Текст книги "Я (не) убегу от тебя (СИ)"

Автор книги: Дарья Мариенко

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 11 страниц)

Сердце с перебоем отбивает глухие удары, а глаза подозрительно щиплет, когда он поднимает истекающую кровью девушку. Такая лёгкая…

Как можно аккуратней кладёт на заднее сиденье, и садиться рядом, положив ее голову себе на колени.

Гоша садиться за руль и срывается с места. Кир мог бы сам, но отпустить её руку сейчас выше сил парня. Ему хочется кричать на друга, чтобы ехал аккуратней, но нельзя, дорога каждая секунда. Он успевает лишь придерживать Лину, на ямах и выбоинах.

Кириллу кажется, что кожа любимой становится ещё бледнее, а дыхание реже.

Гоша уверяет, что будут в ближайшей больнице через 20 минут. Маленькая, местная, но до другой могут просто не дотянуть. Сейчас важно оказать первую помощь, а потом уж он пригласит лучших врачей и переведёт в лучшую клинику.

– Держишь любимая, пожалуйста. Только держись. Ты же злюка моя, куда я без тебя? Ты мне ещё такую же маленькую злюку родить должна, слышишь? Я люблю тебя…вас, вы моя жизнь. Лина…, – шепчет он ей в волосы, склонившись. А несколько слез предательски срываются с глаз. В последний раз он плакал после смерти родителей…

– Приехали, – врывается в болезненное сознание голос Гоши, и он буквально вылетает из машины и бежит в приёмной отделение.

Проходят мучительно долгие пять минут, в течении которых Кир успевает проклясть все и всех на свете за это промедление и готов разнести по кирпичику обшарпанное здание, но вот, наконец, из дверей выкатывают каталку и бегущий впереди врач, даёт знак переложить Лину на них.

Кир как можно аккуратней делает это, но руку по прежнему не в силах отпустить.

Коридоры и повороты сливаются в один сплошной фон, но перед очередной дверью его останавливают.

– Дальше нельзя, – твердо заявляет доктор.

– Я не отпущу её, – отрицательно мотает головой Кир.

– Вы мешайте! Ей нужен осмотр и операция! А вы сейчас тратите драгоценные секунды на споры! Готовы взять на себя ответственность за это промедление?

Вопрос риторический, Кирилл с ощутимым трудом отпускает Лину. Тут не имеет значение его власть и сила. Сейчас все в руках провинциального доктора.

– Она, возможно, беременна, – только и выталкивает из себя брюнет.

Медработник лишь кивает, принимая к сведению новую информаци, и уже полностью сосредотачивает свое внимание на девушке.

Когда каталка скрывается за дверью, Кир невидящим взглядом смотри на них, а в груди ядерный взрыв не дающий сделать и вдоха.

На плечо ложится чья-то твёрдая ладонь.

Заторможено поворачиваясь, видит Гошу, тоже напряженно вглядывающегося в закрытые двери.

– Она сильная, справится. Слышишь? Я ещё погуляю на вашей свадьбе, – убежденным, твердым голосом выдаёт друг, – И это… чур я крестный.

Кир прикрывает глаза, шумно заглатывая ком в горле.

Теперь остаётся только ждать…

***

"Я что, лечу?" – проскальзывает в сознании глупый вопрос.

Геля ещё не открывает глаза, но ощущает себя странно, тело как будто невесомое. Это пугает и она с трудом приоткрывает веки.

Над головой белый потолок, штукатурка не первой свежести, как и светильники, один из которых противно мигает.

"Что за…, где я?"

Стоило поднапрячь память, как мозг старательно воспроизвел последние воспоминания.

"Ребёнок!" – молнией пронеслась мысль, порождая страх.

Видимо она издала какой-то звук, потому что в следующую секунду перед глазами появляется озабоченное лицо Кира, а потом так же быстро исчезает. Не успела она возмутиться, как он вернулся вместе с мужчиной в халате. Геля хочет спросить, но её останавливают.

– Подождите, не говорите. Поберегите силы, я сейчас вас быстро осмотрю.

Геля несогласно мотает головой.

– Ребенок, – спрашивает она, но горло сильно пересохло, и из горла вырывается непонятный хрип.

Геля кладет руку на живот и её понимают без слов.

Кир с врачом обмениваются непонятными взглядами и на секунду сердце останавливается.

Кирилл, увидев её состояние, подлетает и осторожно берет за руку.

– Ребенок жив, не волнуйся, – она облегчённо выдыхает, не в силах сдержать слез. Но что-то в его глазах и голосе не так… ладно, разберёмся потом, сейчас главное, что все живы.

Сознание начинает уплывать и уже сквозь сон слышит голос врача.

– Ей лучше, восстанавливается, но… я вам уже говорил…

– Я поговорю с ней, – глухой и раздраженный ответ брюнета.

" О чем?" – недоуменно подумала она, прежде чем окончательно провалится в лечебный сон.

Глава 58

Первое о чем подумала Ангелина, придя в сознание, что лучше бы она не ощущала тела как в прошлый раз. Сейчас она прекрасно чувствовала, что по ней проехался как минимум каток.

Особенно сильная боль была в правом плече. Как будто ей ножом расковыряли дыру.

"Хотя почему "как будто" наверняка так и было".

Она помнила, как её обожгла пуля. И это действительно было в районе ключицы. Она еще тогда подумала, что повезло, не в живот.

С трудом повернув голову, заметила как справа от больничной койки, на мягком стуле в крайне неудобной позе дремлет Кирилл.

Кстати палата вроде другая, более просторная и не такая убогая. Точно, вон, штукатурка не отваливается.

Геля с придыханием смотрела на парня, заново исследуя взглядом каждый миллиметр любимого лица.

Сейчас он был уставшим, даже во сне брови слегка хмурились, а лоб пробороздила складка. Да ему тоже пришлось нелегко…

Интересно как он воспринял новость о беременности? Был ли рад?

Несколько мгновений думала, будить его или нет, но в итоге эгоистичное желание увидеть глаза, дотронуться до кожи, победило.

– Кирилл, – тихонько позвала она, так как голос до конца не восстановился.

Брюнет сразу встрепенулся, как будто только этого и ждал.

– Лина, – выдохнул облегчённо и, поднявшись с кресла, пересел к ней на край кровать, беря за руку, – ты как? Давай я дежурную медсестру иди врача позову, если он не успел уйти домой. Хотя ничего, вернётся.

Только сейчас Геля заметила, что за окном глубокий вечер.

– Не надо, все хорошо. Давай побудем вдвоём. Расскажи, что случилось.

– Тебе сейчас нельзя нервничать, давай потом? – с надеждой спросил он.

– Я могу наоборот надумать себе лишнего и занервничать ещё больше. Так что лучше расскажи сам.

Он и рассказал вкратце о том, как Гоша сообщил о её пропаже, как обратился к дяде (обалдеть, этот мужик его дядя), как они искали и подбирались к Сокольскому. Выжимка сухой информации без лишних эмоций. Но даже при такой подаче, ясно, как он переживал все это время.

– Лина, тебе надо больше отдыхать, – закончил он свой краткий рассказ, поглаживая её руку.

– Я совсем не хочу спать, – честно ответила она.

– Тогда, – замялся он, – скажи, где ты была. И как…ну, с тобой ничего не делали? Я видел синяк на лице…

Ангелина прикрыла веки. Воспоминания о пленении не вызвали ужаса. Её не били и не насиловали. Если не считать последний приход Сокольского, все было вполне… терпимо.

Перед глазами встал кадр как пуля пробивает голову бизнесмена. Да… а вот это, пожалуй, пару тройку раз в кошмарах приснится. Было ли ей жаль его? Сложный вопрос. С одной стороны он действительно был уродом, исковеркавшим наверняка не одну жизнь, вспомнить хотя бы бывшую жену… с другой, настолько ли был ужасен, чтобы заслужить смерть? Ответа она просто не знала, возможно, да, возможно нет.

Скорбеть по нему правда точно не будет.

– Лина, – выдернул её из воспоминаний Кир. – Если не готова пока об этом говорить, то не надо.

Сейчас он надумает себе всяких ужасов.

– Кир, ничего ужасного со мной не было. Правда. Когда только похитили, Дмитрий пришёл, стал угрожать, что уничтожит тебя, Катюшу, подругу мою, Марину… если не стану послушной куклой. Приставил мордоворотов и сообщил, что вернётся через пару часов за моим согласием. А потом… не появился. Охрана относилась… нейтрально. Совру, если скажу, что не было страшно, но мы в основном переезжали с места на место. Было сложно из-за токсикоза, и боялась что поймут про беременность. Правда, когда пришёл Соколький во второй раз, он был взбешен и попытался… взять меня, но малыш решил что нефиг и изверг из моего желудка содержимое прямо на него. Получила пощёчину за это… а потом он меня увёз к тебе… В общем, все могло быть намного хуже.

Кир до побеления костяшек сжал кулаки и уставился невидящим взглядом в одну точку.

– Кирилл, ты что? – аккуратно спросила Геля, дотронувшись до его плеча.

Он, как будто очнувшись, тряхнул головой.

– Прости меня. Что не смог уберечь. И мне чертовски жаль, что не переломал ему все пальцы на руках. Перед смертью.

Ангелина вздрогнула. Она не привыкла видеть Кира таким… да и в целом думать о смерти Дмитрия не хотела.

Кир заметил её реакцию и тут же покаянно опустил голову.

– Прости меня. Я идиот.

С минуту они молчали, погруженные в свои мысли.

– Ты рад? – спросила она и, поймав недоуменный взгляд парня, пояснила. – Беременности. Я знаю, мы даже не разговаривали на эту тему, но так получилось… Ты не думай, я не скрывала, сама поняла лишь после похищения. Но знаешь, я рада. А ты? – и затаила дыхание, ожидая, как он сейчас широко улыбнётся и станет говорить, что самый счастливый на свете.

Но вот проходит секунду, другая… а реакции нет. Сердце ухнуло, и улыбка сползла с лица. Его вид был скорее загнанный, чем счастливый.

Неужели не хочет? Быть такого не может…

– Лина, нам надо поговорить…

Глава 59

– О чем? – настороженно спросила она.

– О беременности.

– Кир, я ничего от тебя не требую. Не буду врать, надеялась, что ты тоже обрадуешься. Но нет, так нет…, – помимо воли от обиды сдавило грудину. Геля с трудом сохранила видимое спокойствие, не ожидала от него такое. Правда, она же любит его и казалось что он тоже. Да все произошло не запланировано, но как же так… малыш же часть его, так же как и её. Это обидно, досадно, неприятно, в конце концов! Брюнет сейчас оставит их? Ну глупость же! Они столько уже пережили, и ребёнок наоборот должен был принести радость, а Кир морозится… что вообще происходит? Да и боль в теле не даёт сосредоточиться.

– Лина, послушай же ты! – резко сказал брюнет, и Геля притихла, смотря на него. Кир выглядел продавленным. – Блять, – выдохнул он.

Что-то не так… совсем не так… но он же сказал, что ребёнок жив? Это она и спросила вслух.

– Жив, – подтвердил он и встав с кресла подошёл к окну. Всегда подходит к окну перед важным разговором. Собирается так с мыслями.

– Дело в другом. Ты потеряла много крови, у тебя сильная анемия, как и лекарства с анестезией которые кололи. Более того провели дополнительные анализы, выяснилось, что у тебя серьёзные проблемы с почками… а учитывая общее состояние организма… И ещё, стресс, уже чуть не случился выкидыш. В общем, Лина, если плюсовать все факторы, то… есть огромная вероятность что ты либо не выносишь, либо организм просто не выдержит беременность. Сейчас это очень опасно для твоего здоровья. Те же почки могут просто отказать… врач настаивает на необходимости аборта, пока срок еще маленький. Всего три недели, это даже еще не ребенок в полном смысле

– Тааак, ясно – протянула она. Напал какой-то ступор. Как реагировать было не понятно совершенно. Точнее, как раз понятно, что никакой аборт сейчас он делать не собиралась. Надо просто выдохнуть и собраться с мыслями.

– Лина… я не могу тебя потерять. Слышишь? Не могу, – с каким-то отчаянием произнёс он. Но вопреки всему это вызвало лишь злость у девушки.

– А я не могу потерять ребёнка! Ты готов настаивать на аборте, потому что один! Один блин! Врач что-то сказал. Значит так. Это не вариант.

– Это опасно, ты не сможешь…, – начал он.

– Смогу! – отрезала Геля. – Кир я люблю тебя, но сейчас хочу побыть одна, – отвернулась в другую сторону, с трудом сдерживая слезы.

– Лина…

– Я устала и хочу спать. И… мне надо подумать.

Он вздохнул, и Ангелина скорее почувствовала, чем услышала, как брюнет подошёл к ней. Наклонился и поцеловал в макушку, слегка погладив по плечам.

Он не хотел уходить, и наверняка будет где-то поблизости в больнице, но сейчас она действительно хотела побыть одна и Кир это принял.

Когда палата опустела, Лина все же всхлипнула пару раз, но быстро взяла себя в руки.

Ей было плохо физически, слабость и боль во всем теле доставляли мучения, но были ничем, по сравнению с тем, что творилось в душе.

Будь она младше, возможно и скатилась бы в истерику, но жизненный опыт говорил, что слезами делу не поможешь, а нервничать вредно, что впрочем, не помешало крутить изнуряющие мысли в голове.

Вскоре измотанная морально и физически не заметила, как заснула.

Утро встретило ярким солнцем и приятным сюрпризом.

После полезного, но невкусного завтрака, нескольких болезненных уколов и кучи лекарств, дверь в палату открылась и в неё буквально влетела Марина! Вообще девушка ждала врача с обходом, чтобы задать интересующие её вопросы, но он запаздывал, а тут такая встреча!

– Геля! – вскрикнула Марина и хотела уже обнять, как затормозила в последний момент. Да, активные обнимашки сейчас Ангелине противопоказаны.

– Как ты тут оказалась? – ошарашено выдала Геля.

– Это твой парень меня нашёл, Кирилл. Ух красавчик конечно, молодчина! – подмигнула, подняв большой палец вверх – Сказал, что ты в больнице и тебе не помешает дружеская поддержка, – резко нахмурилась она. – Он у тебя и правда хороший, встретила его в коридоре, видимо всю ночь тут провел, рядом с палатой. Видно, что переживает, любит… Гель, расскажи, как это произошло? Что с Сокольским? Я боялась тебе набирать по тому номеру с смс. Как ты тут оказалась?

Ангелина глубоко вздохнула и стала рассказывать. Всё, без утайки. Она хотела с кем-то поделиться, и лучшая подруга была идеальным вариантом. И про жизнь в другом городе, про Катюшу, знакомство с Кириллом, их жизнь и похищение. Про беременность и слова врача. Только умолчала о дырке во лбу Сокольского, просто потому что эта информация могла быть опасна для подруги.

– То есть, ты беременна? – уточнила она.

– Да.

– И хочешь оставить ребёнка?

– Да.

– Не знаю, что сказать. Но я с тобой, поддержку и помогу, чем смогу, ты же знаешь…

В этом момент дверь открылась, и зашёл виденный ранее врач.

– Я оставлю вас, но ещё зайду попозже и мы все обсудим, – увидев мужчину, поднялась Марина и, клюнув в щеку, выпорхнула из палаты.

Разговор с врачом не принёс ничего нового. Он осмотрел, сделал какие то пометки и повторил, то, что уже сказал Кирилл но более заумными словами. Куча медицинской терминологии сводилось к одному, беременность сейчас нежелательна. Геля с трудом сдержалась, чтобы не нагрубить. Он же спас ей жизнь… и сейчас тоже просто делает свою работу.

После врача осторожно, будто боясь реакции на свое появление, зашёл Кирилл.

– Привет, – улыбнулся он. Но глаза оставались серьёзными.

– Привет.

– Что ты решила? – казалось, он даже затаил дыхание в ожидании ответа.

– Я не буду делать аборт. Кирилл, мы же взрослые люди, и решать такой вопрос на основе одного мнения, глупо. Как только я немного оклемаюсь, поедем в Москву к другим специалистам. Там пройдём УЗИ, посмотрим как ребёнок, сдам ещё раз все анализы. Лягу на обследование. Я уверена, все не так страшно. Надо немного восстановиться и все будет хорошо. Считай это интуицией, если хочешь. Но аборт будет огромной ошибкой, непоправимой.

– Хорошо, – сдался он. – Лина, я люблю тебя.

– И я тебя.

Глава 60

Спустя 2 месяца

Март в этом году, в Москве был холодным и промозглым. Они с Киром снимали двухкомнатную просторную квартиру рядом с частной клиникой, где Геля встала на учёт.

Пара перебралась в столицу две недели назад. В прошлой больнице пришлось провести почти месяц, прежде чем её выписали. Сейчас Геля чувствовала себя вполне сносно. Правда приходилось пить кучу таблеток, от анемии, для почек, витамины, и для сохранения беременности. В общем каждый час какую-нибудь пилюлю проглатывала. Хотели положить и здесь в стационар, но Геля запротестовала и сошлись на домашнем лечении под строгим контролем.

Сегодня они должны были идти на первое УЗИ и получить результаты прошедшего обследования.

Геля сильно волновалась, но пыталась держаться бодро, чтобы не нервировать брюнета. Он и так все два месяца был похож на великовозрастную няньку, которая душит своей заботой.

Вроде звучит не плохо, но на деле довольно утомительно. Сейчас в Москве контроль над здоровьем чуток ослаб.

Как поняла Геля, теперь Кир работал то ли с дядей, то ли на него. Она так и не разобралась в их взаимоотношениях. А Гоша контролирует дела в Угольске.

Брюнет просто физически не мог находиться рядом с ней постоянно.

Геля не тешила себя надеждой, что криминал остался позади. Скорее наоборот. Теперь Кир даже одевался по-другому, более презентабельно, а главное что-то изменилось внутри него. С ней он по-прежнему был заботливым и любящим, но когда Геля смотрела на него со стороны, видела, как Кир заматерел, даже взгляд стал другой. Он и раньше умел внушать опасения, подавляя окружающих, но теперь язык бы не повернулся назвать его парнем. Мужчина, опасный и властный. (К н и г о е д . н е т)

Геля принимала его и таким, давно решив для себя, что отношения с ним стоят того.

Больше всего её приезду в Москву радовалась Марина, которая почти все свободное время проводила вместе с Гелей. Ей иногда казалось, что Кирилл даже немного ревновал к подруге.

Ангелина взглянула на часы. Пора собираться. С Киром они встретятся уже в клинике. Внимательно посмотрела на себя в зеркале. Живота ещё толком не было. Только если присматриваться и то, больше похоже на то, что она объелась за завтраком. С любовью положила ладонь на живот и тихонько погладила.

– Все будет хорошо, малыш.

К клинике подходила, испытывая лёгкий мандраж. Ладно, совсем не лёгкий, а очень даже существенный.

Кир уже ожидал у входа, в костюме и рубашке выглядел шикарно.

– Привет, – поздоровался, легонько касаясь губ. Все два месяца он, казалось, боялся лишний раз к ней прикоснуться. Возможно, потому что интим был запрещен, и чтобы не искушаться лишний раз, вообще избегал физического контакта, нет, она получала и объятья и вот такие лёгкие поцелуи, но не то… Геле смертельно не хватало их обоюдной страсти.

Тяжело вздохнув, она взяла Кира за руку и они пошли к кабинету.

Очереди не было и, получив приглашение, сразу вошли внутрь.

Её встретила Ольга Николаевна, врач у которой она и наблюдалась.

Сердце замерло и пустилось вскачь, когда Геля увидела ребёнка. Ей казалось, что на таком сроке ещё ничего не будет понятно, но нет, это был маленький человечек, который дрыгал ножками и ручками.

А когда на весь кабинет раздался стук сердечка, она не смогла удержаться и прослезилась, повернувшись к Киру.

Он немигающим взглядом смотрел в монитор, ловя на нем каждое движение.

– Пока все хорошо. Никаких отклонений не вижу, – сказала врач и только сейчас Геля смогла сделать полноценный вдох. – Хм, и даже могу сказать пол ребёнка. Лежит очень удачно. Это не стопроцентно, более точно только на втором скрининге, но тем не менее.

И повернулась в ожидании ответа.

– Да, скажите, – глухим голосом ответил Кир.

– Девочка. Дочка.

– Дочка, – повторил он.

А Геля же ничего не могла сказать, мешал ком в горле. Сейчас она точно знала, что не сделает аборт, даже если врач будет настаивать.

После завершения УЗИ, они втроём перешли в кабинет врача.

Кирилл напряженно смотрел, как Ольга Николаевна вглядывается в результаты анализов и обследования.

– Итак, – наконец подняла она взгляд, и Геля почувствовала, как брюнет весь напрягся и подобрался. – Что можно сказать на сегодняшний день. Плод развивается согласно сроку, это хорошо. У вас Ангелина со здоровьем хуже, но… удовлетворительно. Железо хоть и медленно, но верно стало подниматься. Почки полноценно не справляются, однако при правильной и последовательной терапии это можно минимизировать. Плацента в низком предлежании, но на этом сроке ещё все может поменяться. В целом на данный момент опасений выкидыша нет. Конечно, для вас остаются риски, не будут врать, беременность дастся тяжело, и, тем не менее, не буду так критична настроена как мой коллега и ваш предыдущий врач. Вы вполне можете выносить и успешно родить. Но! Повторюсь, при постоянном лечении и наблюдении.

– Да… да, конечно, – как заведенная повторяла Геля, до конца не веря в слова Ольги Николаевна, – Кир, ты слышал? Я же говорила, говорила.

– Да любимая, все хорошо, все хорошо – притянул к себе Ангелину, целуя в лицо, каждый миллиметр. И впервые погладил живот, улыбаясь открыто и искренне.

Они даже и не заметили, как врач тактично оставил их одних, дав насладиться моментом радости.

Эпилог

Спустя 3 года

Кирилл

– Папа, – дочка радостно влетает в объятия Кирилла. Он бывает дома не так часто как хотелось бы, а потому каждое мгновенье маленькая Маша старается быть рядом и даже свою маму подпускает к папе неохотно. Маленькая ревнивица.

– Привет, пусеныш, – подхватывает он её на руки и подбрасывает вверх, под счастливый визг ребёнка.

Сейчас глядя на свою кроху, он с ужасом думал, что ее могло не быть. Если бы не вернулся обратно в Угольск, если бы не встретил Лину, если бы она не смогла отстоять свое право дать жизнь… Ей это далось нелегко, почти весь второй и третий триместр беременности провела на сохранении, но не жаловалась, понимала для чего все это.

А конце концов до положенного срока доносить не получилось, для почек нагрузка была уже критична, и как только врач дал добро на проведения кесарева без серьезного риска для ребёнка, на свет появилась Маша.

Ох и дала им жару эта мелочь, характер стал очевиден в первые недели. Впрочем, сейчас он тоже никуда не делся. В свои два года она была хоть и своенравной, но умной и ласковой девочкой.

– Ну вот, – из-за угла выглядывает Лина, – сейчас опять перед сном перевозбудится. Сам укладывать будешь, – ворчит, хоть улыбку спрятать и не получается. Очень уж шкодно смотрится большой и серьёзный Кир в строгом костюме с весящей на нем обезьянкой.

– Ох, женщины, – демонстративно закатывает глаза брюнет, но, тем не менее, возвращает ребёнка на пол, после чего подходит и притягивает Ангелину для поцелуя.

Маша недовольная тем, что внимание обожаемого папочки переключилось на кого то, втискивается между ними.

– Папа! – слышится требовательное, и Кир послушно идёт за дочерью. Маше обязательно надо показать какой она дом из лего сегодня построила.

После ужина, Лина ушла укладывать дочку спать, а Кирилл сел еще немного поработать.

Его дядя скончался от болезни полгода назад, до последнего скрывал от немногочисленных родственников и партнёров, что болел шесть лет. И именно поэтому искал приемника, но последний год его состояние стало очевидным.

Киру пришлось отстаивать свое право быть наследником его империи. И если с легальной частью бизнеса все было официально, а потому проще, то с теневой стороной пришлось доказывать всеми способами. Это было быстро и… кроваво. Но если дать слабину, сожрут. А он не мог этого допустить, за ним семья. Его жена, дочь, сестра, бабушка с дедушкой.

Он оградил своих близких от этой части его жизни и сделает все, чтобы грязь их не коснулись. А за свои грехи ответит сам.

Конечно, Лина не дура и обо всем догадывается, но принимает его позицию, оставлять работу за дверями дома. По крайне мере ту ее часть, где надо быть не человеком, а зверем среди других зверей.

Лина же вернулась к своему любимому делу – фотографии. Правда, сейчас это хобби, в деньгах они не нуждаются. Но если она решит вновь выйти на прежний уровень, Кир ей хоть сто выставок в самых лучших галереях Москвы и Питера организует. Радовать свою любимую жену ему самому в радость.

Геля иногда ревновала, ведь с новым статусом вокруг крутилась множество девок, самых тюнингованных и готовых на все, а Кир лишь посмеивался, ведь ни одна из них даже близко не могла сравнится с Линой, а он не идиот, чтобы разменять свою семью на сомнительное одноразовое удовольствие. А учитывая, с каким трудом она ему досталась, и подавно. Сокольский до сих пор считается пропавшим без вести, так и останется.

– Работаешь? – уставшим голосом спрашивает Геля, заходя в спальню. Да, с их егозой не просто, но Лина пользуется услугами няни только в крайних случаях.

– Уже нет, – с ухмылкой отвечает он. – Иди ко мне, – с хрипотцой зовёт Кир.

Его заводит вот такая домашняя, уютная жена, куда больше чем боевая раскраска и самые дорогие наряды. Сейчас, Лина настоящая, естественная. Его.

Кир притягивает в объятьях и глубоко целует, пробираясь ладонью под футболку, сжимая грудь и лаская соски.

Геля выгибается на встречу, все такая же отзывчивая и желанная.

Кирилл стягивает одежду, одновременно покусывая и целуя, ключицы, живот, бедра.

Скользит пальцами по складочкам, и кружит по клитору, не настолько сильно, чтобы дать разрядку, но достаточно, чтобы довести до грани.

– Кир, – стонет Лина, и в этом стоне кроется просьба большего.

Он уже и сам не может терпеть и врывается в лоно, наполняя собой, начинает двигаться, сначала медленно, а потом наращивая темп, вколачиваясь в прекрасное тело жены, пока не чувствует как ему в плечи впиваются ногти, а стенки сокращаются вокруг члена. Ещё пару движений и Кир кончает следом.

Ещё несколько минут, они просто лежат рядом, наслаждаясь негой.

– Знаешь, – тихо говорит Лина, – я благодарна Дмитрию.

– За что? – нахмурился Кир, все расслабление как рукой сняло. Имя этого мужчины в устах любимой женщины напрягало.

– Я убежала от него и нашла тебя.

– Ты счастлива?

– Очень.

– И я, злюка. Главное, от меня не беги.

– Я не убегу от тебя. Обещаю.