Текст книги "Екатерина Пекрасная (СИ)"
Автор книги: Данна Царева
сообщить о нарушении
Текущая страница: 1 (всего у книги 2 страниц)
Царева Данна
Екатерина Пекрасная
Глава 1
Я открыла свои глаза и мысленно ужаснулась. С ТАКИМ обожанием на меня еще никто не смотрел.
– Госпожа, вы прекрасны. – Проговорила эта незнакомая мне женщина, и, честное слово, чуть не прослезилась.
– Зеркало дайте. – Хриплым после сна голосом заинтересованно попросила я.
Женщина моментально метнулась в угол комнаты, чуть не разбив что то на своем пути. Такая исполнительность меня ввела в еще больший ступор. Может, я какое-то божество, а? Чем черт, в конце концов, не шутит...
Взглянула в зеркало, поданное услужливой дамой. В стеклянную поверхность я всматривалась с затаенной надеждой. Ну, должно же такое восхищение иметь под собой хоть какую-то почву. Но, к сожалению, ничего нового я там не обнаружила. Все те же не особо густые русые волосы, прямой нос, тонкие губы, обычные серые глаза, обрамленные ресницами, которые, кстати, в данный момент отчаянно нуждались в туше. И? Я в недоумении посмотрела на служанку, которая теперь казалась мне чуть ли не полоумной. За двадцать пять лет я повидала чертову пропасть женщин гораздо красивее меня. Я была просто симпатичной, да и то только при грамотном освещении и хорошо нанесенном макияже.
– Госпожа, что-то не так? – взволнованно спросила эта дама.
И тут меня осенило. А где я вообще? Засыпала я в своей уютной однокомнатной квартире и... И это точно не она, моя милая, родная жилплощадь! Я в смятении оглядела огромную кровать с тяжёлым бархатный балдахином, на которой лежала в данный момент. Посмотрела на узкие мраморные колонны по периметру комнаты , на позолоту на потолке... Окинула взглядом резной дубовый шкаф в противоположном углу, столик на тонких ножках и мягкие стулья вокруг него.... И вот все это великолепие совершенно не напоминало отклеившиеся по углам обои, продавленный матрас с пружинами наружу и стол, одна ножка которого была значительно короче остальных.. Да, квартиру я нашла довольно убогую, собиралась переезжать.... И вот "переехала".. Может, я сошла с ума и мне все это только мерещится? А если нет? Где я? Что происходит??
Моя подступающая истерика была прервана появлением нового "действующего лица". Дверь с грохотом распахнулась, и перед моим взором престал, я бы даже сказала: озарил присутствием всю комнату, незнакомый мужчина. Пожалуй, лучший из их представителей. Я оглядела его с ног до головы, про себя отмечая темные коротко остриженные волосы, нос с небольшой горбинкой, ярко-зеленные глаза и тонкий шрам на правой скуле. Более того, этот тип был очень высок, думаю, около двух метров. Залюбовавшись этим образцом мужественности, я даже не сразу заметила, что одет он для двадцать первого века странно: в кольчугу поверх туники, плотно облегающие штаны, очевидно сделанные из кожи какой-то бедной животинки, и лёгкие полу-сапоги.
Мои мысли еще не успели оформиться во что то членораздельное, как этот человек буквально кинулся к кровати.
– Любимая, единственная моя, – услышала я бархатный баритон, и тут же скисла... Ну, я так не играю. Может, он тоже сумасшедший? С ним-то мы точно никогда не встречались. И если он вдруг воспылал страстью к какой-то левой, не сказать, что невероятно прекрасной, девушке, это уже о многом говорит... К сожалению, не в его пользу.– Ты в безопасности. Победа почти на нашей стороне, в этой войне мы точно выиграем. – Закончив, он стал осыпать поцелуем мои руки. Я же впала в минутный ступор.
– К-какая война? – тонким писклявым голоском вопросила я.
– Милая, не глупи, – он оторвался от облизывания моих рук, и я свои конечности осторожно спрятала за спину. – Скоро мы победим, и уж тогда сможем воссоединиться.
За окном раздался какой-то вой, и мой поклонник поспешно поднялся, не забыв поцеловать меня в висок.
Мне оставалось только глупо хлопать глазами, пытаясь осознать все произошедшее.
Так, что мы имеем:
Непонятного, но безумно привлекательного мужчину, по-видимому влюбленного в меня – это раз.
Мою неизвестно откуда взявшуюся неземную красоту – это два.
А так же странное место, надеюсь, все же не психбольница, куда меня занесло очень... скажем, таинственным образом.
И с этим всем нужно было разобраться, причём очень срочно!
Бодро соскочив с кровати, обнаружила, что совершенно, абсолютно голая, и так же бодро залезла обратно, тщательно укутавшись в одеяло. Я решила даже не задумываться о том, куда делась моя любимая пижама с розовыми кроликами, иначе, чувствую, истерики не избежать.
– Мне нужна одежда, – просительно обратилась я к женщине, так и сидевшей в комнате с момента моего пробуждения.
Она понятливо кивнула, подошла к массивному шкафу, замеченному мною ранее, широким жестом распахнул его дверцы, показывая мне ряды полок до отказа набитых какими-то вещами.
– Я слышала, что госпожа сама любит подбирать себе одежду. – Тихо сказала она.
Я решила не противоречить, плотнее завернувшись в одеяло, подошла к шкафу, начав методично выгребать оттуда вещи...
Спустя тридцать минут я смирилась с тем, что ходить мне, видимо, придётся в одеяле до конца моих дней. Конечно, одежды было навалом, она была отменного качества... но её стиль меня несколько смущал. Все маленькое, облегающее и почти ничего не скрывающее. Я совершенно не ханжа, но даже в моём понимании, между прочим, человека двадцать первого века, живущего в огромном мегаполисе, видевшего всякое, эта одежда была слишком вызывающей и вульгарной.
– И как в этом по улице ходить? – тихо пробурчала я, чуть не плача от досады.
– Госпожа, вы что, зачем же по улице! – услышала громкое восклицание служанки. – Это же домашнее, только для мужа...
– Хорошо, а в чем тогда по улице? – облегченно поинтересовалась я, надеясь, что сейчас мне торжественно вынесут что-нибудь пристойное.
Но мой вопрос вызвал абсолютно противоположную реакцию. Глаза женщины округлились, она с огромным удивлением посмотрела на меня, покачала головой и начала что-то очень тихо приговаривать.
– Наверное, нервы.... Не каждый же день от законного мужа сбегает.... Ужас, ужас.... – расслышать я слабое бормотание, а потом уже громче, специально для меня, – Вы прилягте, госпожа, прилягте. Вам нужно отдохнуть.... – и она начала уверенно теснить меня к кровати.
Ощутимо повеяло психбольницей. К счастью ли, к сожалению, побывать мне там не довелось, но именно так я представляла медсестер, работавших в том месте: воркующий уговаривающий голосок, мягкая улыбочка, и дубина за спиной – метод кнута и пряника, так сказать.
– Стойте! – В который раз за этот день перешла на ультразвук я. – Что вы, шуток не понимаете? – Ловко обогнув застывшую служанку, я чуть ли не бегом кинулась к шкафу. – Так, что у нас тут...
***
Выглядела я как-то средне между "отвратительно" и "хочется подать". Примерив первое полупрозрачное, совершенно не прикрывающее пятую точку, как и все остальное... белья то на мне не было, платье, я поняла, что так ходить мне не позволит даже не стыд... совесть. Инфаркт же всех хватит.
Конечно, толстой я не была, но и подтянутым животиком не обладала тоже – ходить в спортзал после работы было выше моих сил.
Таким образом, я решила нацепить на себя побольше вещей: надела сначала несколько коротких облегающих платьев, тем самым сделав их даже непрозрачными, а потом одно длинное, легкое, с большими разрезами по бокам. Получилось, конечно, не так, чтобы очень ужасно... не нравилось мне скорее мое лицо, довольно помятое и немного опухшее, всегда так после сна, да еще и не накрашенное...
Выйдя из-за импровизированной ширмы, перед женщиной переодеваться мне было неудобно, я снова наткнулась на этот щенячий взгляд.
– Госпожа, вы невероятно красивы. И это платье... оно... Тиндарей будет в восторге.
Я честно старалась подавить рык. Слишком уж дешевое восхищение сквозило в ее голосе, и вообще, я только что видела себя в зеркале! Но вместо всего этого я сказала лишь:
– Э...Тиндарей? – и вопросительно уставилась на мою милую... служанку? горничную?
– Ваш хозяин, он сегодня заходил. – Сказала она ласковым тоном и снова начала теснить меня к кровати, явно думая, что не плохо мне было бы и прилечь.
Я не сопротивлялась лишь по одной причине – мой мозг бурно обрабатывал полученную информацию. Так-с, что мы имеем: на улицу выходить нельзя, можно и даже нужно ублажать зрение лишь одного мужчины и сейчас это... странно-благоговейное слово "хозяин"... Кажется, в этом месте царят патриархальные устои, причем с явным уклоном в сторону почитания и преклонения перед главой ... гарема?... Черт, а если я реально в гареме оказалась?
– Милая... эм... дама, – обратилась я к служанке. Да, похоже, я окончательно припечатала ее этим своим обращением, самое мягкое, что она будет думать про меня – немного с отклонениями, – а что вы знаете обо мне?
После пятисекундного выпучивания глазок, не моих, нет, так и не дождавшись ответа, я продолжила:
– Просто.... Крайне любопытно, какие слухи тут про меня распускают. Понимаете?
***
Думаю, она не понимала. Вот совсем не понимала. Более того, думаю, по сути, ей было глубоко плевать, что же побудило меня осведомиться о своем прошлом. Ведь у нее был страшный, неизлечимый диагноз – сплетница. Она могла говорить вечно, не умолкая, и я даже не представляю, какая таинственная сила удерживала ее с момента нашего первого знакомства.
Тем не менее, она поведала мне весьма любопытную информацию. Коротко, я – бесправная наложница. Ну, а если поподробнее: вся моя жизнь... хотя нет, не моя... девушки, как две капли воды похожей на меня, была чередой смены "властелинов души и сердца" – цитата моей собеседницы. Ее, то есть теперь меня, захватили в плен еще ребенком, а так как ребенок был весьма хорошеньким, то решили обучить "искусству любви" и продать подороже, что с успехом и делали.
Вскоре я выросла и стала настоящей красавицей, (самой смешно), так что "властелины души и сердца" буквально выстраивались в очередь, желая за любые деньги выкупить это юное и почему-то такое привлекательное тело. Но, так как продавать это тело не хотели, то за "мной" началась сумасшедшая охота – меня просто похищали... снова.. и снова... и снова... А я покорно сносила все эти издевательства.
И вот теперь идет что-то вроде войны. И причиною этому стала я. Немного лестно, конечно, но... просто ужасно глупо!
Больше всего меня, как ребенка эгоистичного двадцать первого века, поразила собственная участь во всем этом спектакле – бессловесного трофея. Да и ситуация в общем довольно странная. Меня видят прекрасной и удивительной, причем настолько, что и армию не жаль, и все государство, лишь бы иметь возможность обладать этим телом, а я-то вижу себя настоящей и вот ни капельки не прекрасной.
Глава 2
На следующее утро у меня появилось странное желание помыться. Почему странное? Раньше я тоже всегда считала его абсолютно нормальным и естественным, но после того как я озвучила свою просьбу Милке (я все-таки узнала ее имя), она буквально вытаращилась на меня, беззвучно открыла и закрыла рот...
После мне сказали, что мыться чаще раза в одну-две недели тут не принято -смываешь благословление богов. А я еще была слишком чистой, короче говоря, совершила грех.
И вот, когда я, наплевав на условности этого мира, раздевалась, чувствовала себя капустой, снимая всю ту прорву прозрачных ночнушек, заметила тонкий серебряный браслет на правой лодыжке. Не знаю, как он ускользнул от моего внимания раньше, но такой вещицы у меня точно не было никогда. Искусная ручная работа, браслет похож на паутинку, он завораживал своей красотой и изяществом. Я сняла браслет, решив не подвергать его испытанием водой, сложила на ворох одежды и с блаженным вздохом погрузилась в теплую воду.
Отмокала я довольно долго, Милка сначала каждые пять минут спрашивала, жива ли я там еще (наверное, они и мылись как можно быстрее), но потом видно плюнула на все это дело и оставила меня в покое.
Когда часа через три я показалась на свет божий, то есть вышла из моей импровизированной ванной комнаты, в покоях никого не оказалось.
***
Где-то через час я начала волноваться, Милка не появилась, а я в этом странном мире никогда не оставалась на столь большое время одна. Я уже успела перемерить целую кучу нарядов, посмотреть на белоснежный потолок... полежать.
Ну что ж, судьбу нужно брать в свои руки! Я открыла дверь и осторожно вышла в большой мир – узкий темный коридор. Вряд ли, конечно, мне можно выходить из покоев, все-таки такая "красота"... Но и черт с ним.
Плутала я по коридором довольно долго, мне иногда встречались стражники, которые смотрели на меня с огромнейшим удивлением, но заговорить не пытались. Язык, что ли, от моей неземной красоты проглотили?...
Но, естественно, долго так продолжаться не могло. Когда я мирно шла по очередному мрачному ответвлению коридора, рассматривая довольно красивые, но от этого не менее скучные картины, развешанные по стенам, чья-то рука больно сжала плечо.
– Кто разрешил тебе здесь шляться, отродье? – прошипел мерзкий голосочек.
Несколько секунд я неплохо изображала рыбу, выброшенную на берег, а потом в праведном гневе взглянула на, как оказалось, обладательницу этих слов. Толстая низенькая женщина, лет сорока, с сильно напудренным лицом и густо подведенными глазами взирала на меня с не меньшим возмущением.
– Я вообще то... – но договорить мне не дали, еще сильнее сжали плечо, потянув в том направление, откуда я пришла.
– Я... вообще то.. – передразнило меня это исчадье ада. – Знаем таких! Спуталась непонятно с кем, а сейчас невинную из себя строит. Хозяина небось найти хотела. Да кто на тебя позарится, страшную такую? – она еще изрыгала из себя множество "приятных" вещей, но я уже не слушала.
"Страшную"?! Она сказала так. "Страшную"! Не думала, что когда-либо буду рада услышать такие слова. Фух, есть тут нормальные люди, которые не делают из меня божество.
Но тут возникал целый ряд других, не менее важных вопросов. Почему тогда Милка убеждает меня в том, что я невероятно красива? И тот странный мужик? И где я, опять же?
Так мы и дошли до... кстати, до куда?! Я была в полной уверенности, что ведут меня в мои покои, а это... какой-то подвал. Может, она маньячка? Сейчас накинется, убьет..
– Слушай сюда, дрянь, – прорычала она мне в лицо, – узнаю, что ты ушла отсюда, лично выпорю. Поняла?! – я заторможено кивнула, – Ну и иди. – Она толкнула меня в глубину подвала.
Я начала молиться. Думала, ударюсь в религию лет в восемьдесят, но нет... Какой-то бред, честное слово. Умру непонятно где и непонятно за что. И обглодают мои косточки огромные серые крысы с налитыми кровью глазами... от этих невеселых мыслей меня отвлек вполне приятный запах выпечки. Я ускорила шаг, мигом забыв про кровожадных крыс, пауков и прочей ерунде. Когда я вообще последний раз ела?!
На кухню, а это оказалась именно она, я влетела, чтобы, по всем законом жанра, тут же застыть.
Во-первых, никогда не думала, что в столь мрачном месте может вообще располагаться кухня. В этом на удивление просторном помещении было, наверное, штук пятьдесят свечей. Они стояли вдоль стен, на шкафчиках с посудой, на полу и на столах. Это делало кухню действительно уютной и какой-то... домашней, теплой.
Во-вторых, в это время в помещении работали две девушки, и я не представляла, как нужно вести себя с ними. Вдруг, они такие же бешенные, как та барышня, что привела меня сюда?
– Ты новенькая? – спросила меня та, что выглядела старше. На вид ей было лет тридцать, и, наверное, именно таких называют "статными" и "гордыми". Она была высокая, немного полноватая. Ее черные густые волосы были заплетены в длинную косу, которая, несмотря на свою простоту, украшала хозяйку. Лицо ее нельзя было назвать ослепительно красивым, но что-то в нем привлекало, не позволяя отвести взгляд. Может, пухлые губы, может, прямой нос, но скорее это был взгляд обычных карих глаз – прямой, открытый, какой-то обезоруживающий.
– Д-да. – Я неуверенно улыбнулась, не зная, что добавить.
– Меня Мэриэль зовут, – неожиданно сказала вторая девушка, невысокая блондинка с ярко-зелеными глазами. Даже при первом знакомстве была заметна ее женственность. Она сквозило во всем: в пышном бюсте, в полных руках с ямочками на локтях, в посадке головы, в улыбке тонких губ, даже в прическе.
– Катя, – неожиданно для себя самой представилась настоящим именем. Сделала я это по дурости, вряд ли у них распространены такие простые имена.
– Значит так, – никак не отреагировала на мое имя первая, – работы много. Первое время будешь помогать. Почистить там что, вытереть. А там посмотрим.
Я покорно кивнула, в споры влезать не хотелось, а то черт знает, чем они тут занимаются, выдам еще себя случайно.
***
Покормив, мне посадили за нудную работу – чистка непонятных овощей. Так что появилось время подумать. Что-то тут не так. Явно. Еще недавно я просто восхищала всех своей красотой, а теперь реагируют на меня вполне адекватно. Обычно. Конечно, возможно, что элита этого общества просто немного не в себе... Но в данное объяснение верилось мало.
Что же такое произошло, что мою внешность стали воспринимать совершенно по-другому?.. Волшебная вода, которая смыла какие-то чары?.. Хм... может. Но вот что-то не замечала я ничего такого магического в этом мире. Конечно, тут я без году неделя, но все же, все же... Может, одежда? Хотя нет, изначально я вообще голой была. И ничего, прекрасна, как Афродита. Что же, что же?... И тут меня осенило – браслет! Может, дело в нем? Я же совершенно про него забыла, так и оставила в ванной комнате на тумбе. Нужно каким-то образом вернуться в комнату и проверить.
– Мне... что-то не хорошо... я сейчас..– бессвязно пробормотала я. И, под обеспокоенный взгляд зеленых и равнодушный карих глаз, я побрела к выходу.
Путь в комнату я нашла на удивление быстро, будто кто-то вел меня. Вот что значит уверенность и целеустремленность! Легко проникнув в свои покои, я прошла через них в другие, меньшие, где стояла ванная. Ее уже убрали, но браслет так и лежал. Еще раз полюбовавшись на искусную работу, я надела его на лодыжку. Ну что ж, осталось дождаться Милку, или этого Тирданэля?.. Тэрдиныля?.. что за имя!
Глава 3
Статуэтка в виде птицы, или небольшие настольные часы? Часы или статуэтка?... Что тяжелее и что вероятнее проломит голову мужчины, вальяжно лежащего на моей кровати? Статуэтка, да статуэтка. Я потянулась к облюбованному предмету, и даже дотронулась до холодного крыла птицы, но...
– Не стоит. – Холодный, резкий голос. Прекрасно. Я не хочу, чтобы меня похищали, а по рассказам Милки это обычное дело. Не сейчас, не теперь, когда я осознанно нахожусь в этом теле, в этом чертовом мире!
Мужчина легко поднялся, позволяя рассмотреть себя. Довольно высокий, он не поражал своей красотой, как Тырдыль?.. нужно записать будет... Но было у него нечто более важное – харизма. Темно-русые волосы, довольно длинные, небрежно лежали на голове. Лицо имело правильные, приятные черты лица, но выглядел мужчина очень помято. Небольшие синяки, щетина, сонный взгляд, несвежая одежда, состоявшая из чего-то вроде штанов и какой-то кофты с длинными рукавами, – создавалось ощущение, что он проснулся минут пять назад. Хотя, возможно, так оно и было.
– Ну как тебе... тут? – Спросил он меня после пятиминутного молчания, – нравится?
Я промолчала, черт знает, что ему отвечать. Зависит от того, кто он вообще такой.
– Я сейчас Тердуля позову. – Я все-таки решила остановиться на версии, что передо мной безжалостный похититель.
– Тиндарей, его зовут Тиндарей, Катя. И даже если ты сейчас голос сорвешь, выкрикивая его имя, он не придет. Он, – мужчина прикрыл глаза, словно вслушиваясь, – кому-то руку отрубил... правую, вроде. На поле боя, бедняга, борется за право обладать тобой. – После этих слов глаза моего собеседника как-то нехорошо сверкнули.
– Замечательно. – Кажется, мое тело начал бить мелкая дрожь, но я не придала этому особого значения. Просто прошествовала мимо этого непонятного мужчины и села на кровать. Другого места просто не было.
– Катя, да? Так вы меня назвали? – Мой голос сорвался, выдавая волнение. – Откуда... как узнали? – Я сверлила взглядом спину мужчину, который так и смотрел на прошлое мое место нахождения.
– Я... – наверное, он улыбнулся, – я просто знаю. – Он наконец повернулся. И правда, на лице его блуждала легкая улыбка.
Я поежилась и посмотрела в окно. Солнце медленно садилось, погружая в полумрак комнату, скоро лица моего собеседника совсем не будет видно.
– Я больше не приду. – Сказал он, от этого стало не легче. Я еще не поняла, что приобретаю или же теряю с его уходом. А если он не злобный похититель? – Ответь только на один вопрос. Твоя жизнь поменялась в лучшую сторону с... недавних пор?
Я уставилась на него, как на непроходимого идиота. Единственный плюс в сложившийся ситуации заключался в том, что моя жизнь стала... ярче, нет, не так... необычнее. Но никакая эта необычность не стоила моей личной свободы и независимости, семьи, которая осталась там... И было ли вообще это "там"? Не стоило это преклонение и щенячье восхищение душевного спокойствия, уверенности. Конечно, здорово, когда ты окружен людьми, которые искренне восхищаются тобой, любят, но все происходящее походило на какой-то фарс. Какая-то хищная жадность виднелась за желанием обладать, именно обладать... мной? Никто же не видит, не знает меня настоящую. Кем они восхищаются?
Я шумно вздохнула. Сойду с ума, определенно.
– Я бы все отдала, чтобы вернуться домой. – Тихо ответила.
Теперь этот мужчина смотрел на меня, как на непроходимую дуру. Я скорчила недовольную рожицу и отвернулась. Да ну его, все, нужно успокоиться, рассудок терять никак нельзя, а все остальное как-нибудь да образуется.... Надеюсь.
– Чего тебе не хватает? – спросил он. Так, кажется, речь была исключительно об одном вопросе, и с чего его вообще это интересует?
– Кто вы такой? – таким же тоном ответила я. Как-то напрягает меня эта ситуация. Неожиданно осознала, что до боли впилась ногтями в ладонь. Резко отдернула руку, она дрожала. Ужас.
– Я... я... – он облизал губы. Стесняется? Боится? Что он мнется, как красна девица? – Я некоторым образом... как бы объяснить понятнее... – Он посмотрел прямо в глаза, явно надеясь что-то в них увидеть. Не нашел. Отвел взгляд. – Я твой друг. Помощник.
Я всеми фибрами души чувствовала, что он не договаривает. Нет у меня таких друзей, не было никогда. Откуда же в этом чужом, странном мире объявляется человек, который знает мое имя? Прошлое?... возможно.
– Хорошо, хм, помощник..– последнее слово я буквально выплюнула. – Мне нужна помощь, – я оскалилась.
Жуткая тавтология, но сделала я это намеренно, чтобы подчеркнуть ловушку, в которую он сам же себя и загнал. Никто за язык его не тянул, сам сказал, что... друг.
– Помогите мне... вернуться. – Слова я все-таки решила подбирать осторожно, чтобы если что откреститься от всяческих подозрений, но в душе все равно жила уверенность, что этот мужчина осведомлен о сложившийся ситуации и какими бы я загадками не говорила, все поймет.
– Чего тебе не хватает? – повторил он свой недавний вопрос. Так и захотелось еще разок спросить кто же он на самом деле. Порочный круг. Просидим всю ночь, повторяя одни и те же вопросы... красота.
– Давайте так: сначала вы нормально отвечаете на вопрос, каким боком вы вообще ко всей этой ситуации, а потом я... расписываю вам картину своего беспрекословного искреннего счастья.
– Я... – он о чем-то задумался, потом мотнул головой, как бы отгоняя ненужные мысли. – Я.. в некотором роде... бог? – Он поморщился. А я смотрела на него в священном ужасе. Какой это бог? Который создал Землю за семь дней? Который лично по головке Адама и Еву гладил? Какой?!
Видя выражение моего лица, мужчина скривился еще больше. Я что... сейчас бога разгневала?!... Хотя, минуточку, может, он просто двинутый? "Того". Убежден, что бог, а сейчас возьмет и придушит... Что-то часто я стала всех ненормальными считать... Хотя оно и понятно, что-то никто раньше на моем жизненном пути не обзывал себя божеством. Сердце забилось еще чаще. Я, наверное, уже поседела.
– Ты не понимаешь. В твоем языке нет слова, описывающего меня. – Это он намекает, что настолько велик?! – Я... даже не совсем бог, не тот, о котором ты думаешь. Я... волшебник? – Он снова взглянул на меня.
Ну идиот, форменный. Бог и волшебник? Это как... как небо и облачко. Надо ж настолько ошибиться.
– Снова не то слово. – Я уже с любопытством ждала следующего варианта. Кто он? Президент вселенной? Ссыльный каторжник? Какая, собственно говоря, разница? – Я... мой отец был полубогом. А я... мои силы значительно меньше, чем даже у него, – он запустил свою пятерню в волосы, что-то тихо шепча. Проклятия в мой адрес, думаю. – Но я обладаю гораздо большим могуществом, чем простой смертный и могу... многое.
Я покивала, не зная как относиться к этому признанию. Хотя меня волнует не столько его родословная, сколько вопрос, какое отношение он имеет конкретно к моей... сложной ситуации.
Я снова открыла рот, чтобы добраться уже до сути дела, но мужчина взмахнул рукой, неоднозначно показывая, что неплохо бы мне прикусить язык. Я послушно захлопнула рот, так не произнеся и звука. Вообще обидно, я снова взглянула в окно. Солнце уже село. Так, восстановили душевное равновесие, теперь в атаку с новой силой.
Я решительно посмотрела на эту одну четвертую бога и... его там не было! С ума схожу? Представила, как полчаса разговаривала сама с собой и похолодела. Я не хочу терять рассудок!
Но этой печальной ноте дверь распахнулась. На пороге стоял... Тундук?.. Вряд ли, вряд ли его так зовут. Черт.
– Милая? – Он широко улыбнулся, снова завораживая своей красотой. – Почему сидишь в темноте? – Он внимательно оглядел комнату, и мне даже показалось, что принюхался. – Одна?
Я пожала плечами. Не говорить же ему, что так удобнее лишаться остатков рассудка. Странно прозвучит.
– О, а у меня такой день был... – Он прошел в другую комнату, заменяющую ванную, но и оттуда я слышала его громкий, с хрипотцой, голос.
***
Легли мы спать поздно. Тиндарей (за что ж его так мама невзлюбила?!) в красках рассказывал о подвигах своих ратных, так ни разу не спросив как же у меня дела.
И только когда я уже укрылась одеялом, однозначно дав понять этому черствому, но ужасно красивому мужчине, что рассчитывать ему сегодня точно не на что, осознала две вещи. Во-первых, именно браслет делает меня столь привлекательной... А, во-вторых, если тот мужчина мне не привиделся, то в скором времени нужно ожидать еще один его визит.
