355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Би Джеймс » Скажи сама » Текст книги (страница 1)
Скажи сама
  • Текст добавлен: 26 сентября 2016, 01:38

Текст книги "Скажи сама"


Автор книги: Би Джеймс



сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 7 страниц)

Джеймс Би Джей
Скажи сама

Би Джей ДЖЕЙМС

СКАЖИ САМА...

Анонс

"Черный дозор" – таинственный неформальный отряд ловких, бесстрашных, самоотверженных юношей и девушек, к услугам которых прибегают власти, когда они не в силах справиться со злом. Бойцы этого отряда снайпер Валентина О'Хара и Рейф Кортни любят друг друга, но как же трудна дорога к счастью! Ведь на душе у Валентины страшная тайна, которая не даст ей жить нормальной жизнью, не позволяет любить...

ПРОЛОГ

Времена и нравы менялись, зло становилось все изощренней. Вынужденный признать, что в борьбе с ним нужны какие-то новые методы, президент Соединенных Штатов Америки вызвал Саймона Маккинзи, командира так называемого "Черного дозора", секретного подразделения для борьбы с международным терроризмом. Тогда и было решено создать для самых острых случаев суперсекретную и суперпрофессиональную группу, состав которой был бы известен только самому Саймону. Он по всему миру выискивал таких мужчин и женщин, которые готовы были в любой момент по первому зову командира ринуться в самую рискованную и опасную переделю"'. В большинстве своем это были люди, прошедшие суровые испытания, доходившие в жизни до последней грани отчаяния, но сумевшие его победить, закалиться в борьбе с судьбой, обрести бесстрашие и умение не спасовать ни перед чем. Холодные головы, стальные руки, зоркий глаз. Никто точно не знал, кто они и сколько их. Ходили только какие-то неясные слухи. Для тех, кого несчастье заставляло обращаться за помощью к Саймону, кому требовались их страшные, тайные услуги, они были просто агентами этой организации. Но посвященные называли их "Избранными" или "Ястребами Саймона".

Глава 1

В одиноком горном, оборудованном по-спартански убежище зазвонил телефон... Такое здесь случалось не часто. Повернувшись от огня, Саймон Маккинзи тяжелыми шагами направился к надрывающемуся аппарату и не спеша поднял трубку.

– Да? – Называть себя или приветствовать звонившего необходимости не было. Этим номером пользовались лишь посвященные и только в самом крайнем случае. Уже слышал и ждал звонка. А другого способа нет? – Слова звучали отрывисто, горько. Минуту он молча слушал, поглаживая свободной рукой жесткие седые волосы, затем кивнул. – Понимаю. Хорошо, согласен. Нужный человек через час будет в пути. – Снова воцарилось напряженное молчание. На том конце провода еще что-то говорили, но Саймон уже слушал только из вежливости. – Через час, повторил он наконец. – Обещаю... Как Джордана? – спросил он и, теперь уже внимательно выслушав ответ, добавил:

– Если что, я здесь.

Положив трубку и усевшись на край письменного стола, мужчина опустил голову и глубоко задумался. Перед его глазами предстали прелестная женщина и ее забавная, маленькая, так любимая всеми дочка.

Джордана, о которой спрашивал Саймон, была обожаемой женой его давнего друга и соратника, Патрика Маккаллума, хитроумного, безудержно смелого огненно-рыжего шотландца, неистового в любви и бою, создавшего одну из самых мощных экономических империй в мире. Но пришел черный день, и этот человек, для которого, казалось, не существовало преград, стал беспомощен, как ребенок. Жена, которую он любил больше всего на свете, была при смерти после тяжелых травм, маленькая дочь похищена.

Но надежда все же оставалась. Даже из этого положения должен быть выход. Они найдут его.

Саймон Маккинзи тряхнул седой головой, гоня прочь скорбь и растерянность. Из согнувшегося под гнетом боли и гнева человека он снова превратился в подтянутого командира самого удивительного в мире отряда, самого таинственного и опасного – "Черного дозора".

– Держись, Шотландец, – мрачно пробормотал он, снова взявшись за телефон. – Мы идем на помощь.

Где-то в Вирджинии, на берегу залива, зазвонил телефон.

Тихий мягкий голос, поприветствовав звонившего, осведомился о его здоровье и погоде в горах. Даже не удосужившись ответить на заданные из вежливости вопросы, Саймон сразу перешел к делу. Операция началась.

Глава 2

Казалось, по темному коридору бесшумно крадется большая черная пантера.

Больница закрылась уже несколько часов назад, и тишину пустынных, тускло освещенных коридоров лишь изредка нарушали приглушенные голоса и осторожные, быстрые шаги. Близилась полночь. Этот красивый, похожий на грациозное дикое животное мужчина вполне мог быть врачом, спешащим на последний обход, но одного взгляда в его поразительно зеленые глаза было достаточно, чтобы понять, что это не так. Дежурная сестра хотела было остановить его, но неприкрытые боль и отчаянье взгляда в сочетании – с выражением дикой ярости на его на редкость красивом лице приковали ее к месту и лишили дара речи. Удивительное видение промелькнуло так быстро, что на какой-то момент ей показалось, что это был сон.

Нет, она не будет тревожить охрану, да и что могут сделать простые смертные с вышедшей на охоту пантерой?

В отдалении тихо скрипнула дверь, и, напрягшись, сестра услышала, как низкий, так похожий на звериный рык голос тихо позвал:

– Патрик.

Массивная фигура Шотландца неуклюже дернулась. Было видно, что человек еле держится на ногах от усталости и горя. Он не смыкал глаз уже двое суток.

– Рейф?

– Да.

Еще утром Рейф Кортни был не просто в другой стране, а на другом континенте, но призыв командира заставил его бросить дела и кинуться на помощь. Патрик был не просто лучшим другом, он был членом его семьи. Семьи, которую на всю оставшуюся жизнь он сам себе выбрал.

Мужчины обнялись. Рейф Кортни и Патрик Маккаллум отличались друг от друга, как солнце и луна, и в то же время были на удивление похожи. Это были люди, слепленные из одного теста. Быстрые, сильные, страстные. Каждый из них был личностью, неповторимой индивидуальностью. Из этого сходства и дополняющих друг друга различий выросло нечто большее, чем простая мужская дружба. Полное, непоколебимое доверие. Любовь братьев, уходящая корнями в отрочество, когда они, круглые сироты, попали в закрытую привилегированную школу, и еще более окрепшая в зрелости. Единству и братству они были обязаны тем, что со временем смогли создать мощнейшую деловую империю, известную во всем мире.

Патрик, при его бешеном темпераменте в сочетании с удивительной практической хваткой, был мозгом и сердцем "Маккаллум интернэшнл", Рейф, со своей непревзойденной интуицией и деловым чутьем, был ее душой.

Сколько они себя помнили, они всегда были готовы помочь друг другу, вместе решить любую проблему, выбраться из самой сложной ситуации. Они помогут друг другу и теперь, сколь бы невозможным это ни казалось со стороны.

Рейф не нуждался в словах, чтобы, глядя в глаза друга, понять, как тот измучен тревогой за свою семью. Было нестерпимо смотреть на этого раздавленного свалившейся на него бедой Голиафа. Но с этого момента в борьбе за жизнь близких Патрик больше не одинок.

Рука об руку они подошли к кровати, где неподвижно лежала закутанная в белое молодая женщина, словно спящая принцесса, ждущая своего принца.

– Как она? – прошептал Рейф, с болью глядя в застывшее лицо женщины, которую он любил как сестру и на которой, наверное, женился бы, если бы Патрик не сделал этого первым. – Есть какие-нибудь новые данные?

– Кроме тяжелой травмы головы, тесты показали, что никаких внутренних повреждений, угрожающих жизни, нет. Кости целы. Больше пока ничего сказать нельзя.

– И никаких признаков, что она выходит из комы?

– Нет. Вскоре после того, как ее привезли в больницу, она начала метаться, но, как только я приехал, совершенно успокоилась. Врачи полагают, что, несмотря на тяжелую травму мозга, Джордана бессознательно почувствовала, что я рядом. Никто не может сказать, слышит ли она нас, понимает ли что-нибудь, помнит ли о том, что произошло.

Рейфу не надо было объяснять дважды, что в палате не место обсуждать дела. Ему также было совершенно ясно, что чем дольше Джордана пробудет в коме, тем меньше у нее шансов выкарабкаться.

– Поговорим? – почти беззвучно сказал он, дотрагиваясь до плеча друга.

– Да. – Отпустив безвольную руку Джорданы, Патрик поцеловал жену в лоб и тихо прошептал:

– Мне надо поговорить с Рейфом наедине, любимая. Обещаю, что скоро вернусь.

Как только мужчины вышли в коридор, сестра, возникшая, казалось, из ниоткуда, бесшумно скользнула в палату, чтобы не оставлять больную одну даже на секунду. Убедившись, что все в порядке, Патрик повел друга в пустую комнату, находившуюся как раз напротив палаты Джорданы.

– Ну так, – сказал Рейф, усаживаясь на небольшой диван, – теперь расскажи по порядку, что произошло.

– Самое ужасное, что и рассказывать-то почти нечего. Джордана получила страшное ранение. А нашу девочку похитили. Я обещал всегда и всюду защищать их – и не смог...

Допустил чудовищную ошибку, сплоховал...

– Не правда! Ты делал все, что нужно. Ни один человек в мире не смог бы сделать большего.

– Кроме этого случая... Я предал их. Я должен был быть рядом. – Его широкие плечи сгорбились. В глазах читались тоска и ужас. – Что, если... Господи! Как я смогу без них жить?

– Не смей думать об этом! Тебе не придется без них жить. Лучше попытайся рассказать мне все с самого начала, – почти приказал Рейф.

– Даже не знаю, с чего начать... – пробормотал Патрик, судорожно сжав руки.

– Начни сначала – где и как.

– Джордана собиралась отвезти Кони на утренний урок танцев. Она вообще хотела провести весь этот день с девочкой.

– Кто был за рулем?

– Ян, конечно.

– Конечно. – Рейф и сам понимал, что это должен был быть Ян, преданный слуга, уже многие годы возивший всю семью Маккаллум. Невозможно было представить, что Патрик доверил бы кому-нибудь другому свою слепую жену и единственную дочь. Свои самые бесценные сокровища. – Он ранен?

– Его оглушили, он в больнице, но вне опасности.

– Он что-нибудь видел? Может что-то рассказать?

– У него не было времени что-либо разглядеть. Он как раз выезжал на шоссе с дороги, ведущей от дома, когда в них врезалась машина, которая, очевидно, в ожидании их появления была припаркована где-то рядом.

– Удар пришелся по стороне, где сидела Джордана, – дополнил Рейф очевидное.

Патрик, казалось, не услышал его слов и продолжал монотонным голосом:

– Все остальное произошло почти одновременно. Ян сумел выпрыгнуть из машины и подскочить к дверце со стороны Джорданы. Из врезавшегося в них автомобиля кто-то выскочил и ударил Яна по голове. Второй бандит подскочил к машине с противоположной от Яна стороны. Он вытащил потерявшую сознание Кони с заднего сиденья, затолкал ее в другую машину, спрятанную в кустах, которая моментально тронулась и за считанные секунды скрылась из виду. Вероятно, первый бандит был уже там, а может, с ними был и кто-нибудь еще. Первую машину вместе с погибшим при столкновении шофером они просто бросили.

– Подонки! – прорычал Рейф. Страшно даже подумать о том, как была напугана четырехлетняя девочка. – Когда пришло требование о выкупе? Каким образом?

– Оно ниоткуда не приходило, а просто было оставлено на том месте, где сидела Кони.

– Все спланировано вплоть до последней детали, все предусмотрено. – Глаза Рейфа сверкнули недобрым огнем. – Сколько?

Патрик беспомощно поглядел в глаза друга.

– Ни пенни.

Холодный страх сжал внутренности Рейфа.

– Тогда что? И, будь они прокляты, почему? Кто они, чего хотят?

– Почему и чего они хотят, было черным по белому изложено в оставленной записке. Кони захвачена членами экстремистской группировки, именующими себя "Апостолами Грядущего Дня". Ее выбрали из-за моей дружбы с Джимом Бригменом, в расчете на то, что у меня есть связи в правительстве и определенное влияние. В обмен на жизнь моей дочери они требуют освобождения их арестованного и уже приговоренного к смертной казни лидера.

– К смертной казни! – К такому даже Рейф не был готов. – Они что, рехнулись? Кто он, черт побери?

– Бешеный зверь, называющий себя "Отцом Будущего" и убивающий от имени этого будущего без всяких причин направо и налево. Его последователи совершенно непредсказуемые и очень опасные фанатики. – Патрик поднялся, вся его поза выражала отчаяние и беспомощность. – Я говорил с Джимом...

– И?..

– Об этом не может быть и речи, – ответил Патрик, глядя в окно на небо, такое же черное, как и его мысли. – Осужденный убийца не может быть освобожден. Не говоря уже о доказанной вине, он почти невменяем и чрезвычайно опасен. Все равно что выпустить на волю разъяренного дикого зверя. Джим предлагает любую возможную помощь, но не может выпустить на свободу монстра, руки Патрика судорожно сжали ворот рубашки, – даже за жизнь Кони. Я отдал бы им миллионы, замки, сокровища, – в глазах Патрика стояли слезы, которые он даже не пытался скрыть, – всю империю сложил бы к их ногам и ни минуты не сожалел бы об этом. Но, несмотря на все свое богатство и могущество, я не могу им дать того, что они требуют. Того единственного, что могло бы спасти мою бедную маленькую девочку.

– Ладно. Раз мы не можем дать им того, что они просят, будем действовать по-другому. Заберем ее силой. – Рейф не собирался тратить время на бессмысленные сетования. – Сколько они дали времени?

– У нас было пять дней.

– Было?

– Завтра начнется отсчет оставшихся трех...

Рейф молча взглянул на часы, вдруг поняв, что завтра уже наступило.

– Но нам известно, где они держат Кони...

– Так ты знаешь, где она? Каким образом, черт возьми?

– "Апостолы" даже не пытались этого скрыть. Все было настолько очевидно, что сначала мы приняли это за уловку. Потом стало ясно, что они с самого начала хотели, чтобы мы знали и поняли, что отбить девочку невозможно.

– Где же она, Патрик? – спросил Рейф, стараясь, чтобы его голос звучал как можно спокойнее.

– Следы человека, захватившего Кони, были обнаружены специальным подразделением рейнджеров, посланных правительством, в пустынных предгорьях севернее Седоны. В каком-то месте он передал ее другому, который и отправился с ней на гору. Проклятье! – Патрик что есть силы стукнул кулаком об стол. Это хуже чем гора. Одинокий пик, голый и неприступный, как жилище самого дьявола, эдакая естественная крепость. Никто не может подняться на него незамеченным. Заброшенная хижина на самой макушке пика – настоящая неприступная крепость. – Шотландский акцент становился заметнее, когда он нервничал.

– Тебя хотят заставить поверить, что штурм невозможен, но так ли это на самом деле? Всегда есть какой-то выход, и мы его найдем.

– Дай-то Бог. – Патрик отвернулся, но что-то трудноопределимое в тоне друга заставило Рейфа, так хорошо его знавшего, решить, что путь уже найден. Он молча ждал дальнейших объяснений. – Может, выход и есть. – Патрик растерянно повертел головой. – Но я не могу оставить Джордану. Если она очнется, а меня не будет рядом, она сразу поймет, что случилась беда. Этого может быть достаточно, чтобы...

Обняв друга, Рейф попытался его успокоить:

– Ты не можешь разорваться. Позаботься о Джордане. Я сделаю все, чтобы вернуть Кони домой.

– Тебе не удастся. – Ответ прозвучал слишком быстро и категорично. – Ты не знаешь всех деталей и обстоятельств. К тому же, Рейф, даже ты не сможешь сделать невозможного. Но у Саймона есть кто-то, кто может справиться, и он пришлет его. Это наша последняя надежда. Наш единственный шанс.

– Тогда я помогу человеку Саймона вернуть ее домой, – твердо сказал Рейф.

Хотя Патрик и говорил, что надежда есть, но никогда еще в его голосе не звучало такого безнадежного отчаянья. Даже тогда, в тринадцать лет, одинокий, брошенный своей легкомысленной матерью и отцом, целиком погруженным в собственное несчастье, неожиданно оказавшийся в чужой стране и школе, он не чувствовал себя таким беспомощным. Даже последовавшая вскоре за тем смерть отца, которого он, несмотря ни на что, очень любил, не подействовала на него так страшно. Глядя на растерянное, потемневшее от горя лицо друга, Рейф поклялся себе, что вернет ему дочь, а вместе с ней надежду и радость жизни.

– Через три дня, Патрик. Даю слово.

– Ты не будешь чрезмерно рисковать? – Патрик не произнес страшных слов, но явно хотел сказать, что, если трагедия неизбежна, он не хочет прибавить к ней еще и гибель друга.

– Не больше, чем стал бы ты, – усмехнувшись, пробормотал Рейф. Как и Патрик до своей женитьбы, он был лихим спортсменом и искателем приключений. Мало было на свете, чего он не пытался или не осмелился бы сделать. Когда время и "Маккаллум интернэшнл" позволяли, он имел обыкновение отдыхать весьма оригинальным образом. Борьба со стихией была его любимым развлечением. Он легко и часто рисковал жизнью, получая удовольствие от наивысшего напряжения всех своих сил. Но сейчас не его жизнь была поставлена на кон. – Обещаю, что сделаю не больше и не меньше, чем сделал бы ты в этих условиях.

На какой-то момент их глаза встретились и все сказали друг другу. Патрик кивнул и молча возвратился к жене.

Через несколько минут Рейф покинул друга. Следующие три дня, пока Шотландец будет здесь бороться за жизнь любимой жены, Креол проведет в горах, где вступит в бой вместо друга – бой за жизнь ребенка своего названого брата, за свою обожаемую крестницу, за свою честь.

Глава 3

Картина, встретившая Рейфа, напоминала полотна сюрреалистов. Было ощущение, что он попал на съемку фантастического фильма о высадке на Марс. Мерцающий желтый свет, красноватые скалы, причудливо выступающие из темноты, грузовики, палатки.

Приземлившись и помахав улетающему в ночное небо вертолету, он начал складывать парашют, больше не отвлекаясь на странный пейзаж и целиком уйдя в мысли о предстоящей операции.

– Мистер Кортни! – Из желтых сумерек возник молодой человек. – Рад, что вы смогли прилететь, сэр. Меня зовут Джо Коллинз. Я должен познакомить вас с лагерем и всячески содействовать вам, – стараясь перекричать шум мотора удаляющегося вертолета, объяснил он и, взяв у Рейфа рюкзак, повел его к палаткам. Рукопожатие у него было крепким, форма сидела на нем как влитая, и только круги под глазами свидетельствовали, что он почти не спал последние несколько суток.

Вокруг, не обращая на них никакого внимания, суетились люди в такой же форме и с такими же напряженными, усталыми лицами, как у Джо.

– Как вы сами увидите, сэр, – продолжал он извиняющимся тоном, – у нас тут прекрасно оборудованная и подготовленная поисковая команда. Но в данном случае, боюсь, мы мало чем можем помочь – эта работа не совсем по нашему профилю.

– Тут вообще мало кто может помочь, рейнджер Коллинз, – мрачно пробормотал Рейф.

– Ваша правда, сэр.

Кортни с любопытством оглядывал лагерь. Всевозможное оборудование, мощная рация, карты, разложенные на складном столе у одной из палаток, несколько видавших виды вездеходов. Заметив напротив них сделанный наспех загон, он удивленно спросил:

– Лошади?

– Да, сэр. Большую часть местности, которую придется преодолеть, можно проехать только на лошадях. Некоторые отрезки пути трудны даже для них. Остановившись и опустив рюкзак на землю, Джо как-то неопределенно пожал плечами и продолжил свое объяснение:

– Снайпер, которого только что прислали, тоже считает, что хотя бы часть пути можно будет проехать на лошади. На специально обученной лошади, конечно. Жеребца доставили незадолго до вашего прилета.

– И что же это за жеребец? – с интересом спросил Рейф, увлекавшийся конным спортом и хорошо разбиравшийся в лошадях, так как у Патрика был свой, известный на всю страну конный завод.

– Черный Джек.

Рейф удовлетворенно кивнул. Это имя было известно всем, кто хоть когда-то имел дело с лошадьми. Мощный красавец жеребец, не раз совершавший невозможное, но такой своенравный, что управиться с ним мог далеко не всякий, даже очень опытный, наездник.

– Если снайпер, о котором вы говорили, так же хорошо знает свое дело, как лошадей, то, пожалуй, у нас есть надежда.

– Возможно, – пробормотал Джо и как-то странно взглянул на спутника.

– Патрик сказал, что у вас все подготовлено. У меня к вам будет только одна просьба. – Вытащив из кармана куртки ручку и маленький блокнот, Рейф быстро написал номер. – Позвоните по этому телефону и спросите Тири. Скажите, что мне немедленно нужен Эль Мирло, и дайте ему координаты лагеря.

– Есть, сэр. – Молодой человек вытянулся. Рейфу даже показалось, что он собирается отдать честь. – Эль Мирло – чудо-конь! – В голосе рейнджера звучал восторг – ведь это была известная всем любителям конного спорта лошадь, ничуть не уступающая Черному Джеку. – Сейчас же займусь этим.

– И еще одно, пока вы не ушли, – быстро проговорил Кортни, видя, что рейнджер уже собрался бежать исполнять его просьбу. – Снайпер. Где он?

Джо опять как-то странно на него посмотрел и почему-то слегка покраснел.

– Она, сэр... – наконец проговорил он и помедлил, глядя, как Кортни воспримет эту новость. Потом, доставая пакет, добавил:

– Это велено передать вам, сэр. Бумаги, объясняющие, кто она.

Рейф забрал пакет и машинально сунул его в карман, даже не распечатав. Его встревоженный, тяжелый взгляд приковал рейнджера к месту.

– Женщина?

– Да, сэр. – Опять какой-то странный взгляд. – Мы думали, вы знаете.

– У вас есть какие-то возражения, мистер Кортни?

Нарочито медленно повернувшись, Рейф бросил на стоящую в нескольких метрах от него женщину быстрый и пытливый взгляд.

Не было никаких оснований полагать, что он когда-либо раньше встречал ее или кого-то очень на нее похожего. И все-таки у него появилось странное ощущение, что они давно знакомы. Причем чем пристальнее он на нее смотрел, тем оно становилось сильнее.

Вместо военной формы на ней была обычная гражданская одежда. Ковбойские сапоги, джинсы, мужская рубашка, традиционная шляпа. На боку висел кольт, но шпор на сапогах не было.

– Вы передвигаетесь очень тихо, – мягко заметил Рейф, кончив разглядывать ее.

– Вы хотите сказать, я передвигаюсь очень тихо для женщины? – насмешливо и немного с вызовом переспросила она.

– Я хотел сказать именно то, что сказал. Вы передвигаетесь очень тихо, как для мужчины, так и для женщины, – спокойно проговорил Рейф.

Короткий смешок, уверенный, немного сексуальный.

– Что ж, благодарю, видимо, я должна это принять как комплимент. Ну а в остальном, мистер Кортни, как вы меня находите?

Рейф не удивился, что она знает его имя. Всем в лагере было известно, что он должен прилететь вместо Патрика, чтобы все самому оценить и на месте руководить операцией.

– На это потребуется время и кое-какие дополнительные впечатления...

– Но ведь вы, говорят, эксперт в подобных делах, не правда ли, мистер... насмешливо заметила она.

– Рейф. Я бы предпочел, чтобы вы называли меня Рейфом.

– Как вам будет угодно. – Было ясно, что ее это ничуть не занимает. Она вообще была не похожа на женщину, которую волнуют подобные пустяки, особенно в подобной ситуации. Если бы ему этого захотелось, она готова была называть его Джорджем или любым другим именем.

Усмехнувшись, женщина подошла немного ближе.

– Ну так как, Рейф?

Он медленно и очень пристально оглядел ее с ног до головы. Любая на ее месте почувствовала бы неловкость, может, даже покраснела бы под таким откровенно изучающим взглядом. Только не она. Его это слегка позабавило, и он, пожалуй, немного дольше, чем требовалось, разглядывал ее фигуру, прежде чем снова взглянуть в лицо. Все это время Джо Коллинз беспокойно переводил взгляд с одного на другую.

– Закончили? – Она стояла, положив руки на бедра, немного расставив ноги, подбородок вызывающе вздернут вверх. – Как вы меня находите, мистер Кортни?

– Рейф, – напомнил он. – На сегодня закончил.

– И что? – Ее непросто было смутить. На минуту повисла напряженная тишина.

– Ну что ж, раз вы настаиваете, – медленно начал Рейф. – Рост без сапог примерно метр шестьдесят, вес с сапогами – около пятидесяти. Волосы до плеч, темно-каштановые, почти черные, возможно, на солнце немного чуть отливают золотом. Слегка вьются. В данный момент перевязаны первым, что попалось под руку. Во время заданий, полагаю, вы прячете их под шляпой. – Он подождал, пока она согласно кивнет, и продолжил описание:

– Овальное лицо с высокими скулами. Кожа гладкая – видимо, хорошо загорает, но не склонна обгорать. Нос немного искривлен, подозреваю, результат перелома. Брови красивые, широкие и темные. Глаза... – Он замолчал, но только для того, чтобы перевести дыхание. – При этом мутном свете трудно сказать наверняка, но думаю, они слишком темные, чтобы назвать их голубыми или серыми, и слишком светлые, чтобы назвать их карими. Может, цвета выстоявшегося шерри? – Вопрос явно не предполагал ответа, и Рейф продолжил описание:

– Волевой подбородок, прекрасно демонстрирующий ваше настроение, и рот, кажется, будто специально созданный для улыбок. – Но никто и не подумал улыбнуться, и Кортни продолжал перечислять особенности ее внешности нарочито спокойным, ничего не выражающим тоном, словно оглядывал вещь, прикидывая в уме, подойдет ли она для задуманной цели:

– Саймон, конечно, тщательно продумал, кого прислать для столь необычного задания, а значит, вы, безусловно, в прекрасной физической форме. На мой взгляд, правда, немного худоваты. Хотя вы, без сомнения, достаточно сильны для вашего роста. Фигура спортивная, скорее, пожалуй, мальчишеская, но без угловатости. – И, еще раз окинув ее оценивающим взглядом, пробормотал уже почти про себя:

– И как бы вы ни были одеты, ни один мужчина в здравом уме никогда не забудет, что вы женщина. Мне продолжать, мисс?..

– O'Xapa, – поспешил Джо Коллинз, извиняясь, что забыл их как следует представить. – Валентина.

– O'Xapa, – повторил Рейф. Пожалуй, она и должна была быть ирландкой. Настоящая ирландка. – Мне продолжать, мисс O'Xapa?

– Сделайте одолжение. – В первый раз на ее доселе бесстрастном лице промелькнуло легкое раздражение. – Может, посмотрите зубы, чтобы определить возраст?

Рейф позволил себе усмехнуться.

– В этом нет никакой необходимости. Ваши лицо и тело говорят, что вам двадцать два, зато глаза сообщают – тридцать два, тридцать три. Лично я склонен больше доверять глазам.

– Браво.

Вы очень наблюдательны. Мне – тридцать три. – Развернувшись, Валентина сделала несколько шагов в сторону палатки, из которой появилась, и остановилась около стола – на нем лежала винтовка. Приподняв чехол, она привычным жестом погладила черную, до блеска отполированную поверхность ствола. Проведя еще раз пальцами по этой опасной, но явно любимой и хорошо ухоженной игрушке, женщина снова повернулась к Рейфу и насмешливо процедила:

– Вы разочаровали меня, мистер Кортни.

– Чем же, мисс? Меньше всего мне хотелось бы разочаровать вас. Валентина рассмеялась.

– Все, что вы описали, мог заметить любой глаз и отразить любое зеркало. Я ждала от вас большего. Как? Никаких вопросов по поводу моего умения? Никаких сомнений в том, подхожу ли я для этого задания и действительно ли смогу освободить ребенка Патрика Маккаллума?

– Мне нет нужды задавать эти вопросы, и у меня нет сомнений в ваших профессиональных данных. Потому что я знаю Патрика Маккаллума, знаю, что он все продумал досконально, прежде чем доверить вам жизнь дочери. К тому же выбрал вас Саймон, значит, вы – лучшая из лучших. Никаких других рекомендаций мне не требуется.

– Думаю, вы все-таки намереваетесь внести одно изменение.

– Да. Я поеду с вами. – Его не удивили ее слова. Видимо, она слышала часть их разговора с Джо. – Я сделаю то, что на моем месте сделал бы Патрик ради Кони и Джорданы. Это не подлежит обсуждению.

– Ошибаетесь, – твердо возразила Валентина. – Никто со мной не поедет. Я еду одна. Я всегда работаю одна.

– Но не на этот раз.

– Именно на этот раз. – Давая понять, что разговор окончен и Рейф ее больше не интересует, она отвернулась и пошла прочь. Проходя мимо рейнджера, женщина на минутку остановилась и пробормотала:

– Джо, нет никакой необходимости никуда звонить. Мистеру Кортни лошадь не понадобится.

– Да, мэм. – Ни Джо, ни Рейф не произнесли больше ни слова.

Мужчины молча наблюдали, как она входит в специальный загон для жеребца, которого держали отдельно от других лошадей.

Как только она скрылась за построенной на скорую руку изгородью загона, тишину ночи нарушили громкое ржанье и топот пляшущих копыт. Черный Джек вскинулся на дыбы, затем отпрянул в сторону. Жеребец вовсю выражал свое недовольство незнакомой обстановкой и присутствием чужих людей.

Послышался спокойный голос Валентины. Конь с удвоенной энергией заметался по загону, подняв целую тучу пыли. Уши у него были прижаты, ноздри раздувались. Всем своим гордым, презрительным видом он давал понять, что совершенно не собирается подчиняться вошедшей женщине.

В ответ тон О'Хара стал более властным, она заговорила громче.

– Хочешь показать мне свой характер, правда? Прекрасно тебя понимаю. Мне то-; же вряд ли понравилось бы вдруг оказаться ; в совершенно незнакомом месте с чужими людьми. Хотя, пожалуй, ты слегка лукавишь – это ведь не совсем так. Даже совсем не так. Ведь здесь я.., а мы с тобой раньше встречались. – Жеребец начал успокаиваться, но все еще упрямо отворачивал свою прекрасную голову от протянутой руки. Голос женщины перешел на шепот, рука застыла. Черный Джек фыркнул, повел ушами и, повернув морду, сделал к ней шаг. Вытянув шею, он с любопытством принюхался к руке, бархатные, все еще раздутые ноздри нежно исследовали ее пальцы. Когда она погладила его, он вздрогнул и вдруг, шагнув поближе, потерся мордой о ее щеку.

– Вот это да, будь я проклят, – в изумлении пробормотал Рейф.

– Точно, сэр, – вторил Джо, затаив дыхание следивший за сценой в загоне.

И тут все стало на свои места. Рейф сообразил, почему ее лицо кажется ему таким знакомым. Он никогда не встречал Валентину в жизни, но много раз видел ее фотографии. Она была олимпийской чемпионкой. Сначала по стрельбе, потом во всех видах конного спорта. Тогда, много лет назад, ее имя было у всех на устах. Никогда еще ни одна женщина не получала сразу столько золотых медалей. Какое-то время чемпионка была героем дня, о ней много писали, ее портреты были во всех журналах, потом совершенно неожиданно она куда-то исчезла.

Рейф припомнил, что тогда ей было девятнадцать. Интересно, где же она была прошедшие с тех пор четырнадцать лет? Чем занималась? Каким образом ее пути пересеклись с Саймоном? Почему? Когда?

Он не знал ответов. Возможно, часть из них он найдет в досье, которое дал ему Джо Коллинз? Хотя он сильно подозревал, что главного, того, что действительно имеет значение, там как раз и не будет. Но, дал себе слово Рейф, он обязательно докопается до истины еще до конца экспедиции.

– Сделай этот звонок, Джо, – резко проговорил он. – Скажи, чтобы Тири встретился со мной на рассвете, но не здесь, а в нескольких милях севернее лагеря. Объясни ему, что на старой карте в кабинете Патрика это место называется "Ферма Хакера".


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю