оценивали под люстрой цвет, аккуратно сгибали, видимо, боясь заломать, пробовали тихонько царапать ногтем и цокали языками в восхищении. Можно сказать, покупка работала не хуже любого экспоната искусства, например, ведь картину или портрет не носишь с собой по улице, а вот дома людей дивишь, и от этого получаешь неплохие дозы приятных ощущений. Поиски портного затянулись, кожа лежала уже год или два, но «кто ищет, тот всегда…», как говорится в песне.
Настал момент и сокровище повезли к мастеру. Развернули и застыли в замороженном состоянии. В разных местах по краям ножницами были отрезаны странные треугольники. Что за зверь завелся в шкафу и отъел треугольники, было неизвестно! Двух плащей не получалось теперь, банально не хватало материала! На пиджаки, слава Богу, его было почти достаточно. Мастер пообещал, что что-то придумает, то ли кусочки где-то вставит, то ли короче сделает, а может обрезки у него были от прошлых изделий? Папа и мама щеголяли на праздниках и ответственных мероприятиях в пиджаках много лет потом. Но, вернемся к зверю, изъедающему кожу в шкафах, к этой огромной зуба той моли! Вместо того, чтоб искать ее, вооружившись пистолетом и фонарем в лабиринтах шуб и простыней, родители стали рассматривать Мишкины клешенные джинсы. В конце семидесятых мода Битлов и всяких хиппи-вольнодумцев уже просочилась и в совок. В джинсах внизу в швы были вставлены клинья. Совсем кожаные, почему-то, всем своим видом очень напоминающие будущие родительские пиджаки. Если приложить к ним ухо, то, наверное, можно было услышать тихий шепот: «Мы могли бы быть плащом, плащи моднее пиджаков…»
Вновь бушевала буря! Опять родители рвали и метали. Действительно ли теряются нервные клетки, когда ты хочешь кого-то убить, но разум останавливает и не дает? Наверняка! Мишке было ведь уже лет восемнадцать-двадцать. От таких поступков у близких наступает ощущение полного бессилия, а его сопровождает ужасное сожаление и разочарование в своем самом важном в жизни достижении – в детях…
Еще через полгода мы уехали отдыхать. Мишку оставили одного, в квартире шёл ремонт, он должен был приглядывать за мастером. Когда мы вернулись, пришли гости. Отец по торжественному случаю достал из бара дорогущий эксклюзивный французский коньяк, если мне не изменяет память – «Martel». Вещь берегли там пару лет для какого-нибудь самого важного случая. Видимо, случай настал, то ли юбилей это был, то ли новоселье. Все попросили пустить его по кругу посмотреть. По столу шло два предмета: потрясающей красоты бутылка с вылитой в ней из стекла печатью и удивительная яркая коробка. В совке никто не видел никогда алкоголя, упакованного в индивидуальные коробки. Отцу подарил его спасенный им больной, видимо, какой-то очень непростой человек. Наконец отец разлил гостям по стопочке. Никто тогда про коньячные бокалы ничего не знал, конечно. Был произнесен долгий важный и волнительный тост и все, даже те, кто никогда до этого и не пил алкоголь, бережно поднесли заморское чудо к носу, пытаясь ощутить букет неведанных никогда прежде ароматов. В таких случаях после глоточка идет пауза. Пьющий, нет, вернее вкушающий, должен в тишине ощутить все тонкости и детали прелестного мастерства и достижений выдающихся мастеров. Так было и в этот раз, гробовая тишина повисла над столом. Через несколько секунд люди начали пересматриваться друг с другом в попытке оценить реакции остальных. Кто-то отхлебнул повторно, кто-то по великой русской традиции опрокинул залпом оставшееся в стопке. Люди начали закусывать. Отец стоял, как вкопанный и не садился.
«Женя, садись, это похоже чай. Ничего страшного, главное, что все мы сегодня здесь собрались, зато оливье удался и вообще все замечательно».
Вечером я плакал и просил папу не трогать Мишку. Один-единственный раз в жизни я видел, как отец пытался что-то сделать физически, он кричал, что задушит Мишку собственными руками, а тот вместо раскаяния и просьб о прощении, невозмутимо твердил, что это не он с дружками выпил весь алкоголь в баре и залил везде чай. В бессилии отец попытался изобразить или действительно схватить Мишку за шею, они повалились на диван. Мишка вывернулся, для самбиста это было не очень сложно. Мама почувствовала единственное решение и закричала, чтоб он уходил. Дверь хлопнула под напутствие отца, чтоб он никогда больше и не возвращался. Так Брат покинул отчий дом. Мать дала ему ключ от комнаты в коммуналке, где мы раньше жили, на Техноложке. Когда я ездил в старую школу на троллейбусе, я часто заходил к Мишке. Похоже, шло противостояние между ним и родителями, денег у него не было, и он покупал хлеб, пек из него сухарики, нарезав на кубики и этим питался. Я с удовольствием угощался и даже завидовал ему, что он может есть только сухари! Родители, наверное, ждали, что без денег он вынужден будет вернуться, извиниться и они опять примут его. Все пошло не так. Одинокая самостоятельная жизнь имела уже больше плюсов, чем минусов. Мишка не пришел, конечно, через полгода он явился под уговорами матери помириться с отцом, и какие-то отношения были восстановлены, но жить он остался на Техноложке.
Плакат
Итак, наша скрепленная плевками дружба шла год за годом, и в ее поле в том же пятом классе был включен Фокс. Маленький, худенький, лопоухий, пучеглазый интеллигент-еврейчик. Нет, мы не заплевали его с ног до головы, принимая в друзья. Мы даже не порезали ему вены, чтобы поклясться на его крови в дружбе. Просто он всегда был со всем согласен и слушал любую нашу ересь, с попытками найти в ней положительную суть. Так он и стал нашей частью, тихий, спокойный, честный, все понимающий дружок…
Еще в нашем классе учился двоечник Ромыч. С ним мы совершенно не дружили. Он жил какой-то своей жизнью, в своих грязных ногтях и соплях, и особо с нами не пересекался. Однажды Ромыч притащил в школу плакатик «интерфлюг», была такая зарубежная авиакомпания. Плакат складывался вчетверо или шестеро, при разворачивании можно было любоваться «ТУ 154», летящим в голубом небе. Вообще-то, вроде как ничего особенного, но иностранные буковки, большой, качественный, глянцевый в нищем совке, где ничего тогда кроме газет «Правда» и «Известия», которые даже никто не выбрасывал без использования по второму назначению, не было, в общем, вещица заслуживала внимание. Ромыч тихо сообщил нам, что у него не один такой плакат и поинтересовался, не хотим ли мы у него купить этот плакатик за 40 копеек? Деньги были вполне подъёмные, всего лишь два пломбира в вафельных стаканчиках, на которые нам ежедневно выдавали родители. Но мы уже были взрослые и торопиться не стали. Через несколько раундов переговоров плакат оказался у нас на реализации. Да еще и с договором о прогрессивной скидке в случае опта! Покупки новых клюшек, игр и мопедов начали загружать наши карты памяти и пробуждать румянец на мозгу, а плакат начал непрерывно демонстрироваться тем же одноклассникам, которым мог бы его продать и сам Ромыч… но с нашим энтузиазмом, профессионализмом и авторитетными мнениями дискуссии шли вполне активно!
И вот, разгоняя воздух коридора ушными плавниками и до противного интеллигентненько вытирая носик платочком, ничего не подозревая, выйдя с очередного больничного, семенил прямо на нас маленький, пучеглазенький Фокс. Не помню, поздоровались ли мы с ним в ответ или сразу развернули плакат. Ну, в общем, развернули. Наш «образец этикета» начал тут же кивать головой и нахваливать синий цвет неба и качество бумаги, всячески стараясь изобразить понимание и поддержку… Я совершенно официально заявляю сейчас: «Фокс–провокатор!» Он сам спровоцировал нас на вступление в товарно-денежные отношения с другом! Мы находились в состоянии поиска покупателей с целью обогащения. Разве можно было в такой момент так нахваливать товар!? В общем, мы еле дождались окончания уроков. Схватив под мышки нашего святошу, его портфель, сменку, поперли все это к Фоксу домой, не взирая, естественно, на его робкие попытки переместится в художественную школу на занятия, которые, как вы понимаете, он никогда до этого не пропускал… Сожрав по булке-слойке за 7 копеек каждая (как могли эти булки исчезнуть с рынка – это загадка?!) и выпив чайку, которым приветливый хозяин нас почивал, мы, как-то автоматически находясь в состоянии аффекта, получили с него рубль (понятное дело, родительский, заначенный милыми инженерами в серванте). Плакат Фоксу мы по-честному отдали! И находясь в самых растроганных чувствах, потрясая окаменевшему Фоксу руку с риском отрыва от тела, быстро раскланялись! Итак, практика доказала нам громадную рентабельность нашего нового бизнеса и, как выяснилось, востребованность продукта рынком! Об уроках не было и речи! Тут же, вложив в бизнес, а именно в средства связи, 2 копейки, мы прямо из-под дома Фокса, который, наверняка, абсолютно бледный, все ещё молча и неподвижно сидел на диване рядом с плакатом, мы свя зались с нашим поставщиком товара и договорились о переговорах. Путь из будки телефон-автомата до Ромыча мы преодолели бегом. Ромыч был самым маленьким в классе, еще меньше Фокса, это тоже как-то спровоцировало нас. Вероятно, именно из-за этого его отвратительного качества мы вместо передачи ему 40 копеек забрали у него целую картонную коробку плакатов, честно украденных им на каком-нибудь складе авиакасс или авиакомпании…
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.