Текст книги "Карла Бруни. Тайная жизнь"

Автор книги: Бесма Лаури

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 10 страниц) [доступный отрывок для чтения: 5 страниц]

Глава 11
Певица, или Кто-то мне… написал

«Очень сильно». Модельер Жан-Поль Готье[89]89
  Беседа с автором, 5 декабря 2009 г., Париж.


[Закрыть] не нашел других слов, чтобы прокомментировать ошеломительный успех его бывшей модели на музыкальной сцене. Надо сказать, что с дебютным альбомом «Quelqu’un m’a dit»,[90]90
  Кто-то мне сказал (фр.). – Примеч. пер.


[Закрыть] вышедшим в 2002 году, Карле удалось совершить невозможное – поразить три цели одним выстрелом. Во Франции и за границей диск разошелся тиражом в два миллиона экземпляров, а певица получила признание широкой публики и была принята в ряды французской интеллигенции. В тридцать пять бывшая модель, которая пятнадцать лет назад так же стремительно взлетела на вершину мирового подиума, добилась еще одной цели в жизни: блистательно сменила профессию. И ее успех выглядел еще более убедительно оттого, что поначалу мало кто в него верил.

«Она пришла к этому потихоньку, маленькими шажками», – объяснил нам журналист Жиль Медиони,[91]91
  Беседа с автором, 13 мая 2010 г., Париж.


[Закрыть] специальный корреспондент отдела культуры газеты «Экспресс». «Мир музыки во Франции суров и неприступен, – продолжал он. – Все модели, которые пытались в нем пробиться, не выдержали и сдались, как Карен Мюльдер. А Карла держалась скромно и пробиралась на цыпочках».

И отнеслась к новой профессии так же серьезно, как и к своей карьере в жестоком мире моды. Карла прилагала все усилия, понимая, что для того, чтобы стать настоящей артисткой, мало быть просто дочерью музыкантов и поигрывать на гитаре с девяти лет. Шестнадцать лет назад в телепередаче «Фрекенстар» она призналась ведущему Лорену Бойе, что певица она посредственная и поэтому не планирует заниматься этим серьезно. Теперь же Карла поступила как настоящий профессионал: завершив карьеру модели, она первым делом стала брать уроки вокала, дважды в неделю – и продолжает до сих пор. Остальное сделали ее смелость, упорство и чутье – прекрасно развитое умение сводить знакомство с нужными людьми.

* * *

Своим музыкальным успехом Карла Бруни во многом обязана мужчинам. Еще в восемнадцать лет, учась в лицее, она познакомилась с Луи Бертиньяком, гитаристом группы «Téléphone». «Она как-то узнала, где я живу», – рассказал он нам. Но музыкант к тому времени уже съехал с той квартиры. «Тогда она подкупила консьержку, и та дала ей мой новый адрес… Я сразу же влюбился в Карлу, мне она показалась очень красивой, умной и, главное, скромной».[92]92
  Le Figaro, 21 декабря 2007 г.


[Закрыть]

Благодаря ему перед «скромной» школьницей открылись двери, через которые она проникла в закрытый мир рок-звезд. Именно Бертиньяк позже напишет аранжировки для первых двух альбомов Карлы. «Мы прожили вместе год, – продолжал музыкант. – А через несколько месяцев после нашего разрыва она уже встречалась с Эриком Клэптоном».

С тех пор их было немало, артистов, с которыми Карла жила или дружила. Эрик Клэптон, Мик Джаггер… все они стали хорошим подспорьем для будущей певицы.

* * *

Благодаря знакомству с Гольдманом Карла Бруни принимала участие в концертах «Лез Анфуаре»[93]93
  «Les Enfoirés» («Глупцы») – ежегодные сборные концерты с участием звезд эстрады. Вся выручка от концертов поступает в благотворительную организацию «Les Restos du Coeur». – Примеч. пер.


[Закрыть] с 1995 по 1997 год. «Тогда петь для „Ресто дю Кер“[94]94
  «Restos du Coeur», «Рестораны от сердца», были созданы в 1985 г. комедийным актером Колюшем. В них работают добровольцы, нуждающиеся получают еду бесплатно. – Примеч. пер.


[Закрыть] было почетно. Это открывало вам двери в шоу-бизнес и доступ к знаменитым артистам», – пояснил журналист Кристоф Конт, автор многочисленных публикаций о французской популярной музыке.

Словом, если вас принимали в команду «Лез Анфуаре» – это давало определенные привилегии. «Некоторых талантливых певцов отвергали, – продолжал Кристоф Конт. – Например, Венсана Делерма. У него, по мнению Жан-Жака Гольдмана, был „слабый голос“. Этьен Дао сам отказался присоединиться к огромной семье „Ресто дю Кер“, и в итоге его карьера была разрушена. Карла все это отлично понимала».

* * *

В 1999 году, когда Карла наконец решилась сделать первый шаг, она обратилась к Жюльену Клерку, музыканту из команды «Лез Анфуаре». Когда они вместе обедали в Париже, она призналась, что уже много лет пишет песни в стол. Певец предложил ей встретиться со своим агентом, Бертраном де Лаббей. Через несколько недель Жюльен Клерк получил по факсу неподписанный текст песни «Si j’étais elle».[95]95
  «Если бы я был ею». – Примеч. пер.


[Закрыть] Стихи очаровали его. Он положил их на музыку и выпустил альбом с одноименным названием. На этом диске помимо заглавной было еще пять песен, написанных Карлой. Так Бруни раскрыла себя в качестве поэта-песенника.

«Я всегда ищу поддержки, реальной или символической»,[96]96
  Les Inrockuptibles, 16 января 2007 г.


[Закрыть] – скажет она годы спустя. Поддержки… или близости? Очевидец тех лет говорил, что видел, как Жюльен и Карла держались за руки весь вечер в гостях у знаменитого квебекского продюсера.[97]97
  Сам певец всегда опровергал эти слухи.


[Закрыть] Клерк был тогда в мировом турне. Через несколько месяцев именно он подтолкнул Карлу к написанию песен, но теперь уже для нее самой.

* * *

Источником ее вдохновения стал Рафаэль Энтховен, герой одноименной песни с дебютного альбома певицы. «Если бы не он, этот диск не появился бы на свет. Я знаю, что в этом и его заслуга», – призналась она в интервью «Пари-матч».[98]98
  Paris Match, 4 марта 2004 г.


[Закрыть] Ведь философ и ведущий передачи на радио France Culture очень помог ей с написанием песен. «Когда она записывала альбом, то часто звонила Рафаэлю, спрашивала его мнение обо всем», – рассказывал Кристоф Барбье,[99]99
  Беседа с автором, 27 августа 2009 г., Париж.


[Закрыть] главный редактор «Экспресс» и близкий друг Энтховена-младшего.

Возлюбленный также познакомил Карлу с большинством журналистов, с которыми она общается сейчас: с Кристофом Барбье, с Филиппом Валом, главой телеканала France Inter, или, скажем, с Лореном Жоффреном из «Либерасьон». Благодаря новым связям Карла Бруни, которую раньше не воспринимали всерьез в этой среде, победно вступила в тесный круг парижской интеллигенции, в один миг перейдя из фривольных манекенщиц в разряд авторов-композиторов и интеллектуалов с определенной гражданской позицией. «Именно тогда она стала говорить, что придерживается левых взглядов», – мимоходом заметил один бывший продюсер. В прошлом осталась миллионерша и светская львица, открыто признавшаяся в интервью газете «Паризьен», что «счастлива жить в Монако – безопасном городе, где столько полицейских». На смену ей пришла новая Карла Бруни, без декольте, но в кофтах с высоким горлом.

* * *

«Сила Карлы в том, что она сумела точно и быстро вычислить тех людей, которые имели вес в той среде, где она хотела продвинуться, – анализирует музыкальный критик Пьер Сианковски, один из журналистов еженедельника „Лез Анрокуптибль“. – Она отлично видит, на какие рычаги нужно надавить, и молниеносно перенимает правила игры. Грубо говоря, она знает, кого соблазнять».

Кристоф Конт,[100]100
  Беседа с автором, 27 июля 2010 г., Париж.


[Закрыть] в те времена – глава раздела «World-Jazz-Chanson» в том же «Лез Анрокуптибль», вспомнил, как один из главных редакторов ворвался в кабинет, размахивая диском Карлы: «Это отличный альбом. И к тому же – независимый проект, который наверняка не пойдет, но было бы правда здорово, если бы мы отвели под него обложку». «А я, – поясняет Кристоф Конт, – отдал предпочтение нигерийскому артисту Фела Кути. Он же один из самых влиятельных людей на африканской сцене, и на его счету больше пятидесяти альбомов». Ставка была высока, ведь «Лез Анрокуптибль» – из тех журналов, что делают погоду в музыкальном мире. «Мы и правда создаем ажиотаж, – продолжал Пьер Сианковски.[101]101
  Беседа с автором, 28 июля 2010 г., Париж.


[Закрыть] – Для артиста статья в нашем журнале – как правило, гарантия того, что о нем напишут „Либерасьон“ и „Телерама“, и наоборот». В итоге певице пришлось удовольствоваться врезкой на обложке, посвященной мэтру нигерийского афробита.[102]102
  Les Inrockuptibles, 27 ноября 2002 г.


[Закрыть]

Но это был всего лишь вопрос времени. Шесть месяцев спустя Карла Бруни и ее сестра, режиссер Валерия Бруни-Тедески, появились на обложке «Лез Анрокуптибль».[103]103
  Les Inrockuptibles, 16 апреля 2003 г.


[Закрыть] Карла даже удостоилась подписи «талантливое юное дарование». Невероятная удача для начинающей певицы.

* * *

Выбрав для записи альбома маленькую независимую студию «Naïve», Карла опять не прогадала. «Они были просто счастливы, что заполучили знаменитую девушку, у которой есть связи по всему миру, – рассказывал нам один музыкант. – Карла была звездой „Naïve“, и они обращались с ней как с королевой. В большой звукозаписывающей компании она стала бы просто певицей, одной из многих».

Окрыленная невероятным успехом первого альбома, Карла Бруни решила сделать ставку на образ молодой певицы, простой и неброской. В то же время она продолжала расставлять свои сети. Ее новая жертва? Артист Жан-Луи Мюрат. Но его нельзя было встретить на светском рауте – большую часть года он жил отшельником в коммуне Рошфор-Монтань, в департаменте Пюи-де-Дом. Поэтому только когда она отправилась к нему за кулисы после одного из концертов, ей удалось наконец подцепить его на крючок. Исключительно как артиста: мрачный брюнет с самого начала очертил границы их сотрудничества. «Дорогая Карла, – сказал он ей во время их первого разговора по телефону, – вы, конечно, хищница, но на мне ведь не написано „дикий кролик“».[104]104
  Les Inrockuptibles, 30 марта 2005 г.


[Закрыть] Закрыв этот вопрос, Жан-Луи Мюрат не только написал для нее песню «Ce que tu desires»,[105]105
  То, чего ты хочешь. – Примеч. пер.


[Закрыть] но и предложил ей спеть своим бархатным голоском три песни для его альбома «Mockba», который вышел в 2005 году.

* * *

Определенно, Карла Бруни никогда не была одинокой артисткой. Спустя два года после их разрыва с Рафаэлем злые языки стали шептаться о том, что именно из-за его ухода провалился второй альбом Бруни «No Promises», вышедший в 2007 году. Конечно, Бертиньяк по-прежнему помогал ей с записью, но самим песням, по ее собственному признанию, недоставало вдохновения. В результате она просто положила на музыку английские стихи.

Еще год спустя ее третий диск «Comme si de rien n’était»[106]106
  Как ни в чем не бывало. – Примеч. пер.


[Закрыть] разошелся чуть лучше, в основном благодаря широкому освещению в СМИ по всему миру. Это и понятно, ведь к тому времени она вышла замуж за президента Франции.

На этот раз она обошлась без помощи Бертиньяка. Судя по колкостям, которыми старые знакомые обменивались в прессе, между ними произошла ссора. Доказательство тому – саркастические замечания гитариста «Téléphone» по поводу ее брака, опубликованные в «Паризьен» через четыре дня после выхода нового альбома Карлы: «Она в восторге от этой ситуации, потому что ей так интересней. (…) Есть много доказательств тому, что она хотела бы стать самой известной женщиной в мире».[107]107
  Le Parisien, 15 июля 2008 г.


[Закрыть] Позже Карла и Луи помирились.

Но он был не единственным артистом, отдалившимся от новой мадам Саркози. Так же поступил и Бенжамен Бьоле, сын рабочего, никогда не скрывавший своих левых взглядов. «Бьоле – самый радикальный из музыкантов, и он обожает политику, – рассказывает Кристоф Конт, журналист „Лез Анрокуптибль“. – Он был удивлен тем, что Карла вышла замуж за главу государства, явного правоцентриста. Раньше она часто бывала в гостях у Марианны Фэйтфул… Поэтому немного странно видеть ее теперь в обществе Балкани. По сути, только Бьоле решился высказать вслух то, что думают многие из окружения Карлы». В интервью одному журналу, которое так и не было опубликовано, Бьоле даже признался без диктофона, что не решился сказать ей в лицо о том, что «ее муж – полное г…». В беседе с журналистом испанского издания «Мундо» он все же выразился точнее, назвав политику Николя Саркози «ужасной катастрофой» и «настоящим позором», а Карлу Бруни – «оппортунистом из песни Жака Дютронка».

* * *

Речи завистников? Отнюдь. Сейчас Карла снимается в кино. 20 июня 2009 года, когда Вуди Аллену в Елисейском дворце вручали орден Почетного легиона, первая леди воспользовалась случаем и выбила у режиссера обещание снять ее в своем новом фильме. Тот долго сомневался, но в конце концов нашел для нее малюсенькую роль.

И вот летом 2010 года Вуди Аллен приехал со съемочной группой в Париж. Увы, первый актерский опыт Карлы Бруни был крайне неубедителен: понадобилось тридцать пять дублей, чтобы снять одну-единственную сцену, в которой у первой леди даже не было слов. Казалось, она не могла отвести взгляд от камеры. Вызванная этим задержка в графике возмутила многих актеров. Так, Марийон Котийяр была вынуждена сдвинуть сроки своего отпуска. Карла Бруни даже направила ей письмо с извинениями. «Я очень сожалею, – говорилось в нем. – Актерское ремесло – это профессия, а я в ней только новичок». И если бы на этом все и кончилось… В полночь Николя Саркози со своими телохранителями прибыл на съемочную площадку и спровоцировал небольшой скандал, после чего решил пустить в ход кулаки против особо надоедливых папарацци. Сама Карла Бруни была вынуждена усмирять супруга. Вуди Аллен был крайне взволнован, для него это стало настоящей катастрофой.

«Карла дошла до состояния артистки, которая хочет попробовать сразу все – и у нее не выходит ничего, – заключает Кристоф Конт. – В этом плане Бенжамен Бьоле – ее полная противоположность, ведь он прекрасный актер, музыкант и певец». Бывшая модель, безусловно, доказала свою состоятельность в музыке, но ее обучение актерскому мастерству лишь начинается. Впрочем, она не унывает и планирует сняться в американском сериале «Эксперты».[108]108
  Les experts (фр.). В оригинале «CSI: Crime Scene Investigation», в русской версии – «C.S.I.: Место преступления». – Примеч. пер.


[Закрыть] И по крайней мере это название наверняка понравится ее мужу.

Глава 12
Карла и журналисты

Не секрет, что в отношениях со СМИ, особенно французскими, президент бывает эмоциональным, обаятельным и авторитарным. А вот связи его супруги с прессой вызывают вопросы. Все, кому довелось пообщаться с бывшей моделью, отмечали ее умение устроить спектакль. В их восхищенных воспоминаниях она была очаровательна и неуловима. Те же, кто брал интервью у первой леди, хвалили ее за «непринужденность[109]109
  L’Express,14 февраля 2008 г.


[Закрыть]», «свободные высказывания[110]110
  Le Figaro Magazine, 11 juillet 2008 г.


[Закрыть]», «чистосердечные ответы[111]111
  Marie Claire, 1 сентября 2008 г.


[Закрыть]» и за то, что «для нее нет запретных тем[112]112
  Elle, 12 июля 2008 г.


[Закрыть]». Но по секрету все говорили о том, что она – искусная соблазнительница, выверяющая каждый взмах ресниц и демонстрирующая мнимое спокойствие, которому ее вспыльчивый муж мог бы у нее поучиться. «Карла соблазнительна как кошка, хитра как лиса и холодна как змея», – заключил Жан-Жак Пикар, очень точно описав то, как первая леди общается со СМИ.

* * *

Действительно, Карла – эксперт в области управления информацией. Она читает все, что о ней пишут, и способна впечатлить даже самых стойких журналистов. С самого начала их обезоруживает ее непосредственность. Один молодой репортер, которого первая леди пригласила к себе, не заподозрил никакого подвоха, когда Карла грациозно поднялась по ступенькам приставной лестницы, чтобы достать книгу из своей библиотеки, где в основном стояли тома классиков… как вдруг он заметил краешек ее белья.

Куда более опытный журналист из солидного журнала тоже был сражен во время первого интервью с певицей по поводу ее дебютного альбома: «Она назначила мне встречу у себя дома, в 16-м округе Парижа. В тот день там было людно, поэтому Карла пригласила меня в свою комнату, чтобы мы могли поговорить спокойно. И я брал у нее интервью, сидя на краю кровати, а она лежала рядом». И по сей день он мурлычет от удовольствия, вспоминая эту сцену.

Даже когда интервью проходит не у нее дома, Карла умеет создать интимную атмосферу. Когда специальный корреспондент «Нувель обсерватер» встретился с первой леди в знаменитом кафе «Флор» в парижском Сен-Жермен-де-Пре, Бруни покорила его с первого взгляда: «Она посмотрела на меня своими голубыми глазами и заговорила нежным голосом. Вскоре она уже рассказывала мне что-то глубоко личное. Призналась, что ее биологический отец живет в Бразилии».

* * *

Такая искренность в сочетании с невероятным обаянием подкупает. «Карла умеет мгновенно создать ощущение близости, – рассказывал человек из ее окружения. – Эта богатая и знаменитая дама легко доверяется вам и даже дает свой номер мобильного. Она всегда относится к собеседнику очень внимательно». Внимательно, даже по-дружески – настолько, что может позвонить главному редактору журнала и попросить его нанять «прекрасного журналиста, у которого, к сожалению, до сих пор нет постоянной работы…». Но Карла не так наивна, как может показаться: она хорошо изучила правила мира СМИ. Как нам рассказал Фредерик Аллари,[113]113
  Беседа с автором, 28 июля 2010 г., Париж.


[Закрыть] бывший финансовый директор журнала «Лез Анрокуптибль», в 2005 году Карла Бруни выписала Ассоциации друзей «Лез Анрокуптибль» чек на сумму около 40 000 евро: «Тогда мы собирали 1 миллион евро для поддержания капитала журнала. Карла Бруни, стилист Аньес B и Дени Оливьен, тогда владелец сети „FNAC“, сказали „ладно“. Все они были восторженными поклонниками журнала, и, конечно, предложили нам свою помощь. Но Карла пожелала, чтобы это оставалось в тайне. То, что она не хотела, чтобы все об этом знали, делает ей честь». Такие безвозмездные пожертвования в пользу журнала, который поддерживал певицу с самого начала ее карьеры, доказывают, что она прекрасно разбирается в СМИ, которые имеют вес.

И в журналистах тоже. Франсуа Фийон с нежностью вспоминал о том искреннем ощущении близости, которое Карла создает, общаясь с репортерами. Этот тезка премьер-министра – на самом деле молодой главный редактор газеты «Макадам», которую бездомные продают в метро. «Один из наших добровольных корреспондентов, который хорошо знаком с Карлой Саркози – он делает репортажи из Елисейского дворца для журнала „Ле Пуан“, – предложил посодействовать, чтобы я смог с ней встретиться, – рассказывал журналист. – Она согласилась довольно быстро, и мы отправились к ней домой. Один из ее работников открыл нам дверь и проводил в гостиную, где нас ждала Карла Бруни-Саркози. Она хотела узнать все про „Макадам“. Когда во время разговора у нее зазвонил телефон, она не стала брать трубку, что было весьма любезно с ее стороны. Мадам Саркози рассказала нам об одном знакомом бездомном, и все интервью прошло в этом ключе».

Так в декабре 2009 года первая леди появилась на обложке «Макадам». Радуясь такому удачному издательскому ходу, Франсуа Фийон велел напечатать 20 000 экземпляров газеты. Увы, раскупили только 10 000 – обычный тираж.

* * *

Искренняя, непосредственная, заинтересованная: этот образ певица продолжала оттачивать и перебравшись в Елисейский дворец. На первых порах в этом ей помогал Пьер Шарон, советник Николя Саркози по вопросам информационной политики.

Зная о скандальной репутации и вольных высказываниях бывшей модели, Шарон постоянно контролировал ее, не давая допустить оплошность. Он отклонял запросы об интервью от тех изданий, в которых Карла Бруни обычно не появлялась, и сопровождал ее во время первых встреч с политическими журналистами.

Словом, первый этап создания образа первой леди – тихой, тактичной дамы из хорошей семьи – это полностью заслуга Шарона. Именно ему мы обязаны заголовком «Скромная» на первой полосе «Фигаро Мадам» от 28 марта 2008 года. «Эту идею мы разработали вместе с Алексисом Брезе, главным редактором журнала, – рассказывал Пьер Шарон.[114]114
  Беседа с автором, 27 августа 2009 г., Париж.


[Закрыть] – Карла предупредила меня: „Может быть, ты в курсе, но обо мне, о моем прошлом наверняка станут говорить всякое, найдут старые снимки“. Поэтому нужно было помочь ей изменить общественное мнение, создать для нее новый образ. Например, скромной молодой дамы…»

* * *

Искусство президентского общения давалось Карле не без труда. Порой она принимала некоторые публикации слишком близко к сердцу и, не сдержавшись, реагировала очень бурно. Фотограф Паскаль Ростен,[115]115
  Беседа с автором, 10 марта 2010 г., Париж.


[Закрыть] сопровождавший Карлу во время официальной поездки в Нью-Йорк в сентябре 2008 года, вспомнил, как она побледнела от ярости, читая статью в «Либерасьон». В репортаже говорилось, что в перерыве между визитами в ООН первая леди бегала по магазинам (на самом деле она только купила сыну игрушку). «Карла позвонила журналисту и обвинила в том, что в этой возмутительной статье он выставил ее на посмешище». И никто бы ничего об этом не узнал, если бы чуть позже, на пресс-конференции, Николя Саркози не прожигал взглядом этого репортера.

С тех пор первая леди научилась держать себя в руках. Правда, она по-прежнему может бросить трубку, выражая недовольство нескромными вопросами журналиста – например из газеты «Паризьен», – но теперь она ведет себя более дипломатично. Коломба Прингль,[116]116
  Беседа с автором, 28 мая 2010 г., Париж.


[Закрыть] главный редактор еженедельника «Пуан де Вю», со смехом вспоминает об ее уловках. Эта элегантная брюнетка с задорной улыбкой, бывший спецкор «Экспресс» и главный редактор «Вог», знает Бруни еще с тех пор, когда та покоряла подиумы. Выйдя замуж за президента, Карла стала часто позванивать ей: «Поначалу мы просто болтали, но однажды она стала укорять меня за то, как ее освещали в нашем журнале, продолжая при этом щебетать тем же очаровательным голоском: „Дорогая Коломба, мне очень нравится раздел „Культура“, по-моему, он самый интересный в вашем журнале“». Намек был недвусмысленным. «Карла любит прибегать к аллюзиям, – пояснила Коломба Прингль. – Таким образом она давала понять, что мы должны были довольствоваться рассуждениями о дворцах и королевах. Ей не нравились мои редакционные статьи – она считала их чересчур критическими – и еще некоторые публикации, например та, где ее сравнивали с Марией Антуанеттой».

* * *

Железная воля Карлы Бруни скрывается под нежным бархатом ее голоса. Первая леди предпочитает избегать жестких разговоров. А если такая необходимость все же возникает, она поручает это приближенным. Например, советнику Грегуару Вердо, одному из руководителей фонда Карлы Бруни-Саркози. Именно от него Коломба Прингль узнала о том, что первая леди пришла в ярость, когда «Пуан де Вю» рассказал о новой жизни бывшего министра юстиции Рашиды Дати и ее благотворительном фонде «C’est à vous».[117]117
  «Для вас». – Примеч. пер.


[Закрыть] «Да как ваша газетенка посмела сравнить фонды Дати и Бруни-Саркози! – возмущался Вердо. – Это непозволительно! У них нет ничего общего». Оскорбленная первая леди так и не смогла стерпеть обиду.

Ей стало еще труднее с тех пор, как в 2009 году ее покинул деятельный Пьер Шарон, который уже продумал второй этап создания нового образа Карлы. По его замыслу теперь она должна была стать супругой президента, которая сознавала, что ей повезло в жизни, и потому решила помочь многим другим людям, обделенным судьбой. Увы! Мадам Бруни-Саркози разуверилась в прозорливом Шароне. Теперь за ее имиджем следит Вероника Рампаццо – руководитель отдела в парижском модельном агентстве «Marilyn» и бывший «букер»[118]118
  Букер – сотрудник агентства, занимающийся организацией кастингов, фотосессий модели, созданием ее портфолио, а также сопровождает ее в рабочих поездках. – Примеч. пер.


[Закрыть] Карлы, которая знакома с первой леди уже двадцать пять лет. Когда супруга президента решила избавиться от советников из Елисейского дворца и лично занялась отбором персонала, она сразу предложила своей давней подруге должность советника. Так Вероника Рампаццо стала кем-то вроде управляющей: она занимается связями с прессой и с общественностью, составляет расписание президента и просматривает запросы от журналистов. Невозможно подступиться к первой леди без ее разрешения.

С ее помощью Карла надеется все удержать под контролем. И, возможно, избежать таких эпизодов, как тот случай в Африке, о котором в феврале 2009 года американская журналистка Элани Скьолино рассказала в газете «Нью-Йорк таймс». Первая леди лично предложила корреспондентке сопровождать ее во время официального визита в Буркина-Фасо по делам фонда. А Скьолино, не привыкшая к самоцензуре, принятой в некоторых французских СМИ, во всех подробностях рассказала об этой поездке и процитировала пару самых безобидных реплик первой леди. «Ой! Я же в джинсах! – воскликнула Бруни, едва ее самолет приземлился в стране, страдающей от нищеты. – Хорошо хоть это не бросается в глаза […]» Или еще: «Актер Дэниел Крейг – красавец, но Шон Коннери всегда будет самым сексуальным Джеймсом Бондом». Подобные реплики, несколько неуместные в промежутках между посещениями деревенских больниц, не позволяли воспринимать их автора всерьез. Конечно, эта статья мало упоминалась во французской прессе, но она окончательно убедила Карлу в том, что нужно любой ценой обезопасить себя от подобных неожиданностей.

* * *

С тех пор супруга президента дает интервью только тем журналистам, которые работают в «дружественных» изданиях или хорошо ей знакомы.

К ним принадлежит и Кристоф Барбье,[119]119
  Беседа с автором, 27 августа 2009 г., Париж.


[Закрыть] главный редактор «Экспресс». Он, один из немногих, не скрывает своей «дружбы» с первой леди. «Мы познакомились, когда она встречалась с Рафаэлем Энтховеном», – рассказывал нам журналист, который не расстается со своим красным шарфом – кстати, подарком от Карлы. В ту пору Барбье и Энтховен играли в одном театре. «Когда он впервые представил мне свою возлюбленную, я восхитился: красивая, знаменитая, очень милая – все было при ней. Но после того как они расстались, я больше ее не видел». Когда Карла Бруни вышла замуж за президента, журналист вновь вышел с ней на связь. «С тех пор она часто звонит мне, и я высказываю свое мнение по тем вопросам, в которых она не разбирается». И добавил: «Она пришла на мою свадьбу и прочитала отрывок из книги Уэльбека, которую очень любит моя жена».

Другие журналисты не признаются, что близко знакомы с бывшей моделью. Например, Людовик Перрен из газеты «Либерасьон», в которой он, кроме прочего, публикует серию портретных зарисовок об артистах. Он тоже один из «друзей» Карлы. В самом начале нашего телефонного разговора[120]120
  Беседа с автором.


[Закрыть] журналист почему-то уточнил: «А какого рода портрет вы собираетесь написать?» Через пару минут он прервал беседу: «Что ж, я все уточню и сообщу свое решение на следующей неделе». Несколько дней спустя он ответил отказом: «Мне кажется, еще не время писать книгу о Карле». Самая строгая пресс-служба не справилась бы лучше. А ведь Людовик Перрен проработал в газете долгие годы, и в 2008 году именно он был в числе тех пяти журналистов, с которыми долго беседовала первая леди, наговорив на пять страниц. Он же принимал участие в редактировании автобиографии Франка Демюля, личного секретаря Карлы Бруни. В книге под названием «Небольшое путешествие в ад»[121]121
  Un petit tour en enfer, Franck Demules et Ludovic Perrin, 2009, Éditions du Moments.


[Закрыть] этот человек со сложной судьбой делится воспоминаниями о жизненных испытаниях, о наркотиках, тюрьме… и о надежде, которую ему подарила встреча с сестрами Бруни-Тедески, взявшими его под свое крылышко лет десять тому назад. Сейчас Франк Демюль помогает благодетельнице вести личный дневник в Интернете. А Людовик Перрен берет интервью у друзей Карлы для сайта ее фонда…

* * *

Как настоящий профессионал, Бруни сумела быстро прибрать к рукам прессу. Лорен Жоффрен,[122]122
  Беседа с автором, 13 мая 2010 г., Париж.


[Закрыть] главный редактор «Либерасьон», рассказал нам об интервью, которое Карла дала газете 21 июня 2008 года в связи с выходом ее третьего альбома.

«Эта идея возникла за ужином. В тот вечер я встретился с Патриком Зелником (владельцем студии „Naïve“, выпускающей диски мадам Саркози), и мы обсудили предстоящее интервью. Я предложил выдать ей карт-бланш, чтобы она стала главным редактором, как уже было с певицей Diam’s и группой „NTM“. Но потом мы отказались от этой мысли и решили просто напечатать большое интервью на первой полосе».

Карле Бруни это было только на руку. «Зелник радовался тому, что певица не будет ассоциироваться только с Николя Саркози и его партией UMP», – пояснил Жоффрен. Продажи «Либерасьон» выросли на 30 %, а на сайт издания пришло не меньше 1200 сообщений – настоящий рекорд. Хотя 80 % читателей были в шоке от того, что эта газета, трибуна левых сил, дала слово жене президента.

Интервью прошло в теплой обстановке. Только при входе в редакцию несколько сотрудников напугали первую леди криками «Бруни – на биржу труда!». «Она сказала, что пришла к нам сразу после того, как уложила сына спать», – продолжал Лорен Жоффрен. «На все вопросы она отвечала сама, без подсказок, и полностью контролировала ситуацию», – добавил он с восхищением.

Отточенные фразы, удивительная искренность и оживленный разговор – да, у мастера светских бесед есть все, что нужно, чтобы стать любимицей СМИ.

Карла Бруни, женщина умная и современная, трижды получала предложение стать ведущей или главным редактором выпуска.

Впервые это произошло в сентябре 2008 года. Тогда ее пригласили занять место Мишеля Денисо в передаче «Гран Журналь» на телеканале Canal+.

31 января 2010 года ей предложили провести выпуск программы «Журналь инаттандю» Гарри Розельмака на радио RTL. И говорить о чем угодно? Не совсем. Ей пришлось прокомментировать последствия дела «Clear-stream»[123]123
  Уголовное дело, которое было возбуждено на основании анонимного письма, содержавшего обвинения в финансовых махинациях с участием видных французских политиков, в том числе Николя Саркози. – Примеч. пер.


[Закрыть] и, в частности, совещание, которое президент провел в Елисейском дворце вскоре после вынесения приговора. В эфире Карла была совершенно спокойна. Она сказала, что «удивлена тем, насколько Доминик де Вильпен и журналисты не уверены в независимости французского правосудия». Но во время рекламной паузы первая леди все же пригрозила покинуть студию, если ей и дальше будут задавать подобные вопросы…

О третьем предложении – стать редактором «Фигаро Мадам» – мы уже упоминали.

* * *

И все же ни одна первая леди до Карлы Бруни не соглашалась стать во главе журнала или передачи, пусть даже на один выпуск. Как бы то ни было, брак бывшей модели и президента вызвал бурную реакцию. Причем не только восторженную. Ведь есть и те, кто пишет исключительно о президенте. Или, говоря иначе, – ни слова о его знаменитой супруге. Политические журналисты сделали свой выбор. И правда, возможно, не стоит искушать судьбу.