Текст книги "Счастливая пленница"

Автор книги: Бекки Баркер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 10 страниц)

Но Тамаре трудно было остановиться.

– Мне хочется дотрагиваться до тебя.

Рейн прикрыл глаза, призывая на помощь всю свою волю.

– Я тоже жажду этого, любимая. Но это должно происходить медленно, постепенно. Я хочу любить тебя всю ночь, и тебе придется помочь мне в этом.

– Звучит как приказ, – пошутила она, испытывая радость от его слов. Тамара опустила руки и замерла перед Рейном как по команде «смирно». – Тогда делай со мной все, что хочешь.

Медленная, чувственная улыбка озарила лицо Рейна.

– Ты – мой тип женщины, Тэмми Джо, – заявил он, гладя ее плечи. Огонь, горевший в его глазах, обжег ее груди, через ткань пижамы проступили набухшие соски.

Рейну нравилось ощущать под своими пальцами нежное тело любимой, и он с наслаждением гладил бархатистую кожу ее рук, прежде чем дотронуться большими пальцами до сосков, всем своим видом требовавших к себе внимания. Стон удовольствия вырвался из груди Тамары, у нее чуть не подвернулись ноги, но сильные руки Рейна подхватили ее, не дав упасть.

– Обещай мне, – негромко произнес Рейн, глядя в затуманенные страстью глаза любимой, – что ты остановишь меня, если я причиню тебе боль или напугаю тебя.

– О, Рейн! – вскричала Тамара. – Я уверена, что ты не сделаешь ничего такого, что мне не понравилось бы, но ты сведешь меня с ума, если и дальше будешь сдерживаться!

Рейн ухмыльнулся, чертики запрыгали в его глазах.

– Ты так думаешь? – поддразнил он, придя в восторг от ее нетерпения. Он снял с нее курточку пижамы, обнажив упругие полные груди. Затем притянул Тамару к себе и тут же почувствовал напряжение во всем теле, пульсацию разгоряченной крови.

Тамара вцепилась руками в его шевелюру. Ей казалось, что она сейчас умрет от томительного ожидания, разрывающего все ее существо. Она наклонила голову Рейна и направила его губы к своим набухшим, трепещущим от нетерпения соскам.

Он взял один в рот, пройдя по нему горячим языком. Тамара простонала и еще крепче сжала пальцы в его волосах. Когда Рейн перешел ко второму соску, она издала низкий, мучительный стон.

– Ты знаешь, что творишь со мной, когда я чувствую твое желание и слышу эти сладкие стоны? – спросил Рейн.

– Скажи мне, – прошептала Тамара.

Рейн крепче сжал ее в объятиях, и все его тело демонстрировало страсть и желание, которые бушевали в нем, готовые вырваться наружу в любой момент.

– Ты приводишь меня в такой экстаз, что я боюсь сгореть от твоего огня, прежде чем дотронусь до тебя.

Рука Тамары опустилась на его талию и затем скользнула вниз, к тому месту, которое не оставляло сомнений в том, насколько возбужден Рейн.

– Я знаю, что ты имеешь в виду, – прошептала она. – Когда я чувствую, как сильно ты хочешь меня, мое тело то опаляется огнем, то пронизывается дрожью.

От ее слов из груди Рейна вылился протяжный стон, который, в свою очередь, потряс женщину молниеносным разрядом сладостного тока. Она уже не сомневалась, что способна воспламенить этого огромного мужчину, и от этой мысли почувствовала себя сексуальной и желанной. Ей захотелось проверить свою власть над ним, но Рейн попытался остановить ее.

– Не сейчас, любимая, – с отчаянием в голосе простонал он. – На этот раз я хочу, чтобы ты все время была со мной.

Тамара обхватила его за шею и потянулась к губам любимого. Она протиснула между ними язык и стала играть с его языком.

Ее упругие груди прижимались к обнаженной груди Рейна, а бедра нетерпеливо скользили по твердому возвышению между его ногами.

Он наслаждался ее поцелуями и страстной эротической атакой. Рейн стащил с Тамары пижамные брюки. Его большие руки легли на ее обнаженные бедра, еще крепче прижав их к пульсирующему холмику под джинсами.

Не отрывая рта от ее сладких губ, Рейн поднял Тамару на руки и сделал несколько шагов к постели. Осторожно опустив ее на простыни, он немного отступил в сторону, чтобы насладиться видом прекрасного женского тела.

В глазах Тамары мужчина прочел нескрываемое желание и полнейшее доверие. Рейн и сам сгорал от вожделения, но ему хотелось вначале руками ощутить нежность обнаженного тела любимой и довести ее своими прикосновениями до высшей точки экстаза. Он начал с ее стройных ног, массируя и поглаживая их, целуя каждый пальчик. Лаская ее бедра, Рейн почувствовал, как вся она затрепетала.

Тамара выгнулась ему навстречу и прохрипела от нетерпения, призывая к дальнейшим ласкам. Когда его губы оказались на ее груди, глубокий стон женщины разорвал тишину спальни.

– Довольно! – вымолвила она с трудом. – Я не выдержу!

Рейн рассмеялся от удовольствия. Он был безумно влюблен в эту страстную женщину и жаждал показать ей, какое наслаждение она может получить от его ласк. Он готов был часами заниматься с ней эротическими играми, но не сегодня. Мужчина освободился от своей сорочки, руки Тамары потянулись к его ремню.

– Я справлюсь, – пошутил Рейн. – Любая помощь с твоей стороны приведет к серьезным осложнениям.

– Поторопись! – Она смотрела, как Рейн раздевается, и ее восторг быстро перешел в горячее возбуждение. Она снова потянула его на постель, и тело Рейна накрыло трепещущую женскую фигурку. Они прерывисто дышали, скользящими движениями касаясь друг друга в полном самозабвении. Их губы встретились, языки вели нетерпеливую игру, а тела стремились к еще большему единству. Рейн протиснул ногу между ее бедрами, и она оказалась у них в плену. Плоть женщины лихорадочно пульсировала, требуя разрядки.

Из груди Рейна вырвался первобытный рык, когда он оторвался от губ Тамары и снова набросился на соски. Она отчаянно вскрикнула и стала молить его войти в нее. Рейн сдался. Ему едва удалось предохраниться перед тем, как их разгоряченные страстью тела соединились в самой естественной позе.

Тамара глубоко вдохнула, тело ее напряглось, и она растворилась в бездумном вихре приятных ощущений. Рейн заставил ее осознать собственную чувственность, но ей и не снился восторг, который она испытала, когда их обнаженные тела сомкнулись в первобытном экстазе любви. Тамара ощущала, как в каждой клеточке ее существа растет напряжение, от которого у нее захватывало дух, и она еще теснее прижималась к Рейну. Внезапно женщина почувствовала, что вознеслась на вершину блаженства.

Мускулы Рейна напряглись, когда он ощутил, как содрогается ее тело от освобождающейся сексуальной энергии, и услышал ее ликующие крики. Казалось, женщина еще крепче сжала его естество, желая доставить ему такое же удовлетворение, какое только что получила сама.

Рейн буквально рухнул на нее, и Тамара приняла его в крепкие объятия. Оба тяжело, прерывисто дышали.

Вместе они медленно вернулись с высоты блаженства на грешную землю. Усталость и удовлетворение скоро взяли свое, и любовники заснули в объятиях друг друга.

Ближе к рассвету Тамара проснулась от приятного прикосновения теплых губ к ее щеке. Мужские руки массировали ей живот и бедра. Она улыбнулась с закрытыми глазами.

– Доброе утро, – прошептал Рейн.

Тамара повернулась в его руках и уютно прижалась к обнаженному телу возлюбленного.

– Доброе, – пробормотала она, касаясь губами его шеи. Тамара втянула ртом кусочек кожи, заставив Рейна моментально почувствовать возбуждение.

Он прижал ее к себе и простонал от удовольствия, когда теплое, нежное тело Тамары ответило на это объятие.

– Ялюблю тебя, – торжественно объявил он.

– И я люблю тебя, – ответила Тамара еще сонным голосом.

Рейн приподнял ее и положил на себя. Он массировал ее позвоночник, усиливая манипуляции по мере того, как Тамара осыпала его лицо и шею быстрыми покусывающими поцелуями. Счастливая женщина продолжала награждать его прикосновениями своих губ, полностью отдаваясь этому занятию. Рука Рейна, найдя дорожку между их телами, скользнула вниз по ее животу и стала гладить нежную плоть под пушистым треугольником волос.

– Я хочу, чтобы ты любила меня, – прошептал он хриплым голосом, приподняв ее и снова опустив на себя так, что их тела сомкнулись в соитии.

Тамаре показалось, что у нее из легких вышел весь воздух, – она застонала от удовольствия, глядя на Рейна глазами, полными искреннего изумления. Неужели так будет всегда? Неужели возможно испытывать этот безудержный восторг каждый раз, когда Рейн будет становиться частью ее существа?

Кровь огненным потоком бурлила в его венах с возрастающим напором. Рейн подумал, что не переживет этого неземного наслаждения. Трепетное выражение лица Тамары заставляло его чувствовать себя мужчиной до мозга костей. Рейн привлек ее к себе, и в течение следующих нескольких минут постарался сделать так, чтобы Тамара почувствовала себя самой любимой и самой желанной женщиной на свете.

Позже он прикрыл любимую простыней, не позволяя Тамаре удаляться от него даже на небольшое расстояние. Она задремала, и Рейн, продолжая гладить ее, размышлял над тем, как удалось ей завладеть его сердцем.

Рейн любил ее. Это было для него поразительным открытием. Он знал, что Тамара тоже любит его, но необходимо было убедить ее выйти за него замуж, доказать ей, что она может доверять тому чувству, которое их объединяет.

Веки Тамары дрогнули, и она встретилась сонным взглядом с Рейном, почувствовав, как по телу разливается приятная истома. Мозг твердил: все слишком хорошо, чтобы быть правдой, чтобы длиться долго. Сердце взывало к любви. Тамара отчаянно хотела принадлежать Рейну всегда, но желание возродило старые страхи.

– Не надо, – строго приказал Рейн, проведя пальцем по ее щеке. – Не позволяй своей неуверенности встать между нами.

Тамара закрыла глаза, чувствуя себя неуютно оттого, что Рейн смог прочитать ее мысли и чувства. Женщина лежала неподвижно, но Рейн знал, что она не спит.

– Ты должна поехать на мое ранчо и остаться там, – нарушил Рейн тягостное молчание. – Оставь свои сомнения и стань моей женой.

Она беспомощно посмотрела на Рейна.

– Ты же знаешь, я не могу этого сделать.

– Не можешь или не хочешь? – Этот вопрос был главным.

– Не могу. – Тамара со страхом ждала этого разговора. – Ты прекрасно знаешь, что такое мир бизнеса. Я отсутствовала целый месяц. Если я сейчас не возьму бразды правления в свои руки, то появится много домыслов и дела компании покатятся вниз. Я слишком много сил вложила в это дело, чтобы теперь сидеть сложа руки и смотреть, как оно разрушается. Никто не может заменить меня. Гарольд отошел от дел, а Кэти еще очень молода.

Рейн оставался глухим к аргументам Тамары. Он хотел, чтобы она постоянно была рядом с ним – всегда.

– Передай свои обязанности кому-то другому, – посоветовал он. – Неужели тебя интересует только бизнес?

– Почему, у меня есть и другие обязательства, – ответила Тамара. – Я никуда не хожу без Кэти. Мне уже говорили, что девочка-подросток – помеха для новобрачных. Но я ответственна за ее воспитание.

– Я не Ридон, – раздраженно заметил Рейн. – Меня только обрадует, если Кэти будет жить с нами.

Тамара отодвинулась на другую половину кровати, натягивая простыню на обнаженную грудь. Она не сомневалась в искренности Рейна, но он жил один и вряд ли имел представление о том, во что может вылиться его предложение.

– Кэти играет на трубе, любит громкую музыку, она заводила в шумных компаниях, часами висит на телефоне, – пугала его Тамара. – Мы редко сможем оставаться наедине.

Рейн сжал зубы от огорчения.

– Ты придумываешь причины для отказа и используешь для этого Кэти. Я сказал, что буду рад ей, и это правда. И я ожидаю, что она будет вести себя как любой нормальный подросток.

– Правда? – Тамара бросила на него недоуменный взгляд.

– Конечно. Я хочу, чтобы вы обе жили в моем доме.

– А что, если твой план провалится? Я переполошу семью, внесу изменения в управление компанией, а у нас ничего не получится?

Лицо Рейна помрачнело.

– А что, если наша страсть утихнет? Если ты перестанешь хотеть меня? Если наша любовь не такая сильная? – не без сарказма произнес он. – Мне не нужен брак, в котором все строится на этом дурацком «а что, если...» Я хочу прочных, на всю жизнь отношений.

– Ты хочешь, чтобы я бросила все, во что вложила столько сил, и убежала с тобой, – возмутилась женщина. – Ты решил оставить мир бизнеса, а я нет. Я не смогу быть просто женой владельца ранчо и не уверена, что хочу, – призналась она. – Мне кажется, нам следует привыкать к нашему новому положению постепенно. Я какое-то время буду жить на твоем ранчо, ты – у меня в городе. Пока не убедимся, что брак – это именно то, к чему мы оба стремимся.

– Ты предлагаешь что-то вроде тайного сожительства? – возмутился Рейн, сверкая непокорными глазами. – Легкая связь, которую ты сможешь разорвать, когда станет трудно?

Тамара не ожидала, что он так болезненно воспримет ее слова.

– Я не имела в виду, что мы должны прятаться и скрывать свои чувства. Весь Техас думает, что мы женаты!

Рейн сердито натянул на себя одежду – душ подождет.

– И весь Техас ждет, что мы сделаем теперь.

– Ты попросил меня поехать на ранчо, чтобы успокоить свою мужскую гордость? – Тамара все больше распалялась.

– Гордость тоже нельзя не учитывать, – резко ответил Рейн, – так же, как любовь, привязанность и защитные инстинкты. Я хочу иметь спутницу жизни, а не временную подружку!

Тамара ахнула, услышав, как Рейн принизил те чувства, которые они испытывали друг к другу. Ей не приходило в голову рассматривать себя и его как временных партнеров, увлеченных любовной интрижкой.

– Ты потрясена? – Рейн вытянулся во всю длину постели и ладонью коснулся лица Тамары. Его глаза светились преданностью, а слова обожгли ей душу.

– Я люблю тебя больше, чем мог вообразить, когда мечтал о любви к женщине. Я хочу видеть тебя каждый день – когда просыпаюсь, ложусь спать и все остальное время суток. Месяц, проведенный с тобою в хижине, избаловал меня. – Его голос выдавал необычайное волнение. – Японял, что не смогу согласиться на половинчатое решение. Я хочу иметь все, что ты можешь дать. Мне нужны твоя любовь, доверие, преданность и обещание быть со мной до конца наших дней. Другое меня не устроит!

Тамара ощутила внутреннюю дрожь, осознав всю глубину его всепоглощающей преданности.

– Не знаю, хватит ли мне смелости решиться на это, – произнесла она глухо.

В глазах Рейна отразилась боль.

– Ты не знаешь другого: любишь ли ты меня так же сильно, как я люблю тебя, боишься довериться мне.

Тамара начала что-то говорить, но Рейн быстро закрыл тему. Между ними пролегла непреодолимая дистанция. С этого момента он превратился в равнодушного холодного человека.

– Я обещал Карлилю, что мы утром заедем в полицейский участок. Как только подтвердится, что тебе ничего не угрожает, я увезу своих парней на ранчо, они мне нужны там. – Рейн отвернулся от Тамары и добавил: – Я позвоню кое-кому, чтобы заменили стекло в спальне Кэти, и подожду тебя в гостиной.

Он вышел, тихо прикрыв за собой дверь.

13

Рейн уехал во второй половине дня. Как и обещал, он позаботился обо всем. Оставшись одна, Тамара бесцельно слонялась по квартире. Она понимала, что ей следует поехать на ранчо Гарольда, но не была готова отвечать на вопросы дяди, которыми тот наверняка забросает ее. Рейн оставался холодно-сдержанным, и его вежливое безразличие разрывало сердце Тамары. Почему его равнодушный поцелуй на прощание вызвал у нее желание кричать, умолять, рыдать?

Вечером Тамара позвонила родным, чтобы предупредить, что переночует в городе. Ее чувства находились в таком смятении, что не хотелось никого видеть. Она заперла дверь, выключила свет и направилась в спальню.

Это было ошибкой. Все здесь напоминало ей о предыдущей ночи, проведенной с Рейном. Тамара, не раздеваясь, упала на постель и укрылась одеялами. Они еще хранили его запах, и женщина вконец расстроилась. По щекам покатились слезы. Рыдая, Тамара подвергала беспощадному анализу свои самые сокровенные чувства. Ей было больно и обидно, но она должна была признать, что во многом ошибалась. Рыдания постепенно затихли, и женщина почувствовала себя свободной. Избавление от годами копившихся разочарования, боли, раздражения произвело очищающее действие.

Терпение и любовь Рейна позволили ей осознать всю глубину любви, которая существовала между ее родителями. Тамара больше не обвиняла их в том, что они покинули ее. Она не чувствовала необходимости прятаться от прошлого и, соединив с ним настоящее, ощутила единство, непрерывность жизни и свою собственную цельность.

А будучи цельной личностью, которая уже не металась из стороны в сторону от неуверенности, Тамара могла свободно любить Рейна. Не имея за спиной груза эмоционального прошлого, она могла пойти к нему и предложить свое сердце без каких бы то ни было условий. Приняв решение, Тамара еще глубже ощутила, как легко стало на сердце. Остаток ночи она провела, мечтая о том, как выйдет замуж за человека, которого любит.

Но осуществить планы на деле было не так просто, как в мечтах. Ей хотелось прийти к Рейну свободной, с чистой совестью, поэтому следовало обсудить ее намерения с семьей и персоналом компании. Тамара решила начать с компании.

Всем окружающим ее людям, за исключением родных, она позволила думать, что вышла замуж. Ей нужен был новый график работы, чтобы чаще видеться с Рейном.

Прошла неделя после того, как они расстались. Тамара просила Бога, чтобы Рейн позвонил, чтобы он по-прежнему хотел ее. Тамара молилась, но и работала как вол, чтобы обеспечить себе еще один короткий отпуск. Она надеялась, что на этот раз у нее будет настоящий медовый месяц.

Спустя немногим более недели после отъезда Рейна из города, Тамара и Кэти отправились на его ранчо. Рейн не знал, что к нему едут гости. Уже одна мысль о том, что она увидит его через несколько минут, приводила Тамару в трепет от предвкушения счастья и... от страха. «Что, если...» преследовало ее и после того, как она решила, что в ее жизни нет ничего более важного, чем их с Рейном чувства друг к другу.

– Тэмми, смотри! – воскликнула Кэти, указывая на внушительный подъезд к ранчо. Тамара была рада, что они добрались до места, но ее волнение с каждой минутой возрастало.

На ранчо Рейна росли гигантские деревья с пышными кронами и густая, сочная трава. Стада домашнего скота паслись по обе стороны дороги, ведущей к дому, и приехавшим показались огромными. Они никогда не жили на ранчо с таким образцовым хозяйством.

– Ты еще не думала вернуться в Сан-Антонио? – спросила Тамара сестру.

– Ни за что! – возмутилась та, мечтая поскорее встретиться с Рейном. Кэти потратила немало времени, наставляя старшую сестру, когда дело касалось любви и жизни-вместе-до-гроба.

Обе затаили дыхание, когда перед их взорами предстал дом Мастерса. Огромное трехэтажное здание нельзя было отнести ни к одному старому архитектурному стилю или назвать современным, но в нем была эстетическая привлекательность. Дом имел свой собственный стиль и Тамаре понравился. Она остановила машину напротив веранды, которая опоясывала здание.

– Рейн, оказывается, не шутил, говоря, что у него тут много места, – сказала Тамара.

– Будем надеяться, что он не шутил, и когда приглашал нас в гости.

При этих словах сердце Тамары сделало скачок. Кэти тоже заметно нервничала.

– У нас только один способ узнать об этом, – шутливо заметила Тамара.

Взявшись за руки и смеясь, сестры поднялись на веранду. Дверь в дом была открыта. Где-то заливалась лаем маленькая собачонка. Воинственного пекинеса успокоила высокая темноволосая женщина. Увидев сестер, она распахнула дверь и тепло поздоровалась с ними.

– Вы, должно быть, Тамара и Кэти, – воскликнула она удивленно, но приветливо. – Рейн говорил, что вы самые красивые девушки в Техасе. Вижу, что он прав. – Она внезапно обняла их. – Я его мать, Элеонор Хадсон, – добавила она, усмехнувшись. – Живу у Рейна, пока в моем доме идут ремонтные работы. Сын не предупредил меня, что вы приедете.

– Он не знает об этом, – пояснила Кэти, неодобрительно посмотрев на сестру. – Я уговаривала Тамару позвонить перед поездкой, но она хотела преподнести ему сюрприз.

Элеонор рассмеялась.

– Могу поклясться, что сын удивится. С тех пор как Рейн вернулся после отдыха, он места себе не находит. Ведет себя как необъезженный жеребец.

Тамара не смогла скрыть краску, залившую щеки. Она не знала, что сказал Рейн матери об их необычных отношениях.

– Он на ранчо? – спросила она, расправляя складку на ярко-желтом платье. Волосы лежали свободными волнами на оголенных плечах. Нервным движением она убрала прядь с лица.

– На заднем дворе, занимается лошадьми. Я пошлю кого-нибудь сказать ему о вашем приезде, а тем временем приготовлю что-нибудь прохладительное.

– Вы не возражаете, если я сама найду его? Кэти умирает от жажды, но мне бы сначала хотелось увидеть Рейна.

Элеонор все поняла и ободряюще улыбнулась.

– Обойдите дом справа и увидите конюшню, а вокруг нее загоны. Рейн скорее всего находится в одном из тех, что расположены слева от конюшни.

– Спасибо. – Тамара тепло улыбнулась матери Рейна и бросила взгляд на сестру – ей не хотелось оставлять Кэти одну.

Элеонор взяла девочку за руку.

– Не волнуйтесь, я уверена, что мы с Кэти поладим. Много времени прошло с тех пор, когда рядом со мной находился подросток, а мне интересно знать, что происходит в их мире.

– Отправляйся, – нетерпеливо приказала Кэти. – Поцелуйтесь и помиритесь!

Тамара снова вспыхнула румянцем и покачала головой, осуждая дерзкое поведение сестры.

– Следи за собой, – мягко повелела она своей воспитаннице. – Я недолго.

Кэти в этот момент шепнула Элеонор, что сестра не проявляет к ней никакого уважения.

С застывшей улыбкой на губах Тамара обогнула веранду и пошла через двор к конюшне. «Что, если...» – эти слова снова завертелись у нее в голове, лишая присутствия духа. Тамара боялась, что Рейн изменил свое отношение к ней.

Она увидела группу мужчин, которые с интересом наблюдали за происходящим внутри огороженной территории. Тамара подошла вплотную к загону, облокотилась на ограду и поняла, что привлекло их внимание. На гигантском злобном жеребце сидел Рейн, и разъяренное животное отчаянно пыталось сбросить седока на землю.

У Тамары сердце остановилось от страха, когда Рейн, не удержавшись на жеребце, грохнулся на землю. Крик ужаса застрял в горле женщины, но тут кто-то из работников подхватил коня под уздцы, а Рейн быстро поднялся на ноги. Тамара облегченно вздохнула: он не пострадал при падении. Правда, воздух огласили его проклятия в адрес непокорной лошади.

Тамара следила за Рейном, который стряхивал с одежды пыль, продолжая браниться. Он был большим, сильным и... очень для нее дорогим. Ее распирало от гордости.

– Эй, Мастерс, – крикнула Тамара, заглушая своим высоким голосом разговоры присутствующих, – вот, оказывается, каким образом ты развил свою склонность к полетам.

Если бы Тамара дожила до двухсот лет, она бы и тогда не забыла выражение лица Рейна, когда его взгляд остановился на ней.

Его темные глаза засветились радостью, губы растянулись в улыбке. Сердце Тамары забилось от восторга. Когда Рейн сделал первый шаг по направлению к ней, каждый нерв, каждая клеточка в теле Тамары замерли в ожидании блаженства.

Приближаясь, Рейн стряхивал пыль с одежды, но его глаза ни на мгновение не упускали Тамару из виду. Она была так прекрасна, что у Рейна перехватило дыхание. Солнечные лучи высветили пряди ее волос и бархатистую кожу оголенных плеч. Платье подчеркивало стройность ее фигуры, вызвав у Рейна приступ желания. Он прогнал это наваждение, подумав, что Тамара приехала с коротким визитом. Рейн не мог скрыть радости, видя любимую снова. Он так скучал по ней, что готов был согласиться на все ее условия. Но она приехала к нему сама!

– Привет, – произнес он, останавливаясь по другую сторону ограды. Его глаза жадно пожирали женщину.

– Сам ты привет, – улыбнулась Тамара, во взгляде которой отразилось все, что переполняло ее сердце.

– Пойдем со мной, – произнес он глухо, легко перемахнув через ограду, и взял гостью за руку. Не обращая внимания на смешки работников, Рейн повел Тамару к конюшне.

Горячая волна охватила все ее существо, а пальцы крепко вцепились в его руку, когда она последовала за ним через открытую дверь сарая. Рейн отпустил ее руку, подошел к металлическому баку, быстро снял рубашку и открыл кран. Вода потекла сильной струей, и Рейн подставил под нее голову и плечи.

Тамара улыбнулась, когда поняла, что Рейн не поздоровается с ней по-человечески, пока не приведет себя в порядок. Ей не терпелось броситься к нему в объятия, но она получала огромное удовольствие, наблюдая за тем, как ее любимый принимает импровизированный душ. На груди Рейна играли мышцы, вода струилась через завитки волос. Каждое его движение говорило о силе. Тамара не могла унять биение своего сердца.

Вытершись насухо полотенцем, он провел пальцами по густым волосам и повернулся к Тамаре.

Его глаза светились любовью и слегка насмешливым весельем.

– Вот теперь я готов поприветствовать тебя по-настоящему, – улыбчиво произнес Рейн.

В мгновение ока Тамара очутилась в его объятиях. Она обхватила руками шею Рейна и прижалась к его груди. Женщина почувствовала крепкие руки любимого на своих плечах, и из ее груди вырвался восторженный стон.

Губы Тамары прильнули к нетерпеливым губам Рейна в горячем поцелуе любви. Их языки встретились, как старые знакомые, лаская друг друга и приводя влюбленных в трепетный восторг. Оба прерывисто дышали.

– Я так сильно по тебе скучала, – пробормотала Тамара.

– Все равно я скучал сильнее, – возразил Рейн, снова овладев ее губами в долгом, глубоком поцелуе. Рейн пробежал губами по ее лицу и ткнулся носом в пьянящую свежесть волос.

Тамара скользнула щекой по жесткой линии подбородка и начала целовать лицо и шею любимого. Наконец, уткнувшись ему в плечо, она удовлетворенно вздохнула.

– Занималась когда-нибудь любовью в конюшне? – пробасил Рейн. Он опустил руки на ее бедра, прижал их к своей возбужденной плоти. Тамара почувствовала его острое желание обладать ею.

– Нет, – ответила она, задержав дыхание. Глаза ее сияли счастьем. – Но боюсь, если мы начнем экспериментировать сейчас, то твоя мама и Кэти организуют поисковую бригаду.

– Кэти здесь? – удивленно спросил Рейн.

Она немного отстранилась и слегка нахмурилась.

– Ты говорил, что она может приехать сюда.

– Разумеется, может, – ответил он, сразу сообразив, что его реакция встревожила Тамару. – Мне очень хотелось, чтобы ты привезла ее сюда, просто не ожидал, что это случится.

– Я никогда не была против, чтобы вы с Кэти познакомились друг с другом поближе.

– Но ты пыталась убедить меня в том, что я не умею обращаться с подростками, и категорически возражала против того, чтобы обременять меня ее присутствием.

Тамара улыбнулась, трогая пальцами его могучую грудь.

– Ты еще можешь передумать, но я свой долг выполнила: предупредила тебя насчет образа жизни Кэти.

Рейн ухмыльнулся и снова поцеловал ее. Ему хотелось получить от Тамары гораздо больше, однако день был в разгаре и на ранчо толпилось много людей. Он снова застонал от блаженства, когда язык Тамары начал игру с его языком. Ему пришлось охладить свой пыл, иначе они зашли бы слишком далеко.

– Пройдем в дом? – предложил он без особого энтузиазма.

Тамара тихонько засмеялась.

Выйдя из конюшни на яркий солнечный свет, они прищурились, а затем, улыбнувшись друг другу, направились к дому.

– У тебя чудесный дом, – сказала Тамара. – Я, правда, еще не была внутри, но внешне он производит впечатление чего-то особенного. У него свой стиль.

Рейн рассмеялся, его голос наполнился гордостью.

– Именно это я и подумал, когда покупал его. – Ему было очень приятно, что дом понравился Тамаре. Рейн еще не знал, что заставило ее приехать на ранчо, но хотел, чтобы визит продлился как можно дольше.

Они обогнули дом, и Рейн увидел пикап.

– Я и не знал, что ты ездишь на пикапе.

– Нет. Просто все наши вещи не уместились бы в моей машине. – Тамара затаила дыхание, пока Рейн переваривал полученную информацию. Выражение его лица не изменилось.

Он поднялся на веранду и повернул Тамару к себе лицом. Встретившись с ней глазами, Рейн осторожно задал вопрос:

– Вы поживете здесь какое-то время?

– Нам бы хотелось побыть у тебя дня два.

– Всего два дня? Немного, – констатировал Рейн. Черты его лица стали жестче. Он был разочарован, но уже решил, что согласится на все, что Тамара сочтет возможным дать ему.

Во рту у нее пересохло, и женщина облизнула губы, обдумывая свои действия. Она искала взгляд Рейна, призывая на помощь всю свою смелость. Опустив руку в карман, Тамара вынула бархатную коробочку и раскрыла ее – внутри лежали два золотых обручальных кольца.

Ни один мускул не дрогнул на его лице. Рейн не мог поверить, что этот жест означает то, чего ему хотелось больше всего на свете Но Тамара тут же развеяла все его сомнения:

– Я люблю тебя, Рейн Мастерс, хочу выйти за тебя замуж и прожить с тобой доконца своих дней. Я была дурой, позволив тебе уйти от меня, и молю Бога, чтобы ты все еще хотел меня. Я подумала: если куплю эти кольца и приеду к тебе, ты не сможешь отвернуться от меня.

– А как же работа? Ты не будешь по ней скучать? И что произойдет с твоим бизнесом в будущем? Ты действительно уверена, что можешь оставить карьеру? – Задавая эти вопросы, Рейн хотел обнять Тамару, сказать, что на все согласен. И все же он должен был твердо знать, что у Тамары не осталось страха перед браком.

– Уходить от дел или заканчивать свою карьеру я не собираюсь, – ответила она, прося глазами понимания.

– Тогда объясни мне свои намерения, – мягко попросил Рейн.

– Я обсудила ситуацию с Гарольдом, своими помощниками и с правлением директоров, – начала Тамара нервничая. Коробочка с кольцами подрагивала в ее руках. – Все они согласились с тем, что мне необязательно постоянно присутствовать в конторе. Дядя заявил, что ему надоело сидеть дома и он с удовольствием уделит делам несколько часов в день. У меня работают люди, которым я доверяю и на которых могу положиться. Им я передам свои полномочия, но принятие главных решений останется за мной. Большую часть вопросов я смогу решать по телефону или присутствуя в офисе день-два в неделю. – Тамара на одном дыхании закончила свою небольшую речь.

Она увидела, что Рейн заметно расслабился, и приблизилась к нему, положив руки ему на грудь. Теперь их разделяла только коробочка с кольцами, зажатая между двумя телами. Надежда и страсть отражались в глазах Тамары, когда она стала объяснять Рейну свои планы, касающиеся совместной жизни.

– Гарольд напомнил мне о том, что мужчина, которого я люблю, – прекрасный летчик, владеющий собственным самолетом. Мы оба надеемся, что он не откажется возить меня на работу.

Глаза Рейна заблестели от переполнявших его чувств, но он не ответил сразу. Тамара подвинулась к нему еще ближе.

Назад к карточке книги "Счастливая пленница"