![](/files/books/160/oblozhka-knigi-vysokoe-napryazhenie-385476.jpg)
Текст книги "Высокое напряжение"
Автор книги: Диана Маш
Жанр:
Классическое фэнтези
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 4 страниц)
Глава 5
– Откуда эта хрень? – не сказал, а проревел оборотень, заставив меня вздрогнуть от неожиданности. Выглядел он так, будто готов был всех кромсать направо и налево, и мне не очень хотелось попадать ему сейчас под руку.
– О чем ты? – пропищала я в ответ, продолжая пятиться к двери, в надежде скрыться за ней и запереться на все замки. Если будет нужно и полицию вызову, ведь неизвестно что в мыслях у этого сумасшедшего.
– Подвязка, откуда она здесь? – я перевела удивленный взгляд с этого громилы, на упавшую коробку.
– Курьер принес сегодня утром.
– От кого?
– Н-н-не знаю, – ну вот опять, когда нервничаю, ни с того, ни с сего начинаю заикаться.
Крепко зажмурившись, я сделала несколько глубоких вдохов, пытаясь взять себя в руки. Цанев же наоборот, разозлился еще сильнее. Его перекошенное от ярости лицо, сжатые кулаки и напрягшиеся мускулы, не предвещали ничего хорошего.
– Расскажи все с самого начала и подробнее, – видимо осознав, что пугает меня до чертиков, Захар немного смягчил свой полный рычащих ноток голос.
– Да нечего рассказывать, утром пришел курьер, передал посылку, а там… вот это, – я ткнула пальцем в подвязку, – ну а мне чужого не надо, вот и выкинула.
– Записка была?
– Ну да. Ее я тоже выкинула, но уже дома, предварительно порвав на кусочки.
– Что в ней говорилось?
Пришлось хорошенько напрячь мозги, чтобы вспомнить.
– Бред всякий. Тип, что прислал ее вроде как некоторое время за мной наблюдает и хочет зубами снять подвязку с моей ноги. Понятия не имею, кто он, но ясно, что тот еще извращенец, – усмехнулась я.
Волк же моего веселья не разделил.
– Как давно тебе приходят такие посылки?
– Это первая. И очень надеюсь, что последняя, – решив, что наш разговор (если его можно назвать так) подошел к концу, я повернулась к двери и бросила через плечо, – по поводу звонка твоему брату, я не шутила. Так что, если не хочешь проблем, сейчас же выключи музыку.
Покачивая бедрами (да, специально, и мне не стыдно), я взялась за ручку двери, как вдруг почувствовала схватившие меня за талию горячие руки Захара. Пискнуть не успела, как меня закинули на плечо, одной рукой обхватили под коленками, а ладонью второй сжали попку и понесли в направлении его дома.
Первая мысль была самой странной, но почему-то не такой пугающей, как следовало бы – «неужели отшлепает, как и обещал?»
– Пусти меня сейчас же, ты, бандит! -через несколько секунд придя в себя, закричала я, молотя его кулачками по мощной спине, – я всех соседей на уши подниму! Тебя посадят Цанев и плевать, сколько в тебе этой чертовой королевской крови! Ты не имеешь права!
Думаете на этого гада повлияли мои слова? Как бы не так, он убрал ладонь с моей попки, а потом чувствительно так шлепнул по ней. Реакция моего тела была неоднозначной, пятая точка начала гореть, а между ног сладко заныло.
– А ну тихо! – раздался хриплый шепот оборотня, – ничего плохого я тебе не сделаю, кукла. Нам нужно поговорить.
– Тогда к чему эти замашки пещерного человека? – уже спокойнее поинтересовалась я.
– Потому, что по доброй воле, ты бы со мной не пошла, – пришлось промолчать, потому что, как не печально было это признавать, Цанев прав. Я бы брыкалась, кусалась, заперлась в доме, но не пошла бы.
Дойдя до двери своего дома, Захар повернул к заднему двору, где сейчас отдыхали его товарищи, остановился около колонок, из которых лились все эти ужасные звуки, и вырубил их. Я даже вздохнула с облегчением.
Тут же головы всех присутствующих повернулись в нашу сторону, и чтобы не позориться еще сильнее, я сделала непринужденный вид, будто все в порядке, и это не я сейчас свисаю с широкого плеча наглого волка.
– У нас форс-мажор, поэтому все кроме Сашки и Руса могут идти, – одна фраза и повернул обратно к входной двери.
Ну что за грубиян? Мне даже стыдно за него стало. У него полон дом гостей, а он так просто от них избавляется. Правда не от всех, двоих, зачем-то, попросил остаться. Так, это что же получается? Я сейчас буду одна, в чужом доме, с тремя огромными мужиками? Мамочка…
Как только Захар переступил порог своего дома, я начала оглядываться по сторонам, заинтересованная внутренней обстановкой, но ничего примечательного там не оказалось. Обычная холостяцкая берлога, в коей живут практически все мужики-одиночки. В зале у стены небольшой диван, рядом с ним кресло, напротив телек, и шкаф в углу, минимализм в чистом виде.
Другие комнаты мне не показали. Свалил на диванчик, отошел в сторону, но не сводил с меня пытливого взгляда волчьих глаз.
– Прикройся, – опять этот волнующий низкий бас. Высшие силы будто издевались надо мной.
Быстро поправив практически разошедшийся на груди халатик, я приняла сидячее положение, поджав под себя босые ноги.
– Бить будешь? – губы оборотня расползлись в сардонической усмешке, а вот ответа не последовало.
– Захар, в чем дело? – раздался голос вошедшего в дом Александра. За ним стоял еще один черноволосый громила, которого Цанев назвал Русом.
– Познакомьтесь, перед вами следующая жертва нашего клиента, – то, каким мрачным голосом он это сказал, проняло меня до мурашек.
Что еще за жертва? Что за клиент? Становилось не на шутку страшно.
Оба мужчины вытаращили на меня глаза.
– С чего ты взял? – спросил брюнет, переведя взгляд с меня на Захара.
– Амарилис моя соседка. Сегодня утром ей с курьером передали посылку, а в ней подвязка и открытка от нашего знакомого. Улики сейчас около перевернутого у ее входной двери мусорного бака. Рус, займись этим, пожалуйста. Отпечатки там вряд ли есть, но не проверить мы не можем.
Брюнет кивнул и, развернувшись, вышел из дома.
– Саш, посиди с ней пока, я переоденусь и вернусь, – Захар бросил на меня быстрый взгляд, – не бойся, кукла, мы просто поговорим. Считай это продолжением сегодняшнего допроса.
Отлично успокоил, ничего не скажешь.
Александр смущенно улыбнулся и занял стоящее рядом с диваном кресло, стараясь не сильно глазеть на мои голые ноги.
– Так значит вы соседи? – подал он голос, когда тишина стала порядком напрягать.
– Ага, сказочное «везение», – мужчина издал смешок, прекрасно понимая мои эмоции.
На этом наш только зародившийся диалог был прерван появившимся в дверях Цаневым, что сменил джинсы на домашние штаны, да еще и футболку на себя натянул, решив, видимо, пожалеть мои и без того расшатанные нервы. Но зря старался.
В этой одежде он выглядел до боли домашним и милым, даже несмотря на внушительные габариты и нисколько не смягчившиеся черты лица. Нет, я точно сошла с ума.
Похоже, пора последовать совету Ии, а именно – прекратить строить из себя невинную овечку и сходить с кем-нибудь на свидание, иначе в какой-то момент, могу не сдержаться, и наброситься на этого мужлана, умоляя приковать меня к его кровати. Брр… ну что за ужасные мысли, да еще в такой неподходящей обстановке.
Захар подошел к дивану и уселся между мной и Александром, вытянув свои длинные ноги.
– Пиво будешь? – обратился он ко мне. Только тут заметила, что в руках у него было две баночки, одну из которых он протянул своему коллеге.
– Нет, спасибо, – никогда не любила эту кисло-горькую жидкость и не понимала, как они тут на земле могли лакать ее литрами.
– Тогда приступим, расскажи мне про вашу работу, чем занимаетесь и ты, и Вероника? – Захар взял из рук Нагибина диктофон, положил его на локоть дивана и включил.
– Я работаю в магазине «За здравие», продаем снадобья, травы лечебные и все в таком духе. Меня взяли только неделю назад, а Вера занимала должность продавца около года.
– Кто еще с вами работает? Сколько человек? – уточнил Александр подавшись вперед.
– Сейчас, когда Верочки больше нет, остались только я, Владислав и Лукьян Иванович, наш босс.
– Кто такой Владислав? И какие у… Веры с ним были отношения? – в низком голосе оборотня слышалось какое-то напряжение.
– Слава Ракитин, еще один наш продавец. Он в магазине чуть больше месяца, студент-заочник, живет с мамой. Больше я о нем ничего не знаю. А по поводу Веры… да обычные рабочие отношения, ничего особенного, – я пожала плечами, ожидая следующего вопроса.
– А Лукьян Иванович? Как к нему относилась Вера?
– Ээээ… скажем так, Лукьян Иванович человек специфический, и мало у кого с ним складываются хорошие отношения. Он очень требовательный начальник, – хотелось сказать «самодур», но профессиональная этика не позволила. Думаю, мужчины меня все равно поняли.
– Цанев, скажи уже в чем дело? Что произошло, и чего ты так прицепился к этой дурацкой подвязке? – не выдержала я, полностью повернувшись в его строну и прикусив нижнюю губу.
– Слушай, кукла…
– Меня зовут Амарилис! Или, если замучил старческий склероз и так трудно запомнить, просто Ами, – пришлось даже зубки показать, чтобы он понял, как я зла.
Мне показалось, или он действительно зарычал? Судя по тому, как на него взглянул Александр, не показалась.
– Хорошо… Ами, – все же выдавил из себя волк, – три месяца назад в городе было найдено два трупа, с периодичностью в три дня. Обе девушки были из разных районов, разные круги знакомств, нигде не пересекались. Объединяло их только несколько вещей – возраст, у обеих не было ни мужей, ни парней, поза, в которой их находили, и… подвязки на ногах.
Я слушала его, открыв рот и забывая порой дышать.
– В то время, как бы мы не рыли землю, не смогли найти ни одной ведущей к убийце ниточки, да и сам он залег на дно. Решили, что действовал гастролер, который после всего этого сразу же покинул город. Три месяца он молчал и вот сегодня утром был обнаружен труп твоей коллеги… с подвязкой на ноге.
– Меня в то время не было в городе… я не знала, – прошептала я, еле сдерживаясь, чтобы не прижаться к сильному и, казавшемуся таким надежным сейчас, телу волка, – получается… я следующая?
Крепко сжав зубы, чтобы они не стучали друг о друга, я представила себя лежащей на том же самом столе, где утром видела Веру и чуть не вскрикнула от страха.
Мужчины уставились на меня во все глаза, и только через несколько секунд до меня дошло, что на голове выросли маленькие черные рожки. Прямой признак чересчур сильного волнения.
Люцифер, во что я вляпалась?
Глава 6
– Хватит трястись, – рыкнул оборотень, продолжая пялиться на мои рожки, – никто тебя и пальцем не тронет.
– Как это не тронет, если он уже оставил после себя несколько жертв, а вы его до сих пор не нашли? – я попыталась вскочить с дивана, но Захар перехватил меня на полпути, схватив за талию и усадив к себе на колени.
Под впечатлением от свалившихся на меня новостей, даже вырваться не попыталась, чувствуя себя рядом с ним намного защищённые, правда, пока даже себе самой в этом не признавалась.
В этот момент дверь открылась и вошел Рус. В обтянутых прозрачными резиновыми перчатками руках, он держал мою утреннюю посылку.
– Дело пахнет керосином. Что-то я не помню, чтобы он раньше подарки подобные присылал. Оставлял трупы с подвязками на ногах, вот и все.
При слове «трупы», не держи меня Цанев, я бы тут же упала на пол. Пришлось сделать пару глубоких вдохов, чтобы начать говорить.
– Спасибо вам огромное, ребята, я услышала достаточно. Сейчас пойду домой, соберу вещи и свалю ко всем чертям. Буквально.
– В Ад собралась? – протянул волк, как-то подозрительно поджимая губы. Он что, в такой ужасной для меня ситуации, пытается смех сдержать? Ну я ему устрою, пусть только его дружки покинут этот дом.
– Да собралась? Там отличная погода, и что самое главное, по улицам не разгуливают маньяки, желающие моей смерти, а от соседской музыки уши в трубочку не сворачиваются, – ну вот, заржал аки конь.
Стукнула его кулачком по плечу, и несмотря на то, что для этого верзилы ощущения были неотличимы от укуса комара, почувствовала себя капельку лучше.
– Хорошая идея, – все же решил поддержать мое решение оборотень.
– Захар, извини, конечно, – подал голос Александр, – но я с тобой не согласен. Амарилис наша единственная ниточка к этому типу. Исчезни она, и где будем искать? А так хоть какой-никакой шанс есть.
Волка, после этих слов, будто подменили. Развернулся к Нагибину c перекошенным от злости лицом, и сжав ладони в кулаки, грубо ответил:
– Мне, мать его, глубоко плевать, есть у нас шанс, или нет. Я на живца ловить никого не собираюсь, даже если приманкой выступит моя неугомонная соседка. Я, конечно, мечтаю от нее избавится, но не таким образом, – услышав последнее предложение, я сама чуть не зарычала от злости.
Надо же, «неугомонная соседка», кто бы говорил!
– Это не значит, что мы бросим ее на произвол судьбы и будем ждать с моря погоды, – встрял в разговор Рус, которому предложение Александра показалось не лишенным смысла, – назначим ей в охрану надежного оборотня, устроим слежку, нашпигуем камерами тут все…
Рациональное зерно в его словах однозначно имелось, и не завись от этого моя жизнь, я бы согласилась не раздумывая, но… А какие собственно «но»? Ну откажусь я, свалю к Дэмристелю в Ад, где буду в тишине и покое плевать в потолок, а эта мразь найдет себе новую жертву, которая, так же как и я, может спокойно отнестись к посылке и никому ее не показать, а потом лежать на том столе, как Верочка…
– Я согласна, – крепко зажмурившись выдала я, вцепившись ноготками в лежащую на моем бедре ладонь Цанева, пытаясь таким образом впитать хоть крупицу его силы. Оборотень руки не одернул.
В комнате повисла тяжелая тишина. Захар около минуты не сводил с меня пристального взгляда, затем шумно выдохнул.
– Ты уверенна?
– Да.
– Рус, позвони Антону, пусть приедет. Скажи, что с сегодняшнего дня у него новое задание. Поработает некоторое время телохранителем. Как тень пусть за ней ходит, даже в туалет, – тут я не выдержала и возмущенно пискнула, правда внимания никто не обратил, – накосячит, будет головой отвечать. На все телефоны в ее доме необходимо поставить прослушку, на работе тоже. Внешнее наблюдение за ее домом двадцать четыре на семь.
Оба мужчины только кивали на каждый его приказ, а брюнет уже набирал номер телефона того самого Антона. И лишь я сидела в этом мужском царстве, словно неприкаянная, только и успевая хлопать ресницами.
***
Встав на следующее утро, и по привычке, в чем мать родила, потопав на кухню, Захар вытащил из холодильника пакет с молоком и подошел с ним к окну, чтобы проверить всю территорию, а также соседний дом, около которого в машине сидел один из его людей, Антон Вяземский.
Этот оборотень проработал в охране около десяти лет, и лишь ему Цанев мог доверить безопасность куклы, что скорее всего сейчас видела десятый сон.
Точно он сказать не мог, так как в отличие от его окон, ее были занавешены плотными шторами. Может сослаться на плохую для быстрого реагирования видимость, и приказать снять их к чертям? Демонесса может и повелась бы, а парни решат (и небезосновательно), что он извращенец и просто решил на нее попялиться.
Отойдя от окна, Захар положил остатки молока обратно в холодильник и направился в спальню, где нацепил на себя лежащие на стуле джинсы. Затем надел ботинки и вышел из дома, собираясь переговорить с Антоном по поводу прошедшей ночи.
Первое, что бросилось в глаза, это толстый плед, которым были укутаны ноги сидящего в машине волка, а также огромная кружка в руках, по-видимому, с какао, на поверхности которого плавали… зефирки?
– Что, черт возьми, тут происходит? Ты на работе, или у бабули на даче, Вяземский? – бросая молнии взглядом прорычал Цанев, уперевшись одной рукой в крышу авто.
– Капитан, я не при чем. Это все Ами. Ночь была прохладной, вот она и вытащила мне плед. А полчаса назад вот… попить принесла.
– Попить, значит. Ты на серьезном задании, так что будь добр, вытаскивай свой зад из этого любовно сотканного кокона и принимайся за дело.
– Есть, капитан! – он завертелся на месте, избавляясь от пледа, но Захар уже потерял к нему всякий интерес.
Все его внимание, было направлено на идущего к дому Амарилис парня в желтой униформе и с коробкой в руках.
– Оружие при тебе? – Антон достал новенький Зиг Зауэр и передал его волку.
У Цанева ушло тридцать секунд на то, чтобы добраться с того места, где он стоял, до порога демонессы, накинуться на курьера, выбить из его рук посылку и приставить дуло пистолета к виску.
– Кто тебя послал? – процедил он сквозь зубы, еле сдерживаясь, чтобы не обернуться перед человеком.
То, что это именно человек, стало понятно с первого взгляда. Крепко зажмурившись, парень, дрожа от страха, лежал на полу, пытаясь не так громко стучать зубами.
– Я… курьер из компании «Логистик»… принес посылку… Я ничего не делал… прошу… не убивайте! – услышав этот писк, Цанев убрал от виска парня пистолет, встал на ноги и протянул ему руку, помогая подняться.
– Что в посылке?
– Я… не знаю… – все не унимался курьер, – нас не предупреждают.
Захар не дослушав его трепетный шепот, поднял коробку и, не прилагая видимых усилий, разорвал ее пополам. На землю полетел снег из нижнего белья: различные ажурные тонкие трусики, полностью прозрачные лифчики, что-то похожее на прозрачный купальник, чулки и много того, определения чему оборотень не нашел.
В этот момент открылась входная дверь и на порог выскочила разъярённая босая демонесса, одетая в один лифчик и юбку-карандаш.
– Что тут происходит? – закричала она, бросившись подбирать с пола все то, что Захар вытряхнул из коробки, – что за произвол ты тут творишь Цанев?
– Не трогай, – бросил ей оборотень, собираясь уже схватить девушку на руки и унести в дом, чтобы не шастала перед соседями в таком провокационном виде, – это могут быть улики.
– Какие к черту улики, ты совсем с ума сошел? Я заказа все это через интернет. Сама! Ждала уже неделю, а теперь, благодаря тебе, половина из этих вещей пришла в негодность!
Курьер, воспользовавшись тем, что напавший на него бугай отвлекся на вышедшую из дома девушку, начал задом отходить к дороге, где оставил свою машину.
– А ну стоять, – заметил его телодвижения Захар.
– Ты еще и человека напугай до потери пульса, бандит. Нет, я точно прямо сейчас позвоню твоему брату. Мало тебя в детстве наказывали, совсем дикий стал!
– Кукла, ты сейчас договоришься, – бросил ей волк, и пока они пререкались, парень-курьер успел-таки сигануть в свою машину и рвануть с места. Молясь про себя, чтобы этот перекаченный псих, не стал стрелять ему в след.
– Ты возместишь мне каждую потраченную на это белье копеечку, – уже спокойнее произнесла Ами. Собрав все вещи, она громко хлопнула входной дверью прямо перед носом волка. Тот низко зарычал, но врываться к ней не стал.
– Ну ты и встрял, капитан, – хлопнул его по плечу подошедший Вяземский. В его голосе чувствовались веселые нотки, слышать которые Цаневу совсем не хотелось.
– Почему эта глупышка ведет себя так, будто на нее не ведется охота? – недоумевая поинтересовался оборотень, ни к кому конкретно не обращаясь, – я же просто стараюсь ей помочь.
– Раскидывая на землю мое нижнее белье, Цанев, ты мне ничем не помогаешь, – крикнула ему, наполовину высунувшаяся в окно Амарилис, и снова исчезла.
Ррррр…
***
Маньяки маньяками, а работу никто не отменял!
Надев блузку и туфли на шпильке, я оставила волосы распущенными и вышла на улицу, где меня, сидя в машине, ждал Антон.
Мужчиной он оказался очень компанейским, и рассказал мне кучу анекдотов, пока мы сидели ночью на улице, попивая горячий кофе и обсуждая нашу дальнейшую совместную работу. Я рассказала ему о своем соседе-эксгибиционисте, (не называя имен конечно), а он тихонько смеялся, косясь при этом на Цаневское окно.
Захар все еще стоял около машины охранника, когда я, демонстративно не замечая этого амбала, прошла мимо, открыла дверь, и села на пассажирское сиденье, рядом с водителем.
Антон завел мотор, и мы тронулись с места. Но я бы не была собой, если бы удержалась и не показала Захару язык, который он, естественно, заметил и ответил мне убийственным взглядом, даже не понимая, насколько этот взгляд делал его… сексуальным и опасным.
Страшное сочетание, для моего сердечка.
Глава 7
Так как выехала я сегодня из дому, благодаря одной блохастой особи, раньше обычного, в магазинчике мы с Антоном появились одними из первых. Ну кроме Лукьяна Ивановича, конечно, который чуть ли не ночевал в подсобке, не доверяя охранным системам и опасаясь, как бы его не ограбили.
Хотя спрашивается, чего тут грабить? Деньги он в магазине не хранил, отдавая всю выручку инкассаторам, приезжающим каждый вечер. А травки его уж точно никому не сдались, так как еще поди разбери, от чего они и как применять.
Нацепив на себя фартук, я посадила Антона на стульчик у дверей, вручила сегодняшнюю газету, чтобы не скучал, а сама встала за стойку и начала перебирать сушеный пиявочник, что отлично помогал при простуде и на который у нас отбою от покупателей не было.
Именно этот момент выбрал мой босс, чтобы ввалиться в зал. Обведя помещение внимательным взглядом, он остановился на читающем газету Вяземском, который своей внушительной комплекцией перекрывал вход.
Связываться с ним, Лукьян Иванович, видимо не решился, а потому направился сразу в мою сторону, перегнулся через прилавок, и подозвав меня к себе пальчиком, яростно зашептал, даже не подозревая, что его шепот доносился и до входа, где сидел мой охранник.
– Амарилис, какого лешего здесь происходит? Почему этот человек сидит тут и ничего не покупает? Я за что тебе плачу?
Только сейчас до меня дошло, что мы с парнями не проговорили условия нахождения рядом со мной Антона. Как мне его представить? Не рассказывать же всем направо и налево, что на меня ведет охоту безумный маньяк и полиции пришлось выделить мне телохранителя.
– А это мой парень, Лукьян Иванович, – вырвалось как-то само собой, но босса, похоже, не устроило мое объяснение.
– А чего этот твой парень тут забыл? – процедил он сквозь зубы.
– Понимаете, в чем дело, ревнивый он у меня очень, следит за каждым шагом, чуть ли не в туалет за мной ходит. Вот и на работу приперся, а выгнать не могу, – я развела руками, – любовь, будь она неладна.
Лукьян Иванович снова стрельнул взглядом на Вяземского, но с разборками не полез.
– Повезло тебе, что заменить некем. Веры нет больше, а Славка один не справится. А то бы выгнал взашей с парнем этим твоим.
– Кстати, насчет Веры. Лукьян Иванович, она тут год проработала, сынок у нее маленький остался, может соберем деньжат и передадим для Марика? И на похороны надо… Ребетеночек то без родителей теперь, только бабушка и осталась, откуда у них деньги? – предложила я, стоило боссу упомянуть о Верочке.
– Вы со Славкой можете из своих зарплат хоть сколько жертвовать, а у меня денег нет. Все в оборот уходит, ни копейки себе не оставляю, – имел наглости заявить этот хряк, у которого в подсобке в обеденное время стол ломиться, а любовница вся в брюликах шастает.
Развернувшись на каблуках, он направился на выход из помещения, сверля грозным взглядом Вяземского, который все еще делал вид, что увлечен чтением.
У меня от злости даже глаз задергался, но высказываться я не стала. Горбатого, только могила исправит, а я последую его совету и передам через кого-нибудь из знакомых полицейских, благо их теперь у меня не мало, всю свою зарплату бабушке Марика, еще и у Вячеслава поинтересуюсь, не присоединится ли. Он парень неплохой, и с Верочкой ладил, не должен отказать.
Славка оказался легок на помине. Стоило мне о нем подумать, как открылась входная дверь, и он, с небольшой коробкой руках, начал протискиваться между стеной и сидящим на стуле Антоном.
– Ами, – подошел ко мне Ракитин, склонился ниже, и зашептал, указывая подбородком на Вяземского – а кто это?
– Антон, мой ревнивый парень, – скормила я ему ту же историю, что и боссу.
– Ааа… тут это, – он положил коробку на прилавок и, внимательно взглянув на нее, я увидела, что на крышке, от руки, было указано мое имя, – тебе принесли.
Удивившись, я придвинула коробку поближе к себе, взяла из ящика канцелярский нож и начала ее вскрывать. Мои движения привлекли внимание охранника, который, отложив в сторону газету, встал со стула и подошел ближе.
Аккуратно открыв крышку, я бросила взгляд внутрь и быстро отступила назад. На самом дне лежала еще одна подвязка, такого же нежно-розового цвета, как и предыдущая, правда на этот раз я знала, что прислал ее не докучливый ухажер, а настоящий убийца.
Антон придвинул коробку к себе, также взглянул внутрь и тут я словно в боевик попала. Резко развернувшись, он схватил Славку за руку, скрутил ее и, припечатав головой к прилавку, приставил к виску дуло пистолета.
Ракитин даже пискнуть не успел, так быстро это все произошло. Теперь можно было не сомневаться, Вяземский еще один оборотень, человек на такую скорость просто неспособен.
– Где ты это взял? – грубо прошипел Антон, продолжая удерживать Славку. Взволнованная донельзя, я прижала ладони к губам.
– У… двери… лежала, – выдавил из себя Ракитин, морщась от боли в руке, которую продолжали заламывать.
– Антон, сейчас же отпусти его, – наконец обрела я голос и вступилась за коллегу, – ты же слышал, он нашел ее на улице, на пороге магазина.
На шум прибежал запыхавшийся, и с трудом переводящий дыхание Лукьян Иванович.
– Что тут происходит? Я запрещаю устраивать драки в моем магазине, сейчас же пойду звонить в полицию!
Даже не дослушав его тираду, Антон отпустил Славика и, вытащив удостоверение сотрудника полиции, тыкнул им в морду моего босса, который тут же заткнулся.
– Амарилис, ты не говорила, что твой парень полицейский, – бросил в мою сторону негодующий взгляд Лукьян Иванович.
– А он в отпуске сейчас, – тут же нашлась я, – увидел подаренную мне подвязку и приревновал.
– Хорошо, что он еще письма не заметил, – хмыкнул бос и скрылся в подсобке, а мы все дружно уставили на коробку, к одной из стенок которой была приклеена открытка, на которую никто изначально не обратил внимания.
Я потянулась к ней, но Антон перехватил мою руку.
– Отпечатки, – шепотом напомнил он.
– У меня перчатки есть, – я полезла в шкафчик за парой резиновых перчаток, которые держала для защиты рук от ядовитых растений.
Надев их, я осторожно оторвала открытку от коробки, открыла ее и начала читать:
«Милая моя девочка, думала я не догадаюсь о том, что твой маленький домик окружен сейчас с четырех сторон нашей бравой полицией и напоминает теперь неприступную крепость? Я все знаю, и даже о твоем новом друге, что ходит за тобой по пятам. Вы не учли только одного, я хитрее всех вас вместе взятых и обязательно доберусь до тебя.
Прими с любовью мой подарок, он будет так красиво смотреться на твоей ножке.