Текст книги "Ребус старого пирата"

Автор книги: Борис Бабкин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 19 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]

– Дядька Степан не дурак, – вступился Иван. – Правда, деньги взял и своих с ними отправил. А как же он Клина не узнал?

– Так кто его видел-то, – усмехнулся Евгений. – Он через неделю после того, как побывал здесь, за пушнину Рябинцева подрезал и умотал. Это мы его, гада, узнали бы, где хочешь. Чего делать-то будем, батя?

– А хрен его знает… Они, видать, ночевать собрались… Вот что, давай назад и к оленеводам в Луговой зайди, – кивнул он Ивану. – Объясни им, что к чему. Пусть участковому звякнут. А ты потом махом назад. Понял?

– Понял, – кивнул Иван. – Только как же вы тут без меня…

– Бегом, едрена мать! – рявкнул отец.

– Пойду поговорю с местным населением. – Моретти вылез из палатки.

– А мы поваляемся, – зевнул Эдуард, – а то что-то не высыпаюсь в последнее время.

Моретти направился к сидящим у бездымного костра людям.

– Можно? – подойдя, спросил он.

– Садись, – кивнул Петр. Моретти сел и вытащил пачку сигар.

– Будете? – предложил он шестерым чукчам. Те переглянулись.

– Водка есть? – спросил один.

– Есть. Но подождите, – оглянувшись, понизил Моретти голос. – Понимаете, я иностранец из США, решил посетить ваши края для изучения и возможного сотрудничества с вашими бизнесменами. В попутчики мне навязались эти русские. Один из них, оказывается, год назад в этих местах совершил преступление, убил кого-то. Я случайно услышал разговор этих троих и понял, что они все преступники и я нужен им только для того, чтобы уехать из России. Их всех разыскивает милиция.

– Надо вызывать Копылова, – испуганно проговорил чукча с жидкой бороденкой. – Он справится…

– Они могут уйти, – перебил его Моретти. – Давайте возьмем их сами. А если не хотите рисковать, то нужно их ранить. У старшего я видел пистолет.

* * *

– Ствол нашенский. – Эдуард вытащил пистолет из кармана штормовки Моретти. – И где он его хапнул? Иди послушай, Клин, о чем он там с узкоглазыми базарит.

Тот встал и взял карабин.

– Пойду посмотрю, как они там… – Моретти, шагнул к своей палатке и отпрянул. Подхватил двустволку и выстрелил. Клин вскинул карабин. Дуплет двустволки и выстрел карабина слились. Чукчи схватились за оружие. Из палатки выскочил Качок с карабином. Он выстрелом уложил чукчу, с бороденкой и, получив две пули в живот, упал. Из шалаша дважды выстрелили из ТТ. Еще один чукча упал с пулей в груди. Меткие охотники чукчи, никогда не стрелявшие в людей, палили без остановки в сторону палатки. Моретти, тая едкую усмешку, лежал неподвижно.

– Что тут у вас?! – подбегая, громко спросил Тарасенко.

– Бандиты! – завопил Петр и дважды выстрелил в сторону палатки.

– Его хотели убить и нас тоже! – крикнул племянник старого чукчи.

– Да там нет никого! – воскликнул вскинувший карабин с оптическим прицелом Иван.

«Ну, сучара! – скатившись по склону в ручей, зло подумал Эдуард. – Нарочно это затеял. Ну, гнида, я все равно свое получу. Не за тем я тебе, сука, прислугой был. Там все мое, мне это завещано, тварь американская. – Стараясь не оставлять следов, он медленно брел по ручью. – За мной они не пойдут, им человека гонять не приходилось. Да и видно было, что напугались. Что же он им напел, гнида? И что теперь делать? Наверняка сейчас будут ментам звонить. Неласково ты, родина, встречаешь своих сыновей. Но я выберусь, вернусь и возьму свое. Мне это завещано. Я думал, пусть Моретти ищет, а придет момент, я с ним покончу и с этими придурками тоже. И все на них спишу. Перехитрил меня, рожа американская!..»

* * *

– Один убит, двое ранены, – сообщил отцу Евгений. – Как же они так? – Он удивленно посмотрел на отца. – Меткие стрелки, а тут…

– Трое из них вообще на ферме работают, – усмехнулся отец, – а в тайгу только по ягоду ходят. Петр и Пашка – рыбаки, да и говорить легко, пока в тебя не стреляют. А вот с этим разбираться надо… – Он посмотрел на пившего чай Моретти. – Вроде как переживает, а по глазам видно, что доволен. Что-то намутил он тут. Приедет Копылов, пусть с ним разберется. Вот что, Женька, ты с него глаз не спускай. Если что, бей по ногам, а ежели за оружие схватится, в плечо сади. Стреляешь ты хорошо. Понял, что делать?

– Понял, батя.

– А за тем не пойдем? – азартно спросил Иван.

– Нет, это не наше дело, – ответил отец. – Видать, волчара тот еще. Но по тундре далеко не ускачет, а в сопки вряд ли пойдет. Хотя ему там лучше. С этим пусть менты разбираются.

– А ты бы, батя, что сделал? – спросил сын.

– Я-то? – Сергей Дмитриевич усмехнулся. – Сейчас речь не обо мне. Сейчас интересно, чего он хочет, этот америкашка. Да, хитер, жучара!.. Но что-то он задумал. Правда, настроение мы ему сейчас подпортим, – подмигнул он младшему сыну, в то время как старший караулил каждое движение Моретти. Было видно, что американец это понял и очень недоволен.

– Значит, говоришь, американец?.. – Тарасенко сел с ним рядом. – А чего же тебе тут надо?

– Кто вы? И имеете ли право задавать подобные вопросы? Приставили ко мне своего человека, – кивнул Моретти на Евгения.

– Это мой сын. А насчет того, имею ли право, скажу прямо: нет таких прав, но вот тот, который убежал, начал говорить. И много.

– Он жив?! – Моретти вскочил.

– Да, – кивнул Тарасенко.

– Послушай, – Моретти понизил голос, – я не знаю, что он говорит, ему надо что-то придумывать. Он преступник и приехал из… – С вершины сопки донесся выстрел. Голова американца дернулась, и он повалился на бок. Правый висок был пробит пулей.

– Твою мать! – Тарасенко бросился на землю. – Да ложитесь вы, черти! – крикнул он остальным. – Откуда стреляли?

– Оттуда, – показал влево Петр.

– С верхушки Лысой сопки, – возразил Иван.

– Точно, – сказал Евгений.

– А я чувствовал, что ты рядом, – облегченно выдохнул Эдуард, – потому что… – Узкое лезвие ножа пробило ему горло. Убийца столкнул мертвое тело в глубокий шурф. Упругие ветви стланика, прогнувшись под тяжестью тела, вновь поднялись, закрывая шурф.

– Уходить надо, – держа в руке бинокль, проговорил узкоглазый молодой мужчина. – Там вездеход с полицией.

– В России говорят – с милицией, – поправил его убийца. Рука в перчатке подняла пистолет Эдуарда. Ствол ткнулся в грудь узкоглазого, раздался негромкий выстрел. Убийца положил рядом с телом винтовку с оптическим прицелом. Посыпая следы порошком, осторожно ступая по камням, он стал спускаться по склону.

– Твою мать! – выругался старший лейтенант милиции. – Не возьмем мы стрелка. Значит, кто-то их пас. – Он посмотрел на труп Моретти и перевел взгляд на Клина. – Получил свое, гнида. А вот кто этого пристрелил? – Он снова взглянул на труп Моретти. – Ох и начнется сейчас!.. Американец… а может, у него липовые документы? Ладно, будем разбираться. – Он сунул документы в планшет. – Но кто стрелял?..

– Около Омолона видели двоих, – ответил средних лет чукча, – Алтын говорил.

– Понятно, – кивнул участковый. – Зачем же они сюда пришли? И почему это произошло на моем участке? А вы, Сергей Дмитриевич, как тут оказались?

– Я их попросил пойти со мной, – сказал Лука.

– Понятно, – вздохнул участковый.

– Труп на вершине, – спускаясь со склона, проговорил бородатый мужчина. – И винтарь с ним, вон у Пашки, – кивнул он на идущего следом мужика с завернутой в куртку снайперской винтовкой. – Там остались Ржаной с Бурлаком и…

– Понятно, – не дал договорить ему милиционер. – Следы какие-нибудь есть?

– Да не заметили. Лежит с винторезом, и все. Мы осмотрелись, но ничего не увидели. Видать, двое их было. Этот из винтореза пальнул, а тот его грохнул. Вот, блин, звери! Бах – и прощай, приятель! А ведь, наверное, пили вместе…

– Зачем они сюда пришли? – пробормотал милиционер.

Отец и сыновья Тарасенко переглянулись и посмотрели на Луку. Тот, опустив голову, молчал.

– Ладно, – буркнул участковый. – Пусть разбирается область, это их дело. Спасибо всем за помощь, иначе бы неизвестно, сколько еще трупов было бы.

– Я вынужден был это сделать, – заявил по телефону мужчина лет сорока. – Иначе все стало бы известно органам, а это чревато неприятностями. Они начали бы свое расследование и вполне могли выйти на…

– Что сделано, то сделано, – перебил его голос с акцентом. – Правда, не знаю, как это воспримет Ренато, но уже ничего не исправишь. Антонио сам себе подписал смертный приговор, когда пошел в поселок. Ты понял, что…

– Конечно, – усмехнулся мужчина. – И этим уже занимаются.

Санкт-Петербург

– Зря ты связался с Эдькой, – проговорила прихорашивавшаяся перед зеркалом миловидная женщина лет тридцати пяти. – Эдька – бандит и убийца, а…

– Но он смог выйти на Моретти, – перебил ее плотный высокий мужчина в кимоно. – Жаль, конечно, что так получилось. Правда, разговор с Ренато предстоит тяжелый.

– Да он только рад будет, – уверенно заявила женщина. – Потому что такие, как Ренато, не любят делиться. Они считают, что, сидя в кресле, имея в сейфе приличную сумму, а также банковский счет с шестью нулями, могут все – и все должно принадлежать им. Почему он не помогал Антонио? Тот был киллером, а Ренато…

– Да плевать мне и на Антонио, и на Ренато. Я ни с кем не собирался делиться…

– Я поняла это сразу. Надо будет все объяснить Ренато. Он не выкажет своей радости, а, наоборот, будет предъявлять…

– Антонио сам вызвался поехать туда. Правда, я не понимаю, какого черта его туда понесло. Говорил, что хочет найти место падения самолета. Ну, нашел, а что дальше? Узнал место, где приземлились граф и второй… И что? Я не понимаю. Отец сказал коротко и ясно, что…

– Извините, Александр Анатольевич, – в комнату заглянул крепкий узкоглазый мужчина, – сообщение из Токио. Исао уехал, скорее всего в Россию.

– Очень хорошая новость, – кивнул Александр. – Наконец-то я разделаюсь с этим желтолицым ублюдком.

– Ну зачем ты так говоришь о брате? – засмеялась женщина.

– Перестань, Элла, это не смешно. Я мечтаю о той секунде, когда сверну ему шею! – Александр с силой ударил кулаком по мешку с песком.

– Скоро приедут люди Монгола. – Элла посмотрела на часы. – Убрал бы ты…

– Действительно. – Александр посмотрел на мешок и вышел в соседнюю комнату. Элла усмехнулась.

– Исао просто так шею не свернешь, – прошептала она. – Я видела его в действии, и таких, как ты, Сашенька, ему по крайней мере четверых надо. А зачем он приехал? Странно, но Сашке просто так не стали бы сообщать об этом. Беспокоится Триада, решили осваивать русские территории. Приморский и Хабаровский края постепенно заселяются китайцами и корейцами. Там кое-где Триада уже пустила корни. Правда, периодически случаются провалы. Милиция быстро научилась работать против Триады. Но здесь пока, – она трижды плюнула через левое плечо, – все спокойно. Но зря ты, Сашенька, вызвал сюда Хана. У него свои взгляды на российский рынок наркотиков, а на Питер тем более. Это меня не особенно касается, но вот шарик… Не верила я в это, думала, что просто сказка для дураков. Оказывается, нет. Есть там что-то. Конечно, не в таких размерах, как думает Саша, но все-таки есть. Правда, как я поняла, охотников на это тоже немало. Посмотрим, что будет с Моретти. А то, может, пора уходить от Сашеньки. Он брата не пощадил, а со мной тем более разделается. Хотя, может, и нет, все-таки мой дядя не дворник из районного центра.

Нью-Йорк

– Значит, Антонио нашел покой в вечной мерзлоте, – посмеиваясь, проговорил Ренато. – Герою слава, а дураку глупая смерть. Идиот, пошел в поселок! А почему не сразу в ФСБ? Он что-то почувствовал и хотел убрать Эдика и остальных. Он был ими недоволен в последнее время. Ну и черт с ним!.. Я все равно рано или поздно похоронил бы его, делиться я ни с кем не намерен. Это мое. Точнее, наше. Пока надо говорить так. Ну а когда все станет ясно, разговор будет другой. Мексиканец уберет кого хочешь, и плевать ему на охрану и прочие меры предосторожности. А сейчас, конечно, мы партнеры. Но брат уже отошел к предкам. Только бы этим не занялась вплотную милиция, а еще ведь и ФСБ может подключиться. А там вовсе не дураки работают. Хотя в это трудно поверить сразу, но если вплотную займутся и выяснят причины, то они, конечно, все найдут. Идиот ты, Антонио! Я все еще вспоминаю тебя как живого, но ведь ты рассказал в поселке о самолете. А это может дать пищу для размышлений ФСБ. Черт, час от часу не легче! Хотя, если подумать, в этом есть и преимущество. В ФСБ тоже люди. Если наши фэбээровцы иногда продаются, то, насколько я знаю, в России это весьма не редкость. Не хотелось бы, конечно, чтобы вмешались госслужбы… – Он достал сигару, покрутил ее в пальцах и аккуратно вернул на место. – Никак не могу бросить курить… Интересно, что происходит в Индии? Что-то господин Фунджак молчит. Вдруг ответ на все вопросы там? – Он нахмурился и раскурил сигару. Выпустил дым и качнул головой. – Черт возьми, я очень надеялся, что ответ найдет этот идиот Антонио и останется там. Конечно, господин Дубов подстраховался, но если бы я узнал об этом раньше, ему пришлось бы присылать своих головорезов сюда, а здесь я с ними справился бы. Надо убирать его. Эдуард!.. – Ренато усмехнулся. – Вот кто свел нас, и меня заинтересовало предложение Дубова. Так совпало, что я как раз прочитал статью Чарлза Доули о Черном Джоне и капитане Бадензе и загорелся мыслью попробовать найти сокровища. Но, трезво оценив перспективы поиска, понял, что это невозможно. И вдруг Эдик, которого я вытащил из России, заявляет, что знаком с человеком, которому кое-что известно о глобусе Черного Джона. Я полетел в Питер и там узнал о господине Дубове, который живет в Токио и может пролить свет на эту историю. В Санкт-Петербург меня пригласила Элла Сурина, она и связалась с Дубовым. Он прилетел, и я узнал историю, которая меня заинтересовала. Передо мной сидел сын одного из ее участников. Я не стал сам заниматься поисками, поскольку привык платить за работу, а вот мой брат с азартом взялся за это дело. И, надо отдать ему должное, почти дошел до цели, хотя Дубов задавал вопросы, ответы на которые я не знал. Зачем надо было искать точку падения самолета и те места, где находился русский граф? На это мой брат ответил достаточно уверенно: русский граф, когда за ним началась погоня, не мог допустить, чтобы то, что было у него, досталось властям, и спрятал это где-то там. Это убедило Дубова в том, что, возможно, так и было. С Антонио я послал Эдуарда и его помощников. Но конечно, подстраховался. Если бы их стали брать, то в живых оставлять их было нельзя. Так оно и вышло. Но результат нулевой. К тому же этим могут заинтересоваться и российские спецслужбы. Что мы имеем? – Он взглянул на сидящего у бара Гардинга.

Тот пожал плечами:

– Пока только труп твоего брата и опасение, что этим займутся спецслужбы России. В Москве, как я понял, Говард тоже ничего не способен предпринять. Но возможно, сработает мой вариант. Я говорю о русской переводчице Анжелике. Хотя у нее сейчас большие неприятности – кто-то убил ее отца и его друга, гостя из Израиля.

– Подожди, ты говоришь о Давиде Шалоне?

– Черт, ты меня пугаешь.

– Так. Значит, Шалон засветился, и его убрали. Скорее всего он не смог договориться с Эйверманом, и появилось опасение, что Эйверман пойдет в органы. Вот, значит, как. Но почему мне не сообщили об этом?

– Зачем? – Гардинг улыбнулся. – Ты бы заволновался и отозвал Антонио из России. В Индию приезжают люди, которые пытаются найти мастера Раджа. Их пока не ликвидируют, а попытаются узнать, что им удалось найти и кто их послал. Кстати, на Аляске кто-то убил двоих моих людей после того, как они побеседовали со старым генералом, очевидцем тех событий. И в Бразилии в поместье Штольца тоже кто-то убил одного моего человека. Я бы хотел знать, кто это конкретно.

– Наверняка об этом знает Карл Штольц, – сказал Ренато. – Он тоже усиленно ищет. Как и Густав фон Бергер. Кстати, у него есть шанс заполучить глобус. Мне кажется, что у него находится одна, а то и две части из семи. Возможно, и больше. Я хотел поговорить с ним.

– Слушай, Майкл, что же получается? Я ввел тебя в дело, а ты…

– Видишь ли, Ренато, поначалу я не все тебе рассказал, и не заставляй меня это делать сейчас. В свое время, когда мы будем у цели, ты все узнаешь. Договорились?

– Послушай, – Моретти посмотрел ему в глаза, – все это перестает мне нравиться. Ты знаешь больше, чем я, и молчишь. Возникает впечатление, что не я, а ты руководишь проектом поисков.

– Ренато, не нужно говорить в таком тоне. Цель у нас одна и, как выясняется, много конкурентов. Нам уже объявлена война. Успокаивает то, что в России еще никто не начал искать глобус Черного Джона.

– Наверное, ты прав.

– Я очень опасаюсь, что эта история – сказка. Возможно, ее придумал сам Черный Джон. Но может быть, это злая шутка капитана Бадензе. Есть версия, что он нашел сокровища и исчез. Никто ничего о нем не знает. Где и как он погиб и погиб ли вообще?.. Ведь у него наверняка остались какие-то родственники. В этой истории очень много вопросов. И я настраиваю себя на то, что когда мы соберем все семь частей, то поймем, что это злая шутка капитана Бадензе. Хорошо, если поймем теперь, а не отправившись за сокровищами.

– Подожди, ты допускаешь, что это просто чья-то шутка и победитель останется ни с чем?

– Ты меня понял, я допускаю такое развитие событий. Хотя все равно буду чувствовать себя победителем. Хотя бы потому, что именно я дошел до указанного места. Точнее, мы! – Майкл засмеялся.

– А мне совсем невесело, – недовольно отозвался Ренато. – Выходит, все зря, и я попусту трачу деньги и теряю людей? Знаешь, у меня появилось желание бросить эти игры!..

– Успокойся. В конце концов, сам глобус будет стоить огромных денег.

– Говорят, глобус усыпан алмазами. Значит, каждая его часть стоит немало. Продай частицу, и ты будешь обеспечен, а в таком случае зачем тебе иметь весь глобус? Может, кто-то, у кого была эта самая частица, так и сделал.

– То, что глобус Черного Джона усыпан алмазами, – полная чушь. Да, границы материков на нем обозначены алмазной крошкой, но за нее ты много не получишь. Гораздо дороже продать сам глобус. Кстати, в Лондоне в небольшом музее выставлена копия этого глобуса. Все то же, но на ней не отмечено место, где спрятаны сокровища. Копию уже не единожды пытались купить, но музей не продает ее. А недавно ее похитили. Об этом писали и у нас. Просто ты не читаешь раздел уголовной хроники. Поэтому я и опасаюсь, что это сказка. Хотя надеюсь, что истина в статье Доули имеется. Если говорить откровенно, меня подвигло на это стремление господина Фуджака. Он и раньше искал сокровища Черного Джона, но не так усердно, как после публикации Чарлза Доули. А после того как увидел фотографии в журнале…

– Помню. После этого я и поверил, что есть такой клад, но, мне кажется, ты занимаешься этим уже довольно давно.

– Ты все узнаешь, когда мы будем у цели, – пообещал Майкл. – А сейчас надо выходить на детей и внуков Мирославского. Его сын жив, внук тоже, есть правнуки, девушка и парень. Внучка – молодая и красивая женщина. Авантюристка, как говорят о ней ее знакомые. Она не замужем и спокойно относится к деньгам. Где-то в Сибири она нашла старую икону. Ей предлагали большие деньги, но Мирославская отдала икону в монастырь. Хотя церковь посещает редко. Значит, договориться с ней будет нелегко.

– Подожди, а при чем тут она? И о чем с ней договариваться?

– Да потому что ее прадед, граф Мирославский…

Пуля, пробив стекло, пролетела мимо уха Майкла. Он бросился на пол. На улице простучала короткая автоматная очередь и взревел мотор мощного мотоцикла. Дважды ударили пистолетные выстрелы, и снова послышалась автоматная очередь.

– Вы в порядке, шеф? – вбежал в кабинет молодой мужчина.

– Какой порядок, если стреляют?! – усмехнулся Майкл.

– Это был мотоциклист. Откуда он появился, непонятно.

– Где он? – спросил Майкл.

– Умчался. Я предупреждал, что вы очень неудачно…

– Кто-то знал о нашей встрече. Интересно – кто? – Он взглянул на Ренато. – И в кого стреляли?

– Ты хочешь сказать…

– Я хочу услышать правду, – перебил Майкл. – Доули уезжает в Россию, там убивают твоего брага. Операция на Колыме провалена. Когда я встречаюсь с тобой, появляется мотоциклист и стреляет как раз в ту комнату, где находимся мы. Это что, предупреждение или неудачное покушение?

– Прекрати, Майкл! – Ренато вскочил. – Ты не смеешь…

– Еще как смею, – улыбнулся Гардинг. – Но я хотел бы знать ответы. С кем еще ты заключил союз?

– Перестань!.. Зачем мне это?

– Но ты вполне мог подумать, что операция подходит к концу. К тому же ты понял, что я один из тех, кто… – Майкл рассмеялся. – Хотя ты этого так и не понял. Убрать, – приказал он охраннику.

– Да ты что, Майкл?! – закричал Ренато. – Я… – От сильного удара в живот он упал на колени. Охранник ударил его ногой в голову.

– Не стоит так усердствовать, испачкаешь кровью ковер. Убей эту тварь! – Майкл вышел из кабинета. Туда ворвались еще двое. – Не забудьте, он должен подписать бумаги, – сказал Майкл.

Оттава

– Ты должен знать, кто эти люди! – Макосса ударил кулаком по разложенным на столе фотороботам.

– Я уже сказал, что никого из них не знаю, – спокойно ответил рыжеватый здоровяк. – И зря ты тычешь мне в морду эти фотки и орать на меня тоже не советую.

– Слушай, Карл, – вкрадчиво заговорил Макосса, – ты кем себя считаешь? Не забывай, что…

– Это ты потерял память. Если бы не я, ты бы ничего не знал о сокровищах и по-прежнему торговал бы наркотиками и принимал заказы на убийства. А теперь у тебя есть шанс получить миллионы. Если тебя устраивает то, как ты живешь, делай что хочешь. А орать на меня не надо.

– Но там уже были три группы, искали старика француза, а он пропал, нет его. Я подключил своего человека из ФБР, но результат нулевой. Я хочу спросить, почему ты раньше ничего не говорил о нем? Мы бы давно…

– Да черт тебя возьми, Марон, этого не знал даже Густав, внук барона. Я не знаю, что там случилось, но барон потерял почти все, и каким-то образом две, а может, и три части оказались в руках русского графа. Французу Дюпелье что-то известно, я в этом уверен. А вот где находится этот старик, никому не известно.

– Кстати, – произнесла Элен, – почему никто не знает, что за старым французом приезжали двое? Мужчина-красавчик и женщина-амазонка, такая воинственная мадемуазель. Мне кажется, они забрали старика. Эта парочка прилетела из Лондона. И вот что еще… У пары странная фамилия для англичан – Дюпелье.

– Что?! – в один голос воскликнули Марон и Карл. Элен протянула справку из аэропорта. Макосса прочитал и отдал листок Карлу.

– Ты давно об этом знаешь? – спросил женщину Карл.

– Сегодня мне это привезли. За хорошие деньги многие вспоминают все, что нужно. И кроме того, некто Боб Лоренс, друг Дюпелье, был в сумасшедшем доме, а до этого он сделал весьма интересное заявление, что Дюпелье убил Смита, Берри Фитчера, Думайта и Флута из-за русского. Точнее, из-за каких-то частей шарика. – Мужчины пораженно переглянулись. – Давайте сюда врача, – приказала Элен. В комнату ввели пожилого лысого мужчину.

– Я бывший владелец частной психиатрической лечебницы в Майами, – сказал старик, – доктор Флаэрти. Я дам вам кое-что прочитать. – Он кивнул Буру. Тот подошел к столу, за которым сидели потерявшие дар речи Кард и Макосса, и положил тонкую кожаную папку. Марон, сглотнув, протянул руку. То же сделал и Карл. Но немец задержал руку, дав возможность Макоссе взять папку. Макосса достал два листка. Карл начал читать из-за плеча Макосса. Переглянувшись, они посмотрели на Элен.

– Я здесь ни при чем, – рассмеялась она.

– Привет, господа! – раздался насмешливый женский голос, и в комнату вошла стройная, смуглая женщина. – Дело в том, что мы с Элен вместе учились в Лондоне, занимались спортом и даже были непримиримыми соперницами! – Она лучезарно улыбнулась. – Я Марша Фунджак, жена известного антиквара и коллекционера Худжана Фунджака. Но муж обидел меня, хотя мы с ним, точнее, он около десяти лет пытается найти глобус пирата. Я тоже этим занималась. К сожалению, успехов нет, только ненужные убийства и пытки несчастных, которые рискнули приехать в Индию, чтобы отыскать мастера Раджа. Мы его тоже не можем найти, но кто-то неизвестный рассказал мужу о Бобе Лоренсе, который пытался донести полиции в сорок пятом году, что некий француз Дюпелье убил четверых товарищей. Это связано с неким русским графом. По поручению мужа я поехала в Америку и нашла доктора Флаэрти. Случайно я встретила Элен. Мы давно не виделись, и, кроме того, остались нерешенные вопросы. – Она посмотрела на Элен, и обе рассмеялись. – Поэтому я предпочла ее общество и отложила визит к доктору.

– Марша увидела у меня газету со статьей Чарлза Доули, – усмехнулась Элен. – Мы разговорились, Марша неожиданно упомянула о муже, который ищет ключ к сокровищам Черного Джона. Я нечаянно проболталась, что мы тоже пытаемся его найти…

– Вот это сюрприз, – пробормотал Карл. – Значит, вы индианка?

– Мой отец наполовину англичанин. Не так давно я познакомилась с Фунджаком и вышла за него замуж. А потом я узнала, что у него есть любовница. И я собираюсь ему отомстить.

– Она хочет десять процентов от общей стоимости сокровищ, – сказала Элен.

– Хорошо, – кивнул Марон.

– Разумеется, с гарантией, – проговорила Марша.

– А какие гарантии мы можем дать, кроме честного слова? – усмехнулся Карл.

– Этого недостаточно, – ответила Марша. – Вы напишете бумагу в двух экземплярах, где обязуетесь в случае успеха отдать мне десять процентов от общей суммы. Убить вы меня не сможете, так как бумаги после моей смерти попадут в полицию. Когда же вы поделитесь со мной, я отдам вам ваши бумаги. Поверьте, моя помощь может оказаться очень полезной. Обсудите мое предложение, а Элен пока покажет мне ваши владения.

Элен поднялась, и женщины вышли.

– Уведите доктора, – приказал Макосса.

– Но мне обещали деньги, – напомнил тот. – Десять тысяч и машину, которая отвезет меня…

– Конечно, – улыбнулся Макосса. – Вы все получите. Рассчитайтесь с профессором, – посмотрел он на Бура. Бур и Коста вывели профессора из комнаты.

– О чем тут говорить? – усмехнулся Макосса. – Предложение заманчивое и крайне выгодное. Я думаю…

– А ты не подумал о том, – перебил его Карл, – что это выглядит подозрительно?

– Погоди, ты обижаешь недоверием мою жену, а этого я никому не позволю.

– Перестань, Марон, дело очень серьезное, мы не можем позволить себе ошибиться. Я уже не раз проклинал всех своих родственников, которые так поздно рассказали обо всем этом. В отличие от тебя я вырос в постоянном страхе, что сейчас появятся военные и заберут деда и отца. Деда разыскивали за военные преступления.

– Значит, ты думаешь, что эту индианку нам подослали?

– Эту возможность нужно учитывать. Мои люди в Индии ничего не нашли. Там была перестрелка, значит, индийцы пытались кого-то захватить или устранить. Скорее всего это люди Густава или Вилли Краузе, дед которого тоже был участником тех событий. Хотя Вилли поехал бы в Индию сам. Впрочем, надеюсь, индианка нам все расскажет. Она должна знать об этом.

– Хозяин, – в комнату вбежал Бур, – они там!.. – Он посмотрел назад.

– В чем дело? – Макосса шагнул к двери.

Все вышли и увидели, что женщины борются в воде фонтана.

– Остановите их! – приказал Макосса.

– Все в порядке! – крикнула Элен. – Мы решили вспомнить давнее соперничество. Но кажется, не совсем вовремя, – засмеялась она. Мокрые и растрепанные женщины со смехом выбрались из фонтана.

– Может, объяснишь, дорогая, что все это значит? – сдержанно спросил Макосса.

– В университете я занималась борьбой. И теперь, встретившись, мы с Маршей решили вспомнить былое.

– Понятно… – Макосса покосился на Карла. – Но если уж так не терпелось вспомнить молодость, шли бы в спортзал.

– Мы обязательно воспользуемся вашей любезностью, – улыбнулась Марша. – А что с моим предложением?

– Нам нужна уверенность, что мы обязуемся заплатить десять процентов партнеру, а не просто красивой женщине, – усмехнулся Карл.

– Разумеется. Сейчас я приведу себя в порядок, а потом кое-что вам сообщу.

– После чего, – опередила мужчин Элен, – мы пойдем в бассейн.

– А Элен, оказывается, занималась борьбой, – засмеялся Карл. – Я видел ее в спортзале, и она…

– Хватит, – с досадой остановил его хозяин. – Пойдем выпьем что-нибудь.

– Как тебе мой муж? – спросила Элен.

– Мне такие не нравятся, – ответила, подплывая к ступенькам бассейна Марша.

– Я уверена, твой мне тоже не понравился бы, – усмехнулась Элен.

– Я его терпеть не могу. Старше на пятнадцать лет, жаден, постоянно держит меня дома. С трудом удается куда-нибудь выбраться, а теперь вот еще и любовница. Ну, это бы вроде обычное дело, но он с ней столько же, сколько мы женаты. Хорошо, что я встретила тебя. И замечательно, что я увидела у тебя статью этого профессора. А в борьбе ты стала слабее.

– Может, продолжим? – вызывающе спросила Элен.

– Конечно, но не сейчас… А муж не знал, что ты увлекаешься борьбой? – поинтересовалась Марша.

– Он все обо мне знает.

– И про Пьера знает?

– Пьер в прошлом. Я, кстати, тоже могла бы кое-что вспомнить.

– Давай не будем. Но мне интересно, как ты сумела так удачно выйти замуж. Мне кажется, твой муж гангстер.

– Он из довольно влиятельного в этой области семейства, но занимается поисками этого шарика, не посвящая меня в подробности.

– Оно и понятно!.. Хорошо тут у вас. Я всегда мечтала уехать из Индии и жить где-нибудь в Европе. Однако не получается, муж богатый и влиятельный человек, но он не тот мужчина, с которым я бы хотела иметь детей. И пока их нет. А у вас?

– Тоже пока нет.

– Ты довольна своей жизнью?

– Да. Марон доверяет мне.

– И ты можешь завести любовника?

– Конечно, нет. Он убьет меня. И нигде от него не скрыться. Я тебе вот что хочу сказать: если ты попытаешься обмануть Марона, тебя убьют. Он способен абсолютно на все и везде тебя достанет…

– Но тогда почему он никак не может найти шарик?

– А твой муж? Он находится в Индии, где были изготовлены два шарика, но тоже не может. Ладно, – Элен поднялась, – пойдем оденемся, и пора к мужчинам. Кстати, как тебе Карл?

– Симпатичный. Он женат?

– Конечно. Но с женой отношения натянутые. Ее отец отдал ей небольшой заводик по производству соков и пива, доход от него приличный, и она постоянно упрекает Карла за то, что деньги зарабатывает она. Крайне несимпатичная особа эта Хельга. Однажды мы с ней довольно серьезно сцепились. Нас с трудом растащили. Дело было на Рождество. Я не помню предмет спора, но ударили мы с ней одновременно.

– Надеюсь, я не увижу эту Хельгу! – засмеялась Марша.

– Мадам, – послышался женский голос, – вас просит хозяин.

Вашингтон

– И что дальше? – поставив чашу с кофе, спросил Блойд.