Текст книги "По велению короля"
Автор книги: Бертрис Смолл
сообщить о нарушении
Текущая страница: 12 (всего у книги 27 страниц) [доступный отрывок для чтения: 12 страниц]
– Нет, – отказался лэрд Клайта. – Вы с Адэр ложитесь здесь, как и было запланировано с самого начала. Мы с братом найдем где лечь. Но переодеваться мы будем здесь, чтобы не показывать людям мои тощие ноги.
Не успели женщины возразить, как мужчины удалились, оставив их в одиночестве.
– Я уезжаю завтра, – объявила Адэр. – Если мой кузен не может предложить родственнице приличные покои, пусть празднует без меня!
– В каком родстве ты состоишь с королем Яковом? – полюбопытствовала Эллен.
– Мы оба происходим от короля Эдуарда Третьего, Английского, хотя по разным линиям, – пояснила Адэр. – Мои предки – третий и пятый сыновья. Предок короля Якова – четвертый сын. Конечно, родство весьма туманное, но королю нравится называть меня кузиной, и, честно говоря, это придает мне значительности.
– Когда я жила в покоях леди Маргарет и король часто призывал меня играть в шахматы, мы обычно беседовали. Собственно говоря, я больше слушала, поскольку у короля всегда находилось что мне поведать. – Эллен улыбнулась, – Иногда он упоминал и о тебе. О твоей красоте, о твоем уме. По его словам, именно ты предложила отправить наших послов во Францию, Англию и другие заморские страны.
– Когда растешь при утонченном, цивилизованном дворе, как росла я, можно многое усвоить, если держать рот на замке и открывать его, только чтобы задать вопрос, а также внимательно слушать и не высказывать своих мнений. Мой отец был человеком распущенным и развратным. Но правил он справедливо и был хорошим королем. Никто не умел так ловко манипулировать людьми, как Эдуард Плантагенет Йорк. Он стал бы великим человеком, если бы больше занимался государственными делами и меньше думал об удовлетворении своих низменных желаний.
– А вот моя юность была совсем другой, – вздохнула Эллен. – Меня воспитывал мой дед, простой лэрд. Но мы с ним были друзьями.
Адэр улыбнулась. Она уже успела немного успокоиться. Общество Эллен действовало на нее благотворно. Жена Дункана была славной девушкой и не такой наивной, как казалось на первый взгляд, Это было всего лишь маской, средством, чтобы не отпугнуть малознакомых людей. Адэр считала ее весьма неглупой, иначе ее деверь не выглядел бы таким счастливым, как в последние дни. Из троих братьев именно Дункан Армстронг был самым умным и сообразительным, но зря растрачивал свои способности в приграничном Даффдуре. Из него вышел бы прекрасный советник или дипломат на королевской службе.
– Вижу, твое пребывание при дворе принцессы Маргарет не прошло даром, – заметила Адэр. – Теперь у нас много общего, помимо мужей, конечно.
Готовясь ко сну, женщины продолжали дружелюбно щебетать. Однако пришлось поскорее лечь в постель: в маленькой комнатке не было даже очага и стоял ледяной холод. Хотя ставни крохотного оконца были наглухо закрыты, по спальне гуляли сквозняки, и Эллен могла бы поклясться, что стены покрыты изморозью. Но кровать оказалась удобной, с большой пуховой периной и толстым пуховым одеялом, поверх которого лежали тяжелые меховые шкуры.
Утром было решено ненадолго остаться, чтобы отпраздновать Рождество. Первый день они охотились в холмах, окружавших Линлитгоу, но следующий выдался холодным и дождливым, и хотя во дворе устроили турнир, скука была невыносимой. Король, получивший от Адэр необходимые сведения, больше не обращал на них внимания. Похоже, ему было совершенно все равно, уедут они или останутся. К вечеру он объявил всем присутствующим в парадном зале, что после Нового года леди Кэтрин Гордон выходит замуж за принца Ричарда.
– Давайте завтра же отправимся в дорогу, – предложила Эллен спутникам. – Впрочем, если хотите присутствовать на свадьбе Кэтрин и законного короля Англии…
Не договорив, она лукаво усмехнулась.
– Тюфяк в монастырском странноприимном доме и то будет удобнее того места, где мы с Коналом сейчас ночуем, – проворчал Дункан.
– И где же вы сейчас ночуете? – осведомилась Эллен.
– В заброшенном гардеробе, на верхнем этаже восточного крыла, – признался муж.
– 0-о-о, бедный Дункан! – посочувствовала Эллен, хотя в глазах ее плясали дьявольские искорки.
– В нем хватает места только для одного, – пожаловался муж. – Поэтому мы спим там по очереди. Пока один храпит в гардеробе, другой укладывается у двери, на каменном полу. Не только холодно, но и жестко.
– В таком случае нам лучше распрощаться с королем прямо сейчас, – решила Эллен, и обе пары пересекли Львиную палату и остановились перед королем, ожидая, пока тот их увидит. Наконец взгляд короля упал на приграничных жителей. Дункан выступил вперед и поклонился:
– Мой повелитель, дворец переполнен, и хотя для нас большая честь получить приглашение на праздник Рождества, если позволите, мы завтра же отправимся домой. Поездка будет нелегкой, даже при благоприятной погоде, а кроме того, ни я, ни мой брат Конал не хотим быть застигнутыми метелью.
Король слегка приподнял брови.
– Разве вы не желаете остаться и быть свидетелями венчания нашей кузины Кэтрин с законным королем Англии? – с невинным видом осведомился он, моментально заметив ярость, загоревшуюся в глазах Адэр, и печальный, почти укоризненный взгляд Эллен.
– Вы более чем гостеприимны, повелитель, – сухо ответил лэрд Даффдура, кривя губы. – Но уверен, что счастье молодой четы будет полным и без нас, иначе непременно задержались бы, чтобы прийти в церковь.
Король громко рассмеялся:
– Тебе не место на границе, Дункан! Ты сможешь стать прекрасным дипломатом, если я когда-нибудь сумею убедить тебя покинуть Даффдур. Да, милорды, вы получили разрешение вернуться домой.
Мужчины поклонились. И тут король неожиданно повернулся к Эллен.
– Ты по-прежнему разочарована во мне, моя красотка? – тихо спросил он, вглядываясь в ее лицо.
– Нет, милорд. Я примирилась, осознав, что быть королем – дело нелегкое. Раньше я никогда этого не понимала. Но я многим вам обязана и всегда буду самой верной вашей подданной, – заверила Эллен, приседая в реверансе.
Яков Стюарт подался вперед и поцеловал розовую щечку Эллен.
– Доброго пути, красотка моя. А тебя, кузина, я благодарю. Хоть ты и не одобряешь моих действий, все же остаешься осмотрительной и неболтливой.
Адэр тоже сделала реверанс.
– Пусть я жена простого приграничного лэрда, сир, но рождена дочерью короля. И хочу предостеречь вас: берегитесь английского льва. Его когти остры, и к тому же он славится злопамятностью. Не хотелось бы, чтобы он вас поранил.
– Я моложе и увертливее Генриха Тюдора, – ухмыльнулся король. – И вам доброго пути, миледи Клайт.
Адэр снова сделала реверанс и, взяв мужа за руку, попятилась. Отойдя на почтительное расстояние, женщины решили попрощаться с Маргарет Стюарт.
– Вы не остаетесь на свадьбу? – вздохнула тетка короля. – Очень жаль.
– Он сказал вам? – неожиданно спросила Адэр.
Маргарет кивнула.
– Никак не могу решить: то ли мой племянник чрезвычайно умен, то ли очень уж глуп. Поезжайте домой, девушки, подальше от паутины политических интриг. Думаю, на границе куда безопаснее.
– Возможно, если на землю уже лег снег, – вздохнула Эллен. – Правда, благодаря королю Даффдур надежно укреплен. Но придет весна, и снова начнутся набеги с обеих сторон. – Она поцеловала протянутую руку и прошептала: – Прощайте, миледи. Да хранит вас Господь.
Утром оба брата вместе с женами покинули Линлитгоу в сопровождении своих людей. Несколько дней они путешествовали вместе и расстались только у развилки дороги, ведущей от Эдинбурга на юг. Погода держалась холодная, и солнце ни разу не выглянуло из-за туч. Но ни дождя, ни снега не было. Только когда до Даффдура оставалось несколько часов пути, начался снегопад. Время близилось к полудню, и Дункан про себя радовался, что с самого начала поездки торопил брата и подгонял коней. Когда вдали показалась каменная ограда, снег уже толстым слоем лежал на дороге и пожухлой траве. Они въехали в ворота и спешились. Один из солдат взял их лошадей и направился к конюшне. Лэрд и его жена рука об руку вошли в дом, но едва переступили порог, как их окружили вооруженные мужчины и повели в парадный зал, где за высоким столом сидел незнакомый красивый джентльмен. Возле него суетились перепуганные слуги.
– Вы прекрасно укрепили свой дом, Дункан Армстронг, – объявил он вместо приветствия.
– Кто вы, черт побери?! – рявкнул Дункан.
– Лорд Роджер Колби к вашим услугам, сэр, – представился незнакомец, вставая и подходя к хозяину. – Жаль, что вас не было дома, когда я приехал.
– Я выстроил стены, чтобы не пускать сюда англичан, – сухо ответил лэрд.
– Да, толстые и надежные. К сожалению, вы не научили своих людей держать ворота на запоре. Стоило пустить лошадей шагом и сделать вид, что мы ваши добрые соседи, как нас впустили без лишних расспросов. Полагаю, плохо придется часовым после нашего отъезда, не так ли, Армстронг? – ухмыльнулся он. – Все же я посчитал справедливым отплатить визитом за визит. Ведь это вы посетили мой дом несколько месяцев назад?
Дункан невольно рассмеялся, поняв весь юмор ситуации, какой бы опасной она ни казалась.
– Надеюсь, вы переночуете у нас, милорд, – пригласил он. – Боюсь, мы привезли с собой метель. Познакомьтесь, это моя жена, леди Эллен. Милая, пожалуйста, иди на кухню и передай кухарке, что гости останутся по крайней мере на эту ночь. И скажи, что сам я ужасно проголодался.
– Хорошо, милорд, и я позабочусь о том, чтобы в зале приготовили спальные места для лорда Колби и его людей, – кивнула Эллен и, присев перед мужем в реверансе, торопливо вышла.
– Прелестная крошка, – протянул лорд Колби. – Но она не из здешних мест.
– Да, Эллен родилась в горах. Была подопечной короля и любимицей его тетки. Это они поженили нас, поскольку я нуждался в жене, а Эллен – в муже.
– Вы так знатны, что сам король выбрал вам жену? – опешил лорд Колби, явно пораженный такой честью.
– Вовсе нет. Я просто сделал королю небольшое одолжение, и он отплатил мне добром. Незадолго до этого жених Эллен был убит Тетка короля, которая опекала Эллен, желала устроить ее судьбу. Я просто оказался в нужном месте и в нужное время, не более того.
Слуги лэрда, немного успокоившись при виде хозяина, принесли мужчинам чаши с вином. В зале воцарилась привычная атмосфера довольства и покоя. Слуги бесшумно сновали взад-вперед, накрывая стол. Эллен тем временем приободрила кухарку и ее помощниц, заверив, что лорд Колби не причинит им зла и просто приехал в гости.
– С каких это пор англичане навещают шотландцев так запросто, словно являются к лучшим друзьям? – негодовала кухарка Лиззи.
– С тех пор как идиоты, сторожившие ворота, без помех их пропускают! – отрезала Эллен. – Но их, к счастью, не очень много. Только лорд и шестеро солдат.
– Значит, мы сможем прикончить всех! – возликовала кухарка, хватая со стола огромный острый тесак. Но Эллен предостерегающе подняла руку.
– Не думаю, что в этом есть необходимость, – спокойно заявила она. – Если бы лорд Колби захотел устроить здесь погром, все закончилось бы еще до нашего появления. Но он прибыл с небольшим отрядом. Когда мы вернулись, лэрд приказал запереть ворота. Наши стены крепки и надежны. На дворе бушует метель. Вряд ли нам грозит какая-то опасность, Лиззи. А теперь учтите: вам нужно прокормить семь лишних ртов по крайней мере до тех пор, пока не уймется буря. И предупреждаю, что наш лэрд очень проголодался и с нетерпением ждет горячего ужина.
С этими словами Эллен вышла из кухни. На лестнице ей повстречался Сим. Она отвела управляющего в сторону:
– Как это могло случиться? Разве милорд не приказывал день и ночь держать ворота закрытыми? В нашем зале сидит очень скверный и опасный человек.
– Миледи, Артэр, капитан гарнизона, заболел и поставил у ворот своего старшего сына. В это время отец Айвер отправился в деревню к умирающему. Парень посчитал, что вполне безопасно оставить ворота открытыми до его возвращения.
– Он вырос здесь, в Даффдуре! – резко бросила Эллен. – Его отец – солдат. Только последний глупец мог оставить ворота открытыми! И почему он не закрыл их, завидев семерых всадников?! Хотя бы до того, как узнает, с чем они пожаловали? А теперь лорд Колби знает, что если уже нашел дорогу в дом, мы не нарушим законов гостеприимства. Но он все равно остается врагом.
– Леди, я еще не дознался до подоплеки этой истории. Но обязательно дознаюсь. Мне сказали, что Артэр уже поправился и избил сына в кровь за все, что тот натворил.
– Никто не ранен и не убит? – с тревогой спросила Эллен.
– Нет, леди. Достаточно и того, что в доме семеро англичан. Должно быть, они явились с какой-то целью, иначе лорд привел бы в Даффдур больше своих людей.
– Мой муж скоро узнает, в чем дело, – уверенно ответила Эллен и, подхватив юбки, добавила: – Мне нужно вернуться в зал. Позаботься, чтобы ужин подали как можно скорее.
Поднявшись по лестнице, она вернулась в зал и подошла к мужчинам.
– Ваш неожиданный приезд испугал моих слуг, милорд, – попеняла она лорду Колби, – но еду сейчас подадут. Надеюсь, вам догадались принести вина? Вижу, что догадались.
Эллен оглянулась, и рядом немедленно возник слуга с кубком. Она взяла кубок и стала пить. Сейчас ей хотелось снова обрести свой дом, поужинать и лечь в постель с Дунканом. А вместо этого приходится развлекать нежеланного гостя, пристальный взгляд которого казался слишком дерзким.
– Прошу прощения, леди, – чарующе улыбнулся Роджер Колби. – Мы решили немного прокатиться верхом и случайно оказались рядом с Даффдуром. Дом показался нам таким уютным, что мы не смогли устоять.
Эллен принужденно рассмеялась, но Дункан совсем не выглядел довольным.
– Открытые ворота всегда манят войти, – мрачно пробормотал он.
– Сим сказал, что Артэр тяжко заболел, – сообщила Эллен. Дункан кивнул.
– Я еще потолкую с ним, – угрюмо пообещал он.
Лорд Колби, весело блестя глазами, прислушивался к загадочному обмену репликами. Он и его люди въехали в открытые ворота и почти столкнулись с молодыми солдатами, развлекавшимися в компании двух смазливых девиц. Все весело смеялись, обмениваясь шутками, и были крайне удивлены, когда перед ними неожиданно появился отряд вооруженных людей. Один из юнцов, буквально раздуваясь от высокомерия, потребовал объяснить, что привело сюда незнакомцев. Но опытным воякам оказалось совсем несложно одолеть неразумных мальчишек и войти в дом. Колби хорошо представлял, какую досаду испытывает сейчас лэрд Даффдура. После его отъезда Армстронг устроит своему гарнизону хорошую взбучку, особенно если допытается, как было дело! А пока что Колби и его люди надежно защищены законами гостеприимства, нарушить которые не посмел бы самый коварный обитатель приграничья.
Учтиво улыбнувшись хозяину, он пригубил вина.
– Лорд Колби уже объяснил причины своего визита? – осторожно осведомилась Эллен. Дункан был крайне рассержен, но приходилось сдерживаться, что еще больше подогревало его гнев.
– Мы все обсудим с вашим, дорогим мужем после обеда, – пообещал лорд Колби, предупреждая ответ Дункана. – Вам совсем ни к чему тревожить свою хорошенькую головку такими пустяками.
– Я ничего не скрываю от жены! – жестко бросил Дункан. – Все, что касается меня или Даффдура, затрагивает и Эллен, Поэтому она всегда знает, о чем я думаю и что происходит в доме.
– Похоже, вы не сторонник древних обычаев, милорд, – пробормотал лорд Колби, – И должно быть, высоко цените жену Мадам, вы чувствуете, как дорожит вами супруг? Должны чувствовать. Мужчина так редко признается, что следует советам жены!
Дункан едва не вспылил, но Эллен поспешно сжала его руку, охладив ярость.
– Вы правы, милорд, я ощущаю это каждую минуту. Вы очень умны, если сразу это поняли. И я буду ждать минуты, когда вы откроете причину и характер вашего визита, Надеюсь, после обеда мы поговорим на эту тему.
– Еда подана, миледи, – объявил подошедший Сим.
– Пойдемте, милорды, – пригласила Эллен, вставая, – Садитесь за стол. Думаю, кухарка успела приготовить прекрасный ужин.
К ее тайной радости, слуги поставили на стол серебряные тарелки, положив рядом такие же ложки, свадебный подарок Маргарет Стюарт. Их лучшие кубки, правда, очень старые, тоже были из серебра и украшены зелеными агатами.
– Вина или эля, милорды? – спросила Эллен, делая знак слугам, державшим кувшины с напитками. Мужчины выбрали эль, но сама она предпочла разбавленное водой вино. Сейчас ее беспокоил собственный вид. Должно быть, она растрепана с дороги, но ни Пейги, ни Гунна не вышли ее встречать. Скорее всего ждут наверху. Кроме того, на ней были мужские штаны, поскольку она не любила ездить в дамском седле в отличие от большинства дам. И все же лорд Колби ничуть не был шокирован, узрев женщину в мужском костюме.
Кухарка и в самом деле расстаралась. Под строгим взглядом Эллен слуги принесли блюда с нарезанной форелью, жирным жареным каплуном, оленьим боком и ветчиной, мясным пирогом, вареным салатом-латуком, а также миски с треской в сливках и рагу из ягненка. Ко всему этому подавались свежий хлеб, масло и полголовы твердого желтого сыра.
– У вас прекрасный стол, – с одобрением заметил лорд Колби, набросившись на еду, словно неделю голодал. Но сами хозяева, похоже, потеряли аппетит. Их терзала одна мысль: почему англичанин вломился в их дом? Что ему нужно? Зачем он явился в Даффдур?
Когда со стола убрали, все трое снова устроились у огня. Эллен и Дункан сгорали от любопытства. Когда же англичанин заговорит?
Но первым молчание нарушил лэрд Даффдура:
– Сэр, вы вошли в мой дом без приглашения и предупреждения. Я почтил законы гостеприимства. Теперь же прошу вас объясниться. Какова цель вашего визита?
– Я приехал с предложением от короля Генриха, – ответил Колби.
– Мы с этим парнем не знакомы, – грубо буркнул Дункан.
Колби слегка улыбнулся:
– Ваш молодой король недолго продержится на своем краденом троне, Армстронг. Его здесь не любят и рано или поздно обязательно свергнут. Мой господин, король Генрих, предлагает вам и другим приграничным лордам присягнуть на верность Англии. Примите его предложение и будете в безопасности, когда власть в вашей стране сменится.
– Вряд ли можно назвать узурпатором старшего из всех выживших сыновей прежнего правителя, – медленно выговорил Дункан. – Трон по закону принадлежит Якову Четвертому Стюарту, наследнику Якова Третьего, ныне покойного. А те, кто клянется вашему хозяину, что Яков нелюбим подданными, либо очень плохо осведомлены об истинном положении дел, либо преследуют собственные цели и хотят одурачить английского короля, чтобы добиться каких-то благ. Народ чтит и ценит своего короля. Он не похож на отца, не слушавшего собственных лордов, растратившего государственную казну на безделушки и не обращавшего внимания на плач и жалобы собственного народа. Этот же Яков Стюарт заботится о стране, не любит бросать деньги на ветер и такими поступками уже заслужил любовь шотландцев Он так же свободно говорит с любым иностранным послом на его языке, как и с северными лордами на диалекте Шотландских гор. Я друг короля и никогда его не предам.
– Ваш король молод и глуп, – бросил Колби со смешком. – Доказательством тому служит авантюра, которую он затеял вместе с пешкой Маргариты Бургундской.
– Вот вы о чем! – хмыкнул Дункан. – Значит, нашему Джейми действительно удалось подсунуть под седло вашего короля острый шип в лице того парня, которого называют истинным королем Англии.
– Законный король Англии – Генрих Тюдор! – вскинулся лорд Колби, раздраженный резким уколом Дункана, попавшим не в бровь, а в глаз. – Но да, он опасается очередной бессмысленной гражданской войны, если кто-то вздумает поспешить под знамя этого бастарда Плантагенетов, которого герцогиня Бургундская пытается выдать за уцелевшего сына Эдуарда. А ведь несчастные принцы исчезли, и никто не может точно сказать, что с ними случилось. Хотя ходят слухи, что это король Ричард велел их убить, чтобы уберечь свой трон после смерти брата. Наша королева крайне расстроена появлением претендента, воскресившего воспоминания, которые она предпочла бы забыть.
– Что поделать? Ваш король всячески стремится вызвать беспорядки в Шотландии. А Шотландия платит ему тем же. Видите ли, мы с женой только что вернулись из дворца. И видели того парня, который называет себя вашим законным королем. Не могу сказать, так ли это, поскольку не отличаю одного английского принца от другого. Я простой человек, милорд. Мелкопоместный лорд. И не привык к политическим заговорам и интригам. Когда буря стихнет, вы и ваши люди можете уезжать с миром, и мы за вами не последуем. Новые враги мне не нужны, и я делаю все, чтобы не восстанавливать людей против себя. Но повторяю: никогда я не изменю Якову Стюарту.
– Я приехал к вам первому, Армстронг. Тот, кто первым принесет королю Генриху клятву верности, будет щедро вознагражден, – не унимался лорд Колби.
– Вы приехали ко мне первому, потому что я, хоть и простой человек, все же уважаем своими соседями, такими же приграничными лордами. Вы потому и обратились именно ко мне, что мой единокровный брат, Конал Брюс, – родич самого короля. Какой удачный ход! Но вы немного не рассчитали, вообразив, что, завербовав меня, сумели бы приобрести доверие остальных. Неужели вы считаете меня безмозглым глупцом, который не смог бы разгадать ваших целей? Если я не слишком знатен, если избегаю общества сильных мира сего и предпочитаю тихую жизнь на границе, еще не значит, что я обычный деревенский олух.
Роджер Колби густо покраснел от столь неожиданного, но справедливого упрека.
– О нет, Армстронг, я не считаю вас глупцом, но уверен, что вы отдаете свою верность не тому королю. Раны Христовы, о чем вы только думаете! Он прикончил собственного отца, чтобы получить трон!
– О нет! Он не виноват в гибели короля Якова Третьего, – покачал головой лэрд. – Мы так и не смогли допытаться, кто убил несчастного, кроме того, что этот человек скрывался под обличьем священника и две женщины привели его к раненому, в котором, по ужасной случайности, не узнали своего короля. Если кто-то подослал наемного убийцу и если этот убийца вообразил, будто, свершив преступление, получит шанс втереться в милость к знатному лорду, наружу ничего не выплыло. Он так и не явился получать награду. Не посмел признаться в своем деянии, видя, как глубоко скорбит молодой король. Недаром он носит под одеждой железную кольчугу – в знак раскаяния и с тем, чтобы всегда помнить о том, что произошло. Что же до вашего короля… и на его руках достаточно крови. Потолкуем о смерти короля Ричарда и многих славных сынов Англии?
– Даже если вы отказываетесь присоединиться к нам, найдется немало людей, которые не откажутся от моего предложения. Кончится тем, что мы поднимем мятеж на границе. Говорите, в последнее время набеги участились? Скоро станет еще хуже. Но вы получите защиту, если заключите со мной союз. Шотландцам не обязательно знать об этом. Зато ни один английский приграничный лорд больше вас не потревожит.
– Вы ищете моего сотрудничества и все же намереваетесь сохранить в тайне мое участие в ваших гнусных планах? – Лэрд покачал головой: – Вы либо безумны, либо безрассудны и доведены до отчаяния. А может, все вместе. Повторяю: нет, нет и нет. Я верный подданный своего короля. И скажу вам, что передумал. Когда буря закончится, мы с моими людьми лично проводим вас до английской границы.
С этими словами Дункан встал и позвал Сима, Управитель не заставил себя ждать.
– Сим, покажи лорду Колби, где он будет сегодня спать, – приказал хозяин и притянул Эллен к себе. – А вам, милорд, спокойной ночи.
И, не оглянувшись на англичанина, он вместе с женой стал подниматься наверх. Его трясло от гнева, но лицо оставалось бесстрастным.
Эллен почувствовала, как разозлен муж. Едва они вошли в спальню, она повернулась к нему, и его руки тут же сомкнулись на ее талии.
– Он вел себя оскорбительно с той минуты, когда непрошеным явился в Даффдур, – объявила она. – Его требования невыносимы. Будь он благородным человеком, не стал бы искать предателей среди шотландцев, И это дурно говорит о Генрихе Тюдоре.
Она подняла руку и погладила его мужественное лицо.
– Не расстраивайся, дорогой. И пусть твой гнев выльется страстью. Страстью ко мне.
Она коснулась губами его губ и прижалась к груди. Лэрд мгновенно ощутил, как тает его ярость, и крепко поцеловал жену.
– Какой магией ты опутала меня, ведьма с гор?
Его тело уже отвечало на безмолвное приглашение этой очаровательной женщины. Прошло несколько недель с той ночи, когда они в последний раз были близки.
Дункан стал осыпать поцелуями личико жены, одновременно принимаясь расшнуровывать ее блузу.
– М-м-м… – пробормотала Эллен, гладя его восставшую плоть. – О, какой дерзкий и жадный паренек!
Его ладонь скользнула в вырез блузы, раздвинула ворот сорочки и нашла мягкую, округлую, маленькую грудь. Дункане первого взгляда влюбился в эти груди, такие нежные и пухленькие, как пара голубок.
Большой палец потер набухающий сосок.
Эллен стала извиваться. Она давно обнаружила, как чувствительны ее груди к ласкам мужа. Он разжигал в ней огонь, и она уже ощущала влагу, скопившуюся между бедрами. Лэрд, нетерпеливо зарычав, рванул блузу вместе с сорочкой, чтобы наконец завладеть этими соблазнительными грудями. Сжав тонкую талию жены, он поднял ее, чтобы провести языком по ложбинке между восхитительными холмиками. Как сладка на вкус ее плоть!
Чуть повернув голову, он прикусил, губами тугой сосок и стал неторопливо сосать.
Эллен что-то довольно пробормотала, когда он задел сосок зубами. Не отрывая рта, он прошел через всю комнату и уложил Эллен на кровать. Теперь, освободив руки, Дункан расстегнул, пояс ее штанов и спустил их до сапог, И снова вобрал в рот ее соски, сначала один, потом другой.
Эллен изнемогала от вожделения и стонала все громче.
Может, это не любовь, но он хотел ее и хотел сейчас. Он не успел снять с нее сапожки, а спустившиеся штаны не давали ей раздвинуть ноги шире. Тогда Дункан на мгновение отстранился, перевернул ее на живот, в восторге от того, что она поняла его намерения, а сам опустился на колени. Дункан спустил свои штаны, сжал бедра Эллен и вонзился в нее, почти зарыдав, когда стенки ее тугого лона сомкнулись вокруг его вздыбленной плоти. Он застонал, и она эхом откликнулась на стон, когда он стал с силой входить в нее.
«Неужели не грешно так сильно жаждать мужа?!» – как сквозь сон подумала Эллен, пока он продолжал заполнять ее. Но тут он стал двигаться быстро и резко, отчего ее похоть взлетела едва не до небес, а голова пошла кругом.
– О Боже! – тихо воскликнула она. – Да! Да!
Она дрожала от неутоленного желания. Им с самого начала было хорошо в постели. Он научил ее, как его ублажить, и вместе они обнаружили все, что нравилось ей. Однако сегодня оба были вне себя и нашли сияющие вершины вместе, в жарком огне взаимного желания. Дункан зарычал, когда его семя фонтаном брызнуло в лоно жены, а Эллен пронзительно вскрикнула, задыхаясь от наслаждения и почти теряя чувства.
Когда они спустя целую вечность все же очнулись, оказалось, что Дункан по-прежнему полулежит на Эллен. Едва собравшись с силами, он откатился на спину. Оба тяжело дышали. Длинные ноги Дункана свисали через край кровати. Наконец он сел и натянул штаны. Эллен распростерлась вниз лицом. Он провел ладонью по ее попке, и она взвизгнула:
– Ненужно!
– Но почему? – удивился он. – У вас такая аппетитная попка, мадам!
– Меня одолевает похоть, милорд, и от каждого вашего прикосновения я хочу все больше и больше, – откровенно призналась Эллен.
Она была так слаба, что едва могла говорить. Сегодня их соитие было невыносимо сладостным.
Она вздохнула.
– До чего же мне повезло, что и тебя одолевает похоть! – хмыкнул лэрд. – Еще несколько минут, и я тоже захочу большего!
Он продолжал гладить торчавшую вверх маленькую попку.
– Но сначала нам нужно стащить сапоги и снять одежду, а потом лечь под одеяло.
Нагнувшись, он стянул сапоги, сначала с себя, потом с Эллен. Она тут же повернулась на спину и взглянула на него из-под полуопущенных ресниц. Под ее обожающим взглядом он разделся догола.
– Интересно, мужчины могут быть прекрасными? – неожиданно спросила она, садясь и сбрасывая штаны вместе с порванными блузой и сорочкой.
– Думаю, женские тела более приятны для взгляда, – ответил он, садясь рядом и принимаясь расплетать ее толстую косу. Распустив ее волосы, он расчесал их пальцами, как гребнем, так что они мантией легли на белые плечи.
– Я люблю тебя, Эллен, – тихо признался он, убирая с ее лба непокорную прядь.
– Ты уже сказал мне об этом, – ответила она, улыбаясь в его теплые голубые глаза.
– Нет, девушка. Я говорил, что начинаю влюбляться. Но теперь понял, что уже давно люблю тебя. Ты не только красива, но еще умна и храбра. Сегодня я наблюдал, как ты вела себя с лордом Колби. Ты могла много чего наговорить ему, но сдержалась и вела себя осторожно и осмотрительно.
– Но лэрд Даффдура – ты, – возразила Эллен. – И твоей обязанностью, твоим долгом было говорить за всех нас.
– Другие женщины – моя невестка Адэр, например, – высказали бы все, что у них на уме. А ты промолчала.
– Может, у меня просто не было мыслей, – предположила Эллен.
Дункан рассмеялся:
– Нет, жена. Просто не в твоих привычках распускать язык. И теперь англичане уберутся, зная, что жители Даффдура едины в своей преданности королю Якову Стюарту.
– Милорд, – не выдержала Эллен, – вам обязательно нужно именно сейчас обсуждать политику, или вы все же вспомните о том, что рядом лежит жаждущая ваших ласк жена?
С этими словами она игриво пощекотала его мужское достоинство и хихикнула, когда оно дернулось, как живое.
– Ты мудрая женщина, Эллен, женушка моя, – прошептал лэрд Даффдура и, схватив ее в объятия, стал целовать.
– Да, Дункан, муж мой, так оно и есть, – прошептала Эллен, целуя его в ответ.
А за окном спальни всю ночь бушевала и ярилась вьюга. Но они, ничего не замечая, страстно любили друг друга. И заснули только под утро, когда в комнату сквозь задернутые занавески стал просачиваться слабый серенький свет.
