Текст книги "Варрла. Тень Хаоса (СИ)"

Автор книги: Дмитрий Махан

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 10 страниц)

Глава 4

I

Олловин уже несколько дней практиковал магию огня. Огонь привлекал юношу, ведь пламя несло Силу. Силу, о которой постоянно говорил его учитель. Пламя, создаваемое юношей, поражало своей чистотой и силой. Жар, даримый этим пламенем, расходился по телу юноши, проникая все глубже в самую душу Олловина.

Но с каждым удара сердца, мальчик осознавал, что Свет – не столь чист и правилен, как его учили с самого детства в монастыре, и что Тьма – столь же открыта для добрых дел, как и её другая сторона. Каждое мгновение, что он ощущал суть тьмы первородной, становилось откровением для юноши, которого всегда обучали бороться со Тьмой во имя Света. Но теперь Олловин не боялся этой темноты. Закрыв глаза, юноша шагал всё дальше, в глубь себя, чтобы открыть двери своей внутренней тьме, которая в нём была.

Молодой воин вспомнил, как таил ненависть к своей семье за то, что его отправили в услужение в Храм. Являясь младшим сыном дворянской семьи, семья вынуждена была отправить его в храм Аорта, и благодаря деньгам своих родителей, он попал в главный храм. И Олловин ненавидел свою семью за это. За то, что даже в такой ситуации его семья решила показать власть денег в их мире. Осознав и приняв свою ненависть, юноша заметил, что Тьма стала ярче, поглощая всё больше Света в нём. Но светлое начало отнюдь не стало тускней. Глядя внутри себя, Олловин видел всю Тьму и мрак, что заполонили его душу. И среди этого темного океана виднелась яркая серебристая звезда, что озаряла всё вокруг себя, превращая тьму вокруг себя в серое облако.

И с каждым воспоминанием эта серая идиллия Тьмы и Света росла в юноше. Каждая злая эмоция, каждое плохое воспоминание или мысль, всё плохое увеличивало этот баланс сил юноши.

– Мальчик мой, ты нашёл свой путь? – услышал Олловин голос Шепчущего.

– Великий, я просто осознал, что Тьма и Свет – это единое целое, созданное для борьбы с единственным врагом – Хаосом. Разве это путь силы?

– Забавное изречение ты сейчас произнес, сын мой. Разве Свет истинный – тоже самое, что и Тьма? Разве ночь может быть днём? Тьма – есть Тьма. Лишь во Тьме рождается всё зло нашего мира. Кто запудрил тебе голову, юноша? С кем ты беседовал не так давно? Уж не с самим ли Даану? Лишь он в силах склонить во Тьму сына Света.

– Не с Даану я беседовал, Шепчущий. Но было дано мне озарение, что скрывалось жрецами Аорты от всех. Ведь именно вы, связанные с Богом, учили храмы тому, что Тьма – это зло. Именно вы, Шепчущие, учили воинов, таких, как я, тому, что мы призваны Богом для борьбы со злом. Расскажите, мне, Великий, что же за тайну вы скрываете от всего мира?

– Тайну? Позволь я расскажу тебе её, настырный мальчишка. – зло произнёс Шепчущий, поднимая левую руку в сторону юноши.

С руки служителя Аорты сорвалась яркая молния. Она устремилась в сторону опешившего юноши, который никак не мог понять, почему его учитель поднял на него руку. Но чем ближе к нему была молния, тем больше уверенности в своей правоте ощущал юноша. Олловин отступил на пару шагов, и почувствовал позади себя камень, что стоял в центре их полянки. Осознав, что дальше отступать некуда, юноша закрыл глаза, готовясь принять смерть. Но вместо этого в сознании мальчика возник образ величественно выглядящего рыцаря, в латном доспехе храма Аорта. Но не смотря на принадлежность к рыцарям Света, рыцарь оборонялся Тьмой. Подняв огромнейший меч перед собой, рыцарь создал барьер из паутины Тьмы, которая поглотила десяток стрел и огненных шаров, что летели в него. И Олловин решил повторить его действие.

Юноша сделал шаг вперёд, вытащил из ножен свой меч, полученный ещё во время службы в храме, и направил его в сторону летящей в него стрелы. Заглянув, как немногим ранее, внутрь себя, Олловин взирал на Тьму и Свет, пытаясь почерпнуть всю их силу разом. Но ему откликнулась лишь Тьма. Тьма обняла его нежными объятиями, согревая тело и душу, как любящая мать, давая понять, что защищает его. Открыв глаза, мальчик увидел то, что заставило его содрогнуться от неожиданности.

От острия его меча в разные стороны шли сполохи непроглядной темноты, образующие сплошную стену, что не пропускала ничего. Даже то, что находилось за ней, стало незаметным. Олловин больше не видел ни учителя, ни молнии, что летела к нему. Но он ощутил то, как стрела попала в этот щит Тьмы. По полотну Тьмы прошёл сполох, как по глади озера идёт рябь, когда дует ветер, но это попадание даже не оставило видимого следа на щите. Однако, после атаки, Тьма стала уменьшаться в размерах, возвращаясь к острию меча и превращаясь в клуб яркого белоснежно-серебряного света.

– Это… Это невозможно! – вскрикнул Шепчущий. – Это богохульство! Из Тьмы не может появиться Свет! Я уничтожу тебя, порабощённый!

II

Шли дни безмятежного существования девушки в лоне вулкана, но обещанного обучения так и не наступало. Ишшоадерсансандар, дракон-учитель, куда-то улетел, а вампиры не отвечали на её зов. Ровно, как и подаренная реликвия её матери. Она более не видела тех картин, что были раньше, браслет молчал, оставаясь холодным. Эллисиф никак не могла понять, почему браслет стал жгуче холодным, но это изменение её пугало своей неизвестностью.

Не видя никаких более вариантов проведения своего времени, девушка стала изучать то место, куда она попала. Вулкан кишел различными пещерами, которые и решила изучить девушка-дракон. Многие туннели, переплетаясь между собой, в конце концов выводили обратно в главный зал, в котором девушка познакомилась со своим учителем. Но были и такие, которые оканчивались такими же залами, но меньшими размерами. В одном из таких залов Эллисиф обнаружила стеллажи со старинными книгами. Изучая их, девушка узнала более о мире вокруг, о истории становления Богов и падения рода драконов. Читая историю, девушка не могла понять, почему её учитель не вмешался в великую битву между людьми, эльфами, гномами, Богами и Драконами. Но Ишшоадерсансандар так и не вмешался в эту битву, хотя уже тогда он считался сильнейшим существом в мире. Этот вопрос не давал девушке покоя. Она днями искала ответ на него, но нашла нечто иное. Девушка нашла книгу, написанную на известном языке. В тот день Грушшак впервые после их знакомства ответил на её зов.

– Вы должны сами понять смысл данного манускрипта, о королева. – прошептал вампир. – Я не могу Вам помочь, но всегда рядом. – И с этими словами, он испарился в тумане вновь.

Спустя несколько попыток, девушка решила передохнуть. Девушка легла на кровать, и быстро уснула. И во сне она увидела текст, смысл которого не могла понять:

«Kroiacgtdaerluiitdieproiietdurrrtwvioiiennoiiennaerbpoiacgoiwvi, mrrI – tdeirrtieHaoisaerwvioiietdeirmrrwviseiriemrrierra, nnaerprrraaerwviaerhahaoizzayAiewvi.

Oitdnnaerkroi, srtoiiortoipraersaerrt’sayAluiitdeirie, wvieirtd’ wvinnieha, proimrroiswvieirrtaeriert’mrrI, wvinniehaeirsrt’ iecaersrtieckraerHaoisaer. IemrrmrreirnnnnoiproirteIcrtoimrrurrsrtoiiertbpIrt’ oisrtoirraoizhknnImrriesnniemrrie.

ayA – Ieshrshroiaertdeirrrasaernntdeirrra, prrraoirraoicurracgiebpeirl’ kroirraoileirwviIoirtrraurrkrluiitdeirie. NnoibplaeracgoitdaerrraayAHaaeroisurr, tdiertayAeireiroisrtaernneirrts’ayAzhkiewviaer. NnoimrrInneirsmrroizhkeirmrrwvilieayArt’ nnaernneireir, wvieirtd’ oinnaersrtaernneirrt…»

Девушку влёк текст, смысл которого она не могла понять. Единственные слова, которые она понимала, были привычные Хаос и имя её учителя, Ишшоадерсансандар. Лишь эти два слова бросались в глаза юной королеве. Она пыталась понять смысл этого текста, что содержал в себе манускрипт, но не могла найти не единого способа, дабы разобрать текст, что виднелся пред глазами. Потратив на попытки осознания текста несколько долгих дней, Эллисиф не выдержала, отбросила книгу на угол стола, что стоял у неё в келье, и прокричала в пустоту:

– Грушшак, приди на мой зов! Мне нужны ответы!

Сразу после этих слов, перед девушкой появился мастер-вампир, слуга древнейшего дракона.

– Вы звали меня, госпожа? – произнёс вампир на столько близко к девушке, что та вздрогнула от неожиданности.

Но девушка быстро пришла в себя. И её окутала внутренняя ярость, что поглощала всё её естество. Ярость от того, что за ней следили, как за глупым ребёнком. Что, являясь королевой, с ней обращались, как с никому не нужной рабыней, держа в неведении. Девушка развернулась и отмахнулась от вампира рукой. Но несмотря на то, что девушка не задела Грушшака, его отбросило к стене кельи. На Грушшаке виднелись глубокие порезы на груди, в том месте, где у живых существ находится сердце. Порез был столь глубоким, что было видно пожелтевшие от времени, в некоторых местах обломанные, кости. Но несмотря на это, вроде бы серьезное, повреждение, вампир спокойно поднялся и принялся отряхивать невидимую пыль. Рана на груди стала затягиваться на глазах, и это ещё больше разозлило девушку.

– Ты что!? Следил за мной!? – в гневе зарычала девушка, которая внешне уже напоминала дракона. – Как ты посмел, ничтожество, следить за мной!? Отвечай, раб! Где Ишшоадерсансандар!? И что это за книга!? Отвечай, иначе я разорву тебя на части, и буду рвать, пока ты не сдохнешь, гнусный вампир! – и, с этими словами девушка указала своим призрачным когтем в сторону стола.

– Моя г-госпожа – с дрожью в голосе, весь трясясь, произнёс вампир. – Я н-не могу знать, куда улетел о Древнейший. Не гневайтесь, Королева. Что же касается манускрипта… Это – единственное пророчество, что дал Ишшоадерсансандар на заре мира. И написано оно на языке драконов. На Вашем языке, о леди Эллисиф.

– Но я не знаю его! – всё так же крича, но уже без ярости в голосе прокричала девушка.

– Ответ сокрыт в подарке Вашей матери. Предвещая Ваш следующий вопрос, отвечу: он повинуется крови, Королева. – с глубоким поклоном произнес Грушшак. – Ежели Вас больше не интересуют вопросы и не приятно моё общество, разрешите мне покинуть Вас.

– Да, ты свободен. – властно и уже спокойно произнесла девушка.

После этих слов, вампир исчез в воздухе ровно так же, как минутой ранее появился.

«Повинуется крови… Что же это значит?» задумалась девушка. Она стала измерять келью шагами, ходя из угла в угол. Её мысли хаотично бегали от слов вампира к осознанию того, что в гневе она превращается в дракона, пускай и призрачного. В дракона, что может наносить вред окружающему миру, наносить увечья, да и вообще быть более материальным, чем кажется.

Найдя в себе силы успокоиться от осознания своей силы, Эллисиф стала думать о словах Грушшака. Сила в крови. Эти слова не давали покоя юному дракону. Девушка внутренне чувствовала ответ, но боялась признать его. Собравшись с мыслями, девушка всё же признала, что единственный вариант получить ответы, даровать свою кровь Аллори. Девушка нашла подарок матери в ящике стола, взяла его в руки и села на кровать, не отрывая взгляда от блестящего, даже в темноте, украшения. Девушка просидела так, казалось, часы, пока не решилась на отчаянное, на её взгляд, действие.

Эллисиф приподняла левую руку к своему рту, и открыв рот, сделала глубокий укус, который должен был выпустить ей кровь из жил. К удивлению девушки, кусала она не человеческими зубами, а острыми драконьими клыками. Благодаря этому, она не почувствовала боли от укуса, но ощутила сладкий вкус жидкости, что заполнила её рот в момент укуса. И даже зная, что это её кровь, девушка наслаждалась этой сладостью во рту, не спеша убрать руку ото рта. Но найдя в себе силу, она всё же оторвалась от поглощения своей же крови, и дала каплям упасть на Аллори, что лежала у неё на коленях. И в этот же момент Эллисиф перестала ощущать себя.

Аллори была не просто браслетом. Аллори была памятью. Аллори – это драконье наследие. И она даровала наследникам крови все знания, что копились тысячелетиями драконами. Этот браслет хранил в себе все воспоминания всех детей Хаоса. Ведь даже умирая, память драконов хранилась в Хаосе, а Аллори была средоточием Хаоса в Порядке. Это та самая часть, что унесла с собой первая Королева драконов, и именно она и делала Королеву королевой. И сейчас все эти знания окутывали, пропитывали и заполняли юную королевскую особу драконов.

Девушка видела, как пришли первые драконы в этот мир. Как в ткани реальности появилась брешь в Хаос, из которой стали один за другим выплывать сгустки энергии, постепенно приобретая внешние очертания драконов. Косточка по косточке, мышца за мышцей «собирались» дети Хаоса в реальности. Это было одновременно и ужасающее, и прекраснейшее зрелище, которое видела девушка. И вот обрел плоть и он. Ишшоадерсансандар. Её учитель окинул мир своим острым, злым взглядом и прорычал так, что содрогнулись горы на горизонте. И прорычал он «eIcrtoirtmrrierrannaershr» и девушка поняла то, что сказал Древнейший дракон. Он кричал, что мир теперь их, драконов. Но это не понравилось Богам. В мгновение ока, около десятка драконов сгорели в серебряном пламени, еще двое превратились в груду разлагающейся плоти, а остальные бежали, избегая боя с не равным по силе противником….

Многое ещё видела девушка, но эти знания сейчас не имели интереса для неё, ведь она осознала. Теперь она может прочесть интересующую её книгу. Поднявшись, пошатываясь, девушка подошла к столу и взяла в руки желанный манускрипт. И строки, которые она прочитала, повергли её в шок:

«Когда люди пойдут войной на Богов, мы – дети Хаоса войдём в сей мир, на правах хозяев.

Однако, стоит опасаться людей, ведь в них, помимо Света и Тьмы, в них есть и частичка Хаоса. Именно поэтому, стоит быть осторожными с ними. Я, Ишшоадерсансандар, пророчу гибель Королевы от рук людей.

Но благодаря Хаосу, дитя её останется жива. Но мы не сможем влиять на неё, ведь она станет…»

И дальше слова были неразборчивыми… Теперь девушку интересовал ответ на вопрос, кем же станет та девушка-дракон из пророчества. Вопросов к учителю появлялось всё больше. Но дабы не терять времени зря, ожидая его возвращения, Эллисиф решила понять всё, что узнала от Аллори. И она отправилась в главный зал её жилища в лоне вулкана, держа в руке подаренный ей браслет.

Глава 5

Тревор сидел, не в силах понять, что же сейчас с ним произошло. Он не чувствовал левую руку. По ней до сих пор шли заряды молний, которые начались после услышанной истории о герое. Некромант не чувствовал руку, ниже локтя, и этот факт пугал его. Ведь, помимо этого его рука начала превращаться в обугливающуюся плоть, обнажая не только мясо из-под кожи, но в некоторых местах и кость. Сын Раана молча наблюдал за тем, как его обгоревшая плоть шматками падала на пол, отрываясь от его руки. Медленно, но верно рука превращалась в белоснежно-белый скелет, который мог шевелиться, как обычная рука. Это зрелище завораживало некроманта, ведь он много изучал явление личей в мире, и вот сейчас стал превращаться в одного из них. За этим зрелищем наблюдало ещё пять пар глаз…

– Массстер, чем мы можем Вам помочь? – прозвучал голос, разрезая тишину, что царила в комнате Некроманта.

– Нет, нет, Исса, всё хорошо. – произнёс Тревор. – Это, видимо, плата за прочтение Книги Жизни. И как мне кажется, моей платой стала плоть до локтя.

– Да, но мы все почувствовали, что Вы умерли, поэтому и явились на печать крови, Учитель.

– Это всё потому, что я умер. Не смотрите так на меня ученики. Я действительно умер, невозможно прочитать Книгу Жизни иначе. Всё, свободны! Покиньте мою комнату, мне нужно подумать! Если вы мне станете нужны, я позову. А теперь проваливайте, ублюдки!

И после этих слов все пятеро учеников покинули столь же молниеносно, как и появились. А тёмный маг, всё так же наблюдая за рукой, решил испытать её.

Вытянув руку вперёд, он сжал кисть в кулак и, указав в направлении стола, сфокусировал свою силу на скелетной части руки, вызвал портал в свою мастерскую, которая находилась в кармане пространства мёртвого мира. На удивление сына Раана, портал открылся практически мгновенно, но выглядел несколько иначе, чем прежде. Вместо привычного фиолетового цвета, портал имел иссини-чёрный оттенок. Спокойное мерцание стало более хаотичным, обладало холодом, что пробирал некроманта до глубины души, как ему казалось. Тёмный маг поднялся с кресла и подошёл к построенному им порталу, осмотрел его и протянул правую, целую руку. Прикоснувшись к глади портала, Тревор не почувствовал ничего необычного, всё было, как ему казалось, как и всегда, но что-то его настораживало в этой кажущейся обычности. Однако, мужчина не звался бы сильнейшим мастером тёмных искусств, если бы опасался всего неизвестного. Тревор взял себя в руки, и перешагнул невидимую черту портала.

Перешагнув стену портала, некромант оказался в просторном помещении, которое заполняли столы, стеллажи с книгами, клетки, где пустые, а где с различными непонятными существами. Тревор окинул взглядом зал, который открылся его взору, довольно хмыкнул и хлопнул ладошкой и костью. Не смотря на отсутствие плоти на одной из рук, хлопок вышел довольно-таки громкий.

Со звуком хлопка произошло сразу две вещи: зажглись факела, стоящие на опорах вдоль всего зала, и из темноты зала довольно-таки быстро стали приближаться две непонятные тени. Когда они достигли тёмного мага, стало заметно, что это не просто две тени, а сотворенная нежить. Возможно, самим Тревором. Одна из теней приобрела очертания сморщенного, высохшего трупа неизвестного существа. Ростом не выше шестидесяти дюймов, на нём было минимум одежды. Босые ноги были похожи на старые высохшие ветви ольхи, такие же сухие и не гнущиеся, однако, это не мешало ему быстро перемещаться. На существе из одежды были только оборванные штаны, что прикрывали его не более, чем листик той же ольхи. Однако, существо не смущала эта нагота, да и в принципе, мертвое создание не могло ощущать холода и других негативных факторов. Морда существа была крайне резкой, угловатой, неправильно ассиметричной, что говорило о том, что голова была соединена искусственным способом. Глубоко посаженные глаза горели тёмно-красным огнём, не имеющим белков, глаза были залиты этим тёмным пламенем, создавая впечатление злого существа.

Вторым же существом оказался скелет около семидесяти пяти дюймов высоты, на котором, как лохмотья, свисали куски разлагающегося мяса. Он был до такой степени безобразен, что складывалось впечатление, что его намеренно превратили в столь мерзкого представителя своего рода нежити. Куски плоти висели везде, где только можно было, от щиколоток, до черепа скелета. Кое где складывалось впечатление, что оторванную плоть отгрызали, вырывали с мышцами, отрывая плоть от костей. Скелет же представлял собой беспомощную марионетку первого существа, являясь его игрушкой, выполняющей все его приказы.

– Кром, Дран, как проходит работа по отлову тварей Преисподней? – спокойным голосом, не напоминающим некроманта, спросил Тревор у существ.

– Хоззяин, твари оказались слишшшком сильны, Даан дал им большшше сил, чем мы думали. – прошептало более низкое, но более целостное существо.

– Дран, объясни-ка мне, почему так получилось? Ладно, Кром, он – обычный вампир, брошенный умирать своим же гнездом, но ты – бывший эльф, который сам принял мою сторону в борьбе Сил. Так неужели вы оба, кому я даровал способы и умение контролировать потоки магии, неужели вы не смогли справиться с тварями Преисподней? – усмехнувшись, произнес мастер тёмного искусства.

– Господин, мы потеряли всех Колоссов. – ответил бывший эльф некроманту. – Мы не в силах справляться с тварями оттуда без них.

– Так создайте новых! В чем проблема!? – закипая, прикрикнул сын Раана. – Неужели все тролли в мире вымерли!?

– Нет, о сеньор, просто… Просто мы не осмеливались покидать Вашу мастерскую. Ведь, покинь мы её, тут бы не было защиты, и все Ваши многовековые труды грянули в лету. – произнес скелет, склоняясь в поклоне.

– Да, и в правду говорят, что эльфийские речи заставят любого преклонить слух пред ними. – засмеявшись, ответил некромант. – Но. Хватит лицемерия. Сейчас я здесь, а значит вы оба можете отправляться на охоту. Мне нужны твари Преисподней. Иначе, только в таком случае, все мои планы грянут в лету. Ну а пока вы не ушли, Кром, притащи мне Зеркало Душ.

– Будет иссполнено, Хозяин. – произнёс вампир и с этими словами испарился, растворившись в воздухе.

– Ну а ты, Дран, найди мне подходящего пленника, дабы попытаться исправить внешность вот этого чуда. – поднял руку в свет факелов Тревор.

Эльф-скелет с ужасом отшатнулся, понимая, что значит это частичное оскелечивание его повелителя и произнес короткую фразу, прежде чем удалиться:

– Да, Господин.

Когда оба помощника покинули некроманта, Тревор решил осмотреть свою лабораторию-мастерскую. Медленным, неспешным шагом некромант шёл мимо больших, пыльных столов, обращая внимание на содержимое каждого. Почти на каждом столе находились трактаты о тёмных искусствах, которые преподавал Тревор как своим ученикам, так и своих помощникам, ведь даже ему нужны были дополнительные руки в его деяниях. Рядом с каждой стопкой трактатов стояли или ступы, в которых до сих пор оставались порошкообразные вещества, или же баночки, с неизвестной жидкостью, в которой находились различные органы различных живых существ.

Пройдя мимо столов, темнейший из тёмных остановил свой взор на книжном шкафу, который стоял вдоль стены мастерской. Его взгляд привлек ряд книг, на котором отсутствовала привычная уже пыль рядом с одной из книг. Тревора поразило даже не отсутствие пыли, а то, какую книгу не так давно брали его помощники. Это был трактат о хаотических созданиях и существах, которые рождались из глубин Хаоса. Но размышления о том, кому из них потребовался данный трактат, прервал появившийся скелет-помощник.

– Зеркало Душ, мой господин. – произнёс скелет. – Вам нужна ещё какая-либо помощь?

– Нет, Дран. Поставь зеркало рядом с креслом и помоги Крому в охоте.

– Будет исполнено, мой Повелитель. – поклонившись, скелет эльфа поставил зеркало туда, куда указал некромант и ретировался в темноту мастерской.

Направившись к креслу, который стоял рядом со столом, некромант остановился рядом с Зеркалом Душ. Давно он не пользовался данным артефактом, который считался утраченным жрецами Аорта, но всё это время он находился у некроманта. Заглянув внутрь Зеркала, Тревор сосредоточился на одной лишь важной для него души. Сосредоточился, чтобы увидеть свою дочь, которую отобрал у него Древнейший Дракон. И некромант увидел.

Девушка, которая так интересовала некроманта сидела в маленькой комнатушке, напоминавшей тюрьму. На Элиссиф было простой, хоть и шёлковый, сарафан, волосы ухожены, аккуратно заплетены в косу. У девушки на коленях лежал странного вида браслет, который завораживал даже Тревора. Откуда у девушки эта дорогая вещичка, вопросов не возникало, но в ней некромант чувствовал ещё и сильнейшую магию, сильнее даже магии одного из Богов, которого считают слабейшим в пантеоне. Но для девушки браслет, видимо, не имел такой важности, ведь она изучала другую вещь, книгу. Некромант видел, как девушка тщится понять, что же за книга у неё в руках, пытается понять смысл написанного, но ничего не выходило.

И тут картинка прервалась. Некромант нутром понял, что за Элиссиф следит не только он…

Ишшоадерсансандар летел уже несколько дней. Даже для такого огромного существа место назначения было крайне далеко, но дракон продолжал лететь к своей цели. Древнейший Дракон летел выше полета орлов и соколов, оставляя их жалкие попытки дотянуться до солнца далеко внизу. Ишшо любовался прекрасными видами природы, которые с высоты были еще более прекрасны. Зеленеющие леса сменялись золотыми лугами, голубая гладь рек и озер сменялась ярко-красной морщинистой местностью гор и разломов. Острый же драконий глаз подмечал и более маленькие детали. Ишшоадерсансандар видел, как хищные птицы охотятся на грызунов в лугах, видел, как под ветвями деревьев род лис охотился в сплочённой стае за более крупной дичью, коей являлось семейство кабанов. Видел дракон, как в глубине болот прятались тролли, подстерегающие заблудших путников, видел, как гномы строили новую крепость в горах, основывая новое государство, и видел, как эльфы пытались сокрыться от его взора, потому что не доверяли ни ему, ни его словам или действиям. И правильно делали. Дракон недолюбливал тех, кого создали первее него, но терпел, страшась нарушить хрупкий баланс Сил в мире. От лицезрения великолепия мира дракона отвлёк писк рядом с мордой.

– Повелитель, нам нужно поговорить.

– Грушшак, приветствую тебя. – прорычал Древнейший пищащему существу. – Давай спустимся и поговорим.

И дракон начал стремительно спускаться в сторону земли. По счастью, внизу ждал изрезанный изгиб гор, кишащий сотнями пещер, что могли скрыть двух странных путников от посторонних глаз. Когда до земли оставалось около ста футов, дракон затянулся дымкой и обратился тёмным эльфом, мягко приземляясь на камень. Подле него приземлился мастер-вампир, склоняясь в глубоком поклоне, стоя на одной ноге.

– Что ты хотел сказать, Грушшак? – спросил эльф у вампира.

– Повелитель, девушка начала изучать Аллори. Не будет ли так, что она узнает слишком многое? – тихо и смиренно произнес вампир.

– Нет, что ты, конечно же не узнает. Колье Королев не знает ничего обо мне, ибо я – Другой, даже для моих сородичей. Но дай я взгляну на то, чем она занята.

Сказав это, Ишшоадерсансандар воткнул пальцы в затылок своего слуги, дабы воспользоваться его силой и возможностью видеть всё глазами его гнезда. И дракон увидел…

Элиссиф сидела на краю кровати и изучала книгу, что была в её руках. Она пыталась вчитываться в слова, которые были написаны на неизвестном ей языке, но каждая попытка вызывала у неё все больше злости, которую ощущало специфическое зрение младших вампиров. Но как бы им не было страшно от злости дракона, приказ отца-вампира они игнорировать не могли. И когда аура злости стала до невозможного яркой и тёмной, девушка-дракон прокричала в пустоту:

– Грушшак, приди на мой зов! Мне нужны ответы!

Дракон прервал слежение за девушкой и произнес донельзя мягко:

– Иди к ней, друг мой. Она звала тебя.

И вампир испарился, мгновенно и беззвучно. А дракон не спешил возвращаться к своему путешествию, потому что то, что он почувствовал, заканчивая просмотр не давало ему покоя. Он ощутил ауру человека, что следил за девушкой.

– Тревор. Ты всё никак не можешь отступить? – усмехнувшись прошептал Ишшо. – Когда же ты успокоишься и поймешь, что уже ничего не изменить.

И Древнейший решил продолжить свой путь. Подпрыгнув в высоту, он вновь обратился драконом и полетел в том же направлении, что и до этого. Ведь до цели было ещё так далеко…