Текст книги "В пасти Джарлака"
Автор книги: Борис Харькин
сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 23 страниц) [доступный отрывок для чтения: 9 страниц]
Я ответил:
– Поверь, лучше не злить орка.
К счастью, ботаник не стал настаивать.
Васян шепнул мне:
– Надо бы прояснить ситуацию. Давай его оттянем и пообщаемся.
Он положил руку Коке на плечо и отвел его в сторонку. Я тоже подошел.
– Говоришь, ты с Земли? – спросил Стольник.
– Ну да.
– И какой на Земле сейчас год?
– Две тысячи сто семьдесят третий по летоисчислению от Рождества Христова, – отчеканил ботан. По честным глазам было видно – не врет.
Василий вновь забористо выругался.
– А в чем дело? – осведомился Кока.
– Видишь ли, мы тоже с Земли…
– Вижу. Я это сразу понял – по вашей одежде. Я такую видал в музее.
– Какой, на фиг, музей?! – рассвирепел Стольник. – Когда мы сюда попали, на Земле шел две тысячи двенадцатый год! Мы тут всего месяц! Ты хочешь сказать, что на Земле за это время прошло сто шестьдесят с хреном лет?!
– Понятно… – кивнул Кока. – Раз две тысячи двенадцатый, следовательно, вы с Земли Второй параллели.
– Чего?
– Понятно, – снова заладил свое очкарик. – Раз вы с Земли Второй параллели, следовательно, ничего не знаете о параллельных измерениях. Ваш мир сильно отстает в развитии, и ученые еще не открыли существование других миров.
– Миров?! – ахнул я. – Так их много?
– Пока обнаружено восемь.
Восемь! Вот тебе, бабка, и Юрьев день, как говаривал мой дед.
Впрочем, если существует один параллельный мир, то стоит ли удивляться, что есть и другие?
– А что ты там говорил про какие-то параллели? – спросил Васян.
– Из восьми открытых миров три развиваются параллельно. Они называются Земля Первой параллели, Земля Второй параллели и Земля Третьей параллели.
– А поподробнее можно?
– Эти миры очень похожи, практически идентичны. Они отличаются в основном лишь скоростью временных потоков. В Первом время течет быстро, во Втором – чуть медленнее, в Третьем еще медленнее. Я из Первого мира, а вы из Второго. Еще существует Третий мир. Вероятно, есть и другие, но путь в них нашим ученым пока неизвестен.
– Подожди, ты хочешь сказать, что есть три разные Земли?!
– Да! Именно это я и хочу сказать. Понимаю, что вам трудно в это поверить, у вас только через сто лет порталы откроют.
– Значит, у нас до сих пор две тысячи двенадцатый! – выдохнул я.
– Что-то не нравится мне этот шлифтастый, – шепнул мне в ухо Васян. – Вдруг он гонит?
– Не знаю, по-моему, похоже на правду. Если все, что он говорит, верно – то понятно, почему Изольда говорила, что на Земле сейчас сороковые. Она – из Третьей параллели.
Я обратился к Коке:
– А этот мир, где мы находимся, какая параллель?
– Это не параллельный мир для Земли.
– Может, еще скажешь – перпендикулярный? – скептически хмыкнул Стольник.
– Именно – перпендикулярный. Аборигены называют его Эорин, мы, земляне, – мир номер семь, или Средневековье.
– А почему – перпендикулярный?
– Мне будет трудно это вам объяснить, во Второй параллели очень низкий уровень развития, вы отстаете на сто шестьдесят лет.
Очкарик говорил с таким превосходством, что это сильно разозлило Васяна.
– Послушай, ботан, ты случайно не можешь нормальным русским языком растолковать нам, допотопным ископаемым, столь же древним, как окаменевший экскремент мамонта, как нам вернуться обратно, в свое отсталое древне-первобытное время?!
Кока надулся, обиженно пробурчал:
– Еще во Второй параллели плохо переносят конструктивную критику. Вот, гляньте сами.
Он достал из рюкзака электронную книгу, поелозил пальцем по тачскрину и протянул ее мне. Я глянул на экран. Буквы вроде латинские, но складываются они в нечто совершенно непонятное. Некоторые слова отдаленно напоминают английские, остальные – тарабарщина.
– Ах да, – спохватился ботаник. – На каком языке вы умеете читать?
– На суахили, – ляпнул Васян.
Кока принял фиглярство Стольника за чистую монету и сконфуженно признался:
– В моем ридере не предусмотрен перевод на этот язык.
– А на русский есть? – осведомился я.
Он кивнул и, переключив на русский, вновь сунул мне читалку.
Название гласило: «Памятка для „чайников“, желающих стать путешественниками между мирами» (Бета-книга, 2172 г.).
Быстро пробежав несколько страниц, я узнал, что в настоящее время (2172 г.) открыто восемь миров (включая и нашу Землю).
Из них три считаются параллельными и пять – перпендикулярными.
Параллельными называют миры, схожие с нашей Землей, но различающиеся в основном скоростью временного потока, а Перпендикулярными – те, которые имеют значительные отличия от Земли.
Открытые миры делятся на четыре класса (по степени безопасности), и им присвоена буквенная классификация:
«А» – безопасные, туда открыт свободный доступ для граждан Земли Первой параллели.
«В» – относительно безопасные. Чтобы путешествовать в такие миры, необходим диплом путешественника.
«С» – опасные. В такие миры допускают путешественников с дипломом класса «С».
«D» – очень опасные. В такие миры ходят только специально подготовленными группами, и то крайне редко. Путешественников в миры класса «D» называют экстремалами.
Далее в Приложении № 1 были перечислены миры, входящие в различные классы.
В класс «А» входили: Земля Первой параллели, Пустышка, Рай.
В класс «В» – Земля Второй параллели и Земля Третий параллели.
В «С» – Океан и Средневековье. К классу «D» относился всего один – Преисподняя.
Все незначительные подробности я быстренько пролистал, дошел до части второй, где в подробностях рассказывалось о порталах, которые также именуются «дверьми» или «окнами».
Портал, гласила Памятка, это механизм, который переносит Объект в другой мир. Перенос осуществляется, когда Объект входит в зону портала.
В каждом мире существует несколько порталов разной формы и размеров, и девяносто девять процентов времени они закрыты.
Главу «Устройство и работа портала» я скоренько пролистал, ведь я же музыкант, а не физик. Азимут, гравитационная составляющая, плоскость эклиптики – это еще самые незамысловатые термины. А попадались и такие словечки, которые мне вообще слышать не доводилось. Ладно, почитаем дальше.
В Приложении к Памятке следовал список экзаменов, которые необходимо сдать, чтобы получить диплом путешественника…
Далее я читать не стал. У меня просто зарябило в глазах от этого бесконечного списка экзаменов. Я только запомнил, что помимо всех существующих наук там были еще такие дисциплины: стрельба из огнестрельного оружия, стрельба из лука, владение холодным оружием, техника рукопашного боя, пилотирование самолета, вертолета, флаера… И еще много такого, от чего у меня отвисла челюсть.
Я бросил взгляд на Коку. Что-то по нему не скажешь, что он владеет техникой рукопашного боя или умеет пилотировать самолет. Но теперь я смотрел на него другими глазами.
Суперчеловек подошел ко мне, забрал ридер и тщательно попшикал на него из какого-то баллончика.
– Он нас мало того что приматами считает, так еще и заразными! – оскорбился Стольник.
Кока же, не обращая внимания на брюзжание примата, спрятал читалку в рюкзак и уткнулся в свой мобильник, или что там у него за устройство.
– Ты что-нибудь понял из этого талмуда? – спросил Васян.
– Понял, что эти, с Первой параллели, открыли восемь миров и шастают из одного в другой. Но только, чтобы стать путешественником, надо быть как минимум Эйнштейном и Ван Даммом в одном лице. А значит, этот Кока – очень серьезный человек, хоть и ботан. Еще понял, что миры бывают безопасные и опасные. Тот, откуда мы, называется Земля Второй параллели и считается миром класса «В», то бишь относительно безопасным. А в этом мире класс «С» – опасный.
– То-то нас все время слопать норовят!
– А про то, как порталы эти устроены, что-то не совсем понятно.
– Придется помириться с шлифтастым. Только он нам и сможет это разъяснить.
Стольник подошел к Коке и примиряющим тоном сказал:
– Послушай, друг, хоть у нас и отсталый в плане науки мир, но мы очень хотим обратно. У нас там родители, друзья. Не знаешь, как нам вернуться?
– Это до чрезвычайности просто. Подождать, когда портал откроется в ваш мир, и пройти через него.
– И когда он откроется?
– Этого я так сразу сказать не могу. Может, через пять минут, а может, через месяц, надо заглянуть в навигатор.
Кока уставился в прибор, при этом поясняя:
– Это – суперкомпьютер. В него встроен навигатор, а в навигаторе – география открытых порталов и расписание. Навигатор может рассчитать расписание «окон» на три месяца вперед… Вот! Вторая параллель откроется через тысяча сто девяносто семь часов. Это – почти два месяца. «Окно» будет открыто в течение двадцати трех минут шестнадцати секунд.
– Выходит, через два месяца мы приходим сюда, ныряем в портал и оказываемся дома?! – не поверил я.
– Именно.
– А раньше никак? – спросил Васян.
– Портал – это природный механизм, которым мы еще не научились управлять, – с грустью признался Кока. – Все зависит от расположения небесных светил.
– Так что, все дело во вшивой астрологии? – фыркнул Стольник.
Ботаник аж икнул от такого пренебрежения:
– Как можно называть величайшую из наук – вшивой?! Все-таки вы еще сильно отстаете в развитии… Да будет вам известно, что во вселенной все взаимосвязано и на открытие портала влияют миллионы факторов.
Василий указал на суперкомпьютер:
– А как эта твоя штука работает?
– Ты имеешь в виду, как навигатор рассчитывает расписание «окон»? Элементарно. Прибор фиксирует точку схождения векторов…
– Блин, я думал, ты на русском объяснишь, а не на суахили… Он хоть точно рассчитывает?
– Не совсем… Погрешность до трех миллисекунд.
– Знаешь, такая погрешность нас не смущает. Значит, раньше чем через два месяца мы домой не попадем?
– Ничего, – сказал я. – Как раз успеем найти Жорика.
Васян почесал лоб и растерянно произнес:
– Постой… получается, что с толкиенистами мы пролетаем. Жаль, Трор Густобород и компания нам бы очень пригодились, чтобы с гномами перетереть. Теперь придется выручать Пухлого самим.
– Попробуй уговорить сэнсэя с нами пойти. Он все-таки маг авторитетный.
Кока смотрел непонимающе, пришлось ввести его в курс дела.
* * *
– Сэнсэй, куда вы теперь? Домой? – спросил Васян.
– Теперь у нас нету дома. Если ельпы, засранцы, не спалили, то засаду там точно устроили. Уж очень они осерчали на то, что я их вокруг пальца обвел. Придется мне пока у старины Убарга пожить в Гадюшнике. Да и отваром его еще отпаивать надобно.
– Сэнсэй, пойдемте с нами, пожалуйста. С вашей помощью будет проще убедить гномов.
Мерриор задумался, погладил бороду.
Васян подкупающе улыбнулся и сказал:
– А заодно будете меня по дороге учить…
– Ладно, уговорил, неуч. Сходим к гнумам.
– Ура!
Вот и отлично! С волшебником не пропадем. А раз он идет, значит, и Ника тоже. И Убарг – потому что он еще не долечился. Ну и Ариэль – куда ей еще? Остается уговорить Зяббу и Коку. Нам – чем больше народа, тем весомее.
– Зябба, ты как? С нами? – спросил я.
– Я ваш должник! – рявкнул орк.
– Ну а ты, Кока, куда собираешься?
– Мне все равно, куда идти, мне тут все интересно. К гномам, так к гномам.
Здорово! Этого типа надо еще о многом расспросить.
Итак, подытожим: с нами Зябба, он теперь за мной в огонь и в воду. Мерриор с внучкой и с козой на поводке, куда ж без них! Убарг, Ариэль. И гражданин Первой параллели, путешественник Кока. Вот такая делегация.
«Гнумы» не устоят!
* * *
Впереди высились покрытые снегом вершины.
Три дня мы шли на восток. Вел Мерриор. Несколько раз он останавливал отряд, а потом мы сворачивали с тропы, чтобы обойти эльфийскую засаду. Хорошо, когда есть волшебник! Можно и вахты на ночь не выставлять, и не бояться костер разводить. Если что, старик ушастых за километр учует.
Ариэль готовила еду из раздобытых Зяббой куропаток и зайцев. Иногда Ника помогала орку охотиться.
К утру третьего дня дорога стала подниматься в гору. Лес постепенно редел, на пути попадались огромные валуны, которые приходилось обходить. Деревья тут росли раскидистые, но не такие высоченные, как в чаще, где им, чтобы выжить, необходимо тянуться к солнцу. В изумрудной листве беззаботно чирикали птицы.
Вскоре местность вздыбилась холмами, стали попадаться уже не отдельные валуны, а целые скальные массивы, поросшие бурым мхом. Вдали виднелась непреодолимая стена.
Хребет Мира!
Острые верхушки пиков, покрытые снежными шапками, искрились в лучах солнца.
К вечеру мы будем на месте.
Всю дорогу Мерриор отпаивал Пришибленного отварами, и тот явно шел на поправку. Он наконец забыл про свои «бу», «гы» и тому подобные реплики. Теперь орк изъяснялся предложениями из двух-трех слов, а это уже очевидный прогресс. Зябба даже как-то заметил, что Пришибленный стал настоящим орком, не то что раньше – до полета.
Иногда во время привалов волшебник отводил Васяна в сторонку и что-то упорно втолковывал. Или же засыпал вопросами, проверяя знания, после чего частенько награждал нерадивого ученика подзатыльником. Когда я пытался узнать у друга, как продвигается обучение, он неохотно отвечал, что занятия магией требуют упорного труда, а за короткие привалы много не выучишь.
Пока Мерриор занимался со Стольником, Зябба учил меня фехтовать на деревянных мечах и сражаться без оных. Не могу сказать, что я был от этого в восторге. Разбитый нос или фингал под глазом на уроках Зяббы считались мелочью. Хорошо, что привалы устраивали не так часто.
А Ариэль с Никой, похоже, снюхались. Они постоянно шушукались и хихикали. По-моему, нас с Васяном обсуждали. Ну и пускай секретничают. У нас нашлись дела поинтереснее, чем прислушиваться к их шепоту. Когда Мерриор с Зяббой оставляли нас в покое, мы наседали на Коку. Василий даже на время забыл об Ариэль, настолько мы увлеклись расспросами жителя Земли Первой параллели.
Кока рассказывал с энтузиазмом, он оказался общительным и дружелюбным. Лишь иногда у него проскальзывало чувство превосходства. Как же, ведь он гражданин Первой параллели – самого высокоразвитого мира из всех открытых, включая и перпендикулярные.
Васяна это нервировало, а мне было пофиг. Я же не переживаю из-за того, что японцы опережают нас в технологиях. Всему свое время, и мы себя покажем.
Еще раздражал Кокин ботановский диалект. Если закрыть глаза, то можно подумать, что разговариваешь не с восемнадцатилетним пацаном, а с умудренным годами профессором. Или со сверхтехнологичным компьютером. Васян даже как-то предположил, что мы общаемся с навороченным роботом.
* * *
Оказывается, в Кокином мире к власти пришли Гринпис и ВКУ – Всемирная Коалиция Ученых. Земле Первой параллели не зря присвоили класс безопасности «А» – про войны там забыли, что такое нищета и голод тоже помнили только по старым книгам и фильмам. Нации настолько перемешались, что теперь осталась только одна – гражданин Земли Первой параллели. Языком был всеобщий, который сформировался в основном из английского. Только из него поубирали все лишние правила, чем значительно упростили.
– Кстати, о языках, – спросил Васян, – как так получилось, что мы тут все друг друга понимаем?
– Ученые до сих пор ломают головы над этим феноменом. Между прочим, вы можете говорить здесь на любом языке своей Земли, хоть на английском, хоть на русском, хоть на эсперанто, а здешние жители все равно будут вас понимать и даже разницы не заметят.
– Сейчас проверим, – хмыкнул Стольник. – Эй, Зябба, kiss my ass!
– Че ты провякал, шибздик?! Я щас твой зад вот этим «поцелую»! – Зябба показал топор.
– Э-э-э… I'm sorry! Извини, не то хотел сказать.
– Смотри у меня, сопляк! Если б я не был вашим должником, если б вы меня из эльфийской ямы не вытащили, я тебе рыло бы начистил!
– Прости, прости, вырвалось…
– Еще раз вырвется, я тебе язык вырву, усек?!
– Да, да… – Васян повернулся к Коке. – Точно. Работает. Как же так получается?
– Это одно из многочисленных свойств портала. Одно из многочисленных непонятных свойств. Видите ли, работа портала до сих пор до конца не изучена и во многом парадоксальна!
– Вы его еще толком не изучили, а уже им пользуетесь?!
– Многие физические законы поняты не до конца, но люди пользуются ими с древних времен. А что касается портала, его изучают круглосуточно столько наших лучших умов, что вы и представить себе не можете! Знали бы вы, сколько подопытных мышей прошло через эти порталы.
– А откуда они вообще взялись? – спросил я.
– Мыши?
– Порталы!
– Есть гипотеза, что их создали ученые из будущего – из какой-нибудь параллели, доступ в которую закрыт. Вероятно, они пытались построить дверь между мирами, и им это удалось. Но теперь они ею не пользуются. По каким причинам – неизвестно. Также есть гипотеза, что порталы – ошибка мироздания.
– Чего?
– Брак, – бросил Кока высокомерно. – Идеала не бывает, даже Всевышний ошибается.
Мы переглянулись. Интересно, у всех граждан Земли Первой параллели такая мания величия? Не спорю, они достигли того, о чем мы и не мечтали. И я буду искренне рад, если то, что происходит в их мире, ждет и наш. Но с самомнением у них явный перебор…
– Первый портал обнаружили сорок три года назад, – продолжал вещать Кока. – Тогда стали искать другие. Всего на Земле их восемь. Семнадцать лет они были полностью засекречены военными. Последующие годы их изучала ВКУ.
– Погоди, ты сказал, что в вашем мире аж восемь порталов?
– Да. Два – в Европе, два – в Азии, один – в Северной Америке, один – в Южной, один – в Африке. А один есть даже в Антарктиде. Обычно они располагаются в труднодоступных районах, однако есть и исключения. Например, портал под Москвой.
– У нас тоже под Москвой портал есть, – сказал я. – Через него мы сюда и попали, будь он неладен!
– Тут ничего удивительного, во всех параллельных Землях порталы располагаются в одних и тех же точках.
Васян спросил:
– Получается, в этом мире есть еще порталы, кроме того, который в овраге?!
– Наши путешественники, побывавшие в Эорине, открыли расположение двух порталов. Один – через который вы попали сюда, а второй находится в пустыне, на другом материке. Их координаты есть в памяти навигатора. Гипотетически существует еще несколько порталов, но их локализация неизвестна.
Кока поправил очки и продолжил:
– Видите ли, найти портал не так просто. Навигатор определяет его на расстоянии ста метров. А мир огромный! Тем более обычно порталы располагаются в труднодоступных местах. Да и путешественников не так много, потому что получить диплом очень трудно. А если еще учесть, как сложно попасть в мир класса «С»!
– Почему так сложно попасть в мир класса «С»? – поинтересовался я.
– Если рассматривать конкретно Эорин, то сюда совершалось всего четыре экспедиции. Первая закончилась плачевно. Двое путешественников погибли от рук аборигенов. Следующие три экспедиции старались в прямой контакт не вступать. Год назад совет ученых решил, что пора попытаться установить контакт. Хотели отправить целую делегацию, но потом решили, что целесообразнее сперва попробовать одному. Из десяти лучших дипломантов выбрали меня! – Последнюю фразу Кока произнес с нескрываемой гордостью.
– Ты посмотри, крутой какой! – подколол Васян, а я спросил:
– А в безопасные миры попасть, наверное, не так трудно?
– В миры класса «А» доступ свободен. Туда отправляются на курорты. Таких миров всего три – моя Земля и еще два. Оба они изначально были необитаемы.
– Расскажи! – жадно потребовал Стольник.
– Один мы назвали Рай. Потому, что там отличный климат. Тропический, но очень мягкий. Три четверти планеты покрыто водой. Два континента. Сейчас один полностью застроили санаториями и домами отдыха. А второй – оставили в первозданном виде.
– И что, там вообще не было никакой фауны? Ни животных, ни насекомых? – удивился я. – Так же не бывает!
– Говоря «необитаемые», я имел в виду отсутствие разумных существ. Животных там много, но все они вегетарианцы, а хищников нет вообще. Создается такое впечатление, что кто-то специально создал этот мир для комфортабельного отдыха.
– А второй мир? Пустышка, кажется.
– Пустышка – еще более странный мир. Вот там вообще нет жизни. Полпланеты – соленый океан, в котором невозможно утонуть, а берега из серого песка. Выглядит очень уныло, но многие любят там отдыхать. Посидеть на сером песке, посмотреть в серое небо, подумать о жизни.
– Ты там был? – спросил я.
– Конечно. Каждый уважающий себя путешественник обязан побывать в мирах класса «А».
– В твоей книжке написано, что бывают еще миры класса «D». Они что, опасней Эорина?
– Слава богу, пока открыли только один такой! – серьезно сказал Кока. – Его назвали Преисподняя. Причем заслуженно.
– Ты там тоже бывал? – осведомился Стольник.
Кока сделал такое лицо, какое было бы у попа, если бы того спросили, посещал ли он публичный дом. Со смесью возмущения и страха очкарик выпалил:
– Я не экстремал!
На дальнейшие вопросы, касающиеся Преисподнией, он отвечать вообще отказался. Когда мы поняли, что на эту тему разговор закрыт, Васян выдал:
– Слушай, Петро, я тоже хочу между мирами попутешествовать. Может, сходим в какой-нибудь, ну хотя бы класса «А».
– Ты не забыл, что нас дома пропавшими без вести считают? Сначала найдем Жорика, вернемся домой, отметимся, а потом, может, и попутешествуем. Мы ведь знаем координаты московского портала.
– Ты прав, – согласился Васян с грустью в голосе. – Но уже прямо сейчас так хочется в чужой мир.
– Ты и так в чужом мире! Тебе его мало?
Стольник пробурчал что-то, потом спросил у Коки:
– А много таких, как мы, путешественников поневоле?
– Бывают. Но очень редко. К нам, например, за все сорок три года попадали всего дважды. Один раз пятнадцать лет назад из Земли Третьей параллели попал какой-то грибник. Его сразу усыпили.
– Как собаку? – с ужасом спросил Васян.
– Что ты?! Безвредным транквилизатором. Затем подключили к системе жизнеобеспечения, подождали несколько недель, пока портал не откроется в Третью параллель, и отправили домой. Грибник проснулся, наверняка подумал, что ему приснился очень странный сон, а когда вернулся домой – узнал, что его уже больше месяца ищут. Другой раз к нам попал эльф из Эорина. Это было еще раньше, лет сорок назад. Эльф подумал, что все вокруг магия, а мы демоны. На контакт он не пошел, единственное, что удалось выяснить, – его звали Элдорат. Пришлось и его усыпить, а потом отправить обратно.
– Элдорат, Элдорат… Какое-то знакомое имечко, – пробормотал Васян.
– Пророчество великого Элдората! – вспомнил я.
– Точно! Слушай, Кока, а этот Элдорат, когда к вам попал, его кто первым обнаружил?
– Как кто? Охрана портала, естественно.
– Дай-ка угадаю! – сказал Стольник. – У вас, поди, в тот раз было четверо охранников.
– Да, дежурят всегда четверки. А вы откуда знаете?
– Да так… Наверное, один из них, как и ты, очки носил.
– Может быть. Точно я не знаю, это же сорок лет назад было.
Вот из-за этого Элдората нас так эльфы и невзлюбили. Впрочем, если бы он не написал пророчество, ушастые все равно нас бы с распростертыми объятиями не встретили.
– А почему так редко в порталы попадают по случайности? – полюбопытствовал Васян.
– Так я же уже говорил – большую часть времени они закрыты.
– А параллельные миры бывают только у Земли или, допустим, у Эорина тоже есть параллели?
– Может быть, они и есть, но окна туда пока не открывались…
* * *
…За три дня пути мы так измотали Коку расспросами, что вскоре он стал отвечать односложно. Васян частенько говорил мне, что шлифтастый половину гонит и многое недоговаривает. Я же так не считал. А Стольник хоть и подозревал ботана во лжи, но все равно засыпал его градом вопросов.
Так за беседами мы и не заметили, как вошли в ущелье. Справа и слева сомкнулись высокие каменные стены. Где-то за утесами шумела горная речка.
Тропа, извиваясь узким серпантином, уводила все выше, а ущелье постепенно сужалось. Впереди черной дырой зиял вход в тоннель – дорога в подгорные чертоги.
Мы подошли поближе и увидали двух охранников – широкоплечих бородачей, одинаковых, словно из одного стручка, и вооруженных бердышами. Когда до гномов осталось метров пять, они, как по команде, скрестили оружие, загораживая вход в подземелье.
– А ну стоять! Дальше ни шагу, – недружелюбно предупредил один. – Кто такие будете? Зачем пожаловали?
– Нам к главному, – лаконично ответил Мерриор.
– Никого пускать не велено! – отрезал гном.
– Тады пущай сам выйдет.
– Вот еще, – буркнул второй бородач. – Чтобы Бомбур Косолапый выходил к каким-то голодранцам.
Ника глянула на караульных так, будто молнию метнула, звонко бросила:
– Доложи своему косолапому, что к нему пришел знаменитый маг Мерриор с друзьями.
Гномы даже бровью не повели, только один ехидно поинтересовался:
– Кто из вас Мерриор? Тот, который стекла на рожу нацепил?
Кока смущенно поправил очки.
– Не ваше дело, пугала бородатые! – разъярилась Ника. – Бегом к начальнику, скажите, что волшебник Мерриор требует аудиенции!
Да уж, смелости ей не занимать. И глупости тоже…
Лица бородачей побагровели, а брови свирепо сдвинулись. Один выставил вперед бердыш и медленно двинулся на нас. Широкое страшное лезвие приближалось, сверкая в солнечных лучах.
Тут Ника, похоже, поняла, что с «бородатыми пугалами» малость переборщила. Однако отступать она не собиралась, в руках откуда ни возьмись появился арбалет.
Назревал конфликт и, судя по разъяренным лицам охранников, – нешуточный.
Ариэль взвизгнула. Зябба вытащил топор. Васян, разинув рот, смотрел на приближающегося гнома.
Пришибленный не выказал никаких эмоций, а Кока вжал голову в плечи и спрятался за мою спину. Странно. Он ведь вроде сдавал экзамен по бою с холодным оружием? Что-то по его растерянному виду этого не скажешь.
Бородач уже занес бердыш для удара, но в этот миг сзади послышалось старческое брюзжание. Я понял, что это заклятие, только когда оружие гнома прямо на глазах превратилась в алую розу.
– Ауч! – Бородатый выронил цветок, уколовшись об игольчатый стебель. Он ошеломленно смотрел то на розу, то на свои руки, то на нас.
На второго гнома эта сцена тоже произвела впечатление:
– Клянусь бородой моей бабушки, настоящий волшебник! Что ж вы сразу-то не сказали, любезные?! А то все «знаменитый, знаменитый…» Знаменитые обычно шарлатаны все… Пойдемте за мной.
Мы двинулись в сторону огромной пещеры. Но не успели сделать и пару шагов, как первый охранник (теперь безоружный) встал у нас на пути.
– Ну, в чем дело?! – нетерпеливо бросила Ника. – Хочешь, чтобы деда твою бороду в мох превратил?
Гном замялся, неуверенно пробормотал, обращаясь к волшебнику:
– Э-э… почтенный, извините, с козами нельзя.
Мерриор хмыкнул, припарковал Эсмеральду возле входа, и мы зашагали за гномом в темное нутро подземелья.
Только мы вошли в пещеру, Ариэль прошептала, что боится темноты. Ника презрительно фыркнула, а Васян тотчас распустил хвост, взял Ариэль за руку и заявил, что будет ее охранять.
Но стоило нам пройти шагов пятьдесят, стало ясно – охрана не понадобится. Коридор освещали факелы, торчащие с обеих сторон из ржавых колец.
Ариэль высвободила руку из ладони разочарованного Василия.
А когда по выдолбленной в камне лестнице спустились на ярус ниже, оказалось, что там совсем светло. Свечение исходило от белых кристаллов, понатыканных в гранитные стены. С потолка свисали сталактиты самых причудливых форм. Они красиво переливались, отражая яркий свет кристаллов.
Через несколько минут я на собственном опыте узнал, что такое лабиринт. Тоннель немыслимо извивался, мы постоянно сворачивали то вправо, то влево. Вскоре я полностью утратил чувство направления. Приходилось поспевать за маячившей впереди широкой спиной гнома. Я старался не думать о том, что будет, если мы от него отстанем.
Шли долго. Шаги отдавались гулким эхом, иногда сверху на голову падали капли воды. Коридор постепенно расширялся. В конце концов провожатый привел к грандиозным воротам из темного металла, врезанным прямо в стену.
– Тронный зал, – пояснил Мерриор. – Давненько я здесь не бывал.
– Подождите тут, я доложу. – Гном исчез за воротами.
Старик проворчал:
– У ентих гнумов, бюрократов паршивых, аудиенции можно год прождать!
Однако на сей раз нас приняли без проволочек.
Ворота отворились, и гном торжественно объявил:
– Его королевское величество Бомбур Косолапый просит дорогих гостей войти!
* * *
Тронный зал был огромен. Своды уходили вверх метров на тридцать! Такое не увидишь ни в церкви, ни в доме нового русского. С потолка лился рассеянный свет. Вдоль стен стояло множество статуй из разных камней и металлов.
В дальнем конце зала находился высоченный трон, а на нем гордо восседал Бомбур Косолапый. Белоснежная борода указывала на солидный возраст, но широкоплечий король все еще выглядел крепким.
– Ни фига себе! – присвистнул Васян, смерив взглядом высоту трона. – Он что, туда на лифте заезжает?
Мы подошли. Мерриор произнес:
– Приветствую тебя, королевское величество!
– Ась?
Мало того что трон высотой метров пять – как до жирафа не докричаться! – так этот хрыч еще и тугоухий!
Я решил не ходить вокруг да около и что есть силы крикнул:
– У вас сидит наш друг!
Гном посмотрел себе на колени, озадаченно огляделся.
– Я имею в виду, у вас в тюрьме сидит наш друг!
– Толстый и громадный, как тролль, – добавил Стольник.
– А-а… – Бомбур на секунду задумался. – Есть такой, есть…
– Мы хотим, чтобы вы его отпустили!
Гном гадко улыбнулся, проскрипел:
– Еще чего!
– Мы ведь пришли как друзья! – крикнул я. – Мы даже одного из ваших знаем. Дитером зовут.
– Ась?
Вот пень глухой! Все приходится повторять по два раза!
– Дитер – наш друг, мы ему жизнь спасли! Из пасти Джарлака вытащили.
– А… вот оно что… – протянул гном, поглаживая седую бороду. – Надо было не вытаскивать! Этот авантюрист – позор гномьего рода. Шляется по всем трем королевствам. Нет чтобы ковать и торговать, как все порядочные гномы. Как же! Традиции предков этому балбесу не указ! Ему надо непременно за эльфийками бегать. Тьфу! Извращенец! В общем, так, – задарма друга вашего не выпустим!
– А кто говорит «задарма»? У нас золотишко имеется. – Васян покачал в воздухе увесистым мешочком. Внутри мелодично звякнуло – Мерриор постарался на славу. Гном как загипнотизированный алчно уставился на покачивающийся мешок.
Затем неимоверным усилием заставил себя отвести взгляд и твердо сказал:
– Нет!
– Чего? – Мы не поверили ушам.
– Нет, говорю! Знаем мы, каким золотом обычно маги расплачиваются!
– Это не его золото, а наше! – возмутился Васян (на вид довольно искренне).
– Даже если так, то все равно – нет! Мы бы, может, и взяли золото, но сейчас есть проблема поважнее. Если решите ее, то выпустим.
Мы переглянулись, Стольник спросил:
– А нельзя ли узнать, в чем суть?
– Громодром.
– Громодром?
– Да. Это дракон. Зеленый. Мало того что этот гад разоряет наши земли и золото крадет! Последнее время совсем обнаглел! Устроил себе берлогу в Рудной пещере! А там наша главная шахта! Добыча руды стоит! Убейте дракона, и получите своего друга.
