Текст книги "Измена. Неравный брак (СИ)"
Автор книги: Айрин Лакс
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 7 страниц)
Глава 5
Ждана
– Эрнест Юрьевич, добрый вечер. Ради бога, простите, я сейчас все уберу… – залепетала Елена.
На шум из служебного помещения вылетела недовольная хозяйка заведения.
– Что ты перед ним стелешься? – отчитала она Елену. – У нас клиентка пострадала. Ты только посмотри, как она напугана, платье испорчено! – развернулась юлой в мою сторону. – Извините, ради всего святого. Этот ужин будет за счет заведения.
Снова в сторону моей побледневшей подруги:
– Пусть здесь все уберут! Немедленно! Карту постоянного клиента оформи! – продолжила она распоряжаться. – С максимальной персональной скидкой. От меня, как для своих!
Ни я, ни Елена, ни даже злой мужик не успели вставить ни одного слова.
Тем временем хозяйка заведения развернулась в его сторону:
– Я все видела. Это был ты… Ты опрокинул столик! Ты тоже извинись, дорогой!
Мужчина тер пах. Крем жирный. След на ширинке стал еще больше.
– ИЗВИНЮСЬ, хватит мне указывать! – зарычал он и склонился в шутовском поклоне передо мной. – Извините. Сударыня. Достаточно?
В другой раз я бы с ним конфликтовать не стала.
Под горячую руку попасть никому не желаю.
Но…
Только не сегодня.
Сегодня я воинственно приподняла подбородок и встала, продемонстрировав весь масштаб катастрофы.
– Извините и все? Вы на мое платье посмотрите! На нем повисли остатки салата, остались следы масла и соуса. Платье испорчено! Вы хоть знаете, сколько стоит это платье?! И чай пролился в новую сумочку!
– Ради бога, простите… – пролепетала хозяйка кафе.
Вокруг меня суетились, словно вокруг принцессы. Мужлан еще раз взглянул на меня хмуро и растер лицо большой ладонью.
– Твою мать. Что за день-пиз…
– Эрнест!
– День-дребедень, – исправляется мужлан. – Ладно. Мой косяк. Признаю… – смотрит на меня, махнув. – Поехали.
– Это вы мне?!
– Ага. Поехали.
Вот это номер…
– Куда?
– Куплю тебе такое же платье и сумочку. Надеюсь, после этого конфликт будет исчерпан.
– Ииии… – настойчиво протянула хозяйка, топая носком туфельки.
– И приношу свои искренние извинения, в надежде, что репутация заведения моей дражайшей супруги не пострадает, – добавил угрюмо. – Ничего не упустил?
– Прошу, примите наши искренние извинения, – добавляет супруга.
Ладно, пусть купят мне новое платье и сумочку взамен испорченных вещей…
– Прошу, – взмахнул рукой мужчина. – Как тебя. То есть… вас зовут?
– Ждана.
– Эрнест, – отозвался он.
– Людмила Андреевна, – представилась хозяйка заведения и сунула мне свою визитку, шепнув. – Если что-то пойдет не так… Что угодно, звоните! – скользнула уважительным взглядом по моему испорченному платью.
Все-таки вечна истина: встречают по одежке.
Стоило прийти в платье, которое стоит целое состояние, и со мной носятся, словно с наследной принцессой.
***
– Прошу!
Эрнест распахивает передо мной дверь брутального гелендвагена, занимает место за рулем.
Невольно бросаю взгляд на его брюки.
– Мы так и поедем?
– А? – спрашивает он. – Ааааа… Точно! – хлопает себя по ляжкам. – Щас, пару сек подожди?
Он вылезает из машины. Но только для того, чтобы распахнуть заднюю дверь. С удивлением наблюдаю за действиями мужлана через зеркало заднего вида.
Эрнест схватился за ширинку и дернул ее вниз.
Ого…
Через миг он остался в одних трусах.
Моему вниманию предстали крепкие, волосатые мужские бедра. Черные плавки ничего не скрывали, и я стыдливо отвела взгляд в сторону и невольно сглотнула.
Что за… стриптиз?!
На парковке, млин!
На этом Эрнест не остановился и быстро принялся расстегивать рубашку.
Черт меня дернул посмотреть еще разочек!
Теперь мужлан красовался без рубашки…
Мне стали видны татуировки на груди, на руках, даже на шее. Чего я, конечно, не сразу заметила. Но сейчас… жар залил мое лицо, и я невольно поерзала, чувствуя себя немного не в своей тарелке, мягко говоря.
Сложен Эрнест был замечательно – мускулистый, крепыш с красивым торсом и мощной грудью.
Так, хватит пялиться…
Я начала смотреть впереди себя и только туда.
Через минуту мужчина снова занял место за рулем. Он переоделся в футболку и спортивные штаны, на ногах красовались кроссовки.
– Хорошо иметь при себе одежду для трени, – пояснил он. – Куда едем?
– Домой, – почему-то ответила я.
Больше всего мне сейчас хотелось оказаться именно в домашней, спокойной обстановке.
Мужлан засмеялся:
– К тебе или ко мне?
– Что?! Так, стоп! Что за шуточки.
– Не боись, отвезу я тебя домой. Но сначала ущерб возмещу, как и обещал. Я слов на ветер не бросаю. Где платье покупала?
Я назвала адрес.
Машина тронулась с места, мы поехали в бутик.
Молча.
– Можешь выбрать музыку или радиостанцию, – соизволил снизойти басом Эрнест.
Сказав это таким тоном, будто делал одолжение…
Но музыку я включить не успела, на телефон Эрнесту пришло сообщение, которое сразу же воспроизвелось… на громкую.
Весь салон залил довольно веселый мужской голос.
– Чё, как ты, приятель? Старуха тебе еще не весь мозг выпилила? – рассмеялся.
Эрнест заерзал, бросив на меня хмурый взгляд. Но и выключить быстро у него не получилось.
Потому что едва он потянулся за телефоном, как тот выскользнул и упал на пол, и соседняя машина решила подрезать, довольно опасно.
– Нашел, с кем советоваться! Я вообще с тебя реву от смеха. Женился на ведьме, надо было паспорт спрашивать сначала, теперь высосет она с тебя все соки! Мозги то уже высосала! Ха-ха-ха! – заржал.
Наконец, все перестроились, куда нужно. Эрнест поднял телефон и отключил его от воспроизведения аудио.
Надо же, как забавно: у меня муж намного старше, а у Эрнеста, похоже… жена! Хотя по ней не скажешь – стройная, очень ухоженная… Сам Эрнест выглядит довольно зрелым.
– Жена меня старше, – скрипнул зубами. – Так вышло. Свой возраст она… кхм… скрыла. В паспорт я ей не заглядывал. Потом как бы… уже стремно заднюю включать… Когда серьезно лыжи навострил.
– Да, возраст это не главное. Любви все возрасты покорны, – отвечаю довольно сдержанно. – У меня супруг старше.
– То другое. Почему-то когда наоборот… – пыхтит недовольно. – Это становится предметом для тупых шуточек.
– Значит, пора сменить окружение, и шуточек не станет.
– Ради бабы всех друзей бросить, что ли? – качает головой.
– Ради любимой, – поправила я. – И что это за друзья, которые не уважают ваш выбор?
– Те, которые говорят, что у них на уме и не лгут? – как-то чересчур напористо интересуется Эрнест.
Что за напор и яркие, полыхающие взгляды?!
– Вы со мной сейчас поспорить хотите? Или что?!
Какой сложный мужик, с ним же невозможно даже поговорить, неудивительно, что они с женой ссорились, как кошка с собакой!
– Нет. Но…
– Со мной спорить не стоит. С друзьями спорьте, если вы такой любитель споров! Я же считаю, что любое мнение можно донести корректно, не обижая при этом дорогих тебе людей, будь это любимые, друзья или родственники. Не стоит поднимать копья и ломать их, доказывая собственную правоту. Ведь все люди разные. Кому чай, кому кофе…
– Так-то, да… – немного расслабляется мужлан, посмотрев на меня.
В глазах мелькнул интерес и капля уважения.
– Ладно, сорри. День нервный. Срываюсь по пустякам… Но платье я тебе возмещу и подкину, куда следует…
***
Эрнест не поморщился, отстегнул кругленькую сумму за испорченное платье и сумочку. Уже на выходе из бутика мне вручили комплимент – небольшой букет цветов, оформленный в симпатичную корзинку, и карту постоянного покупателя.
Эрнест довез меня до дома, больше мы не спорили, вообще почти не говорили.
– Сиди, я открою, – отозвался он, притормозив возле дома.
Стоило мне выбраться из машины, как я почувствовала, что на меня кто-то смотрит.
Обернулась: возле подъезда, подбоченившись, стояла свекровь…
Глава 6
Ждана
– Вот только этого мне сейчас не хватало, – произношу я.
Возможно, стоит отвести в сторону руку, которую я вот-вот опущу на протянутую мужскую ладонь.
Но Эрнест просто предложил мне помочь выбраться из его высокого внедорожника. Убирать руку в самый последний момент – глупо и невежливо.
Все-таки мужлан извинился.
У всех бывают вспышки гнева и дурного настроения, когда под руку может нечаянно попасть кто-то другой….
Поэтому я обреченно опускаю пальцы на большую, горячую мужскую ладонь.
Одновременно с этим свекровь поправляет свое каре. Она красит волосы в цвет воронова крыла. Когда она откидывает волосы назад, этот жест смотрится так, будто кобра раздувает свой капюшон, привстав перед броском.
Эрнест, хоть и мужлан-мужланом, однако тоже заметил женщину, буркнув:
– Что за мерзкая бабка?
Лучше и не скажешь.
Я не могла не улыбнуться в ответ.
Вышло само собой…
Плюс еще один гвоздь в крышку гроба, который, очевидно, уже приготовила свекровь, ехидно сверкнув глазенками.
– Моя свекровь.
– Портит семье кровь, – замечает Эрнест.
– У вас тоже непростые отношения со свекровью? – интересуюсь я.
– Нет, самые замечательные, – делится он, качнув головой. – Тихая, спокойная… Цветы очень любит. Регулярно обновляем ей… клумбу и венки на кладбище.
Черный юмор – не то, что мне сейчас нужно.
Но, странным образом, именно это и придало мне уверенности в себе.
– Спасибо, что подвезли, Эрнест.
Краем глаза замечаю, как свекровь подбирается к нам. Бочком… Будто не настроена подслушать и все такое, но я уверена, что ее уши, как сверхчувствительные локаторы, направлены в нашу сторону.
– Да не за что. У меня будет только одна просьба…
– Какая?
– Оставь хороший отзыв о кафе жены, – он делает страдальческое выражение лица. – Иначе мне не доказать, что я извинился. Плюс она, скорее всего, поинтересуется лично. Позвонит, все дела…
– Ага. Прикрыть вас перед женой? – спрашиваю я.
– Да уж, будь так добра. Взамен… – призадумался. – Честно говоря, я даже не знаю, интересуешься ли ты загородным отдыхом… Но если вдруг, то с меня самые лучшие условия. Есть отдельные домики, есть глэмпинг для любителей уединения в лесу. Много всего. Спа-комплекс и сауна… Любой каприз.
Он протягивает мне свою визитку.
Клянусь, на этом все.
Больше ничего…
Просто общение двух едва знакомых людей, но…
– Всегда знала, что ты – шалава! – шипит в мою сторону свекровь, едва внедорожник Эрнеста отъехал. – Я этого так не оставлю…
– И вам добрый вечер, Наталья Васильевна. Что вы здесь забыли?
– Что я здесь забыла? Не собираешься же ты указывать мне, когда навестить единственного и любимого сына?! – возмущается она. – Или боишься, что я расскажу о твоих шашнях с хахалями? В сауну она собралась! Дешевка… Как только мой Миша такую подобрал… Как только… – начала причитать она.
Я не знаю, сколько еще она могла бы причитать, если бы в этот момент из подъезда не показался сам Миша.
Что неожиданно, с черным мусорным пакетом в руках.
Неожиданно, потому что Миша мусор, отродясь, не выносил, бытом занималась я…
– Ждана?
Муж смотрит на меня, приоткрыв рот и… роняет пакет.
Взгляд супруга удивленно, шокированно скользит по мне вверх-вниз и обратно, задерживается на волосах с обновленной прической, на платье, которое хорошо сидит на фигуре и подчеркивает ноги…
– У меня нет слов. Выглядишь потрясающе… Такой сюрприз стоило подождать!
Он делает шаг вперед.
– Я… Снова влюбился, – говорит он и сходу предлагает. – Такая красота не должна пропадать зря. Сходим в ресторан?
Потом он обернулся.
– Только выкину мусор и переоденусь. Идет?
– Ужин в ресторане? А как же готовка… У плиты постоять.
– Никакой плиты, – отрезает он. – Грех такую красоту… портить.
Свекровь стоит так, словно неожиданно откусила свой язык и проглотила его. Она смотрит на меня с досадой. Потом неразборчиво пискнула что-то вслед Мише, умчавшемуся в сторону баков с мусорным пакетом.
Надо же…
Миша даже не заметил свою мамочку, вот это для нее полнейший шок!
– Я этого… Этого…. Так не оставлю… – просипела свекровь и снова встряхнула волосами, заметив, как возвращается Миша.
Однако на сей раз налетел ветер и ее жест вышел не таким эффектным, более того, часть волос залетела ей в рот и налипла на губы, обильно накрашенные влажным блеском. Ей пришлось отплевываться с снимать волосинки со рта.
– Мама, добрый вечер, – наконец, Миша заметил ее. – Извините, сегодня у нас со Жданой планы. Позднее созвонимся!
– Постой, Миша. Я тебе кое-что хотела сказать…
– Мама, потом обсудим. Я уже сказал, что подумаю насчет вашего предложения, – хмурится муж и уводит меня, трепетно приобняв за талию.
Даже за цветы ничего не сказал и… кажется, понимаю, почему: на корзинке лейбл фирменного магазина, где я купила платье…
Мужчины в чем-то более проницательнее женщин. Очевидно, он сразу понял, что это комплимент от магазина.
Сцены ревности не получилось.
Не то, чтобы я надеялась, все вышло спонтанно, но…
Было бы неплохо, наверное.
Хочу пройтись катком по его сердцу так же, как он растоптал мое собственное…
– О чем хотела поговорить твоя мама?
– Бизнес, – отмахивается Миша и прижимает меня к себе ближе, теснее. – Не бери в голову.
Мы зашли в подъезд, муж явно хочет меня поцеловать, но я отвожу лицо в сторону и задерживая его ладонями.
– В чем дело, сладкая? – задает он вопрос с рыком. – Я соскучился.
– Ты считаешь, что я недостойна обсуждения семейных вопросов? Считаешь меня глупой?
Миша хмурится, явно не ожидал такого поворота.
Все еще пытается меня поцеловать.
О да, он привык затыкать мне рот поцелуями и минетами, чаще всего, сексом заставляя замолчать…
Но только не сегодня.
Я обнимаю его ладонью за шею и прижимаюсь щекой к щеке, слышу, как у него участился пульс.
– Глупости, малышка. Просто я считаю, что есть занятия для мужчин, и точка, а девочкам… Девочкам лучше заняться платьицами. Сегодня у тебя такое… бомбезное… Секс… Просто секс! Почему я раньше на тебе таких платьев не видел?!
– Потому что… твоя мама.
– Опять она. Вы повздорили, что ли, не пойму?
– Нет, просто именно она настояла на стилисте, который одевал меня дурно. И потом… она у тебя бизнесы ведет… – говорю с укором. – Ей ты тоже говоришь, что бизнес – это не женское? Или просто с благодарностью к ее заслугам стартовал сам… не с нуля?!
Миша сам отстранился и посмотрел на меня по-новому, хрипло поинтересовавшись:
– Кто ты, прекрасная незнакомка? И куда дела мою жену?
Глава 7
Эрнест
– Ты извинился?
– Да.
– Точно-точно извинился? – наседает жена.
Я сжимаю приборы изо всех сил. Еще немного – и швырну их в сторону.
С трудом сдерживаю гнев.
– Извинился, Людмила.
– Странно! – листает отзывы. – Не вижу нового отзыва. А ты деликатно намекнул?
– Намекнул, Люд. И хватит уже! Давай поговорим о чем-нибудь кроме работ, а? – прошу.
– Я должна выйти на новый уровень, – бубнит себе под нос. – Ты видел, а? Нет, ну ты… видел? Прямо через дорогу…. Открылось кафе… Оформление у меня слизали.
– Людмила, сдержанные цвета – самые распространенные. Ты сама хотела по классике.
– Ах, значит, это я еще и виновата! У меня конкуренты под носом плодятся, а ты…
Хочется схватиться за голову и выбежать.
Когда жена сказала, что хочет заняться бизнесом, потому что у всех, видите ли, есть, у нее одной – ничегошеньки, я и не предполагал, что это ее так… увлечет. Если быть точнее, унесет.
У нас пропали все темы, кроме одной – кафе, которое я ей купил…
Вообще все темы пропали.
Более того! Она еще и в мои бизнесы свой нос сунуть пытается, даже навертела мне проблем, с апломбом «я – жена вашего хозяина, я тут решаю!» И есть же некоторые люди, для которых это – аргумент, быть женой начальника!
Поэтому мы ссоримся. Если быть точнее, просто сремся.
Всегда и везде… Всюду…
В любой обстановке.
В последний раз даже во время секса, мать его… Просто посередине процесса, когда вот-вот уже хорошенько разогнался и начал долбиться, чувствуя, как тело наполняется тем самым, она вдруг начала продолжать спор с того места, на котором мы его прервали днем.
Вот кто так делает?
Это же, млин, по мужскому самолюбию бьет. Она лежит, раскинув ноги, я, млин, сверху пыхчу, стараюсь, кручу ее из стороны в сторону, в позы ставлю… и тут – нате! Давай-ка мы поспорим!
В гробу я такое видел, рукой добил сверху и пошло оно все…
Я не понимаю, искренне.
Куда делась та девушка – которая сокрушалась о серьезных отношениях, доверии и любви, которая по речам… казалась старше, чем есть. И ведь реально оказалась старше…
Нет, я не парюсь о возрасте! .
Парюсь лишь об обмане!
Зачем было возраст скрывать и уменьшать…
Ей тридцать пять тогда было. Как оказалось, косметология и спорт творят чудеса. Я думал, ей максимум, двадцать семь, как мне. Оказалось, больше…
Дело ведь не в цифрах. Дело в принципе.
Солгала в одном – для меня это уже звоночек. Я патологически недоверчив ко всему, что начинается со лжи. Со лжи начался наш брак, и я сам себя убедил, что заднюю включать не стоит, когда уже о свадьбе договорились…
И спустя три года брака имею то, что имею.
Мне тридцать, ей тридцать восемь.
У меня в женах капризная стерва, истеричка, которая захотела бизнес и оказалась не готова к тому, что вести бизнес – это так сложно. Тут всего два варианта – либо им управляет кто-то другой, а ты лишь лицо номинальное, либо ты включаешься в него и балансируешь так, чтобы эта ответственность не сожрала остальные стороны твоей жизни.
У нас, млин, сожрала. Все сожрала: разговоры на другие темы, секс, мои какие-то вопросы… Ничего не имеет значения.
НИ-ЧЕ-ГО!
Есть только Людмила и кафе, которое я ей подарил. Есть только Людмила и ее переживания, больше ничего…
– Я подумываю о расширении, Люд, – говорю ей.
– Отличная идея! – загораются ее глаза.
Тянется ко мне, накрывает руку.
– Знаешь, давно пора утереть нос Катьке.
– Какой Катьке? – недоумеваю.
– Эрни, блин… Я же говорила. Катька. Одноклассница моя, та, с которой я за партой сидела. Мы еще в школе постоянно соперничали, хоть и дружили. Теперь она своим заведением кичится, мое переплюнуть хочет. Но если ты станешь моим… мур-мур-мур… щедрым спонсором, то… я быстро ее за пояс заткну.
Закипаю.
– Мы снова о твоих амбициях, да? Люд, я о детях. Детей от тебя хочу…
– Но-но, дорогой. К этой теме я пока не готова.
– Когда?
– Что?!
– Четко назови, когда ты будешь готова поднять эту тему. Я хочу быть отцом. Тебе тридцать восемь. Уже. Когда ты мне, нах, рожать собираешься, а? Три года мурыжишь!
– Давай… Давай… заведем песика?
– ЧТО?!
– Собаки – это вторые дети, Эрни.
– Я миллион раз просил. Не называть меня… ЭРНИ!
– Эй, ты куда пошел? Мы вообще-то ужинаем! У нас ужин… дома!
– У меня пропал аппетит.
– Я старалась, выбирала… заказывала, а ты! – несется мне вслед. – Опять уходишь от разговора?!
– ЭТО НЕ РАЗГОВОР! НЕ РАЗГОВОР, КОГДА МЫ ГОВОРИМ ТОЛЬКО О ТЕБЕ! – бью кулаком стену.
Все, мне надо за город.
Срочно!
Больше не могу здесь находиться. Чувствую, разнесу что-нибудь.
В щепки!
И на развод я подам.
Задолбало меня это все… Сил больше нет. Никаких!
***
Ждана
Позднее
– Еще немного вина, да? – подливает Михаил. – Ох, кто-то сегодня пошалить намерен?
Конечно…
После ресторана мы направились домой.
Михаил приставал ко мне всю дорогу, чуть в такси платье мне не задрал.
Я понимаю, он под впечатлением.
Но не до такой же степени.
Мне неудобно и стыдно перед посторонним, а мужа развезло и все его мысли лишь о том, как поскорее пробраться ко мне в трусики.
Вот силюсь изо всех сил вспомнить моменты, когда было иначе… и не могу.
Я для него хороша на кухне, в быту и постели… Он делает так, как ему хочется, а меня ни разу не спросил даже. Я всегда снизу, всегда под его желаниями.
И может быть, хотя бы сейчас он позволит…
Но нет!
Мы уже дома, и он снова меня прогибает. Под себя…
Неожиданно злюсь: меня это все достало.
Поговорить он не захотел! Отмазывался всю дорогу, переводил тему…
Мамочка для него – это святое. Он и слушать ничего не стал, отмахнулся в очередной раз.
Поскорее затащить меня в койку, стянуть трусы и… все…
Вот мой потолок в глазах мужа.
Может быть, я лишь себя накручиваю, но… ведь мы же ни о чем не разговариваем, ничего не решаем вместе. Я задыхаться начинаю, у нас и досуга совместного нет. У него – с друзьями – есть, а у нас с ним… – нет!
Это как называется? Я бы, может, тоже была рада отправиться в трехдневный поход, побродить с рюкзаком за плечах, подышать свежим воздухом, или насладиться спонтанной поездкой по работе, посмотреть другой город, людей, новые места.
Но в итоге мое место – за плитой и дома. В ожидании мужа…
Желательно, в фартуке, на голое тело и с открытым ртом.
Вообще-то я не против секса. Совсем не против порадовать любимого мужа.
Такие моменты тоже бывали, но за ними больше нет ничего, и меня это огорчает безумно.
Поэтому сегодня я разозлилась…
Попросила Мишу принести еще закусок к вину и бахнула ему в бокал снотворного. Его мама как-то просила меня купить таблетки в ветеринарке.
Мне кажется, на таком кобеле, как мой муж, тоже должно сработать.
Я положила побольше, чтобы не прогадать.
Через пятнадцать минут мужа сморило прямиком на мне, он только-только потянулся к своим трусам, и… бухнулся сверху, похрапывая.
Проверила – спит крепко.
Из брюк мужа вывалился телефон.
Вспыхнул один раз, второй от новых сообщений
Я приложила его палец и погрузилась в чтение переписки… мужа с… «менеджер по продажам Иванова».
Вот только менеджер по продажам Иванова, кажется… продавала себя, а если быть точнее, свою писечку в развратных трусиках с открытым доступом, умоляя… повторить!
