Текст книги "Женщина для Угрюмого (СИ)"
Автор книги: Дарья Дятлова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 1 (всего у книги 4 страниц)
Женщина для Угрюмого
Пролог
– Ты зачем половину квартиры ей продала? – у Сашки лицо злое, глаза молнии мечут, боюсь-боюсь, напугал.
– А что такое? – сделала глаза удивлённые. – Это же твоя любимая женщина, полгода ты с нею тёрся, вот и живите дружной семьёй, мешать не буду.
– Ты мне должна была предложить твою долю выкупить, по закону так положено, – ах, мы ещё и законы знаем?
– А у тебя что семь миллионов есть сейчас? – именно за столько я его полюбовнице свою долю и продала.
– Нет, но…
– Ну а в чём тогда вопрос? – скажи спасибо, что за такие дела рожу не расцарапала.
– Да не хочу я с нею жить!
– А придётся, милый Саша! – поправила свою новую причёску, демонстративно по выдающейся фигуре руками провела, закинула ремешок сумочки на плечо и красиво пошла к своей новой машине. – Будь счастлив, дорогой!
Глава 1
Ох и хорошо же я придумала! Вернулась в родные края, где воздух даже другой.
Дом в районном центре купила, на работу устроилась.
Жизнь новыми красками заиграла, а то просвета в ней вообще не было: работа, работа, дом, работа.
Шесть лет своей жизни на этого индюка потратила, шесть своих лучших молодых лет!
Пока ипотеку за квартиру выплатила, да кредиты за две машины закрыла, чуть пуповина не размоталась.
Санёк то последние два года в депрессии, как же, научная интеллигенция не приняла его последнюю работу, уволился и всё это время жалел себя любимого.
И мамаша его туда же.
– Не трогай его, у него тонкая материя…, – ну так надо было в банке сказать, мол, платить не будем, у нас тонкая материя, тьфу!
Я и сама уже на развод подавать хотела, да всё жалела. А тут, бац, звонок мне на телефон.
– Лариса, – женский писклявый голосок. – Мне срочно с вами поговорить нужно, это касается вашего мужа.
Ну, думаю, насчёт работы кто-то из бывших коллег поговорить хочет, ан нет, там дела покруче нарисовались.
– Ну так говорите!
– Я возле больницы в машине сижу, сможете на пять минут спуститься?
– Сейчас, – у меня как раз перерыв на чай, поэтому спустилась, ждёт же.
– Я прошу вас отпустите Сашу, мы уже полгода вместе, у нас чувства, а вы нам мешаете, – челюсть моя до пола упала… пока я на двух работах, да дежурства ночные беру, чтобы кредиты ежемесячно закрывать, мой «профессор» бабу себе завёл? – Я к вам не просто так, я с предложением… после развода продайте мне свою долю в квартире.
– А зачем? – у меня от шока в голове извилины переплелись.
– Ну чтобы Санечка от меня никуда не делся…
Ну божий одуванчик, вся такая тонкая и прозрачная, один нос, выдающийся на лице.
Со мною полная противоположность, я-то дивчина гарная, не каждый мужик талию обхватит, а тут… и посмотреть-то не на что. Не знала, что у моего так вкус изменился.
– Ну так что, вы согласны? – святая простота. – Я посмотрела рыночную стоимость вашей квартиры, десять миллионов, я вам шесть дам! Наличными. И за мебель тоже выплачу.
Вот что любовь с людьми делает, на всё согласна ради него.
Думаете отказалась? Ага, щазз. Пусть забирает это добро, мне после её признаний на своего муженька даже смотреть противно.
– Я согласна! Только пока ему об этом говорить не будем.
Как вечером удержалась и скандал не закатила дома не знаю.
Просто заявление на развод подала и мужа перед фактом поставила.
Развели быстро, а что тянуть, детей же нет.
Собрала все свои вещи и выехала из квартиры, в последний раз взглянув на довольное лицо мужа, наверное, думает, что единолично будет жилплощадью владеть, ну посмотрим ещё.
Нотариус спокойно отнёсся к нашей сделке, всё оформил без волокиты и уже к вечеру я была с кругленькой суммой в кармане.
Доработаю последние два дня и прощай большой город! Хватит с меня этой суеты, этих каменных дебрей, я к себе хочу, в родной маленький городок.
– Лариса Ивановна, – в кабинет заглядывает Люда, моя помощница. – К вам ещё пациент по записи, примете?
Смотрю на часы, вообще-то рабочий день закончен, но вдруг там экстренно.
– Пригласи!
– Ты зачем половину квартиры ей продала? – у Сашки лицо злое, глаза молнии мечут, боюсь-боюсь, напугал.
В кабинет влетел мой муж, теперь уже официально бывший.
– А что такое? – сделала глаза удивлённые. – Это же твоя любимая женщина, полгода ты с нею тёрся, вот и живите дружной семьёй, мешать не буду.
– Ты мне должна была предложить твою долю выкупить, по закону так положено, – ах, мы ещё и законы знаем?
– А у тебя что семь миллионов есть сейчас? – именно за столько я его полюбовнице свою долю и продала.
– Нет, но…
– Ну а в чём тогда вопрос? – скажи спасибо, что за такие дела рожу не расцарапала.
– Да не хочу я с нею жить! Она же ничего не умеет! Она только салатные листья ест, да морковь отварную! – а…, ну так будешь чаще котлетки мои вспоминать, да блинчики. – И на работу меня устраивает, мебель таскать! Я же научный сотрудник, мне же нельзя!
– А придётся, милый Саша! – поправила свою новую причёску, демонстративно по выдающейся фигуре руками провела, закинула ремешок сумочки на плечо и красиво пошла из кабинета, на улицу к своей новой машине. – Будь счастлив, дорогой!
Этот его взгляд я точно никогда не забуду. Так-то, милый!
Ухожу красиво, а ты гуляй теперь со своей Галочкой дальше. В душе никакого сожаления я теперь от балласта свободна!
Сижу в своём собственном саду, на красоту любуюсь, чай с плюшками попиваю… жизнь хороша! И жить хорошо!
Я теперь женщина свободная, при деньгах, при хорошей работе. Буду жить в своё удовольствие, без мужика, конечно, нажилась по самое горло!
Прикрыла глаза от удовольствия, подставив яркому солнышку свои прелести для загара.
– Милота, а вы кто такая и что вы в моём доме делаете? – рявкнул кто-то грозный из-за забора, отчего я подскочила на месте.
– В смысле «в моём доме»? – уставилась на великана за штакетником. – Я его купила неделю назад, понятно вам?
Ничего себе девки пляшут, раскомандовался тут!
– Как купила? Мне хозяин этого дома денег должен, много! Дом мой!
– Да что вы говорите? Правда? – встала в стойку, артиллерию свою пятого размера выставила, руки в бока крутые упёрла. – У меня все документы на руках, так что проваливай, сосед, и нервы мне не порти!
Глава 2
– Угрюмый, ну ты сильно к сердцу не бери, – Тоха помог загрузить большой рюкзак в багажник такси, подошёл и крепко обнял, постучав слегка по спине.
– Фс…, – сука, как долго ранение заживает. – Всё нормально, Тох, просто на душе паршиво, что вы без меня в этот раз в командировку поедите.
– Успеешь ещё отлежаться, Батя сказал месяца через два нас теперь отправят на рубеж, – да знаю я эти два месяца, труба позовёт, в течение часа предупредят и на базу! – Ничего, на свежем воздухе ты быстро в строй встанешь, тем более за тобой персонального доктора закрепили, а может там сладкая бабёнка!
Тоха приложил свои огромные ручищи к груди, а потом к заднице, показывая эту самую сладкую бабёнку.
– Да ну тебя! – отмахнулся, усаживаясь потихоньку на заднее сидение. – Тут ни дыхнуть, ни пёрнуть не могу, а ты мне сладкую бабёнку пророчишь, что я с ней делать буду? Искусственное дыхание? Ты лучше кого-нибудь подряди джип мой ко мне в деревню пригнать. Как я без своего коня.
– Не ссы, отправлю в лучшем виде или сам пригоню, посмотрю, что ты там за домик себе прикупил, может тоже рядом приобрету, – водитель уже косо посмотрел на меня в маленькое зеркальце, и я начал закрывать дверь. – А чё, буду после марш-бросков там отлёживаться.
– Приезжай, как раз рядом со мной такой есть, я уже его выкупил практически, соседями будем.
Машина тронулась, оставляя позади военный госпиталь, Тоху и остальных пацанов.
Угораздило же меня на растяжку наткнуться, располосовало пол грудака, хорошо, что не сильно глубоко.
Бесит всё, я сейчас своим нужен там, а теперь буду отлёживаться, как баба, да деревенским воздухом дышать.
Ехали часа четыре, у меня дом там в деревне от бабки достался. После того, как Маша к другому ушла, устав ждать меня из вот таких командировок, квартиру ей оставил, натерпелась она со мной. Работа у меня такая, да ещё и характер не сахар. А она у меня нежная, спокойная, стеснительная… в общем никак на жену полковника не тянет.
Да вообще нет такой женщины, которая меня к ногтю прижмёт…, а Машенцию я отпустил и даже морду её хахалю бить не стал. Моей вины в этом разводе больше было, чем её.
Больше хомут на шею вешать не буду, упаси, Господи! Тут только свистни, любая ножки раздвинет и за счастье примет трах со мной. Никаких обязательств, никакой нервотрёпки.
Чик-пык и адьос! Свободен, как вольный ветер!
Меня потому и Угрюмым кличут, что не общительный я больно, это мне жена бывшая особенно в вину ставила.
– Ни ласкового слова от тебя, ни похвалы, ни совета… как будто с деревом в браке живу! – да ты и сама не слишком словоохотлива, хотелось ей сказать в ответ, но я промолчал, просто вещи нужные собрал, документы на развод подписал и ушёл в закат.
Пусть счастливой будет со своим ботаником, она этого достойна.
Машина плавно остановилась у моего дома, чувствую себя негодным ни на что, из машины выйти не с первого раза получается, но всё же стиснул зубы и превозмогая боль, вылез, держась за дверцу.
– Шеф, давай я вещмешок в дом занесу, тяжёлый, – а я зубами скрипнул даже, как новорожденный ребёнок сейчас, слабый и уязвимый.
– Спасибо, занеси…, – отпёр ключом ворота и протянул водиле ключ от входной двери. – Вот, открой и в коридоре оставь, пожалуйста.
Что ж он меня ждать будет, пока я доковыляю до дома.
– Ключ в замке оставил, вещи занёс, выздоравливайте, товарищ полковник!
– Есть выздоравливать! – отвечаю уже по привычке и жму ему руку. – Калитку крепче прижми, когда выходить будешь, до щелчка.
– Сделаю!
Такси уехало, а я остановился посреди двора и вдохнул полной грудью свежего деревенского воздуха… хорошо-то как!
После развода я за этот дом плотно взялся, благо деньги есть, а если они есть, то и в деревне из дома конфетку сделать можно.
Притащил из города бригаду строителей и за три месяца мне из старого домика сделали особнячок, аккуратненький такой, уютненький. Обстановку свежую, во дворе брусчатку и две ёлки на входе… ну красота же!
Правда был я здесь последний раз до командировки, в которой меня ранило, да ещё и в госпитале месяц провалялся.
Дошёл до крыльца и уже хотел ногу на ступень поднять, как из-за дома послышалась весёлая залихватская песенка.
«Крошка, ты потанцуй со мной немножко
А ну чё это за кошка?
Ой, сносит бошку, моя матрёшка!»
Петрович что ли зажигает там? Опять на подвиги потянуло мужика, домой тянет, а дом-то уже мой! Почти.
Развернулся и поковылял в сад, весёлая зажигательная мелодия так притягивала, что сам чуть в пляс не пустился.
Завернул за угол, Петровича не видать, ну ближе подошёл и на штакетник облокотился, при этом лицезрея такую картину, что в штанах встало то, что месяц еле вставало просто поссать.
На плетёном кресле-лежаке распласталась такая смачная пышечка! Топ еле тити прикрывает, да не тити там даже, а буфера объёмные, пердиль широкий глаз приковал напрочь! Талия тоже есть и довольно-таки тонкая для такого калибра.
Глазки томно прикрыла, пальчиками на ногах с ярко-красными ноготочками в такт музыке шевелит… на солнышке загорает…
Это точно не формат Петровича, у него и женщин во дворе я никогда не видел.
Блять, у меня слюнки потекли, глядя на такое пиршество.
– Милота, – почему-то грубовато рявкнул я, жалея сейчас, что не умею так, как Тоха. – А вы кто такая и что вы в моём доме делаете?
Пышечка заколыхалась и от неожиданности вскочила с лежака, явив и того прекрасную фигуру в ещё выгодном свете.
– В смысле «в моём доме»? – уставилась на меня, как на привидение, да ещё с таким вызывающим недовольством, что я сразу понял, соседка у меня не с простым характером, и спуску мне точно не даст ни по какому вопросу. – Я его купила неделю назад, понятно вам?
А я на её огромные груди уставился и глаз отвести не могу, да это же просто произведения искусства!
– Как купила? – еле взгляд оторвал от этой бомбы и ринулся в бой. – Мне хозяин этого дома денег должен, много! Дом мой!
– Да что вы говорите? Правда? – встала в стойку, буфера свои вперёд выставила ни грамма не стесняясь, ручки пухленькие в талию воткнула и стала ещё на меня надвигаться. – У меня все документы на руках, так что проваливай, сосед, и нервы мне не порти!
Вот же Петрович, сука неблагодарная, кинуть меня решил?
Глава 3
Вот же хам! Упитанный, а не воспитанный!
Так меня рассматривает, как будто нормального женского тела никогда не видел, а может импотент? Тоже, возможно, поэтому и нервный такой.
А мне стесняться нечего, я в своём дворе, в чём хочу, в том и хожу, тем более что не голая же совсем.
Да если честно, то совсем не хочется с ним ругаться, с соседями дружно жить надо, это ещё бабушка мне говорила.
– Уважаемый, давайте не будем нервничать и спокойно во всём разберёмся, – схватила со спинки свой халатик, натянула на себя и крепче поясок завязала. – Может чайку? С мёдом и плюшками?
Худой мир лучше доброй войны!
Смотрит на меня так, как будто я ему яд в кружке предлагаю, вот же упёртый мужик!
И вдруг он начинает закатывать глаза…
– Плохо мне…, – наваливается на штакетник и вместе с ним падает к моим ногам… бубух!
Даже облако пыли поднялось. Мамочки!
– Мужчина! – наклонилась над ним, с трудом перевернула на спину и начала хлестать несильно по щекам. – Что с вами? Очнитесь!
Бледный весь, кровинки на лице нет. И в себя не приходит совсем!
Рванула в дом, соображая, где у меня аптечка, а именно нашатырный спирт. Вот уж действительно сапожник без сапог, сама же медик!
Ну тут меня понять можно, не обжилась ещё на новом месте. А вот! Нашатырь нашла, но ни ватки, ни бинта на худой конец… схватила полотенце и во двор.
Сосед уже очнулся и сел на пятую точку, только глаза закрыты и за голову держится.
Плюхнула нашатырь на кончик полотенца и в нос ему, на!
– Ёпш мать! – его как будто током пробило, оно и понятно, вонь от этого нашатыря просто сказочная. – Вы что меня добить хотите?
И кашляет, и чихает, и засмеяться пытается.
– Ну хоть какая-то реакция, – я снова присела перед ним на корточки, убрала его руки и заглянула в лицо. – Давайте поднимайтесь и в дом, осмотрю вас!
Встала, пытаюсь поднять, но разве ж такого амбала с места сдвинешь.
– Не надо ничего осматривать, я к себе пойду! – он упрямый, но я ещё упрямее.
– А ну разговорчики! – от удивления мужчина даже с земли приподнялся. – Или я сейчас скорую вызову и вас в больницу отвезут, выбирайте!
– Только не в больничку! – ну я так и думала, мужики больницы стороной обходят и ненавидят туда попадать. – Помочь сможете, что-то у меня ноги трясутся.
– За меня держитесь, вот так… осторожно, не торопимся, а то я вас не удержу, весовые категории немного разные!
– В высоту или в ширину? – а больному уже, кажется, лучше раз шуточки уже отпускает.
– Я бы на вашем месте не рисковала шутить насчёт моей несравненной фигуры, – ты говори, говори, только в обморок больше не падай.
– Что несравненная это да… да я и не шучу, я на полном серьёзе, – и это пока стерпим, только бы до дивана этого кабана дотащить.
– Разговорчики в строю! – уже по привычке выдаю я, у меня же отец военный и дома мы с сестрой и братом строем ходили и наряд вне очереди по кухне получали чаще, чем домашние задания в школе.
– Вы вообще-то со старшим по званию разговариваете…, – фух, вот и диван.
– Разберёмся! – осторожно разворачиваю, усаживаю на диван, поправляю подушку и заставляю мужчину лечь.
– Да мне уже лучше, я просто забыл, что этот чёртов забор не прибит был, я же уже думал, что и этот дом мой.
– Вы мне лучше скажите, что у вас болит? – перебиваю его стенания о потерянном доме. – Голова кружится? Тошнота? Давайте я вам давление померю!
Принесла из спальни тонометр, расчехлила его и уставилась на его огромные ручищи…, да там манжет не налезет, по швам разойдётся.
Тогда дедовским способом воспользуемся… нашла на запястье пульс, засекаю время и начинаю считать… высоковато, так оно и понятно, очесаться так!
– Я сейчас немного полежу и нормально всё будет, – слабость у него, это и так видно, укрыла пледом его мощные плечи, на лоб мокрое полотенце на всякий случай и прикрыла дверь, чтобы не мешать.
Вот это я купила домик в тихом местечке! Вот это я насладилась тишиной и спокойствием!
На всякий пожарный случай прошла в спальню и достала из шкафа документы на дом… да нет, всё в полном порядке, нотариально заверено… всё моё по закону.
Пусть со своим Петровичем разбирается, а я свою недвижимость никому не отдам!
Щёлкнула замком, решив сразу переодеться, солнечные ванны теперь принимать не получится, с таким-то соседом за забором.
Я такого мужчину вообще первый раз вижу, огромный, плечистый… такой, наверное, обнимет и в обморок упасть можно от удовольствия.
Лариса, о чём ты вообще? После моего Сашка и его предательства, они и на дух мне не нужны, как и этот красавчик со своими стальными мускулами.
Говорю так себе, а перед глазами всё равно сосед стоит… ну не слепая же я, если красивый, так и говорю, что красивый.
Надела яркое домашнее платье в цветочек, на голову косынку… пойду супчик жиденький сварю, болезного соседа покормить надо же, и так сил нет у него.
Через час уже всё было готово, да и в гостиной шум уже слышался, а вот и он на пороге, даже и будить не пришлось.
– Идёмте, кормить вас буду, – какой же он огромный, голову приходится задирать, чтобы в лицо ему посмотреть. – А то опять в обморок хлопнитесь.
– Да неудобно, наверное…, – замялся в дверях моей кухни, но вижу же, что голоден.
– Отказ не принимается, специально для вас приготовила, ну садитесь уже! – как только он за стол уселся, кухонька сразу в размерах на порядок уменьшилась. – Вот, кушайте на здоровье!
– М-м… вкуснотища-то какая! – тарелка домашней лапши исчезла за секунду. – М… а добавки попросить можно?
– Ну конечно!
– Меня, кстати, Семён зовут…
– А я Лариса…, – подала ещё ему лапши и тут услышала звонок своего телефона. – Слушаю!
– Лариса Ивановна? – голос такой представительный.
– Да…
– Это адвокат вашего бывшего мужа… мы в суд подали на отмену сделки по купле-продаже по квартире, принадлежащей вам в равных долях..., – всё-таки подал, засранец, видимо так уже жизнь с любимой Галочкой за неделю осточертела. – Слушание через пять дней, вам нужно будет присутствовать в качестве ответчика, как и Голубкиной Галине Эдуардовне.
– Я буду! – в телефоне короткие гудки, а у меня в голове шум.
– Лариса, что-то случилось? – Семён и есть перестал, ожидая ответа.
– У меня к вам, Семён, просьба небольшая…
– Да чего уж там, валяйте! После такой лапши я полностью в вашем распоряжении! – мужику и правда полегчало…
– Муж бывший на меня в суд подал, не могли бы вы со мной поехать туда… ну как мой… мужчина.
Поперхнулся, кашляет так, что щёки раскраснелись.
– Ну допустим я соглашусь, а почему в суд то подал, что вы ему такого сделали?
Мне даже неудобно как-то ему говорить…
– Да я свою долю в нашей квартире его любовнице продала…
– Что ты сделала? – хохочет, поддерживая руками живот. – Лариса, ну с вами не соскучишься!
Глава 4
Такой лапшички я с детства не ел, только у бабули, да с домашней курочкой. Навернул две тарелки, а третью постеснялся попросить. Ну а что, я мужик не маленький, аппетит у меня хороший, даже сейчас, когда я ещё не поправился.
Обычно заживало, как на собаке, а в этот раз инфекция какая-то попала, будь она неладна…
Лариса по кухне носится, суетится, а я глаз от неё оторвать не могу. Вот это габариты! Прямо по мне сделана эта женщина.
– Кх, Кх…, – даже закашлялся от своих думок, спокойно Угрюмый, ты ещё на больничке, не хрен на женщин заглядываться, всё равно ты ей сейчас предложить ничего не сможешь. – Ну допустим я соглашусь с вами пойти, узнать можно, чего он в суд тебя потащил?
Я вот свою по судам не таскал, отпустил с миром и начал строить свою жизнь без неё.
– А я свою долю в квартире любовнице его продала, но как оказалось бывшей, – кашель у меня сильнее стал, вот боевучая эта Лариса, это же надо такую свинью мужику своему подложить!
Выросла она в моих глазах ещё на несколько пунктов.
– Ну с тобой, соседка, не соскучишься! – смеюсь, остановиться не могу, представив такую ситуёвину. – Хорошо, я с тобой пойду…, но тебе отплатить мне придётся...
– Чем это? – сразу в позу встала, уставившись на меня с подозрением. – Интим не предлагать, сразу говорю!
А я бы не отказался от такой сладкой пушистой кошечки…
– Что за мысли, женщина! – покраснела… ну вот то-то. – Просто мне перевязку два раза в день делать нужно, а я в медпункт ходить не хочу, сможешь?
Теперь уже хихикает она, отчего на пухлых щёчках появляются красивые ямочки.
– Считай, что медпункт уже у тебя дома, я в вашей амбулатории фельдшером с понедельника работать начинаю!
– Ничего себе…, – бывают же совпадения такие.
– А это случайно не ты из госпиталя военного сюда сбежал? Мне поручение особое пришло.
– Он самый! – слава моя раньше меня добежала, я вообще-то стараюсь своей работой нигде не светить, а то мало ли что, у врага уши везде и расслабляться нам ещё рано. – Только это большой секрет вообще-то.
– От меня ни одна живая душа не узнает…, а с перевязкой только завтра, или в аптеку придётся съездить надо.
– Доктор в госпитале с собой всё дал, так что никуда ехать не нужно, – без этого просто не отпустил бы домой меня Павел Петрович, только под честное слово, что буду строго придерживаться его инструкций и уколы тоже не пропускать.
– Ну тогда вообще никаких проблем, ты как чувствуешь себя, воин? – да я же даже имя своё ей не сказал.
– Я Семён… тогда вечером жду у себя на перевязку или мне лучше прийти?
– Приду часов в шесть.
– Ну тогда к себе пойду, я ещё даже в дом не заходил, как приехал…, – с трудом поднялся из-за стола и поковылял домой, хотя уходить очень не хотелось, уютно тут рядом с нею… или где-то на подкорке в мозгу всё-таки сидит тоска по женской ласке…
– Давай провожу уже, второй раз я тебя уже не дотащу, великан! – за руку придерживает, а у меня кожа в том месте прямо полыхает огнём, ну что ж, воспользуюсь сердобольностью соседки, мне сейчас можно, я же больной как никак.
Пошатнулся возле двери, так руку мою к себе на шею закинула, за талию меня обхватила и потащила на мой участок… силёнок хватает, это даже по комплекции видно.
– Может рано ты ещё из больницы вышел, надо было под присмотром врачей подольше оставаться, – может и рано, но не мог больше там находиться, удручают меня больничные стены. – А ну-ка, давай на кровать ложись! Посмотрю, что там у тебя.
Слабость опять вернулась, и я даже сопротивляться не стал, только выбор комнаты за собой оставил.
– Слушаюсь! – хотел отсалютовать, но руку прострелило ужасной болью, наверное, когда падал, что-то поранил… чай не мальчик уже… сорок пять годочков уже в паспорте накапало. – Только можно не на кровать, а на диван, там хоть телевизор смотреть буду.
– Ну пошли на диван, – гостиная у меня занимает почти половину дома, тёмный угловой диван стоит в правом углу, огромный телевизор напротив полтора метра в диаметре… мечта любого мужика, раньше всё время не было, а теперь его хоть отбавляй, чёртово ранение, чтоб им всем пусто было! – Ложись и показывай, где у тебя болит.
Болит у меня сейчас намного ниже, когда на спину лёг, там огромный бугор встал, мне кажется, что я даже покраснел, вот так моя соседка на меня действует.
Но вида не подал, а начал поднимать вверх футболку на груди, оголяя перебинтованную грудь.
– Вот…
– Ничего себе… чем это тебя так? – глаза Ларисы стали просто огромными на лице. – Технику безопасности не соблюдал?
– Осколками от мины посекло… хорошо, что голову успел прикрыть, – не захотелось мне ничего придумывать, пусть уже знает, как всё было.
– Так ты… оттуда? – в её прекрасных глазах появились слёзы.
– Да… оттуда.
Лариса присела на колени передо мной и трясущимися руками начала разматывать бинт, на котором от падения проступили пятна крови.
– Бедненький… больно? – ласковые пальчики порхали по моей груди, вызывая во всём теле такие ощущения, что выть хотелось от бессилия. – Что же ты сразу не сказал, что серьёзно ранен… где лекарства и медикаменты, что врач тебе дал?
– Вон там, в вещмешке сверху лежат, – хотелось поймать её за руку и прижать к себе ближе, чтобы почувствовать её обалденный запах, чтобы пышные тити ощутить в ладонях, чтобы… ты что, Угрюмый, вообще с катушек съехал?
Напугаешь своим напором девушку, сбежит к херам и больше близко не подойдёт же.
– Я сейчас, ты лежи отдыхай, скоро легче будет, Сень, – метнулась к моему вещмешку, а у меня в голове это её «Сень», как музыка звучит…
Срочно надо бабу снять, иначе уже скоро буду кидаться на всех, как маньячелло.
