355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Дей Ван » Борьба за трон » Текст книги (страница 2)
Борьба за трон
  • Текст добавлен: 10 сентября 2016, 00:20

Текст книги "Борьба за трон"


Автор книги: Дей Ван



сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 4 страниц)

– Брось дурить! – воскликнул один из преступников, – потешил и ладно! Ты заходишь слишком далеко!

– Мне теперь не до шуток! – оборвал его сыщик. – Я вам сказал, что я Ник Картер и теперь вы, быть может, мне уже поверили, что это так и есть!

– Вы пожалуй, правы, мистер Картер! – отозвался один из преступников, долговязый, худощавый детина, носивший кличку "Колибри", – другой не сумел бы выкинуть такую штуку!

– Благодарю за комплимент, – ответил Ник Картер. – Дело вот в чем: Четырехглазый Петр и два его товарища сегодня вечером проезжали недалеко от моего дома. Вдруг их пассажиры выскочили из карет и набросились на молодую даму, с которой шли мой помощник Дик и еще один господин. Последний в схватке был ранен кинжалом.

– Это нас не касается! – запротестовал Четырехглазый Петр.

Мадден сделал ему знак рукою и он умолк.

– Раненый остался на мостовой, – продолжал Ник Картер, – но к счастью, жизнь его теперь уже вне опасности. Моего помощника Дика и молодую женщину куда-то увезли. У меня очень мало времени и потому я хочу как можно поскорее покончить с этим делом. Я готов не выдавать вас, если Четырехглазый Петр и его товарищи откровенно будут отвечать на все мои вопросы, не уклоняясь от истины. В противном случае, вы все отправитесь в тюрьму. О каждом из вас мне известно столько, что я могу обеспечить вам казенную квартиру на несколько лет!

– Они будут отвечать, мистер Картер! – воскликнул Мадден, – об этом позабочусь я сам!

Хозяин трактира подошел к трем связанным преступникам.

– Послушай, Петр, ведь верно, что ты принимал участие в том деле, о котором говорит мистер Картер?

– Пусть так! – злобно огрызнулся Петр.

– Послушай, что я тебе скажу. Во всем мире нет никого, кому бы мы могли так слепо верить, как Нику Картеру. Он делает нам предложение, в искренности которого я не сомневаюсь. Он отпустит вас на все четыре стороны и никого не тронет, если вы скажете ему то, что ему нужно. Ведь так, мистер Картер?

– Совершенно верно, – подтвердил сыщик.

– Так вот, Петр, – продолжал Мадден, – ты меня знаешь: раз я что-нибудь говорю, то на это можно положиться.

– Верно, верно! – крикнули несколько человек.

– Я придумал вот что: вы, мистер Картер, отдадите револьверы и ножи и этим докажете искренность ваших намерений, а я поручусь вам за то, что вы от Петра узнаете все, что вам требуется, когда вы снимете с него и с его друзей наручники! Согласны, господа?

Присутствующие выразили согласие.

– Теперь, мистер Картер, за вами слово, – обратился Мадден к сыщику.

Сыщик поднял свой сюртук и бросил его преступникам со словами:

– Здесь найдете ваше оружие. Я не знаю, кому что принадлежит.

Преступники немедленно схватили сюртук и в несколько секунд разобрали ножи и револьверы. Тем временем Ник Картер снял наручники с Петра и его товарищей.

– Ну, а теперь, Петр, сдержи свое слово! – воскликнул Мадден.

– Постойте! – произнес Ник Картер, протягивая хозяину банковый билет в пятьдесят долларов, – вот тебе деньги на угощение. Я с Петром и его товарищами сяду туда в угол, там мы с ними и споемся.

– Как угодно, мистер Картер, – отозвался Мадден, – будьте, как дома.

Четырехглазый Петр и два его товарища нехотя последовали за Ником Картером к тому столу, где они сидели уже раньше.

Сыщик начал их убеждать, так что они в конце концов растаяли и Петр заговорил:

– Я знаю только следующее, мистер Картер: вам, вероятно, известно, что я иногда выезжаю ночью, так как это приносит сравнительно большие выгоды. Так вот, проезжая вчера вечером по 58-й улице, я был остановлен каким-то господином, который обратился ко мне с вопросом, хочу ли я заработать сто долларов.

– Бросьте все эти ненужные подробности, – прервал его Ник Картер, – рассказывайте только самую сущность! Прежде всего я хочу знать, угрожает ли той молодой даме какая-нибудь опасность?

– Ровно никакой! Она в полной безопасности! Был отдан ясный приказ: ни под каким видом не причинять ей вреда!

– А как обстоит дело с моим помощником Диком?

– Вот за его жизнь я теперь не дам уже ломаного гроша, – ответил Петр, пожимая плечами.

– Почему?

– Когда он будет находиться в открытом море...

– Что такое?

– Ну да, в открытом море. Когда к нам в кареты усадили даму и вашего помощника, нам приказали ехать на пристань. Там вся компания перешла на корабль. Беседовали они на испанском языке, который я довольно хорошо понимаю, так как сидел в свое время в испанской тюрьме.

– Ближе к делу, – торопил Ник Картер. – Что вы слышали?

– Вот об этом я и начал говорить, – флегматично продолжал Петр, – говорили они, что на наружном рейде стоит какой-то пароход, собственная яхта какого-то короля, все время находящаяся под парами и готовая к отплытию. Молодая дама, как будто какая-то принцесса, которая бежала из дома.

– Вот как? Ну, а дальше что?

– Да вот почти и все. Убитый, говорят, какой-то полковник или что-то в этом роде. Они воображали, что убили его. Мне все это дело сильно не нравилось: я не люблю такие истории. Потом они говорили, что пойманный вместе с дамой мужчина, стало быть, ваш помощник, будет брошен в воду с куском железа на шее, как только они выйдут в открытое море.

– Это все, что вы можете мне рассказать? – спросил Ник Картер.

– Все. Больше ничего не знаю.

– Пленники были целы и невредимы, когда их доставили на яхту?

– Кажется, да. Зато двое из нападавших сильно пострадали от кулаков вашего помощника. Чертовски тяжелая рука у него. Если бы ему не накинули петлю сзади, то он, чего доброго, разделался бы со всей компанией.

– Не расслышали ли вы каких-нибудь имен людей, которые привели в исполнение это покушение?

– Нет. Впрочем, позвольте, я припоминаю что-то: когда они заговорили о том, что ваш помощник будет брошен за борт, то один из них сказал, что так как, мол, дело окончилось весьма удачно, то было бы лучше выдать принцессу и пленника генералу.

– Стало быть, есть основание надеяться, что моему помощнику повезло.

– Надеяться-то можно, – ответил Петр, пожимая плечами, – но, по-моему, надежда эта очень и очень слабая.

Ник Картер узнал все, что ему нужно было.

Он встал и ушел.

* * *

На пристани днем и ночью дежурят таможенные чиновники.

Ник Картер прямо из трактира отправился на пристань и там заговорил с одним из них, назвав свое имя. Тот охотно ответил на все его вопросы, причем выяснилось, что Петр сказал правду.

Яхта прибыла рано утром того же дня; на берег сошел один из офицеров, чтобы закончить все формальности; вместе с тем он заявил кому следует, что яхта останется на рейде только одни сутки.

Сыщику пока не удалось узнать ничего больше и ему оставалось только вернуться домой.

Он приехал около трех часов утра.

Старый генерал не ложился в кровать, а, оставаясь у постели своего сына, уснул в кресле.

Когда Ник Картер вошел в комнату, генерал сразу проснулся. Сыщик приветствовал его и шепотом, чтобы не беспокоить больного, рассказал все, что ему удалось узнать.

– Нам остается только одно, – закончил он, – не отступать от нашего первоначального плана и выехать завтра утром в Коразон.

– Совершенно верно, – согласился генерал.

– Есть основание полагать, – продолжал сыщик, – что мы прибудем туда раньше яхты короля, которая делает не больше двенадцати узлов в час. Мы приедем в Паланку, а оттуда отправимся дальше по железной дороге, тогда мы будем в Коразоне днем раньше. Ваш сын пока должен остаться здесь.

– К сожалению. Но я знаю, что он в хороших руках, – согласился старый генерал.

* * *

С первым уходящим в Паланку пароходом Ник Картер, его помощник Патси и старый генерал выехали туда.

Следуя совету сыщика, генерал переоделся и загримировался так, что никто на родине не мог бы узнать его.

В пути ничего особенного не произошло.

На границе путники, против ожидания, не встретили никаких особых затруднений. У них даже не потребовали паспортов. Благодаря этому они прибыли в главный город Уарапу раньше, чем ожидали.

Поезд прибыл туда рано вечером.

На улицах царило необычайное оживление. На всех углах и перекрестках герольды возвещали о том, что в гавань прибыла королевская яхта и что ее королевское высочество принцесса Нердиния вернулась на родину.

Ник Картер с генералом взяли карету и поехали медленно, чтобы разобрать слова, выкрикиваемые глашатаем.

Столь странный способ оповещения немало поразил их и генерал сказал, покачивая головой.

– Не знаю, чем и объяснить это.

– Больше всего меня поражает, – заметил Ник Картер, – что народ как будто ликует. Ведь принцесса бежала и ее вернули силой, а, тем не менее, встречают с такой радостью. Вот этого я совершенно не понимаю.

– Да, придется вооружиться терпением, а завтра...

– Завтра? Нет, я должен выяснить это сегодня же, – решительно заявил сыщик, – не забывайте, что мой помощник находится в опасности. Я должен знать что с ним и где он?

Карета остановилась перед подъездом гостиницы.

– Погодите одну минуточку, – шепнул генерал Нику Картеру, – вон идет пехотный капитан, которому я безусловно доверяю. Он скажет мне, в чем дело, если я назову себя.

Но генерал едва проговорил это, как вдруг толпа расступилась.

Отряд пехоты, с офицером во главе, занял улицу.

– Приветствую вас в Коразоне, генерал Калабрия! – произнес офицер, – хотя вы почему-то сочли нужным переодеться и загримироваться! Приветствую также ваших спутников, американского сыщика и его помощника! Будьте любезны, господа, занять места в карете! Вам уже отведены помещения!

– Хотите ли вы сказать этим, что мы арестованы? – спросил генерал, отступая на шаг.

– Совершенно верно! Вы арестованы в качестве изменников. Ваш арест будет длится недолго, так как завтра утром на рассвете вы все будете расстреляны!

* * *

С первого момента своего прибытия Нику Картеру было не по себе. Его пресловутое шестое чувство предвещало что-то недоброе.

Опасения его подтверждались странным настроением народа и еще более странными вестями о возвращении принцессы.

Он не понимал, каким образом заговорщики узнали о том, что генерал Калабрия обратился к нему в Нью-Йорк за содействием.

Очевидно, известие о том, что Ник Картер со своим помощником и генералом выехали в Уарапу, могло быть передано в Коразон по подводному кабелю. А раз это было так, то заговорщикам оставалось только спокойно ждать их прибытия и своевременно встретить их.

Обвинение его в заговоре против короля грозило самыми тяжкими последствиями. То обстоятельство, что он гражданин другого государства, не могло его спасти, так как он был схвачен в самом Коразоне. В лучшем случае, можно было ожидать обмена дипломатическими нотами, но после расстрела это не могло ему помочь.

Ник Картер теперь понял, в чем было дело.

Заговорщики, конечно, сразу узнали, что принцесса Нердиния бежала в Нью-Йорк. Само собою разумеется, за нею вслед были посланы шпионы, которые ее не беспокоили, пока все приготовления к похищению ее не были закончены.

Похищение это не могло предотвратить даже прибытие в Нью-Йорк генерала Калабрия; напротив, оно только ускорило развязку.

Затем заговорщики отправили в Нью-Йорк королевскую яхту, силой завладели принцессой и установили надзор за теми лицами, которые встали на ее защиту.

О каждом шаге генерала, Нердинии и сыщиков было известно в Уарапе, равно как и о их намерении выехать в Коразон. Это могло быть только на руку заговорщикам.

* * *

Один офицер сел в карету вместе с арестованными, а другой ехал рядом с каретой верхом на коне.

Когда карета тронулась в путь, Ник Картер шепнул своему помощнику:

– Они знают, кто мы такие и для чего прибыли сюда; они посадят нас в тюрьму с тем, чтобы завтра расстрелять. Когда железные двери закроются за нами, то не будет больше надежды на спасение.

– Так кажется и мне, – сухо ответил Патси. – Мы опять попали в хорошую переделку. Но что же делать?

– Ты видишь офицера, который едет рядом с каретой?

– Вижу.

– Конь у него неплохой. У тебя есть нож?

– Есть.

– Открой его, возьми в руку и будь наготове. Когда я дам тебе сигнал, ты перереж ему подпругу и сбрось офицера с седла, а сам садись на коня и удирай.

Патси помолчал немного, а потом ответил:

– Дело не легкое, но это единственный выход.

– Обо мне не беспокойся, – продолжал Ник Картер, – думай только о том, как бы спастись самому.

Карета проезжала по запруженной толпой улице и с трудом подвигалась вперед.

Патси не пришлось исполнить приказания Ника Картера.

Когда капитан как-то случайно посмотрел в сторону, Ник Картер внезапно мощной рукой схватил его и вышвырнул на мостовую в дверцу открытой кареты. Затем он схватил сидевшего тут же пехотинца и швырнул его на старого генерала, которому крикнул, чтоб он задержал его во что бы то ни стало.

В следующую секунду он быстрым движением сбросил кучера с козел и вырвал у него из рук вожжи и кнут.

Он несколько раз ударил лошадей, так что они понеслись, как бешенные.

Несколько человек из толпы бросились к лошадям но Ник Картер не смутился.

Он выпустил вожжи и кнут, и вдруг оказался вооруженным двумя револьверами.

Он моментально выпустил из каждого револьвера по шесть пуль, так что казалось, будто он дал только один выстрел.

Двое мужчин, бросившихся к лошадям, свалились замертво, третий громко крикнул, размахивая простреленными руками, а четвертый, убитый наповал, упал под копыта лошадей, которые бешено понеслись вперед, перепуганные выстрелами.

Все это произошло в течение лишь нескольких секунд, так что толпа даже не успела сообразить, в чем собственно дело.

Но карета не успела отъехать и двадцати шагов, как пехотинцы, конвоировавшие се, пустили в ход ружья.

В воздухе начали свистеть пули, но к счастью, ни одна из них не попала в Ника Картера.

Зато пули угодили в лошадей, которые взвились на дыбы и снова понеслись. Они завернули в какой-то тупик и с такой страшной силой ударились об стену, что Ник Картер, описав большую дугу, полетел через нее и упал на другой стороне на землю.

Он очутился на мягкой траве, у ног какой-то изящно одетой дамы.

Хотя он и был ошеломлен силою падения, но все-таки сразу спохватился.

В первый момент сидевшая на скамье дама совершенно растерялась от испуга и, по-видимому, хотела крикнуть или броситься в бегство.

Но Ник Картер успел ее удержать за руку и спокойно проговорил:

– Не кричите! Вопрос идет о моей жизни и смерти! Вы слышите вой возбужденной толпы на улице? Толпа эта преследует меня! Я не знаю, с кем имею честь говорить, но... кто бы вы ни были, вы должны мне помочь бежать! Я полагаю, что нахожусь в дворцовом саду, может быть, вы фрейлина королевы, а может быть, даже сама королева! Для меня это в данную минуту неважно! Не смейте звать на помощь, это вам обойдется слишком дорого! Проводите меня куда-нибудь, где я буду в безопасности.

Дама встала и по дорожкам парка направилась к какому-то длинному зданию. Там она остановилась перед верандой, из которой была дверь внутрь здания и дала Нику Картеру знак следовать за ней.

В следующую минуту сыщик очутился в большой комнате.

Дама в изнеможении опустилась на кресло.

– Не говорите ничего, госпожа, – шепнул Ник Картер, – не бойтесь, если вы не выдадите меня, вам не будет угрожать опасность.

Так как в парке повсюду горели электрические лампочки, то Нику Картеру сразу было трудно разобраться в темной комнате.

Прежде всего он запер окна и дверь, затем снова подошел к незнакомке и спросил:

– Понимаете ли вы все то, что я говорю?

– Отлично понимаю, – ответила она с таким спокойствием, что Ник Картер невольно изумился, – но ведь вы приказали мне ничего не говорить и я в данную минуту вынуждена вам повиноваться!

– Позвольте узнать, с кем имею честь говорить?

– Довольно пока и того, что я ваша пленница!

– Пусть будет так, – равнодушно ответил Ник Картер, – ведь мы с вами находимся в одном из флигелей замка? Вероятно, в апартаментах королевы?

– Совершенно верно.

– Вы, вероятно, фрейлина ее величества?

– Предположите хотя бы это.

– Эта комната отведена вам лично?

– Да, и вместе с тем это единственная комната, где я бываю одна.

– Прекрасно. Стало быть, пока я в безопасности, так как сюда, вероятно, никто не заглянет?

– Вы правы, – подтвердила незнакомка, – но позвольте вас спросить, долго ли вы намерены держать меня в плену?

– Могу вам только сказать, что я должен остаться здесь до тех пор, пока мне представится возможность уйти, не рискуя моей жизнью.

– Не беспокойтесь, я вас не выдам! Даю вам слово, что не буду звать на помощь. Но вместе с тем обращаю ваше внимание на то, что вы находитесь в частном кабинете ее величества! А я – королева Коразона!

* * *

Ник Картер вовсе не был так сильно поражен, как можно было ожидать. Он и без того подозревал, что говорит с королевой, судя по ее гордой осанке.

Он помолчал немного, а потом проговорил:

– Следует поражаться случайности, благодаря которой я был брошен вам прямо под ноги.

– Вы были брошены через стену? А мне казалось, что вы перескочили через нее, – изумилась королева.

– Нет, я попал в сад не по своей воле, – ответил Ник Картер, – но прежде чем мы будем продолжать беседу, ваше величество, я хотел бы поточнее узнать, где я нахожусь?

Королева усмехнулась.

– Ведь я вам говорила, что это единственная комната, где меня никто не беспокоит, – ответила она, – никто не имеет права входить сюда без моего зова, даже сам король!

– Это очень приятно для меня. Стало быть, в данную минуту я превзошел даже самого короля, – спокойно заметил Ник Картер, – но вы, кажется, и не подозреваете, кто я такой?

– Откуда я могла бы знать вас? Ведь вы экспромптом явились передо мной!

– Поразительнее всего то, – заметил Ник Картер, – что я остался жив! В меня было пущено достаточно много пуль!

– Значит, выстрелы были направлены в вас?

– Да.

– Значит, вы...

– Продолжайте. И так, кто я такой?

– Я знаю только то, что вы чужестранец, судя по произношению – американец.

– Совершенно верно.

– Сегодня днем во дворце ходили слухи о каком-то сыщике из Нью-Йорка, который якобы сопровождает генерала Калабрия и у которого генерал и принцесса Нердиния скрывались. Этот сыщик якобы задумал вмешаться в дела здешнего двора, даже захватить самого короля! Да, теперь я даже припоминаю его имя, – его зовут Ником Картером.

– Позвольте же мне, ваше величество, представиться: я этот самый Ник Картер и есть, – заявил сыщик. – Разрешите спросить: известно ли вам о том, что я был арестован сейчас же по прибытии сюда?

– Известно, – спокойно ответила королева, – даже уже был отдан приказ расстрелять вас завтра на рассвете.

– Очень любезный прием, – заметил Ник Картер, пожимая плечами.

– Однако, вы от него ушли до поры до времени, – улыбнулась она.

– Слава Богу!

– Значит, все то, что о вас говорили, соответствует истине?

– Конечно.

– Почему являетесь вы сюда и вмешиваетесь в дела, которые вас не касаются?

– Я явился сюда по приглашению принцессы Нердинии.

– И генерала Калабрия, не так ли?

– У него с принцессой в настоящее время общие интересы.

Королева помолчала немного, а потом переменила разговор, заговорив к изумлению Ника Картера, на английском языке:

– А знаете ли вы, мистер Картер, какая участь вас ожидает, если узнают о том, что вы находитесь в этой комнате?

– Приблизительно могу себе представить.

– Несмотря на то, что вы вошли в частный кабинет королевы, сами того не сознавая, вам ничто не поможет, и вы...

Она внезапно оборвала фразу и прислушалась, а затем сделала сыщику знак молчать.

Глаза Ника Картера тем временем успели привыкнуть в темноте и он хорошо видел свою собеседницу.

На веранде вдруг послышался шум шагов. По-видимому, к двери приближались несколько мужчин.

Королева быстро встала с дивана и, подойдя к Нику Картеру, взяла его за руку и отвела в альков, где стояла огромная кровать под высоким, бархатным балдахином.

– Спрячьтесь здесь, – шепнула она, – торопитесь. Здесь никто не станет вас искать.

Ник Картер повиновался и поспешил зарыться в подушки и одеяла.

Шаги приблизились к самой веранде, и раздался стук в стеклянную дверь.

Но королева не растерялась. Она схватила тяжелую медвежью шкуру, лежавшую перед диваном, и накинула ее на сыщика.

Стук повторился.

– Кто смеет меня тревожить? – сердито отозвалась королева, – что случилось?

– Ваше величество, капитан дворцовой стражи по приказу свыше просит дать ему возможность убедиться в вашем благополучном состоянии и в том, что сюда никто посторонний не проникал.

– Сейчас, – ответила она, – погодите. – Королева зажгла электрический свет, который залил всю комнату, а потом открыла дверь, удостоверившись предварительно, что сыщика совершенно не видно.

На пороге показался поручик дворцовой стражи с пятью нижними чинами. Он отрапортовал:

– Поручик Селла, исполняющий должность капитана дворцовой стражи, просит ваше величество простить за беспокойство! От моих солдат бежал тяжкий преступник и бесследно скрылся. Он, по-видимому, скрылся в дворцовом парке, быть может, проник даже в самый дворец, и я боялся...

– Вы, офицер гвардии, боялись? – насмешливо заметила королева.

– Простите, ваше величество, я опасался, что беглец проник сюда к вашему величеству и, быть может, даже угрожает вашей особе. Разрешите спросить, не видели ли вы этого человека или не слыхали ли о нем?

– Неужели я, если бы это было так, осталась бы спокойно здесь в темной комнате? – спросила она. – Впрочем, поручик, вы, очевидно, не знаете приказа, согласно которому вы обязаны доложить о своем приходе через фрейлину, а не врываться ко мне без спроса!

Она хорошо заметила, что поручик зоркими глазами оглядывал всю комнату и вдруг устремил взгляд на постель. Она, как бы нечаянно, загородила ему дорогу, но он отошел в сторону и спокойно стал смотреть дальше.

"Неужели же он догадывается?" – подумала она и громко прибавила: – Вы свободны, поручик!

– Ваше величество разрешите расставить стражу в парке? – спросил поручик, отвешивая низкий поклон.

Она нетерпеливо пожала плечами и ответила:

– Делайте, что хотите, но теперь оставьте меня в покое!

Поручик снова поклонился и ушел вместе со своими спутниками.

Как только королева услышала шаги поручика в парке, она быстро затянула занавесы на дверях и на окнах, так что снаружи нельзя было заглянуть в комнату.

Затем обернулась, взглянула на кровать и тотчас же улыбнулась. Целое море мыслей отразилось в этой улыбке тут были видны презрение и веселость, ужас и насмешка...

Теперь она поняла, почему поручик так пристально смотрел на кровать.

Медвежья шкура немного отодвинулась в бок, и из под нее видна была одна нога Ника Картера, что, конечно, не ускользнуло от внимания поручика.

Королева остановилась в нерешительности. Она не могла предугадать, что предпримет поручик: станет ли он действовать на собственный страх и риск, или предпочтет предварительно доложить начальству. Насколько она знала поручика Селла, она полагала, что он не возьмет ответственность на себя.

Прежде всего она теперь погасила свет, затем сняла шкуру с кровати и шепнула Нику Картеру:

– Встаньте! Я очутилась в страшной опасности, больше, чем вы сами! Поручик нашел вас, он знает, что вы спрятаны здесь! Он вернется через несколько минут и, быть может, даже подслушивает у дверей! Что делать? Я была полна надежды, а теперь смертельно боюсь! Мне со всех сторон угрожает страшная опасность! Ради Бога, что теперь делать?

– Вы говорите о поручике дворцовой стражи? – спокойно спросил Ник Картер.

– Вы знаете его? Да, именно его я боюсь! Он – дьявол в образе человека! Он... вы слышите?

В ужасе она отступила на несколько шагов, так как на веранде снова раздались шаги.

* * *

Ник Картер сообразил, что тут можно помочь только решительными мерами.

Королева, ранее столь отважная и самонадеянная, казалось, совершенно растерялась.

Он взял ее за руку и шепнул:

– Делайте то, что я вам скажу и все обойдется благополучно! Откройте окно и спросите поручика, зачем он вернулся. Пригласите его сюда в комнату, конечно, если он один, даже если он явился с другими, то и тогда пригласите их: пусть войдут! А сами в таком случае прячьтесь за кровать и оставайтесь там, пока все не закончится. Теперь надо действовать! Вот... опять стучат!

По-видимому, его слова ободрили королеву.

Она подошла к окну рядом с дверями и, отдернув занавес, выглянула наружу.

За дверью стоял поручик Селла. Он сейчас же попытался заглянуть в комнату.

– Зачем вы вернулись? – резко спросила королева, – что вам здесь еще нужно?

Поручик взял под козырек и сухо ответил:

– Покорнейше прошу ваше величество зажечь свет! Я пришел за своим пленником, так как знаю, что он находится в этой комнате!

– Ваш пленник? – переспросила королева, как бы в крайнем изумлении.

– Так точно, ваше величество!

– Вы с ума сошли, поручик! – воскликнула королева, – я открою дверь и предоставлю вам обыскать комнату, но помните, что за последствия вы несете ответственность сами!

Она засветила электричество и распахнула дверь на веранду.

Поручик остановился у порога.

– Я прошу вас выслушать меня, ваше величество, – заговорил он, – и вы поймете, что я не могу поступать иначе! Я должен во что бы то ни стало задержать того человека, который находится здесь в комнате, и, полагаю, для вашего величества будет удобнее не препятствовать мне в этом!

– Войдите в комнату, – ответила королева.

Поручик переступил порог и в следующий же момент очутился перед лицом Ника Картера.

– Ага, вот и вы! – воскликнул он с насмешливой улыбкой, – ну вот, и попались! Не забывайте, почтеннейший, что вблизи дворца стоит отряд из двадцати гвардейцев, которые явятся сюда по первому моему зову!

Ник Картер смерил поручика взглядом и презрительно улыбнулся.

– Смейтесь, сколько хотите, – продолжал тот, – я поражаюсь вашей веселости! Ведь вы хорошо знаете, что вам осталось жить всего несколько часов! Не забывайте о присутствии ее величества; если мне придется призвать людей и арестовать вас здесь в комнате, то поднимется ужаснейший скандал! Неужели вы добиваетесь того, чтобы завтра весь город узнал о вашем пребывании в частном кабинете королевы?

Он помолчал, но так как Ник Картер ничего не отвечал, то снова заговорил тем же насмешливым тоном:

– Не могу, впрочем, не высказать моего изумления по поводу вашего бегства! Вы совершили подвиг, перескочив через стену! Вы, конечно, случайно застали королеву в парке, но уж во всяком случае не случайно проникли в ее частный кабинет, чтобы скрыться!

Теперь Ник Картер ответил:

– Я буду просить вас дать мне объяснение по поводу этих слов, иначе я буду вынужден наказать вас достойным образом за вашу наглость!

Поручик насмешливо расхохотался.

– Я не обязан давать вам отчет в моих словах! – отозвался он, – а теперь я арестую вас!

Он протянул руку, чтобы схватить Ника Картера за грудь.

В тот же момент сыщик сильным движением обхватил шею поручика так, что он не мог произнести ни одного звука. Все его попытки вырваться из железных рук сыщика, окончились неудачей.

Ник Картер заставил его сесть на стул и немного разжал пальцы, чтобы дать несчастному воину возможность дышать. Вместе с тем он шепнул ему на ухо:

– Вот так-то, любезнейший! Чья жизнь теперь в опасности, моя или ваша? Я дам вам подышать немного для того, чтобы вы могли отвечать на мои вопросы! Если вы крикнете или дадите вашим людям какой-нибудь знак, то я вас моментально придушу! Поняли?

Поручик глубоко вздохнул, но затем насмешливо проговорил:

– Вы не посмеете задушить меня!

Вместо ответа Ник Картер снова сжал руки и нажал средним пальцем на затылок поручика с такой силой, что тот застонал.

– Отвечайте, – шепнул он, – и не забывайте, чем я вам угрожаю. Я не трачу пустых слов. Правда ли, что ваши гвардейцы оцепили эту половину дворца?

– Правда! Вы сами очень скоро убедитесь в этом!

– Знают ли гвардейцы о том, что вы снова отправились к королеве?

– Конечно, знают!

– В таком случае им придется долго ждать вашего возвращения! – злобно отозвался Ник Картер.

И он опять сжал руки. Послышалось глухое хрипение, слабый стон; поручик еще раз попытался вырваться, потом скорчился, вздрогнул и без движения свалился на руки Нику Картеру.

– Теперь можно подумать, как быть дальше, – тихо произнес Ник Картер.

Королева, взглянув на безжизненное тело поручика, дрожащим голосом спросила:

– Неужели вы его убили?

– Нет, я только отнял у него возможность кричать и звать на помощь.

С этими словами он опустил тело поручика на пол и послушал пульс. Затем он снял с балдахина шнурки, которыми поддерживались тяжелые портьеры над кроватью, и связал ими своего пленника по рукам и ногам.

Ник Картер успел это сделать как раз во время, так как поручик уже начал приходит в себя. Он открыл рот и слабо застонал.

Как только он раскрыл губы, Ник Картер вложил ему в рот платок.

Королева в крайнем изумлении смотрела на сыщика. Теперь она подошла к нему и спросила с растерянным видом:

– Ради Бога, скажите, что же теперь будет дальше?

– У меня появилась мысль, – ответил Ник Картер, – снять с этого господина форму и надеть ее на себя, чтобы вывести вас из дворца.

При этих словах он быстро взглянул на королеву, чтобы видеть впечатление, произведенное его словами.

Она стояла прямо под люстрой, озарявшей ее светом бесчисленных лампочек. Высоко подняв голову, она смотрела на Ника Картера величественно и вместе с тем доверчиво. С головы до пят она была королева, хотя ей было всего каких-нибудь восемнадцать лет.

Улыбка внезапно исчезла с ее лица. Она нахмурила брови, и глаза ее засверкали. Презрительно махнув рукой, она воскликнула:

– Из дворца короля? Какого короля? В Коразоне нет короля! Он – кукла, игрушка в руках коварных предателей, составивших заговор против королевского дома! Он пленник, лишенный воли, он глупец, который...

– Вот в чем дело! – воскликнул Ник Картер, – это сильно меняет мои взгляды! Видите ли, ваше величество, когда меня перебросили через стену и я упал к вашим ногам, я был твердо уверен в том, что вы именно и состоите главой всего заговора!

– Я? Боже праведный! – застонала она. – Неужели вы не знаете, кто я теперь такая? Я – не больше, не меньше, как несчастная узница в этом дворце!

– Успокойтесь, – Ник Картер пытался утешить королеву, – не будем теперь говорить об этом. Лучше скажите, как бы уйти отсюда поскорее? Где лучше пройти: через сад или через дворец?

– Можно пройти и там и тут, если только нам не помешают! Я говорила вам, что я здесь только пленница! Об этом, конечно, не говорят официально, но на самом деле это так!

Она указала рукой по направлению к другому флигелю дворца.

– Мы могли бы пройти туда, – проговорила она, при этом стараясь овладеть своим волнением, – но там все выходы заперты и охраняются стражей, не говоря уже о том, что все мои фрейлины, вся моя прислуга – только шпионы, которые обязаны следить за каждым моим шагом!


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю