Текст книги "Адмирал Империи 14 (СИ)"

Автор книги: Дмитрий Коровников

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 9 страниц) [доступный отрывок для чтения: 4 страниц]

– К чему вы клоните, господин капитан? – не понял Луковников.

– К тому, что если мы сейчас их атакуем, то развяжем войну с еще одним государством, – ответил Анатоль Брагин с видом опытного дипломата и политика. – А это Империи сейчас надо? Нет, точно не надо. Поэтому никакой тревоги не объявлять! – транслировал он это одновременно и на капитанский мостик «Баязета». Вы слышали меня?

– Уточните наши действия, господин капитан, – после некоторого молчания последовал вопрос из рубки, только уже не вахтенного, а самого старшего помощника Штольца, который также был поражен услышанным, как и стоящие сейчас перед Брагиным пилоты. – Огонь не открывать, я правильно вас услышал?

– Конечно, не отрывать, – воскликнул Анатоль, – вы же видите, что они не стреляют. Сейчас поймут, что в «Тавриду» мы их не пустим, развернутся и уберутся к себе в суверенные системы…

– Поляки не стреляют, только лишь по тому, что их кораблям для восстановления мощностей и аппаратуры в результате перехода через подпространство, требуется некоторое время, – Соня чуть ли не за грудки попыталась схватить Брагина, но Луковников и Игорь Столяров с двух сторон удержали ее от этого. Девушка была взбешена, рука сама тянулась к кобуре…

– Немедленно объявляйте тревогу! – кричала она.

– Успокойте эту неврастеничку! – кричал в ответ Анатоль, отходя в сторону. – И соедините меня с флагманом польской эскадры, я желаю поговорить с их командующим…

– Боюсь, что это невозможно, господин капитан, – прозвучал странный ответ Штольца.

– Почему это? – не понял Анатоль.

– «Торунь» и «Мальборк», восстановив системы после прыжка, только что открыли по нам огонь!

Глава 3

Место действия: звездная система HD 22048, созвездие «Эридан».

Национальное название: «Таврида» – сектор контроля Российской Империи.

Нынешний статус: не определен – спорный сектор пространства.

Претенденты: Российская Империя, Американская Сенатская Республика.

Расстояние до звездной системы «Новая Москва»: 198 световых лет.

Точка пространства: сектор перехода «Таврида-Тарс».

Дата: 26 февраля 2215 года.

В это время я был на другом конце звездной системы «Таврида», где изо всех сил пытался спасти, во-первых, подругу моего любимого крестного, во-вторых, ее корабли. 12-ая «линейная» доживала последние минуты и отчаянно сражалась в окружении, а на ее флагманском линкоре «Звезда Эгера» вовсю хозяйничала Элизабет Уоррен со своими головорезами. Сражение за переход достигло своего апогея. Пора и мне с моими друзьями-капитанами вступить в дело…

Но об этом чуть позже, а пока я вкратце расскажу вам о том, как я из «Екатеринославской» из походного лагеря нашего императора попал к переходу «Таврида-Тарс» в последний момент, как это положено в художественных фильмах, появившись со своей маленькой, но тяжеловесной эскадрой в пять линкоров в самом эпицентре событий…

Итак, во-первых, начнем с того, что мне удалось подбить Злобину, Кроуна, Баевского, Громова и Соколову на маленькую авантюру, связанную со слегка насильственным и незаконным завладением номерными резервными линкорами. Как вы помните, корабли моей эскадры, оплавленные и поврежденные, в данный момент мало что собой представляли в военном плане, поэтому нам срочно были нужны свеженькие корабли. Новые линкоры и крейсера, которые император Константин Александрович привел с собой в «Екатеринославскую» с верфей «Тульского Промышленного Пояса» так манили собой, как прекрасные девушки, что я не мог устоять. Нечего таким великолепным дредноутам прохлаждаться в резерве, пришла пора их обновить.

Команды моих бравых капитанов, корабли которых вот-вот должны были уйти к одной из планет системы «Екатеринославская» и встать не ремонт, по сути оказались без дела, чему многие из экипажей были недовольны. Помимо того, что храбрость и самоотверженность этих космоморяков никем, и прежде всего императором, оценена, и о них благополучно забыли. Так еще и отправляют в «тыл» на непонятно какой срок прохлаждаться на орбитальной верфи, в то время, как их товарищи вовсю громят, ну либо собираются громить «янки» в «Тавриде».

Этим недовольством я не преминул воспользоваться, втянув в свою преступную группировку капитанов моей уже на этот момент распущенной эскадры. Почти все капитаны, а именно: Федор Кроун, Елена Соколова, Реваз Громов, Сократ Баевский и Елена Злобина, согласились поддержать мой план по реквизированию на время пяти новых дредноутов из состава резерва, которые император вел в «Тавриду» для пополнения прежде всего Черноморского космического флота. Ничего, от Самсонова и Константина Александровича не убудет, тем более, что мы не на прогулку на них собрались, а на дело…

В общем, мой план был прост и дерзок одновременно. Экипажи с прежних кораблей моей эскадры я решил, не сообщая страшим по званию, перевести на резервные номерные дредноуты. Благо на тех кроме малочисленных технических команд не было никого. Так что мои новосформированные группы захвата, каждая в полторы-две сотни человек, пока на линкоре «Москва» продолжался торжественный ужин в честь победы над американцами, проникли на новые корабли и, так сказать, ими завладели без шума и пыли.

Небольшой шум, конечно, был, так как не все в технических командах оказались благоразумными людьми, несколько младших офицеров попытались было воспрепятствовать незаконному захвату своих кораблей, но быстро были нейтрализованы моими ребятами, которые не собирались нянчиться с этими желторотыми лейтенантами и мичманами. Пара свернутых носов, несколько переломов и приставленные к этим самым сломанным носам дула пистолетов окончательно сломили сопротивление прежних владельцев номерных линкоров.

Украсть удалось всего пять дредноутов, по числу команд, предпринявших эту вылазку в огород. Хотелось и мне иметь личный флагман, но не было экипажа, поэтому пришлось делить пространство командного отсека одного из линкоров с Еленой Николаевной Соколовой. Она, по моему мнению, единственная спокойно относилась к присутствию вышестоящего начальства одновременно рядом с ней на капитанском мостике, да и в общении была простая и непринужденная. Остальные, либо начали дуться и злиться, что какой-то молодой адмирал указывает, что им делать. Не то, чтобы они манкировали моими приказами, нет, я подобного не терпел и все капитаны об этом знали. Просто мне хотелось находиться в приятной, дружеской атмосфере, то время, которое нам придется провести на корабле. Каперанг Соколова со своим веселым, легким характером прекрасно для этого подходила…

Итак, по итогу, мы быстро захватили пять новеньких линкоров и в наглую повели их через порядки гвардии и эскадры резерва непосредственно к переходу. Чтобы пролезть без очереди к «вратам» мне пришлось при помощи линкора Соколовой начать опасно маневрировать вблизи уже готовившихся к прыжку кораблей Преображенской дивизии. В результате, под нецензурную ругань гвардейских капитанов и штурманов, в одночасье наполнившую эфир, мне удалось устроить небольшое ДТП между кораблями «преображенцев» и воспользовавшись моментом, прыгнуть со своими пятью линкорами в соседнюю «Тавриду». Связь все это время я специально отключил, несмотря на то, что, как я понял, сам император Константин несколько раз пытался на меня выйти. Ох, чую, получу я за все содеянное хорошего нагоняя, но пока не будем о грустном, время воевать, а не переживать о том, что будет…

Оказавшись в «Тавриде» я со своими капитанами ринулся вслед за ушедшим к центральной планете системы космофлотом адмирала Дессе в надежде догнать его до начала сражения с американцами. С направлением я угадал верно, Дессе, судя по торсионным следам работы двигателей, шел именно к Херсонесу-9, опережая меня часов на десять. Однако в какой-то момент эти самые торсионные следы неожиданно разделились на три группы. Основная продолжала уходить к столичной планете, а две другие поменьше, в дивизию каждая, расходились в разные стороны.

Не нужно быть семи пядей во лбу, а просто немного знать астронавигацию, чтобы понять, куда направились две отдельные дивизии Северного флота. Одна шла к переходу «Бессарабия-Таврида», вторая к «вратам» в систему «Тарс», контролируемую османами. Я не знал разведданных, но полностью доверял опыту Павла Петровича Дессе и понимал, что просто так флот он не разделит. Возможно, это означало, что американцев нет у Херсонеса, либо их там меньше, чем предполагалось ранее. А если не все «янки» ждут Дессе на орбите центральной планеты, значит, они притаились где-то в другом месте.

Я уже принял решение, что не буду преследовать основную эскадру Северного космофлота, тем более, что мои относительно тихоходные линкоры не смогут догнать Дессе и скорее всего поучаствовать в сражении за Херсонес. А вот догнать и помочь двум, а вернее, одной из двух дивизий его флота, которые сейчас уходили каждая к своему переходу, я был способен. По количеству торсионных следов, сравнив их с численностью подразделений Северного космического флота, я даже понял, какие именно дивизии Дессе отправил на задания.

К переходу «Бессарабия-Таврида» шла 5-ая «ударная» вице-адмирала Хромцовой, там было почти тридцать следов. К «вратам» на «Тарс» уходила, судя по всему – 12-ая «линейная» Доминики Кантор, в составе которой было менее двадцати вымпелов. Думая, кому помочь, я смотрел даже не на количество кораблей, хотя и это было немаловажным моментом, я больше решал наугад. Да, почему-то именно наугад, вернее, как интуиция подскажет…

И она подсказала, похоже, верно. Потому, как только, после многочасового перехода я со своей ворованной эскадрой появился в секторе перехода «Таврида-Тарс», стало понятно, что мы вовремя. Конечно, появись мы раньше, шансов спасти нашу 12-ую дивизию, отчаянно отбивавшуюся в окружении многочисленных вражеских кораблей, было бы больше. Но выбирать не приходится, надо выручать тех, кто остался…

А остался как раз таки флагман дивизии – линкор «Звезда Эгера» на котором к моменту нашего прибытия уже шел абордажный бой. Надо было действовать крайне быстро и крайне жестко, благо новенькие линкоры, укрытые РЭБ-зондами и в результате скрытно подошедшие к эскадрам Элизабет Уоррен и Дюка Фланнагана, для этого подходили как нельзя лучше.

Внезапная атака пяти современных с действующими на все сто процентов мощными силовыми полями, русских дредноутов первого класса, произвела на потрепанные дивизии 4-го американского космофлота неизгладимое впечатление. Один за другим сгорали и разрушались под главными и средними калибрами наших линкоров вражеские фрегаты и крейсера, неспособные на равных противостоять такой разрушительной силе.

Одновременно с этим я, пользуясь кодами доступа, вывел свое изображение на большой экран капитанского мостика «Звезды Эгера», который к этом моменту уже был завален грудами русских и американских штурмовиков, в тот самый момент, когда Элизабет Уоррен с винтовкой наперевес склонилась над распростертой на полу раненой Доминикой Кантор…

Вы спросите, как мне удалось, так сказать, уговорить вице-адмирала Уоррен пойти не переговоры. Так я отвечу, уговаривать я никого не собирался, я просто фоновым окном вывел на тот же большой экран видеозапись в реальном времени, на которой гибли от огня моих линкоров последние корабли Элизабет. Это были не переговоры, с моей стороны звучали лишь условия: Первое – прекратить резню на «Звезде Эгера» и в кратчайшие сроки покинуть наш флагман, перед этим оказав медпомощь вице-адмиралу Кантор и всем оставшимся в живых членам экипажа нашего линкора. Второе – полностью прекратить атаку на оставшиеся корабли 12-ой «линейной» дивизии. Третье – покинуть сектор перехода «Таврида-Тарс»…

Только при выполнении данных условий я обещал в свою очередь не стрелять по американским кораблям и милостиво отпустить их на все четыре стороны. Это было крайне дерзко, тем не менее, моя решительность, подкрепленная разрушительной плазмой главных калибров моих линкоров, продолжающих собирать свой кровавый урожай, привели к положительному результату.

И вроде у «янки» вымпелов, с учетом дивизии Вольфа Буховски, было больше в несколько раз, тем не менее, Уоррен, несмотря на беспримерную храбрость в качестве рядового штурмовика, проявила себя грамотным флотоводцем и приняла все мои условия. Даже я не ожидал такой покорности от Элизабет, в разумности поступков которой я прежде сомневался, но теперь посмотрел на эту женщину с другой стороны…

Вице-адмирал Уоррен прекрасно видела, что происходит, и понимала, что от несмотря на превосходство в численности очень скоро в результате атаки этих чертовых пяти русских линкоров не только от ее дивизии, а от всего 4-го космофлота может ничего не остаться. Настолько были понижены или вообще отсутствовали защитные характеристики полей и брони на ее кораблях после жестокого и долгого сражения с 12-ой дивизией Доминики Кантор. Так что сейчас дело было не в количестве, а в качестве и тут у внезапно появившихся дредноутов «раски» было неоспоримое преимущество.

Даже если корабли Буховски придут на помощь и помогут опрокинуть этого неизвестно откуда появившегося Василькова, к сектору перехода уже шли подразделения Северного космофлота адмирала Дессе, желающие поквитаться с Уоррен за гибель своих товарищей. Победить в этой ситуации для американцев было абсолютно невозможно, умереть же всем вместе – легко…

Элизабет выбрала жизнь, и прежде всего, жизнь кораблей своего флота, поэтому наплевав на проклятия Вольфа Буховски, которые все еще пытался выправить положение и сражался на два фронта, она отдала приказ своим канонирам – прекратить огонь по последним кораблям 12-ой дивизии Кантор, а сама со своими штурмовиками покинула пустые окровавленные палубы «Звезды Эгера», напоследок приложив к животу Доминики портативную аптечку…

Из опасных врагов, все еще имевших возможность добить корабли вице-адмирала Кантор, в секторе боя оставался лишь Вольф Буховски со своей 40-ой дивизией. К этому моменту способными вести сражение кораблей у него под рукой оставалось меньше десяти единиц. Более того, все они за небольшим исключением оказались без энергополей. Палубные эскадрильи с «Петра Великого» – флагмана адмирала Дессе, со своего направления в одиночку рвавшегося на помощь Доминике Кантор, вчистую разгромили и разметали по пространству асов Буховски, а после массированным налетом обнулили поля кораблей 40-ой дивизии американцев.

Я не преминул воспользоваться отсутствием у вымпелов противника энергозащиты и повел свои пять линкоров прямиком на корабли Буховски, которые к тому же были разделены на две группы. Одна пыталась остановить авианосец Дессе, вторая, более многочисленна, делала все чтобы добить последние корабли нашей 12-ой «линейной». В итоге, ни того, ни другого у Буховски сделать не получилось. В первую очередь подвела Элизабет Уоррен, предательски выйдя из боя вместе с Фланнаганом и уведя с собой два десятка вымпелов. Потом, произошла на дивизию Буховски произошла атака пять русских линкоров, разрубившая построение американцев на два сегмента. А еще сразу две дивизии Северного космофлота русских приближались к сектору перехода…

Сражаться и упираться до последнего в то время, как абсолютно все твои товарищи, если можно их после этого так назвать, а именно – дивизии 4-го «вспомогательного», а также дивизии 6-го «ударного» флотов благополучно бежали с места событий. Где-то вдалеке в миллионе километров. Нейтен Джонс еще пытался что-то сделать и вел артдуэль на большой дистанции с дивизией Агриппины Хромцовой, но это ничем не могло помочь Буховски и его экипажам. Поэтому американский контр-адмирал снова решил не играть в последнего героя и чертыхаясь на Уоррен и остальных отдал приказ к отступлению.

К сожалению большей части кораблей 40-ой дивизии «янки» удалось-таки уйти от преследования. Легкие корабли поддержки, пользуясь бонусов в высокой скорости и маневре, прикрываемые своими дредноутами сумели выйти из простреливаемого нашими канонирами сектора и уйти в темноту космоса. Оставшиеся два линкора и три крейсера американцев хитрюга Буховски сумел в последний момент увести в подпространство, активировав кольцо перехода в систему «Тарс»…

Ладно, пусть бегут, а так же пусть привыкают бегать, а то слишком уж «янки» с османами почувствовали себя в наших суверенных звездных системах хозяевами положения. Несмотря на то, что кораблям Буховски удалось избежать своей участи, я все равно остался доволен итогами сражения и тем, что успел-таки вовремя появиться и выправить ситуацию. Во-первых, благодаря нашим с моими капитанами номерным линкорам от уничтожения удалось спасти почти половину 12-ой «линейной» дивизии, корабли которой непременно были бы добиты американцами, если бы мы этому не помешали. Во-вторых, я сумел вытащить из цепких лап Элизабет Уоррен, вице-адмирала Кантор, чему был рад неимоверно, зная, какие нежные чувства испытывает к этой криптовенгерской красавице мой крестный и каким бы ударом для него оказалась бы гибель Доминики.

Ну и конечно в зачет шла еще одна, уже очередная победа над противником, который пытался взять в клещи космофлот Дессе, но как мы видим, безрезультатно. Остатки некогда мощных и сильных американских флотов бежали, поджав хвосты, переход на «Тарс» нами полностью контролировался, так что поводов для оптимизма было предостаточно…

Глава 4

Место действия: звездная система HD 22048, созвездие «Эридан».

Национальное название: «Таврида» – сектор контроля Российской Империи.

Нынешний статус: не определен – спорный сектор пространства.

Претенденты: Российская Империя, Американская Сенатская Республика.

Расстояние до звездной системы «Новая Москва»: 198 световых лет.

Точка пространства: сектор перехода «Таврида-Тарс».

Дата: 26 февраля 2215 года.

После того, как последние корабли из дивизии Вольфа Буховски растворились в портале, а Элизабет Уоррен с остатками 4-го «вспомогательного» исчезла с экранов наших радаров, я покинул свой временный флагман, оставив за главную – Елену Соколову, и на челноке направился на «Петр Великий», чтобы встретиться со своим крестным. Прибыв на авианосец, я не застал Павла Петровича в рубке, дежурный офицер сообщил мне, что адмирал в данный момент находится в медицинском отсеке.

Догадавшись, кто на эту минуту является вип-пациентом медотсека «Петра Великого», я направился туда, с намерением узнать, как себя чувствует Доминика Кантор. Я оказался прав, Дессе, как только смог, перевез Доминику на свой корабль, так как ее собственный линкор – «Звезда Эгера» был сейчас скорее похож на братскую могилу, и условий для прохождения курса лечения вице-адмирала Кантор там не было никаких.

Появившись в медотделении, я нос к носу столкнулся с крестным, с которым мы тепло обнялись. Павлу Петровичу уже сообщили, что я нахожусь на палубе авианосца и разыскиваю его, поэтому в этот момент он шел меня встречать.

– Я ненадолго оставил Доминику на врачей, – улыбнулся адмирал, крепко сжимая меня в объятиях. – Потом снова к ней…

– С вице-адмиралом Кантор все в порядке? – спросил я.

– Слава Богу, эскулапы обещают, что она поправится, – облегченно вздохнул Павел Петрович, при этом с особой теплотой и благодарностью посмотрев на меня. – Если бы не твое появление, Сашка, я даже не знаю, что бы произошло с ней… Спасибо тебе…

– Я рад, что мы с капитанами подоспели вовремя, – похлопал я по плечу старика. – Но даже я не рассчитывал, что Элизабет Уоррен образумится. Когда выходил с ней на связь, она уже собиралась добить свою соперницу, однако, вовремя образумилась и в итоге пошла на сделку…

– Уоррен не такая простая, как я думал раньше, – кивнул Дессе. – Прежде эта женщина ничем особым не выделялась среди таких же как она дивизионных адмиралов. Но сейчас с каждым новым днем и каждым новым сражением она открывается для нас с новых сторон. С такими флотоводцами Республики, как Элизабет Уоррен, нам в будущем придется несладко…

– Ладно, давай не будем о будущем, вернемся к настоящему, – усмехнулся я, возвращая Дессе к действительности. – Итак, американцы разгромлены…

Мы с Павлом Петровичем вышли из медотсека и пошли вдоль по центральному коридору верхней палубы, направляясь в его каюту.

– Разгромлены, это сильно сказано, но потрепали мы их изрядно, – согласился со мной, крестный. – И на последнем этапе с помощью твоих пяти линкоров… Как ты вообще здесь оказался, чертяка! Неужели ты снова в фаворе у государя-императора?

– В фаворитах никогда замечен не был, – рассмеялся я. – С Тасей у нас всегда были самые теплые отношения, с остальными же царственными особами у меня так сказать с самого начала не сложилось…

– Тем не менее, Константин Александрович позволил тебе возглавить эскадру, – продолжал Дессе. – Да еще и состоящую из таких великолепных дредноутов…

– Да, никто мне не позволял ничего подобного, – отмахнулся я. – Все по старой схеме, что вижу, то и хватаю…

– Ты снова принялся за свое⁈ – расширились от удивления глаза старика. – Только не говори, что император не в курсе того, что ты реквизировал его линкоры…

Я сделал многозначительное лицо.

– Почему ты молчишь?

– Ты же сам сказал, не говорить, вот и не говорю, – ответил я.

– Все с тобой понятно, – обреченно махнул рукой адмирал Дессе. – Ничего за эти десять лет, как ты на службе, не изменилось. Ох, Сашка, достанется тебе когда-нибудь за проделки. Попомни мои слова, император рано или поздно, а скорее рано, чем поздно серьезнейшим образом накажет тебя…

– Ладно, отобьемся, – махнул я рукой, не желая продолжать эту тему. – Лучше расскажи мне о своих дальнейших действиях…

– Что ты имеешь в виду? – попытался уклониться от ответа Павел Петрович.

– Мне показалось, или ты от меня что-то пытаешься утаить? – удивленно спросил я, его.

– Во-первых, ничего я от тебя утаивать не собирался, – нахмурился старик, оглядываясь по сторонам, не слышат ли наш разговор проходящие мимо офицеры и космоморяки.

Командующий хоть и любил меня, как своего сына, но всегда чувствительно относился ко всякого рода панибратским отношениям, тем более на людях.

– Если даже и есть у меня планы, то уж точно с вами контр-адмирал я ими делиться не намерен, – важно ответил старик, пытаясь сделать невозмутимое лицо.

– А может, нет у тебя никаких планов, – предположил я. – Так как связаны руки у нашего славного командующего Северным флотом.

– Не мели чушь! – возмутился Дессе, заметно погруснев.

– Я что не вижу, что ты, несмотря на то, что получил в управление целый космический флот, не может и вздохнуть без разрешения сильных мира сего, в котором неожиданно проснулся прежний флотоводец, – произнес я, внимательно посмотрев в глаза старика и поняв, что оказался прав.

Дессе действительно сильно тяготился присутствием рядом государя-императора, который сосредоточил на себе все нити командования и задвинул Павла Петровича на место безвольного исполнителя его приказов. Это легко читалось на лице крестного и, пожалев его, я не стал продолжать и бередить эту рану. Зная честолюбие адмирала Дессе, я понимал, что ему сейчас нелегко, будто орлу с перебитыми крыльями…

Решив сменить тему я вкратце рассказал о своих приключениях, закончив историей как мы с капитанами «выкрали» из резерва и увели в «Тавриду» пять номерных линкоров, которые и выправили сейчас положение у перехода на «Тарс», своим появлением вытащив с того света половину кораблей 12-ой дивизии вице-адмирала Кантор.

Павел Петрович же в свою очередь поведал мне о нескольких фактах на общем театре войны. А именно в секторе, где против еще двух американских космофлотов и их союзников поляков сражались наши «балтийцы» во главе с адмиралом Юзефовичем.

– Юзефович не цеплялся, как это делал Самсонов, за каждую пограничную провинцию, – говорил мне Дессе. – Он сумел собрать разбросанные по разным системам свои дивизии и отвел их, после нескольких арьергардных сражений, под защиту «Костантинова Вала» – оборонительной бастионной цепи, располагающейся в звездной системе «Сураж». Коннор Дэвис, какой бы он ни был талантливый и удачливый, сколько раз не пытался штурмовать со своим 1-ым ударным флотом наш «Вал», ничего у него из этого не получилось. В секторе возникла оперативная пауза, связанная с паритетом сторон, американцы превосходили и по-прежнему превосходят Юзефовича в численности раза в три не меньше, мы же прикрытые бастионами, легко сдерживаем все попытки «янки» пробиться в «Сураж»…

– И император, как только такая пауза возникла, решил не сидеть сложа руки? – предположил я.

– Так точно, – кивнул, соглашаясь, Дессе. – Константин Александрович устав отсиживаться за валом своего же имени, прихватив с собой Преображенскую гвардейскую дивизию и собрав в единую эскадру все только что сошедшие со стапелей новенькие дредноуты, повел их на помощь к нашим «черноморцам». До него уже дошли сведения о том, что Самсонову здесь приходится несладко.

– А ты в свою очередь, как здесь оказался? – задал я вопрос, адмиралу.

– По причине того, что у нашего государя в голове появились более грандиозные планы, чем просто помочь Самсонову и выправить положение в «Тавриде» и «Бессарабии», – ответил на это, Павел Петрович. – Константин Александрович захотел одним махом вывести из войны одного из союзников АСР, а именно, – Османскую Империю. Вот поэтому Северный космический флот находится здесь, а не стоит в оперативном резерве позади Юзефовича, прикрывая соседние с «Суражем» системы, чтобы враг не обогнул наши укрепления и на зашел с «тыла»…

– Что думаешь обо всем этом? – я внимательно посмотрел на крестного и увидел в глаза того тревогу.

– Считаю, что на данный момент наш поход и желание вторгнуться в провинции султана Селима, смахивает на авантюру, – честно признался Павел Петрович. – Я пока не знаю как, но необходимо отговорить нашего императора от вторжения в «Тарс». У нас слишком много проблем с «янки» и поляками, чтобы втягиваться еще и в тяжелейшую войну с османами. Одно дело раскидать по космосу турецкий экспедиционный корпус, который состоит, а правильнее сказать – состоял из двух дивизий, к этому моменту уже разбитых и обескровленных. Совершенно другое – начинать полномасштабную войну с султаном в его суверенном секторе контроля. В результате вторжения мы сразу же увеличиваем численность противостоящих нам кораблей на полторы сотни единиц, это как минимум…

– Согласен, криптотурки кране бережно относятся к своим немногочисленным звездным системам, всячески оберегая их и не позволяя кому попало шляться по ним туда сюда, – кивнул я, понимая, что сейчас не время будит дремлющего в тени садов своего Золотого дворца старого султана Селима.

– Отвечая на твой прошлый вопрос, – продолжал Дессе. – Так вот моя основная задача, прежде всего, как командующего, это сохранить свой космофлот в целости. И я сделаю для этого все возможное. Нутром чую, что мои корабли в ближайшее время понадобятся в противостоянии с Коннором Дэвисом, поэтому уберечь их моя прямая и первостепенная задача…

– Наш император закусил удила, и зная его характер, навряд ли тебе удастся отговорить его от вторжения, – покачал я головой, понимая, что Дессе прав и война на два фронта нам сейчас не нужна. – Боюсь, что Северный космический флот в ближайшее время все-таки войдет в «Тарс»…

– То, что русский флот войдет в суверенную систему Османской Империи, я не сомневаюсь, но будет ли этот флот называться Северным, вот вопрос, – загадочно улыбнулся мне Дессе.

– Кроме Северного в «Тавриде» есть только один космофлот с другим названием, – осторожно предположил я, догадываясь, что Павел Петрович задумал нечто неожиданное. – И этот флот носит название Черноморский…

Дессе продолжал молчать и улыбаться.

– Так, становится уже интересней, – завелся я, начиная проворачивать в голове все варианты развития событий. – Однако, во-первых, Черноморский космический флот находится в таком плачевном состоянии, что не только не способен победить в войне с султаном, он даже пограничную систему «Тарс» не сможет оккупировать…

– Для этого мы ведем в «Тавриду» резерв, – коротко ответил мне, Павел Петрович, продолжая издевательски улыбаться.

– Второе – как уговорить императора заменить твой флот на флот Самсонова в этой миссии? – продолжал я. – Ведь, именно на это ты рассчитываешь, так?

– Пока я оставлю это без ответа, – уклонился Дессе, но по глазам адмирала я понял, что старик точно знает ответ на мой вопрос.

– Наконец, где вообще Самсонов со своими кораблями? – пожал я плечами, не особо веря в то, что у моего крестного, что-либо из задуманного получится.

В этот момент заработало переговорное устройство на руке адмирал Дессе и дежурный из рубки «Петра Великого» сообщил:

– Господин командующий, на радарах дальнего обнаружения корабли Черноморского космического флота…

Я удивленно посмотрел на раздувшегося от важности адмирала Дессе, который по-прежнему раздражающе продолжал ухмыляться моей реакции…

…Все оказалось проще, чем я думал, Павел Петрович в отличие от меня знал последнюю разведсводку, и незадолго до моего прибытия на «Петр Великий» командующему доложили, что в восьми миллионах километров от перехода, у которого мы стояли, обнаружены вымпелы Черноморского космического флота с флагманским «Громобоем» во главе.

Самсонов спешил на свидание с адмиралом Дессе, это было видно потому, как «Громобой» вышел вперед построения и увеличил скорость. Я не собирался присутствовать при этой встрече, так как не желал видеть Ивана Федоровича, да и он меня скорее всего тоже. Поэтому с большим облегчением, увидев на карте среди походной колонны кораблей «черноморцев» свой родной «Одинокий», а так же целую и невредимую «Афину», я обрадовался. Большего мне и не надо было. Распрощавшись с крестным, я покинул авианосец, отправившись пока на номерной линкор к Соколовой, но постоянно следил за приближением Черноморского флота и ждал момента, когда смогу прибыть на свой крейсер…

В это время «Громобой» уже подходил к переходу, а адмиральский шаттл Самсонова выныривал из ангара, направляясь к «Петру Великому». Иван Федорович видимо очень торопился и желал как можно скорее поговорить с Дессе. Павел Петрович, еще раз за это время успевший побывать в медицинском блоке и в очередной раз получивший заверения врачей, что с Доминикой Кантор все будет в порядке, пребывал в приподнятом настроении и поэтому, несмотря на то, что у него к Самсонову скопилось много неудобных вопросов, встретил своего коллегу дружелюбно и приветливо.

– Вот мы, наконец, и встретились, Павел Петрович, – Самсонов по-братски сжал в богатырских объятиях тщедушное тело старика. – Ты не представляешь, как я рад тебя видеть. Извини дорогой, что не успел вовремя подойти, чтобы помочь тебе у перехода. Погоня и разборки с эскадрой адмирала-паши Явуза заняли больше времени, чем я предполагал. Я не понаслышке знаком с тем, как быстро османы умеют покидать сектор сражения, но чтобы настолько молниеносно, это было впервые…