355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Ая Кучер » Невеста для Зверя (СИ) » Текст книги (страница 20)
Невеста для Зверя (СИ)
  • Текст добавлен: 9 августа 2021, 23:32

Текст книги "Невеста для Зверя (СИ)"


Автор книги: Ая Кучер



сообщить о нарушении

Текущая страница: 20 (всего у книги 25 страниц)

Глава 47. Зверь

– Я передумала, давай не поедем?

Ася на меня с непонятной надеждой смотрит. Открыто, искренне. Губы кусает и накрывает мою руку, которая на её ноге лежит. Сжимает легко, пальцы переплетая. А я понять не могу, какая именно надежда в ней сидит – что соглашусь или таки отвезу, куда договаривались.

– Ась, ты сама хотела туда съездить.

– Знаю.

– И попросила вместе с тобой быть.

– Знаю, – повторяет, к окну отвернувшись. – Прости, что оторвала тебя от дел. Не хотела мешать работе.

Ася меня спасла, а не отвлекла. Когда Артём в пятый раз начал свои мудрёные схемы показывать, я взвыл. Не зря же именно Клыка запихнули на экономиста учиться, чтобы деньги потом отмывать. Он в этом хорош был, пиздец как хорош. И завязал резко, непродуманно.

Самого периодически пробивало, хотелось всё послать и уйти. Когда спишь по несколько часов в неделю, разгребаешь всё новые проблемы. Конкурентов убираешь, чтобы на чужую территорию не лезли. С клиентами проблемными договариваться.

Но это всё постепенно делаться должно, с подготовкой и путями отхода. Не просто мёртвым притвориться и слинять. Друг, конечно, вел клиентов пока, сделки закрывал. Но это не так быстро происходить должно, когда никто, блять, в его схемах не сечет. Как по фирмам разным проводит, не теряя ни копейки, а потом выводит легко наличкой.

Замену найти, других подготовить. Что мы, блять, по ночам с Князем не искали новые варианты. Разбиратлсиь во всём этом, пока Клык с Ариной по больницам не таскается. Парочка умирающих дебилов, блин.

Любовь это хорошо. Сам с Асей обо всё забываю, пиздец как хорошо с ней вместе. Когда открыто отвечает, а не в очередной раз сбежать пытается. Но я не стал бы просто так всё бросать, из-за одного желания девушки. Может тогда херня это, а не любовь. Но я не могу просто так от всего отказаться, что столько лет выстраивал.

Ася не просит и с этим легче, пока что.

– Я тебя сразу обратно увезу, если расстроишься. Договорились? – вариант предлагаю, когда почти к больнице подъезжаем. – Расскажешь, почему так переживаешь перед встречей с сестрой? Она уже на выписку идёт, всё хорошо.

– Ты ей операцию оплатил, – напоминает, в прошлом копаясь. Зашарить не получается, в чём проблема. – А я за тебя выйти замуж должна была.

– Ась.

– Нет, – ладошкой машет, останавливая. И я сдерживаюсь. Обещал её темпа иногда придерживаться и сейчас именно то время. – Я уже говорила, это не о тебе, Дамир. Не о том, что между нами. Это касается моей семьи и того, что они сделали.

– Я – твоя семья.

– Теперь да, – улыбается, но на дне серых глаз грусть плещется. Не ко мне направленная, но всё равно погано. – Просто представь, как это для меня выглядело. Непонятный мужчина приходит к моим родителям и предлагает им деньги, чтобы я ему принадлежала. А родители даже не думая согласились, о последствиях не переживая.

– Не так просто было. Не забывай, что я давить на людей умею, угрожать. Многое сделаю, чтобы своё получить. А ты моя, Ась.

– И тебе пришлось? Не легко разговор прошел, когда они узнали, что ты можешь операцию оплатить?

– Не легко. И угрожал, и давил, и много чего ещё пришлось сказать, чтобы они отступили.

Говорю, вызывая на лице Аси смешанные эмоции. Смотрит на меня, глазами полными слёз, вдыхает рвано. И при этом вижу, как губы дрожат в мелкой улыбке.

Вру, пиздец как завираюсь. Себя опять могу перед ней монстром выставить. Но лучше так, чем она родителей ненавидеть будет. Я её семьей стал, единственный родным и близким. Но, блять, ей нужны родные, которых она любила и защиты от которых ждала.

Не хочу вспоминать, как быстро они слились. Отчим, едва я разговор завёл, сразу согласился. Сказал, что под венец сам её не затащит, но сделает всё, чтобы она согласилась. Мать дольше сопротивлялась, но всего пару лживых слов, что не обижу, как тут же расцвела.

И я понимаю Асю, самому за неё теперь разорвать хочется. Тогда ходом хорошим казалось, лучшим вариантом. За ложь проучить, показать, что я своего всегда добиваюсь. И рад был, что такие сговорчивые предки у неё попались, не вмешивались в наши отношения.

Но Ася права. Кто угодно так за ней прийти мог. Любой клиент, который в ресторане внимание обратил на её танцы. Себе захотел, как я. Я далеко не лучший вариант для Аси, выкупаю. Но были хуже, намного хуже пацаны, которые за ней прийти могли. Не замуж позвавшие, ответа не дожидающиеся. Всё сделавшие, чтобы в ту же ночь под ними кричала. И поебать им было бы, от удовольствия или боли.

Так что пускай меня зверем считает, который угрожал родным. Чем правду о них знает, думает об этом постоянно. Теперь я её защищать буду, никому в обиду не дам.

– Пошли, трусишка.

Возле клиники Веры паркуюсь, куда малую перевели. Пакеты с подарками достаю. Пока к магазину приехал, Ася уже половину скупила, счастьем светились. И постоянно извинялась, что столько потратила. Чем ещё больше под кожу пробралась.

Девушка крепко мою ладонь сжимает, пальца переплетая. И жмётся всю дорогу, пока к палате нужной идём. Вера хорошо постаралась в своей клинике, каждый угол идеальностью светиться. Уверен в том, что о малой тут хорошо присматривают.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍– Асенька!

Стоит в палату попасть, как кудрявый ребёнок с кровати спрыгивает и к девушке несётся. Улыбается, совсем не похоже, что недавно только операцию перенесла.

– Тебе бегать нельзя! – подхватывает малышку, к себе прижимает. В мгновения все сомнения девушки развеиваются. – Лиль, ты должна в кровати лежать.

– Зануда, – дуется, кудряшки с лица сдувает, когда её на кровать возвращают. – Лежи и не ходи, не двигайся и не дыши.

– Думаю дышать тебе разрешают, – неловко, блять, себя чувствую при этой встречи. Хочется уйти покурить, но Асю одну оставить не могу, пока сама не попросит. – Тут не такие жестокие врачи.

– А ты кто? Ась, кто он?

– Я Асин друг, помог с твоей операцией, – пакеты возле кровати оставлю, один сразу девочке отдавая. Та с интересом игрушки достает. – А это тебе подарки.

– Круто! И моим другом будешь, да? Или только с Асей дружишь?

– С Асей он не дружит, – девушка скидывает обувь и на кровать забирается. За девочкой садиться, вместе подарки открывая. – Мы с ним вместе, Лиль.

– Это же не Ромчик.

Супиться, серьезно на меня смотрит. Будто теперь со мной дружить не хочет совсем. Цепляется за Асину руку, обхватывая маленькими ладошками. К себе тянет, а меня взглядом пронзает. Ася так же смотрела, когда злилась и маленького зверька напоминала. А сестра на неё очень похожа. Пускай волосы тёмные и кудрявые, но в остальном полная копия Аси.

От одного упоминания этого "Ромчика" типать начинает. Хочется так сделать, чтобы нахрен из жизни пропал и никто больше не вспоминал. Он бывший Аси, понимаю, что девушка к нему сама не полезет. Но бесит один факт, что он существует.

– Лиль, это Дамир. И он мой муж, – улыбается светло, счастливо. Впервые реально мужем назвала. И от этого злость испаряется. – И он хороший.

Блять, хорошим меня в последнюю очередь можно назвать. Ребята оборжутся, если узнают об этом.

– И не жадина? Ромчик жадиной был, никогда со мной водой не делился.

– Потому что у тебя сердце. Тебе ту воду с электролитами нельзя.

– Что за вода? – в итоге тоже на кровать усаживаюсь. Хорошие палаты, просторные. – Не замечал, чтобы ты что-то пила необычное.

– Я и не пью. Это какая-то модная марка, от усталости и ещё чего-то. Дай мне, Ли, я сейчас открою, – возиться с куклой, доставая из коробки. – Я её не люблю. Но Ромчику нравилась. И на меня злился, что я не пью. Так что не важно, Дамир.

А мне кажется охренительно важным этот момент. Что за пацан такой, что из-за воды давит? Я сам уже думаю за Асиным питанием следить, худая совсем стала. Хотя вроде есть начала, как минимум при мне. А вода новомодная, разлекрамированная и пустая – херня собачья. Ничего полезного в ней нет. Поэтому понять хочу, что так её бывший вцепился.

– Осталась ещё та вода, Ась? Которую тебе Рома твой давал.

– Она испорчена давно. Выбросила. Нет, – смотрит внимательно, моё состояние считывая. – Только ты не заставляй её пить, пожалуйста. Она горькая и гадкая.

– Очень гадкая, – Лили кивает важно, нос курносый задирая. – Что? Я стащила, когда у тебя в гостях была. Только после неё голова кружиться и душно. Так что фигня, а не электролиты.

– Лили, не ругайся!

– У тебя осталась эта вода, Лиль? – внимательно на малую смотрю. Колёсики в мозгу крутятся, давно забытую тему поднимая. – Мне бы на неё посмотреть.

– Дома, под кроватью, – шепчет, главным секретом делиться. – Только там ещё дневник! Не вздумайте читать, ясно?

– Ясно.

Пацанам наводку даю, чтобы съездили и проверили. Лучше лишний кипишь навести, чем не проверить эту зацепку. А дальше легко вечер проходит. Ася вся в сестре растворяется.

Хочется, чтобы она так же с нашими детьми сидела. Забиралась в кровать, сказки читала или как там ещё малышню развлекают. Пиздец от мыслей наступает. Ася же детей, наверняка, хочет. Не сейчас, но в любом случае захочет. К малой так своей жмётся, сомнений не оставляет.

А это лишь очередной момент преткновения, который опять с Асей решать нужно будет. И здесь только от меня нихрена не зависит, не перекроить и не исправить. А на чудо уповать это для слабаков. Я к неминуемой реальности готовлюсь.

Только сегодня утром всё хорошо было. Когда сбежала от меня на кухню, чтобы кофе дурацкий приготовить. Кофе с корицей, который заставил на неё внимания обратить. Смотрела внимательно, с надеждой, что понравится. Моя девочка, которая сама в себе разобраться не может. И как я момент испортить мог, сказав, что с корицей переборщила. Не просто переборщила, раза в три порцию нужную увеличила.

– Дамир, – Ася окликает, когда в свои мысли ухожу. – Руку дай свою.

– Зачем? – протягиваю и смотрю, как малая браслет из разноцветных резинок мне вешает. У Аси такой же весит. – Спасибо, Лиль.

– У вас теперь одинаковые, как кольца. Ась, а почему мы меня на свадьбу не взяли? Из-за операции? Зато смотри, какой у меня теперь шрам прикольный на груди!

– Просто мы не праздновали свадьбу. А когда тебя выпишут, обязательно куда-то сходим.

– А почему не праздновали?

– Так получилось.

– А почему так…

– На выход, Валиевы, – в дверях Вера показывается. Смахивает рыжие волосы с лица и смотрит недовольно. – Давай, Дамир, двигай. Лиле покой нужен и отдых.

– Ась, а ты ещё приедешь? – малышка удивительно легко Веру слушает, под одеяло забираясь. – Вы оба?

– Приедем, конечно.

Ася отвечает сначала, а потом на меня взволнованно смотрит. Будто я сейчас запрещу ей сестру навещать. Злость от этого берёт, что продолжает меня непонятно кем считать. Но только хуже от того, что она права. Я реально за неё многое решал, теперь боится, что и сюда влезу.

– Приедем. Только слушайся Веру, договорились? Она моя подруга, так что всё-всё узнаю.

– Не узнаешь, правда, Вер? – и подмигивает рыжей, смеясь, когда Ася щекотать начинает.

– Узнаю, правда, Вер? – спрашиваю, когда рядом с девушкой останавливается. – Я хочу точно знать о её состоянии. Любые изменения. И о дате выписки.

– Конечно, Зверь. Я не идиотка. Будут тебе отчеты. Рада, что у вас с Асей всё наладилось. Вы хорошо вместе смотритесь.

– А ты дружкой отказалась стать. Херню задвигала за то, что участвовать не будешь.

– И всё ещё задвигаю. Тебе разве не хотелось, чтобы она такой в ЗАГС шла, – кивает на смеющуюся Асю, которая ловит мой взгляд и улыбается. – А не в слезах и со злостью.

– Идём, – Ася ко мне со спины жмётся, ответить не давая. – Спасибо, Вер, что приглядываешь за ней. Мне же можно чаще приезжать?

– Конечно, – синхронно отвечаем. – Пока, Лиль.

Утаскиваю Асю, своими мыслями загруженные. Умеет же, блять, девка Пули влезть своими советами. Рану подковырнуть, чтобы заново зудеть начало. Когда всё хорошо в жизни складывается, а опять новая херня появляется.

В машину усаживаюсь, дверью хлопая. В очередной раз день свадьбы вспоминаю, насколько всё хреново было. И с ссорами, и слезами. И злостью в Асиных глазах, когда подпись свою ставила.

– Что? Извини, Ась, я не расслышал.

– Говорю, что мне понравилось, когда нас Вера Валиевыми назвала. Красиво звучит.

А мне бы, блять, понравилось, если бы Ася это фамилию добровольно приняла.

Глава 48. Асель

– Мы сейчас домой?

Непривычно от того, что дом Зверя и моим стал. Меньше месяца прошло, а всё переменилось сильно. Встреча первая, предложение неправильное, свадьба. И чувства мои, от которых никак не избавиться. Боялась его, ненавидела, сбежать хотелось. А сейчас ближе к нему хочется быть, касаться постоянно и наслаждаться непонятной теплотой, когда мужчина машину заводит и сразу ладонь мне на бедро укладывает.

Будто именно там её место всегда было. Греет своим прикосновением, заставляет вспышки желания по телу сверкать. Вроде невинное прикосновение, а меня так ведёт от него. А когда Дамир совсем немного вверх ведёт, всё внутри сжимается, застывает. Только сердце грохочет, хотя привыкнуть уже должно было.

– А ты не хочешь домой?

– Не хочу. То есть хочу, но нет.

Со Зверем слова нужно подбирать. Говорить учиться, чего раньше не нужно было. Ведь он каждое слово неправильно понять может. Ощущение появляется, что если бы я по-другому тогда заговорила, Дамир бы позволил свадьбу перенести. Обманчивое, неправильное, но стойкое. Верить в это очень хочется.

– Да, но нет? – мужчина улыбается. – Погулять хочешь?

– Ага, не хочу сразу домой. Погода хорошая.

Несмотря на то, что весь день дождь шел, на улице действительно хорошо. Темнеет, но небо безоблачное. Тепло ещё, и ветра нет. И так хочется выбраться куда-то. Погулять, а не в помещении сидеть. Дома с Дамиром тоже хорошо, но я начинаю с ума сходить от четырёх стен и спокойствия.

Начала работу сегодня искать, пока преподаватель опаздывал. Но ничего стоящего не было. А официанткой Зверь не позволит работать, считая это неподходящей работой для меня. И понять не может, насколько для меня важно чего-то самой добиться. Доказать, что могу желанное получить без чужой помощи и подачек.

– Так в какой ресторан хочешь?

– В ресторан? Я думала погулять просто. Ой, ты же голодный, наверное.

– Не голодный, Ась. Гулять так гулять. Так куда именно хочешь? Парк, набережная, в центр? Хочешь, можем в кино сходить.

– Хочу!

За предложение хватаюсь. Не могу вспомнить, когда в кино последний раз была. А с Дамиром вообще нигде ещё не была. Одна прогулка после росписи не в счёт. Поэтому к мужчине радостно жмусь, когда он билеты на первый попавшийся сеанс покупает.

Даже не спорю, что Зверь специально зал с диванчиками просит. И послушно на последний ряд поднимаюсь. Который удивительно пустым оказывается. Может понедельник или цены отпугнули. А может мест не осталось после того, как Зверь подозрительно много билетов в карман пальто спрятал, улыбаясь.

– А что за фильм? – шепотом спрашиваю, на экране начинают события нагнетаться.

– Без понятия, – Дамир усмехается, когда вздрагиваю. – Ужасы вроде бы. Боишься?

– Немного.

Лицо на груди мужской прячу, когда страшное лицо в кадре мелькает. Дамир смеётся тихо, волосы с лица убирает. Сообщает, когда дальше смотреть можно.

А я в себе смелости не могу найти, чтобы признаться во лжи. Арина ужасы любит, мы часто ночами садились с ведром мороженного и жалобами на жизнь. Много классики пересмотреть успели, ничего уже напугать не способно. Разве что отшатнусь, когда резко выпрыгнет ведьма.

Но так приятно на Дамира забраться, руками за шею хватаюсь. Наглею, скидывая ботинки и ноги через бёдра мужчины перебрасывая. Жмусь, касаюсь. И не спорю совсем, когда мужчина запускает ладошки под кофту, по спине поглаживая.

– Очень страшно? – шепчет, двигаясь. Так, чтобы уселась на него, ещё ближе оказалась. – Да, Ась?

– Очень, – вторю ему и вздрагиваю, когда защелка лифчика растягивается. – Дамир, люди.

– Люди далеко. А на этом ряду только мы.

– Дам, – в губы его выдыхаю, когда грудь сжимает. Кофта сбилась, как и мысли мои. – Я не хочу так, при всех. Пож-пожалуйста.

Слова путаются, когда мужчина шею целует. Бородой о кожу нежную трётся. И руки возражений не слышат, когда он по телу ими путешествует. Сжимает и гладит, щипает слегка, заставляя вскрикнуть и сильнее прижаться. Мне кажется, что все вокруг понимают, чем мы тут занимаемся.

– Не хочешь? – головой киваю, а затем машу. Чем ещё один смешок вызываю. – Последний ряд для поцелуев же.

– А ты не целуешь.

И Дамир исправляется. И целует, и прижимается, и пальцами в волосы зарывается. Мужчина жадно целует, языком ласкает и губы кусает. Стоны мои глушит, и тут же новые вырывает.

Он запомнил, запомнил про то, что мне долгие поцелуи нравятся. Так накрывает от этой мысли, что в душе тянется всё навстречу Дамиру. Он медленно целует, пробует и удовольствие растягивает. Кожа плавиться, дышать невозможно. В этом моменте раствориться хочется, в нём самом.

– Дам, – ерзаю на нём, выпуклость чувствуя. Насколько он возбуждённый, как от поцелуев завёлся. И я такая же, между ног жарко, влажно, не хватает касаний чужих. – Надо остановиться. Пожалуйста.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍– Останавливаюсь.

Но нарушает обещание, перебираясь на скулы и шею. Оттягивает воротник, ниже спускаясь. Кофта тянется хорошо, а мужчина пользуется этим во всю. К груди добирается, сосок прихватывая. Языком обводит и втягивает, а затем с другим соском схему повторяет.

А мне дурно. Жарко, душно, в голове звон стоит. Только пальцами в волосы его зарываюсь, сжимаю. Удержаться в реальности пытаюсь, когда дурманом обволакивает. Так хорошо, так тепло рядом с ним. Постоянно горю. Бёдра сжимаю, чтобы возбуждение унять. Но Дамир не позволяет. Проталкивает руку меж ног, гладит. Сквозь джинсы всё равно остро ощущается, недостаточно, но необходимо.

– Дам, – его имя с губ слетает, прошу и прошу, пока пальцы за пояс не запускает. По влаге скользит, внутрь толкается. – Ох, Дам.

– Будь тихой, не мешай людям фильм смотреть.

Я в шею его утыкаюсь, костяшки пальцев кусая. Стоны сдерживаю, звуки все. Только больше себе позволяю, когда на экране крик женский разноситься. И я кричу, когда волной накрывает.

– Тише, моя девочка, – Звери губы ловит, кусает, чтобы шум заглушить. Только моё тяжелое дыхание слышно. От его обращения только сильнее колотить начинает. – Такая отзывчивая.

Улыбается нагло. Не даёт слезть с него, в порядок себя привести. Даже джинсы застегнуть. Оставляет пальцы меж ног, заставляя снова желанием наливаться.

– Смотри фильм, не отвлекайся.

– А ты?

Так странно, что в нашей игре всегда я счёт веду. Всегда больше получаю, чем взамен даю. Это непривычно, неправильно, совсем не так, как в разговоре знакомых девушек было. Ощущение постоянное, что мне нужно чем-то отплатить и сравнять количество удовольствия.

– А я дома отыграюсь, – целует коротко в уголок губ, прикусывая. И к экрану моё лицо разворачивая. – Я без презиков, Ась. Будешь потом грязная, а я научился с тобой ждать.

– Аптека за углом, – шепчу, непонятно чем руководствуясь. Сама его подстрекаю и громко смеюсь, когда мужчина из зала вытаскивает. – Дамир, не так быстро.

Конечно, до аптеки мы так и не добираемся. Целуемся в машине, пока Зверь моё сидение не опрокидывает, сверху припечатывая. На подземной парковке ни души, но мне кажется, что сейчас толпа повалит. Каждый увидит, как мужчина бельё стаскивает.

– Дам.

– Дашь. Ты всё мне дашь.

Слова перекручивает, смысл их. И вместе с этим всё внутри перекручивается, струной возбуждения затягивает. Будто тело ломает от каждого прикосновения, движения, взгляда. Боролась, а теперь Дамир всё сопротивление сламывает.

– Подожди, – прошу, когда в меня толкается. Всё ещё огромным мне кажется. – Медленнее.

– Медленнее, – кивает и скользит в меня, сантиметр за сантиметром. Пока боль от проникновения не сменяется болью ожидания. Острой нехваткой его движений. – Настолько медленно? Или больше?

– Не мучай, пожалуйста.

– Моя девочка. Вот так, – резко до упора входит, по самому нутру ударяя. Раз за разом, пока клубок желания трещинами не идёт. – Сильнее?

– Да-да. Ох. Дам.

Прошу и забываясь, когда накрывает и ломается всё. Член мужчины напрягается внутри, застывает. Мне кажется, что могу пульсацию его почувствовать и то, как горячая жидкость внутри растекается. Держу его, не отпускаю, пока мышцы не начинают ныть.

– А теперь можно и домой, – улыбается довольно, как сытый кот мартовский. Наши пальцы переплетает, когда в порядок себя приводим. – Или хочешь всё-таки в ресторан?

С Дамиром не получается миром наслаждаться. Он собой всё заграждает, давит и уничтожает. Только его глаза остаются, улыбка, плечи широкие. А всё остальное исчезает тут же, сыпется под его силой и властью. И значения нет, вдвоём быть или среди людей.

– Домой хочу.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю