355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Дмитрий Гельфер » Серые будни богов (СИ) » Текст книги (страница 5)
Серые будни богов (СИ)
  • Текст добавлен: 25 октября 2017, 15:00

Текст книги "Серые будни богов (СИ)"


Автор книги: Дмитрий Гельфер



сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 17 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]

Глава 7

Над костром повисло гробовое молчание. Убить? Мариса глупо моргнула. Ей требовалось осмыслить услышанное. Может это такая изощренная шутка? Может день был слишком насыщенным и ей просто послышалось? Вася сидел молча и старательно избегая ее взгляда. Ни единый мускул на его лице не говорил о том, что сказанное про убийство – шутка.

– Да пошли вы все! – Она вскочила на ноги, и дальше из ее уст понесся такой поток отборной брани, что от приличной девушки в жизни не услышишь.

– Тише, тише. Ну, не то чтобы по-настоящему. И вообще… вдруг у тебя самой все получится.

– Меня все достало. Так, ты… – Она и сама не заметила, как легко избавилась от уважительного «вы». – Если ты немедленно мне все не объяснишь, клянусь богом, я сама тебя прикончу.

– П-ф-ф… – Презрительно фыркнул Вася.

Что?! Ах так?! Не поверил? Ну, так получи… Мариса выхватила из костра пылающую головешку и ринулась на обидчика. Вася неуклюже завалился набок и стал на четвереньках пятиться от костра.

– Эй, эй! Полегче, – Он выставил руку, заслоняясь от огня. Мариса вдруг ощутила, что не может сделать и шагу. – Не подходи!

А Мариса уже и не подходила. Ноги неожиданно увязли в песке чуть не по колено и продолжали погружаться. Она в недоумении выронила горящую корягу.

– Что происходит!?

– Это я тебя так… – Вася облегченно вздохнул, а погружение Марисы остановилось. – Прости. Я ж не знал, что ты так отреагируешь…

Мариса попыталась выдернуть ноги из песка, но тот стал неожиданно плотным.

– Руку дай, – Мрачно буркнула она.

– А ты буянить не будешь?

– Посмотрим. Зависит от твоих объяснений.

– Да я не за себя перепугался, а за тебя… – Вася отряхнул руки от песка и таки помог Марисе выбраться из песчаной ловушки. – Смерть внутри синтетического мира – это не страшно, просто неприятно. Но я бы пока снова подключился, с тобой тут мало ли что могло произойти.

Они снова уселись возле костра. Мариса продолжала смотреть на «оболтуса» исподлобья. Вася не стал садиться по-турецки. Похоже опасался, что опять не сможет оперативно вскочить.

– Свалить отсюда можно или самостоятельно или экстренно. Самостоятельно – это надо уметь, а «смерть»– это один из вариантов экстренного случая.

– Один из?

– Ну, да. Второй вариант – когда лимит исчерпаешь. Но в твоем случае лимит еще не определен. Ты же тут первый раз.

– И что будет, если я его достигну?

– Мы это… – Вася смущенно потупил глаза и, заметив брошенную корягу, вернул ее в костер. – Точно не уверены, но есть мнение, что мозги, они того… спекутся.

– Зашибись перспективы, – Зло прошептала Мариса. – И он еще будет меня убеждать, что никаких инструкций по безопасности читать не надо.

– Ну, новеньких у нас немного, – Невозмутимо пожал плечами Вася. – А для повторных погружений все нештатные ситуации продуманы. Кто-ж знал, что ты кидаться на людей станешь?

– Ладно! – Мариса встряхнула головой, отгоняя мысли о том, что без Васи досидела бы тут до пресловутого лимита и на всю жизнь могла остаться овощем. Только уже там, в реальном мире. – А с песком, это что было? В чем фокус?

– Да нет никакого фокуса. – Вася с облегчением улыбнулся. – Есть эти, как их… «дополнительные административные возможности». Каждый такой «фокус» – отдельный модуль в программе. Тебе кстати и надо научиться пользоваться стандартным модулем возврата.

Вася сменил позу на более удобную. Мариса старалась удержаться и не перебивать. Похоже, что Вася таки сподобится на пояснения.

– Запускается сигналом. Мозговым. Только есть загвоздка: чтоб не путаться, сигнал настроили такой, что не используется в обычной жизни. В общем, если сосредоточишься – то почувствуешь, будто у тебя есть… Ну, вроде часть тела лишняя. Нога там третья или рука.

Такой ахинеи в своей жизни Марисе слышать не приходилось. Наверняка есть более научные объяснения, но от Васи их ждать бессмысленно.

– Я ничего не чувствую, – Буркнула она. – А попроще нельзя было придумать?

– Можно, – Вася хищно улыбнулся и провел ребром ладони по горлу.

Отчаявшись понять, Мариса решила просто довериться и закрыла глаза, пытаясь представить эту третью руку или ногу. Безуспешно. Только холодок в животе от осознания, что времени на освоение не так уж и много.

Ла-а-адно, и не с таким справлялась! С чем именно «не таким» в данном случае не важно. Главное себя подбодрить и не распускать нюни. Чувство страха мешало и в то же время подстегивало. Обостряло восприятие.

Так. По порядку: это левая рука, это – правая. Пальцы. Шея. Даже уши. Она перебрала все, но ничего незнакомого не чувствовала. Круг за кругом. Уже сбившись со счету и почти поддавшись панике, она словно запнулась.

Вот оно! Ощущение такое, как если во сне отлежала бы руку и сейчас пыталась ею пошевелить. Рука есть, но не слушается. Только конечно это была не рука. Что-то еще, совершенно незнакомое.

– Я, кажется, нашла, – Мариса открыла глаза. – Что дальше с этим делать?

– Ну, это… Тяни. Или толкай. Короче, шевели как-нибудь.

Легко сказать. Мариса чувствовала себя ужасно неуклюжей. Попытки «шевелить» новообретенной частью тела никак не давались. Обычные, давно знакомые руки и ноги шевелились, а нужная часть никак. Все тело пыталось помочь ей сдвинуться с мертвой точки. И старания не пропали даром. Когда ей удался этот «шаг» – все повторилось. В точности как после укола, там – в настоящем мире. Пропали отблески костра, пропал и шум моря.

* * *

Снова кружилась голова и подкатывал ком к горлу, но к этому Мари как-то была готова. Морально. Физически все обстояло не так хорошо. Безумно хотелось спать. Первые минуты после отключения от синтетического мира она еще держалась. Эйфория от того, что у нее «получилось». Миллион новых вопросов. Но стоило Васе довести ее до некоего подобия кафетерия, как она стала безбожно клевать носом. Рыжий чувствовал себя как ни в чем не бывало. Укутал ее непонятно откуда добытым пледом и, сунув в руки огромную кружку дымящего кофе, скрылся в неизвестном направлении. Так она и сидела с тех пор. В полудреме медитируя над кружкой.

– Вы позволите?

Мариса не заметила, как в кафетерии появился кто-то помимо нее. Рядом со столиком стоял парень, несмотря на погоду одетый в свитер с высоким горлом. Легкая улыбка на небритом лице и смешливый взгляд из под очков в тонкой оправе. Очки? И этот – любитель старины. Она даже не была уверена, что не спит в данный момент и рассеяно кивнула на свободный диванчик напротив.

– Новое лицо в нашем захолустье. Это всегда неожиданно. Меня зовут Алекс.

– Мариса, – Она сделала глоток почти не тронутого кофе. – Вы простите, я никудышный собеседник. Спать хочу безумно.

– Если вы проходили проверку потенциала, то я еще удивляюсь вашей стойкости. Сэм проверял?

– Что, простите?

– Я спрашиваю, кто с вами подключался. Обычно это делаю я или Сэм.

– Нет. Наверно вы оба были заняты. Иван Юлианович пытался с кем-то соединиться, а потом вызвал Васю.

– Надо же, – Хмыкнул новый знакомый. – Хоть чему-то полезному «Домового» научили.

– Почему «Домового»? – На автомате поинтересовалась Мариса.

– Да так. Местный фольклор, – Алекс улыбался собственным мыслям, но под внимательным взглядом Марисы вынужден был пояснить. – Он с дедом жил здесь раньше. До того, как построили центр. Дед переезжать не хотел, а Вася деда бросать. Вот им и нашли занятие.

– Понятно, – Теперь и Мариса улыбалась собственным мыслям. Ей очень многое в поведении Васи стало понятно. – А вы, значит, один из тех самых «асимов»?

– Угу. Тех самых.

– У меня было столько вопросов. А Вася толком не смог ответить, – Мариса как могла сдерживалась, но все таки зевнула. – Простите, такой длинный день выдался.

– В таком состоянии домой ехать нельзя. Если хотите, можете остаться у нас в гостях. Здесь коттеджи неподалеку.

– Не могу, меня парень… – Договорить она уже не смогла.

– Дома ждет. Понятно, – Алекс едва успел подхватить кружку с остатками кофе из слабеющих рук. Аккуратно уложил девушку на диване и подоткнул плед. – Ничего. Подождет, никуда не денется.

* * *

«Длинный день» говоришь? Знала бы ты, девочка, какие у меня бывают длинные дни. Алекс развалился на диване в кафетерии и приглядывал за «новенькой», предаваясь собственным мыслям. Девушка свернулась калачиком на соседнем диване.

С тех пор, как запустили проекты миров по непрерывному циклу, шеф ходил сам не свой. Мрачный. Злой. Раздражительный. Конечно, он не говорил о причине своего плохого настроения, но в их узком кругу «старой гвардии» все и так знали причину. «Непрерывный цикл» предъявлял совсем другие требования к тем, кто его обслуживал. Рядовые кураторы проектов не тянули. И это еще мягко сказано. Даже он сам ощущал себя как выжатый лимон после многочасовых погружений на пределе способностей. Сэму, второму полноценному асиму корпорации, приходилось не слаще. Что уж говорить о кураторах, лимит которых ограничивался минутой, может двумя.

Всего два таких мира и оба асима загружены так, что ничего сверх того уже им не поручишь.

Из задумчивости Алекса вывел резкий звук. Нога в грубом солдатском ботинке настеж распахнула дверь в кафетерий. Мариса на своем диванчике заворочалась, но, слава богу, не проснулась. Хозяина ботинок Алекс знал слишком хорошо и даже не обернулся.

– Привет, Сэм.

– Виделись уже, – Буркнул мужчина в камуфляжных штанах и черной армейской футболке.

– И как ты всегда помнишь?

– У меня календарь есть.

Алекс усмехнулся. Что-что, а помнить какой сейчас день в реальном мире, пожалуй, самое бестолковое знание. При их то работе. Вот и сейчас, если верить Сэму, они уже виделись утром. По ощущениям самого Алекса прошел минимум месяц. И так каждый день.

– Новенькая? – Сэм уверенным шагом пересек кафетерий и стал что-то искать в шкафчике под барной стойкой.

– Да. Похоже, мы с тобой заняты были и Юлианыч Васю привлек к проверке.

– Это я знаю.

– Видел что-ли?

– Так точно, – Сэм извлек из шкафа аптечку и основательно перетряхивал ее содержимое. – Я ему нос разбил. Ты вату не видел?

– За что?

– Случайно.

В дверях показался пострадавший с разбитым носом. Он шествовал, запрокинув голову, со скорбным лицом жертвы репрессий.

– Этот садист меня покалечил, – Прогундосил Вася. – Алекс, ты повлияй на него как-нибудь. Совсем силу не умеет рассчитывать.

– А нечего носиться как полоумный!

– Я, между прочим, по делу носился!

– Тихо, вы. Девушка спит…

Спорщики перешли на шепот и от барной стойки доносились только звуки возни с аптечкой и сдерживаемые проклятия. Через минуту парочка плюхнулась на диваны за столик в другом конце кафетерия. Не найдя ваты, Сэм приспособил пару салфеток и теперь Вася в дополнение к скорбному выражению лица получил два бестолковых клочка бумаги, торчащих из носа.

– Рассказывай, – Алекс присоединился к друзьям. – Как результаты?

– Короче… Лимит у девчонки тянет на час. Может даже полтора.

– Отключилась сама?

– Да, – Вася попытался отхлебнуть чаю, и тут же пришлось поправлять одну из затычек. – Видели бы вы, как шеф радовался.

– Могу себе представить, – Алекс оглянулся на спящую девушку. Остальные последовали его примеру.

Вопросы приема новых сотрудников шеф всегда решал сам. Находил, обсуждал условия, заключал контракты. Всех все устраивало. Для работы с мирами обычно подбирались прекрасные специалисты по маркетинговым исследованиям, хоть и в возрасте. С профильным образованием и колоссальным опытом работы, полученным, естественно, до принятия конвенции «Нетерпимых». Все они зачислялись на должность кураторов проектов, и ни один из них не дотягивал до уровня асима. И опять же: всех все устраивало. Ровно до тех пор, пока шеф не пришел с вопросом «потянем ли мы третий мир по непрерывному циклу?». Не потянем. Что тут думать?

С тех пор прошло больше года, но разговор не забылся и в эту минуту Алекс прекрасно осознавал: идея еще одного мира не умерла, а девушка найдена шефом совсем по другим критериям. Не на позицию рядового куратора. Первый сторонний человек с таким высоким потенциалом.

– Шеф не говорил, какие планы насчет нее?

– Мне, нет. Только это… Просил быть любезными.

– Ясно, – Резюмировал Алекс. – Подождем, пока проснется, и «будем любезными».

* * *

Мариса никогда не испытывала проблем с пробуждением. Ей не было знакомо непреодолимое желание понежиться в кровати еще пять минуточек. Не было и такого, что «без кружки кофе я не человек». Даже если спать довелось всего час или два. Даже если перед этим сутки напролет провела вне постели. Да, настроение не ахти, но организм не устраивал по таким поводам бойкотов. Вот и сейчас проснулась она легко, и для осознания того «где я? что я здесь делаю?» понадобилось всего несколько секунд.

Затекшие ноги, испорченная прическа и след от обивки дивана на щеке. И это все итог собеседования, на котором ей предложили работу мечты? Ужас! Мариса оглянулась в надежде, что свидетелей позора поблизости нет. Ошиблась: есть. Сидят за дальним столиком.

– Доброе утро, – Мариса затравленно озираясь, подсела к компании мужчин.

– Доброе. Только не утро. Вы проспали часа три, не больше.

– Я не знаю во сколько заснула… Проще думать, что утро. Можно кофе?

Вася метнулся к бару, а за столиком с ней остались двое. На столе валялись непонятные схемы, нарисованные от руки на салфетках. Перед Алексом возвышалась пирамидка из кусочков сахара. Ребята явно убивали время, ожидая ее пробуждения.

– Давайте знакомиться, Мариса, – Алекс водрузил очередной кусочек на вершину пирамидки и, удовлетворенно окинув взглядом шедевр, отряхнул руки. – В данный момент вы видите перед собой старожилов корпорации. Меня зовут Алекс. Ну, да вы наверно помните.

– Меня – Сэм, – Вставил мужчина в черной футболке. Он изучал ее цепким взглядом и, вспомнив о сбившейся прическе, Мариса покраснела. Как девчонка.

– Васю вы и подавно должны уже были узнать.

– Очень приятно, – Мариса благодарно кивнула и взяла из рук Васи дымящуюся кружку ароматного кофе.

– Я помню, вы говорили про много вопросов. Не передумали спрашивать?

– Не передумала. Только я не знаю с чего лучше начать, – Мариса помедлила, выводя ложкой замысловатый узор по поверхности кофе. – Я хочу знать все. Что за жидкость мне вкололи? Что такое эти ваши миры? Сколько их? Сколько вас? Асимы. Лимиты. Все.

– Вася, ты что, совсем ничего не объяснял?

– Почему?.. Объяснял, – Растеряно пожал плечами рыжий. – Как мог.

– Ладно, короткий ликбез. Надеюсь, многие вопросы отпадут сами собой.

Коротким получившийся ликбез можно было назвать с большой натяжкой. Алекс распинался не менее часа. Очень основательно, с яркими образами и сочными метафорами. Поток информации мог бы литься и дольше, захватывая все смежные области, но скупые ремарки Сэма возвращали оратора к сути обсуждаемых вопросов. Мариса уже и не рада была своему желанию узнать все и сразу.

История «Ответа», со слов Алекса, насчитывала лет восемь плодотворных исследований. Еще столько же шеф работал до корпорации на военных. Занимался моделированием реакций этнических групп, проживающих в зонах военных конфликтов. Проект со скандалом прикрыли после одного «прогноза», который, мягко скажем, не оправдался. Все сотрудники и программные наработки оказались за бортом государственного финансирования, а сам шеф долго переживал неудачу. Копался в алгоритмах. Поддерживал связь с бывшими подчиненными, которые худо-бедно нашли себя на гражданке. В конце концов «провалу» нашлось логичное объяснение и шеф воспрял духом. Все прогнозы пошли псу под хвост из-за наличия в группе харизматичного лидера и его влияния на сознание серых масс. Ни один алгоритм такого, естественно, не учитывал, выдавая «среднюю температуру по больнице». День, когда было принято решение возобновить исследования на базе новых алгоритмов, можно считать днем рождения синтетических миров. Не сразу, но было найдено финансирование. Нашлась работа для некоторых старых коллег. Привлекли и специалистов из смежных областей. Программистов. Инженеров. Историков. Психологов. Даже дизайнеров компьютерных игр. Пакт «нетерпимых» как нельзя кстати расчистил очень прибыльную делянку маркетинговых исследований. Примерно к тому времени был закончен первый синтетический мир, который впоследствии назвали «архивным». В общих чертах он повторял историю реальной Земли.

А примерно за пять лет до этого стало понятно, что население синтетического мира, предоставленное само себе, развивается обычно «не туда». И такое непредвиденное ответвление в истории гарантированно приводило к глобальному катаклизму и зачастую к полному самоуничтожению «разумных». Сначала боролись регулярным созданием промежуточных копий: так называемых исторических срезов. Помогало, но слабо. Потом кто-то пошутил про «стадо без пастыря» и из шутки родилось решение. Так появилась должность асимов, людей, которые контактировали с мирами и их обитателями напрямую, выполняя по сути роль богов.

– Так, а сколько всего миров?

– Самих миров – не знаю. Мы лабораториями считаем. Одна «архивная». Шесть штук по дискретному циклу и две по непрерывному.

– А я? – Вмешался обиженный Вася.

– Ну, да. И еще одна тестовая.

– И чем они отличаются? Дискретные от непрерывных. Про тестовый я пожалуй догадываюсь.

– С дискретными все просто, – Алекс стал загибать для наглядности пальцы. – Получаем заказ. Берем нужный исторический срез из архивного мира. Стартуем. Кураторы отрабатывают сколько необходимо для получения результатов. Мир в утиль. Результаты заказчику. Машину под следующий проект.

– Понятно.

Мариса сидела над очередной кружкой и пыталась разложить по полочкам полученную информацию. От кофе уже изрядно мутило, и желудок требовал чего-нибудь съестного. Она уже собиралась пересилить себя и налить новую порцию бодрящего зелья, как ее коммуникатор издал сигнал входящего сообщения. Мариса даже вздрогнула от неожиданности. На экране значилось короткое «Ты где?» от Фила.

– Господи, который час? – Задумчивость как рукой сняло. – Похоже, я засиделась.

– Примерно восемь вечера.

– Ужас! – Мариса вскочила и заметалась в поисках сумочки. – А вы что, домой не собираетесь?

– Мы уже дома, – Развел руками Алекс, а Вася сдавленно хихикнул.

Ну да. Они же асимы и живут на территории центра. А вот как ей в такой поздний час добираться до города?

– Я подброшу, – Уловил ход ее мыслей Сэм. – Заодно дочку проведаю.

– Спасибо, – Ей, наконец– то удалось выудить сумочку из под пледа. – А ваша семья живет не с вами?

Сэм проигнорировал вопрос, только желваки заходили. Он встал из-за стола и, направившись к выходу, бросил:

– Жду вас на парковке.

– Знаете, Мариса, – Алекс дождался, пока за Сэмом закроется дверь. – Это больная тема.

– Но что я сказала не так?

– Каждый из нас в свое время столкнулся с дилеммой: работа или личная жизнь. Выбор сделан. Я не знаю, верный он или нет, но совместить эти вещи, ни одному из нас не удалось.

– У миллионов людей такие же проблемы, – Мариса растеряно смотрела на дверь, за которой скрылся Сэм. – И ничего, совмещают.

– Совмещают. Но мы работаем больше двадцати четырех часов в сутки. И это не метафора. Думаете легко запомнить, что обещал пойти с ребенком в зоопарк на выходных, когда субъективно выходные наступят через полгода?

– Мне кажется, это надуманная проблема, – Неуверенно пробормотала Мариса.

– Поверьте, мы старались.

Мариса перевела взгляд на Васю в поисках поддержки, но тот просто пожал плечами.

Скомкано попрощавшись, она еле догнала Сэма в одном из коридоров корпорации. Весь дальнейший путь прошел в напряженном молчании. Взгляд Сэма потеплел только на подъезде к городу. Он на минуту выскочил из машины в круглосуточный супермаркет и вернулся с плюшевым медведем под мышкой и остаток пути улыбался собственным мыслям.

– Вот здесь налево и, пожалуй, все. Спасибо, что подвезли.

– Да не за что, – Сэм окинул взглядом уютный переулок, где Мариса с Филом снимали квартирку. – Передавайте привет бой-френду.

– Обязательно. А вы дочке.

Вырвалось машинально и Марисе показалось, что она опять сказала лишнего. Сэм задумался буквально на секунду, но ничего не ответил. Только подмигнул ей и ударил по газам.

Глава 8

Бой все никак не начинался. Отлаженный механизм приема ставок оказался не готов к такому повороту событий. Пришлось ждать, пока Пепел раздаст все указания по поводу коэффициентов. Потом – пока подручные букмекера разберутся, какие бирки на какой исход выдавать, чтоб не возникло путаницы. Сами ставки тоже принимали не быстро. Азартные игроки не сразу осознали, как воспользоваться такой возможностью. И нет ли здесь какого подвоха.

Все это время Гром буравил неказистого противника тяжелым взглядом. Такую наглость со стороны иннола, как одна только мысль о победе, он явно не намеревался спускать с рук. Сам Крэйвен уже перешел ту грань, когда имеет смысл бояться. Теперь он воспринимал происходящее как будто со стороны. Вроде и не ему сейчас биться с на две головы превосходящим соперником. Взгляд скользил по толпе, выхватывая отдельные картинки. Улыбку гардахарца. Ему улыбается или собственным мыслям? Поди разбери… Прищуренный взгляд Зафира на каменном загорелом лице. Горящие неподдельным интересом глаза кузнеца. Пришел в себя? Молодец. Крепкий малый. Видать не захотел уходить и, повиснув на плече у одного из товарищей, отмахивается от увещеваний заплаканной подруги. Блохи не видно, но и досталось-то ему покрепче.

Витающий в облаках Крэйвен чуть было не пропустил момент, когда начался отсчет. Гром же не был намерен терять ни мгновения. Несущаяся на иннола туша мигом вывела его из оцепенения. Началось!

От первого удара Крэйвен легко отпрыгнул. Но, вопреки ожиданиям, тяжелый с виду Гром не терял напора. В его движениях чувствовалась уверенность. За годы боев у сержанта городской стражи и по совместительству лучшего бойца турнира праздника «Схода снегов» набралась обширная практика. И богатый арсенал приемов именно против «быстрых» бойцов. Никаких тебе тяжелых ударов. Все больше загребающие движения. Да так, что рука проносится в одну сторону, а, не встретив препятствий, моментальный удар локтем в обратную. Или еще какая каверза. Не поднырнешь, не проскочишь. Крэйвен уже пару раз схлопотал в затылок такие «подарки». Не сильно, но крайне неприятно. Барабан наверняка и первой дюжины не отстучал, а пришлось уже и поваляться, и вкус собственной крови испробовать. Постоянные попытки Грома ухватить соперника, ни к чему не привели. Только рубаха по всем швам разошлась, и болталась теперь бесполезными лохмами.

Скорость, которой хвалился Крэйвен, в защите не помогала. Атаковать пока тоже не получалось – все приноровиться к сопернику не мог. Где-то на краю сознания слышались восторженные возгласы зрителей, а пространство вокруг заполонил Гром. Огромный, волосатый, с удушающим запахом пота. Куда не ткнись – везде он.

Мгновения передышки и Крэйвен осознал, что стоит на самом краю помоста. Духи Глубин! Нельзя давать себя загонять в угол. Тогда точно никаких шансов. Он рванул вперед, до того как Гром успел замахнуться. Рука гиганта прошла в опасной близости, но расслабляться было рано. Крэйвен ощутил резкий рывок назад и треск разрываемой ткани. Остатки рубахи остались в руках у Грома, а иннол кубарем откатился на противоположный край площадки.

Противоположный. Ха! Долгожданный простор для маневра. И это уже шанс атаковать самому. Не успев толком встать на ноги, Крэйвен ринулся на противника. Скорость и напор сделали свое дело. Тем более, что для соперника такой маневр оказался сюрпризом. Прыжок и серия ударов: один в челюсть, один куда-то наугад в корпус и, уже приземлившись, локтем чуть повыше колена. После такого удара соперник просто обязан хромать. Но если «как атаковать» Крэйвен успел продумать, то «как отступить» после этого – даже не начинал. Серия ударов вышла прекрасная, но недостаточно сильная, чтобы свалить такого как Гром. Враг оказался слишком близко и слишком озлоблен.

Мир вокруг закружился каруселью. Мгновение и Крэйвен понял, что перед ним разъяренное лицо Грома, а сам он зажат в клещи. Где-то в районе ребер больно впилась бляха от кожаного перекрестья. Огромные ручищи, словно пресс выжимали из легких остатки воздуха. Крэйвен попытался нанести удар головой – единственной свободной частью тела, но соперник оказался к этому готов. Перед глазами стали расползаться темные круги, а сознание проваливаться в бездну. В голове пульсировало: «Притвориться. Притвориться, что без сознания, пока это не стало правдой». Крэйвен закатил глаза и затих, безвольно повиснув в объятиях Грома. Кто-то из зрителей, совсем рядом от помоста крикнул:

– Гром, давай коронный!!!

– Давай, размажь его… – поддержали первого оратора.

После этого в толпе перестали считать, а дружно начали скандировать «Гром! Гром! Гром!».

Крэйвен почувствовал, что тиски слабеют. Но вместо попытки вырваться его хватило только на судорожный вдох, а в следующее мгновение он оказался уже высоко поднят над головой Грома. «Сейчас меня действительно размажут!» пронеслось в голове. Перед глазами снова всплыл образ Блохи с обвисшей рукой. Нет! Не позволю… Крэйвен уже не притворялся потерявшим сознание. Дернулся, но безрезультатно. Тыхран фарага! Последний шанс не остаться инвалидом – это удачное приземление. Вот только с удачей в последнее время сплошные нелады.

Гром кружил по помосту, держа свою жертву на вытянутых руках. Так, чтобы и в самых дальних рядах видели. В голове у Крэйвена крутилась одна и та же мысль об удачном приземлении. Как мантра. Как молитва. «Сгруппироваться… погасить удар, перевести в другую плоскость… откатиться в сторону». Он в мельчайших деталях видел, как именно произойдет падение.

«Сгруппироваться… откатиться! Сгруппироваться… откатиться!».

Где-то внутри зародилось незнакомое чувство, будто тетива натягивается. И с каждым повтором она становилась все туже и туже.

Когда земля ринулась ему навстречу, Крэйвен отпустил «тетиву» и тело само повторило всю последовательность спасительных движений. Голоса вокруг стихли. Изображение будто размазалось. Но он не обратил на такую мелочь внимания. Мало ли на какие еще выверты способно сознание после такого падения.

Запнувшийся было барабан, продолжил отсчет. Бой еще не окончен. Рано радуешься, образина.

Их разделяли несколько шагов, но сейчас Крэйвену казалось, что это пропасть. Пока Гром будет ее преодолевать, у него есть мгновения отдыха. Такого необходимого отдыха.

Или лучше снова попытаться атаковать самому? Он с удивлением обнаружил, что «тетива» внутри никуда не исчезла. Просто ослабла. Что ж, смог вымолить удачное приземление, а ну как еще раз получится. Один удар… Чтоб разом и наповал. Да ну, глупости. Тут тараном нужно бить, чтоб наверняка.

Выбора нет, и Крэйвен решил довериться обретенному «союзнику» внутри себя. В голове прокручивалась последовательность шагов. «Тетива» послушно стала натягиваться.

«Шаг сюда, потом сюда… прыжок… изогнуться… и двумя ногами в челюсть». Собственное тело вместо тарана. Обязано получится.

Повторить! Еще раз повторить.

Мгновения, что заняли эти мысли в голове Крэйвена, понадобились Грому, чтобы придти в себя. Он не был бы столько лет подряд лучшим, если бы позволял себе мысли, вроде «Как этот задохлик умудрился вывернуться?». Сначала добить, потом думать. И сержант не собирался затягивать.

Сейчас! «Тетива» натянута до предела и противник уже набирает ход. Еще шаг и выверенная последовательность будет неактуальна. Крэйвен сорвался с места и крики толпы снова стихли. Будто в воду нырнул, только двигаться легко. Соперник замер, словно не замечая опасности. Его взгляд устремлен куда-то за спину. Туда, где Крэйвен был пару мгновений назад. Так даже проще.

Ноги впечатались в челюсть Грома в точности как во время мысленных повторений. А ощущения – будто на стену налетел. По измученному телу прошла волна боли. Вернулось ощущение реальности. Падение с такой высоты не входило в расчеты Крэйвена. А зря… Почти плашмя рухнув на помост после тщательно продуманного удара, он сдавленно застонал. И без того мятые Громом ребра приняли на себя всю массу тела. Если удар не вырубил Грома, то ничего больше предпринять не удастся.

Тяжело откатившись в сторону, Крэйвен бросил взгляд в сторону соперника. Тот лежал неподвижной громадой и не подавал признаков жизни. Повезло!

Барабан перестал выводить свой ритм и где-то в, притихшей от изумления толпе, прозвучало восхищенное «Молния!». Но Крэйвену было не до того. Он лежал на спине, раскинув руки, и с упоением созерцал чистое весеннее небо. Кто бы мог подумать… Получилось.

Где-то рядом послышались осторожные шаги. Нужно бы повернуться, но так не хочется.

– Похоже, в этом бою… ничья, – Пепел был не похож сам на себя. В голосе поселились нотки неуверенности. – Все ставки на победу иннола будут возвращены. По ставкам на время, будем считать, он продержался.

Как только речь зашла о деньгах, у Крэйвена вырвался нервный смешок. Исковерканное тело не слушалось, но Крэйвен пересилил себя и приподнялся на локте.

– Врешь, букмекер, – Превозмогая дикую боль в груди и периодически покряхтывая, он встал на ноги. – Я, конечно, крепко побит, но еще в сознании. Моя победа.

Пепел уставился на покачивающегося Крейвена будто на приведение. Из ступора его вывел крик из толпы:

– Молния завалил Грома!

Симпатия зрителей переметнулась от фаворита к претенденту с умопомрачительной скоростью. Еще совсем недавно они выводили «Гром! Гром!», а теперь кричат «Молния! Молния!». Только сейчас Крэйвен понял, что ему дали прозвище на манер того, как обычно друг друга называют коренные жители Туманного кряжа.

Получивший в столь странных условиях новое имя, он стоял и купался в лучах недолговечной славы.

– Ты обещал золотую монету. Я думаю самое время.

– Зачем торопиться? – Пепел бросил взгляд на неподвижно лежащего Грома, а на лице отражался бурный мыслительный процесс. – Пепел держит обещания, будь уверен. Просто сейчас у меня нет такой суммы сразу…

– Мне кажется, что кто-то врет, – Крэйвен обращался к благоволящей в этот момент ему толпе. – Врет, как думаете?

«Врет!!!»

«Плати обещанное, скряга…»

«На нас то, поди, больше заработал.»

Боги сегодня были не на стороне Пепла. Без поддержки горы мускулов в лице Грома, букмекер выглядел совсем жалко.

– Не вру, – Он безуспешно пытался утихомирить народ, но его сейчас никто не собирался слушать. Пришлось вмешаться Крэйвену. На его просьбу отреагировали мгновенно. – Все деньги в обороте. Мне надо еще платить по сделанным ставкам. При себе только то серебро, что обещал претендентам. Ну, еще пару монет сверху.

Даже в состоянии шока, Пепел чувствовал, где у толпы слабое место. Упоминание выплат по ставкам охладило пыл сторонников иннола. Если выбирать между «получить самому» и «порадеть за справедливость», многим долго думать не надо. Крэйвен тоже почувствовал, что надо брать здесь и сейчас сколько дают. Остальное выколачивать как получится.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю