Текст книги "Новелла "Поездка""

Автор книги: Дарья Морозова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 1 страниц)

«Поездка»

 

Все персонажи являются вымышленными,

и любое совпадение с реально живущими или жившими людьми случайно

 

                  

Мы едем уже сутки.

Все на пределе.

Дети подавлены, напуганы, устали, начинаются капризы и нытьё.

Муж напряжён, на висках – испарина, упрямо ведёт машину, намертво вцепившись за руль. Он тоже устал, весь на нервах, старается не подавать виду, но я-то вижу, всё же 8 лет в браке.

Но меня пугает не его явная усталость и даже не неопределённость нашего будущего. 

Внутри мужа творится что-то стихийное: он меняется, перестраивается, я никак не могу контролировать этот процесс, не имею там права голоса. Не разумом, но интуитивно понимаю, хоть и стараюсь отталкивать это предчувствие, что: а) скоро он станет иным человеком, б) мне к этому человеку придётся привыкать заново и искать способы общения с ним, в) я понятия не имею, что у него на душе.

Как же мы долго едем...

Я и сама устала. Устала быть бодрой, устала быть спокойной. Однако если я сейчас взорвусь, то лучше точно никому не станет, поэтому я просто ковыряю пальцем дырку на джинсах, успокаиваюсь. Стоит мне взглянуть на водительское кресло, и снова меня начинает тревожить вопрос: сможет ли он о нас позаботиться?  

Я тянула на себе всю семью, зарабатывала больше него, дети и заботы о них были на мне! Я жила с мужем только ради детей, чтобы у них был отец, хотя бы номинальный. Он только и делал, что зависал после работы в компьютерных играх, читал книги по выживанию, бесконечно смотрел разные видео на эту же тему, учил ребят, как ставить палатки в парке, высекать огонь. Меня бесило, когда он с умным видом вещал правила очищения воды в экстремальных условиях или методику изготовления удочку из подручных средств. Ну кому это надо? В наш-то век электроники и повсеместного прогресса?!

– Какая же дичь! – сердилась я тогда. – Бесполезное знание! Лучше бы работу нашёл нормальную, где платят больше!

Но смысла противиться этим «урокам выживания от папы» я не видела: пока он тешил своё самолюбие, компенсируя нулевой карьерный рост, я могла располагать временем по собственному желанию. Правда, муж регулярно забывал, что дети захотят есть и пить без приложения к этому неимоверных усилий, поэтому возвращались они голодные, капризные, нетерпеливые и грязные.

Я помню, что тогда ждала одного: чтобы на горизонте появился мужчина, лучше, сильнее и успешнее моего мужа, который предложил бы мне выйти за него замуж. Развестись без «запасного варианта» мне казалось глупым. Однако такой герой всё не появлялся, поэтому наше бессмысленное совместное проживания и фарс ради детей продолжался.

И вот прошли всего сутки, и всё, чего я могу желать, так это войти в дом, где нас примут, дадут приют, и ощутить хот я бы на час отсутствие тягучей скорости.

Впервые в жизни, я жалею о том, что у нас нет дачи. Мы с мужем презирали работу на земле, выплачивали из моей зарплаты ипотеку за двухкомнатную квартиру и отказывались думать, что нам нужна такая денежная яма, как загородный участок. Вернее, я хотела свой дом и землю, но позже, после выплаты кредиты. Не сразу, чуть погодя, пожив какое-то время без финансовой зависимости от банка. Я тогда вяло обдумывала вариант, при котором можно было бы развестись с мужем после выплаты ипотеки и только потом купить дачу. Эти мысли лениво роились тогда в моей голове, я не выделяла их даже как второстепенные, ведь времени, как мне казалось, на окончательное решение было много.

Отец мужа ушёл из семьи почти сразу после рождения сына, его мать жила в соседнем городе и всё мечтала переехать к нам.

– Только через мой труп, – твёрдо повторяла я, пресекая любые подобные разговоры.

 Мои родители жили в другом районе нашего города и скорей всего уже погибли. Я… Я сейчас не хочу думать об этом.

Таким образом, на дом кого-либо из наших стариков рассчитывать не приходится: мы сильно зависим от запасов бензина, заправок, да и нам, взрослым, нужен, отдых.

Мы гнали наш минивен почти без остановок, по очереди меняя друг друга за рулём.

Говорят, что дорога без цели – путь в никуда. Поэтому «морковкой» для нас является дом родителей наших друзей, у которых мы как-то гостили, когда у нас ещё не было детей. Тогда дорога на машине длинною в 3 дня казалась нам лёгкой и приятной, неким удивительным путешествием, полным радужных надежд.

Надеюсь, нас приютят. Да, мы – обуза, ещё и дети, но в то же время мы молоды, сильны, мы можем им помогать в обмен на кров. Я уверена, что мы сможем ужиться! Кроме того, они нас хоть немного знают, мы – приличные люди, не бандиты, не убийцы. Да и вообще, мы же – люди…

У нас в кошельках совсем мало наличных денег, а банковские карты – бесполезны, как наверно и все деньги сейчас. Ещё сутки назад мы были уверены, что важнее финансовой составляющей ничего нет, ведь только так можно купить еду, одежду, платить за свет и жильё. И вот в одночасье этот «третий лишний» исчез между человеком и пропитанием, обнажив всю степень беспомощности современного homo sapiens.

Эта война не просто сломала существующую систему жизнеобеспечения: она разрушила всю нашу жизнь.

Когда по мигающему и подёрнутому сильной рябью телевизору объявили о нападении на страну, именно я была той, кто первой пришёл в себя и скомандовала собирать вещи. Всё происходило так быстро, что мы почти не соображали. Однако моя привычка полагаться только на свои силы помогла мне и в этот раз. Наши дети – мальчики 9 и 4 лет – ничего не понимали, а мы орали на них, когда они путались под ногами или отказывались набивать свои рюкзаки вещами, книжками и игрушками.

Мы сразу решили уехать. Я всё равно считала мужа трусом, защищать Родину, как бы пафосно это не звучало, не его сильная сторона. Мне было неприятно видеть, как он, сев за руль, вдруг попытался быть жёстким, уверенным в себе. Кого он пытается обмануть? Я знаю все его пределы, а уж водить машину умею и я, так что он не ценный ресурс в данном вопросе. Просто вдвоём будет проще. Как и всегда.

Инстинкт самосохранения буквально выдавливал нас из дома, орал над ушами о скорейшем бегстве. Муж, нет, я, хотя сейчас уже точно не скажу, в общем кто-то оказался прав: через три часа после нашего отъезда из города на него сбросили бомбу. Мы узнали об этом по радио. Это было последнее, что мы слышали в эфире. Теперь – только тишина.

Эти перемены пугают уже меньше, чем то, что происходит между нами с мужем.

Таким я его не видела никогда, и эти сила и скрытая угроза, начавшая исходить от него, подавляла и угнетала. Но я всё ещё была главой нашей семьи, поэтому команды отдавала я: едем, тормозим, меняемся.

Впрочем, помимо открытия этой незнакомой доселе стороны супруга, было ещё одно пугающее откровение: у него был пистолет. Я ничего не знала об этом. Он получил его полгода назад, не решившись мне рассказать об этом. Конечно, знал, как это тогда выглядело: безрассудно, бессмысленно и бесполезно в конце концов! В прежние времена я бы разоралась, устроила настоящий скандал, напомнила о том, что у нас дети, поэтому всё это ужасно опасно.

А сейчас я повторяю себе эти же фразы, но уже с совершенно другой интонацией: у нас дети, поэтому всё ЭТО ужасно опасно.

Помимо моей воли это всё заставило меня взглянуть на мужа немного иначе: как на мужчину, который способен выжить. С которым можно выжить мне и нашим детям. Именно поэтому, увидев, как он вынимает из закрытой на ключ коробки, которая оказывается хранилась в нашем сейфе под бумагами, я лишь промолчала, коротко кивнув.

Почему мне сейчас кажется, что за рулём сейчас – незнакомец?..

Чтобы отвлечься я в очередной раз провожу мысленную ревизию захваченных в спешке вещей: тёплые толстые свитера мне и мужу, мои две трикотажные кофты и 4 футболки, носки – у мужа 5 пар и плюс 2 пары тёплых, у меня 4 пары, тонкие, 2 брюк мужа (хватала, что угодно, так как не могла найти вторую пару джинсов), пакет с зимними пуховиками, ветровка мужа, мой плащ, у детей много разной одежды, младший сможет носить её после брата. Лёше же придётся хуже – после нас трудно носить. Я надеюсь, что всё это безумие скоро закончится, и жизнь снова наладится.

Ах, как бы хотелось уже остановиться и отдохнуть в кровати! Но мы же не можем вломиться в любой дом и расположиться там. Мы же воспитанные люди. Мы – люди в конце концов!

Так, из еды, у нас 5 банок тушенки, 3 пачки макарон, 3 пачки круп – гречневая, геркулесовая и рисовая, 4 банка яблочного варенья (свекровь варила только такое для своего сына), 3 банки рыбных консервов, 4 пакетика детского сока, 4 банана, 1,5 огурца, 5 морковок, соль, сахар, почти законченный пакет с сушками и пакетик сухариков. Воды мало – всего 3,5 двухлитровые бутылки.

Зато целая сумка лекарств. Костя, наш младший сын, – астматик, у нас есть лекарства на все случаи жизни, думаю, что на полгода точно хватит.

Костя начинает выгибаться дугой, натягивая ремни безопасности: хочет выйти. Мы с мужем понимаем, что это не безопасно, но, коротко обсуждая ситуацию, решаем остановиться. Размять ноги не повредит.

Конечно, 10 минут мало и детям, и нам. Я украдкой смотрю на мужа, напряжённо оглядывающего местность: черты лица заострились, между бровями складка кажется и не пропадает вовсе теперь.

Надо ехать дальше. Попытки уговорить младшего сына проваливаются: он маленький, ему хочется ещё побегать вдоль дороги! Он плачет и плачет, никак не перестаёт. Старший – Лёша – угрюм и сосредоточен, молчалив, что совсем на него не похоже. Он уже всё понимает и на глазах начинает взрослеть.

Я сама на вз

...

конец ознакомительного фрагмента