Текст книги "Адмирал Империи – 8 (СИ)"

Автор книги: Дмитрий Коровников

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 12 страниц) [доступный отрывок для чтения: 5 страниц]

Глава 7

– Седьмой и восьмой отсеки полны народа, – сообщил Карло Мартинес, уточняя данные, которые ему прислали из центра управления эллингом. – Это крайние к корме общие ангары для размещения живой силы, а если необходимо, то и техники…

Наш старенький обшарпанный техномодуль присоединившись к группе таких же «тружеников», вовсю латал очередную сквозную пробоину на отливающем серым цветом, корпусе БДК. Десантному кораблю хорошо досталось, видимо при входе в атмосферу Тиры попал под перекрестный огонь сразу нескольких наших фортов…

– Значит, военнопленные находятся именно в этих двух отсеках, – отреагировал я на слова Карлито. – Кто-нибудь знает, как и скольким количеством людей они охраняются? Адмирал, – Я повернулся к Дрейку, – что скажите?

– Практически никем они не охраняются, – как показалось, несколько раздраженно ответил мне Итан Дрейк. – Пленные обычно запираются в отдельном помещении, из которого благодаря ключам блокировки они не могут выбраться наружу. А если и выберутся, то куда им деваться дальше на вражеском корабле с действующей системой безопасности и предупреждения? Здесь, судя по всему точно такая же ситуация, пленных «раски» распихали по ангарам и просто заперли. Охраняет, а верней контролирует процесс выдачи пищи и следит за порядком совсем небольшая группа из военной полиции и приданные ей андроиды, выполняющие всю грязную работу по обслуживанию…

– Думаю, вы правы, – согласился я. – У нас на флоте примерно так же поступают, только андроидов не используют, по-моему… Что ж, тем легче нам с вами, товарищи, будет освободить всех этих ребят и девчат, что прохлаждаются сейчас в ангарах БДК. (Я ради шутки назвал своих подельничков старинным обращением друг к другу русских военных – товарищи. Чтобы привыкали, так сказать).

– Что-то мне очково, – именно таким странным образом перевел мой «продвинутый» синхронизатор фразу рядового Снуппи. – Как мы туда попадем, и каковы будут наши действия при нештатных ситуациях, которые, я уверен, точно возникнут при таком соотношении сил? Ведь нас так чертовски мало…

– Не переживай, матрос, – хмыкнул адмирал Дрейк, – скоро рядом будет с полтысячи освобожденных «раски», в такой компании всем нам точно не будет скучно и одиноко…

– Вы переживаете за то, что окажетесь в меньшинстве? – я обратил внимание на недовольное высказывание адмирала.

– При всем уважении к вам, Алекс, есть серьезные опасения за собственную жизнь и жизни вот этих парней, – Итан Дрейк кивнул на остальных четырех «янки», сидящих рядом, – когда мы выпустим на свободу русских космоморяков и морпехов. Все-таки мы по-прежнему являемся им врагами и если быть до конца откровенным, я боюсь скорой расправы над собой и остальными от рук ваших бывших сослуживцев…

– Абсолютно напрасные страхи, – отрицательно покачал я головой. – Понимаю, что американские пропагандисты не зря кушают хлеб, каждый день вдалбливая вам байки, в частности о русских, как о жестоких и кровожадных варварах. Я даже не буду пытаться вас переубедить, сами увидите отношение русских моряков к вам после того, как они окажутся на свободе. Единственное, от чего вы можете погибнуть, адмирал, так это от дружеских объятий моих соотечественников…

– Не самая достойная смерть, – усмехнулся Дрейк, немного успокоенный моими словами.

– В настоящий момент и мы, и все они, являемся заложниками ситуации и из-за этого – союзниками, причем самыми верными и преданными, – продолжал я, открыто и честно смотря в глаза адмиралу и остальным. – «Янки» не бойтесь довериться «раски», на добро мы отвечаем только добром, так у нас заведено…

Если бы сейчас Дрейк заартачился и испугался, то весь мой план катился к чертям…

– Ладно, помереть на сутки раньше или на сутки позже, особой разницы нет, – хлопнул себя по ногам Итан Дрейк, вставая. – Поднимайте свои задницы, джентльмены, приступим к вызволению наших новых союзников…

– Что за пессимистический настрой? – я тоже встал, положив руку на плечо старику. – Вы собираетесь в ближайшее время умереть? И это говорит боевой шестизвездный американский генерал, прошедший не менее десяти военных кампаний⁈

– Вы прекрасно знаете, в какой мы ситуации находимся, мой друг, – печально ответил командующий. – За всю военную карьеру я не ощущал себя таким беззащитным…

– Ничего, сейчас освободим моих товарищей, – улыбнулся я, – и у вас будет несколько сотен личных телохранителей, обещаю…

– Я, конечно, извиняюсь, что влезаю в разговор, – поднял руку Снуппи, – но все-таки можелают, вы ответите, господа адмиралы, каким манером мы вытащим «раски» из этой консервной банки… Мы трое, – Снупп показал на себя Дейла и капрала Дулли, – простые «морпехи» и привыкли работать по заранее спланированному сценарию действий – куда двигаться, в кого стрелять, кого уложить первым… А сейчас как-то все наобум и от этого мне «очково»(снова вычудил синхронизатор).

– Такое тоже бывает, дружище, – ответил я, Снуппу. – Привыкай…

– И все же, какой план? – поддержал своего космопеха, Итан Дрейк.

– Так, давайте сориентируемся, – я снова сел за пульт управления и всмотрелся в иллюминатор, за которым происходили сварочные работы с внешней стороны обшивки корабля.

Некоторое время, изучая схему внутренних отсеков БДК, я потратил на прорабатывание нескольких вариантов наших действий. Но моментально поняв, что особенности строения корабля позволяют практически свободно передвигаться на нашем техномодуле по внутренним его отсекам, я возликовал и отбросил все заранее приготовленные планы.

Так называемый «центральный коридор», проходящий сквозь все отсеки БДК был настолько широким, что там могло свободно летать не только наше техническое судно, но и десятки других таких же. Коридор соприкасался со всеми восемью большими ангарами, в каждом из которых должно было располагаться не менее роты пехотинцев на малых десантных модулях. Возле каждого ангара находилась открытая причальная площадка-палуба для стыковки и погрузки…

– Это еще проще, чем я думал, – я повернулся к нашему маленькому бригадиру. – Карлито, ныряй вон в ту, самую широкую пробоину с рваными краями…

Я указал на мониторе на соседнюю с нашей дыру в обшивке БДК. Карло сначала посмотрел на адмирала Дрейка и после того, как тот согласно кивнул, взял джойстик управления и резко развернул модуль в нужном направлении. Судно прошло сотню метров вдоль левого борта БДК и благополучно нырнуло внутрь корабля, оказавшись в том самом упомянутым мной «центральном коридоре».

– Я собираюсь проводить сварочные работы с внутренней стороны, – в это время Карлито, быстро сориентировавшись, уже вовсю спорил по рации с оставшимися снаружи ремонтными бригадами, при этом не выбирая выражений. – Куда полетел⁈ Куда мне надо, туда и полетел! Вы что никогда не заделывали бреши в БДК, придурки? Это вам не линейный корабль или крейсер, в тесные отсеки которого на модуле не залезть, а десантные корабли всегда латаются одновременно с двух сторон, что ускоряет ремонт… Сам дебил! Это я на тебя жаловаться буду…

Отличный нам попался компаньон в лице Карлито, подумал я, наблюдая за молниеносной реакцией на все происходящее со стороны этого низкорослого криптомексиканца, который нравился мне все больше и больше. Единственно, я пока не понимал, как так быстро этот проныра-бригадир из нашего по сути врага превратился в друга и помощника. Но пока все шло хорошо, и у меня не было причин останавливать Карлито…

Так весело огрызаясь с оставшимися снаружи ремонтниками, мы на модуле проследовали вдоль всего «коридора» к седьмому и восьмому ангарам, расположенным у кормы БДК как раз напротив друг друга.

Вот видны уже и причальные палубы перед каждым из отсеков. Площадки шириной в несколько десятков метров как и большие пневмо-двери в ангары, были ярко освещены, что говорило о их рабочем состоянии, в отличии от всех остальных шести отсеков, восстановительные работы в которых еще продолжались…

А вот и наши охранные команды, я увидел на каждом из причалов по отдельному жилому модулю, установленные здесь видимо совсем недавно. Рядом с модулями находилось по паре-тройке вооруженных пехотинцев, внутри помещений, судя по всему, тоже были люди…

– Навскидку в каждой из групп, охранников не более двадцати человек, – прикинул Дулли. – Это немного для нас троих, плюс вы, господин адмирал, – капрал посмотрел на меня, – если конечно, решите присоединиться к бою… Первый отряд, пользуясь фактором внезапности, думаю, мы положим без особых проблем и достаточно быстро… А вот со второй группой придется повозиться… Причалы находятся с противоположных сторон «коридора» и нужно некоторое время, чтобы добраться на модуле до второго, где нас конечно, уже будут ждать… Но ничего страшного, мы и с ними справимся, это всего лишь военная полиция, а не «морская» пехота…

– У меня есть более быстрый и безопасный способ обезвредить наших врагов, – я отодвинул от джойстика управления модулем Карлито, понимая, что ни мексиканец, ни остальные мои товарищи не смогут выполнить то, что я сейчас задумал. – Друзья, чтобы сохранить наши с вами жизни и вытащить пленных я сделаю некоторые вещи, на которые вам смотреть будет не очень приятно, а кому-то и отвратительно. Но ничего не поделаешь, это война… Бог простит…

Сядьте и пристегнитесь…

С этими словами я разогнал техномодуль, подвел его вплотную к одной из палуб прямо над жилой бытовкой охраны и внезапно выключил двигатели. Многотонное судно буквально рухнуло на казарму полиции, раздавив ее в лепешку. Затем, я снова включил зажигание, развернув при этом техномодуль двигателями к оставшимся в живых несчастным полицейским, и за секунду от них остались лишь горстки пепла.

Под шокированные взгляды моих спутников, не теряя времени, я менее чем за полминуты пересек «центральный коридор» и повторил своих кровавые деяния уже на второй палубе соседнего ангара. Таким нехитрым способом я расчистил своей группе дорогу к спасению наших военнопленных. Если отбросить эмоции, то ведь судьба полицейского охранения и до этого уже была предопределена – все эти люди должны были погибнуть, только не так быстро и от огня штурмовых винтовок капрала, Снуппа и остальных наших. Сейчас же все охранники умерли гораздо быстрей, чем могли себе это представить, даже не успев осознать, что произошло…

Война, мать ее так, ничего не поделаешь…

Глава 8

– Вот тот самый бонус временного лага, о котором я вам говорил, адмирал, – улыбнулся я, когда Итан Дрейк, приложив свой личный идентификационный браслет к считывающему устройству замка, к своему же удивлению обнаружил, что тот до сих пор имеет статус действительного и работает, открывая для нас практически любые двери.

– Не думал, что в американском флоте такая неповоротливая система реагирования, – пожал плечами адмирал, стоя перед плавно распахивающимися створками пневмо-дверей, ведущих внутрь 7-го ангара.

Я тут же рванул Дрейка на себя, оттаскивая с линии возможного огня, и не ошибся в своих предположениях. Две трассы очередей вырвались из глубины помещения, ударившись в еще нераскрывшиеся двери. Как я и предполагал, внутри ангаров еще находились охранники, видимо пара, держащая караул непосредственно у входа отсек с военнопленными…

Наши с Дрейком «морские котики» отреагировали молниеносно. Капрал Дулли, Снупп и Дейл ворвались внутрь, заранее облаченные в боевые эндоскафандры и от этого максимально защищенные в ближнем бою. Исход перестрелки был предрешен, двое охранников из военной комендатуры 6-го флота были благополучно уничтожены, сопротивляться троим штурмовикам, оказалось делом бесполезным…

Итан Дрейк, кивнув мне в знак благодарности за спасенную жизнь, прошел через подсобное помещение и во второй раз приложил идентификатор к замку очередной двери. Когда мы впятером вошли в просторное помещение 7-го ангара, нас встретили суровые лица моих родных «черноморцев», некоторые из которых я, кстати, к своей великой радости узнал…

Ребята, все в грязных нередко окровавленных комбинезонах и военной форме, («янки» до сих пор не удосужились выдать пленным униформу) поднимались со своих циновок, разложенных прямо на металлическом полу, и с нескрываемым удивлением подходили все ближе. Моряки слышали звуки выстрелов и какой-то шум с внешней стороны, но никто из них и предположить не мог, что это проходит операция по их спасению. Тем более что вошедшие были облачены в броню американских «морских» космопехов, а Дрейк и вовсе в своем старом сером мундире адмирала флота «федератов».

Только моя довольная и немного знакомая некоторым из присутствующих физиономия останавливала самых отчаянных из военнопленных наброситься на наш маленький отряд и растерзать его на кусочки. Это было отчетливо видно по глазам и каменным лицам приближающихся к нам людей. Только непонимание происходящего пленными русскими дало нам дополнительное время…

– Так это же наш Санек, господа! – неожиданно воскликнул один из офицеров, поднимаясь со своего места и обращаясь к своим товарищам. – Да, я прекрасно помню эти голубые глаза! Собственной персоной наш знаменитый контр-адмирал Васильков – командир крейсера «Одинокий»! Саня, можешь объяснить, что вообще происходит, почему ты в чужой броне и в окружении «янки»⁈

Отделившись от остальной толпы, которая состояла из человек так двухсот, четверо офицеров в летных комбинезонах императорской гвардии приблизились ко мне и моим спутникам, широко улыбаясь. Теперь и я узнал, кто со мной заговорил, узнал, и счастью моему не было предела. Желая увидеть среди пленных Аристарха Петровича Жилу и ребят с «Афины», если честно ради которых я и спланировал всю эту операцию, но, к сожалению пока их не обнаружив, я неожиданно для себя встретил здесь своих старинных друзей еще по Нахимовскому Училищу…

Передо мной стояли мои первые настоящие друзья: Вася Зайцева, то есть Василиса, Коля Быков и, конечно же, незабываемый Вэл Кобрин-Заруцкий, которых я не видел уже лет десять… Четвертым являлся незнакомый мне офицер, я прочитал его фамилию на нагрудном жетоне – Яковлев… Сейчас передо мной стояли уже подполковники, а не юные курсанты нахимовцы, с планками орденов и такие возмужавшие и от этого – необычные…

Я первым схватил в охапку своих былых товарищей и расцеловал каждого.

– Скажи только для начала, – Вася кивнула на стоящих рядом американцев, – ты же не продался «янки» и не пришел агитировать нас вступать в новую «Русскую Освободительную Армию»?

– Ты соображаешь, что говоришь⁈ – рассмеялся я, пока не понимая, обижаться мне на недоверие этих троих, которые было видно, что невероятно рады меня встретить, но с другой стороны выглядели удивленными и не понимали происходящего, от этого и озвучивали дурацкие предположения.

Впрочем, мы так долго не виделись, и так много воды утекло с тех радостных юношеских времен, что можно было простить моим друзьям подобное недоверие. Я тоже был бы напряжен, находясь сейчас на их месте…

– Так, а ну-ка пришли в себя, господа гвардейские офицеры! – начал я отчитывать стоящую передо мной троицу. – Как вообще язык у вас повернулся сказать подобное⁈ Василиса, насколько я помню, ты всегда сначала говорила, а только потом думала. Но тебе уже не семнадцать лет, ты вон – подполковник авиации, а как и прежде болтаешь что попало!

– Просто, как-то это все необычно выглядит, – протянула Зайцева, косясь на американского адмирала. – Эт чё, сам «Короткая нога» собственной персоной⁈ Мать моя!

– Я думаю, что через вентиляцию «янки» запустили в отсек какой-то газ, отчего у нас начались галлюцинации, – предположил Вэл Заруцкий, беря меня за обе щеки и всматриваясь в мои глаза.

– Да-да, только почему-то галлюцинации одинаковые у всех, – отмахнулся здоровяк Коля Быков, отодвигая в сторону Вэла и сжимая меня в богатырских объятиях. – Здорово, Саня, здорово дружище!

– Здравствуйте, мои родные, – расчувствовался я, чуть не заплакав…

Минуту мы стояли, обнявшись, а окружающие терпеливо ждали продолжения, «янки» удивленно наблюдали за встречей выпускников, а среди наших пленных все больше людей начинали улыбаться, догадываясь что появившаяся в дверях странная команда пришла с хорошими намерениями…

– Так все, хватит соплей, – я первым в шуточной манере оттолкнул от себя этих троих, и сказал, озираясь по сторонам. – Пора приниматься за дело! Война идет, господа, а вы здесь прохлаждаетесь вот уже несколько суток кряду…

– Так-то не по своей вине, если что, – пикирнулась со мной всегда острая на язычок Василиса Зайцева, восприняв мои слова за упрек. – Помнишь крайнюю схватку «Семеновской» дивизии, когда адмирал Самсонов послал нас в ловушку? Великолепный ход я считаю… Мы с ребятами называем тот бой – атакой обреченных… И если бы не отличная работа катапульт на наших МиГах, но сейчас бы мы с тобой не разговаривали…

– Если честно, то я даже не был в курсе, что вы служите именно в «Семеновской», – признался я. – Так долго между нами не было связи, что… Если мне не изменяет память вы все втроем после Нахимовского Училища были распределены на Балтийский космический флот к адмиралу Юзефовичу…

– Точно, все, кроме отчисленных еще со второго курса, – напомнил мне прошлое улыбающийся до ушей Вэл Кобрин-Заруцкий.

– После потерь, которые понесли «Преображенская» и «Семеновская» дивизии в Венденской кампании императором Константином был объявлен дополнительный набор в гвардию, – пояснил Коля Быков, между тем с недоверием продолжая наблюдать за тремя до зубов вооруженных американскими космопехами, стоящими за моей спиной. – Давай ближе к делу, Санек, что происходит в данный момент?

– В данный момент происходит попытка вашего вызволения из плена, – ответил я. – Не знаю, удачная или нет, нужно еще пройти несколько важных этапов операции, но пока все идет как нельзя лучше…

– Это невероятно, мы даже подумать не могли, что нас попытаются вытащить, тем более сами американцы, – между тем вставил слово четвертый из подошедших офицеров. – Разрешите представиться, господин адмирал, – подполковник Иван Яковлев – командир палубной эскадрильи линейного корабля «Три Святителя», рад познакомиться…

Мы пожали друг другу руки.

– Каковы ваши дальнейшие действия и наше в них участие? – продолжил подполковник, первым из всех поняв, что времени у нас не так много…

Я удовлетворенно кивнул на это, мне очень понравился настрой Яковлева, быстрота его реакции в изменившихся обстоятельствах и готовность сражаться…

– Вы самые старшие офицеры среди военнопленных? – спросил я у него и остальных.

– Судя по всему, да, – ответил Яковлев, – здесь сборная солянка с разных вымпелов, гвардейских и черноморских, но, похоже, мы четверо в этом ангаре – единственные из старшего офицерского состава…

– Не знаете, есть ли среди вас моряки с линкора «Афина»? – с надеждой в голосе спросил я своих друзей.

– С «Афины» точно нет, – отрицательно покачала головой Зайцева, насторожившись. – А что корабль княжны уничтожен⁈ Только не говори, что «да»!

– Захвачен, – коротко ответил я, не желая терять времени на объяснения. – Так, давайте начнем… Встаньте все четверо за моей спиной, я хочу сказать пару слов «нашим» ребятам…

Я вышел на два шага вперед и, включив мегафонный звук на микрофоне встроенном в «сферу» шлема, произнес, обращаясь к «черноморцам» и гвардейцам, стоящим вокруг:

– Разрешите представиться, – контр-адмирал Черноморского флота – Васильков Александр Иванович. Я и вот эти «янки», – я указал рукой на стоящих рядом Дрейка и «морпехов», – минуту назад перебили охрану ангаров. У нас очень мало времени, ребята. Нужно действовать быстро и как единая команда, тогда появится шанс на спасение… Рядом сейчас нет русских вымпелов, которые примут вас на борт и отвезут домой. Нам с вами еще предстоит захватить корабли для того, чтобы вернуться к своим…

Вы готовы?

Раздались редкие возгласы поддержки и кивки, русские космоморяки и пехотинцы начали понемногу понимать, что происходит.

– Готовы исполнить свой долг⁈ – еще громче повторил я вопрос, чтобы раскачать и настроить всех стоящих передо мной людей.

– Да! Готовы… Так точно, господин адмирал! – загудела толпа сильней прежнего. – Засиделись уже!

– Хорошо, тогда поехали…

Глава 9

– Ребята, – обратился я к гвардейским подполковникам, – я ненадолго должен отлучиться, а вы пока отберите всех штурмовиков, у кого есть опыт рукопашных схваток…

С этими словами я подхватил чуть ли не упирающегося адмирала Дрейка под руки и в сопровождении Снуппа, Дулли и Дейла, проследовал обратно к дверям, исчезнув так же быстро, как и появился. Мы почти бегом достигли техномодуля, запрыгнули в него, и Карло Мартинес «надавил на педаль газа».

– Перестаньте меня таскать, будто тряпичную куклу, молодой человек, – строжился недовольный таким панибратским обращением с ним, адмирал Итан Дрейк. – Я что вам, предмет обихода. Что вы меня постоянно таскаете и дергаете⁈

– Скорее – талисман… Извините, адмирал, время поджимает, – ответил я, одновременно с этим указывая Карлито держать курс на соседнюю платформу. – Так вышло, что ваш идентификационный браслет нам очень помогает в реализации плана. А так как он не будет работать снятым с вашего запястья, поэтому и приходится вас немного, так сказать «шевелить»…

Мы снова перелетели через «центральный коридор» БДК к следующему ангару, двери которого при нашем приближении сами стали открываться. Видимо, охранники внутри решили посмотреть, что же все-таки происходит. Что ж, тем лучше для нас. Модуль с размаху пристыковался к площадке и вылетевшие оттуда «морпехи» сняли двумя короткими очередями последних караульных.

Я снова подтащил старика к внутренним дверям. Дрейк вздыхая и пронзая меня ненавидящим взглядом, приложил браслет к замку и створки дверей с шипением разошлись в стороны. Повторился «день сурка» только уже в 8-ом ангаре, я снова толкнул речь перед шокированными нашим появлением, военнопленными. И потом вдруг заметил несколько знакомых мне лиц, только не старинных знакомых, а совсем недавних – из команды «Афины».

Еще через мгновение мы уже обнимались с Аристархом Петровичем Жилой, будто и не расставались вовсе…

– Я, конечно, верил в вас, господин адмирал, и знал что вы всегда выполняете свои обещания, но не мог даже представить, что это случиться так быстро, – обрадованный до глубины души кавторанг сжал меня в тисках объятий.

– Подожди Аристарх Петрович, я до конца не выполнил свое обещание, ведь твой линкор пока еще находится в руках врага, – ответил я. – Не знаю, где именно они спрятали «Афину»… Когда мы подлетали к Тире, на орбите среди остальных кораблей линкора не было. Но поверь, я обязательно узнаю, и мы вместе вернем флагман нашей любимой великой княжны…

– Могу помочь вам в поисках, Александр Иванович, – улыбнулся Жила. – Причем долго искать не придется. «Афина» стоит в соседнем эллинге под номером 3. Вчера линкор загнали туда на восстановление, а нас эвакуировали в этот американский гадюшник, – Аристарх Петрович указал на ангар, в котором мы находились…

– Отлично, это даже лучше, чем я мог представить, – воскликнул я, поворачиваясь к Итану Дрейку. – Адмирал я, кажется, нашел вам новый флагман! Самый лучший флагман, который вы себе только могли представить…

– Этот мощный старикан до сих пор с вами⁈ – удивленно раскрыл глаза Жила, узнав в моем спутнике командующего 6-ым «ударным» флотом АСР. – Только по вашей фразе я чувствую, что уже не в качестве заложника…

– Господин Дрейк, как вы этого и желали, я больше не намерен таскать вас за собой, – рассмеялся я, поворачиваясь к американскому адмиралу и собираясь покинуть ангар, уводя за собой троих ставших мне родными космопехов «янки». – Сейчас мы быстренько слетаем до мостика БДК и так же быстро и непринужденно захватим его. А вы пока можете ввести в курс дела своих новых подчиненных…

Я кивнул на две сотни русских моряков, окруживших нас со всех сторон. Дрейк несколько опешил, попытался выскочить за мной вслед, но опоздал, мы с «морпехами» уже были на техномодуле. Поэтому старику ничего другого не оставалось, как вернуться обратно.

– Итак, господа «раски», разрешите представиться… – протянул Дрейк, ловя на себе суровые взгляды кавторанга Жилы и остальных…

Между тем, наш модуль уже подлетал к носовой части большого десантного корабля, туда, где располагался его центр управления. Я практически был уверен, что его силовые установки находились в рабочем состоянии. Конфигурация судна, а также его направленность во время входа в атмосферу при вторжении на планету, как правило, уберегали двигатели БДК от повреждений от огня противника…

Именно так и было – все четыре малых силовых агрегата работали идеально. Я узнал это, когда спустя пять минут мы уже стояли на мостике корабля, зачищенном до этого моей бесстрашной группой захвата, по-прежнему состоящей из: Дулли, Снуппа и Дейла. Эта троица так вошла во вкус, что искренне испытывала наслаждение от процесса.

– Сэр, то есть адмирал, вы чертовски удачливый сукин сын, и вы крутой командир! Самый лучший командир! – не мог сдержать эмоций, рядовой Снуппи, – Извините, за такую вольность… Но я давно не получал такого удовольствия от процесса…

– Совсем скоро, господа, вас ждет еще больше адреналина, – загадочно улыбнулся я. – Готовы к настоящему бою?

– Так точно, сэр, Хуа!

– Тогда, возвращайтесь в ангары, которые мы только что освободили, – приказал я. – Отберите среди русских «морских» пехотинцев команду из десяти – двенадцати человек, тех, кого мы можем вооружить винтовками убитых охранников и оружием из наших запасов с челнока «Йорктауна». А так же наберите команду человек из сорока штурмовиков, которые во время боя пойдут следом за вами и будут являться вашим резервом…

– Все поняли, господин адмирал, сейчас сделаем, – кивнул капрал Дулли.

– Карлито, – я повернулся к стоящему за спиной маленькому бригадиру, – остаешься со мной на мостике для управления кораблем…

Секрет нашего успеха был в оперативности действий, на которые враг просто не успевал отреагировать. БДК был полностью под моим контролем, а в центр управления эллингом только лишь поступила информация о некой нештатной ситуации, случившейся у кормовых ангаров. Дежурный инженер, связался с мостиком БДК и открыл глаза от удивления, увидев вместо призовой команды корабля физиономию своего нового знакомца – Карлито.

– Что это значит, бригадир⁈ – недоуменно воскликнул он. – Почему вы здесь и где лейтенант Зиммер?

– Вон тот, что ли? – мексиканец указал на лежащее на полу тело.

– Какого х…

– Слушай меня внимательно, гринго, – Карло насмотревшись на меня, действовал быстро и напористо. – Если не хочешь чтобы с тобой произошло то же самое, открывай створки эллинга и выпускай нас наружу…

В это время я уже запустил все четыре силовые установки БДК, про себя решив, что в любом случае пробьюсь из ангара. Не понятно, какие повреждения получит при этом судно, но выбирать не приходилось. Однако дерзкая речь Карлито ускорила и обезопасила наш процесс выхода в открытый космос…

– Если через минуту створки не будут открыты на максимум, я опущу десантный корабль прямо тебе на голову, расплющив ваш центр управления корпусом! Понял меня, гринго⁈ Ты же обещал, что договоришься о переводе моей бригады в 3-ий эллинг? Ну вот, не дождавшись, я решил полететь туда сам…

Дежурный инженер не стал испытывать судьбу, распахнув одну из стен эллинга и выпустив судно в пространство космоса. Повторюсь, главным залогом победы для всех нас сейчас являлась быстрота действий. Полуразбитый тихоходный БДК был абсолютно беззащитен против нескольких десятков боевых вымпелов, стоящих в непосредственной близости от верфи. И промедли мы хоть немного, дав время противнику понять, что происходит, – все, конец, мы бы погибли…

Сейчас же я вел судно прямиком к соседнему ангару, в котором, по словам кавторанга Жилы находилась наша родная «Афина». Переговоры с местным центром управления и угрозы дежурным техникам были бесполезной тратой времени, поэтому я сразу же направил БДК на пневмо-двери эллинга, тараня их тысячетонным корпусом.

Створки дверей, как впрочем, и весь ангар не были сделаны из нимидийской стали и не предназначались для отражения тарана, поэтому разлетелись в стороны и разорвались, как листы тонкой жести. БДК ворвался внутрь эллинга и, ломая стапели, на которых стоял российский линкор, пристыковался носом к его средней палубе…

В очередной раз нам повезло – причальные пирсы и резервные двери на всех трех палубах «Афины» оказались открытыми нараспашку, так было всегда, когда на корабле происходили ремонтные работы и техникам на модулях, либо автоматических креслах приходилось постоянно перемещаться по его внешней обшивке и внутренним отсекам.

Как только я жестко, сминая нос БДК, пристыковался к «Афине», на борт линкора при помощи нашего старенького техномодуля, высыпала сводная абордажная команда, состоящая из американских штурмовиков, моих друзей: Зайцевой, Быкова и Кобрина-Заруцкого и еще десяти русских «морпехов».

Нападающие растеклись по палубам линкора, постепенно вычищая их от призовой команды и охранников. Я контролировал атаку из рубки десантного корабля, и после того, как техномодуль выгрузил первую партию наших солдат, тут же послал его за следующей. Так в три захода на «Афину» было перевезено почти семьдесят штурмовиков, которые шли вслед за нашей авангардной группой и по пути вооружались винтовками и пистолетами уничтоженных врагов…

На полный захват линкора понадобилось не более двадцати минут, что стало своеобразным рекордом по взятию под контроль столь большого дредноута. Понятно, что нам противостоял немногочисленный противник, к тому же не ожидавший нападения, но все равно было приятно…

Когда я спустя полчаса вошел в до боли знакомую рубку линкора, там уже вовсю распоряжался кавторанг Жила, наводя порядок на вверенном ему корабле и постепенно запуская одну систему управления за другой. А в кресле капитана важно восседал Итан Дрейк. Я не понял, адмирал просто устал стоять на ногах, или таким образом пытался показать свою значимость. В любом случае я не стал сгонять старика с удобного кресла, а пройдя в цент мостика, обратился к Аристарху Петровичу:

– Двигатели на полную мощность! Артиллерийские батареи – активировать! Прежде чем мы отправимся домой, давай пощиплем перышки наших американских друзей, стоящих на орбите…