Текст книги "Неравная Любовь (СИ)"

Автор книги: Дена Оун

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 13 страниц)

24-глава

Ворочаюсь всю ночь. Закрываю глаза и через время открываю снова. Мне как будто не до сна. Словно в пространстве встаю с кровати и слоняюсь из стороны в сторону пытаясь преодолеть желание постучаться в дверь напротив. Что я скажу? Что сделаю?

В очередной приступ желания просто делаю это. На одном дыхании вылетаю из своего номера и стучусь в соседний. Проходит мучительная минута прежде чем дверь Дронова открылась. В глубине души, я надеялась, что этого не произойдёт. Что он будет крепко спать, а я чуть позже посмеюсь сама над собой, но сейчас…. Я ничего не могла поделать со своим диким желанием наброситься на него. Меня всю трясло от неожиданного порыва возбуждения.

Брови Дронова ползут к переносице, а глаза прищуриваются. Он стоит передо мной в одних боксерах. Рельефное подтянутое тело, так и манит прикоснуться.

– Три часа ночи, Андреева. Ты с ума сошла?

Но отвечать я не собиралась. Делаю неизбежный шаг. Обхватываю руками его шею, зарываюсь ноготками в волосы и целую. По всему телу моментально проходит разряд тока. Я чувствую пульсацию своего тела, чувствую, как оно горит. Прижимаюсь к Саше и начинаю все больше и больше ощущать его твердость в районе своего пупка.

Мужчина одним движением приподнимает меня за бёдра и я обхватываю его торс ногами. Языки переплетаются между собой затягиваясь в узел.

– Я так долго этого ждал. – Тяжело дыша шепчет на ухо мужчина. Его руки скользят глубже переходя с ягодиц на внутреннюю часть бедра. Непроизвольно всхлипываю. – Да-а, девочка, вот так. Сегодня ты будешь всхлипывать всю ночь и молить меня остановиться.

Мужчина кладёт меня на кровать, а сам нависает сверху. Целует шею, обжигает и доводит до мурашек горячим дыханием. Затем целует кожу между грудей поднимая вверх тонкую майку. Спускается к солнечному сплетению, к пупку. Меня трясёт от возбуждения, хочется надавить на его голову и опустить ещё ниже. Как только чувствую его дыхание на шортах между ног, получаю кувалдой по голове.

Вскакиваю в поту с кровати. Тяжело дышу, в горле пересохло так, что пустыня обижено плачет в стороне. Не сразу понимаю, что мне это приснилось. Тело мучительно ноет от нехватки рук Дронова, его тепла. Да и в принципе, его самого. Мое сердце давно сказало Саше:

«– Возьми меня». Но голова понимает, что мы ещё не раз сделаем друг другу больно. Мой разум пытается бороться с сердцем. Но по сегодняшнему сну стало ясно, что думать бесполезно. Тело само скажет за себя.

На часах пять утра. Но заснуть мне больше так и не получается. Все время думаю о Саше, о том, что чувствовала. Не смотря на то, что между нами происходило и происходит, сердце не обманешь. Я не могу без него.

Принимаю прохладный душ, пытаясь угомонить саму себя и спускаюсь в ресторанчик ближе к восьми утра. Выпиваю горячий чай, заедаю стресс наивкуснейшим пирожным.

– Насть, срочно! – Ко мне подлетает Ярослав. Весь на нервах. Хватает за руку. – Скорее давай, пойдём!

– Подожди. Что случилось?

– Там Женёк вещи собирает! Говорит, что концерт отыгрывать не будет!

– Он имеет право отказаться.

– Нет, не имеет! Мы одна группа! Он нас сейчас подставляет! Поговори с ним, Насть. Тебя послушает точно.

Борюсь внутри себя с желанием пустить все на самотёк и с желанием помочь. Нет, не себе. Ярославу и Валентину. Тяжело вздыхаю и встаю из-за стола.

– Не знаю, что выйдет из разговора, но я постараюсь что-нибудь сделать. – Отвечаю достаточно отстранённо. Что я могу сделать в этой ситуации? Я обидела Женю, а он, скорее всего, переживает что обидел меня.

Осторожно стучусь в дверь, но смысла нет. Из-за криков все-равно это не слышно. Валя стоит над собирающим вещи Женей и орет благим матом.

– Ты прикалываешься? Мы жопу рвали для того, чтобы ты сейчас, сукин сын, сбегал, как крыса с тонущего корабля?!

– За языком следи!

– Да что происходит с тобой, брат?!

– Жень… – Тихо сказала я, но этого было достаточно, чтобы в комнате воцарилась мертвая тишина. – Поговорим?

Валя в этот момент все понял, цокнул языком и со словами: «-Снова из-за баб весь сыр-бор», вышел из номера.

– Жень, ты куда собрался?

– А ты как думаешь?

– Если бы знала, то не спрашивала. – Тяжело вздыхаю и сажусь на край кровати. Сложно начать диалог, поэтому нервничаю и мнусь. – Я понимаю твои чувства и очевидно, что друзьями быть, у нас не выходит, но ребята в этом не виноваты.

– Что предлагаешь? – Парень так и замер над своим чемоданом. Сидит и просто смотрит в одну точку не выражая никаких эмоций.

– Предлагаю отыграть достойно наш последний концерт, а после, найдите другого вокалиста. Желательно парня. – Вздыхаю и садясь рядом на пол с Женей, беру его руку. – Вы нереально играете! Без вас, этой группы бы просто не было. Возможно заменив меня, вы найдёте свой пик популярности. Выстрелите так, что я локти кусать буду. Но сейчас, – Смотрим друг другу в глаза. – Не порть отношения с ребятами. Они не заслуживают этого. Последний концерт и мы больше никогда не встретимся. Ладно?

– Да. Хорошо. – Прочищает горло. – Тебе пора идти.

И действительно пора. Мы отыгрываем вечером и на этом все. С Женей не взаимодействуем никак. Сразу же после выступления, он садится в такси и уезжает. От этого становится легко. Нет этой неловкости, скованности. Игра с ним слишком далеко зашла.

Вечеринка проходит в концертом зале на базе отдыха. Собрались группы, организаторы, ещё пара каких-то людей. Даже журналист пронюхивал что-то и пытался взять интервью, но меня интересовал Саша. Мне хотелось и с ним расставить все точки по местам. Чтобы совесть окончательно была чиста. Ищу его повсюду, но не нахожу. Тогда решаю подняться к Дронову в номер.

Поднимаюсь по широкой лестнице на второй этаж, иду по длинному коридору в самый конец и чем ближе подхожу к двери, тем все больше пересыхает в горле. Сразу вспоминаю сон и покрываюсь роем мурашек. Стучусь в дверь при этом дрожа, то ли от холода, то ли от перевозбуждения. Ясно было только одно, Дронов меня волнует.

Дверь открывается не так быстро, как во сне. За это время успеваю подумать, что его нет и надо уходить.

На пороге стоит он. Красивый, статный, широкоплечий. Тёмные брюки, белоснежная рубашка с закатанным по локоть рукавом. Его загорелой коже безумно шёл белый цвет. Синие глаза изучали меня с ног до головы, прежде чем впустить внутрь.

– Разберись с этим. – Дронов открывает дверь и идёт к окну при этом говоря по телефону. Интересно с кем?

Прохожу в комнату и сажусь на край кровати. Чувствую себя неуютно. Ведь собираюсь стать невольным свидетелем диалога.

– Да. Если не изменяет память, то только фамилия. Ну, я так и предполагал. Рад, что все выяснилось. До связи.

Саша развернулся ко мне лицом слишком воодушевленный. Его явно что-то очень сильно порадовало.

– Ну что, Настя, время вышло? Рассказывай с каким ответом пришла.

– Я…

– Но перед этим, я хочу тебе кое-что рассказать. Позволишь? – Перебил меня Саша, на что я кивнула головой. Все-равно без понятия, что ему говорить. В голове каша. Может просто поцеловать, как во сне? И это даст немой ответ. – Мой адвокат и просто хороший друг Михаил, нашёл парня с вечеринки. Тот рассказал, что его нанял мужчина. Заплатил хорошо. Как думаешь, кто это?

– Не знаю. – Подумала сразу о Леше. Но быстро отбросила эту мысль. Не верю.

– Мой отец и Яна, решили, что так будет правильно. – Смеюсь про себя. Знала же, что Яна, но вот от отца Саши не ожидала. Он, конечно, недолюбливал меня, но не до такой степени. Так мне казалось. – И это ещё не все.

– Как не все?

– Помнишь тест ДНК делали? – Киваю. – В документах была моя фамилия без инициалов. Даже не думал, что подвох есть. Сам все организовывал. Перепроверял на сайте. Повторюсь, что там была моя фамилия. Претензий нет. Но результаты вручил мне отец, выходя из кабинета врача. Мне это не понравилось. Я попросил Мишу копнуть поглубже и поднять данные. Было почти нереально, но получилось. – Саша усмехнулся собственным мыслям. – Я чуть не стал отцом собственной сестре.

– Что? – Мое сердце опустилось в пятки. Что он несёт?

– Отец ребёнка Дронов. Н.З. И срок у неё на месяц больше, чем есть. Я как раз в то время летал в командировку. На узи когда с ней ходил, там лишь говорили, что все соответствуют сроку. Я в этом не разбираюсь, поэтому просто смотрел на ребёнка. А спросить какой срок, ума не хватило.

В этот момент мне стало очень хорошо. Знала же, что все должно скоро встать на свои места. И Яна наказание своё получила. Ведьма рыжая и хрен старый.

– Для чего это было делать? – Искренне не понимала я. Для чего нужен был союз Саши и Яны?

– Без понятия, но я уже распорядился, чтобы Яна отправилась, как подарок к отцу. А Миша выясняет, что этим хотел добиться отец.

– А я из группы ушла. – Решила разбавить ситуацию. Дать понять, что я тоже все решила с Женей. Не один ты.

– Я знаю.

– Откуда?

– Говорил с твоим д’Артаньяном. Он неплохой парень, когда не претендует на то, что принадлежит мне.

– Я тебе не вещь, Дронов.

– Ты моя, Настя. – С этими словами Саша уверенной походкой подошёл ко мне. И я непроизвольно встала. – Иначе бы, просто не пришла ко мне.

– Ты самоуверенный эгоист. – Тихо шепчу.

– Когда дело касается тебя, я не могу поступать иначе.

Мужчина хватает меня за руку и резким движением притягивает к себе. Сдерживать себя больше не хочется. Я ещё рано утром поняла для себя, что мой сон был ответом на все вопросы.

Саша по-хозяйски раскрыл мои губы своими, а руки поползли к моим бёдрам. Он был уверен в своих действиях, будто бы прокручивал этот день в своей голове раз за разом. Мучительно сжимает ягодицу, от чего непроизвольно издаю стон. Я умираю, умираю от невероятно сильно возбуждение. Мое тело так и кричит: «Возьми меня!».

Мужчина оторвался от меня, положил ладонь на щеку и большим пальцем провёл по подбородку. Его глаза потемнели почти до черноты. Тяжелое дыхание заставляло мои ноги подкашиваться.

– Что ты делаешь? – Тихо спрашиваю.

– Запоминаю каждый миллиметр тебя. – встречается со мной взглядом и… понеслась.

Я вцепилась в мощную мужскую спину в то время, как он, в очередной раз овладел мной. Все не понимала, как могла влюбиться в такого, как Дронов. Почему не ушла, а даю второй шанс? Вдруг в очередной раз сделает больно? Зачем наступать на грабли дважды? Мысли не отпускали меня до тех пор, пока его рука не проникла мне в штаны. Голова закружилась и я не хотела ни о чем думать, только о Саше.

Он был очень чувственным и нежным полностью заполняя меня внутри. Мой стон окутал комнату, а ногти впивались в кожу мужчины. Дронов делает резкий толчок, погружаясь ещё глубже, от чего внутри меня взрываются фейерверк. Мужчина низко порыкивает. Мое тело требует ещё. Кричит о том, что ему нужно больше! Тогда Саша ускоряется и нас окутывает волна оргазма. Пусть буду жалеть. Пусть буду плакать. Но я так тосковала по этому чувству. Я люблю Дронова всем сердцем и жизни без него не представляю.

– Я скучал, – Лежа в кровати шепчет Саша и гладит меня по голове, пока я удобно устроилась на его груди. – Так рад, что мы все решили.

– Если бы послушал меня сразу, то нам бы не пришлось жить пять лет без друга друга.

– Мы оба виноваты. – Вскидываю брови вверх и смотрю на Сашу. Что, снова начинается? Песня та же, пою я же! На мое выражение лица, мужчина искренне смеётся. – Шучу, милая. Я очень сильно перед тобой виноват.

– Молчи, Дронов. Просто молчи и не порти момент.

Тут мой телефон издаёт противную мелодию. Жалею тысячу раз, что не выключила его раньше. Смотрю на дисплей и вижу номер мамы. Время первый час ночи, что-то произошло. Она обычно никогда так поздно не звонит. Сердце начинает колоть, от неприятного предчувствуя. Так всегда было, когда в семье появлялись проблемы. Только не снова, пожалуйста. Отвечаю на вызов.

– Что случилось?

– Вика. – Слышу истерический крик мамы в перемешку со слезами.

– Что? Что, мам?! – Перехожу на крик от волнения. Начинает всю трясти.

– Пропала! Несколько дней назад! Не знаю, что делать. – Все это мама говорила через всхлипы и вой.

– Я выезжаю. Дома буду к утру.

Кладу трубку в то время, как Саша уже натянул на себя джинсы и взял в руки свитер. Он поможет. Всегда помогал. Он ведь все может, да?

25 – глава

Заходим домой и к нам тут же подлетает зареванная мама. Глаза красные и сонные, на часах шесть утра и женщина явно, ещё не ложилась спать. Она удивляется Саше, но ничего не говорит кроме приветствия.

– Рассказывай по порядку, ладно? – Осторожно начала я. – Пытайся сохранять спокойствие и ничего не упустить.

– Пару дней назад Вика отпросилась у меня с ночёвкой к подружке. Она и раньше ходила, я и подумать не могла… на следующий день написала, что останется ещё на несколько дней. Якобы надо школьную газету делать и к экзамену готовиться. – Всхлипывает. – Я вчера ходила в магазин, время было уже десять вечера и встретила Алёну. Ту самую подругу, у которой должна была быть Вика, – Тут мама снова заливается приступом плача. Обнимаю женщину поглаживая рукой по спине. – Алёна говорит, что Вики не было у неё. Как же я виновата!

– Шшш, – Тяжело вздыхаю. – Помнишь, она раньше тоже уходила? Это же Вика, она всегда была такой.

– Вдруг что случилось? Телефон недоступен! На связь не выходит. Я в полицию заявление написала, но это все. Они ее не найдут, Настя. Не найдут! – Мама билась в истерике да такой, что мне пришлось насильно впихнуть в неё успокоительное. Что за черт! Почему в нашей жизни в очередной раз происходит такое?

– А ещё вот, – Чуть успокоившись, мама протягивает мне снимок узи. Смотрю на него и вижу головастика. – Я не зря спрашивала тебя про то, беременна ли ты.

– Этот снимок Вики?

– Раз не твой, то не бабушкин же, Насть. – Мама всхлипывает. – Может она сбежала с отцом ребёнка? Почему не сказала?

– Очевидно боялась меня, потому что в четырнадцать залететь, это перебор! – Злилась и очень сильно. – Пусть только попадётся мне на глаза!

– А если я ее больше никогда не увижу? Мою маленькую девочку!

Сердце болело за маму. Я дала ей немного снотворного, чтобы та поспала. При этом пообещала, что найду подругу Алёны и все выясню. Бабуле ничего не стали говорить, ее сердце слишком слабое, чтобы вынести такое.

– Чертовщина какая-то. – Садясь за стол сказала я. Саша поставил передо мной чашку с кофе.

– Я сейчас позвоню определенным людям, попробуем что-нибудь решить. Так же подключу Мишу. Не переживай, мы ее найдём. Россия большая, но для меня это не проблема.

– Спасибо. Я в школу пойду, попробую выцепить Алёну, может узнаю от нее что-то.

В этот момент я была рада двум вещам: первое – что мы наконец-то наладили отношения с Дроновым, второе – мы помирились вовремя. Не хочу казаться корыстной, но его помощь нам жизненно необходима.

Алёну я встретила за углом школы. Девочка стояла с подругами и покуривала тонкие сигареты. Детишки…

Девочка сразу согласилась на разговор. Я пригласила поговорить после школы, но она настояла на том, что ничего не потеряет если прогуляет один день. Я противиться и включать мораль не стала, не до этого. Ситуация явно экстренная. Страшно представить, что могло произойти с Викой.

– Алён, – Начала я, когда мы сели за столик и заказали по чашке чая. – Ты же понимаешь почему мы здесь?

– Предполагаю. – Блондинка начала нервно подергивать ногой под столом и перебирать пальцами по столешнице. – Слушайте, я ничего не знаю.

– Нет, ты, кажется, меня не поняла. – Я понизила голос. Не специально, но это произвело на неё эффект. Голубые глаза округлились, девочка вжалась в спинку стула. – Твоя подруга пропала. Ты слышишь? Ты можешь мне помочь? Сказать хоть что-то. Может она говорила какие-то мелочи. Алён, я не хочу вытягивать все из тебя. По-человечески прошу помочь!

– Она меня убьёт. – Тяжело вздыхает блондинка, а затем облокачиваясь на стол приближается ко мне. – Мы с ней неделю назад поругались, – Начала шепотом Алена. – Она мне до этого рассказывала, что в модельное агентство попала.

– Как давно?

– Я узнала месяц назад. Она вроде полгода состоит в нем. Ее парень владелец этого модельного агентства.

– Ее парень? – Во-первых, какой к черту парень? Во-вторых, владелец?! Сколько ему лет?! – Кто он?

– Я не знаю. – Искренне начала говорить Алёна при этом отрицательно мотая головой. Видно, что девочка очень сильно переживает. – Правда не знаю о нем ничего, кроме имени и того, что он владелец агентства. Название агентства тоже не знаю.

– Как зовут?

– Заур. Ему двадцать восемь лет, вроде. И татуировка есть волка на плече. Не знаю, может это как-то поможет вам.

– Какой нахрен Заур?! – Зарычала словно дикий зверь. Я чувствовала, как в венах закипает кровь. – Он отец ее ребёнка?

Алёна в момент побледнела. Глаза забегали.

– Вы знаете о том, что она была беременна?

– В каком смысле была? – Внутри меня что-то щелкнуло. Конечно, меня не радовало то, что моя четырнадцатилетняя сестра ждёт ребёнка, это не нормально! Но чтобы избавляться от маленькой жизни – никогда. Тем более на снимке четко было видно очертания человека. Это была уже полноценная жизнь!

– Ну…мы с ней поругались именно тогда, когда Заур повел ее на аборт. Я говорила, что это незаконно! Что она несовершеннолетняя, нужно разрешение от родителей. Что нужно обо всем сказать семье, но это же Вика. Говорила: «– Заур всё решит!» – Алёна совсем поникла. Начала перебирать пальцы в руках, чуть заламывая их. – Она всегда сама у себя на уме была. Никогда не слушала. А когда к Зауру в модельное агентство пошла, я предупреждала, что может получится так же, как с Гусем.

– Как с кем? Не понимаю тебя, что должно было повториться?

– Год назад у нее был мужчина-фотограф по кликухе «Гусь». Она даже имени его не знала настоящего. Он приезжал к школе на дорогой тачке, забирал ее и обещал снимки, которые попадут на полосы таких журналов как Вог, Эль. Та уши и развесила, а по итогу… – Девушка замолчала, а я с ужасом и страхом в глазах ждала продолжения. Что? Что произошло по итогу?!

– Не молчи. – Только и смогла прошептать. Кровь в жилах уже давно не кипела, а стыла. Я превращалась в онемевшую статую.

– Привез в отель, напоил чем-то и изнасиловал.

Сердце пропускает удар. Из глаз моментально потекли слезы. Почему она молчала? Почему ничего не сказала?! Вика пережила очень сильное потрясение в своей жизни, а мы просто не заметили! Мы не заметили, как происходило самоуничтожение ребенка! И всё, что сейчас с ней происходит лежит на наших плечах! Я не могла нормально дышать. Мне как будто перекрыли кислород. Хотелось рвать на себе клочьями волосы и выть белугой.

– Тогда был ее первый аборт. И помог в этом Заур. Моментально взял Вику в свои руки, окружил любовью и заботой. – Алёна пожала плечами. – Гусь ее совсем не сломал, она внешне была совершенно спокойна. Вела себя так же, как и всегда. Но вот, что происходило внутри, только Бог знает.

– Что ты знаешь еще? – Хриплым голосом спросила я. Я не знала, как реагировать. Я была в полнейшем шоке. – Не про Заура и Гуся, а вообще. Чем она занималась?

Господи, как же паршиво спрашивать об этом сейчас. Задавать этот вопрос подруге, а не самой сестре. Мы занимались своими делами, проблемами, совершенно не замечая, как Никита и Вика тонули в болоте, а мы им просто не протягивали руку. Я чувствую во всем случившемся свою вину. Не доглядела… Во что она могла сейчас вляпаться? Что-то похуже изнасилования? Или же просто сбежала с любимым от нас? От тех, кто даже не спрашивал, как у нее дела и в порядке ли она.

– Да ничем особо. – Алена прочистила горло. – Знаю только, что последние полтора года скакала по папикам.

– Как это понять? – Глупый вопрос, Настя. Ну неужели ты не знаешь, что это значит? Знаю конечно. Только вот почему-то хочется верить, что я все не так поняла.

– Давайте откровенно, ладно? Вика очень красивая и выглядит постарше своих лет. Ей спокойно давали семнадцать – восемнадцать. И в погоне за красивой жизнью, она находила обеспеченных мужчин, которые возили по ресторанам, отелям, говорили, что она их единственная и неповторимая. Последнее время, она занималась именно этим, а сама прикрывалась тем, что остается с ночевкой у меня.

Обхватываю себя руками и отрицательно мотаю головой. Я так не хочу верить в то, что это правда. Но зная Вику, ее поведение, характер, то всё, что сказала Алёна, имеет место быть.

– Как мы этого не заметили? – Я задаю этот тихий вопрос скорее сама себе, не думая получить ответ со стороны. Но подружка Вики заряжена на разговор, поэтому ответила.

– Вас не было в ее жизни. Вы и ваша мама были постоянно на работе. Бабушка ничего не видит и не слышит, ей бы за собой уследить и не травмироваться. Брат…, да я вообще его не помню дома. И как мне известно, он сам был не очень положительным персонажем в этом мире. Вас нельзя обвинять в том, что произошло. Вы последние года не жили, а выживали. Я думаю, что это осознанный выбор Вики.

Какой осознанный выбор в четырнадцать лет?! Ей голову запудрили, слова любви наговорили, а она и рада. Но что-то доказывать такому же подростку, как сестра, я не видела смысла. Лишь только немного кивнула головой и вытерла с щеки вновь ползущую слезу.

– Она говорила, что Заур предлагал ей куда-то поехать поработать. Только куда, я не знаю. Возможно, она сейчас работает и как закончит, вернется.

Или всё будет так же, как с «Гусем». Тяжело получается сделать глубокий вздох. Жжет все внутренние органы. Чувствую, что приключилась большая беда. И выкарабкаться из этого просто так не получится.

– Спасибо, Алён. Ты очень сильно нам помогла. – Говорю правду. Она сказала даже больше, чем я ожидала. Девочка, как минимум, раскрыла мне глаза.

Еду домой, а у самой на душе бушует шторм. До сих пор не могу принять всё сказанное. В какой момент она решила, что надо поступать именно так? Вспоминаю, как украла деньги, потому что хотела жить, как все. Вспоминаю, как жаловалась на кашу по утрам и отсутствием чего-то другого. Как смотрела на новые модные куртки нося старую. Она хотела жить хорошо и нашла именно такой выход. Если бы я только знала, мы бы поговорили. Такие действия, какие делала она, никогда не приводят ни к чему хорошему. Нельзя вечно жить за счет других, когда-нибудь это может обернуться непоправимым. И изнасилование будет лишь щепоткой соли из огромного мешка.

Дома рассказываю всё, как есть. Не скрываю ничего. Мама с каждой минутой становится всё бледнее и бледнее. В какой-то момент ее накрывает истерика, душераздирающий крик. Она не справляется с эмоциями. Бьет старинный фарфор и хрусталь. Кричит о том, что она отвратительная мать. Да лучше бы она, чем ее дети. Я на это всё смотрю и слушаю молча, не вмешиваясь и не пытаясь успокоить, потому что сама хочу сделать точно так же. Мы все виноваты в том, что произошло.

– Мои люди выяснили, что вчера она была в аэропорту. Села на самолет и улетела в Ирак. Была не одна. Камеры зафиксировали ее с мужчиной. Он был в черных очках, густой бородой, кепке. Лицо нечитаемое. В какой-то момент они с Викой разошлись. Мои люди немного надавили и выяснили, что это был некий Каррар Бутти. Больше я ничего не смог выяснить.

– Ирак? – Сердце снова оказалось в пятках. Резко стало мутить, голова закружилась. Хотелось выплюнуть все свои органы наружу, настолько стало плохо. Мама просто осела в этот момент. Плюхнулась, как тряпичная кукла в кресло.

– Поймите, что если бы это была Россия, то Вика давно бы была дома, но это Ирак. Это совершенно другое государство со своими правилами. Я постараюсь и сделаю всё, что в моих силах, но… Я не могу вам давать гарантий.

– Саша, ну как же так? – Чуть ли не срывая голос в крике спрашивает мама. – Как так? Помоги, молю!!!

– Лариса Эдуардовна, я ещё раз повторяю, я не всемогущий! Я очень хочу вам помочь! И сделаю для этого всё, что в моих силах! Обещаю! Но это чужое ГОСУДАРСТВО!

Мам в истерике ушла в ванную комнату, в то время как я, просто была эмоционально опустошена. Что делать? Куда писать? Куда податься? Я просто не понимала, как дальше жить.

– Насть, я не хочу еще больше усугублять ситуацию, но там распространено сексуальное рабство. Она могла туда улететь со своим потенциальным торговцем.

– Но как они улетели? Она же несовершеннолетняя.

– Подделали документы.

Подытожил Саша. И тут же послышался грохот в дверном проёме. Мама слышала все, до мельчайших подробностей. Женщина не выдержала эмоционального всплеска и упала в обморок.