Текст книги "Пятый обруч. Книга первая: Кехо (СИ)"

Автор книги: Дмитрий Билик

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 19 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]

Имперцы строили у немногочисленных горных проходов заставы, где обкатывали молодых егерей и воронят. Однако Хребет Дракона был так велик, что твари Скверны все равно находили себе лазы, поднимаясь туда, где не мог пройти обычный человек. Проникали в Империю и люди, отмеченные печатью Инрада. Уловками, подкупами, хитростью. Среди солдат попадались и такие, кто уважал звонкую монету или ценный предмет выше, чем здоровье сограждан.

И всему виной зараза, которую переносили населявшие Пустошь. Та самая Скверна. Конечно, к истинным почитателям Аншары, беспрекословно чтящим заветы богини, она не приставала. Но ведь человек слаб. Поговаривали даже, что храмовник из Ближних земель в одну ночь посерел правым боком. Что уж стоит ждать от простых людей?

Тут же речь шла о том, что имперец, лично, без всякого принуждения, плавал к Пустоши. Лишь для обогащения, не боясь занести заразу в один из самых больших городов Предела. Юти на мгновение дернулась, сделав шаг в сторону и пытаясь сохранить равновесие. Палуба качалась под ногами не из-за портящейся погоды. Девочка была ошеломлена открывшейся правдой.

Заметив затравленный вид контрабандиста и повелительный взгляд учителя, Юти приблизилась к толстяку, вытянув перед собой меч.

– Говори, мерзавец!

– Времена тяжелые, мирхэ, – рухнул на колени хозяин корабля. – У меня пятеро детей. Всех надо кормить! Приходится немного подрабатывать на стороне.

– Грязный выродок, – еле сдерживала себя девочка.

– Юти, перестань. Сегодня и так было пролито достаточно крови, – сказал учитель.

Одаренная все еще пылая гневом, посмотрела на наставника. Захоти она убить контрабандиста, Ерикан вряд ли мог ей помешать. В нынешнем состоянии точно. Однако Юти совладала с собой, пусть меч в руке и мелко подрагивал.

– Отвези нас в Пустошь, – сказал учитель. – В место, где сможешь переждать шторм. Там мы сойдем, а когда утихнет море ты вернешься сюда живым. Клянусь Аншарой.

Девочка потеряла дар речи. Она даже не могла задать ни одного правильного вопроса. Слишком сильно оказалось недоумение Одаренной. Они еле-еле удрали от Воронов, чтобы отправиться в Пустошь. К тварям, челюсти которых такие крепкие, а зубы острые, что они даже не подавятся, перемалывая кости человека. Или еще чего хуже, подцепить Скверну. И самим стать…

Юти передернуло, и она не смогла закончить мысль. Слишком ужасной казалась возможная перспектива. И самое страшное – у нее действительно не было других вариантов. Контрабандист впервые повеселев за все время пребывания незваных гостей, принялся менять курс корабля. Даже на угрюмого подростка, еще стоявшего с вытянутым мечом убитого стражника, тот не обращал внимания.

С каждой минутой Сотрет становился все меньше, а корабль двигался держась на почтительном расстоянии от суши, но вместе с тем не отдаляясь от нее. Впереди темнел надводный риф, переползающий на берег. Так называемый Кончик Хвоста, часть великой горной цепи, отрезающий мир Одаренных от мира Оскверненных. А за ним лежала бескрайняя Пустошь.

Глава 12

Если говорить откровенно, Пустошь не была безразмерна. На западе она кончалась у мыса Трех Мертвецов, с севера ее омывало Кровавое море, а с юга Тимерское, с востока подпирал Хребет Дракона. Впрочем, о бескрайности Пустоши Юти не особо задумывалась, остановившись на том, что ей это место просто не нравилось.

Песок здесь был серый, безжизненный, перемешанный с мелкой галькой. Под ногами он мерзко скрипел, словно ругаясь на потревоживших его людей. Холодный ветер с косым дождем налетал хищным коршуном сзади, пытаясь повалить Юти. И учителя, который старался идти сам, лишь изредка опирался на девочку.

Контрабандист оставил их сразу же, уплыв вдоль побережья дальше. Надвигающийся шторм был не весть какой силы, однако посудина с косыми парусами могла не выдержать и его. Юти предполагала, что где-то дальше по берегу есть бухта, где толстяк сможет укрыться. Конечно, просить его взять с собой было глупо. И она хотела потребовать. Однако этому воспротивился Ерикан.

Да и вряд ли сам контрабандист горел желанием провести еще несколько часов вместе с ними. Пока они плыли, девочка обыскала судно и нашла немного провианта и пару крепких копий, одно из которых взяла с собой. Наставник противился этому, говорил, что воину не надо быть должным и еще много чего. Впрочем Юти и не считала себя чем-то обязанной грязному преступнику.

По мнению Одаренной, вина хозяина судна перед Империей была в разы больше, чем ее. Девочка убила Наместника. Заменить такого не составит особого труда, контрабандист же мог занести заразу в самый крупный город Пределов. Если его поймают на ввезенных из Пустоши товарах стражники, то убьют без суда и следствия.

Юти догадывалась, что толстяк занимается подобным промыслом не первый год. Слишком уверенно он правил судном, огибая многочисленные мели. Получается, кто-то в Сотрете просто закрывал глаза на это за определенную плату.

По мнению девочки, нагреть такого злодея не считалось чем-то постыдным. Одаренная служит богине, а эта плесень исключительно деньгам. Юти казалось, что она стала понимать то пренебрежение к монетам, о котором говорил Ерикан.

Так или иначе, но теперь девочка стояла на пустынном пляже с дорожным мешком за плечами и копьем в руке – меч пришлось оставить, здесь от него было мало толку. С другой стороны на нее опирался обессиленный учитель. И теперь Юти не чувствовала себя слабой девочкой. Напротив, ощущала самым, что ни на есть настоящим воином. Сейчас от нее зависели их жизни.

Перед путниками расстилалось скалистое побережье из изрезанного водой темного камня. Где-то справа, вдалеке, в иссиня-черной грозовой туче скрылся, разрезающий хищными шипами надвигающийся шторм, Хребет Дракона. Юти все боялась потерять его, потому что тот являлся единственным ориентиром. К нему придется двигаться, чтобы выйти к ближайшей заставе.

Под силой кольца элементи, острые камни рассыпались под ногами девочки, образуя ровную, точно протоптанную сотней странников, дорожку. Юти торопилась. Ветер становился все нетерпеливее, почувствовав свою власть над девочкой и стариком.

Вскоре Юти увидела склонившийся над грудой нагроможденных расколотых камней выступ, высотой чуть больше самой Одаренной. Крохотный утес посреди безжизненного берега. Девочка подтащила к нему Ерикана и силой кольца раздробила камень на массивные валуны, сделав в выступе углубление и вместе с тем стараясь, чтобы ничего не обвалилось. Сил еще хватило на создание из обломков нечто вроде стены, которой девочка отгородилась от моря. Теперь стихия им будет не страшна.

Простое действие для элементи, с которым Ерикан справился бы с закрытыми глазами, лишило Юти сил. Руки налились свинцом, ноги стали ватными, а голова тяжелой. Только усилием воли девочка держалась, чтобы не заснуть. Сон – великая благость богини. После него всегда возвращаются силы. К примеру, Ерикан, стоило его прислонить к холодному камню, сразу же провалился в небытие. Однако Юти такой роскоши себе позволить не могла.

Девочке все чудилось, как шуршат камни где-то поблизости, грохот небес она путала с ревом оскверненной твари, в очертаниях залитого дождем побережья, казалось, все время кто-то двигался. Юти выставила копье перед собой именно так, как учили при дворе отца. Правая рука легла на древко ниже середины, левая выше, наконечник поднят по диагонали. Если чья-то мерзкая морда появится в небольшом промежутке, где Юти не воздвигла из камня стену, то мало ей не покажется.

А еще было очень холодно. Обычный человек, попавший сюда уже бы шмыгал носом и грозился завтра не подняться с кровати из-за сильного жара. Одаренные, которые развивали тело, были более устойчивы к перепадам температур, людским хворям и даже простейшим животным ядам. Однако у каждого кехо есть свой предел.

Юти дрожала всем телом, когда Кровавое море обрушилось шквалистым ветром и ливнем на берег Пустоши. Холодная вода стекала по камням прямо ей за шиворот, изо рта шел пар, а ноги превратились в две крохотные льдинки. Жалко, рядом не было неунывающего Нараха, он бы и в этой ситуации нашел свои плюсы. Холодно, зато спать перехотелось. Ветер и сильный дождь заставят оскверненных тварей укрыться в их логовах. А беспокойное море не позволит преследователям добраться до странников.

Однако Нараха рядом не было. Юти старалась не думать, где сейчас находится благородный сын торговца. Фантазии рисовали ей страшные картины расправы Воронов над амиста. Глупым, если понял, что за его новыми знакомыми охотятся гвардейцы и решил им помочь. И вместе с тем отважным, потому что отблеск серебра на наплечниках, заставляющих прочих опустить глаза, не поколебал его намерений. Но дай ему богиня сил, перейти дорогу императорским Воронам – разве могло быть что-то хуже этого для молодого человека?

Еще Юти думала об увиденном. Какая из стихий способна перебросить целый отряд на сто шагов в сторону? Воздух? Но она не почувствовала дуновение ветра. Это скорее было мгновенное перемещение. Девочка ни разу не видела, и что самое интересное, даже не слышала о подобном.

Увлеченная думами, Одаренная вздрогнула, когда учитель тронул ее за плечо. Ерикан выглядел лучше. Как больной, прикованный долгое время к кровати и вдруг пошедший на поправку. Это Юти поняла по взгляду. Он снова стал уверенным, властным, не терпящим пререканий.

Наставник обвел угрюмым взором их своеобразное укрытие и поднял руку. Мелкие камни задрожали, поднимаясь, расщепляясь на крохотные составляющие и заполняя собой пустоты между наспех составленных Юти валунов. За короткое время учитель преобразовал их убежище в импровизированную пещеру. Совсем маленькую, но защищенную от ветра и дождя.

Подняв небольшой мокрый булыжник, наставник положил его между ними. Провел пальцами по гладкому камню и по поверхности того заплясали желтые языки пламени. Юти не удивилась, на подобное не требовалось больших способностей элементи.

– Грейся, ты совсем продрогла, – сказал Ерикан.

Девочку не надо было упрашивать. Она еле положила копье, замерзшие пальцы отказывались слушаться, и придвинулась к каменному костру. Спустя минуту Юти вымолвила лишь единственное слово.

– Пустошь…

Характеру Ерикана потеря сил пошла на пользу. Учитель утратил свою неизменную задумчивость, которую подчас можно было принять за высокомерие, и стал более словоохотлив. Точно чувствовал за собой какую-то вину. И сразу понял, какой вопрос хотела задать Юти, произнеся единственное слово.

– Путь во Второй Предел нам отрезан. Вороны слишком быстро вышли на наш след. Думаю, послание Кирихана, который наобещал с три короба, все-таки дошло до того егеря, Мораца Кера.

– Призрака, – еле выдавила из себя девочка синими губами.

– Я видел его вместе с остальными Воронами. Егерь дождался гвардейцев, и они выдвинулись в путь. Кирихана вряд ли нашли, однако поняли, куда стоит наведаться. Скверно, очень скверно.

– Что будут делать Вороны? – все еще стуча зубами, спросила Юти.

– Дождутся, пока контрабандист вернется обратно, – пожал плечами учитель. – Усилят все заставы у проходов в Пустоши, будут ждать. Я сомневаюсь, что они сюда сунутся. Жеребцы могут сломать ноги, да и слишком опасно.

Юти возмущенно фыркнула. Конечно, слишком опасно для закаленных в боях амиста, которых готовили быть воинами с детства. Но для девочки без обруча – в самый раз.

– Тебе что-то не нравится? – спросил учитель.

Юти не ответила сразу, глубоко вздохнув, чтобы унять клокочущий внутри вулкан. Иначе бы она обрушила на наставника столько возмущения, что у того явно горели бы уши. Постаравшись успокоиться, Юти выдала основную претензию.

– Мы могли уйти через главные ворота. Я не верю, что ты не справился бы с этими жалкими стражниками. А еще раньше перебить разбойников у дороги. И тогда никто не отправил бы письмо Призраку. Мы бы могли с боем выбраться из Райдара. Где на весь город всего один егерь и с десяток Одаренных среди стражников.

Юти выпалила все одним махом, и только глядя на сосредоточенного донельзя наставника, замолчала. Казалось, в этот момент Ерикан был готов ударить ее. Но вместо этого учитель заговорил. Самым спокойным голосом, на который был способен. И к услышанному Юти оказалась не готова.

– Ты сегодня убила человека.

Девочка вздрогнула. Она почти забыла потное лицо того недотепы, его съехавший на бок шлем и удивленные глаза, когда собственный меч рассек стражнику горло. Но всего четыре слова заставили Одаренную вновь вернуться в Сотрет. И теперь на пыльной дороге столицы Первого Предела больше не было испуганных прохожих. Не стояли заслоном возле ворот солдаты. Не хмурился рядом учитель. Только оседающий стражник и пылающая гневом девочка, которая сделала свой смертельный выпад.

Голос наставника освободил Юти от неприятного видения, вернул обратно. Одаренная даже не подозревала, что пустынное побережье Пустоши, занятое проливным дождем, принесет ей столько облегчения.

– Ты стала сильнее?

– Что? – не поняла Одаренная.

– Убив этого недотепу, разве ты стала сильнее?

– Нет, – выдавил из себя Юти, и слова дались ей с большим трудом.

– Убив его, научилась ты чему-то новому? – продолжал учитель.

– Нет, – вынуждена была согласиться девочка.

– А могла ли ты избежать этой смерти? Скажем, обездвижить, ударив в одну из точек преобразования энергии?

– Могла, – Юти казалось, что именно сейчас она превратилась в крохотную букашку, которую мог раздавить кто угодно.

Вопросы учителя были странные и вместе с тем простые. Девочка отвечала на них и понимала, что чем дальше, тем больше загоняет себя в ловушку, из которой нет выхода. Наставник не давил на нее, не кричал, не унижал, тон его не казался равнодушными и поучительным. Будто Ерикан пересказывал ей старую притчу.

Юти судорожно вздохнула. Лучше бы наставник ударил ее. Даже в этом случае она бы не чувствовала себя так отвратительно.

– Около четырех десятков лет одна из несчастных южных женщин в муках родила мальчика. Отец растил его, вкладывал частичку себя, научил обращаться с мечом, копьем и луком. Потом устроил стражником. Этот мальчик не был великим воином и вряд ли им стал бы когда-нибудь. Но он жил, любил, радовался, злился. И в один миг ты убила его. Хотя, как выяснилось, в этом не было никакого смысла.

Ерикан не дождался ответа. А продолжил, глядя на красную от стыда Юти.

– Я видел воина в пещере Черной Центурии. Воина искусного, Озаренного даром богини, который отмел все лишнее. Сегодня Сотрет лицезрел одного из фанатиков Острых Ножей. Безжалостного убийцу, которым управляла жажда смерти. Надеюсь, настанет момент, когда ты станешь воином. Во всем.

Юти вздрогнула. Сравнение с запрещенной в Империи сектой наемных убийц ей не польстило. Уши горели, будто ее отчитывали целый час кряду. В груди разгоралось жгучее пламя. И вместе с тем девочка понимала всю справедливость такого сравнения.

Одаренная даже задумалась на минуту. Она считала, что став воином, сможет отомстить за смерть Пелира Фелена Керис Райдарского. Но теперь не понимала, если должна отринуть эмоции, то как быть с убийцами отца? Лишь возмездие помогало ей жить все эти семь лет. Вдруг путь воина просто не для нее?

Учитель больше ничего не говорил. Он откинулся на камень и прикрыл глаза. Может, действительно спал, может попросту не хотел разговаривать. Скорее всего последнее, потому что каменный костер так и продолжал гореть. Юти постепенно отогрелась, но настроение у нее было препаршивое.

Ветер с каждой новой минутой стихал. В самое начало сезона дождей шторма были частыми, однако проходили довольно быстро. Вскоре свинцовые тучи прорезали редкие лучи солнца. Наставник, будто почувствовав, открыл глаза, взмахнул рукой, туша огонь, и стал выбираться наружу.

Они шли по мокрым камням, и Юти с любопытством разглядывала Пустошь. Девочка рассчитывала увидеть выжженную землю, ведь по преданиям где-то в этих местах произошла битва Аншары и Инрада, создавшая Одаренных и оскверненных.

Но никаких примет опустошенной земли не было. Галечно-песочный пляж сменился пустынной степью с редкой растительностью. Все те же голые кусты, сухие колючки, такие же, как и в Пределах. Порой встречались одинокие деревья, все как на подбор невысокие, кряжистые, с мелкими листьями. На первый взгляд Пустошь не особо-то и отличалась от родного края Юти.

Облака почти развеялись, открыв взору величественный Хребет Дракона. Поговаривали, что когда не было ни земли, ни воды, ни воздуха, существовали лишь он – Сердинак, великий прародитель всего сущего. И, конечно же, Сердинак был драконом. Своей могучей волей Он сотворил этот мир, а после дух его исчез, как звезды на рассвете. Только его пустая плоть рухнула на землю, обратившись в камень.

Конечно, это была всего лишь старая красивая легенда. Юти, как и любая образованная девушка, знала, что земля стоит на головах огнедышащих великанов. А когда они гневаются, наружу выходит их пламя. Однако мысли о Сердинаке и строении мира, напомнили Юти о стихиях. А вместе с тем и об обруче элементи, с помощью которого Ерикан провернул недавно удивительный трюк с Воронами.

– Учитель, – подала голос девочка, – я не специалист по элементи. Хотя и знаю много о воздухе, огне, земле и воде. Но как с их помощью можно закинуть людей из одного места в другое?

Ерикан пристально посмотрел на Одаренную, будто не понимая, о чем идет речь.

– Я о тех Воронах. Я видела, как все обручи на твоей правой руке осветились. Правая рука – это элементи. Но среди воздуха, огня, земли… – стала повторять Юти.

– Я понял, – прервал ее Ерикан. Он немного подумал, но все же сказал. – Тебя не смущает, что известных стихий четыре, а колец пять?

– Меня всегда это интересовало, – призналась девочка, – но никто не мог ответить на мои вопросы.

– Потому что последнюю способность чрезвычайно сложно изучить. Если ты обратишь внимание, то мастеров-элементи чрезвычайно мало. Что до способности, о которой я говорю, то она охватывает все стихии и вместе с тем существует отдельно. Многие специалисты называют ее по-разному. Но в землях, где меня сделали мастером элементи, ее нарекли эфиром.

– Эфир, – попробовала Юти это слово на язык, как кусок свежего медового торта.

– Стихия пространства, – объяснил учитель. – Ее стоит изучать после остальных, но в этом случае есть риск, что она не будет тебе доступна, – при этих словах во взгляде Ерикана скользнуло искреннее опасение. Будто, он больше всего боялся в жизни, что Юти не откроется пятая стихия. – Это тебе не создавать воздушные вихри и разрушать дома.

При последнем упоминании девочка помрачнела. Перед глазами встала обрушенная Вороном стена особняка и испуганное лицо сына торговца.

– Учитель, что теперь будет с Нарахом?

Наставник нахмурился. Словно этот вопрос ему самому не давал покоя.

– Он нарушил закон. Помогал преступникам. Если бы дело касалось обычной стражи, думаю, отец бы смог его выручить. Но с Серебряными Воронами договориться не получится. Речь идет об убийстве Наместника. Если Император спустит это с рук, как будут чувствовать себя другие правители?

Ерикан помолчал, после добавив.

– Думаю, его отправят в Теол. Ближайшую тюрьму для амиста, что в Ближних землях.

Это известие почему-то развеселило девочку. Улыбка расплывалась все шире, пока Юти громко не засмеялась в голос. Ерикан с недоумением смотрел на ученицу, явно раздумывая, не повредилась ли умом подопечная после всех треволнений сегодняшнего дня.

Одаренная наконец отсмеялась и резко посерьезнела, будто вспомнив что-то важное.

– Шесть человек убили моего отца. Шестеро застали его врасплох, потому что знали, в одиночку ни у кого из них не было бы шанса против сильнейшего кехо в Пределах. Их звали Рой Кин, Гелт Вирх, Шантал Келлиган, Драманти Чат, женщина без имени по кличке Жало и Зорт Оливерио Фернанд.

Юти замолчала тяжело дыша, словно воспоминания о кровных врагах дались ей с большим трудом.

– Я не успела навести справки обо всех. Лишь узнала, что Рой Кин стал Наместником Шестого Предела. А Гелт Вирх спустя время отправился в Ближние Земли. Его назначили начальником тюрьмы Теол, – девочка посмотрела на наставника. – Думаю, скоро мы все же увидим Нараха. Ведь он пытался нам помочь. А воин никогда не должен оставаться в долгу. Верно, учитель?

Ерикан не ответил как ничего утвердительного, так и отрицательного. Он прищурился, глядя куда-то вдаль. Будто мог видеть за много лье вперед, сквозь леса, холмы и горы. Словно смотрел сейчас туда, где находилась тюрьма для амиста, которой управлял Гелт Вирх.

Путники шли молча, каждый занятый своими мыслями. И не обращали внимания, как с величайшей осторожностью за ними следовали люди. Многие из них были странно облачены, большая часть ступала на холодную землю босыми ногами, а некоторые и вовсе отличались неестественно серой кожей и горящим алым взглядом. Единицам на родине Юти доводилось видеть подобных людей. Но заметив такого, каждый южанин в панике бежал прочь. Потому что имя им было оскверненные.