Текст книги "Невеста вампир для блудливого оборотня (СИ)"

Автор книги: Айза Блэк

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 19 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]

Я хотела знать ответы на все эти вопросы. Хотела видеть его лицо! Я не могла уйти, лишь увидев его сзади. Припав к окну, провела рукой по стеклу, представляя, что ласкаю его по спине.

Хотелось крикнуть: «Обернись!». Но я молчала. Что меня держало, обещание Рафаэлю или обычный страх? Сложно сказать. Я не задумывалась, что изменит наша встреча. И нужна ли она в принципе. Возможно, оставить все тайной – это лучший выбор. Тогда тридцать пять лет назад, я приняла правила. Став вампиром, мы должны разорвать связь с прошлым. Нельзя напоминать о себе близким, друзьям, любимым, вампир исчезает из их жизни навсегда. Я исчезла.

И не только потому, что так сказал дядя. Нет. Тогда я полагала, что любимый не должен видеть, чем я стала, в кого превратилась. Он должен жить нормальной жизнью. У вампира и здорового талантливого человека не могло быть будущего. А предложить разделить ему вампирскую участь со мной – на это никогда бы не решилась. Я похоронила себя в доме Дария. И теперь я сомневалась, правильно ли поступила. Может, нужно было еще тогда рассказать ему все? Не принимать решение одной? Имела ли я право единолично распоряжаться нашей судьбой?

Пока я неотрывно смотрела на его спину, эти мысли кружили в голове. Он словно почувствовал и обернулся. Я могла отпрянуть, спрятаться. И не сделала этого. Наши глаза встретились, он широко распахнул глаза и ахнул, потом помотал головой, не веря, и прошептал:

– Николь! – скорее всего, я походила на призрак в окне. В каком-то смысле это так и было, лишь оболочка, лишь воспоминание, о той жизнерадостной девчонке.

Черты Дена еще больше заострились с годами. Мне не показалось, он сильно похудел. У глаз пролегли лучики морщинок, но взгляд по-прежнему светился озорством и молодостью. Мы смотрели друг на друга, замерев, не двигаясь. Он не верил в происходящее, а я просто любовалась. Для меня он был так же прекрасен, возраст не имел власти над чувством.

Он сделал неуверенный шаг в мою сторону. Я кивнула головой и улыбнулась. Кто-то потянул меня за руку, оттаскивая от окна.

– Уйди, – сама удивилась, насколько злобным был мой голос.

– Не совершай ошибку! – Рафаэль стоял рядом, но так, что его невозможно было увидеть из окна.

– Я так решила! – он не стал меня уговаривать. Отступил во тьму.

Окно распахнулось, и в нос ударил родной запах.

– Николь, это сон? – и голос его ничуть не изменился.

– Не сон, – я растерянно смотрела на любимого, и сама не верила в происходящее.

– Ой, что это я, проходи! – он поспешно отошел от окна, и скрылся из моего виду. Вскоре раздался звук отпираемой двери. Я была в каком-то сладком оцепенении. Нужно хотя бы немного взять себя в руки. Пошла к двери, Ден стоял на пороге, заключил меня в объятия. – Столько лет, я уже не верил, что это может произойти! – шептал мне на ухо.

– И я не верю…

– Пошли в дом, – он разжал объятия и ухватив меня за руку потащил внутрь. Провел на кухню, усадил на стул, и сел рядом со мной, продолжая сжимать мою ладонь. – Ты стала еще прекрасней!

– Нет, Ден, не стала, – горько улыбнулась. И тут меня озадачила странная догадка. Он не спросил почему годы не оставили отпечатка на моем лице, не удивился, что я жива? А ведь, тогда я просто исчезла, и после тех кровавых событий, самое логичное объяснение – меня больше нет в живых. Я пребывала в уверенности, что любимый так и решил. Да, он удивлен, но больше моим появлением. – Ты не удивился, что я жива? – осторожно спросила, и тут же одернула себя. А жива ли я на самом деле? Можно ли назвать это жизнью?

– Я знал, что ты тогда не погибла. Ты вампир, ведь так? – он сказал, счастливо улыбаясь, и ни ужаса, ни страха в глазах, ничего.

– Откуда? – смогла выдавить из себя, только одно слово.

– Николь, я ученый. И после того случая, я начал изучать все, что у нас называют сверхъестественным. Начал с оборотней, ведь именно это существо тогда на нас напало. Потом постепенно дошел до вампиров. Я всю жизнь положил, пытаясь узнать больше. Как же хорошо, что ты пришла! – он начал целовать мои пальцы.

– А про меня, как догадался? – он настолько ошарашил меня, что я не могла уловить не одной мысли у себя в голове.

– Я тогда увидел, кто тебя спас. Когда он тебя уносил, ты дышала. Но с такими ранами ты бы не выжила. И единственный способ тебя спасти, сделать одной из них. Конечно, что тебя спас вампир, я понял гораздо позже. Тогда я просто опешил. И как теперь вижу, мои догадки оказались верны! – морщинок у его глаз стало еще больше, Ден просто сиял, неотрывно глядя на меня.

– Но ведь меня могли не спасти? – он говорил складно, но нехороший червячок сомнений медленно закрадывался под кожу.

– Эту мысль я даже не рассматривал. Николь, иначе бы я не выжил! Осознание, что ты жива, спасена, давало мне силы к существованию. Я посвятил себя исследованиям, и твое имя всегда было у меня на устах! – он так искренне и восхищенно смотрел на меня, что хотелось побыстрее отогнать все недобрые сомнения.

Глава 41

– Ты выбрал жизнь отшельника? Живешь тут один в глуши на окраине, зачем? – я осеклась, ведь и я точно так же прожила эти годы. До недавних событий.

– Я живу не один, – он расплылся в довольной улыбке. – Сейчас я вас познакомлю с Бертой, – любимый встал и довольно бодрой, для его возраста, походкой прошел к двери. Он так рад познакомить меня со своей женщиной? Все очень странно. Но тут раздался оглушительный свист, такой сильный, что я поежилась, а голову сдавило железным обручем. Ден издал отвратительный звук еще два раза, и после вернулся на кухню.

– Ты зовешь свою женщину свистом? – вопрос прозвучал глупо. Я была напрочь сбита с толку необычной встречей.

– Можно и так сказать, – он лукаво прищурил глаза. – Она сейчас на охоте.

За моей спиной раздался толи рык, толи писк. Обернувшись, увидела собаку, огромного черного добермана с коричневыми подпалинами. Она внимательно меня изучала, замерев на месте как вкопанная. Мне стало не по себе. Я ничего не имею против собак, даже их люблю. Но доберман была вампиром. Ее огненно красные глаза вызывали ужас. Первое сравнение, которое пришло в голову – собака ада.

– Она вампир! – это я уже воскликнула вслух. Я ко многому была готова, многое видела, и мир оборотней и вампиров, не был для меня диковинкой. Но подобное создание вызывало смесь недоумения и ужаса.

– Да! Берта очень добрая, не бойся ее. Она на людей не кидается, питается от живности на охоте, – Ден говорил все тем же дружелюбным голосом, словно ничего необычного и не было. – А так она почти ничем не отличается от обычной собаки. Спит у моих ног в постели. Охраняет дом. И как может, скрашивает мою жизнь, – он подозвал существо к себе, и стал с любовью гладить ее по голове.

– А не проще ли было завести обычную собаку? – его поступки не укладывались в голове.

– Нет, – он вмиг посерьезнел. – Больше смертей и потерь я не переживу. Эта собака будет со мной до скончания моих дней. – Николь, я не могу видеть, как уходят те, кого мы любим. С меня хватит.

Возразить, что его поведение ненормально, у меня язык не повернулся. Могу ли я его в чем-то винить или упрекать? Если у него и появились странности, то в этом очень большая доля моей вины. Неужели я настолько сломала ему жизнь, что теперь общество собаки вампира кажется ему идеальным?

– Неужели за эти годы тебе не хотелось с кем-то построить отношения? – сказала очень мягко. Я все еще видела в его глазах, отголоски того молодого парня.

– Николь, а кто мог сравниться с тобой? Я полюбил раз, и поклялся пронести свое чувство до могилы. У меня в жизни были две вещи ты и наука. Потеряв тебя, я посвятил себя исследованиям. Ну и позже появилась Берта, – он наклонился и поцеловал собаку в голову. – Уже не так скучно вечерами, есть с кем поговорить.

– Прости меня, что тогда пропала. Мне следовало дать тебе весточку. Это было очень жестоко! – растоптанная жизнь, сломанная судьба, разве он этого заслуживал?

– Все хорошо, любимая! Я знаю правила, став вампиром ты была вынуждена порвать все связи с прошлой жизнью. Тем более как новообращенная, думаю, ты не имела силы противостоять своим создателям, – он взял меня за руку, и слегка сжал пальцы. Его прикосновения ничего не затрагивали. Не было внутреннего трепета, не было того странного тока, как с волком. Почему? Неужели вампиризм настолько меня изменил? Человек, о котором я грезила столько лет, сидел передо мной, а мне не хотелось его обнять, не хотелось прикасаться. Мое сердце было переполнено жалостью и тупой болью. – Как ты провела эти годы?

– Даже рассказать нечего. Почти не выходила на улицу. Сидела в доме и оплакивала нашу несостоявшуюся любовь, и свою законченную жизнь, – грустно улыбнулась.

– Зря ты так. Да, были потери, но ты и обрела многое. В каждом положении есть свои положительные стороны. Ты так же прекрасна, и ничего не изменится спустя сотни лет. Перед тобой открыты все горизонты! – что-то ранее мне неведомое загорелось в его глазах.

– Не знаю, что ты там исследовал. Но все не так радужно, как ты описываешь. Я бы предпочла прожить тихую жизнь с тобой. А не с головой окунаться в абсолютно новый мир, который как бы существует параллельно от людского, – одиночество его не пощадило, странности Дена, все больше меня пугали.

– Все еще возможно, любимая! Пока ты осваивалась в новой для себя роли, я тоже не сидел сложа руки! Еще не так много времени осталось, и думаю, я помогу осуществить твою мечту! – он радостно потер руки.

– О чем ты?

– Нет, еще рано. Мне необходимо чуть больше времени! Просто доверься мне. Если ты пришла, значит, сейчас стала свободней, и можешь меня изредка навещать?! – это была радость или некая форма безумства, я не понимала.

– Сложно сказать, – почему-то я не смогла сказать про замужество. – Но сегодня мне просто необходимо было тебя увидеть.

– Мы бы все равно встретились! Поверь мне, ты лишь слегка ускорила процесс, – он весело подмигнул, и стал вновь целовать пальцы на моей руке.

– У тебя был какой-то план? Ты знал, где меня искать? Ден, что происходит? – я покосилась на собаку, мирно сидящую у его ног и сверлящую меня огненными глазами.

– Я верил – ты жива, и это давало мне силы искать ответы, и я приблизился к своей цели.

– Ты хочешь стать вампиром, – я высказала единственную логичную догадку, которая пришла мне на ум.

– Нет, любимая. Это было бы слишком просто. А ученый не ищет легкого пути! Стань я вампиром, я был бы слаб. Твои… – он на несколько секунд задумался, вероятно, подбирая нужное слово, – Защитники, быстро бы меня уничтожили. Нет. Тут надо действовать наверняка, – он подскочил и поцеловал меня в обе щеки. Губы Дена оставили холодные отпечатки на коже.

– Как действовать?

– Еще не время! Позже все узнаешь, и поверь эти тридцать пять лет, не такая высокая цена, за то что мы в итоге получим, – мне от него ничего более конкретного сегодня не добиться. Хотя я больше была склонна думать, что это разыгравшаяся фантазия на фоне беспросветного одиночества.

– Мне пора, очень рада была повидаться! – я вымученно улыбнулась. Разговор эмоционально меня вымотал. Надо было время, чтобы все обдумать и разобраться в себе.

– Конечно, конечно, понимаю! Ты заходи, я всегда тебя жду, моя Николь!

Ден проводил меня до двери, и махал мне рукой, пока я не скрылась из виду. Я шла в темноту, даже не смотря на дорогу. Что-то разорвалось внутри, я что-то потеряла, или наоборот осознала. Странные ощущения сдавливали душу.

Рядом возник Рафаэль.

– Довольна? – в голосе не было злости и осуждения.

– Не знаю. У него живет собака-вампир.

– Видел. Только сегодня увидел. Он не поддается гипнозу. Ему нельзя стереть память, – он говорил так тихо, что даже я его еле расслышала.

– А что ты о нем знаешь? Ты ведь следил? – я впервые посмотрела на Рафаэля, и ничего не увидела во тьме, кроме фиалкового света.

– Наблюдал изредка, ради тебя. Но я не ходил за ним по пятам.

– Больно на него смотреть. И именно я сгубила его жизнь, – вампир обнял меня, и стал гладить по голове.

– Николь, вещи далеко не всегда такие, какими кажутся на первый взгляд, – раздался его успокаивающий шепот над ухом. Рафаэль укачивал меня, забирал тревоги, прояснял сознание. – Домой? – я только кивнула головой, еще сильнее прижавшись к нему, подсознательно пытаясь укрыться от тайн, которые как коршуны кружили над моей головой.

Глава 42

Рафаэль довел меня почти до ворот. Еще была глубокая ночь. Могу ли я называть это место своим домом? Вряд ли. Но и дом Дария не подходил под это определение. Я как неприкаянная душа, нигде мне нет покоя, нигде не найти гармонии. Цепляясь за прошлое, пыталась сохранить островок равновесия. И этот путь оказался шатким. Встреча вскрыла старые раны и нанесла новые. Теперь я и вовсе не понимала, как дальше существовать.

Плавая на волнах грусти, я пересекла устрашающие ворота. Зачем я сюда возвращаюсь? Если месть во мне давно угасла? Что меня тут держит? Поток моих размышлений прервал неестественный порыв ветра, да такой сильный, что я еле устояла на ногах. И в тот же миг стальные руки захватили меня в свое кольцо. Только через несколько секунд, я сообразила, что волк меня обнимает, сильно, и кажется, даже радостно. Я так и замерла как столб, погрузившись в его теплоту.

– Ты где была? – хрипло шепнул мне на ухо.

– Вы сами сказали, что я тут не пленница, – он стал вести себя странно. Уткнулся носом мне в шею, плечо, потом понюхал щеку, и не было в этих жестах ничего человеческого. Потом резко отпрянул, и внимательно посмотрел на меня. Глаза красные, движения нервные.

– Спрошу иначе, с кем ты шлялась? – голос все еще хриплый, но уже куда громче.

– Какое это имеет значение? – я пожала плечами. – Я у вас не спрашиваю отчета, и не имею намерений отчитываться сама.

– Если ты думаешь, что я буду спокойно смотреть, как ты таскаешься к своим любовникам, ты сильно заблуждаешься! – он взял меня за руку и потащил в дом. Я не стала сопротивляться, хотелось просто упасть на кровать и забыться. И уж явно в мои планы не входило выяснять отношения с волком.

– Вы еще напомните, что вы мой муж, – смех у меня вышел нервным.

– Напомню, если надо, – от его рыка мурашки побежали по спине.

– Да, да и мужу можно все, а жена должна сидеть дома, покорная и молчаливая. Как там Милана поживает? – у меня все тело завибрировало от его энергии бегущей от его руки по коже, теплый жар с примесью гнева.

Мы вошли в мою комнату, он закрыл дверь, усадил меня на диван, присел около меня на корточки, и заглянул в глаза.

– Николь, я волновался, – голос был на удивление спокойным, куда-то испарился его гнев. – Прости, что накинулся на тебя с порога, – я уставилась на него, хлопая глазами. Поразила мгновенная перемена настроения. – Ты права, если хочешь что-то изменить, надо начинать с себя. Завтра Милана покинет это дом, – он смотрел на меня пристально, слишком интимно, словно ничего важнее моего лица, для него в мире не существовало.

– Да, мне следовало предупредить вас, оставить записку, – в его глазах играли искры солнца, слова застревали у меня в горле. – Вы решили удовлетворять свой… ммм… голод… не в этом доме?

– После нашей ночи я ни с кем не был, – он не касался меня, хватало его взгляда, который был красноречивее любых прикосновений.

Новость меня озадачила. Нет, он точно не врал. Только дело в его природе, если он не получит это от меня, ему рано или поздно придется пойти на зов плоти. А я уж точно не собиралась повторять ту ночи. Хотя даже такая его выдержка поражала, если учитывать, что готовое к телесным утехам тело всегда было под боком. Это я и озвучила:

– Дело времени. Голод возьмет свое. Это как я буду убеждать себя, что не выпью кровь, но в результате я все равно пойду питаться, – я постаралась донести мягко, что на меня в этом вопросе лучше не рассчитывать.

– Я не намерен этого делать, – твердость и сила несокрушимого камня ощущались в его словах. – Николь, с кем ты была? – он резко сменил тему, глядя на меня все тем же теплым взглядом.

– С Рафаэлем. После визита вашего брата я хотела прогуляться. Мне необходимо было дружеское плечо, – о встрече с Деном я и не подумала рассказать.

– Что тебя с ним связывает? Чувства? – его спокойный голос, убивал в зародыше любой мой гнев.

– Он опекает меня, он друг, я ему доверяю. Мы не любовники, если вы спрашивали об этом, – я начала задыхаться от его близости. Что он со мной делает?

– А второй запах, человеческий? – он не повысил голоса, но я ощущала еле сдерживаемое напряжение. Волк чувствовал гораздо больше, чем мне хотелось.

– Мы были на улице среди людей. Мало ли там запахов? – я постаралась, чтобы мой голос, прозвучал убедительно и непринужденно.

– Ясно, – кажется, он мне не поверил. – О чем вы говорили с моим братом? – этот допрос когда-нибудь закончится?

– Он хотел, чтобы я выполняла какие-то его указания. Рассказывал, что вы слабый альфа, и необходимо расширять границы. Вел себя отвратительно, нагло, нахально, – тут мне врать не пришлось, при воспоминаниях о Дамире, меня охватила волна отвращения.

– И что ты ему ответила? – волк резко поднялся, одним плавным и грациозным движением и теперь взирал на меня сверху.

– Прогнала его, – про то, как его брат корчился на полу, я не стала упоминать.

Оборотень снял футболку, и остался в одних джинсах. Я отодвинулась назад. Он что решил, что я буду его удовлетворять? Видно страх отразился на моем лице, потому как он поспешно произнес:

– Я не трону тебя. Просто подойди ко мне, – я с опаской поднялась, и сделала, как он попросил. – Присмотрись внимательно, – он пальцами показал на свои татуировки. Сначала я видела только различные рисунки, а потом уже стали вырисовываться шрамы. Они были искусно спрятаны мастером, и не зная, их сложно разглядеть. Все тело оборотня, так или иначе, было исполосовано отметинами.

– Откуда у вас столько шрамов? – я подняла голову, он по-прежнему был слишком спокоен. В таком состоянии, сложно даже предположить, что ожидать от волка в следующий момент.

– Это последствия предательства моего брата. Поэтому, прошу, не говори с ним, не пересекайся. Он с легкостью может подставить под удар, и спрятаться в кусты, – лишь на миг, в дальних уголках его глаз отразилась боль, пусть раны на теле зажили, но душа его все еще кровоточила.

– Как это произошло? – мне очень хотелось узнать подробности. Наш разговор прервал звонок его мобильного. Оборотень, достал из кармана телефон, и ответил. Он не отошел в сторону, и разговор был слышен отчетливо.

– Вардан, у меня плохие новости… – если не ошибалась, звонил его отец.

– Что случилось? – волк, устало вздохнул.

– Наиль убит у себя в хижине. Снова перерезано горло…

– Его невозможно убить ножом! От таких травм колдун не мог… – оборотень тяжело сглотнул, так и не закончив фразу.

– Значит, это был не простой нож. Сынок… его больше нет…

– Кто его нашел?

– Наши, приехали для какого-то ночного ритуала, а он там лежит в саду…

– Мы завтра будем… на месте поговорим… – волк швырнул телефон на диван.

– Это тот колдун, что нас поженил? – я не знала, как себя вести в данной ситуации. Что спрашивать, говорить? Глаза волка наполнились непролитыми слезами, а все мое тело вибрировало от его нарастающей боли.

– Да. Он мне был, как отец… нет… ближе… – он долго стоял и смотрел в стену, не двигаясь, даже не моргая. Потом медленно перевел взгляд на меня, – Отдохни, Николь, наберись сил, завтра утром мы поедем туда вместе.

– Зачем мне ехать?

– Посмотришь место… может, что-то почувствуешь… и в целом… мне надо тебе многое рассказать… – он говорил рваными фразами, отчаяние чувствовалось в каждом звуке. Потом резко повернулся и вышел, не сказав больше ни слова. А в комнате все еще ощущались отголоски его боли.

Глава 43

Рафаэль смотрел вслед уходящей Николь. Сегодня он допустил слабость. Нельзя было поддаваться на ее уговоры. Но все что касалось этой девочки, вызывало трепет у него в душе. Проводив ее стройную фигурку взглядом, он скрылся в темноте. Сегодня еще нужно было увидеть Дария.

До определенного времени глава клана его вполне устраивал. Он был в меру жесток, справедлив, и не допускал ненужных кровопролитий. Умел приструнить вампиров, и блестяще справлялся со всеми проблемами клана. Уже около двухсот лет, они с Дарием жили бок о бок. Рафаэль знал о вампире все, о себе же он скрывал главное – возраст и силу.

Будучи старше главы клана, он вполне мог сам возглавить общество вампиров. Только ему больше нравилось оставаться в тени, сохраняя свободу для своих маневров. Рафаэль научился прятать половину своих способностей, искусно скрывать возраст. Так что никто и ни в чем не мог его заподозрить.

И если бы не Николь, скорее всего положение вещей переменилось бы не скоро. Именно из-за нее зрел конфликт. И рано или поздно ему придется выбрать стороны, возможно даже развязать войну среди вампиров. Рафаэль, не задумываясь, готов был пойти на крайние меры ради нее. Воспоминания перенесли его в недалекое прошлое. Для его слишком долгой вампирской жизни – этот отрезок времени был сущий пустяк.

Что в роду Дария должен родится необычный ребенок, они знали еще до ее зачатия. По их подсчетам, именно в этом поколении, его род силы должен произвести уникальное дитя. И чтобы обезопасить будущую мать, Дарий поручил Рафаэлю следить за женщиной.

Почему-то именно это поручение сразу затронуло его чуждое к эмоциям сердце. Он приблизился слишком близко к матери Николь. Подружился с ней и всячески опекал. Отец ее часто пропадал в служебных командировках, и все заботы о беременной вампир с радостью взял на себя. Женщина и не подозревала, кто рядом с ней находится, считая его немного странным другом. Рафаэль окружил ее заботой и теплотой, ходил с ней к врачу, и сопровождал на прогулках, приносил в дом еду, и развлекал беседами.

Когда до родов оставалось еще больше недели, будущий отец как всегда был в отъезде, у женщины отошли воды. Рафаэль был рядом, и именно он принял роды, он взял новорожденную на руки, и не знавшее любви сердце дрогнуло. В тот миг, первая и единственная слеза скатилась по его щеке. Он поклялся, что пока жив всегда будет ее оберегать и защищать. Пойдет против целого мира, но сделает ее счастливой.

Он держал малышку на руках, не отдавая даже матери, вплоть до приезда скорой. Любовался маленьким сморщенным личиком, и в душе разливалась щемящая нежность. Он любил ее во сто крат сильнее, чем родной отец. Не имея возможности иметь собственное потомство, именно в ней он увидел свою дочь. С годами его отцовские чувства только крепли. Он сделал многое, чтобы обезопасить Николь. Вот только круг зла над ее головой не так просто разрушить, а он к сожалению не всесилен. Слишком много черноты сгустилось на девчушкой. И от этого ему было не спокойно.

Ни одна женщина не смогла проникнуть в сердце Рафаэля, он всегда оставался тверд и непреклонен. Уже смирившись, что любовь в его случае невозможна. Всего себя он посвятил внезапно возникнувшим отцовским чувствам.

Вынырнув из воспоминаний прошлого, он прошел в офис Дария. Что вампир сейчас на работе можно было не сомневаться. А может оно и к лучшему, жить без второй половины? Промелькнула мысль в голове. Вон Дарий полюбил, и слишком болезненна теперь его расплата. Проскользнув в его кабинет, он замер, разглядывая главу клана. Отпечаток нечеловеческой боли, как клеймо застыл у него на лице. Рафаэль понимал, мотивы поступков Дария, мог и оправдать, но даже это не аргумент дать в обиду его малышку Николь. Дочурку, так он называл ее только в своих мыслях.

– Как там новобрачные? – Дарий даже не повернул головы, чувствуя его присутствие.

– Нормально, – он подошел ближе.

– Я знаю, что она раскрывается, – он внимательно посмотрел в фиалковые глаза.

– Еще рано делать прогнозы, – для начала он хотел потянуть время, хотя бы попытаться.

– Звездный час близок, – глаза вампира загорелись зеленым пламенем, там полыхала ненависть и одержимость местью. – И можешь даже не пытаться меня убедить в обратном, – он криво ухмыльнулся.

– Если все пойдет несколько иначе, если там все по-настоящему? – он обогнул стол, и стал напротив сидящего Дария.

– Тем лучше все получится, на осколках чувств костер ненависти горит еще ярче, – он широко улыбнулся, но движения губ, не могли спрятать ненависти бушевавшей в глазах.

– Ты ведь сам прошел через это? Неужели хочешь страданий, той в которой течет твоя кровь? – Рафаэль превратился в статую, он не позволял и мускулу дрогнуть на своем лице.

– Она станет сильной. Получит огромную мощь. Ей будет подвластно все. А через пару сотен лет, еще поблагодарит меня за все. Или же сгорит от собственной глупости. Я готов рискнуть, – нет жалости и состраданию никогда не пробиться сквозь сердце утопающее в страданиях. Рафаэль понимал, Дарий не хотел оставаться наедине со своим горем, и жаждал разделить его с кем-то. Осознание, что кому-то также тяжело как и ему, принесет ему извращенное удовольствие.

Рафаэль ничего ему не ответил, повернулся и направился к выходу. Глава клана, чуть громче обычного сказал ему в спину:

– Я меня еще новости. Говорил с Каримом только что. Кто-то прикончил их колдуна. Они первым делом подумали на нас, – теперь его голос приобрел деловой тон.

– Второе нападение на оборотней… – Рафаэль остановился и вновь посмотрел на вампира.

– У нас тоже потери, убили Бернарда. Ножом аккуратно вырезали сердце, – Дарий сложил руки на столе.

– Кто-то сталкивает нас всех лбами. Не выгодно перемирие или есть еще более глубокие мотивы, – новость его не удивила, он что-то подобное предполагал, после нападения на оборотня во время торжества.

– Вот и займись этим, я хочу первый узнать, что за тварь путает мои карты, – Рафаэль оставил реплику без ответа, и не прощаясь покинул кабинет Дария.

Глава 44

Я проснулась от дикого крика, создавалось ощущение, что кого-то режут и сдирают кожу живьем. Утробные завывания, в которых боль лилась беспрестанным сплошным потоком. Я поежилась в постели, от неприятных ощущений. Чужая боль была настолько осязаемой, что ускоряла биение моего собственного сердца.

Поспешно накинув халат, я вышла из комнаты. Кричала Милана, и даже при моем слухе я могла разобрать лишь отдельные слова в ее нечленораздельном бормотании. Казалось, еще немного и она захлебнется своими рыданиями.

Оборотень вчера сказал, что ее не будет в доме, но ведь он не уточнил, каким способом женщина покинет его стены? Память услужливо подсказала, увиденную не так давно картину, озверевших волков и окровавленных девушек. Дальше мое воображение рисовало сцены одну кровавей другой. Когда я открывала дверь комнаты, откуда доносились крики, я уже была готова увидеть наполовину растерзанное тело.

– Ты не можешь так поступить! Не имеешь права! – первая более менее понятная фраза, которую я услышала.

Да, порой мы сами готовы поверить в реальность, нарисованную в своем воображении. Я даже удивилась, что открыв двери не заметила ничего, из того, что так усердно представляла. Комната была большая с персиковыми стенами, тут царил полный разгром, при моем появлении в стену полетела ваза, со звоном рассыпавшись на мелкие кусочки.

Вардан стоял у окна, руки сцеплены сзади. Стоял и не двигался, спокойный, и лишь по движению мышц на руках, можно было определить напряжение во всем теле. Чуть дальше стояли еще два оборотня. Один из них – Стен, к которому еще не так давно подкрадывалась смерть. Сейчас на его щеках играл здоровый румянец, ни следа недавнего происшествия. Второй волк был мне не знаком, высокий, крепкий, с длинными каштановыми волосами, забранными в хвост. Они стояли, не двигаясь, наблюдая за Миланой.

Она же продолжала швырять предметами в их сторону, рвала в клочья одежду, она была настолько поглощена своей истерикой, что не заметила моего появления.

– Вардан, не поступай со мной так! Я не смогу жить без тебя, ты хоть это понимаешь?! – она упала на колени, руками вцепилась себе в волосы и раскачиваясь из стороны в сторону запричитала, – Я просто умру без тебя, умру…

– Милана, возьми себя в руки. Ничего страшного не происходит. Я купил тебе красивый дом, на твоем счету хороша сумма, ты можешь жить, как хочешь. И я не единственный оборотень, – волк говорил спокойно, но угадывались нотки раздражения. Он посмотрел в мою сторону, и кивнул, слегка улыбнувшись, в знак приветствия. Я ответила тем же. По-хорошему мне бы уйти, раз я убедилась, что никто женщину не терзает, но что-то заставило меня остаться и продолжать взирать на истерику.

– Ты и правда считаешь, что кто-то может тебя заменить?! – раздался отчаянный вопль, и в сторону волка полетела деревянная расческа. – Что ты в ней нашел? Хочешь, я ради тебя тоже обзаведусь клыками, раз теперь тебя привлекают упырихи? – она вновь запричитала, и стала до крови царапать себя руками.

– Не неси чушь. Довольно истерик. Ты знала, что наша связь может прерваться в любой момент. Давай не будем все омрачать. Возьми себя в руки, и тебе помогут собраться, – он говорил, а смотрел при этом на меня, кажется, ему было стыдно за эту сцену.

– Ради истинной! Это одно! Но ты променял меня на… – тут она, к сожалению, заметила меня, – Ты… ты… приперлась, танцевать на моем горе! Довольна тварь! Ничего, придет мой час, я еще проткну колом то дерьмо, что у тебя вместо сердца! – она кинулась в мою сторону, растопырив руки. Стен среагировал быстро и перехватил визжавшую женщину, а второй волк, достал откуда-то шприц, и что-то вколол ей одним быстрым движением.

Милана повисла на руках на оборотня, но ее глаза полные ненависти и боли смотрели на меня. Она прошипела тихо и сдавленно:

– Зачем он тебе? Ты же не любишь его?!

– Что вы ей вкололи? – это было первое, что я произнесла с момента появления в комнате.

– Не беспокойтесь, всего лишь успокоительное. Иначе, она могла себя покалечить. Я первые дни буду с ней, и прослежу, чтобы Милана, смогла адаптироваться к новым условиям, – ответил высокий оборотень.

– Милана не теряй рассудка. Ты молода и красива, все жизнь у тебя еще впереди, не угробь ее! – Вардан смотрел на нее с сожалением, а где-то в глубине глаз угадывалось чувство вины.

Мне по правде было тоже ее жаль. Чувства этой женщины были искренни, и удушающая боль была слишком сильной. И все же я была рада, что она покидает этот дом. Почему? Раз я не строила иллюзий насчет своего мужа? У меня не было ответов. Я просто не хотела, чтобы рядом с ним были женщины. И это неправильно, раз я не собиралась быть ему полноценной женой.

–

– Нельзя предавать любовь, – она прошептала заплетающимся языком.

– У тебя не любовь, зависимость, одержимость, но только не настоящее чувство, – он покачал головой и грустно посмотрел на меня, словно пытаясь что-то передать взглядом.