Текст книги "Витязь без шкуры"

Автор книги: Дарья Калинина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 16 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]

Глава 7

Кире и Лесе было тревожно. Да еще они были утомлены поездкой в Сестрорецк, но отдыхать девушки не собирались, ворочаться без сна в кроватях им было не под силу. Надо было срочно чем-то занять себя, отвлечься от тяжелых мыслей. Ведь от Лисицы и Эдика до сих пор не было никаких известий. И в сложившейся ситуации это был весьма дурной знак.

После полудня в дверь позвонила Надя, она принесла им Славика, и подруги, которые были в таком состоянии, что уже не могли ни о чем думать, обрадовались ребенку.

– Его надо покормить, – сказала Надя. – Он только утром кашу покушал. А теперь ему нужен суп.

Ну, суп так суп. По крайней мере, тут все было просто, ясно и знакомо. Сварить суп, измельчить его блендером, а потом наступал процесс кормления. Одна из подруг что-нибудь изображала, а вторая тем временем ловко запихивала в открывшийся от изумления рот ребенка ложку с кушаньем.

Но вот Славка был накормлен, умыт, причесан, переодет и уложен на тихий час. А сами подруги, прибравшись в кухне, которая всегда после кормления Славки выглядела так, словно тут трапезничали по меньшей мере полдюжины поросят, вновь оказались наедине со своими страхами. И против воли темные мысли снова полезли им в голову.

– А вдруг их уже и в живых-то нету?

– Типун тебе на язык! Не смей так говорить!

– Но если они не отзываются, не подают о себе вестей, то где же они?

– Наверное, там же, где и те двое ребят, которых похитили до них. Это Сверчок и Гортензия.

– Гвоздика.

– Все равно. Ты про кого-нибудь из них двоих слышала?

– До вчерашнего дня никогда!

– Вот и я тоже.

Подруги помолчали, а потом Леся снова вздохнула:

– Эх, знать бы, кто это сделал!

– Салим знает.

– И где он – этот Салим? Где его искать?

– Может, у жены спросить?

– Полицейские ее уже допросили и, как сказал Никита, не один раз. Бесполезно. Она ничего не знает.

– Не знает или не говорит?

– А зачем ей скрывать что-то от полиции? – удивилась Леся.

– Много зачем.

И Леся задумалась.

– Например, она может выгораживать мужа. Или просто не верит в его причастность к убийству Дины и не хочет, чтобы ее мужа арестовали под горячую руку.

– Вот и прячет его. Ждет, когда найдется другой подозреваемый, тогда Салим и выйдет из подполья.

– Думаешь, нам надо за этой женщиной проследить?

– Думаю, что для начала нам нужно с ней хотя бы познакомиться и просто поговорить.

Подруги еще сомневались, когда раздался звонок Никиты. Голос его звучал озабоченно.

– Следователь сообщил, что результаты предварительной экспертизы салона белой «Ауди» готовы.

– И что там?

– Там… Там много чего.

Голос Никиты звучал загадочно.

– Во-первых, сразу скажу, что в салоне полным-полно отпечатков ваших мужчин и отпечатков совсем свежих.

– Значит, Эдик и Лисица были в этой машине?

– Да.

Хорошо, что теперь хотя бы можно будет со стопроцентной точностью говорить о том, что Эдик и Лисица были в той белой «Ауди», принадлежащей Салиму. До сих пор даже это утверждать точно подруги не могли.

Но вторая новость оказалась уже не такой хорошей.

– В салоне есть видимые следы крови.

Подруги испуганно охнули. Несмотря на то что им то же самое сказал следователь, слова Никиты произвели на них более сильное впечатление.

И Никита поспешно воскликнул:

– К счастью, обнаруженная в салоне кровь не подходит по группе ни одному из пропавших офицеров. Это кровь каких-то других людей, а не ваших мужей.

– Людей? Ты сказал, людей? Не одного человека, а разных людей?

– Ну да. Двоих. И, что интересно, пятна на обивке сидений салона тоже разной степени давности. Те, что посвежей, принадлежат с большей долей вероятности Дине. Это ее группа крови. А те, что появились часа за три-четыре до этого, принадлежат человеку, чья группа крови совпадает с группой крови Салима.

– Так что же… В машине есть кровь Салима и есть кровь Дины?

– Пока нельзя утверждать это со стопроцентной вероятностью, но похоже, что это так.

– Значит, Салим был ранен?

– Крови довольно много, – произнес Никита. – От простого пореза на пальце столько не натечет. Вероятно, Салим мертв или тяжело ранен.

Что ж, теперь у подруг был повод, чтобы наведаться к жене Салима. Им очень не хотелось быть гонцами, дурные вести приносящими, но в данном случае у них не было выбора. Они должны поговорить с этой женщиной. А без определенной доли откровенности с их стороны разговор вряд ли состоится.

– Поедем.

Подруги накормили своих кошек. И еле дождавшись, когда проснется Славка, подруги опять отнесли ребенка в дом генерала, сбагрили его безропотной тете Наташе, а сами отправились в город.

Анжелу тоже терзала тревога, хотя и в меньшей степени, чем двух подруг. Девушка прошлась по своей квартире, выглянула в окно, где в прорехах облаков виднелось синее небо и время от времени поблескивало солнышко. Тяжелых дождевых туч не наблюдалось. А для затяжной питерской осени и такой день был подарком, пусть и не очень солнечным, но зато теплым и без дождя.

Однако сегодня Анжелу не порадовали ни солнце, ни кусочки синего неба, она не могла выбросить из головы мыслей о погибшей подруге. С того момента, как Анжела увидела в руках следователя паспорт подруги, услышала горькие слова «крепитесь!», она поняла, что жизнь ее никогда уже не будет прежней. Произошло чудовищное преступление, смерть прошла совсем рядом с Анжелой, и лишь чудом она осталась жива.

Сегодня утром, вернувшись домой, Анжела не могла думать ни о чем другом, кроме как о том, до чего же ей повезло.

– Если бы Дина взяла меня с собой… Если бы мы с ней вместе укатили на той белой «Ауди»… Если бы я побывала там вместе с Динкой…

На этом месте речитатив Анжелы заканчивался, потому что она не знала, где это «там» довелось побывать ее подруге.

Несмотря на легкомысленный образ жизни и общее настроение ничего не принимать всерьез и близко к сердцу никого не подпускать, Анжела считала себя человеком неглупым. И сейчас она понимала, что лишь по счастливому стечению обстоятельств избежала смерти. Пострадала Дина, которая сунулась куда не следовало и поплатилась за свое любопытство.

– Но все-таки где была Динка вчера утром? Пусть даже она отправилась с ребятами куда-то на белой «Ауди». Но от меня они уехали в пять, домой Дина приехала к десяти. Где она была эти пять часов? И что она делала, пока за ней снова не заехала белая «Ауди»? – Мать Дины говорит, что дочь легла спать. Но так ли это?

По словам дяди Володи, его молодая соседка и не думала спать. Вместо этого она весьма деятельно провела последние отпущенные ей часы жизни. Звонила кому-то по телефону, болтала, хвасталась своей удачей. И хотя дядя Володя не мог точно сказать, с кем общалась Дина в этот промежуток времени, Анжела подумала, что она могла бы это узнать.

Для этого надо было всего лишь влезть на страничку Дины в «Одноклассниках», а также побывать в других социальных сетях, где Дина могла оставить какие-то записи или… или даже фотографии.

Расчет Анжелы оправдался в полной мере. У Анжелы даже сердце трепыхнулось, когда она увидела последнюю запись, сделанную Диной. Подруга вовсю хвасталась тем, что ей удалось наконец заполучить себе в бойфренды крутого перца. Причем одними словами Дина не ограничилась, она продемонстрировала несколько снимков интерьеров, сопровождая каждый из них комментариями: «Вид из окна нашего нового загородного дома! А вот это наша гостиная! Полюбуйтесь, какая у меня теперь спальня!»

Всюду были позолота, лепка и резьба. Амурчики с золотыми крылышками в изобилии порхали на потолке. Пол был выложен таким пестрым узором, что от него рябило в глазах. Мраморные львы с тяжелыми и тоже золотыми гривами охраняли огромный камин, в котором полыхало целое бревно.

Злые языки могли бы сказать, что фотографии Дина скачала откуда-нибудь, что к самой Дине эти фотки не имеют никакого отношения, если бы не одно «но». Вглядываясь в фотографии, Анжела не удержалась и присвистнула. Уже на третьей фотке было самое интересное: на кровати в спальне лежала Дина собственной персоной, полуобнаженная, лишь в красивом кружевном белье.

– Ничего не понимаю, – поразилась Анжела. – Где это она валяется? У кого в гостях?

К сожалению, фасад богатого дома на выложенных в сети фотографиях запечатлен не был. Поэтому, что это за дом, чей он и в какой местности находится, Анжела сказать не бралась. Но сколько она ни рылась в памяти, никак не могла припомнить, у кого из их общих с Диной друзей или знакомых могли быть в доме такие золоченые интерьеры.

– Деньжищ тут вбухано немерено.

Всерьез заинтригованная, Анжела снова просмотрела несколько фотографий. Особенно ее заинтересовала одна из них, где подруга фотографировала себя стоящей с кокетливой метелочкой в руке, с игриво оголенной ножкой и в костюмчике горничной.

Надпись к этой фотографии гласила: «А это наши ролевые игры!»

Прочтя эту приписку, Анжела невольно ахнула:

– Уже и до ролевых игр у них дело дошло! Быстро!

Анжела недоумевала. Обычно Дина любила поломаться, поводить за нос кавалеров, строить из себя этакую недотрогу-капризницу. Но тут, видимо, подруга не устояла. Богатый дом придал роману Дины необыкновенную скоротечность и легкость.

И все же Анжела недоумевала: если Дине повезло подцепить такого крутого перца, почему она не похвасталась этим в первую очередь ей? За последние месяцы они с Диной необыкновенно сблизились, проводя много времени вместе. И кому, как не ей, Дина должна была позвонить в первую очередь, чтобы поделиться своей удачей! Однако подруга этого не сделала, предпочтя вместо этого делиться своей радостью с виртуальными знакомыми и вовсе случайными людьми, заглянувшими на ее странички, или пусть и с подругами, но не столь близкими ей.

– Почему же она не позвонила мне?

Ответ был прост, лежал на поверхности. Видимо, совесть у Дины была нечиста. И считая, что своей удачей она обязана тому, что обманула подругу, уехала на дорогой машине с богатым кавалером, оставив Анжелу дома скучать одну, Дина решила ей ничего не говорить.

Анжела сначала хотела рассердиться на ветреную подружку, но потом, вспомнив, чем в итоге для Дины закончилась эта поездка и это знакомство, воскликнула с горечью:

– Ах, Дина, Динка! Что же ты наделала, глупая!

Но Дина лишь молча смотрела на нее с фотографии, тараща свои блестящие глаза в объектив. И даже на фотографии было видно, каким торжеством сверкают глаза девушки. Она была явно уверена в том, что жизнь повернулась к ней своей позитивной стороной. И что уж теперь она, Дина, сделает все возможное, чтобы зацепиться в этом богатом доме.

И Анжела неожиданно поняла, она не сможет жить спокойно до тех пор, пока не поймет, что же случилось с Диной. А потому, взяв телефонную трубку, принялась обзванивать всех общих с Диной знакомых. Девушка действовала методично, надеясь у кого-нибудь выяснить подробности о последнем знакомстве своей подруги.

Жена Салима была русская. Звали ее Анна. Она оказалась дома, занималась домашними делами, смахивала пыль, переставляла с места на место книги, фарфоровые безделушки…

Свое занятие она объяснила подругам так:

– Волнуюсь, руки меня совсем не слушаются, словно деревянные. Что ни возьму, то уроню, разобью… А ничего не делать, просто сидеть на месте, не могу. Мысли страшные тогда в голову лезут. Уже половину фарфора и стекла перебила, а все никак не уймусь.

– Вы бы прислугу попросили вам помочь.

Квартира у Салима была многокомнатной, отделана современно и со вкусом. Никакой лепнины, никакой декоративной мишуры, все очень функционально, но вместе с тем с первого взгляда было понятно, что денег в ремонт хозяева квартиры вбухали изрядно. Все помещения были очень просторными и светлыми. А гостиная, где состоялся разговор, та и вовсе смахивала на футбольное поле. Ясно, что для наведения порядка в такой большой квартире нужна была помощница.

Подруги рассматривали Анну. Ей было около сорока или чуть больше. Но она тщательно следила за своим лицом и фигурой, умудрившись сохранить девичью стройность. У Анны были темные глаза и чуть тронутая солнцем кожа. Она была в длинном платье и носила шелковый платок. Видимо, желая угодить любимому мужу, Анна приняла ислам.

– Нет, прислуга мне не нужна, – произнесла женщина. – Я хочу хоть чем-то себя занять, потому и делаю. Только не помогает.

В этом подруги очень хорошо понимали ее. Они и сами находились в схожем состоянии, когда страшное беспокойство буквально снедает тебя, а как от него избавиться, ты не знаешь.

– По телефону вы сказали, что у вас есть какая-то информация о моем муже? – спросила Анна у подруг, и в голосе у нее послышалось волнение.

Подруги рассказали ей о том, что привело их к ней. Сказали, что их собственные мужья тоже пропали. Где они, никому не известно. Но так как уехали они на машине Салима, то не вместе ли находятся сейчас?

– Мне уже звонили из полиции, сказали, что нашли нашу машину и что моего мужа в ней не оказалось.

Голос Анны звучал растерянно.

– Я не понимаю, что случилось.

Если по дороге сюда у подруг еще теплилась надежда, что жена Салима знает, где находится ее муж, может, даже сама его прячет, то теперь эта надежда погасла. Анна выглядела бледной, перепуганной и совершенно несчастной.

И Леся прошептала Кире на ухо:

– Если эта женщина знает, где ее муж, то съешьте меня тогда без соли и уксуса.

Кире тоже казалось, что Анна честна с ними. А уж когда подруги рассказали о том, что в деле появился еще и труп девушки, за которой заехал кто-то на машине Салима, глаза Анны вспыхнули.

– Не может быть, чтобы Салим стал мне изменять! – воскликнула она с гневом. – Нет, только не он!

– Муж вас так любит?

Анна кивнула головой и пробормотала:

– И еще Салим очень порядочен. У нас с ним совершенно особые отношения. Нет, я в его измену никогда не поверю!

– Значит, у Салима был какой-то другой повод взять Дину с собой.

– А может, это у ваших мужчин был такой повод?

Теперь голос Анны звучал враждебно.

– Может, это они у вас любители девочек, а вы на моего Салима пытаетесь вину свалить?

– Нет, наши мужья тоже бы не стали нам изменять. Они нас любят.

Анна молчала. И тогда Леся произнесла:

– У мужчин мог быть к Дине другой интерес, не амурный.

– Какой?

– А у вас нет никаких предположений? Муж ничего вам не сказал, куда и почему уходит?

– Я спала, когда он ушел, – произнесла Анна. – В пятницу муж допоздна задержался на работе. Вернувшись, ушел к себе в кабинет, где тоже работал. Я заснула, так и не дождавшись его.

– Может, он оставил вам какую-нибудь записку? Объяснение?

– Нет, ничего. Единственное, мне кажется, будто ночью мой муж кому-то звонил. Но разговора я не слышала. И когда я открыла утром глаза, а это было часов в восемь, то мужа не оказалось рядом. Я обошла всю квартиру и только тогда поняла, что его дома нет. Он куда-то ушел.

– Но вы ему позвонили?

– Конечно! Немедленно!

– И он вам ответил?

– Да, сразу же. Сказал, что не может разговаривать, что очень занят. Как только освободится, он мне перезвонит.

– И вы не спросили, чем это он таким занят?

– Спросила, но он сказал, что потом все объяснит.

– И как? Объяснил?

– Нет. Я ждала час, затем перезвонила, но он сказал, что все еще занят, но скоро вернется.

– То есть это было в девять часов утра?

– Да, где-то так.

А Эдик с Лисицей перестали выходить на связь еще в восемь утра!

Кира спросила:

– Во время своего разговора с мужем вы не слышали каких-нибудь посторонних звуков? Голосов? Шума проезжающих машин?

Анна покачала головой:

– Нет, ничего такого я не припомню. Да и разговаривали мы с ним всего несколько секунд, что в первый, что во второй раз.

– А потом?

– Больше мы с мужем не разговаривали. Я немного обиделась на него, все-таки выходной день, мы планировали провести его всей семьей. А он куда-то убежал спозаранку, да еще потом не желал говорить, где находится. Так что я ждала его возвращения до полудня, затем позвонила, но он трубку уже не взял. И вообще телефон у него был выключен.

Так же, как и у Эдика с Лисицей. Но те пропали из эфира еще раньше.

– Скажите, Анна, а когда ваш муж уехал, вы ничего странного не заметили?

– Я же вам уже все сказала…

– Может, что-то в доме изменилось? В чем ваш муж уехал?

Анна задумалась.

– Уехал он в обычной одежде, но знаете…

– Что?

– Очень странно, как раз вчера утром, когда я хватилась мужа, наша горничная не нашла своей униформы и, хотя искала ее по всему дому, так и не смогла найти.

– Пропала униформа горничной? – удивились подруги. – Может, девушка сама ее куда-то засунула?

– Сначала я тоже так подумала и даже сказала Наташе быть повнимательней. Но она клялась и божилась, что накануне принесла униформу из химчистки, а второй комплект, наоборот, собиралась туда сдать. Она это очень хорошо помнит. Утром в субботу обнаружилось, что есть только один комплект, как раз тот, который она должна была отдать в химчистку. А второго, чистого, чтобы ей в него переодеться, нет.

– Значит, в тот день, когда пропал ваш муж, обнаружилась также пропажа этой чистенькой униформы?

– Ну да.

Совпадение или нет?

– А можно нам поговорить с этой девушкой? – спросила Кира.

– Можно, – кивнула головой Анна и звонким голосом крикнула: – Наташа! Подойди, пожалуйста, к нам!

Почти мгновенно появилась горничная. Подруги даже подумали: как это она так быстро материализовалась? Должно быть, подслушивала разговор своей хозяйки, болтаясь где-то неподалеку.

Наташа была среднего роста, среднего телосложения. На девушке красовалось коротенькое платьице, может быть, чуточку слишком короткое, нежели пристало носить горничной. К платью прилагался кружевной белый передничек и такая же кружевная наколка на голову. Все выглядело очень мило.

Увидев горничную, Анна произнесла:

– Наташа, расскажи, пожалуйста, как получилось, что у тебя пропал второй комплект униформы.

– Анна Георгиевна, – заныла девушка, – я же вам уже сто раз говорила, не виновата я!

– А ты в сто первый скажи, не переломишься.

– Ну, с вечера я оставила оба комплекта у себя в кладовке, а утром прихожу – нету одной вешалки. А раз нету, значит, кто-то ее забрал.

– Кроме вас кто еще тут работает? – спросила Кира.

– Повариха, тетя Нина. Только она не могла взять.

– Почему?

– Та незачем ей. Она в нее нипочем не влезет, даже если по всем швам мою форму распороть.

Подруги взглянули на Анну.

– Да, – призналась та, – Нина Ивановна страдает избыточным весом.

– Жирная она! – заявила Наташа с присущей молодости безапелляционностью. – Жирная и по́том воняет. Попробовала бы она мою форму взять, я бы ей показала!

– Допустим, ты форму не брала. Нина-повариха тоже не брала. Тогда кто?

– Кроме нас только хозяева остаются.

И горничная стрельнула глазами в сторону хозяйки. Что, мол, скажешь?

– Девочек я спрашивала, они не брали, – произнесла Анна. – Да и ростом они повыше Наташи будут. Им ее форма мала в любом случае. Я тоже не брала.

– Остается ваш муж.

– Господину Салиму-то эта форма зачем? – фыркнула Наташа. – Она ведь женская! Платье, передничек.

Анна нахмурилась. Ей совсем не понравилось предположение подруг.

Подруги не могли так сразу ответить, зачем Салиму была нужна форма горничной, но какая-то мысль у них в голове появилась. Если допустить, что именно Салим заехал за Эдиком и Лисицей и это он попросил позвать с собой Дину, значит, у него были какие-то планы насчет этой девушки. Нет, отнюдь не амурного характера, Дина была нужна ему совсем для другой цели. Вот только для какой?

– А вы не помните, не приходил ли к вашему мужу темноволосый, крупного телосложения мужчина, на пальце у него был перстень с инкрустацией в виде двух раскрытых циркулей?

Анна покачала головой:

– Про этот перстень меня уже спрашивали. Нет, такого не было ни у мужа, ни у кого-то из его друзей.

– А между тем этот человек был в машине вашего мужа.

– Если этот человек с перстнем и был знаком с Салимом, муж мне о нем ничего не рассказывал.

В разговоре повисла пауза. И Анна сказала:

– Я хочу сейчас помолиться о моем муже. Если у вас ко мне больше вопросов нет, то…

– Только один вопрос. Скажите, у вашего мужа при себе могла быть крупная сумма наличными?

– Насколько крупная?

– Такая, что деньгами оказалась бы забита целая сумка.

– Сумка? С деньгами? – усмехнулась Анна. – Нет, это не про Салима. Мой муж человек интеллигентный, он предпочитает хранить деньги на счетах в банке и при расчетах пользуется карточкой. Разве что в случае чрезвычайных обстоятельств он мог прибегнуть к такому способу оплаты. Но я не понимаю, что могло бы его к этому вынудить.

Подруги попрощались с Анной и пообещали той, что будут держать ее в курсе дел. После чего девушки вышли на улицу и направились к небольшому, еще летнему, кафе. Тут они смогли выпить по чашке горячего шоколада.

– И что мы имеем в итоге?

Подруги не рассказали Анне о том, что предварительная экспертиза установила: кровь в машине Салима совпадает с его группой крови. Женщина не спросила, а подруги сами вперед лезть не стали. Ведь еще не факт, что Салим мертв. Пока нет его тела, надежда остается.

И чтобы не думать о том, что пугало их сильнее всего, девушки вернулись к обсуждению своего расследования.

– Салим взял с собой униформу горничной, и с ним была Дина, которой он за что-то дал денег.

– Двадцать тысяч.

– Двадцать – это Дина только своей матери выдала. Наверняка у нее было больше.

– А за что ей дали столько денег? Вряд ли Салим ей отсыпал щедрой рукой потому, что попал в плен ее прекрасных глаз.

– Да уж, у Салима жена – настоящая красавица. А Дина, судя по ее фотографии и затянувшимся поискам личного счастья, ничем особо не блистала. Вряд ли Салим кинулся бы на нее, словно изголодавшийся пес на кость. Девушка была ему нужна для другой цели.

– Для какой?

– Вот это нам и нужно узнать. Кто бы нам мог в этом помочь?

Подруги уставились друг на друга. Дина – покойница. Салим пропал. Эдик и Лисица тоже недоступны. Кто же им скажет, чем занимались Дина и трое мужчин в промежутке с пяти и до десяти часов утра?

– Ведь к десяти она вернулась домой и была с деньгами, но не в униформе.

Девушки задумчиво пили свой густой и тягучий шоколад и думали, кто бы мог им помочь.

И тут раздался звонок.

– Анжела звонит, – сказала Кира.

Леся оживилась, отставила чашку в сторону и закивала головой:

– Бери трубку скорей. Если звонит, значит, по делу.

– Алло, – произнесла Кира и услышала:

– Цирк!

– Прости, что? – не поняла Кира. – Какой цирк?

– Ну, цирк или не цирк, а один клоун точно есть.

Кира отодвинула трубку от уха и с недоумением посмотрела на нее. Что за странный разговор?

– Ты меня слышишь? – раздался из трубки голос Анжелы. – Я про Гермеса говорю, он клоун!

Гермес – брат Дианы. Уже интересно.

– И что же он натворил?

– Придумал, будто тот человек, который Дину увез, должен ему и матери моральную компенсацию выплатить. Дескать, денег у него полно, а они тогда с матерью к нему претензий иметь не будут.

Кира удивилась:

– Он с убийцы сестры денег срубить хочет?

– Вроде того. Ну не придурок ли?

– Придурок, – согласилась Кира. – Глупый и жадный придурок.

– Вот-вот, и я о том же!

И тут у Киры в голове неожиданно что-то сверкнуло и она воскликнула:

– Погоди, Анжела, если Гермес собирается шантажировать убийцу Дины, значит, он знает, где находится этот тип? И кто он такой, Гермес тоже знает?

– Видимо, какие-то сведения у него есть. Иначе как он хочет до убийцы добраться? Но точно я пока что ничего не знаю.

Голос Анжелы звучал нервозно. Чувствовалось, что ей вся эта история сильно не нравится. Девушка с удовольствием соскочила бы с этой истории, вот только увязла в ней уже слишком глубоко.

– В общем, дело тут еще в следующем, – произнесла Анжела, – я порылась в сети, нашла там несколько свежих фоток Дины. Она их разместила буквально за пару часов до того, как ее убили.

– Интересно…

– Не то слово, как интересно. Она там сфотографировала себя в богатом доме, пишет, что дом принадлежит ее любовнику. На одной фотографии она и впрямь в неглиже, а на второй тоже как будто собирается заняться со своим любовником сексом, и для этого она переоделась в костюм горничной.

– Как?! – воскликнула Кира. – Как ты сказала?

– Костюм горничной, – повторила Анжела, не понимая причины такого волнения в голосе Киры.

– Ты можешь показать нам эти фотографии?

– Конечно. В любое время.

Анжела не придавала этим фотографиям того значения, какое придавали им Кира с Лесей. Но ведь Анжела не знала того, что Салим исчез из дома, прихватив униформу горничной – Наташи.

– Но я вам звоню не из-за этих фотографий, – сказала Анжела. – Дело в том, что я сейчас звонила тете Люде, матери Дины, и между делом спросила, как там Гермес. Сказали ли ему про смерть сестры? А тетя Люда вдруг начала плакать, потом попросила меня поговорить с Гермесом, узнать, что у того на уме.

– Это насчет его идеи с шантажом?

– Да. Тетя Люда хочет отговорить дурака от его безумного плана, но это уж как получится. Гермес, когда дело до денег доходит, умеет быть очень упрямым. Они вообще все в семье до денег сами не свои. Дина, мир ее праху, тоже не исключение. За деньги она чем угодно могла заняться.

– И что ты хочешь от нас?

– Съездите со мной к Гермесу, а?

Голос Анжелы звучал просительно, и Кира сразу же ответила:

– Конечно! О чем речь! Говори, где встречаемся?

– Приезжайте ко мне. Адрес наркоманки, у которой Гермес околачивается, у меня есть. От меня к ней и поедем.

Подруги пообещали, что скоро уже выезжают, а потом уставились друг на друга. В глазах у обеих читался один и тот же вопрос:

– А ну как Гермес не захочет сказать нам правду?

– Запросто. По-хорошему точно не захочет.

– Надо запастись рычагом давления на него.

– И что это за рычаг?

– Ты слышала, этот тип любит деньги.

– Предлагаешь его подкупить?

– Да.

– Если шантаж Гермеса увенчался успехом, наши с тобой деньги не произведут на Гермеса сильного впечатления. Ты же помнишь, у того типа в машине была целая сумка с деньгами. Куда нам до него!