![](/files/books/160/oblozhka-knigi-sto-prichin-chtob-uyti-i-odna-chtob-ostatsya-357779.jpg)
Текст книги "Сто причин, чтоб уйти, и одна, чтоб остаться"
Автор книги: Дарья Зубкова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 1 (всего у книги 6 страниц)
Дарья Зубкова
Сто причин, чтоб уйти, и одна, чтоб остаться
Глава 1
Осеннее солнце только начинало прогревать воздух после ночи. Первая роса выступала на зелёной траве, а деревья сквозь листву пропускали первые лучи солнца. Серая автомобильная дорога все еще освещалась фонарями после ночи, но в них уже не было ни какого смысла, поскольку утро уже вступило в свои права. По безлюдной и тихой дороге пронёсся автомобиль на достаточно высокой скорости. Это был чёрный Мерседес, который в лучах восходящего солнца отбрасывал блики на дорожное полотно. За рулём автомобиля сидел молодой парень лет тридцати, а рядом с ним сидел парень помоложе. Водитель потянулся к подстаканнику за банкой с энергетиком и выпил все содержимое банки одним глотком.
– Эй, мог бы и мне оставить – возмутился парень на пассажирском сидении.
– Не ной братишка – усмехнулся водитель – если хочешь ещё, можем заехать на ближайшую заправку.
– Я не хочу больше останавливаться. Обойдусь – пробурчал парень на пассажирском сидении.
– Как знаешь, я все ровно планировал заехать туда, нужно бензина добавить, а то такими темпами нам до дома не хватит.
– С твоей ездой я не удивлён – молодой парень закатил глаза.
– Смотри и учись – рассмеялся водитель и вдавил педаль газа посильнее.
– Саша я, конечно, люблю риск, но не когда ты за рулём.
– Это тебе ещё и жаловаться? – парень за рулём усмехнулся – да если бы не я, ты бы сейчас просиживал штаны за своими играми.
– И что в этом плохого? Мне двадцать лет, что я должен ещё делать?
– Может, наконец-то понять чего ты хочешь от жизни.
– Уж точно не того, чего хочешь ты.
– Платон, давай без своих детских амбиций – впервые водитель стал серьёзным – тебе двадцать лет, а ты ни чего не хочешь от жизни и живешь одним днём.
– А какой смысл что-то строить или планировать? Чтоб какая-нибудь катастрофа все мои планы послала к черту?
– Я понимаю, о чем ты сейчас, но прошло три года, пора взять себя в руки и жить дальше.
– Если тебе так просто жить дальше, пожалуйста, но меня не надо учить жизни – Платон отвернулся от брата и стал смотреть в окно, где быстро мелькали деревья и столбы с электропроводами. Машина свернула на заправочную станцию, и Саша вышел из машины, чтоб оплатить бензин, а Платон, взяв себе кофе, вернулся назад на своё место. Сон одолевал парня всю дорогу, но он старался избегать его, поскольку знал, что вновь вернутся кошмары, которые мучили Платона последние три года. Сделав глоток кофе, который был на вкус довольно отвратительным, Платон стал вспоминать свою прошлую жизнь, жизнь до всего этого.
Жизнь парня была самой обычной. У него были родители, которые любили сына и помогали ему во всем, был старший брат, который был хоть и назойлив, но все же всегда поддерживал младшего брата и был ему близким другом. Довольно часто, Платон уходил от родителей на квартиру брата, и они вместе играли в игровую приставку, смотрели фильмы, поедая при этом разнообразную вредную пищу из ресторанов быстрого питания. Такие вечера Платон обожал и всегда бежал со всех ног в гости к брату. Учился парень в университете на технической специализации. Хоть отец был не в восторге от выбора сына, ведь по его представлениям младший сын, как и старший, должен был закончить экономический и принять дела отца, вместе со старшим братом. Платон долго объяснял родителям, что его не интересуют цифры и экономика, а его страсть это машины и механизмы. После долгих споров, родители все же уступили и дали парню шанс поступить туда, куда он и хотел. Старший брат хоть и не понимал его выбора, но поддержал Платона в его стремлениях и мечтах. Все было хорошо, парень учился, гулял, общался и проводил время, как все нормальные семнадцатилетние парни, но один случай изменил всю жизнь, перевернув ее с ног на голову. Однажды вечером родители объявили Платону, что его отцу надо поехать в Москву, для решения срочного делового вопроса, мать не хотела сидеть дома, поэтому попросилась вместе с мужем, чтоб немного развеяться. Платон был рад возможности побыть несколько дней дома в одиночестве, тем более можно было собраться с друзьями и устроить вечер развлечений. Когда родители уехали, парень тут же закатил вечеринку, позвав к себе большое количество знакомых и друзей. Так прошли два дня, а на третий Платон хотел навести порядок в доме, боясь внезапного возвращения родителей, но в итоге он с друзьями уехал гулять, оставив дом в беспорядке. Ему весь вечер названивал старший брат, но Платону не хотелось слушать нотаций Саши, поэтому он решил, что поговорит с ним позже. В итоге, когда Платон приехал домой, он зашёл в дом и обнаружил сидящего в темноте брата.
– Ты что тут сидишь в темноте? – шутливо начала Платон доставать брата в его обычной манере, но тот остался сидеть на месте, опустив низко голову – эй, что-то случилось?
– Случилось…– услышала он хрип брата – ты трубку научишься брать когда-нибудь?
– Я не слышал звонка, у Миши в машине было шумно и я…– парень не успел договорить, как брат резко подорвался с дивана и, схватив Платона за рубашку, прижал его к стене.
– Не слышал!? Пока ты там развлекался, мама и папа разбились! – впервые Платон видел, как брат плакал и был не сдержан в эмоциях.
– Что? О чем ты вообще?
– Родители умерли! Два часа назад! – крикнул парень с истерикой и отпустил Платона. Он сел на пол и закрыл лицо руками – их больше нет…
Платон в тот момент ни как не понимал смысл услышанных слов, ему казалось, что это просто шутка или розыгрыш, и сейчас родители зайдут в дом, и они все посмеются с этой глупой шутки, но этого не произошло. Когда к ним приехала полиция и его с братом вызвали на опознание в морг, куда доставили тела родителей, Платон понял, что все это взаправду. В тот момент в душе Платона, как будто что-то выключилось или сгорело. Все чувства, эмоции разом ушли, а душу наполнили слезы и истерики, которые накрывали его месяцами после трагедии. Саша организовывал похороны сам, а затем принялся принимать дела отца и учился управлять всей его компанией самостоятельно. На тот момент Саше было двадцать семь лет, но он был не по годам умным и самостоятельным. Платон же после всего произошедшего, сидел месяцами дома, не в силах справиться с горем. Он потерял интерес к жизни, к учебе и ко всему, что когда-то любил. Саша вызывал многих психологов брату, но те просто разводили руками, говоря, что парень сам не хочет выходить из этого состояния, и отрицает любую помощь. Саша долго пытался достучаться до младшего брата, но тот ни как не шёл на контакт. За два года в таком состоянии парень растерял практически всех друзей, сутками сидел дома, играя в игры и смотря бессмысленные фильмы и сериалы, Саша же сутками работал в компании отца и пытался удержать фирму на плаву, не смотря на свой юный возраст. На третий год, Саша решил всеми способами попытаться вывести Платона из этого состояния, поэтому в преддверии его дня рождения, он вывез брата на побережье моря и пытался хоть немного, но раскрутить брата на разговор. Все эти воспоминания навеяли новый приступ тоски и отчаянья на Платона, но тут он услышал голос над ухом:
– Мелкий, ты что, спишь на ходу?
– Отстань – проворчал недовольно Платон – ты знаешь, я стараюсь не спать.
– Знаю, но без сна все ровно долго не протянешь.
– И слава богу – еле слышно себе под нос пробурчал Платон, но Саша это услышал и, стукнув брата кулаком, недовольно сказал:
– Ты мне не неси этой херни! Я же тебя с того света достану, мелкий ты засранец.
– Хватит делать постоянно акцент на моем возрасте. Мне двадцать один уже, а ты общаешься со мной как с десятилетним!
– Так если ты ведёшь себя так, что я могу сделать? – Саша вернул свою ухмылку на лицо – к тому же двадцать один тебе только завтра.
– Спасибо что напомнил – прорычал Платон – я же, наверное, тупой, что не помню когда мой день рождения.
– А вдруг. Я уже ни чему не удивлюсь – вновь Саша усмехнулся, а Платон закатил глаза и не стал ни чего отвечать брату. Дальше, дорога проходила в полном молчании. Саша вёл машину спокойнее и не так резво как раньше, но когда до дома оставалось около ста километров, он остановился у обочины и Платон удивлённо посмотрел на брата.
– Зачем мы остановились?
– Хочу дать тебе возможность, не заснуть оставшиеся сто километров.
– В каком смысле? – Платон сидел нахмуренный и косился на Сашу.
– В прямом. Садись за руль, дальше поедешь ты.
Глаза Платона широко раскрылись, и сонливость мгновенно прошла от прилива адреналина в кровь.
– Ты сейчас серьезно?
– А я когда-нибудь бываю, не серьёзен?
– Двадцать четыре часа в сутки и семь дней в неделю… – саркастично заметил Платон.
– Может быть – вновь ухмыльнулся Саша – но сейчас я серьёзно, садись, давай.
Платон и Саша вышли из машины и поменялись местами. Саша тут же откинул пассажирское сиденье в полулежащие положение, а Платон сидел и настраивал зеркала и водительское сидение под себя.
– Ты хоть водить не разучился? – подначивал Платона Саша.
– Нет, такому не разучишься – Платон был слишком шокирован от предложения брата, поэтому не стал ему язвить, как он любил это делать.
– Сейчас увидим – Саша покосился на брата – оставишь хоть скол на ней, до конца жизни будешь на велосипеде ездить. Понял?
– Да понял, не надо мне угрожать.
– Ей всего год, поэтому я не хочу, чтоб ее поцарапал водитель-недоучка.
– Зачем тогда дал мне руль, если так боишься? – Платон повернулся к брату и пристально на него посмотрел.
– Я хочу верить, что с тобой ещё не все потеряно – пожав плечами, сказал Саша и откинулся на своё сидение – помнится, что ты от машин фанател и сам хотел в восемнадцать лет сесть за руль своего личного автомобиля.
– Хотел… – тихо произнёс Платон – но это все осталось в прошлом.
– Так что мешает снова этого захотеть?
– Отсутствие возможностей – Саша поднял одну бровь, в знак безмолвного вопроса «ты сейчас серьезно?», а Платон, тяжело вздохнув, сказал – да, я до сих пор люблю машины и все, что с ними связано и хотел бы свою машину. Доволен?
– Теперь да – Саша довольно улыбнулся – хоть какой-то прогресс с твоей стороны.
– О чем ты?
– Ты говоришь об увлечении и даже не отрицаешь этого. Я считаю это прогресс в твоем эмоциональном «застое».
– Когда ты стал специалистом в психологии?
– Попробуй три года вытаскивать брата из депрессии, тут уже докторскую степень по психологии можно получить.
– Да пошёл ты – закатив глаза, Платон вернул свой взгляд на дорогу.
– Пойду, но тебя с собой прихвачу – Саша засмеялся и закрыл глаза – музыку можешь подключить свою, если тебя не устраивает моя.
– Ага, спасибо – пробурчал Платон и подключил свой телефон к бортовому компьютеру. Собственная музыка немного успокоила взбудораженные воспоминаниями нервы, и Платон переключился полностью на дорогу. Чувство нарастающей скорости и гул мотора приятно отдавались у парня в душе. Платон уже забыл, как здорово вот так, позабыв обо всем, давить педаль газа и ехать по дороге под звуки любимых песен. Это позабытое чувство, что-то сдвинуло в душе у парня, и он понял, что он хочет вернуться к своему увлечению машинами. В один миг пришло осознание того, что теперь он знает, за что ему цепляться и как он может позабыть хоть на миг обо всем и сбежать от реальности. Гонки, ночные гонки, которые проводят каждые выходные местные гонщики-нелегалы. Оснастить машину мощным мотором, добавить турбину и поставить хорошие запчасти Платон с легкостью мог, но оставалось решить главную проблему, где ему взять машину. Брат дал понять, что свою он ему точно не даст для таких дел, а купить собственную Платон не мог, поскольку растратил все свои сбережения, ещё год назад. Парень прикинул в голове все возможные варианты, и по нескольким из них купить машину было вполне реально. Пусть она не будет новой как у брата, и далеко не самой мощной, но все же это будет его первый автомобиль, который поможет ему найти хоть какой-то смысл в жизни. Через два часа чёрный автомобиль подъехал к автоматическим воротам, и Платон толкнул спящего брата в бок.
– Ты что, совсем попутался? – злобно прорычал Саша.
– Мы приехали домой, а пульт от ворот у тебя, умник.
– Что-то ты быстро доехал, я даже поспать нормально не успел.
– Я итак двигался достаточно медленно, боясь поцарапать твою «прелесть» – в голосе Платона вновь слышался сарказм.
– Вот и молодец – не открывая глаз, Саша достал из кармана своих джинс брелок с пультом и нажал на кнопку. Ворота стали медленно открываться, и Платон заехал во двор – паркуй ее у гаража, мне ещё сегодня уехать придётся.
– Мы же только с дороги, сутки не спали, может, отдохнёшь? – Платон говорил это уже без сарказма, а с долей заботы в голосе.
– Сейчас домой зайду и завалюсь спать. У меня вечером встреча.
– С одной из твоих подружек?
– Не сегодня – ухмыльнулся Саша – это личные дела.
– Понял – только и смог сказать Платон. Парень не лез в дела брата и ни как не хотел вникать в дела семейного бизнеса, хоть Саша и настаивал на том, что ему пора интересоваться всем этим.
Оставив машину во дворе и, забрав свой чемодан из багажника, Платон отправился в дом, который каждый раз напоминал ему о когда-то семейном счастье. Сейчас дом был холодным и пустым, в нем давно уже не пахло свежей едой и ароматическими свечами, которая мать Платона и Саши так любила везде расставлять. Поднявшись к себе в комнату, Платон принялся раскладывать вещи из чемодана, половина которых ни разу не была использована в отпуске. Те вещи, которые Платон все же надевал, он отнёс в стирку и, включив стиральную машину, отправился на кухню в поисках еды. Саша сразу ушёл спать, поэтому парень остался в гордом одиночестве в пустом доме. Еды в холодильнике практически не было, ведь парни уезжали в отпуск, на целую неделю, поэтому Платон заказал доставку готовой еды и по обыкновению уселся около телевизора и включил игровую приставку. Игры помогали немного отвлечься от реальности, и Платон часто погружался в этот виртуальный мир. У него не было зависимости, но поиграть пару часов в виртуальные гонки или шутеры, он любил. Часы за играми пролетали очень быстро, поэтому такой способ убить свободное время, был лучшим, из всех возможных. Играя в игры, Платон вновь подумал, что было бы здорово в жизни попробовать свои силы на настоящей трассе, и вновь мысли о собственном автомобиле заиграли у него в голове. «Завтра мой день рождения, поэтому Саша, по традиции подарит мне банковскую карту с хорошей суммой. В этот раз отложу ее и добавлю потом все подаренные деньги от родственников, а там посмотрим, на что мне хватит всех собранных денег» думал Платон, пока пальцы яростно нажимали на кнопки джойстика.
Позвонили в дверной звонок, и Платон, оторвавшись от экрана телевизора, пошёл забирать свой обед. Когда с обедом было покончено, парень стал сильно засыпать, но спать было жутко страшно и неуютно. Кошмары постоянно возвращались в голову к Платону, и каждый раз он просыпался в холодном поту, при этом сильно задыхаясь. Спустя полчаса, усталость взяла своё, и парень заснул прямо на полу, с джойстиком в руках. Проснулся Платон, когда за окном уже был поздний вечер, а на часах было восемь вечера. Обойдя дом, он понял, что брат уже уехал по своим делам. Развесив постиранное белье, парень направился к себе в комнату, разогрев себе остатки пиццы. Он засел перед экраном своего компьютера и стал просматривать поддержание автомобили на разнообразных сайтах. Платон сохранил себе несколько заинтересовавших его вариантов, и вновь принялся рассчитывать свои возможности. После долгих раздумий, парень решил действовать уже по факту, отталкиваясь от полученной от брата суммы. Когда он закончил, на часах уже было одиннадцать вечера, а брата все ещё не было дома. Каждый раз, когда он не отзывался или не говорил точно, куда он поехал, в душе у Платона было щемящее чувство страха за брата, и за возможность его потерять, прямо как родителей. Платон набрал Сашу, но тот не взял трубку, но через минуту на телефон парня пришло сообщение «я занят. Не переживай, скоро буду». Платон немного успокоился, поняв, что с братом все в порядке и, включив какой-то американский сериал, стал бездумно смотреть в экран компьютера. Во время просмотра очередной серии, Платон услышал, как на тумбочке зазвонил телефон. Посмотрев на экран, он увидел, что ему звонит Саша.
– Чего тебе? – пробурчал недовольно Платон.
– С днем рождения, язва! – смеялся Саша, назвав брата прозвищем из детства – готов к поздравлениям от старшего братишки?
– Жду не дождусь – пробурчал без особого интереса Платон
– Тогда поднимай свою задницу с кровати и выходи за двор.
– Зачем это?
– Увидишь. Я что должен отчитываться перед тобой?
– А это обязательно?
– Если ты решил остаться без подарка, то можешь продолжать смотреть свои глупые сериалы, а я заберу твой подарок себе, в качестве моральной компенсации за потраченные нервы и силы.
Ответ брата удивил Платона. «Что он там придумал? Он ни когда не говорил, что заберёт что-то себе. Это странно и нетипично для Саши» думала Платон, но в итоге любопытство взяло вверх. Он сказал брату, что сейчас выйдет к нему и тот с довольным возгласом положил трубку. Платон надел первые, попавшиеся под руку джинсы и, спустившись на первый этаж, отправился во двор, получать загадочный подарок от брата.
Глава 2
Во дворе было тихо и светло, поскольку внутренняя подсветка двора ярко освещала дорожки и клумбы, проходящие от дома до ворот. Платон шёл не спеша, перебирая в голове все возможные варианты. «Что этот придурок мог придумать? Опять его бредовые идеи по возвращению меня прежнего» думал Платон, все медленнее двигаясь по садовой дорожке. Парень открыл дверь и, выйдя за ворота, увидел, как возле двора были припаркованы два автомобиля. Один из них был Мерседес брата, на котором они сегодня приехали домой, но второй автомобиль был неизвестен Платону. Это был Honda Accord, темно-серого цвета, ксеноновые фары которого ярко ослепляли глаза, а кузов блестел перламутровым блеском.
– С днем рождения, язва – Саша подошёл к брату и, схватив его в крепкие объятия, стал путать волосы своей крупной рукой.
– Ну, хватит, хватит – отпирался Платон от брата и пытался высвободиться из его крепких объятий – с чего такие нежности?
– Как же, моему мелкому уже стукнул двадцать один год. Ты в курсе, что во многих странах мира продажа алкоголя и полная дееспособность наступают именно с двадцати одного года?
– Нет, не в курсе – сухо заметил Платон.
– Так я тебя проинформирую – Саша засмеялся и наконец-то отпустил брата – а теперь иди и оцени подарок.
– Этот аккорд… это мне? – глаза Платона широко раскрылись, и он ошеломлённо посмотрел на брата, а затем на автомобиль.
– Вроде других именинников я здесь не вижу. Он твой – с этими словами он резко кинул в Платона ключами от автомобиля, и парень на лету поймал их – хорошая реакция, добрый знак.
– А как ты…? – все ещё растеряно спрашивал Платон
– Не спрашивай как, просто сделал и все. Если отъездишь на ней год без происшествий, то в следующем году выберем тебе что-нибудь по солиднее.
– Да мне и эта нравится – впервые за долгое время на лице парня дрогнула тень улыбки.
– Не предел мечтаний, но на первое время тебе в самый раз – Саша все ещё стоял и смотрел на брата довольными глазами.
– Спасибо, брат – Платон подошёл и впервые сам обнял брата – я даже предположить не мог, что ты на такое способен.
– То есть то, что я три года занимаюсь тобой, это ни чего не значит? А как автомобиль подарить, так ты не ожидал такого – Саша в шутку закатил глаза и улыбнулся.
– Вот тебе вроде тридцатник, а ведёшь себя как малолетний иногда.
– У меня перед глазами хороший учитель.
– Да пошёл ты! – теперь Платон в шутку ударил брата
– Обязательно, как только сделаем кружок на ней, и я удостоверюсь, что я не прогадал с подарком.
– Прямо сейчас? – удивлённо спросил Платон
– А что нас останавливает? Документы все у меня на руках и они все оформлены на тебя, как на владельца, а права сбегай и возьми в доме.
– Они остались в твоих документах на машину ещё с нашей поездки.
– Да? Тогда ещё лучше – Саша достал свои документы и, достав оттуда права брата, протянул их Платону – теперь можем ехать.
Платон впервые садился за руль своего собственного автомобиля. Теперь ни каких поездок на такси или на общественном транспорте. Вот она свобода от брата и привязки к месту. Платон сел на водительское сиденье и погладил рукой кожаный руль. В салоне приятно пахло ароматом чего-то свежего и тропического, приборная панель блестела от воска, а кожаные кресла приятно прилипали к телу. Платон осматривал внимательно каждый дюйм салона и все не мог поверить, что теперь это все принадлежит ему. Пассажирская дверь открылась и в машину сел Саша.
– Все осмотрел?
– Ещё нет, пока привыкаю к мысли, что она моя.
– Привыкай, я свой первый лансер до сих пор помню – Саша ухмыльнулся – он хоть и был слаб, но первая машина всегда остаётся в памяти.
– Не говори так словно тебе уже пятьдесят. У тебя после лансера было всего две машины.
– И что? Это не мешает вспоминать его как мой первый и учебный автомобиль.
– Почему аккорд? – резко спросил Платон
– Я по немцам, ты это знаешь, но ты же у нас японцев любил, к тому же для первого авто брать тебе бмв или Мерседес было бы слишком жирно. Ты на этом научись ездить и обслуживать должным образом ее.
– На счёт обслуживания я дотошнее тебя к машинам отношусь, а на счёт езды, сейчас посмотришь на мой стиль.
– Смотри, у неё 2,5 объём двигателя и это комплектация sport. Она должна неплохо ездить
– Сейчас проверим – Платон слегка улыбнулся и, сдав назад, выехал со двора. Ночная дорога была ярко освещена фонарями, которые бросали блики на лобовое стекло. Фары серого аккорда ярко освещали покрытие дорожного полотна. В ночном свете, дорога казалась бесконечной и вела куда-то далеко за горизонт. Платон сидел расслаблено, и вальяжно выкручивая руль, маневрировал между машинами на дороге. Автомобиль ехал отлично, и было видно, что для поддержанного автомобиля он был в отличном состоянии.
– Какого он года? – спросил Платон брата, который по привычке откинул пассажирское сиденье, и раскинутся всем телом на нем.
– Насколько я помню 2017. Это последний год, когда эту модель выпускали, потом уже десятый вышел. Я бы взял тебе десятый, но в России с ними проблемы, сам знаешь.
– Знаю – печально произнёс Платон – Хонда больше не выпускает автомобили в России.
– Именно, поэтому приходиться довольствоваться остатками тех моделей, которые остались на рынке поддержанных автомобилей.
– Все ровно спасибо тебе за такой подарок! Я если честно думал, что ты подаришь мне очередную банковскую карту.
– Раньше я так и делал, но сейчас захотелось как-то разнообразить свои подарки – Саша ухмыльнулся и достал электронную сигарету.
– Эй, даже не думай об этом! Только не в моей новой машине – Платон злобно покосился на брата.
– Я в своей спокойно курю, а моя, между прочим, год как выпущена и прямиком из салона.
– Со своей делай что захочешь, а в моей соблюдай мои правила.
– Ни чего себе. Кто ты и что ты сделал с моим безразличным братом?
– Съел его на обед, после того, как вы оставили пустой холодильник после себя.
– Ха—ха – язвительно смеялся Саша – как смешно.
– У тебя научился юмору.
– Нет, я тут рядом не стоял. Если бы ты учился у меня, у тебя бы отбоя от девушек не было бы – Саша сидел с самодовольным выражением лица – а так прогибаешь постоянно в одиночестве дома.
– Поэтому ты до сих пор один? – теперь уже Платон издевался над братом.
–Я один, потому что мне нравится так жить. Ни каких обязательств, поводков и бабский истерик «своди меня туда, купи мне то» – Саша изобразил писклявый тон голоса, и Платон не смог сдержать улыбки – это сейчас что было?
– Ты о чем? – не понял Платон
– Ты сейчас улыбнулся! И даже не смей отрицать этого, я все видел.
– Твой девчачий тон был слишком неподражаем. Было сложно удержаться.
– Нет, я точно тебя не узнаю – Саша усмехнулся – но даже если ты добрый двойник моего брата, то надеюсь, что ты его сожрал живьём и займёшь его место на постоянной основе.
– Не надейся – Платон закатил глаза – такими как я можно только подавиться.
– Это точно – засмеялся Саша – давай за кофе, а потом на трассу дадим ей просраться по полной.
Платон резко развернулся и направился в сторону трассы. Заехав на ближайшую заправку, парни купили себе кофе и залили полный бак в автомобиль. Выехав на трассу, Платон дал волю своим ощущениям и мечтам. Он нажал педаль газа, и машина резво зарычав, ринулась вперёд. Мелькавшие фонари в зеркалах заднего вида быстро сменяли друг друга, а Платон все больше и больше набирал скорость. Когда машина достигла скорости в двести километров в час, Саша приподнялся со своего сидения.
– Слушай, думаю, стоит притормозить.
– С чего это? Нормально же едем.
– Мы нормально, но на дороге может где-то быть яма или выскочить животное. Давай сбавляй.
Платону хотелось ещё больше адреналина. Ему не хватало скорости, чтоб в полной мере раствориться в этом дорожном приключении, но видя, как старший брат все сильнее на него косится, парень стал сбавлять скорость. Когда отметка достигла ста пятидесяти километров в час, Саша вновь откинулся на сидении и вальяжно попивал кофе.
– Она могла и больше – заметил Платон
– Я в курсе, как ты сегодня мне говорил, я не тупой.
– Так почему нельзя было разогнаться на максимум?
– Во-первых, тебе надо привыкнуть к самой машине, найти свой стиль вождения и управления, во-вторых, ты ещё не привык к самим дорогам, немного освоишься, тогда можно будет.
– А в третьих?
– А в-третьих, нет ни какого смысла так беспонтово рисковать нашими жизнями из-за пары минут кайфа.
– Вот теперь ты точно как старый дед рассуждаешь.
– Просто я вырос из возраста юношеского максимализма.
– Как же. Скажи это своим подружкам, которым ты мозги делаешь.
– Вот сюда давай ты лезть не будешь.
– Но их у тебя три. Не боишься, что они узнают друг о друге?
– Даже если узнают, что они мне предъявят? – Саша довольно усмехнулся – ни с одной из них я не состою в отношениях. У нас только секс и редкие встречи. Попробуй так же сделать, уверен, что тебе понравится.
– Мне твои подружки не нужны. Своих заимею, если понадобиться .
– Как же – вновь Саша усмехнулся и отпил кофе с картонного стаканчика – я хотел давно спросить, ты на учебу собираешься возвращаться?
– Не знаю, я там год не появлялся, да и до этого не много раз там показывался.
– Тебе остался год учебы. Я бы на твоем месте закончил начатое и довёл бы дело до конца.
– Говоришь, как отец – заметил Платон и сильнее сжал руль в руках.
– Да, и он был прав в этом.
– Только он своё дело не довёл до конца… – Платон говорил это тихо и с обидой в голосе.
– Он довёл, если бы не погиб. Тут не его вина и не вина кого-то из нас, просто такое стечение обстоятельств.
– Хреновое стечение – все тем же тихим тоном прорычал Платон.
– Не отрицаю, но давай не будем о плохом, сегодня твой праздник. Как хочешь отпраздновать?
– Ни как, ты знаешь я не праздную уже три года дни рождения.
– Ты и водить не хотел три года, но сейчас сидишь за рулём. Может, стоит начать?
– Так я начал водить – Платон прикинутся не понимающим и усмехнулся.
– Ты знаешь, что я не о вождении. Терпеть не могу, когда ты строишь из себя дурака.
– Есть у кого учиться – усмехнулся Платон .
– Точно не у меня.
– Других братьев у меня вроде нет.
– А твои дружки? Я уверен это у тебя от них.
– Не правда – спокойно произнёс Платон – к тому же мы давно не общаемся.
– Так есть повод начать заново общаться – Саша говорил спокойно, но в его голосе слышалась искра надежды, которую брат крайне редко показывал.
– Не знаю, все это не для меня.
– А что для тебя? Как ты хочешь провести этот день? Я сделаю все, что захочешь.
– Прям все? – Платон покосился на брата и ухмыльнулся.
– Прям все, но в пределах разумного.
– Я хочу по ночам иногда выезжать кататься или гулять – уверено заявил Платон
– Вот это да! – глаза Саши широко открылись от удивления
– Что тебя так удивило?
– Ты три года сидел дома, не выходя месяцами из комнаты, а сейчас ты просишь меня о прогулках? – Саша усмехнулся – и ты ещё спрашиваешь, что меня удивило?
– Да, мне не понятна твоя реакция.
– Тогда, ты ещё больший дурак, чем я считал до этого – Саша засмеялся и снова откинулся на кресле.
– Ты не ответил на мой вопрос – Платон покосился на брата, взглядом буравя его и требуя ответ.
– Хорошо, я буду только рад твоим выходам в свет. Только будет одно условие.
– Условие? – Платон удивлённо посмотрел на брата – какое?
– Не лезь, куда не следует. Хорошо?
– С чего бы я лез куда-то?
– С того, что я слишком хорошо тебя знаю, даже лучше чем ты сам себя знаешь. Поэтом и прошу тебя включить свою голову и думать ей, а не другим местом.
– Как ты, например? – Платон впервые улыбнулся от своей шутки. Саша это увидел и тоже улыбнулся.
– Мелкий, не забывайся, я все ещё твой старший брат и всегда им буду.
– О таком забудешь – закатил глаза Платон, но все ещё на лице парня осталась легкая тень улыбки.
Домой они приехали под утро, когда солнце начинало своё восхождение на небосвод. Платон в восторге загнал машину в гараж и пошёл домой позавтракать вместе с братом. Они с Сашей перекусили остатками еды, что заказывал Платон днём и пошли отдыхать. Саша заснул мгновенно, а Платон по обыкновению лежал у себя в комнате и смотрел в потолок. Теперь у него была машина, и он мог хоть как-то отвлекаться от реальной жизни и беспокойных мыслей в голове. Гнать куда глаза глядят, это было все, чего хотел парень. Удивительно, но мысли о гонках, машинах, адреналине в крови и скорости, дали Платону положительный заряд и он впервые за последние трое суток крепко заснул.
Вновь перед глазами была одна и та же картина. Дом, он молодой стоит на пороге и прощается с родителями.
– Не разнеси дом, пока нас не будет пару дней – строго говорил отец
– Обязательно кушай – нежно говорила мама – и не води толпы подружек! Я ещё не готова в сорок семь стать бабушкой!
– Мам! – Платон скривился – ну хватит уже.
– Хватит не хватит, а я слишком часто видела передачи, про беременности в шестнадцать.
– А мне почти восемнадцать, так что я уже не попадаю в эту категорию.
– Все же давай поаккуратнее, не загуби свою жизнь – мама говорила с нежностью и заботой. Она подошла и крепко обняла взрослого сына, который был на порядок крупнее и выше неё.
– Мам, все хватит меня тискать, как пятилетнего – недовольно бурчал Платон.
А потом перед глазами вспышка и воспоминания с видеорегистратора, которое показывала полиция им с братом. Машина едет спокойно по трассе со средней скоростью потока. Родители между собой шутят и говорят о всякой ерунде, в салоне автомобиля играет что-то из хитов восьмидесятых, вдруг крик мамы «ОСТОРОЖНЕЕ» и в лобовое стекло врезается огромная фура, сметая машину под себя. Затем другая картина, Платон и Саша стоят в коридоре морга со следователем. Следователь средних лет, ему около тридцати пяти лет, но выглядит он старше своих лет. Он говорит Саше, что мальчика можно оставить, хватит и одного родственника, чтоб опознать тела, но Платон отвечает за себя, что он пойдёт и посмотрит страху в глаза. Когда они надели специальные медицинские костюмы, маски, и защитное обмундирование, работник морга провёл их по тёмному коридору в операционную. Зайдя за пластиковую занавеску, Платон и Саша остановились резко в дверях, не в силах пройти дальше. Кабинет патологоанатома вызывал жуткий страх и ужас, похуже, чем в любом фильме ужасов, которые оба парня так любили смотреть. Облезлые стены, плитка частями отошла, а окна отсутствовали, из-за чего комната казалась ещё более неуютной и страшной. Холодный свет люминесцентных ламп давал ещё более неприятное ощущение смерти и безжизненности в помещении. Страшные приборы пыток лежали на столах на белых простынях, а сам патологоанатомом стоял и спокойно курил в стороне.