Текст книги "Кроме тебя (СИ)"
Автор книги: Аси Блэр
сообщить о нарушении
Текущая страница: 6 (всего у книги 13 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
Глава 11
Выхожу из душа посвежевшей и расслабленной с завернутым полотенцем на голове и в халате. Вот сейчас можно подумать на ясную голову.
Удобнее устраиваюсь в кресле, подтягивая под себя ноги. Взгляд цепляется за светящийся экран телефона на столе. Странно. Беру его в руки и вижу пропущенный. Сначала ничего не понимаю. Это что, шутка такая?!
Дыхание учащается, ярость клокочет во мне и требует выхода. Резко вскакиваю и со всей злости отшвыриваю ни в чем неповинное устройство на пол. Но и это не сильно помогает.
Делаю несколько размеренных выдохов, шагаю из одного угла комнаты в другой.
Надеюсь, мама не услышала? Если ее здесь до сих пор нет, значит все в порядке.
Но ни черта не в порядке!
Так Кира, успокойся.
Через несколько минут относительное спокойствие (когда хочется убивать, но уже можешь сдерживаться) пришло. Поднимаю телефон (к счастью, он цел благодаря коврику) и еще раз проверяю каждую цифру пропущенного номера. Это определенно его номер. Я его знаю так же хорошо, как и расположение предметов в своей комнате. Только какого черта он мне звонил?! И это спустя столько времени…
Недоверчиво смотрю в экран и даже не знаю, что думать и что сделать. Рука несколько раз опрометчиво тянется нажать на кнопку «вызов», но я поспешно отдергиваю ее. Это какое-то безумие. Схожу с ума, не иначе…
От нервного напряжения кусаю губы практически до крови. В голове целый рой мыслей – противоречивых, бредовых, сумасшедших… И среди них так сложно отыскать что-то здравое и принять правильное решение. А существует ли оно?
Позвони, ты же хочешь услышать его голос…
Даже не смей! Неужели так быстро забыла, кто заставил тебя страдать!
Он же не просто так позвонил спустя столько времени, вдруг ему нужна помощь…
Какая? Как разбить уже разбитое сердце?
Ты же хочешь этого – надо всего лишь перезвонить…
А кто игнорировал мои звонки и сообщения? Кто был недоступен, когда был так нужен?
Голова разрывается на части, которые, в свою очередь, делятся на еще более мелкие части. Черт с тобой! Один звонок ничего не изменит! Ведь так?..
Решаюсь. Пульс стучит набатом. Неужели совсем скоро я услышу до боли знакомый голос?
Наконец слышен первый гудок – как назло протяжный и медленный… Никогда еще гудки не тянулись так бесконечно долго. За ним следует второй, и сердце замирает в томлении. Туууу…. Как будто жизнь обрывается. Но ничего не следует и за третьим. После четвертого – насмешливого, ставшего финальным молоточком, стучащим по голове – сбрасываю вызов и злюсь на себя с новой силой. И зачем позвонила? Неужели думала, что он вдруг ответит?
Прости…
Два года назад.
Темноволосая девушка тихими осторожными шагами подкрадывается к парню, который, ни о чем не подозревая, сидит на лавочке спиной к ней. Улыбаясь, она вытягивает руки и закрывает ладонями его глаза.
– Кто же это может быть? – спрашивает у самого себя парень. – Маша?
Улыбка с лица девушки сходит. Ведь она была уверена в том, что ее имя первое и единственное, которое сойдет с уст парня. Несмотря на недоумение, она не отняла руки.
– Так-так. Значит, не Маша, – делится размышлениями парень. – Тогда Алина!
Девушке хотелось сейчас одного – как следует треснуть его по голове, но она сдержалась в ожидании, сколько же еще имен будет.
– Кир, – неожиданно мягко произнес он. – Я же знаю, что это ты.
– Ах, значит, знал, – возмущается девушка, стоя уже напротив него.
– Как же мне нравится, когда ты ревнуешь! – улыбается парень. – Иди ко мне, – тянет руки к ней.
– Ни за что! – восклицает девушка, сложив руки на груди. – Я, значит, иду к нему, хочу сделать сюрприз, а он каких-то Маш и Алин ждет! Кто эти особы?!
Светловолосый парень смеется.
– Глупышка, я просто пошутил. Кого мне еще ждать, если мы с тобой договаривались встретиться.
Девушка ненадолго уходит в раздумья и садится рядом.
– Всяких Алин и Маш, – все еще не хотела признавать правоту парня она.
– Закрой глаза, у меня для тебя кое-что есть, – загадочно произносит он.
– Что? – любопытство тотчас взяло вверх.
– Закрой глаза и протяни руку.
Девушка поспешно выполнила то, что от нее просили. Спустя мгновение она ощутила, как в ее руку что-то вложили.
– Теперь открывай.
На ладони обнаружилось изящное серебряное кольцо с такой же гравировкой, что и на лавочке, на которой они сидели. От удивления девушка не могла вымолвить ни слова.
– Нравится? – девушка кивает, не имея возможности что-либо сказать. – У меня такое же, – парень протягивает руку, где на указательном пальце красуется похожее кольцо. – Давай, надевай скорее, – шокированная девушка наконец делает это. – Все! Дело сделано – я тебя окольцевал.
Девушка приходит в себя, коротко целует в губы и говорит:
– Спасибо, любимый, мне очень нравится! Но по закону жанра это я должна тебя окольцевать, – заливисто смеется она.
– Значит, я буду первым, – ничуть не смущается он. – Зато теперь ты от меня точно никуда не денешься! Теперь ты только моя!
***
Я-то никуда не делась, а ты меня оставил.
Кольцо, которое он мне подарил, я так и не смогла выкинуть, продать, сдать в ломбард или что там обычно делают в подобных случаях. Так же, как и наше первое совместное фото – оно лежало в самом нижнем ящичке стола, в которое я почти никогда не заглядываю, ведь знаю, что они там.
Сегодня же я туда снова порывалась заглянуть. И зачем спрашивается? Чтобы кровоточащая рана никогда не зажила полностью?
Это как проводить лезвием по только зажившей ране. Снова и снова. Вновь и вновь, несмотря на боль. И так раз за разом.
Наверное, я мазохист.
Но не все так погано – грустно как кажется. Неосознанно я научилась жить с этой болью. Мне даже не больно уже – привычка интересная штука.
Только как все это вычеркнуть? Мне действительно нравится Артем. И что будет, поцелуй он меня снова – перед глазами будет его образ? Как же все это бесит…
Рука потянулась к тому самому отсеку и даже чуть отодвинула его, успев разглядеть часть фотографии, и тут же закрыла. Прикрыла глаза и зря – вспомнился день, когда была сделан снимок.
Помню, как он хотел меня развеселить, а у меня было отчего-то чересчур меланхоличное состояние. Он пытался поднять настроение и так, и эдак, но все впустую. И тогда он потащил силой в зеркальную комнату смеха. Сначала ничего не происходило, но потом меня как будто прорвало – я смеялась, нет, я хохотала так, что мышцы лица и живота начали болеть, и никак не могла остановиться. И в какой-то момент он притянул меня к себе и запечатлел наши счастливые лица на телефон. Я думала, что фотки будут так себе, представив себе наверняка раскрасневшееся лицо, но благодаря освещению комнаты мы получились как счастливая пара…
Стоп! Хватит уже думать! Это уже в прошлом.
Настало время очередного просмотра ужастика, который как нельзя лучше отвлекает от любых реалий.
Жаль лишь, что временно…
***
Уже конец весны, солнце светит ярче, чем обычно, слышно щебетание птиц. Хочется радоваться такому чудесному дню, но не выходит. Мое сердце замерло четвертого января.
Глава 12
И какого хрена я позвонил?
Ударил со всей дури в стену, не рассчитав силу. Теперь еще и рука ноет, но это не раздражает так, как сложившаяся ситуация. Злоба на самого себя, на нее, на весь этот гребаный мир заполняет каждую клеточку моего тела. Вот не мог заняться своими каждодневными делами как обычно, надо было обязательно позвонить! Руки зачесались спустя столько месяцев. Ведь все так осточертело!
Еще и эти отчеты, которые вместо ожидаемого спокойствия выводят из себя все сильнее…
А она ведь перезвонила, это я не смог ответить. Слабак. Горько усмехнулся.
Интересно, она вспоминает меня? Также любит смотреть на небо? Скучает? Любит?.
Что за нелепые мысли! Да она меня наверняка ненавидит! И самое ужасное, что имеет на это полное право.
Вырубил телефон (интересно, надолго ли в этот раз?), бросив напоследок взгляд на заставку с ее мечтательным профилем…
– Кирилл, что ты опять натворил? – хмуро спросила сестренка. Я вздрогнул от ее голоса – не заметил, как она вошла.
– Забей, – устало выдохнул, прикрыв глаза.
– Снова мыслями о ней? – проницательно поинтересовалась она. Смысла отвечать не было – сестра сильно хорошо меня знает, даже слишком.
– Как ты узнала?
– Вычислила логарифм твоего выражения лица по основанию красной правой руки, возведенный в степень твоего мрачного настроения, – явно издевается надо мной. – Ладно, не дуйся, – толкает плечом и улыбается. – Я же не со зла. Болит? – посмотрела на мою уже раскрасневшуюся руку, на что я покачал головой. – Скоро это закончится, и все вернется на свои места.
После ее слов идя на поводу призрачных надежд, всплывающих яркими счастливыми картинками в голове, я оживился. Но лишь на краткий миг – реальность не идет в никакое сравнение с жалкими мечтами.
– Ты сама-то в это веришь? – с крохотной надеждой спросил у единственного родного и понимающего человека.
Прошли долгие секунды в ожидании ответа.
– Это единственное, что остается, – с горечью в голосе выговорила она.
Глава 13
Почти год назад я впервые увидела его. Увидела и поняла, что пропала. А сегодня его рядом нет. Последнее воспоминание о нем – то злосчастное смс, которое пришло в январе и разбило все мои надежды...
* * *
Следующие дни прошли, как ни странно, спокойно и обыденно, даже скучновато, но по большей части с ноющей тоской в районе груди.
Поначалу некоторые девочки (те самые, с неофициального фанклуба Артема) кидали на меня злобные взгляды, судя по всему из-за своего идола. Я даже слышала, что эти неадекватные создали группу «Раз не наш, то никому!». Видимо с отсылкой на меня и Артема. Иногда я поражаюсь, как достаточно взрослые девушки могут себя так по-детски вести?
Но позже, не увидев больше никаких «интересных» сцен, перестали испепелять меня злобными взглядами – меня раздражало данное явление, но не более. И все же… это то еще наказание быть так хорошо знакомой с Артемом. А что было бы, стань мы парой? Даже боюсь представить.
Эй, мысли, вернулись обратно в нужное русло!
С Артемом все также пересекались, но только в пределах университета, бросая друг другу банальное «Привет. Как дела?». При этом чувствовалась неловкость между нами. Я решила, что не буду ничего предпринимать, предпочитая просто плыть по течению. Да, это самый легкий путь, но никаких других я пока не видела. Пусть все идет своим чередом.
Так прошла неделя. Пустота все больше затягивала в свои сети.
Да, я струсила. Да, сама решила оставить все, как есть. Но это вовсе не означает, что от этого легче. Вот такие мы девочки противоречивые. Или я одна такая? Сашка, узнав ситуацию, назвала меня, мягко говоря, глупой дурочкой и всячески подначивала поговорить с ним.
А я что? За те краткие встречи сильно привязалась к Артему, а ведь сколько раз давала самой себе обещание больше так не делать. Снова и на те же грабли.
Зато кроме стен моей комнаты никто не видел, каково мне. Благодаря ему я научилась хорошо прятать эмоции.
***
Снег лежит большим мягким слоем, солнце светит на чистом синем небе так ярко, как никогда за последнее время. Жмурюсь от удовольствия – погода очень сильно влияет на мое настроение. А всего-то и надо временно забыться и представить, что все отлично.
Тут в меня сзади что-то несильно ударяет. Думаю, может, показалось. Потом снова. Оборачиваюсь – никого, лишь какая-то бабуля вдалеке виднеется. Что за ощущения воображаемые?
Не проходит и нескольких секунд, как ощущаю толчок в руку. Недоуменно поднимаю рукав и вижу след от снежка.
Чего?!
Разворачиваюсь и вижу довольного Артема, который готовит очередной снежок. И вроде как надо разозлиться, а во мне просыпается совершенно другое чувство.
Неожиданно охватившее счастье вспыхивает с новой силой. Начинает казаться, что я вся свечусь от него! Замечательная погода и парень, которого так не хватало. Для полного счастья не так много и надо. По-дурацки улыбаюсь во все 32 зуба (по факту в 28 – до зубов мудрости еще не доросла – но это же не так важно!). По-озорному подмигнув мне, Артем на миг замер с улыбкой на лице. Воспользовавшись этим, наскоро леплю снежок и, почти не целясь, попадаю точно в лоб.
– За что? – делано-возмущено восклицает парень, потирая лоб.
– А нечего со спины нападать! – и показывая ему по-детски язык, бросаю очередное «оружие».
– Значит, это война? – воинственным голосом чуть подобравшись, но все с той же улыбкой, спрашивает он.
– Война! – подтверждаю и готовлю очередные запасы.
Я и не заметила, в какой именно момент наши ряды пополнились новыми «бойцами» – девочками и мальчиками 6-8 лет, которые присоединились к воистину «взрослому» занятию. Наши команды расположились напротив друг друга, спрятавшись за быстро слепленными стенами в каком-то дворе.
– Рядовая «розовая куртка», как обстановка? – серьезно спрашиваю у своей помощницы в розовом, которая осторожно выглядывает из-за баррикад.
– Влаг плячется, значит, боится. Можно пелейти в наступление, – отрапортовала девочка, смешно выговаривая букву «р», а точнее, не выговаривая вовсе.
– А что вы можете сказать? – спросила у другой девочки.
– Надо наступать! Ни шагу назад!
После началась «ожесточенная битва», по завершению которой на нас не осталось ни единого целого места – следы снежков стали декором нашей верхней одежды. Пришлось сдаться, и мы подняли «белый флаг» (точнее, помахали белыми варежками) – «вражеская» команда была очень сильна.
– Это вам за доблесть и отвагу! – важно сказал Артем и вручил своей команде конфеты, появившиеся как по волшебству. – А это вам за игру, – и протянул такое же угощение девочкам.
– Спасибо! – радостно приняла конфету девочка.
– Вы веселые взрослые, – важно заявил худенький мальчик. – Можете приходить с нами играть.
– Да, плиходите!
Попрощавшись с нашими новыми друзьями, мы остались одни. Причем оба глупо улыбались, стоя напротив. Было чувство, будто бы и не было этой напряженной недели.
Молчание между нами вовсе не напрягало.
Думаю, мы бы так еще долго стояли, если бы не собака, которая стремительно пробежав мимо нас задела меня, а я в свою очередь не сумела удержать равновесие и толкнула в неглубокий сугроб Артема, который из-за внезапности всей этой ситуации не смог сориентироваться, чтобы выстоять. Но само падение было не столь шокирующим, сколько сам факт падающей меня на Артема. Со стороны это должно было смотреться забавно – мои округлившиеся глаза и махи руками в попытках остановить неминуемое и ошарашенный парень.
В последнюю секунду Артем обхватил меня руками, и я упала прямо на него, уткнувшись носом в его пальто. В нос сразу ударил его аромат, отчего смущение накрыло с головой. Попыталась встать, но его руки все также крепко меня удерживали, да и положение было крайне неудобным.
– Ты там как, цела? – встревожено спросил Артем, которому по идее и досталось.
Поднимаю чуть голову и замираю, увидев его так близко. Его темные волосы на фоне белого снега так и просят к ним прикоснуться. Боюсь даже взглянуть в лицо, потому что уверена на сто процентов, что утону и потеряюсь в ту же секунду.
– Совсем уже оборзела молодежь – и это на виду у детей! И не стыдно вам? – слышится голос типичной старушки, которая блюдет закон в каждом дворе. Ее голос отрезвляет и я, пытаясь в очередной раз подняться, каким-то образом заваливаюсь на спину рядом с Артемом.
– А вы присоединяйтесь – здесь весело! – предлагает парень. Глаза бабульки становятся по пять копеек.
– Еще и наркоманы! Ишь ты! Тьфу на вас! – говорит в наш адрес, перекрещивается и спешно уходит. – Галя, ты слышала?! – кричит куда-то в сторону лавочки у подъезда в нескольких метрах от нас.
Мы же с Артемом переглядываемся и начинаем неудержимо смеяться, как будто бы подтверждая бабулькины предположения. Но это меня ничуть не волнует – все мое внимание сосредоточено лишь на одном человеке. И он рядом, а это главное.
Артем
Всю неделю меня одолевали сомнения – не поспешил ли я, влезая со своими непонятными чувствами к Кире. И я начал, как какая-то девчонка, анализировать ситуацию, задавая самому себе риторические вопросы: понравился ли ей поцелуй? Почему она сбежала? Она призналась, что я ей тоже нравлюсь или мне показалось? Почему, в таком случае, она сбежала? И все вопросы неизменно возвращались к первому. И так раз за разом.
В итоге решил, что нужно дать ей время, впрочем, как и себе. А там Кира определиться уже, что да как.
Но время шло, а она молчала. Точнее, неестественно натужно улыбалась мне и как будто бы заставляла себя со мной здороваться. Меня это все больше напрягало. Хотелось взять ее за руку и потащить с собой, сказав: «Хей, выше нос! Пошли сегодня в…» Продолжение не придумал, да и неважно куда идти – главное, чтобы с ней.
Меня хватило на неделю. В этот день я шел в магазин неподалеку, и взгляд сразу уловил ее. Кира, скорее всего возвращающаяся с пар, радовалась чему-то, и я в очередной раз понял, насколько сильно скучал по ее улыбке. Захотелось подойти к ней, схватить и закружить. Услышать ее смех, уловить запах ее кожи, прикоснуться к ней... Но понимал, что вряд ли буду правильно воспринят. Захотелось посмотреть на ее реакцию, запустив в нее зачем-то снежок, что я в итоге и сделал, а после спрятался за стену дома. За ним последовал еще один, но Кира лишь обернулась на несколько секунд и пошла дальше. Честно, даже сам не представлял, чего хотел от нее добиться метанием снежков и прятаньем. И только после третьего она оглянулась и увидела меня. Вот тут-то и пошло-поехало. Мы весело провели время, и, наконец, наши отношения потеплели. По крайней мере, я на это очень надеюсь.
Неожиданно Кира повалила меня в сугроб – это было лучшее, что произошло за сегодня. Так близко к ней, но в то же время без возможности дальнейших действий. Поэтому старался как можно дольше пролить это мгновение. Но все рано или поздно заканчивается – появилась не в меру любопытная бабуля, которая от нечего делать начала читать нам нотации. А самое досадное, что даже не за что. И когда я отвлекся на ее раздражающий голос, Кира ускользнула из моих рук.
– А вы присоединяйтесь – здесь весело! – предлагаю, не придумав ничего лучше, чтобы увидеть реакцию раздражающего фактора. И она не подводит – убегает от нас, как от прокаженных.
Вся ситуация забавляет, и мы с Кирой одновременно начинаем смеяться. А я смотрю на ее счастливое лицо и ощущаю невероятное чувство эйфории.
– Вот и они! – с возмущением слышится голос той самой бабули. И что ей неймется? Поднимаюсь на ноги, помогая проделать то же самое Кире, и вижу уже «банду» бабуль с якобы грозными лицами и пакетами и сумками в руках. Не успеваем мы с ней как следует отряхнуться от снега, как эта «банда» начинает двигаться на нас. Усмехаюсь от нелепости происходящего – смотрелось слишком несуразно. Хватаю Киру за руку и тяну за собой. И мы бежим.
Зачем?
Без понятия, просто так веселее.
Бабули нам вслед кричат торжественно о победе над «бессовестной молодежью», а мне все равно. Даже поблагодарить их хочется за то, что в данный момент согреваю прохладную ладонь Киры…
Глава 14
– Это что сейчас было? – спросила, еле отдышавшись от нашего приключения. Мы остановились только после того, как пробежали несколько кварталов. Рука Артема все еще согревала мою, и я вовсе не хотела ее освобождать.
– Отряд бабушек, стерегущих покой внуков от злобных наркоманов, вышли на тропу войны! – отчеканил Артем по-военному, отчего у меня начались новые приступы смеха.
– Слушай, а почему мы сбежали? Мы же ничего предосудительного вроде не сделали, – призадумалась о причине наших не менее глупых действий.
– Как ничего, Кира Викторовна? Разврат, распутство, наркомания, действия противоправного характера, ненадлежащий пример для подрастающего поколения, – перечисляет по пальцам Артем. – И вам этого мало? – возмутительным тоном спросил он, в конце еще и поцокал, а глаза смеются.
– А откуда вы знаете мое отчество, Артем Батькович? – прищурилась и подозрительно оглядела парня. Показательно отошла от него на шаг и скрестила руки на груди, вынужденно лишив руку тепла. – Вы что, маньяк? – изобразила испуг.
– Что вы! Как такое могло вам в голову прийти! – картинно схватился за сердце он. Меня эта игра начала все больше увлекать. Да еще и это обращение на «вы». Интересно, что он придумает теперь – ведь откуда-то он знает мое отчество. – Вы меня недооцениваете. Я не маньяк, а экстрасенс. Хотите, погадаю на будущее?
– Попробуйте.
Стоило мне ответить, как он потянулся к моей руке и приблизил ее к своему лицу. Мое дыхание тут же сбилось, а сердце начало бешено стучать – тук-тук-тук-тук – в ритме скоростного фламенко.
Тем временем Артем очень пристально рассматривает мою ладонь, а я откровенно пялюсь на него – на брови, сведенные к переносице, опущенные ресницы…. губы...
– Хм…
Отвлеклась от созерцания.
– Все плохо? Мне нужно запастись кроличьей лапкой или подковой? – перевела свои мысли в другой режим.
– Девушка, и не жалко вам кроликов? – осуждающе посмотрел мне в глаза.
– Значит, подкова?
– Нет, зачем – такой счастливой судьбы я еще не видел.
– Неужели? – недоверчиво спросила у него.
– Смотрите – ваша линия жизни длинная, – указывает на совершенно другую линию. Как-то я увлекалась гаданием и отлично знаю что то, что он мне показывает, это линия разума. Сдержала смешок, чтобы услышать дальнейший прогноз. – Скоро в вашей жизни произойдут неожиданные, но очень приятные события. А еще у вас будет много детей…
– И сколько же?
– Пятеро точно, – заверил меня парень.
– Вы уверены? – смех так и рвался наружу.
– Вот, сами посмотрите, – и указывает мне, как ни странно, на правильные линии.
– Но их должно быть пять, а их всего две или три. Не могу точно определить, – вглядываюсь в свои линии.
– Вы намекаете на мою некомпетентность? А вы присмотритесь!
Я чуть ближе наклоняюсь к руке и, похоже, Артем делает то же самое, потому что мы ударяемся с ним лбами.
– Ай, – отскакиваю от него.
– Прости, просто гадание не мое, – извиняющее улыбается.
– Это я уже поняла, – потираю лоб. – Из тебя скверный экстрасенс – ты вообще все не то показывал.
– Черт! – досадливо выругался парень. – И когда я спалился?
– Сразу же, – улыбнулась в ответ.
– И ты молчала? – округлились глаза Артема.
– Мне было интересно послушать, что ты выдумаешь, – пожала плечами.
– И как тебе мой экспромт?
– На телепередачу бы точно не взяли. Так что советую хорошо учиться на юрфаке – вряд ли у тебя есть другая стезя.
– А вот это ты зря – может, у меня есть таланты, о которых никто не знает!
– И ты в том числе? – сыронизировала я.
– Эй! Я тут стараюсь не упасть в грязь лицом, а ты все больше меня закапываешь, – обиженно заявляет он.
– Ладно-ладно. Больше не буду. И вообще – в тебе живет непризнанный поэт, забыл?
– Вот видишь! – радостно затряс головой.
– Так откуда, говоришь, отчество мое узнал? – все же не сдаюсь получить ответ – не просто же так он упорно не хочет выдать источник информации.
– Секрет фирмы, – с широкой улыбкой, не собираясь сдаваться, сообщает Артем.
– Ну скажи, скажи, скажи, – заканючила я.
– Неа, – довольно протянул он.
– Ты мне должен желание! – вспомнила вдруг и чуть не подпрыгнула от радости, захлопав в ладоши. – Так что исполняй.
– Какая ты хитрюга! Если бы я знал раньше…
– Давай не отвлекайся. Я жду.
– Да так, увидел кое-что… – неохотно начал он.
– Что?
– Видео одно…
– О, нет… – кажется, догадываюсь, о чем он.
– … ты там такая миленькая…
– Пожалуйста, только не говори, что ты его видел, – закрываю лицо руками от стыда.
– Не видел, – слишком быстро доносится в ответ.
– Правда? – раздвигаю чуть пальцы и сквозь щелочку вижу лицо парня, которое лучше слов говорит о том, что он все видел. – Ты видел… – хочется выть.
– Да, – доносится лаконичный ответ.
– Но только что ты говорил совершенно другое! – возмущаюсь я.
До последнего хочется, чтобы это оказалось ложью.
– Ты сама просила, – мягко улыбается. – Слушай, видел и видел, в чем проблема? Ты там такая милая в розовом платьице.
– У-у-у… – вою от безысходности и закрываюсь снова. Вот зачем спрашивается я надела розовое платье? Ведь были и другие варианты, но Сашка заверила, что в розовом платье в пол я смотрелась лучше. «Как диснеевская принцесса», – прокомментировала она, после чего захотелось его снять. Уж кем-кем, а принцессой я себя не ощущала. Может, оно так и было, и я действительно смотрелась неплохо, но как раз благодаря длинному подолу «диснеевского платья» я и стала «знаменитой»…
– Все было не так плохо, зря ты так…
– Ага, особенно падение.
Дело в том, что наверняка по моей глупости, другой причины не вижу, решила на первом курсе подать заявку на «Мисс Университета». Наверное, мне реально тогда было нечем заняться. Просто в школе я участвовала чуть ли не во всех мероприятиях, вот и сейчас потянуло. И я прошла отборочный тур в интернете по лайкам. Следующий должен был состояться на сцене вузовского зала с выступлениями, дефилированием и тому подобное. И вот на последнем я и «звезданула», упав с высоты своего роста и каблуков… Падающая звезда блин… Стоит ли говорить, что видео с моим «шикарным дефиле» стало самым популярным и новостью номер один… Даже победительнице конкурса досталась меньшая слава, ведь вся она перешла ко мне – вот вроде и приятно, но как-то не очень... Еще я получила утешительное звание «Мисс Очарование», видимо, за самое «очаровательное» падение. Кстати, упала я сразу после слов «А сейчас по сцене прошествует Кира Викторовна…». Почему по отчеству? Видите ли, несмотря на вроде как вполне читабельную и обычную фамилию, почему-то она все время вызывала трудности с произношением у других.
И это видео видел Артем! Жаль, что у меня нет возможности удалить его со всех устройств...
– Кир, ты реально зря переживаешь – ты там хорошо выглядела. И теперь я еще больше убеждаюсь в том, что ты заслужила титул «Мисс Очарование».
– Правда? – в очередной раз выглядываю из-под закрытых ладоней и, не увидев насмешки со стороны парня, чуть успокаиваюсь.
– А это уже лишнее, – произносит Артем и полностью убирает мои руки от лица, взяв одну в свою. Чувства, переполнившие от его касаний, хорошо отвлекли от недавнего. – Это было самое изящное падение, которое я видел!
А я смотрю на него и почему-то верю.
– Забыл сказать, твое недавнее падение было не менее изящным, – не иначе как подколол меня Артем.
– Серьезно? Теперь ты это мне всю жизнь будешь припоминать? – вроде как возмущаюсь, но в то же время спокойно иду рядом с ним.
– Нет, – отвечает парень и добавляет, лукаво улыбнувшись. – Разве что по четвергам.
