290 890 произведений, 24 000 авторов.

» » Размышления о вере » Текст книги (страница 1)
Размышления о вере
  • Текст добавлен: 21 сентября 2016, 16:11

Текст книги "Размышления о вере"


Автор книги: Борис Михалев




Жанр:

   

Религия



сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 1 страниц)

Михалев Борис
Размышления о вере

Борис Михалев

РАЗМЫШЛЕНИЯ О ВЕРЕ

Вера есть выход из плоскости в другое измерение. Непонимание и гнев вызывает определение высшего идеала как пустоты. Но ведь, как ни крути в горизонтали, в вертикали все одно – ноль. Высший идеал внемирен. Поэтому если рассуждать категориями мира, он – ничто. Любое наше о нем понятие попытка спроектировать на горизонтальную плоскость то, что целиком лежит в вертикальной. Наклон всегда чреват искажениями. Проекции эти нужны, но их следует понимать лишь как временное приспособление к человеческому несовершенству.

Вера – утверждение во-первых реальности, во-вторых первичности чего-то вне мира. Не важно чего. Есть ценности большие, чем благополучие, семья и пр., даже чем сама жизнь. Вера бывает не только истинная, но искаженная и сатанинская. Однако, сам факт ее наличия – основной атрибут собственно человеческой формы существования. Атеизм – тоже вера, но как бы вывернутая наизнанку. Чтоб что-то в принципе отвергнуть, надо быть способным соответствующее понятие определить. Животное высших идеалов не утверждает и не отрицает. Его сознание не может абсолютизировать ни одно из внешних и внутренних явлений.

Возрастание истинной веры – в повышении степени неотождествления "я" с формами, в большем доверии голосу абсолютного бессознательного формирующего фактора, чем позывам психики или доводам ума.

О ДЕЛАХ И МОТИВАХ

Святой Дух представляет из себя максимально богоориентированное и богоотражающее движущееся – сознание, вполне свободное от инерции и энергии. Обретается Он в результате активности, проявляемой ради Бога. Единственно правильное понимание смысла всех усилий – исполнение высшей воли. Последняя – наше освобождение.

Отсутствие разделения цели и средства или подмена цели превращает положительную энергию деятельности в соответствующие внешние условия, не затрагивая внутренней дисгармонии. Неблаговидность цели – тщеславие, страх осуждения и пр. – ее даже усиливают, разжигая страсть. Выходят боком также благодеяния, когда сам этот акт начинает нести в себе цель или ей становится достигаемый видимый результат для другого. В последнем случае имеет место непонимание невозможности настоящей гармонии в связи с рядом явлений вообще, все ограничивается горизонталью, цель остается там же, где средство – в потоке частных состояний. Истинное восполнение себя происходит только по вертикали, путем ухода от множественности и обособленности, с которыми динамический наш облик неразделим.

Когда добродетель уже бескорыстна, но еще не осмысленна, результат мирские блага, авторитет, что может ввергнуть в соблазн присвоить все обретенное и всласть насладиться заслуженным. Тогда, или теряется чистота мотивировок, или наступает разочарование. Диктуется оно потребностью в ином, лучшем, незыблемом.

О МИССИИ ХРИСТА

Будучи в рабстве у страстей, человечество застряло в горизонтали. Освободиться самостоятельно большинству не под силу. Необходимо постороннее воздействие в вертикальном направлении огромной мощности, способное сдвинуть скалу людского греха, не нарушая законов горизонтального мира. Бог не отменил судьбу, но послал Своего Сына, чтоб посредством подвига создать емкость неиспользованной положительной судьбы, доступ к которой правильно понимающих цель есть эффект искупления. Непорочность и страдания – его обязательные составляющие. Иначе отсутствие второго оборачивается замыканием первой на себя. Но чтобы сконцентрированный потенциал святости не требовался для личного освобождения, выполняющий эту задачу, должен быть уже свободен и воплотиться не в соответствии с законом судьбы, а по своей воле. Такие личности – Сыновья, воля их – Божья. Поэтому и говорится, что Бог послал Сына. "Единородность" последнего следует понимать как единство Отца в самом Себе. Все свободные личности – одно целое. Христос – лишь аспект Бога, одно из Его бесконечных возможных лиц, а не отдельный Бог.

Однако, почему же на стали спасителями другие пострадавшие святые? Разница здесь – в степени святости, она – чисто мистическая, и оценить ее нашим загрязненным разумом затруднительно.

Христос никого не ведет к спасению, как поводырь слепого. Он лишь помогает человеку осуществить то, до чего тот сам уже внутренне дозрел. Пока свободный выбор – между соблюдением закона ради благополучия и несоблюдением ради максимального наслаждения, сознание характеризуется неспособностью вместить само понятие освобождения. Христос подарил нам нечто неописуемо красивое, но чтоб увидеть это надо иметь глаза, Он создал бездонное озеро, но, чтобы напиться из него надо иметь рот. Требуется пройти долгий путь, проделать огромную работу, пока откроется в душе канал для поступления в него спасительной влаги.

О СИМВОЛИКЕ

Крест означает далеко не только распятие. Наоборот, Христос избрал себе такую смерть, чтобы утвердить в человечестве этот символ. Его горизонталь – мир явлений, плоскость отношения человека с человеком, вертикаль – путь возвращения к Богу и перехода сущности в явление. Пересечение выражает главную мысль всех правильных учений – отношение к человеку должно обуславливаться отношением к Богу.

Свастика – разновидность креста. В ней заостряется внимание на принципиальном аспекте устройства мира. Противоположно направленные линии на концах вертикали – разная природа движущегося и неподвижного. Разворот этой конструкции на 90 градусов – образование горизонтальной структуры мира по образу вертикальной, соответствие по принципу подобия творения жизненного творению метафизическому. Там – смысловое и инструментальное, здесь – мужское и женское, плюс и минус.

О ЖЕРТВЕННОСТИ И ЭМОЦИЯХ

Христианская любовь и эмоциональная привязанность – вещи, абсолютно друг другу неродственные. Первое – способность жертвовать благами или даже жизнью ради Бога. Тот же, на кого фактически этот акт направлен, выступает как инструмент, а не цель самопожертвования.

Однако, желание жертвовать может психологически вытекать из привязанности. В этом случае важно их по сути не смешивать, иначе теряется бескорыстие мотивировки, а соответственно, духовная ценность жертвы. Эмоциональная симпатия, отдельно взятая, страстна.

О ДУХЕ И БУКВЕ ЗАКОНА

Потребность в авторитетном руководстве привязана к духовному уровню каждого. Чем он ниже, тем понимание человеком исповедуемого учения более однозначно и плоскостно. По мере совершенствования оно приобретает объемность и перспективность. Независимость от установленной системы ценностей есть умение не вступать с ней во внутреннее противоречие. Менее внимательно относится к букве закона тот, кто сильнее проникся его духом. У буквы нет самостоятельной ценности. Она только способствует усвоению духа, оставаясь безусловным ориентиром на любой стадии пути к спасению. Противоречия между разными пониманиями одного и того же постулата могут иметь место лишь с точки зрения менее совершенного обладателя одного из них.

Однако, даже на начальной ступени, помимо давления традиции, требуется участие личной воли. Надо совершить в себе мировоззренчески-мистический переворот, чтобы переподчинить свободу Христу – символу отречения и самопожертвования – а не "князю мира сего", чьи утверждения соблазнительны, а образ навязчив.

Апостол сказал о браке: "Желаю, чтобы все люди были, как я..., но если не могут воздержаться, пусть вступают в брак; ибо лучше вступить в брак нежели разжигаться", и пояснил: "Впрочем это сказано мною как позволение, а не как повеление". Попытка возложить на себя непосильную на данном этапе ношу может привести к обратному результату. Этим обусловлены позволения типа "око за око". В дальнейшем они отпадают – "любите врагов ваших" – совершенство характеризуется чистотой, которая есть отсутствие потребностей, а следовательно, необходимости допущений. Когда же позволение трактуется как повеление, низший образ жизни и мысли выходит их подчинения у высшего, противопоставляется ему, чем у второго отнимается опора, а у первого – смысл.

О РОЖДЕНИИ И СМЕРТИ

Очевидно, что большинство людей, даже осмысливших правильный путь, не успевают до смерти пройти его полностью. О прочих нечего и говорить. Поэтому, предполагая завершение жизни личности с исчезновением тела, мы или отнимаем у нее смысл, или ставим его осуществление вне связи с предпринятыми усилиями, отрицая роль воли. Аналогично тому и рождение не начало жизни. Иначе следовало бы признать наличие случайности, так как начальные условия у каждого свои. Что же такое случайность? Это некая беззаконная сфера бытия, где его пластическое начало существует независимо от разумного. В этом случае первое было бы не организовано, а соответственно, второе – не абсолютно. Представление о случайности неразрывно с безбожием и допущением хаоса.

После смерти тела последовательно отмирают слои проявленного сознания. Этим обусловлено отсутствие памяти о прошлых жизнях. Непроявленная часть продолжает существовать, аккумулируя в бессознательных формирующих факторах все, прежде накопленное. При жизни любая мысль уходит не только вовне (в действие), но и в глубину, оставляя там свой бессознательный прообраз. В будущем, в ситуации, аналогичную той, в которой та мысль явилась, осадок активизируется и стремится новой мысли присвоить похожую окраску.

Чем выше духовный уровень, тем дольше длится состояние отсутствия периферийных слоев. Объясняется это условностью категории времени: занимаясь чем-то интересным, мы его не замечаем – в этот момент сознание концентрируется. В противном случае посторонние мысли вносят суету, и эффект "резинового времени" мучителен. Чистота сознания характеризуется его способностью к сосредоточению. Абсолютность последнего – выше времени. Для освободившихся личностей настоящее прошлое и будущее – одна точка. В сознании же остальных загрязненные осадки рано или поздно рушат концентрацию, требуют выхода и реализации в грубом мире. Человек рождается.

О ЗАКОНЕ СУДЬБЫ

Всякая деятельность – внешняя или внутренняя – оставляет невидимые следы. Предпосылкой любого события является совокупность действий. Христос, встретив прежде Им исцеленного, сказал: "Вот, ты выздоровел; не греши больше, чтобы не случилось с тобой чего хуже". Мир, выведенный из равновесия, возвращает энергию источнику в виде аналогично окрашенного последствия.

Жизнь обусловлена актами воли и независимыми от нее в настоящий момент внешними условиями. Последние связаны с прошлой деятельностью посредством закона, пронизывающего все множество форм существования личности в движущемся мире.

Помимо окраски, действия обладают характеристикой интенсивности. Крайне интенсивные дают плоды сразу или вскоре, остальные накапливаются и к концу жизни образуют фактор судьбы – место, время, народ, семью будущего рождения, здоровье, склонности и пр., а также неотвратимые события жизни и ее продолжительность. Кроме того в тонких структурах сознания сохраняются неопределенные совокупности отпечатков, которые могут быть уничтожены (ослаблены) противоположным воздействием или усилены однородным и реализованы, получив завершение.

Однако, неправомерно говорить о рассматриваемом законе как о простом механизме, подобно пружине, реагирующем противодействием на действие. Он не вознаграждает добродетель благами, предназначенными для наслаждения, и не карает порок справедливой местью, а в соответствии с индивидуальными особенностями каждого адекватно подбирает ему условия, в наибольшей степени способствующие выходу из лабиринта греха. Страдания – признак отсутствия добровольности совершенствования. Если подавление страстности не идет самостоятельно изнутри, оно осуществляется извне принудительно. Сила такого воздействия дозируется, чтоб подлежащий ему не впал в злобу и отчаяние, а о чем-то задумался и переосмыслил.

ОБ УСИЛИЯХ И РЕЗУЛЬТАТАХ

Деятельность требует противопоставления человеком чего-либо инертности своей природы, всякое усилие расценивающей как дискомфорт. Чтобы добровольно себя ломать, нужна сильная мировоззренческая установка, веский мотив, каковых по большому счету существует два. Истинный – внутреннее совершенствование, кажущийся – внешний результат. Последний на низших духовных стадиях необходим как побудитель в силу неспособности сознания вместить первый, однако, лишь в качестве спонтанного практического принципа, а не вывода – продукта отвлеченной мысли. Кажущейся мотивировке пристало обслуживать деятельность, а не быть идеей, иначе она тормозит духовный рост.

Труд влияет на условия жизни, но не прямым образом. Чем бескорыстней усилие, тем положительней оно воздействует на судьбу, контролирующую обретение благ. Если кто-то чего-то очень хотел и добивался, ему может не повезти, другой же, наоборот, и пальцем не шевельнет, но ему улыбнется удача. В обоих случаях Бог посредством закона судьбы дает каждому заслуженное, но не конкретно направленной деятельностью, а всем образом его жизни и мысли.

Благоприятные условия мы получаем не для наслаждения – только в силу затруднительности без них на данном этапе совершенствования. Потребление само по себе, вне цели очищения, есть зло, возможность чего хотя и явилась в результате прошлого добра.

О ЛИЧНОСТИ-ЗАКОНЕ

Бог не проявляется в мире напрямую. Его воля осуществляется посредством законов. В этом человеку видится противоречие из-за узости представлений о личности и законе. Под последним разумеется неодушевленный механизм, управляющий процессами по некой формуле. Личность же, согласно нашим понятиям, хаотична и непредсказуема, способна к произволу, поэтому закономерностью упраздняется.

Всякий закон характеризуются наличием некоторого числа однородных ему по степени общности, то есть по охвату подчиненных – более конкретных законов, существующих и взаимодействующих согласно содержанию главного. Ниже всех стоят естественные – физические, химические и пр. – частные по сравнению, например, с законом судьбы, относительно которого они сами могут быть рассматриваемы как явления. Количество однородных законов обратно пропорционально их общности, соответственно, завершает пирамиду абсолютный, единственный, не имеющий вышестоящих, потенциально содержащий в себе все. Таков Бог в одном из своих аспектов.

Открытие высших истин осуществляется исключительно интуитивно. Однако, страсть блокирует связь тонких слоев сознания с проявлено-рассудочным. Как в момент сильного страха или гнева человек не может логически мыслить, так неспособность к глубокому и длительному сосредоточению, свидетельствующая о страстности, пусть, слабой, но въедливой, не позволяет включить интуицию. Спонтанность и неконтролируемость сознания означает его доступ лишь к начальным ступеням божественного законодательства. Главенство фрагмента над целым есть рабство личности, потому как последняя не трансформируется объектами, которые отражаются в ее динамических оболочках. Возможность осознания законов высокой общности зависит от уровня внутренней чистоты, получаемого практикой бесстрастия. Независимость от частностей не отрицает их, но ставит на место, лишая всеобъемлющего значения. Тюрьма, в стене которой сделан пролом, не рухнула, но уже не может лишить никого свободы.

Противопоставление личной воли закону проистекает из незнания полноты божественного установления. Совершенствование устраняет этот дефект, рождая понимание внутреннего происхождения дисгармонии, и рассеивает предположение о возможности иного и лучшего устроения мира. Освобождение означает тождество свыше данного и снизу достигнутого. Закон становится личностным. Таков второй аспект Бога. Святой "не изменяет ход вещей на противоположный, хотя и обладает такой способностью... потому что все существующее установлено... в соответствии с намерением другого – изначально совершенного" (Йога-сутры, 3.45.).

О СЛУЧАЙНОСТИ, ЗАКОНОМЕРНОСТИ И ЛИЧНОЙ ВОЛЕ

Независимые в данный момент от личной воли условия могут представляться человеку случайными, обусловленными внешней закономерностью или вытекающими из собственных прошлых действий. Кроме последнего, все факторы увязаны исключительно на посторонние силы. Тогда спрашивается, где кончается мое и начинается чужое, каким образом эти двое делят "сферы влияния"? Вроде бы, человек, принимая меры, ограничивает воздействие на себя случайности и ослабляет давление законов природы.

"Кто из вас, заботясь, может прибавить себе росту хотя на один локоть?". Отрицал ли таким образом роль воли Спаситель?! "Если будете иметь веру и не усомнитесь, ...если и горе сей скажете: "поднимись и ввергнись в море", – будет". Утверждал ли он ее абсолютное всесилие? "Итак не заботьтесь и не говорите: "что нам есть?" или "что пить?"... потому что Отец ваш Небесный знает, что вы имеете нужду во всем этом. Ищите же прежде Царства Божия и правды Его, и это все приложится вам". На направленности воли делал Он акцент, а не на самом факте ее могущества или бессилия. Чтобы двигать горы, вектор активности должен быть духовно ориентирован. Концентрация на внутреннем очищении приносит все внешнее, что для этого нужно, без специальной заботы. Последняя, отдельно взятая, бессильна. Власть личности над миром тем выше, чем ниже ее потребность в его благах. Если они цель, а не средство, неизбежны злоупотребления и разрушительная агрессия.

Всякий акт воли со временем трансформируется во внешние условия. В жизни нет никаких случайностей и без разбора на всех действующих общественных и природных законов. Каждый сам как бы выбирает себе и то и другое посредством духовного развития или падения.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю